Kitobni o'qish: «Ловля карповых рыб»

Верховка

Верховка (называемая рыбаками также верхоплавкой, овсянкой, малявкой, а у нас на Северо-Западе – серебрянкой) – самая маленькая из всех российских рыб, по крайней мере из широко известных. Обычные её размеры около 4–5 см длины, максимальная длина не превышает 8 см, масса до 7 г.

Рис. 1. Верховка

Многие путают верховок с молодыми уклейками, схожими и по виду, и по образу жизни. Однако, присмотревшись, верховку легко опознать и отличить от уклейки даже в водоеме, не вынимая ее из воды: голова у первой более массивная и не столь заостренная, к тому же отличается более темным цветом по сравнению со спиной рыбки – зеленовато-желтой, словно бы покрытой мелкой сеточкой.

Бока и брюхо верховки покрывает серебристая, легко отделяющаяся чешуя, относительно крупная и отсвечивающая синеватым металлическим блеском. На теле, как и у уклеек, встречаются местами мелкие черные бугорки. Озерные и прудовые верховки более темные, чем речные.

Верховка любит тихие, неглубокие заводи малых рек, небольших озер и проточных и полупроточных прудов, предпочтительно с чистым песчаным дном, реже с илисто-песчаным или каменистым, – и, вполне оправдывая свое название, держится там у самой поверхности воды все теплое время года, пока в воздухе летают насекомые, с холодами же уходит на глубину.

Большие озера, водохранилища и широкие реки верховка недолюбливает, проигрывая там борьбу за экологическую нишу своей главной конкурентке – уклейке.

В ставшем классикой труде «Рыбы России» Л. П. Сабанеев указал, что верховка широко распространена по европейским областям России, а восточной границей ее ареала служит Уральский хребет. Долгие годы авторы рыболовной литературы старательно переписывали это утверждение. Вторили им и ученые-ихтиологи вслед за свои классиком, академиком Бергом: бассейны Балтийского и Черного моря, плюс бассейн Северной Двины, – а больше верховка нигде не водится, разве что родственный вид в реках Кавказа. И до сих пор вторят, вместе со вступившим в дружный хор всезнающим Интернетом. Одни лишь сибирские рыболовы смиренно интересуются: а как же, мол, именуется в таком случае та серебристая мелочь, что снует по поверхности наших водоемов?

Мелочь именуется верховкой. Все очень просто: Сабанеев не ошибался, не ошибался и академик Берг, издавший свой фундаментальный четырехтомник «Рыбы пресных вод СССР» в 1948-49 годах. В те времена верховка в Сибири действительно не обитала. Завезли ее (как объяснил заведующий лабораторией рыболовства НИИЭРВНБ Ю.В Михалев), в прудовые хозяйства Красноярского края в 1963 г. – случайно, вместе с личинками и мальками карпа из Курска. Как и в случае с бершом (в качестве безбилетного пассажира путешествовавшего по стране вместе с судаком), – типичный пример рыбьей «нелегальной иммиграции».

Из рыбоводных прудов и садков верховка, способная проскользнуть сквозь ячею любой заградительной сети, начала самостоятельно распространяться по естественным водоемам Сибири, и вполне успешно расселилась по громадному бассейну Енисея, став там вполне обыденной рыбой (нет ее лишь в самых северных, приполярных районах). Так сказать, наш европейский ответ на триумфальное шествие ротана, начавшееся как раз с востока…

Нерест у верховок весьма продолжительный: с конца апреля по июнь они периодически, небольшими порциями выпускают свою икру на прибрежную траву и водоросли. Иногда случается, что условия для нереста не устраивает рыбешек – чаще такое случается в больших проточных прудах с непостоянным уровнем воды, где в иные годы не найти на нужной глубине подходящей для икрометания растительности. Тогда громадные массы верховок устремляются в поисках подходящих нерестилищ в речки или ручьи, впадающие в пруд, а следом тянутся вереницы хищников, окуней и щучек.

Как и у прочих рыб с коротким жизненным циклом, численность верховок в водоеме весьма меняется год от года (дольше 3–4 лет они не живут, а способны к размножению становятся на втором году жизни). Выдастся удачная для нереста весна – и через пару лет в озерце или пруду не продохнуть от верховок. Для рыболовов-поплавочников это сущее бедствие: бесчисленные стаи серебристых рыбешек не только мгновенно набрасываются почти на любую насадку, даже весьма крупную, – они еще со всех сторон окружают поплавок, бодают и толкают его: заметить, например, осторожную поклевку плотвы невозможно. Остается утешаться лишь тем, что еще через пару лет в водоеме начнут активно ловиться хищники, прибавившие и в числе и в весе при такой изобильной кормовой базе.

Почти всех любителей рыбалки верховка интересует исключительно как отличный живец, хотя еще Л. П. Сабанеев высказывал мысль о том, что многие озера в центральных губерниях уже настолько обезрыблены неводным ловом, что верховка составляет в них главную массу рыбы, – и неплохо бы наладить там ее промысел мелкоячеистыми снастями, наподобие промысла снетка.

Рыболовы-промысловики заветам классика не вняли, хотя был период (начало 90-х годов ХХ века) когда в продаже кое-где появилась закуска «Рыбка к пиву», в которой при внимательном рассмотрении было не трудно опознать высушенную верховку. Но в те времена каких только странных историй не случалось.

Добывают верховку разными способами. Можно довольно много наловить ее на удочку, благо верховки почти всегда голодны и клюют беспрестанно. Летом оснастка и тактика ловли такие же, как и при ловле уклейки, только и снасть, и насадка несколько миниатюрнее.

Зимой я предпочитаю использовать удочку, специально оборудованную для ловли верховок, благо много места в ящике не занимает. Конструкция проста: крохотный поплавок, грузильце, притапливающее его, два крючка № 2,5 по отечественной нумерации, слегка доработанные: бородки на них почти полностью стачиваются надфилем. Изощрятся и ставить супертонкую леску нужды нет, верховка рыбка не привередливая. Насадка – одна личинка репейной моли. Можно насаживать и одного мотыля, но обязательно «чулком» – занятие кропотливое и надоедливое, особенно учитывая размеры добычи. Место для ловли выбирается мелкое – чтобы можно было вынуть рыбешку над поверхностью льда, не перебирая леску руками. Если верховки начинают клевать не сразу, можно подманить их, бросив несколько щепоток песка, смешанного с мукой и сухим молоком: аппетитно пахнущая смесь привлекает рыбок, но не насыщает их. Суть ловли в том, что касаться добычу руками не приходится: при поклевке поднимаете над головой удочку, и, если попалась рыбешка, слегка встряхиваете ею над каной с живцами, – верховка сама отцепляется с лишенного бородки крючка. При удачном выборе места за 20–30 минут можно наловить несколько десятков живцов.

Как-то раз, от беды и лютого бесклевья, я целый день занимался такой ловлей: счет под вечер шел уже на сотни и приближался к тысяче, мышцы правой руки отчаянно бунтовали против этакой бесчеловечной эксплуатации, но весь волюнтаризм затеи довелось оценить лишь дома, когда я решил потушить улов на медленном огне, на манер шпротов, и занялся его чисткой… И заявляю со знанием дела: верховка рыба вполне съедобная, даже очень вкусная. Но годится лишь на живца.

Хотя в Белоруссии, в местах, где приличных водоемов поблизости нет, лишь болотца с вьюнами и прудики с верховками, – там верховок ловят в огромных количествах мелкоячеистыми саками и примитивными бреднями – не сетными, а слаженными из редкотканой мешковины. Улов перемалывают на рыбные котлеты, причем чистят голыми руками, без каких-либо приспособлений, на удивление быстро и ловко: два-три движения пальцами – и чешуя легко отделяется от боков рыбешки, голова буквально «отщелкивается» ногтем большого пальца, затем содержимое брюшной полости аккуратно выдавливается через образовавшееся отверстие. Увы, воюя со своим рекордным уловом верховки, я не был знаком с белорусским способом чистки…

При хорошем клеве крупного окуня или судака верховка нужна постоянно, и удить ее – значит отвлекаться от основной ловли. Помочь делу могут простейшие ловушки, изготовленные из пластиковых пивных или лимонадных бутылок (объемом 1,5–2 л). Такая мини-верша изготовляется в полевых условиях за считанные минуты, причем летом материал для изготовления валяется по берегам часто посещаемых водоемов в достатке. С бутылки ровно срезается верхняя, сужающаяся часть, переворачивается и вставляется внутрь на манер горла мережи, в получившейся снасти кончиком ножа протыкается достаточное количество отверстий, сбоку привязывается груз, – и морда-малявочница готова. Приманкой служит хлеб, а в улове, кроме верховок, встречаются гольцы и мелкие пескари. Зимой очень удобно опустить в лунки на лесках 2–3 бутылки, переделанных в ловушки. Летом можно использовать в тех же целях и бутыли большего объема, из-под питьевой воды (5–6 л и более).

В огромных количествах верховка ловится мелкоячеистыми наметками и пауками, когда она, как упоминалось выше, густыми массами заходит в тесные ручьи, – но случается такое не каждый год.

Но самые значительные количества верховок добываются все-таки круглыми саками-подъемниками зимой, в прорубленных (или пропиленных специальными ледовыми пилами) майнах до 1 метра диаметром. Ловят на богатых верховкой прудах, с прикормкой, и обычно не для использования на том же водоеме, – для поездок большим коллективом за хищником на Ладожское и другие крупные озера, и для продажи рыболовам, не имеющим времени добывать насадку. В холода, зимой и поздней осенью, верховка удивительно живуча и выдерживает длительное пребывание в канах, буквально кишащих рыбешками.

Чтобы не рубить большую майну, некоторые рыболовы используют для зимней ловли верховки так называемые подъемники-«зонтики», которые в сложенном состоянии проходят вместе с добычей в стандартную лунку. На рис. 2 представлен один из вариантов изготовления такой снасти.

Рис..2 Подъемник-«зонтик» конструкции В. Золотарева: 1 – медная шайба диаметром 40 мм; 2 – спицы длиной 480 мм из проволоки диаметром 5 мм, подвижно соединенные с шайбой; 3 – леска, соединяющая концы спиц; 4 – стропы; 5 – тяговый шнур.

Однако у такой снасти имеется ряд недостатков – например, она непригодна для ловли на мелководье, когда длина спиц «зонтика» превышает расстояние между дном и нижней поверхностью льда, а также гораздо хуже работает в сильные морозы (нарастающий на сочленениях металлических деталей лед мешает подъемнику раскрыться на дне).

Более надежен, но в то же время и более сложен в изготовлении «зонтику», изображенный на рис. 3 – в нем спицы приходят в горизонтальное положение под действием пружин, а не собственной тяжести.

Рис. 3. Подъемник-«зонтик» конструкции Д. Звягинцева: 1 – проволочки для привязывания приманки; 2 – сетное мелкоячеистое полотно; 3 – пружинные распорки; 4 – свинцовый груз весом 100 гр; 5 – стропы; 6 – тяговый шнур, 7 – кольца, 8 – боковая нить.

Подобными «зонтиками» можно ловить зимой раков, а увеличив размеры и добавив вертикальные крылья – любую крупную рыбу, даже ту, которая в своем активном состоянии в сезон открытой воды успевает уходить из подъемников. Но надо учитывать, что небольшой, предназначенный для живцов «зонтик» с захваченным, например, крупным подлещиком может застрять в стандартной лунке. Поэтому, если есть вероятность поимки достаточно крупных рыб, лунки либо сверлят буром с увеличенным диаметром, либо расширяют пешней или ледовой пилой.

