Kitobni o'qish: «1920. Война с белополяками. Поход Красной армии на Вислу», sahifa 5

Для этого на правом фланге 2-й польск. армии была образована группа генерала Линде в составе всей 3-й пех. дивизии, одного пех. полка и всей кавалерии 2-й армии, которой с утра 22 июля приказано было энергично наступать в общем направлении на Пелчу, а 18-й пех. дивизии было приказано наступать вдоль жел. дороги Радзивиллов – Дубно, стремясь через Доброводку соединиться с группой генерала Линде в районе Пелчи.

Контрманевр групп генералов Линде и Крайовского начался в ночь с 21 на 22 июля. В этот день в полной мере сказалась небоеспособность частей 2-й польской армии. Заняв м. Демидовку, группа Линде дальше не развивала своего наступления из-за «полного истощения сил в батальонах 65-го пех. полка». Однако первоначально противнику все-таки удалось потеснить 4-ю кав. дивизию, на поддержку которой была вновь двинута бригада 6-й кав. дивизии. К концу дня 22 июля группа Линде вновь отошла за р. Стырь. Равным образом ничем себя в этот день не проявила и 6-я польская дивизия, которой приказано было произвести ряд частных ударов на участок 24-й стр. дивизии³⁷.

18-я пех. польск. дивизия уже на рассвете 22 июля вошла в соприкосновение с 11-й кав. дивизией, которая оказалась впереди 45-й стр. дивизии и завязала с нею бой, постепенно тесня ее на Козин – Верба. 45-я стр. дивизия, занятая боем с частями 10-й пех. польск. бригады в районе Онышковцы, которую она преследовала, не приняла участия в боях 18-й пех. польск. дивизии с нашей 11-й кав. дивизией, почему к концу дня 22 июля противник вновь занял Козин. Равным образом и на участке 41-й стр. дивизии противник в этот день полностью восстановил свое положение, вновь отбросив наши части на левый берег Збруча. Первоначальные успехи 58-й стр. дивизии, которой удалось форсировать р. Стырь, побудили командюза стремиться развить успех на ее участке; телеграммой № 600/сек./4077/оп. от 22 июля он предложил командарму 12-й ввести в дело 25-ю стр. дивизию и использовать ее для действий в кратчайшем направлении на Ковель.

В этот же день командюз пришел к выводу о необходимости перенести центр тяжести операций Юго-Западного фронта в пределы Галиции, о чем он телеграфно доложил Главкому за № 609/сек./4096/оп., причем лишь 12-я армия должна была обеспечивать связь и взаимодействие между обоими фронтами, заняв Ковель и развивая удар далее на Холм – Люблин. Конной армии предполагалось дать задачу нанесения главного удара в обход Львова в общем направлении Берестечко – Рава-Русская – Ярослав. 14-я армия должна была наступать в направлении Тарнополь – Миколаев (см. приложение № 21).

23 июля не внесло особых изменений в обстановку, которая уже была исправлена присоединением к Конной армии одной бригады 45-й стр. дивизии и установлением связи с ее двумя остальными бригадами. Части Конармии продолжали выполнение поставленных им задач, при этом 4-я кав. дивизия к концу дня заняла Берестечко, в силу чего командарм 2-й польской оттянул группу ген. Линде для действий против Берестечка, совершенно отказавшись от дальнейшего наступления для взаимодействия с 6-й польской армией, а части 6-й и отчасти 4-й кав. дивизии проникли в тыл 18-й пех. польск. дивизии между м. Козином и Радзивилловом.

Попытки остальных частей 2-й польской армии атаковать 24-ю стр. дивизию хотя и увенчались временным успехом, но частные резервы этой дивизии скоро ликвидировали наступление противника в направлении на Киверцы и восстановили прежнее положение³⁸.