Голавль

По традиции, для начала цитата из Брема:

Отличительными признаками голавля (Leuciscus cephalus) служат: кругловатое тело, сравнительно большая голова, короткие спинной и заднепроходный плавники, довольно крупная чешуя и глоточные зубы, расположенные в два рядя по 2 и по 5 в каждом; коронки их сдавлены с боков и крючкообразно загнуты назад. У голавля особенно бросается в глаза несоразмерная величина его головы; полученное им, благодаря этому обстоятельству, название является, таким образом, вполне основательным. Морда сдавлена книзу, рот, расположенный на конце рыла, растянут в ширину и сильно расщеплен кзади, тело почти круглое, спина черно-зеленая, бока золотисто-желтого или серебристо-белого цвета; брюхо белое с бледно-красным отливом; щеки и жаберные крышки розового цвета с золотистым блеском; губы красноватые; спинной и хвостовой плавники по черноватому полю покрыты красноватым налетом, заднепроходный и грудные плавники ярко-красного цвета, все чешуи на свободном конце и посередине окрашены в мутный цвет темными пигментными отложениями. Длина может достигать 60 см вес – 4 кг и более.

Голавль принадлежит к числу самых обыкновенных рыб в реках и озерах средней Европы, считая от крайнего запада до Урала и от уровня моря до высоты 1000 метров.

А. Брем «Жизнь животных», т. 4 «Рыбы и амфибии»

Рис. 4. Голавль

Обитает голавль в средних и малых реках (в речушки, более напоминающие ручьи, заходит редко и ненадолго, в полую воду, и быстро скатывается обратно). Предпочитает эта рыба реки с быстрым и средним течением, но такие, где быстрины соседствуют с тиховодными омутами и заводями. Воду голавль предпочитает умеренно холодную: медленно текущие по равнинам реки, мутноватые и теплые, он избегает. Однако же многочислен в верхнем течении тех же рек, за исключением самых верховьев, родниковых истоков, излюбленных форелью, – там для голавля все же холодновато.

Хищником голавля назвать нельзя, скорее он всеядная рыба: с одинаковым аппетитом употребляет и насекомых, и их личинки, и ракообразных, крупных и мелких, и рыбью мелочь, и червей, и моллюсков. Однако растительную пищу недолюбливает: лишь молодые голавлики попадаются на тесто или хлебный мякиш, – в основном случайно, при ловле, ориентированной на других рыб. Хотя в рыболовной литературе можно встретить сообщения об успешной ловле голавлей на макароны, на молодой недоваренный картофель, на всевозможные ягоды, в том числе на вишню. Но мне среди голавлей заядлые вегетарианцы не попадались.

Способов ловли голавля достаточно много, и рассказывать о них, пожалуй, стоит одновременно с рассказом об образе жизни и повадках рыбы, – а они весьма разнятся в зависимости от времени года.

Весенняя ловля ловушками, подъемниками и саками

Нереста у голавля происходит достаточно рано, в сравнении с другими карповыми рыбами, – в середине либо в конце апреля, точный срок меняется в зависимости от географической широты местности и от того, затяжной или ранней была весна. Нерестится голавль на мелководных перекатах, для чего заходит в притоки и в верховья, но никогда не забирается, в отличие от язя или ельца, в самые узкие и мелководные места, – поэтому при ловле ходовыми наметками или небольшими подъемниками попадается весьма редко.

Сам нерест проходит достаточно незаметно, без тех шумовых и визуальных эффектов, какие можно видеть и слышать на нерестилищах плотвы, щуки, карпа. Просто с какого-то дня начинают попадаться голавли без икры.

Поднимающуюся и покатную рыбу ловят в это время на нешироких реках подъемниками, чаще всего с мостов. Снасть – стандартный «паук» с четырьмя «лапками», размером 2х2 метра (в тех регионах, где правила разрешают ловлю подъемниками, это максимально допустимый размер). Уловы многочисленными не бывают: голавль поднимается небольшими стайками, с большими промежутками между ними; скатывается отнерестившаяся рыба, по моим наблюдениям, поодиночке. Стайки собираются из рыб примерно одинакового размера.

Сеть на подъемники натягивается мелкоячеистая, ориентированная не на голавля, а на корюшку, заходящую в реки примерно в то же время или несколько позже. Можно сказать, что голавля ловят в ожидании подхода густых стай корюшки, либо попутно, в качестве прилова. Более подробно о весенней ловле «пауками» рассказано в книгах «Подъемники, ловушки, кастинговые сети» и «Щука. Все способы ловли».

В Ленинградской области в то же время года распространен и лов корюшки саками (с берегов рек и каналов), но голавли попадаются в них гораздо реже, чем в подъемники, к тому же в основном мелкие, не доросшие до нереста.

Более эффективно добывают голавлей во время весеннего хода ловушками: вентерями, мережами и мордами, но все-таки уловы не могут сравниться с весенними уловами щуки, язя, плотвы или сырти.

Позже, на исходе лета, голавль иногда заходит в верши (чаще всего в поставленные неподалеку от мест его кормежки, на глубине около 1 метра среди редкого тростника) привлеченный мелкой рыбой, оказавшейся в снасти.

Весенняя ловля донками

После нереста скатившиеся на более глубокие места голавли несколько дней приходят в себя, затем приступают к усиленной кормежке. Обычно полая весенняя вода в это время начинает уже убывать, но реки еще не вошли в берега и достаточно мутны и быстры.

Ловля на поплавочную удочку неудобна в тех местах, где предпочитает держаться и кормиться после нереста голавль, поэтому главным орудием лова служат донки. Монтируют их обычно на спиннингах с инерционной катушкой, закидушки, описанные в книге «Налим. Все способы ловли», применяют гораздо реже, – голавль рыба сильная, и выводить его гораздо удобнее, используя амортизирующие свойства удилища.

Оголодав за время нереста, голавль питается круглосуточно (делая перерыв в клеве на пару часов после полуночи). Но все же большинство любителей предпочитают ловить по ночам: мелочь меньше атакует насадки и в качестве прилова может попасться налим.

Для ловли выбирают участки с ровным дном, обычно песчаным, с равномерным течением средней силы и с глубиной в 1,5–2 метра. Весьма любят голавли держаться возле мест впадения ручьев в реку, и пытаться поймать их там надо в первую очередь.

Оснастка донки стандартная: концевое грузило, вес которого зависит от силы течения, основная леска диаметром 0,4–0,5 мм, поводки, один или два, – 0,3 мм (в мутной воде, тем более ночью, голавль менее требователен к толщине лески, летом же поймать его на столь грубую оснастку не стоит и пробовать).

Некоторые авторы советуют употреблять более тонкие снасти: основную леску ставить 0,2 мм, поводки, соответственно, еще тоньше, и ловить с безынерционной катушкой. Так, дескать, более спортивно, у рыбы появляется шанс… Не знаю уж, что спортивного в том, что травмированный голавль уплывает с крючком в пасти. Да и рыболов мало напоминает спортсмена, когда пытается распутать в свете фонарика тонкую леску, куда больше, чем толстая, склонную запутываться. Безынерционная же катушка именно для этой ловли пригодна менее, чем инерционная, почему – будет объяснено чуть позже.

Крючки применяются № 10 по отечественной нумерации, иногда меньшего размера – когда клюют небольшие, на 400–500 граммов, голавлики.

Рис. 5. Донка для весенней ловли голавля: 1 – спиннинг; 2 – подставка; 3 – сторожок-колокольчик (можно не использовать); 4 – основная леска.

Обычно рыболов закидывает 3–4 спиннинга, на разное расстояние от берега, – а затем, нащупав одной снастью место кормежки голавлей, перебрасывает туда же и остальные. Если забрасывать приходится на большое расстояние от берега, то место падения грузила ночью разглядеть трудно. Поэтому после заброса леска фиксируется: захлестывается вокруг барабана инерционной катушки двумя обратными петлями. Если голавль не клюнул, эти петли снимают, прежде чем выбрать снасть, и в следующий раз грузило и насаженные крючки полетят на иное расстояние от берега. А после поклевки (удачной или нет) фиксатор остается на месте, и исключает возможность «перелета»; надо только соизмерять силу броска, иначе в момент резкой остановки вращения барабана может оторваться оснастка.

Колокольчик в качестве сигнализатора поклевки обычно не применяется. Хватка у голавля уверенная, резкая, и сообщает о ней треск катушки, поставленной на тормоз (если используется фиксатор, описанный выше, то после его установки надо подмотать леску на несколько оборотов катушки – этот запас голавль сдернет при поклевке). Безынерционная катушка для такой ловли неудобна: если ее фрикцион отрегулирован на слабое усилие, позволяющее определить поклевку, то перед вываживанием рыбы приходится быстро производить перерегулировку. Возиться с фрикционом после поклевки чревато потерей рыбы, поэтому, если все-таки приходится ловить с безынерционной катушкой, то сигнализатором клева надлежит ставить колокольчик или бубенчик.

Самая лучшая насадка – личинка миноги (она же пискава, пескоройка, у нас на северо-западе многие ошибочно называют ее вьюном). Добывают личинок в прибрежном песчано-илистом грунте, зачерпывая его совковой лопатой. Лучший размер пискавы для наживки – 10–12 см, самых мелких можно сажать на крючок по 2–3 штуки. Насаживают личинок обязательно за губы, иначе они непременно закопаются в донный грунт. Если пескоройки чересчур крупные, количество «холостых» хваток голавля увеличивается, в таких случаях необходимо применять снасточку из двух крючков: один цепляют за губы, второй (небольшой тройник или двойник) за середину спины или ближе к хвосту. Снасточка делается мягкая (из лески) и, если не зацепить у живца хребет, не мешает пескоройке извиваться.

Рис. 6. Пескоройка на снасточке из двух крючков.

Там, где минога не водится, ее заменяет червь-выползок. Ловить на него не столь удобно: личинка миноги очень живуча и очень крепко держится на крючке, позволяя перезакидывать донку много раз, не меняя насадки. А выползок редко выдерживает больше 3–4 безрезультатных забросов. Да и при поклевке у голавля нет шансов уплыть с половинкой пескоройки в пасти, как порой случается при ловле на червя.

Лучший клев начинается вскоре после заката, и продолжается 2–3 часа. Когда он ослабевает, можно подремать в палатке или у костра – чутко, вполглаза, чтобы не пропустить поклевку: если голавль клюет в середине ночи, то это обычно крупный экземпляр. Перед рассветом клев вновь активизируется.

По мере того, как вода очищается от мути и уровень ее спадает, ночная ловля на донки становится все менее уловистой и постепенно прекращается. Но в некоторых местах и в середине июня еще успешно ловят голавлей этим способом. Течение к тому времени обычно ослабевает настолько, что можно использовать резиновые амортизаторы, и спиннинговое удилище служит уже не для заброса, а лишь для вываживания рыбы. Можно обойтись и без него – голавль летом попадается на донки некрупный.

На небольших, узких реках такая весенняя ловля – основательная, с разбитым на всю ночь биваком – успеха не принесет, бродящие по речкам стайки голавлей надо искать. Делают это с ходовой донкой – донная оснастка со скользящим грузилом-оливкой и дробинкой-стопором ставится на длинное, 4–6 метров, удилище для поплавочной ловли. Сторожок не применяется, снасть постоянно находится в руках, леска туго натянута течением, – и поклевка определяется осязанием.