Вообще день 23 июля является поворотным в операциях армий Юго-Западного фронта. В этот день на его крайнем правом фланге части 25-й стр. дивизии начали сосредоточиваться на р. Стыри на участке 58-й стр. дивизии, а 14-я армия на волочиском направлении, введя наконец в дело сводную стр. дивизию, прочно укрепилась на правом берегу р. Случа севернее Волочиска. Однако действия 14-й армии на волочиском направлении не удовлетворяли командюза. В своей телеграмме за № 610/сек./4096/оп. от 23 июля на имя командарма 14-й он указывает, что «дальнейшее стояние частей армии на одном месте недопустимо» и требует развития энергичных действий ударной группы в указанном направлении.

День 24 июля ознаменовался отступлением 18-й пех. польск. див. на Броды. Отход этот совершался в чрезвычайно трудных условиях, в полном окружении нашей кавалерией, неоднократно бросавшейся в атаку в конном строю на отступавших белополяков, причем одна из польских бригад (35-я пехотная) была почти полностью уничтожена, а ее штаб вместе с командиром бригады взят в плен³⁹. На волочиском направлении противник под вечер 24 июля оставил г. Волочиск и начал отступление на Тарнополь. В этот же день главные силы 12-й армии приступили к перегруппировке для форсирования р. Стыри. На левом фланге 14-й армии 41-я стр. дивизия также форсировала, наконец, р. Збруч.

Директивой № 613/сек./411/оп. от 24 июля командюз, в развитие директивы Главкома, ставил такие задачи своим армиям: 12-я армия должна была овладеть г. Ковелем в кратчайший срок, а затем, выставив заслоны в сторону Бреста, развивать решительное наступление в направлении Холм – Красник – Аннополь. Холм надлежало занять 4 августа, а переправы через Вислу и Сан в районе Аннополь – Ниско не позднее 15 августа. Конная армия не позднее 29 июля должна была овладеть районом Львов – Рава-Русская, выбросив передовые части для захвата переправ через Сан в районе Синява – Перемышль. Задача 14-й армии заключалась в преодолении сопротивления противника на р. Збруч и в наступлении своей ударной группой в общем направлении Тарнополь – Перемышляны – Городок.

Разграничительные линии устанавливались между Западным и Юго-Западным фронтами: Домбровица – Ратно-Влодава – Ново-Александрия, все пункты, кроме первого, для Западного фронта включительно.

Между 12-й и Конной армиями: ст. Киверцы – Локачи-Мирча – Лабунь – Рубник, все пункты для 12-й армии включительно. Между Конной армией и 14-й: Катербург – Глиняны – Городок – Перемышляны, все пункты для 14-й армии.

В тот же день командюз своей телеграммой № 623/сек./4133/оп. частично изменил эту директиву для 1-й кон. армии, направив главную массу конницы для занятия Львова (см. приложение № 22).

Таким образом, если день 23 июля был поворотным для армий Юго-Западного фронта в тактическом отношении, то день 24 июля явился для него поворотным в стратегическом отношении, надолго предопределив оперативное тяготение главной массы его сил к театру Восточной Галиции.

Стратегическое изнурение Польского украинского фронта, неудачи на волочиском и бродском направлениях предопределили оставление польскими армиями сильных естественных рубежей Стыри и Иквы, к тому же еще ускоренное направлением почти всей Конной армии на Броды.

В течение дня 25 июля 18-я пех. польская дивизия выдержала еще один упорный бой в Бродах. Окруженная со всех сторон нашей кавалерией в ночь с 25 на 26 июля, она вынуждена была пробиваться дальше на запад. Не менее успешно развивала преследование и 14-я армия, части которой 26 июля подходили уже к линии Н. Олексинец – Тарнополь – Трембовля. Выяснившаяся угроза Львову вынудила польское командование фронтом прибегнуть к полной перегруппировке своих сил, чтобы воспрепятствовать этой угрозе. Конная армия Буденного являлась реальным осуществлением этой угрозы, почему на нее и было обращено преимущественное внимание польского командования. Все равно обстановка требовала с его стороны решительных мероприятий: в связи со спешным отходом на запад полесской группы противника надлежало оттянуть и 3-ю польскую армию. Поэтому командующий Польским фронтом генерал Рыдз-Смиглы 26 июля отдал оперативный приказ, в котором объявил свое намерение собрать все свободные силы с менее угрожаемых направлений и ударить ими на Конную армию Буденного. 3-я польская армия (в составе 7-й пех. дивизии, 3-й пех. див. легионеров, 157-го, 132-го пех. полков, 6-й Украинской ид) должна была в течение 26 и 27 июля отойти на р. Стоход, переместив часть своих сил на юг и передав их в распоряжение 2-й польской армии.

Эта армия с частями, переходившими в нее из 3-й армии и прибывшими из тыла (1-й пех. див. легионеров, 6-й пех. див., сводной кав. группы – 1-я кав. див., 4-я кав. бригада и 7-й уланский полк) должна была, удерживая линию р. Стырь от Луцка до Тарговицы, главными своими силами ударить в направлении на Радзивиллов – Броды, чтобы облегчить 6-й армии восстановление ее положения на р. Збруч.

6-я польская армия до перехода в наступление 2-й польской армии имела задачей упорную оборону подступов к Восточной Галиции, а затем совместное наступление с нею в направлении Броды – Радзивиллов⁴⁰ (см. приложение № 29).

Действительно, 27 июля части 25-й и 58-й стр. дивизий, вновь переправившиеся на левый берег р. Стырь, встретили уже весьма слабое сопротивление противника.

Дальнейшие операции армий Юго-Западного фронта не являются уже объединенными единством оперативного замысла, тяготея к разным операционным направлениям, поэтому операции в Восточной Галиции будут рассмотрены нами в отдельной главе. Здесь же мы рассмотрим только действия тех групп войск Юго-Западного фронта, которые все время оперативно тяготели к Западному фронту, и в конце концов были подчинены последнему, то есть 12-й армии и 1-й конной армии, но предварительно сделаем несколько выводов относительно только что рассмотренного периода операций.

При этом нам кажется необходимым обратить внимание на следующие обстоятельства.

Противник вполне правильно учел оборонительные свойства системы p. Иквы и Стыри и стремился опереться на них.

Поскольку противнику приходилось вести оборону на растянутых фронтах, рано или поздно его оборонительная система должна была быть прорвана атакующим. Это событие ускорилось еще благодаря плохому моральному состоянию польских войск. 2-я польская армия представила картину чрезвычайно слабой боеспособности при низком моральном состоянии как войск, так и начальников в боях на р. Стыри.

6-я польская дивизия, двинутая на Млынов, возвращается обратно с полдороги. Отряд генерала Линде, начавший было успешное наступление, вдруг прекращает его и возвращается обратно.

Мы полагаем, что это и было основной причиной неудачи польского маневра, имевшего целью сомкнуть внутренние фланги 2-й и 6-й польских армий.

Обращаясь к действиям наступающего, мы должны прежде всего с удовлетворением отметить энергичное и красивое маневрирование Конной армии Буденного.

Предоставленная собственной инициативе в разрешении поставленной ей задачи, эта армия в течение двухнедельных упорных боев, энергично маневрируя, притягивает на себя значительные силы противника и притом лучшие (18-ю польскую пд) и наносит им чувствительные удары.

Мы должны признать, что маневрирование 14-й армии за указанный период времени встречает большие затруднения. Однако бои за линию р. Збруч окончились бы гораздо ранее, если бы силы этой армии не вводились в дело пакетами и не растрачивались в лобовых атаках на волочиском и гусятинском направлениях.

Как только на волочиском направлении мы применили маневр в достаточных силах, так в течение всего лишь двух суток нам удалось форсировать р. Збруч и окончательно сломить на ней сопротивление противника.

Обращаясь к действиям 12-й армии, следует признать, что ей приходилось на своем пути преодолевать не столько сопротивление противника, сколько бороться со свойствами местности.

Именно они, а также и разброска сил в этой армии, а не что-либо иное, замедляли продвижение этой армии. Лишь на р. Стыри она была задержана противником и неизвестно, как скоро она в этих условиях справилась бы с форсированием ее, так как в момент, когда она окончательно изготовилась к этой операции, противник сам добровольно покинул рубеж р. Стыри.