Рис. 7. Оснастка ходовой донки для весенней ловли голавля.

Ловля производится днем, и в данном случае применение тонких лесок и безынерционной катушки гораздо более оправданно. Ходовой донкой можно облавливать большую площадь дна, чем обычной, – рыболов, сделав поперечный заброс, позволяет легкому грузилу медленно катиться по дну под действием течения, пока леска не составит острый угол с береговой линией, после чего заброс повторяют.

Летняя ловля сетями

После того, как заканчивается весенняя ловля донками, стайки голавлей постепенно разбредаются по реке и становятся на свои летние кормовые участки. В этот переходный период, длящийся около десяти дней (обычно в середине или второй половине июня) голавль неплохо идет в ставные сети.

Позже, в июле и в августе, голавли попадают в сеть случайно, при ловле других рыб, изредка и по одной штуке: дело в том, что крайне неровный подводный рельеф и перепады течения в местах излюбленных летних стоянок голавля делают ловлю сетями там невозможной или очень трудной. К тому же крупные рыбины весьма осторожны и даже тонкая сеть из мононити их пугает. Теоретически, можно неплохо наловить сетью в мае, на тех же местах, где производится ловля донками на личинку миноги, – но на тех водоемах, где мне доводилось охотиться за голавлями, действовал запрет на ловлю сетями в весенний период и следили за его соблюдением весьма строго.

В свое время мне удалось методом проб и ошибок нащупать несколько мест, где в июне голавли неплохо попадались в сети. «Неплохо» – отнюдь не значит, что для доставки улова домой приходилось использовать грузовой автотранспорт: несколько голавлей в выставленную на 2–2,5 часа тридцатиметровую сеть запутывались, но суммарный вес их почти никогда не дотягивал до разрешенных к вылову пяти килограммов.

Сеть – трехстенку с ячеей 32 мм, длиной 30 и высотой 1,8 м – я выставлял на небольшой глубине, около 2 м, причем почти все голавли попадались в верхнюю треть сети, запутавшихся возле грузового шнура можно пересчитать по пальцам. Дно в месте ловли было ровное, глинисто-песчаное; большое количество топляков ловле не препятствовало: молевой сплав в тех местах прекратили лет 30 назад, и затонувшие бревна были сильно занесены, выглядели продолговатыми донными возвышенностями. Вдоль берега, на мелководье, шла полоса зарослей кувшинок, только-только поднявшихся на поверхность. Где кончались кувшинки, начиналась бровка, скат в глубину под углом 45 градусов, именно на эту бровку я выставлял сеть, параллельно берегу. Попытки ловить дальше, на большей глубине, успеха не приносили, – возможно, оттого, что голавли шли в верхних слоях и проплывали значительно выше наплавного шнура.

Рыбы попадались мерные, по 400–500 гр, однако при параллельной ловле на удочку клевали и стограммовые голавлики, свободно проходившие через ячейки сети. Но иногда случалось запутаться и солидному голавлю, в 1–2 кг весом, именно в расчете на такой случай и применялась сеть-трехстенка.

Характерно, что позже, в середине и конце лета, голавли в тех же местах не держались и не клевали. Можно предположить, что в июне голавль не идет сразу прямиком на свои излюбленные летние квартиры: к мостам, к плотинам, к ямам за перекатами, а некоторое время ищет подходящие места, подходя к берегам. В том месте, кстати, берег густо порос ольхой, многие деревья кренились над водой, некоторые попадали кронами в реку. Голавли подплывали, питались падающими с ольховых ветвей насекомыми, но надолго не оставались – течение там было ровное и довольно сильное, бороться с таким постоянно голавли не любят.

Летнее ужение на насекомых

Одним из самых распространенных способов охоты на голавля является ловля его поверху на насекомых.

Насадкой служат чаще всего майские и июньские жуки, кузнечики, стрекозы. Причем не стоит цеплять на крючок тех насекомых, которых рыболову в данный момент достать легче всего, – голавль весьма разборчив, и незнакомого ему таракана хватать не спешит: подплывет, осмотрит, и уплывает без поклевки. Всегда надлежит выбирать наживку в соответствии с местными условиями ловли: если берега речки поросли деревьями, то ветер, особенно ночью и на зорях, стряхивает с них ночующих на листьях майских жуков, от ночной прохлады сонных и вялых, неспособных к полету, – их и надо насаживать на крючок. На речке с открытыми берегами, текущей среди лугов и полей, более эффективной насадкой станут кузнечики. Во время массового вылета каких-либо бабочек, например капустниц или бабочек ручейника, – голавль охотно и без опаски клюет на них. В общем, насадку лучше всего запасать неподалеку от места ловли.

На протоках реки Луги (довольно быстрых, текущих среди заросших тростником отмелей достаточно далеко от берегов) мне доводилось успешно ловить голавлей на синих стрекоз, в изобилии обитающих на тростнике, – при этом поклевок на жуков и кузнечиков было в разы меньше. Крупную стрекозу-коромысло, длиной десять и более сантиметров, стоит использовать там, где вероятны поклевки крупных голавлей, – голавлики весом около полукилограмма имеют обыкновение обрывать ей длинное брюшко и уходить, не коснувшись крючка. Но если другой насадки под рукой нет, помочь в таком случае может снасточка с двумя крючками, один из которых вводится в головогрудь насекомого, другой в конец брюшка.

Удилище для ловли используется достаточно длинное (4–5 метров), легкое, и относительно жесткое. Реже оснастку для верховой ловли ставят на спиннинг (в основном при ловле с лодок, с мостов и плотин). Катушку используют безынерционную, либо, если дальний заброс не требуется и насадка доставляется к рыбе течением, – большую инерционную типа «Невская». Маленькие инерционные катушки, так называемые «проводочные», очень неудобны для вываживания в случае поклевки крупного голавля.

Поплавок и грузило обычно не применяют. Либо майский жук или кузнечик отправляется в «свободное плавание», либо используется поплавок-шар – пластмассовая прозрачная емкость, частично заполняемая водой, и почти незаметная для рыбы.

Рис. 8. Оснастка с поплавком-шаром для ужения на насекомых.

Но порой случается, что рыболов обнаруживает жирующих голавлей случайно, не имея с собой поплавка-шара, а без него насекомое до нужной точки не докинуть. Тогда можно выбрать из имеющихся самый незаметный и неярко окрашенный поплавок, поднять грузик вплотную к нему и отпустить поводок на длину 50–60 см. Иногда помогает, но зачастую голавль настороженно относится к непонятному предмету, плывущему рядом со знакомой пищей, – и отказывается от поклевки. Происходит то, что рыболовы называют «выходом» – на поверхности образуется легкий бурун, иногда в воде блеснет бок рыбины, – а поклевки нет. В таком случае остается последний шанс: заменить поплавок куском ветки или обломком стебля тростника, – в общем, одним из тех предметов, что часто плывут по течению, – и попытаться успокоить подозрительного голавля.

Крючки применяются достаточно крупные (№ 7 – № 9 по отечественной нумерации), при ловле на бабочек (капустниц и т. д.) их необходимо насаживать 2–3 штуки, чтобы насадка оставалась на плаву, мелких насекомых (бабочек ручейника, например) насаживают до десятка. У насекомых с жестким хитиновым панцирем (кузнечиков, жуков) жало крючка выводят наружу. Жесткие надкрылья иногда обламывают, расправляя мягкие прозрачные крылья. У кузнечиков часто обламывают задние лапы, или одну заднюю лапу, сразу после поимки, – насадка эта очень шустрая и чуть не доглядишь, живо ускачет.

Как насаживать насекомых на крючок – вопрос спорный. Я предпочитаю использовать способы, изображенные на рис. 6: сгиб крючка всегда направлен вниз. По моим наблюдениям, такое расположение жала дает больше шансов подсечь рыбу, атакующую насекомых снизу. Но некоторые специалисты выводят жало крючка наверх, над спинкой насекомого, ссылаясь при этом на хорошее зрение голавля, способного увидеть крючок и заподозрить подвох… Мнение, на мой взгляд, ошибочное, – карповые рыбы вообще не отличаются зоркостью, и голавль среди них не исключение. Такая осторожность скорее уместна при ловле форели, действительно отличающейся хорошим зрением.

Рис. 9. Насаживание насекомых для ловли голавля: 1 – мелкая стрекоза; 2 – крупная стрекоза; 3 – кузнечик (задние лапы оторваны); 4 – майский жук.

Про леску можно сказать одно: чем она тоньше, тем лучше. Прогресс в деле производства рыболовных снастей, имевший дело в последние два десятилетия, позволяет выводить вполне приличных голавлей на поводке толщиной 0,1–0,12 мм. Но если вдруг удалось заметить крупных рыбин, в 2–3 кг и более (увидеть голавля, держащегося в верхних слоях воды, с высокого места нетрудно), то стоит увеличить диаметр лески.

Необходимые условия ловли – тишина и маскировка. Недопустима яркая одежда, к месту ловли желательно подходить под прикрытием кустов и деревьев.

Хотя надо отметить, что голавля пугают лишь непривычные звуки и движения. Например, стайки голавлей зачастую кормятся неподалеку от мест купания, ничуть не смущаясь визгом, плеском и прочим бултыханием. Мне доводилось ловить на кузнечика голавлей в яме, расположенной за пешеходным мостом: люди ходили по мосту постоянно, рыбы их, без сомнения, видели, да и тени от пешеходов падали туда, где держались голавли, – однако клеву это не помешало. Правда, экземпляры попадались далеко не рекордные.

Итак, осторожно подобравшись к стоянке голавлей, надо аккуратно, без лишнего плеска, закинуть насадку несколько выше по течению, – так, чтобы струя спустя какое-то время вынесла насекомое к месту жировки рыбы. Чтобы поймать крупных голавлей, иногда приходится отпускать насадку далеко, метров на 25–30. Ни насекомое, ни поплавок-шар на таком расстоянии уже не разглядеть, и ловить приходится вслепую, держа леску внатяг и определяя поклевку по отдающемуся в удилище толчку. Но достигнуть веса в несколько килограммов у голавля в наше время немного, особенно в местах густонаселенных, – и гораздо чаще приходится иметь дело с некрупными голавликами, менее осторожными. Клюют они гораздо ближе к рыболову и поклевка определяется визуально, по бурунчику и исчезновению насекомого. Подсекать надо немедленно, – уколовшись о крючок, голавль тут же выплевывает насадку.

Повсеместное измельчание голавлей порой приводит к неприятным казусам при поклевке голавля действительно крупного. Иногда очень удобно ловить небольших голавлей, спуская леску вниз с моста или плотины: рыбы весом 300–400 грамм совершают на тонкой леске воздушное путешествие на высоту несколько метров без проблем, но если клюнет матерый голавлина – беда. Единственно надежный способ в такой ситуации – утомив рыбину, завести ее на небольшой подъемник, загодя опущенный под мост. Однако неоднократными опытами доказано: если явиться на мост с этим полезным приспособлением, то поклевок крупного голавля в тот день не случится.

Еще один способ ловли голавлей на насекомых: перетяга, она же «тюкалка», она же спаренные спиннинги.