Обращаясь к способу маневрирования, примененному командованием Юго-Западного фронта, мы видим, что оно свелось к стремлению сначала окрылить, а затем охватить свободный северный фланг фронта противника, что повело к накапливанию Юго-Западным фронтом сил на своем правом фланге, в Полесье, местности малопригодной для действий значительных войсковых масс.

Кордонность расположения противника диктовала, казалось, другой способ действий, а именно массированного значительного кулака на кратчайшем к Бресту направлении, например на ковельском, для чего и могли бы быть употреблены 24-я и 25-я стр. дивизии.

Сравнивая ту роль, которая выпала на различные армии Юго-Западного фронта при этом конечном акте по очищению от противника Украины, следует признать, что опять-таки Конная армия оказалась в фокусе наиболее решительных операций.

И на этот раз она явилась тем маятником, который регулировал собою все операции Юго-Западного фронта. Эта роль до конца и с честью выполнялась 1-й конной армией, начиная с первых ее шагов на Правобережной Украине.

Оценивая ее деятельность, никогда не следует забывать того обстоятельства, что наиболее блестящие страницы кампании Юго-Западного фронта на Украине написаны кровью ее бойцов.

С 28 июля начинаются фактически действия армий Юго-Западного фронта в расходящихся направлениях. 12-я армия, во исполнение ранее поставленных ей задач, стремится к Ковелю, а затем к Влодаве; Конная армия главной массой своих сил снижается круто к юго-западу и ввязывается в упорные бои с главными силами 2-й польской армии в районе Брод; наконец, 14-я армия продолжает свое продвижение в глубь Галиции, преодолевая упорное сопротивление противника на левых притоках р. Днестра.

И в этот период кампании наибольшее значение принадлежит операциям 1-й конной армии на бродском направлении. Они будут рассмотрены нами в особой главе, а теперь мы закончим настоящую главу рассмотрением операций 12-й армии как группы, начавшей оперативно тяготеть к армиям Западного фронта еще с конца июля. 28 июля дивизии 12-й армии, форсировавшие р. Стырь, были разбросаны на фронте от с. Погост-Заречный до м. Рожище исключительно, протяжением свыше 200 км, причем наиболее плотная их группировка намечалась в районе Киево-Ковельской железной дороги, где группировались три дивизии (25, 7 и 44-я стр.).

Своим приказом № 58/оп. от 28 июля (см. приложение № 24) командарм 12-й поставил задачу своим дивизиям выйти на линию р. Стоход в пределах своих разграничительных линий не позже 24 часов 28 июля и не задерживаясь форсировать ее, а к 1 августа выйти на фронт Ратно – Ковель – Турийск – Киселин.

Однако главные силы армии только лишь 30 июля достигли линии р. Стоход, за исключением 58-й стр. дивизии, причем наиболее упорные бои завязались на перешейке между реками Стырью и Стоходом на участке Арсеновичи – Сокуль.

30 июля командарм 12-й своим приказом № 11 оп. (см. приложение № 20) ставил задачи своим дивизиям по форсированию р. Стоход и по форсированию р. Зап. Буг к 24 часам 3 августа.

Однако выполнение этого приказа замедлилось: в течение 31 июля 58-я стр. дивизия лишь достигла р. Стоход, а 25-я стр. дивизия удлинила свой фронт к югу, что дало возможность сосредоточить на упомянутом нами выше перешейке между р. Стырь и Стоходом две стр. дивизии (7-ю и 44-ю). Эти дивизии, ведя упорные бои с противником, к концу дня 1 августа оттеснили его за р. Стоход. В ночь с 1 на 2 августа 12-я армия форсировала р. Стоход на всем своем фронте и двинулась к линии р. Зап. Буг.

Как известно, линия р. Стоход явилась той преградой, о которую разбилось наступление Брусилова в 1916 г. Она была сильна не столько благодаря свойствам самой реки, сколько благодаря свойствам ее широкой, болотистой долины.

Однако на сей раз противнику не пришлось воспользоваться сильными оборонительными свойствами этого рубежа. В то время как 12-я армия форсировала р. Стоход, 2-я и 3-я польские армии начали свое дальнейшее отступление к пределам Польши. Причина этого отхода заключалась в падении Бреста, в силу чего левый фланг польского украинского фронта (3-я и 2-я армии) отходил за р. Зап. Буг⁴¹.

Таким образом, 12-й армии оставалось теперь преодолевать лишь пространство для скорейшего выхода на одну линию с левым флангом армий Западного фронта. Уже в ночь с 3 на 4 августа 25-я стр. дивизия овладела Ковелем. Между тем Конная армия вела упорные и тяжелые для себя бои в районе Брод, что вызывало обоснованное беспокойство у нашего главного командования.

Телеграммой № 4592/оп. от 3 августа Главком указывал командюзу, что обстановка на фронте Буденного безусловно вынуждает резкое выдвижение 12-й армии в направлении Владимира-Волынского.

6 августа 25-я и 7-я стр. дивизии вышли на линию р. Зап. Буг на фронте Опалин – Корытница, а 44-я стр. дивизия приближалась к г. Владимиру-Волынскому.

Глава IX

Встречное сражение 1-й конной и 2-й польской армий на подступах ко Львову (борьба за Броды). – Выводы. – Перерыв в операциях Конной армии. – Форсирование Конармией р. Зап. Буг, обратное взятие г. Броды; бои на ближайших подступах ко Львову. – Выход Конной армии из боя на Львовском направлении. – Операции 14-й армии на левых притоках Днестра. – Контрнаступательные попытки противника. – Политические события, явившиеся следствием успеха Красных армий. – Переговоры о перемирии. – Временный революционный комитет Польши. – Совет действия в Англии

Мы оставили главные силы Польско-Украинского фронта в тот момент, когда после овладения 1-й конной армией Бродами командующий этим фронтом генерал Рыдз-Смиглы отдал директиву, согласно которой 2-я польская армия, усилившись за счет 3-й польской армии и перегруппировавшись под прикрытием р. Стыри, должна была энергично ударить в направлении Радзивиллов – Броды; развивая свой успех, развязать левый фланг 6-й польской армии, который, в свою очередь, должен был перейти в наступление от Красне на Броды, чем была бы достигнута смычка внутренних флангов 2-й и 6-й польских армий.

Исходя из этой директивы, командарм 2-й польской, в свою очередь, приказом по армии № 4023/ш. от 26 июля наметил перегруппировку своей армии, которая должна была закончиться к 29 июля. Суть этой перегруппировки заключалась в сосредоточении всей конницы 2-й армии (1-я кав. дивизия и 4-я кав. бригада) на крайнем правом фланге армии в районе Дашков – Мерва – Берестечко, в рокировке двух пехотных дивизий, а именно – в замене 3-й пех. дивизии легионеров 6-ю и в сосредоточении затем обеих пехотных дивизий армии (6-я и 1-я пех. дивизии легионеров) на фронте Тарговица исключительно – Мерва включительно, с обеспечением за этими дивизиями переправ через р. Стырь, что давало им возможность маневрировать на обоих берегах этой реки. По окончании перегруппировки командующий 2-й польской армией предполагал:

1) Кавалерийской группой (1-я кав. дивизия и 4-я кав. бригада) в двух колоннах ударить на Броды и Радзивиллов, стараясь войти в связь с 18-й пех. дивизией.

2) 6-я пех. дивизия легионеров должна была выполнять ту же задачу, следуя за кавалерийской группой; дивизия должна была дебушировать⁴² через р. Стырь у Берестечка.

3) 1-я пех. дивизия легионеров, дебушируя у Малево через р. Стырь, должна была выдвинуться в район Пляшево – Доброводка для обеспечения охватывающего маневра 6-й пех. див. легионеров со стороны Дубно⁴³.