Ловят перетягой вдвоем: два спиннингиста, находящиеся на противоположных берегах неширокой реки (обычно до 60 м шириной), заводи или другого неширокого водоема, соединяют концы шнуров своих спиннингов. В месте соединения на отдельных поводках прицепляют приманки. После этого начинается облов подходящих для стоянки голавля мест.

Держа леску натянутой, можно добиться, чтобы насекомые подергивались у самой поверхности воды, лишь слегка ее касались – «тюкали», отсюда и происходит второе название снасти.

Рис. 10. Ловля перетягой

В случае поклевки крупного голавля его вытягивает тот рыболов, чей берег и место для вываживания лучше, или тот, который имеет сачок или багорик. В случае обрыва шнура у одного из спиннингов вываживание рыбы продолжает второй.

Намереваясь ловить на перетягу, один из рыболовов заранее переправляется на другой берег реки и в условленном месте, в наиболее узком участке реки, перекидывает с грузом конец своего шнура на другой берег. Если река слишком широка и спиннингист не в состоянии перебросить груз на другой берег, то второй спиннингист прицепляет к своему шнуру грузило-кошку и забрасывает его так, чтобы перекрыть шнур своего партнера выше грузила. Затем он дает своему грузилу затонуть и тянет его на себя, подтягивая этим самым и шнур, идущий с противоположного берега.

При ловле перетягой необходимо, чтобы длина шнура каждого из спиннингов могла с запасом перекрывать ширину выбранного для ловли водоема. Иначе может получиться, что в широком месте из-за недостаточной длины шнура рыбу нельзя будет подвести к берегу. Если все-таки такая неприятность произошла, тот рыболов, что стравливает шнур, должен зайти в воду на мелководье, а на крутом берегу – обрезать шнур у самой катушки.

Рис. 11. «Тюкалка» с резиновым амортизатором: 1 – колышек; 2 – резиновая нить; вертлюжок с застежкой; 4 – основная леска с поводками.

На относительно узких реках можно ловить «тюкалкой» в одиночку – в этом случае напарника заменяет амортизатор из тонкого авиамодельного шнура, закрепленный на противоположном берегу. Чтобы не стоять без поклевок на одном месте, ожидая, когда же вернется стайка голавлей, спугнутая плеском пойманной рыбы, удобней всего (если ловля происходит в малонаселенной местности) накануне рыбалки укрепить в разных местах несколько резинок к деревьям или к специально вбитым колышкам, пристегнув к другому концу карабинчиком кусок старой лески, тянущийся на противоположный берег, с которого будет производится ловля. Придя на новое место, достаточно выбрать леску, отстегнуть от нее амортизатор и пристегнуть его к оснастке удочки или спиннинга.

Охота на голавля

Любопытная статья была опубликована в журнале «Охота» № 1/1999. Автор, С. Колдунов, поведал, как он добывал голавлей при помощи… пневматического оружия. Способ в наших широтах весьма редкий, хотя еще Л. П. Сабанеев писал, что весьма эффективна могла бы быть стрельба неглубоко стоящей в воде рыбы из «ружья монтекристо» – так в конце девятнадцатого века именовались пневматические винтовки.

Вот основные положения статьи современного последователя Сабанеева (не относящиеся к делу подробности и литературные красивости опущены):

Охота производилась летом, в самые жаркие месяцы, на речке Тигме (приток реки Тверцы, Тверская область). Оружие использовалось калибра 4,5 мм: винтовки ИЖ-38 и ИЖ-60 в стандартном заводском исполнении, с открытым и оптическими прицелами. Тип применяемых пулек автор не назвал. По утверждению С. Колдунова, однажды ему удалось даже подстрелить полукилограммового голавля из пневматического револьвера РПШ (но едва ли этот единичный факт может послужить доводом в пользу использования короткоствольной пневматики для подобной охоты).

Стрельба производилась по рыбам, находящимся в верхнем слое воды, непосредственно у поверхности, и всегда с берега, а иногда даже с деревьев, – то есть угол, под которым пулька входила в воду, был достаточно крутым, по крайней мере случаи рикошета автор не отмечает. Двадцатисантиметровый слой воды над спиной рыбы делал стрельбу уже неэффективной.

Подстреленные голавли вели себя по-разному: убитые наповал иногда всплывали, иногда опускались на дно; раненые уплывали либо забивались в укрытия поблизости.

(По утверждению Сабанеева, касающегося стрельбы дробью по подводным целям, рыба всплывает, если убита, когда стремилась к поверхности за кормом. Пораженная же в тот момент, когда, схватив корм, опускалась в более низкие слои воды, – идет на дно. Рыба с простреленным плавательным пузырем тонет в любом случае.)

Подстреленную добычу автор статьи доставал либо длинной палкой, срезанной на месте ловли, либо раздеваясь и залезая в воду (подсачеком это делать, без сомнения, гораздо проще, но, очевидно, неудобно подкрадываться сквозь прибрежные заросли к голавлям и с сачком, и с винтовкой).

Для того, чтобы заставить подняться к поверхности голавлей, стоявших на недосягаемой для пулек глубине, автор бросал в воду кузнечиков (майские жуки, надо полагать, окажутся не менее эффективны, особенно для крупных экземпляров), после чего быстро наводил винтовку на предполагаемое место падения насекомого и стрелял в метнувшуюся вверх рыбу.

Поскольку к размещенному в Интернете варианту статьи прилагались фотографии, иллюстрирующие разные стадии охоты, не доверять С. Колдунову оснований нет. Однако позволю себе несколько комментариев:

1. Даже если нет возможности использовать импортное оружие большего калибра, охотиться с маломощными ИЖами не стоит. Лучше употреблять отечественную винтовку МП512М, либо доработанную МП512, поставив на нее пружину «Хантер» вместо штатной. Дульная энергия такого оружия в 4–5 раз выше, чем у ИЖей, и даже если у подстреленной рыбы не будет задет жизненно важный орган, она получит сильную контузию, не позволяющую уплыть. Не так много осталось в наших реках голавлей, чтобы плодить понапрасну пропадающих подранков.

2. Из тех же соображений стоит все-таки использовать сачок, например, трехколенный телескопический. В сложенном положении его можно носить за спиной на шнурке-перевязи, а раздвинув длинную рукоять, нетрудно достать подстреленную рыбу даже с приличной глубины.

3. Использовать оптический прицел едва ли целесообразно – цель для расстояния в несколько метров достаточно крупная. А вот солнцезащитные очки с поляризационными фильтрами весьма помогут охотнику разглядеть голавля сквозь бликующую воду.

4. Пульки стоит употреблять остроконечные, весом не менее 0,6 грамма, а лучше более тяжелые.

5. И последнее: и охотничьи, и рыболовные правила в России крайне неодобрительно смотрят на использование пневматического оружия, – неважно, покрыта дичь чешуей или перьями. Поэтому тем, кто не желает нарушать закон, стоит отправляться рыбачить с пневматикой на водоемы, находящиеся в частной собственности – если собственник, конечно, не против. Или ехать за границу: в Европе, да и в некоторых странах СНГ относятся к пневматическому оружию достаточно спокойно, не видя в нем угрозу уничтожения всего живого.

Летняя ловля на мормышку

На небольших узких реках, где подкрадываться на лодке к чуткому голавлю затруднительно и даже длинной проводке мешают упавшие в воду деревья, распространена ловля с берега длинным удилищем на мормышку. Начинается она, когда проходит паводок и вода в реке светлеет, и продолжается с небольшим перерывом до поздней осени. Лучшее время для рыбалки – утренние и вечерние часы, хотя иногда удается соблазнить голавля мормышкой в середине жаркого дня, когда клев другой крупной рыбы прекращается почти полностью.

Удилище длиной 4–5 метров оснащают катушкой с запасом лески 0,15-0,2 миллиметра и большим поперечным кивком из плоской либо витой пружины, на конец кивка крепится ярко окрашенный шарик.

Мормышки применяются весом 5–6 гр., темные, шаровидные или грушевидные (особого значения их форма не имеет), с крючками № 7. Размер мормышек и крючков варьируется в зависимости от размера голавлей, служащих объектом ловли.

Насадками служат личинки: мотыль, ручейник, опарыш, либо небольшие красные черви. Там, где над водой нависают кусты и деревья, очень хорошо соблазняют голавля гусеницы, собранные непосредственно на месте ловли (принесенную с огорода гусеницу капустницы голавль, скорее всего, проигнорирует).

На узких реках и протоках с заросшими берегами иногда достаточно трудно пробраться к воде, не вспугнув стайку осторожных голавлей. Не меньшие трудности доставляют манипуляции с удилищем среди низко нависших над головой сучьев. Поэтому имеет смысл заранее, за несколько часов до рыбалки, пройтись по маршруту будущей ловли, вооружившись пилой и топором. Тут главное не перестараться, убирая мешающие сучья: рыболов должен свободно управлять удочкой, но при этом оставаться невидимым для рыбы. Так же стоит заранее продумать вопрос, куда в облюбованных местах выводить пойманного голавля.

Глубина в местах ловли может быть самая разная, от 0,5 до 4 метров, но объектом ловли служат рыбы, не стоящие у дна, а держащиеся у самой поверхности либо в верхних слоях воды, у растущего прямо из воды кустарника или под свисающими в воду ветвями.

Если стайка голавлей находится у поверхности, то поклевка обычно происходит в тот момент, когда мормышка касается воды. Растительность чаще всего мешает увидеть момент хватки, и о поклевке сигнализирует кивок, леска при этом уходит в сторону. Подсекать следует без промедления, но не слишком резко, чтобы не оборвать тонкую снасть.

Если есть возможность визуально контролировать мормышку, можно сообщить ей мелкие колебания на границе воздуха и воды – «тюкать» по поверхности, как при ловле на перетягу. Иногда в этом случае полезно вместо червя или ручейника насадить овода либо слепня, благо у реки в летний день их долго ловить не надо, сами прилетают, надеясь поживиться кровью рыболова.

Необходимый аксессуар такой рыбалки – подсачек с длинной рукоятью (особенно удобны телескопические). Без него достать из воды без проблем можно лишь небольшого голавля.

Ловля с мормышкой – ходовая, вытащив одну рыбу, не имеет смысла ждать, когда вернется испуганная стайка. Лишь небольшие голавлики не особенно пугливы и быстро возвращаются в места, где привыкли кормиться.

Осенью ловят уже со дна, насадки те же, но приемы игры мормышкой применяются иные, отчасти напоминающие зимнюю ловлю: плавный подъем с колебаниями, постукивание мормышкой по дну и т. д.

Голавль и кастинговая сеть

Голавль – очень заманчивая добыча для любителей кастинговой сети (логично было бы называть этих любителей кастингистами, но так уже называют спортсменов, забрасывающих приманки на точность и дальность). Заманчивая и почти недоступная: плавают, не скрываясь, этакие красноперые красавцы, и порой на самой подходящей для накидной сети глубине, – но все попытки поймать их завершаются плачевно. Даже если удается скрытно подобраться к голавлиной стайке на расстояние броска сети, возвращается она из реки пустой, – зрение у голавлей не самое идеальное, но на движущиеся предметы они реагируют мгновенно, – и сеть еще летит к цели, а рыбы ее уже увидели и бросились врассыпную.

На рис. 12 наглядно показано, как это происходит: если рыболов выбрал правильное положение (Д), то рыба его не видит, он же ее может разглядеть в прозрачной воде (но при броске надо учитывать, что из-за преломления лучей на границе вода-воздух рыба всегда кажется стоящей несколько дальше от рыболова). Однако сеть в своем полете так или иначе пройдет сквозь зону, прекрасно обозреваемую голавлями…

Рис. 12. Ловля кастинговой сетью в прозрачной воде: А – видимое рыболову положение рыбы; Б – истинное положение рыбы; В – сеть перед падением на воду; Г – рыболов совершает бросок, находясь в зоне видимости рыбой надводных объектов (зона 2); Д – рыболов совершает бросок, находясь вне зоны видимости рыбой надводных объектов (зона 1).

В мутную воду, например, при весенней ловле плотвы, иногда удается зацепить приличного голавлика, – событие приятное, но совершенно случайное. Способ ловить голавлей целенаправленно и успешно именно кастинговой сетью я искал несколько лет, и определенных успехов добился. Итак, вот краткий курс истории противостояния голавля и кастинговой сети (технику ловли, подробно описанную в книге «Подъемники, ловушки, кастинговые сети», я опускаю).

Первая мысль была естественной и логичной: попробовать ночную ловлю. Ночью даже самая «строгая» рыба теряет значительную часть своей осторожности, да и летящую в воздухе сеть до момента ее падения в воду не заметит и не почувствует.

Голавль, как и всякая верховая рыба приличных размеров, опускается ночью на дно, – крупных насекомых нет, и у поверхности воды делать нечего. Уклейка в сгустившейся темноте еще активно плещется, ловит толкущуюся над водой мошкару, но голавлей такая воздушная мелюзга не интересует: чтобы поймать ее, рыбине надо «сжечь» больше калорий, чем возместит съеденная добыча, – и голавли, после активного, но короткого закатного жора, уплывают отдыхать.

Беда в том, что места их ночевки для кастинговой сети недоступны: слишком глубоко, дно неровное либо коряжистое. Вывод прост: ловить надо в то недолгое время в начале летней ночи, когда голавль еще кормится, но уже не видит рыбака и летящую в воздухе сеть.

Сказано – сделано, и немало июльских ночей я посвятил поиску закатных жировок голавля, пригодных для ловли. Некоторых успехов удалось добиться. Например, неплохо ловились голавли с остатков старой, давно разобранной запани. Дно реки там было выложено бетонными плитами, слой воды над которыми не превышал 20 см, с плит вода падала с примерно с такой же высоты, а ниже по течению, практически вплотную, располагалась обширная и глубокая яма, излюбленное место стоянки голавлей. Голавли, при свете державшиеся поодаль от разрушенной запани, в сгущающихся сумерках подплывали к самому краю плит, где и стояли на глубине 50–70 см, подхватывая принесенный течением и падающий сверху корм. Ширина реки (и соответственно длина запани) составляла примерно 150 метров, и двигаясь от одного края до другого, я делал два десятка забросов десятифутовой сетью с ячеей 12 мм. Пятая часть из них приносила одного, реже двух голавлей – КПД для кастинговой сети весьма высокий. Обратный проход, совершенный после паузы, ни одного голавля обычно не приносил, – распуганные рыбы уже не возвращались.

Говорят, что от добра добра не ищут – но это относится к кому угодно, только не к неугомонным рыболовам. От локального успеха надо было переходить к систематическим: не мог же я поселиться на той голавлиной запани, да и стадо голавлей, обитавших в яме, рано или поздно истощилось бы.

Следующий шаг был очевиден: использовать прикормку, привлекающую голавлей в сумерках к месту, пригодному для ловли. Причем именно голавлей, а не всю окрестную рыбью мелочь: ловил я в те годы кастинговыми сетями исключительно фабричного производства, с мелкой ячеей.

Описывать все многочисленные эксперименты с прикормкой смысла нет, перейдем сразу к результату.

Результатом стали глиняно-песчаные шары диаметром 15 см, с разной концентрацией глины и с разной прочностью: одни разбиваются от несильного удара о воду, другие разрушаются уже позже, на дне. В шары я подмешивал мясо ракушек-перловиц, причем двух видов: половину моллюсков освобождал от раковин и перемалывал, но не в мясорубке, а в кухонном комбайне, добиваясь минимального размера частиц прикормки. У второй половины перловиц просто разбивал (вернее, слегка надкалывал) раковины молотком.

Вот как проходила рыбалка: прикормка – все шары разом – бросалась на заранее выбранное место: глубина не более 0,5 м, расстояние от берега, удобного для взмаха сетью, не более 2/3 длины тягового шнура сети, а чуть ниже по течению располагались более глубокие голавлиные места. Течение умеренное, ни в коем случае не бурное, – чтобы мелкие фракции прикормки сносились вниз, а целые перловицы с разбитой раковиной в любом случае оставались на месте, даже после полного разрушения шара.

Дальше происходит вот что: частицы прикормки из тех шаров, что разрушились сразу, сносятся вниз, привлекая много рыбы, в основном мелкой. Спустя некоторое время начинают подходить и голавли. Но если ельчики, плотвички и подлещички постепенно отходят вниз, вместе с мелкими частицами прикормки, то голавли предпочитают поужинать более основательно и задерживаются у раковин, добывая из них мясо перловиц.

Вот тогда-то и надо начинать набрасывать сеть – снайперскими бросками, точно на прикормленное место. Между забросами следует делать паузы в 5-10 минут, для крупного голавля более долгие: за это время одна вспугнутая стайка голавлей уходит, но вместо нее поднимаются другие, привлеченные прикормкой, вымываемой из более прочных шаров. Не исключено, что к концу ловли могут вернутся и первые напуганные, но не пойманные рыбы, но как-либо проверить это предположение затруднительно.

Если прикормить вовремя (за 10, на слабом течении за 20 минут до полного исчезновения солнца за горизонтом) и правильно выдерживать ритм пауз, то почти каждый заброс приносит от одного до трех голавлей, лишь однажды мне удалось накрыть семь голавлей разом. Крупные, свыше килограмма, рыбы попадаются редко и всегда по одной.

Долгой такая рыбалка не бывает – час, в лучшем случае час с небольшим. Голавли весьма чувствительны к погодным неурядицам: если случился резкий перепад давления или задул сильный северный ветер, то лучше на ловлю не выходить, прикормка не выманит голавлей на мель. Наилучшие уловы приносили тихие ночи, когда к закату полностью стихал ветер, – очевидно, связано это с тем, что в безветрие значительно меньше насекомых попадает в реку и голавли более голодны.

Изредка (обычно во время самого первого заброса) удавалось накрыть крупного подлещика, а то и леща. Порой и крупная сырть, почему-то задержавшаяся в реке, не скатившаяся в море, навещала голавлиную столовую и попадала в садок. Язи не попадались ни разу – в тех местах, где я применял описанный способ, они держатся на бОльших глубинах и предпочитают места с более слабым течением.

Как выяснилось позже, двухкомпонентную прикормку из перловицы не менее успешно можно применять и при ловле на крючковые снасти, особенно на полудонку в условиях среднего течения.

Важно помнить, что мясо перловицы быстро портится, поэтому ракушки необходимо собирать заранее и держать их в воде или в мокрой тряпке в прохладном месте, приготавливая прикормку непосредственно перед выходом на рыбалку.

Летняя ловля на поплавочные удочки, полудонки и фидеры

Можно ловить голавля в проводку со дна, как язя, но исключительно с прикормкой и на заранее приваженных местах – поскольку участки с ровным, удобным для проводки дном голавли избегают, им требуются неровности, предоставляющие защиту от течения. Однако обильной привадой можно приучить голавлей кормиться на удобных для ловли местах.

Если такой возможности нет, поплавочную удочку можно эффективно использовать в качестве «полудонки»: грузило и крючок с приманкой лежат на дне, а расстояние от грузила до поплавка в 1,5–2 раза превышает глубину на месте ловли.

Таким способом мне доводилось ловить голавлей в узкой и быстрой протоке реки Луги, где никакие иные способы ужения оказались невозможны: почти вдоль всего берега из воды торчали наполовину затопленные кусты. Голавли любили держаться в тени этих кустов, и закидывать приходилось в узкие, 1,5–2 метра, промежутки между ними.

Удилище я использовал пятиметровое, так называемое «болонское», с вершиной повышенной гибкости и более частым расположением колец: сдавать леску с катушки в случае поклевки крупного голавля было невозможно, рыба тут же бросалась в куст, и приходилось полагаться лишь на амортизирующие свойства удилища.

Оснастка при такой ловле приходилось использовать разную, зависящую от высоты воды и, соответственно, скорости течения в протоке.

Первый вариант, для умеренного течения: грузило увеличенного размера, в нормальных условиях топящее поплавок (я использовал небольшую скользящую оливку с двумя стопорами-дробинками), лежит на дне, поплавок находится на поверхности – грузоподъемность подобрана так, чтобы течение его притапливало и над поверхностью торчала лишь антенна. Два поводка крепятся на основную леску, один ниже оливки, другой – на 30–35 см выше. Верхний поводок желательно крепить способами, препятствующими закручиванию вокруг основной лески и позволяющими поднимать его в верхние горизонты воды.

Второй вариант, для среднего течения: размер грузила увеличивается (можно ставить две оливки вместо одной). Увеличивать размер поплавка нежелательно, лишнее сопротивление при поклевке настораживает рыбу, и отчасти компенсировать напор течения можно натянутой леской, выбрав ее слабину между поплавком и кончиком удилища. Снасть в таком случае надо не держать в руках, а положить на рогульки.

Третий вариант, для самого сильного течения: грузило ставится концевое, еще более увеличенное; поплавок поднимается по леске выше и висит в воздухе, в метре от конца удилища. Такой вариант оснастки наиболее близок к классической донке, и поплавок можно смело заменить любым другим сторожком. Но не стоит употреблять колокольчик – длина лески при таком способе ловли не намного превышает длину удилища, и звон спугивает чуткую рыбу.

Рис. 13. Ловля полудонкой на среднем (1) и сильном (2) течении.

Небольшие усиления течения при ловле первым и вторым вариантом оснастки можно компенсировать, увеличивая расстояние от поплавка до грузила.

Леску для поводков стоит использовать достаточно тонкую, 0,12 мм, для крупных голавлей – 0,17 и выше, грубая снасть резко уменьшает количество поклевок.

Насадкой служит навозный червь (или покупной калифорнийский), личинка ручейника, реже опарыш или личинка жука-короеда. Другие белые личинки лучше не использовать, летом в реку они попадают редко, а голавль, как уже сказано, весьма подозрительно относится к непривычному корму. Если есть выбор насадок, то ручейника и червя лучше насаживать на нижний крючок, а опарыша – на верхний.

Размер крючка зависит от насадки, но если применяются небольшие крючки (для опарыша, например), то экономить на них нельзя: крупный голавль нередко хватает маленькую насадку, после чего дешевый китайский крючок зачастую или ломается, или разгибается, или перерезает леску в том месте, где привязан.

По утверждениям рыболовов былых времен, линяющий рак, сбросивший свой панцирь, – самая лакомая для крупного голавля насадка, а мелких можно отлично ловить на клешни рака. Увы, для меня знание этого факта осталось чистой воды теорией: в тех местах, где я ловил голавлей, раки были слишком редки и ценны, чтобы тратить их на насадку. А там, где раки просто-таки кишели (на озере Балхаш) – голавли не встречались. Поэтому ничего своего сказать про эту насадку не могу.