С рассветом 27 июля части 2-й польской армии приступили к перегруппировкам согласно вышеизложенному приказу.

По занятии Брод командарм 1-й конной, по получении директивы командюза о занятии г. Львова не позднее 30 июля, решил зайти в тыл луцкой группе противника двумя кав. дивизиями и уничтожить ее совместными усилиями этих дивизий и частей Конной армии, занимающих линию р. Стыри, связывая вместе с тем части противника на Краснинском направлении (левый фланг 6-й польской армии).

Поэтому командарм 1-й конной приказал: 4-й кав. дивизии с утра 27 июля выступить через Стоянов на Милятин, уничтожая попутно живую силу противника и «забирая технику». В районе Милятина 4-я кав. дивизия должна была быть 28 июля.

6-я кав. дивизия в тот же день должна была выступить через Радзехов на Сокаль, и прибыть туда тоже 28 июля. Задача дивизии ставилась такая же, как и 4-й кав. див. 11-я кав. дивизия, оставив одну бригаду на Золочевском (Краснинском) направлении до подхода частей 45-й стр. дивизии, остальными своими бригадами должна была следовать на р. Зап. Буг, на участок Добротвор – Буск. К концу дня 28 июля дивизия должна была расположиться на ночлег в районе Пшевлочна Адамы – Яблоновка.

45-я стр. дивизия к концу дня 27 июля должна была выйти на фронт Стронибабы – Бел. Камень – Сассов – Колтов.

Наконец, особая кав. бригада Осадчего, в качестве армейского резерва, должна была сосредоточиться 27 июля в районе Брод⁴⁴.

Таким образом, активная задача выпадала на 3-ю див. Конной армии, причем одна из них должна была вступить в дело после того, как скажутся результаты удара 4-й и 6-й кав. дивизий. 45-я стр. дивизия должна была сковывать противника на бродском направлении, в то время как на 11-ю кав. дивизию выпадала роль заслона. Выполнение 1-й конной армией вышеуказанных задач и привело ее начиная с 27 июля к ряду встречных столкновений – с одной стороны, с передовыми частями 2-й польской армии, а с другой – с левым флангом 6-й польской армии, крайне активная оборона которого создала также ряд встречных боев на бродском направлении.

Ввиду того что перегруппировка 2-й польской армии в силу объективных причин запоздала и главные ее силы вступили в дело лишь 30 июля, в разыгравшемся встречном сражении мы можем отметить три фазы: первая – наступательная инициатива принадлежит Конной армии, вторая – инициатива переходит на сторону противника и, наконец, в силу начала планомерного отступления 2-й польской армии, она вновь переходит к 1-й конной армии.

27 июля уже отмечается завязкой сражения в центре Конной армии. 4-я кав. дивизия, приступившая к выполнению своей задачи, встретилась с 4-й польской кав. бригадой, следовавшей в указанный ей район. Произошел, очевидно, встречный кавалерийский бой со всеми особенностями, присущими такого рода столкновениям, то есть путанностью и неясностью обстановки и быстрой сменой положений и моментов боя, что дало право обеим сторонам приписывать себе успех дня⁴⁵.

Равным образом продвижение 11-й кав. дивизии в указанный ей район привело к столкновению ее с левофланговыми частями 6-й польской армии, а именно – 18-й пех. польской дивизией, которая во исполнение приказа по 6-й польской армии должна была выделить на своем левом фланге достаточную маневренную группу для противодействия всяким попыткам обхода ее левого фланга со стороны противника. Начальник 18-й пех. польской дивизии предназначил для этой цели 36-ю пех. бригаду, которая 28 июля должна была перейти в район Буск – Красне; перегруппировка дивизии производилась под прикрытием действий сильных разведывательных отрядов и бронепоездов, высланных в направлении на Броды⁴⁶. На участке р. Стырь день прошел в перестрелке, действовали мелкие разведывательные группы обеих сторон. 6-я кав. дивизия в этот день сделала также попытку овладеть переправой через р. Стырь в районе с. Щуровице, но попытка эта была отбита, и дивизия приступила к поискам переправ через р. Стырь выше и ниже этого пункта. Наконец, 45-я стр. дивизия к концу дня приступила к смене 3-й бригады 11-й кав. дивизии в районе к юго-западу от г. Броды, а армейский резерв – кав. бригада Осадчего, сосредоточилась в районе г. Броды⁴⁷.