Прикормка – почти обязательное условие успешной ловли. Лишь изредка можно обойтись без нее (например, чуть ниже устья ручья, впадающего в реку). Для ловли на поплавочные снасти вполне применимы шары, описанные выше, в разделе, посвященном ловле голавля кастинговой сетью. Кроме перловицы, можно добавлять в них мелкого мотыля, рубленых червей, растительные компоненты. Принцип тот же: чтобы не отпугивать чуткую рыбу частым подбрасыванием прикормки, ее отправляют в воду всю разом, но закатанную в шары, имеющие разное время разрушения.

Классические и достаточно грубые донки – закидушки и донки-спиннинги – летом, в отличие от весны, приносят минимальные уловы, и в основном попадаются небольшие голавлики. Крупные же экземпляры в прозрачной воде очень осторожны, поэтому в последние годы все больше распространяется летняя ловля голавлей фидерами. Теоретически, ловля на течении, и на небольшом расстоянии от берега, – не совсем правильное использование фидерной снасти, изначально задуманной исключительно для стоячих водоемов и дальнего заброса. Однако уловы голавлей – аргумент весомый, спорить с которым трудно. Но, в любом случае, наилучшие результаты достигаются, если сочетать обильную предварительную прикормку, используемую при обычном ужении в проводку и ловле полудонкой, с теми небольшими порциями кормовой смеси, что доставляет в водоем грузило-кормушка фидерной снасти.

Некоторые рыболовы (например, белорусские) весьма успешно ловят голавлей псевдо-фидером: используется фидерное удилище с гибким кончиком-сигнализатором, но грузило-кормушка заменяется обычным легким грузилом. Исходя из начального смысла слова «фидер» (кормушка в переводе с английского) правильнее называть подобные гибридные снасти не фидерами, а как-то иначе, донками-квивертипами, например. В любом случае лишь такой донкой можно успешно ловить крупных голавлей летом.

Ниже приведем некоторые особенности и закономерности этой ловли (на основании практики белорусских рыболовов).

Удилище для «псевдо-фидера) используется длиной от 2,70 метра для малых и средних рек, до 3,5 метра для более широких водоемов. Оптимальная длина подбирается в зависимости от конкретных условий ловли, равно как и тестовая нагрузка, изменяющаяся в диапазоне от 10 до 30 гр.

Катушки белорусские рыболовы применяют безынерционные со шпулями средней вместимости (100 метров лески диаметром 0,3 мм); работать катушке приходится меньше, чем при активной спиннинговой ловли, поэтому предпочитаются недорогие модели с 2-мя подшипниками.

Диаметр основной лески от 0,2 мм до 0,25 мм (если применяется мононить), поводок длиной 0,7 м диаметром от 0,15 до 0,2 мм соответственно. При применении плетенки ее ставят меньшего диаметра.

Вес используемых грузил 10–20 гр., и в зависимости от силы течения в конкретном месте ловли выбирают грузило с минимально возможным весом, способным удержать снасть на дне – громкие всплески при забросах отпугивают голавлиные стайки.

Забрасывается снасть вниз по течению, чтобы уменьшить ее парусность, с этой же целью грузила обычно используют плоские, прилегающие ко дну. После заброса удилище кладётся на подставку так, чтобы угол между натянутой леской и кончиком удилища был примерно 90 градусов и в одной, и в другой плоскости.

Рис. 14. Ловля голавля «псевдо-фидером».

Главное условие успешной рыбалки этим способом, как и при других видах летней ловли голавля, – всемерная маскировка. Опытные рыболовы подготавливают снасть к ловле и насаживают ее заранее, в отдалении от реки, а подойдя к реке, сразу забрасывают и тут же занимают позицию за кустом или иным укрытием. Если берег голый, без растительности, необходимо ловить не у самого уреза воды, а в отдалении на 2–3 метра от него.

Осенняя ловля на лягушонка и на живца

Ловля эта осенью лишь продолжается, а начинается еще летом, в августе, когда многие голавли прекращают питаться насекомыми и переходят на рыбно-мясную диету. Что вообще-то странно: насекомых еще много, кузнечики стрекочут по прибрежным лугам и нередко падают в реку, кружат над водой стрекозы – но голавли, словно по команде, начинают охоту за лягушатами и пескариками.

Можно предположить, что в августе уменьшается не количество насекомых – увеличивается число едоков. Подрастают голавлята-годовики, конкурируя в борьбе за пищу со взрослыми особями, не остаются в стороне и другие рыбы, собирающие с поверхности насекомых – язи, крупные ельцы, молодые форели (в тех местах, где ареал форели пересекается с ареалом голавля). А крупный голавль и аппетит имеет не маленький – и переходит на более калорийную пищу.

На лягушонка ловят в проводку – с берега удилищем до 6 метров длиной, при ловле с лодки можно использовать спиннинговое удилище. Поклевка крупных голавлей при таком способе ловле гораздо более вероятна, не исключены поклевки и крупного жереха, чьи охотничьи угодья граничат с местами кормежки голавлей. Поэтому леску ставят более прочную, чем при ловле на мормышку или на насекомых: 0,3 мм с поводком 0,2–0,22 мм; крючок привязывают № 10-№ 12 по отечественной нумерации. Даже с такой оснасткой бороться с крупной рыбиной, особенно на течении, бывает затруднительно, но ставить более толстые лески нельзя, количество поклевок резко уменьшается. Хватки щуки, которая тоже не прочь полакомиться лягушатами, в большинстве случаев заканчиваются плачевно – зубастая хищница без затей перекусывает поводок.

Насадкой служат лягушата с длиной тела 3–4 см (без учета лапок). Некоторые рыболовы насаживают их за спинку, но это не очень эффективно: если цеплять жало крючка лишь за складку кожи, голавль часто срывает насадку, еще чаще она срывается, если необходим дальний заброс. Если же ввести крючок слишком глубоко, то можно невзначай задеть жизненно важный орган, и лягушонок быстро перестает шевелиться на крючке.

Гораздо крепче держится на крючке и дольше живет лягушонок, проколотый за обе губы. Но самый оптимальный способ насадки, на мой взгляд, – проколоть крючком бедро в его верхней, толстой части, – голавль почти всегда хватает добычу сзади, и вероятность удачной подсечки при таком расположении крючка возрастает (щука же поступает наоборот – глотает лягушонка с головы, и остается небольшой шанс при подсечке зацепить хищницу за край губы, не позволив перекусить леску).

Оснастка применяется в двух вариантах. Поначалу, в августе, лягушонка пускают поверху, с прозрачным шаром-поплавком и без грузила. Эта ловля ничем, кроме насадки, не отличается от ужения на насекомых, и именно во время нее наиболее часто в качестве прилова попадается жерех.

Позже, осенью, когда голавли опускаются в нижние слои воды, используют поплавок с грузилом. Подбирают их так, чтобы лягушонок не мог ни утопить поплавок, ни всплыть на поверхность. Насадка в этом случае идет вполводы, на больших глубинах – в метре-полутора от дна. Грузило устанавливают в 25–30 см от крючка, это обеспечивает достаточную свободу движений лягушонку.

Ловят в обычных голавлиных местах: в конце переката, где слабеет течение и увеличивается глубина, на глубоких местах с обратным течением, у поваленных деревьев, под нависшими над водой кустами. Проводку не делают длиннее 20–30 метров, иначе возникшие провисы и слабина лески не позволят сделать подсечку с нужной силой и резкостью. Поклевка у голавля энергичная, поплавок мгновенно исчезает. Подсекают после коротенькой паузы, позволяющей рыбе заглотать лягушонка.

Осенний клев голавля продолжается в течение всего светового дня, и ловят, пока можно разглядеть поплавок. Иногда, при активном жоре, ловля продолжается и в глубоких сумерках – тогда леску держат внатяг и определяют поклевку осязанием; число пустых хваток в таком случае увеличивается.

Лягушат используют также в качестве насадки для переметов и донок-закидушек, оставляемых на ночь, и голавли нередко попадаются на их крючки.

Ловля голавлей на живца происходит в тоже время, что и на лягушонка, но мало кто ей занимается специально – одновременно начинается активный августовский и осенний жор щуки, рыбы куда более многочисленной и попадающейся в больших количествах.

На жерлицы голавль попадается редко, на кружки и того реже. В основном ловят его поплавочной живцовой удочкой и переметами. Насадкой служат пескарь, голец, вьюн, личинка миноги. Способы насаживания живца применяются самые разные, но особенно удачным считается применение снасточки из двух крючков: один зацепляется за спину, другой за губы. Металлический поводок стоит применять лишь на переметах, на удочки ставится кевларовый, самый тонкий, но лучше вообще обойтись без него, если вероятность поклевки щуки невелика.

Зимняя ловля на мормышку

Много лет считалось, что специальной зимней ловли головля не существует, лишь изредка, в основном по перволедью, попадаются случайные экземпляры. Однако в наше время все чаще поступают сообщения от рыболовов, целенаправленно ловящих зимой именно голавлей, причем крупных.

Возможно, причиной изменения голавлиных привычек стало глобальное потепление, вообще внесшее немало изменений в уклад жизни подводных обитателей. Но не исключен и другой вариант: крупные голавли клевали зимой всегда, просто редко попадались. Дело в том, что подо льдом голавли прекращают охоту за мелкими рыбешками и вновь переходят на питание водными насекомыми и беспозвоночными. Соответственно, поклевки их чаще всего происходят на удочку с мормышкой. Раньше, при поклевке голавля в 1–2 кг, следовал обрыв тоненькой лески, рассчитанной на плотву и окуня, и огорченные рыболовы начинали гадать, кто ее оборвал: лещ, огромный окунь, щука… – не догадываясь, что имели дело с голавлем. Сейчас же в продаже появилось достаточно качественных тонких лесок, не настораживающих осторожную рыбину, и в то же время позволяющих успешно с ней побороться.

Известный рыболов Юсупов из г. Энгельса свидетельствует, что его коллеги со Средней Волги ловят голавлей на протяжении всей зимы, даже в достаточно сильные морозы (при –20° и ниже). Прекращается клев голавля лишь в феврале, что, очевидно, связано с кислородным режимом водоемов.

Ищут и ловят голавлей волжские рыболовы в не очень широких и не слишком глубоких протоках с умеренным течением. Для стоянки и зимовки голавль выбирает глубокие места в прибрежной зоне, кормиться выходит на расположенные поблизости отмели и косы, нередко с явно выраженными неровностями дна и обязательно с течением. На глубинах 2,5–4 метра стоят в основном небольшие и средней величины голавли (до 400–500 г), более крупные предпочитают уйти пониже, на глубину 5–6 метров.

Ловля происходит на мормышку без насадки, с леской диаметром 0,15-0,17 мм, позволяющей при определенных навыках вываживать и вытаскивать рыб до 2 кг весом. Причем замечено, что при увеличении толщины лески до 0,02 мм поклевки прекращаются – голавль и зимой не теряет свою знаменитую осторожность.

Мормышки волжские рыболовы используют шаровидные свинцовые, размером от 6 до 10 мм, в зависимости от силы течения (в волжских протоках оно меняется непредсказуемо, даже, вернее сказать, – по воле работников гидроэлектростанций). При самом сильном течении используются мормышки из вольфрама. Для мормышек разного веса используются разные кивки, с разной степенью гибкости – клюет голавль зимой аккуратно, и чуткость снасти необходима для успешной подсечки.

Мормышки оснащаются одинарным крючком № 5, на цевье которого надевают кембрик длиной 4,5–5 мм белого или желтого цвета.

Играть безнасадочной мормышкой, по словам Юсупова, следует так же, как и при ловле окуня, но есть и некоторые отличия: «У меня рыба берет только на подъеме приманки. В отличие от окуня, который нередко атакует мормышку и вполводы, и даже у кромки льда, голавль зимой берет только у дна, не выше 20–30 см от него. Нередко поклевку рыбы вызывают не обычные колебания приманки по вертикали, а горизонтальные. Для этого удочку держу в руках вертикально, кивком вниз, и поднимаю мормышку, заставляя ее колебаться по горизонтали».

Последнее условие, необходимое для поимки зимой крупного голавля – осторожность. Ловля эта не для больших и шумных компаний: частый шум ледобуров, шаги, удары различными предметами по льду и громкие разговоры надолго отпугивают голавлей от места ловли, и в улове в лучшем случае могут оказаться лишь небольшие, до 400 г, голавлики. Лунка затемняется на относительно неглубоких местах всегда, а на больших глубинах (5 и более метров) уже после поклевки крупного голавля, при вываживании, в лунку отправляют ногой заранее подготовленный холмик мягкого снега – иначе у почти побежденной рыбины, напуганной ярким светом, может открыться у самой кромки льда «второе дыхание», и внезапным сильным рывком она оборвет леску либо вырвет небольшой крючок из мягких тканей рта.

Ловля спиннингом и нахлыстом

Самые фанатичные, самые заядлые спиннингисты умудряются ловить голавля круглый год, даже без зимних каникул, – глобальное потепление климата делает зимнюю ловлю спиннингом все более популярной даже в тех регионах, где двадцать-тридцать лет тому назад никто и не задумывался о возможности такой рыбалки.

Менее влюбленные в спиннинг рыбаки начинают ловлю им голавлей весной, после спадения полой воды, и продолжают до глубокой осени. А я предпочитаю гонять «вертушку» на голавлиных местах в конце августа и сентябре, когда голавль массово переходит на питание рыбьей мелочью, когда не надо мудрить, подбирая приманки, имитирующие насекомых. По моим наблюдением, лучше всего голавль в эту пору берет на небольшие вращающиеся блесны с умеренно широким лепестком при равномерной проводке в средних слоях, и на небольшие твистеры (двухцветные, красно-белые) при ступенчатой проводке.

У других рыболовов, делящихся опытом на страницах периодических изданий и в Интернете, тоже имеются свои мнения о наиболее уловистых приманках, способных соблазнить голавля. Зачастую эти мнения в корне противоречат одно другому, и тем не менее отмахиваться от советов бывалых рыбаков нельзя: приманка, показавшаяся поначалу безнадежной, может совершенно неожиданно «выстрелить» на том же самом водоеме, если изменится погода, уровень воды или другие условия, либо если будут применены новые приемы ловли.

Вот лишь некоторые советы спиннингистов, успешно охотившихся за голавлем:

1) По мнению спиннингистов старой школы (тех, что ловили спиннингами из клееного бамбука с катушкой «Военохот» и леской «Сатурн»), голавль на девоны и колеблющиеся блесны берет крайне редко, а лучше всего ловится на вращающиеся блесны «Спиннер» и «Универсалка» с тройником, замаскированным красными или рыжими перышками, волосом, шерстью. Много воды утекло с тех пор, и много поколений голавлей сменилось в реках, однако и поныне на предназначенных для голавля блеснах ведущих фирм крючки прикрыты густым оперением.

2) Наиболее аппетитны для голавля вертушки с узким лепестком (типа «Aglia long»), особенно при проводке на быстром течении. Это наблюдение наиболее бесспорное, подтверждаемое почти всеми, кто охотился на голавля со спиннингом.

3) Когда дело касается ловли голавлей, стоящих (в спокойной воде или на слабом течении) в метре-полутора от поверхности, проще всего соблазнить их небольшим воблером средне-широких пропорций тела и с широкой лопастью.

4) В тихой воде лучше всего ловить на блесны с широкими и супер-широкими лепестками, наиболее эффективна блесна «Thunder Bug», очень удачно имитирующая крупное насекомое.

5) Твистер для ловли голавля не годится, кроме самых длинных, имитирующих вьюна или миногу.

6) Уловы значительно возрастают, если закрашивать черным внутреннюю сторону лепестка «вертушки». Вариант того же мнения из другого источника: чернить надо всю блесну, включая сердечник.

7) Девоны все-таки пригодны для ловли голавля: самой эффективной приманкой показал себя небольшой плавающий девончик «Spin-n-Glo».

8) И колеблющиеся блесны не так уж плохи, если перед ними ставить на коротких поводках пару мушек-стримеров – тогда у хищника срабатывает инстинкт перехвата добычи.

9) «Колебалка» при такой ловле абсолютно не нужна, при донной проводке в комплекте с мушками надо ставить грузило-«балеринку», при поверхностной – фирменный поплавок «Сбирулино». Впрочем, этот совет относится уже не к «чистому» спиннингу, а к так называемому «псевдонахлысту».

Некоторые из этих тезисов мне доводилось проверять на практике. «Аглия Лонг» и однотипные вращающиеся блесны и в самом деле хорошо работают по голавлю. Однако не стану утверждать, что их успех вызван пристрастием голавлей к зауженным лепесткам блесен. На голавлиных ямах больших рек зачастую имеется сильное неравномерное течение, и при ловле «на снос» блесна описывает подковообразную траекторию и последнюю треть проводки идет против течения – блесны с широким лепестком попросту вылетают на поверхность и начинают выпрыгивать из воды, сбиваясь с игры.

Улучшения клева от применения на вертушках оперенных тройников я, честно говоря, не заметил. Зато заметил другой факт: весьма способствует уловам замена штатного тройника блесны другим, меньшего рамера.

Как и многие открытия, это было сделано случайным образом: на «Аглии Лонг» с белым лепестком, которая успешно (мне тогда казалось, что успешно) таскала голавлей из ямы на реке Луге, обломился при зацепе один из поддевов тройника. Крючка того же размера под рукой не оказалось, пришлось прикрепить через заводное кольцо тройник на два номера меньше. При этом было нарушено одно из главных правил компоновки блесны: – при вращении лепесток не должен отклоняться от оси «вертушки» дальше, чем поддевы тройника. Однако, к моему удивлению, количество выловленной рыбы выросло чуть ли не вдвое, причем в уловах стали гораздо чаще попадаться голавли от 250 до 500 гр. весом.

Причина, надо полагать, в следующем: голавль хватает рыбешек сзади, с хвоста, в отличие от щуки, старающейся зайти добыче сбоку и схватить ее поперек тела, и от судака, атакующего рыбью мелочь бессистемно, под любым углом и с любого направления. А пасть у голавля хоть и весьма широкая (для карповой рыбы), но все же не может сравниться по размерам с щучьей или судачьей. Поэтому в завершающей стадии голавлиной атаки слишком большой тройник может помешать совершить удачную хватку: блесна на пару мгновений сбивается с игры, а рыболов грешит на подводную растительность, ударившую по лепестку и т. д., и даже не догадывается, что прозевал попытку поклевки.

В общем, с тех пор я заменяю крючки на предназначенных для голавля «вертушках» сразу после покупки. Надо заметить, что оснащенные «под голавля» блесны неплохо работают по окуню, но против щук и судаков их лучше не применять – неоправданно вырастает число пустых хваток и сходов.

А вот с меппсовской блесной «Thunder Bug» («Гремящий жук» в переводе) отношения у меня как-то не сложились. На суше ее широкий двойной лепесток напоминает полупрозрачные крылья насекомого, – даже сетчатый рисунок нанесен (хотя при вращении его едва ли сможет разглядеть даже самая глазастая рыба), кольчатый сердечник имитирует не то брюхо жука, не то хвост стрекозы… Увы, голавли в воде не спешили попробовать на вкус приманку. Да и мне самому не нравилось, как ведет себя блесна при проводке.

Рис. 15. «Гремящий жук», не оправдавший надежд.

Эксперименты с «Жуком» проходили на неширокой речке с берегами, заросшими деревьями, где настоящие жуки часто падали в воду, составляя изрядную часть рациона голавлей, и хотелось подыскать им искусственную замену. Возможно, я просто не успел подобрать подходящую для «Thunder Bug» проводку, поскольку вскоре металлические жуки потеряли актуальность, – я открыл для себя плавающие мини-девоны «Spin-n-Glo». Хотя девонами этих вращающихся малышей можно поименовать лишь с долей условности, и некоторые рыболовы называют их «пропперами»… Но, как приманку ни называй, на широких реках она почти не давала результата, но на омутах лесных голавлиных речушек, при проводке в самом верхнем слое воды, – небольшие модели в 1,5–2 см длиной работали на загляденье.

Рис. 16. Вращающиеся приманки «Spin-n-Glo».

Одна беда – на необходимое для ловли голавля расстояние забросить легонькие пластиковые «Spin-n-Glo» без применения груза или можно лишь при очень благоприятных условиях. Проще говоря, при сильном попутном ветре. А на той речке, где я ловил на мини-девоны, применять дополнительные грузила или «Сбирулино» не позволяли многочисленные коряги – приманка должна была идти почти по поверхности, с ясно видимым буруном. Приходилось ловить, сплавляя «Spin-n-Glo» по медленному течению, что долго и скучно…

В результате на свет появилась оснастка, к «чистому» спиннингу не относящаяся: на конце лески «Spin-n-Glo», а в 70 см перед ним – боковой поводок с крючком, насаженным майским жуком. Когда такая оснастка свободно плывет вниз по течению, мини-девон работает как поплавок, а естественная насадка провоцирует голавля на хватку. При подмотке главную роль в приманивании рыбы играет уже «Spin-n-Glo», но и на жука может позариться голавль. В протоках реки Луги, протекающих между заросших тростником отмелей, вместо жуков очень хорошей насадкой служили синие стрекозы с непрозрачными крыльями, изобильно летавшие над зарослями.

На медленно текущих реках средней полосы России неплохо работают по голавлю мини-воблеры, – длиной не более 5 см и весом не более 5 гр. В общем случае применимо то же правило, что и при ловле окуня: чем меньше приманка, тем выше улов, поэтому голавлю иногда предлагают совсем уж крошечные модели воблеров («микробы», как именуют их некоторые рыболовы). – длиной 3,5 см и весом 2 гр.

Наиболее популярны – как у голавлей, так и у спиннингистов – «шэды» (очень часто и неправильно называемые в России «шадами»), т. е. воблеры, копирующие своей формой одноименную рыбу. Шэд – рыба семейства Сельдевые, водящаяся в Атлантике и массово заходящая на нерест в североамериканские реки. Там же, в реках, подрастает молодь шэдов, – и служит кормом для многочисленных пресноводных хищников. В наши реки шэды не заходят и российские голавли с ними не знакомы, но тем не менее воблеры «шэд» атакуют исправно.

Неплохо сочетает цену, качество и уловистость японский воблер «Arms Micro» (рис. 14.1), длиной 5 см и весом 4,5 гр. Шведские воблеры «Fladen Shad» голавли тоже не обходят вниманием (самые маленькие, пятисантиметровые модели). Сторонники более экономичной рыбалки предпочитают «Mini Shad» корейской фирмы «Liberty», длиной 4,5 см и весом 4,3 гр.