К концу описываемого дня на стороне противника обнаружилось приближение значительных подкреплений. 1-я кав. дивизия, шедшая изнутри страны, к концу дня 27 июля прибыла и расположилась в районе м. Горохов, а головная бригада 2-й кав. дивизии, только что закончившей свое формирование на территории Польши, вступила в г. Владимир-Волынский⁴⁸.

В течение 28 июля 2-я польская армия беспрепятственно продолжала свою перегруппировку. К концу дня 28 июля и в течение ночи с 28 на 29 июля 1-я пех. дивизия легионеров сосредоточилась, будучи переброшена на грузовиках, в районе с. Радомысль. На участке 6-й польск. армии 36-я бригада с рассветом выступила в район с. Красне, оставив на своем участке только слабые дозоры 6-го уланского полка⁴⁹.

В течение дня 28 июля обе стороны на участке р. Стыри от г. Луцка до устья р. Пляшевки ограничились лишь перестрелкой и поисками разведчиков, в центре и на левом фланге армии боевые действия в течение этого дня носили более оживленный характер: 4-я кав. дивизия с боем форсировала р. Стырь, выбив противника из сел Бордулаки, Станиславчик и Монастырек. Преследуя противника, она заняла и с. Лашков. 11-я кав. дивизия также в этот день глубоко проникла в расположение противника и к концу дня вышла на рубеж Холоюв – Будки – Буск. Однако из Холоюва и Буска части дивизии были выбиты, причем в атаке на Буск участие приняла 36-я пех. польская бригада, безостановочно двинутая в атаку на Буск тотчас по своему прибытию в м. Красне⁵⁰. Таким образом, на ночлег ядро главных сил 11-й кав. дивизии расположилось в районе Пшевлочная – Адамы – Яблоновка. В этот день 45-я стр. дивизия медленно продвигалась на указанный ей накануне рубеж, оттесняя польские разведывательные группы и дозоры⁵¹.

6-я кав. дивизия в день 28 июля бездействовала в силу причин, которые совершенно не установлены официальными данными.

Невзирая на то что сосредоточение 2-й польской армии еще не вполне закончилось (ожидалось прибытие на автомобилях из-под Луцка замыкающих частей 1-й пех. див. легионеров), командарм 2-й польской отдал приказ, согласно которому общее наступление должно было начаться 29 июля.

Руководящая идея этого приказа в общем отвечала первоначальным намерениям командарма, именно: удар из уступов справа на Броды – Радзивиллов с попутным уничтожением живой силы противника и установлением связи с 18-й пех. польской дивизией, причем те части 1-й пех. дивизии легионеров, которые уже успели сосредоточиться, должны были, переправившись у Малева в ночь с 28 на 29 июля, занять район Пляшевка – Доброводка, обеспечивая маневр главных сил армии на Броды и Радзивиллов. Во исполнение этого приказа 4-я кав. бригада должна была через Станиславчик двинуться как можно скорее в южном направлении; 1-я кав. дивизия, выступив возможно раньше, 29 июля должна была следовать на Радзивиллов; 6-я пех. дивизия легионеров вместе с уланским полком выступала на Броды и Радзивиллов в 6 часов 29 июля, причем по достижении этого района она должна была приготовиться к наступлению на Дубно и установить связь с 18-й пех. дивизией.

Те части 1-й пех. дивизии легионеров, которые прибывали в район 2-й польской армии после начала выполнения указанного приказа, должны были получить боевые задания дополнительно⁵². Начало выполнения этого приказа частями 2-й польской армии повело к завязке боя более крупных частей и на более широком фронте, причем местами инициатива начала переходить уже на сторону противника.

В ночь с 28 на 29 июля части 1-й польской кав. дивизии и 1-й пех. дивизии легионеров начали переправу через р. Стырь, при этом от ст. Малева противник, переправивший первоначально две роты, начал быстро распространяться в юго-восточном направлении. Переправившаяся одновременно с пехотой польская кавалерия силой 1300–2000 сабель при четырех орудиях⁵³ быстро двинулась по левому берегу р. Пляшевки в общем направлении на Мытницу, где, однако, наткнулась на бригаду 6-й кав. дивизии, которая энергичной конной атакой отбросила эту кавалерию к северу от Мытницы, после чего завязался огневой бой.

В этот же день 6-я пех. польская дивизия на стороне противника сыграла ту же роль, которую накануне сыграла на нашей стороне наша 6-я кав. дивизия: сосредоточившись своими главными силами в районе Берестечка, она ожидала, пока «установится связь с 1-й пех. дивизией легионеров».

Пользуясь этим обстоятельством, две бригады 6-й и 4-я кав. дивизии вступили в бой с 4-й польской кав. бригадой, занявшей было с. Щуровице и Лешнюв, но скоро выбитой оттуда 6-й кав. дивизией. Однако ей также не удалось использовать в полной мере свой успех: наступая в спешенном строю на мост у с. Щуровице, упорно обороняемый противником, она наткнулась на укрепления, сохранившиеся перед этим мостом еще со времен мировой войны. Наши части понесли при этом значительные потери, и бой принял на этом участке затяжной характер, зато нам удалось овладеть с. Завидче, отбросив противника к северу от него.

На участке остальных частей Конармии, равно как и левого фланга 6-й польской армии и в этот день не произошло ничего существенного. 18-я пех. польская див. в этот день вела усиленную разведку на своем левом фланге, причем обнаружила глубокое проникновение нашей кавалерии в Бугскую котловину. Кроме 11-й кав. дивизии, в ней появились еще части 4-й кав. дивизии, которая 29 июля двинулась на Радзехов, но продвижение ее не было особенно далеким, так как сильный дождь испортил все дороги. На участке 45-й стр. дивизии не произошло ничего существенного, так как в этот день она оставалась на месте «после жестоких боев, бывших накануне».

В этот день командование Конной армии убедилось, что противник сосредоточил весьма значительные силы для обеспечения подступов к Львову, о чем и донесло командюзу, указывая, что к 30 июля оно не сумеет выполнить задачу по взятию Львова.

В ответ на это командюз телеграммой № 657/оп. 4268/оп., указав на промедление, которое было допущено Конной армией в преследовании разбитой радзивилловской группы противника, определенно требовал занятия Львова 30 июля.

Таким образом, можно констатировать, что завязка встречного боя 2-й польской армией не дала ей особых преимуществ в силу того, что половина из предназначенных командармом 2-й польской армии для атаки сил в бою участия не приняли: 6-я пех. дивизия легионеров бездействовала, 1-я кав. дивизия, если не бездействовала вполне, то действовала на направлении, которое также, по-моему, мало отвечало намерениям командования 2-й польской армии, при этом наступление ее захлебнулось. Более резко выразился успех на участке 1-й пех. дивизии легионеров, наступление которой, хотя и медленно, но развивалось. Левый фланг 1-й конармии в течение 29 июля сохранял полную пассивность; даже на участке 11-й кав. дивизии не произошло никаких особых боевых событий.

На 30 июля командование 2-й польской армии предполагало продолжать приводить в исполнение свой план. 1-я кав. дивизия должна была заменить 4-ю кав. бригаду в действиях на Броды и Радзивиллов, которая направлялась на Топоров, в районе которого были обнаружены значительные силы нашей конницы. Обстановка для 1-й конной армии на 30 июля должна была осложниться в том отношении, что в этот день и левый фланг 6-й польской армии – 18-я пех. дивизия – готовился перейти к активным действиям с ограниченной целью для сковывания наших сил на бродском направлении.