Все эти воблеры имеют внутри полость с шариками, создающими шумовые эффекты. Заглубление у них небольшое, от полуметра до метра, тип проводки – медленный с ускорениями, зачастую на ускорениях и происходят хватки голавля. Твичинговая проводка (когда воблер двигается резкими рывками) по моему опыту голавля соблазняет редко, гораздо чаще в этом случае на крючок садится окунь или щука.

Весьма привлекательной оказалась для голавля еще одна приманка фирмы «Fladen» – воблер-крохотулька «Mini Minnow» – длиной 3,5 см и весом всего-то 2,5 грамма. Но у этого воблера есть один недостаток (помимо трудности с забросом такой маленькой и легкой приманки) – много пустых хваток, вызванных отсутствием заднего тройника. С другой стороны, осечки происходят в основном с мелкими голавлями, а килограммовая рыбина засекается вполне надежно. Но там, где мелкий голавль преобладает, от использования «Mini Minnow» лучше отказаться.

Рис. 17. Голавлиные мини-воблеры: 1 – «Arms Shad Micro» фирмы «Yo-Zuri»; 2 – «Mini Minnow» фирмы «Fladen»; 3 – «Finlandia-S» фирмы «Nils Master».

Еще одна малютка в семействе воблеров – «Finlandia-S» фирмы «Nils Master»: 3 см и вес 2 гр. Первоначально эта модель предназначалась для ловли мелких лососевых на северных реках, но, как выяснилось, весьма по вкусу и голавлям. Одиночный крючок этого воблера позволяет избежать многих зацепов, что для данной модели немаловажно: нильсмастеровские воблеры вручную вырезают из бальсы, вручную же раскрашивают, испытывают каждый воблер (а не один из партии) и при нужде дорабатывают до нужных кондиций… Штучная, короче говоря, работа. Но и стоят эти воблеры соответственно.

Далеко не всем российским рыболовам по карману такие приманки – приходится покупать китайский пластмассовый ширпотреб. В общем-то, если оборудование для штамповки воблеров настроено правильно, нет особой разницы, где оно установлено, в Европе или в Китае. Однако на китайских моделях возможны проблемы с крючками – проверять их надо после покупки, затачивая тупые и заменяя слишком мягкие или слишком ломкие, перекаленные. Иногда некачественная краска начинает стремительно облезать после одной-двух рыбалок – но нет худа без добра, можно самому поэкспериментировать с нанесением наиболее удачной расцветки. Случается, дешевые воблеры при проводке заваливаются набок. Этот недостаток устраняется отгибанием в сторону петельки, за которую крепится леска: если воблер заваливается вправо – надо отогнуть петлю влево и наоборот.

Чаще всего на упаковках мини-воблеров написано «суспендер» или проставлен индекс SP, означающий то же самое: удельный вес воблера равен удельному весу воды. На деле этикетка (особенно у дешевых моделей) не совсем соответствует содержимому: опущенные в ведро с водой, воблеры либо медленно тонут, либо медленно всплывают. Второй вариант для ловли предпочтительнее. Проблема, как и с мини-девоном «Spin-n-Glo», в забросе, – даже пятиграммовый воблер гораздо труднее забросить на то же расстояние, что и «вертушку» одного с ним веса, не говоря уж о двухграммовых малютках… Спортсмены, вооружившись кастинговым удилищем и сверхтонкой плетенкой, могут «выстрелить» мини-воблером на 30, даже на 35 метров. Однако – при самых благоприятных условиях, то есть при полном отсутствии ветра. Но не сидеть же у реки, выжидая безветрия… Легкий встречный ветерок не помешает ловить окуня – полосатые бестрепетно хватают приманку у самых ног спиннингиста, и в неблагоприятных условиях их можно ловить хоть с десятиметровым забросом. Иное дело осторожный голавль, не любящий, когда к нему подходят слишком близко. Иногда единственный способ доставить к голавлю мини-воблер обычным лайтовым удилищем – сплавить приманку вниз по течению. Долго, но надежно, – стоит подойти поближе, и голавли уходят. При такой ловле медленно всплывающие воблеры, естественно, предпочтительнее тонущих.

* * *

Нахлыстом же настоящим, без приставки «псевдо», голавля тоже ловят вполне успешно. Прошли те времена, когда этот сложный способ ловли применяли лишь к лососевым рыбам – ныне нахлыстовики ловят всех рыб, что хоть изредка приближаются к поверхности воды в поисках насекомых, вплоть до ельца и уклейки. Тех, что не приближаются, ловят тоже…

Но дело в том, что нахлыст – крайне дорогое удовольствие, самый, пожалуй, затратный из любительских способов ловли. Если спиннингист или поплавочник может пользоваться «фирмой», а может и подыскать дешевые отечественные или китайские аналоги, пусть и менее качественные, то у любителя нахлыста такой возможности нет, – и выуженный им елец или голавлик становится в буквальном смысле «золотым».

Так стоит ли забивать гвозди микроскопами?

Больше о ловле голавля нахлыстом мне добавить нечего. Нахлыстовики-асы гораздо лучше меня знают, какими приманками и приемами ловли соблазнять голавля, а обычным любителям, не старающимся приспособить излюбленную снасть на все случаи жизни, ловящим тем, что наиболее уловисто в данный момент, – им такая информация ни к чему.

Гольян

Вот что писал про гольяна классик Брем:

«Гольян (Phoxinus phoxinus) – один из самых мелких представителей семейства карповых и является всюду распространенным видом, носящим многочисленные названия. В России его называют солдатом, красавкой, малявкой, голопузкой, синявкой, бздеркой. Такое обилие названий всегда служит доказательством популярности, или, что то же самое, известности и повсеместного распространения какого-нибудь животного. Гольян заслуживает такой популярности потому, что это действительно одна из наших превосходнейших и привлекательнейших рыб.

Рис. 18 Гольян

Окраска его необыкновенно изменчива. Основная окраска спины бывает то масляно-зеленого, то грязно-серого цвета, имеющего более или менее мутный оттенок от маленьких темных пятен, которые иногда, будучи густо скучены, образуют настоящий рисунок, так что на спине выделяется черная полоса, тянущаяся вдоль средней линии спины до хвостового плавника и состоящая иногда из продольного ряда пятен; зеленовато-желтые бока имеют сильный металлический блеск; углы рта карминно-красного, глотка черного, грудь пурпурно-красного цвета; кроме того, можно заметить блестящую, золотистую продольную полосу, начинающуюся позади глаз, тянущуюся по обеим сторонам спины и продолжающуюся до корня хвоста; основная окраска плавников бледно-желтая, однако на спинном, заднепроходном и хвостовом плавниках она темнеет от накопления пигментных отложений и на парных плавниках, а в исключительных случаях также на заднепроходном плавнике, может переходить в блестящий пурпурно-красный цвет. Это великолепие окраски, по словам Зибольда, не зависит от времени метания икры, но свойственно как самцам, так и самкам даже в зимнее время; во время же метания икры у обоих полов на поверхности затылка образуется накожная сыпь, состоящая из остроконечных бугорков, и все чешуи на заднем крае покрываются густым рядом зернышек, образующих кайму. Некоторые экземпляры достигают в длину 12 см, большая же часть бывает не длиннее 9 см.

Местообитания гольяна – светлые реки с песчаным или каменистым дном, начиная от горных истоков их до самого устья, как большие, так и маленькие, а в некоторых случаях гольян является почти единственным обитателем вод, так как постоянно держится и, по-видимому, отлично чувствует себя еще в таких местах, которые недоступны другим рыбам или избегаются ими. Этих рыб очень редко можно встретить поодиночке, напротив, они почти всегда попадаются большими стаями, резвящимися близко у поверхности воды, необыкновенно быстро выпрыгивающими из нее и пугливо исчезающими при всяком шуме. В сильную жару они иногда покидают место, в котором держались довольно долгое время, и поднимаются или вверх по течению реки навстречу более свежей воде, или же покидают реку, переселяясь массами в один из ее горных притоков. При этом гольяны перепрыгивают через такие преграды, преодолеть которые, по-видимому, было бы для них слишком затруднительно при незначительном росте и малой силе их, и как только один из них благополучно преодолеет препятствие, все остальные непременно следуют за ним.

Пища их состоит из растительных веществ, червей и насекомых, а также, вероятно, и из других животных веществ. Время метания икры совпадает с первыми весенними месяцами; оно обыкновенно бывает в мае, но в некоторых местах также в июле. К этому времени гольяны выбирают мелкие песчаные места, и каждая самка плавает в сопровождении 2 или 3 самцов, выжидающих момента кладки яиц, чтобы выпустить на них свое семя. Из опытов, произведенных Дэви, видно, что молодые рыбки вылупляются из яиц уже по истечении 6 дней. В августе они достигают 2 см длины, но с этой поры растут очень медленно, и, говорят, становятся способными к размножению лишь на третьем или четвертом году жизни.

Хотя гольян и невелик, его все-таки ловят везде, так как мясо его, несмотря на горький вкус, находит много любителей и, следовательно, охотно покупается.

Так как вместе с гольянами постоянно попадаются также другие рыбы, особенно молодые лососи, то подобная ловля приносит необычайный вред нашему рыболовству.

Кроме того, гольян весьма охотно употребляется удильщиками для приманки и идет на корм более крупным хищным рыбам, разводимым в прудах; он также может прожить несколько лет в аквариуме, доставляя удовольствие своей невзыскательностью, ловкостью и подвижностью».

* * *

Первого в жизни гольяна я поймал в те времена, когда уже считал себя (не совсем обоснованно) достаточно опытным рыболовом, – поймал и не сумел опознать улов. Прошелся по берегу (ловля происходила в Ленинградской области, на небольшом пойменном озерке), поговорил с другими поплавочниками, удившими изредка клевавших карасей, но никто не сумел опознать пятнистую, с палец размером, рыбешку. Никому и никогда похожая добыча в том озерце не попадалась. Лишь один уверенно заявил: рыбка, дескать, зовется ольховкой, – но ясности не добавил. Название оказалось явно местное, и кто под ним скрывался, я не понял.

Уже дома консультация со «Справочником-определителем рыб СССР» не оставила сомнений: гольян. Я б и сам мог догадаться, все-таки читал в литературе о гольянах, однако везде и всегда указывалось, что живут они в чистой проточной воде, но никак не в илистом озерке в компании с карасями. И в реке, в пойме которой находилось озеро, гольяны никогда не попадались. Со времен Альфреда Брема, писавшего, что в России гольян весьма распространенная рыбка, много воды утекло, – чистой воды, а загрязненную гольян не переносит… И в густонаселенных местах встречается в наше время крайне редко.

Загадка появления «ольховки» в заливном озерце решается, думаю, просто. Гольян там не должен был водиться, и не водился. Бурное весеннее течение снесло рыбешку из небольшого притока, расположенного километрах в пяти выше по течению, затем она проделала путешествие по реке, зашла с высокой полой водой в озеро, где и осталась, когда уровень воды понизился.

На упомянутом притоке – небольшой быстрой речушке с чистой прозрачной водой – я давно собирался побывать (по слухам попадались там в омутках-бочагах приличные налимы и щуки), да все никак не мог добраться, смущало отсутствие подъездных путей. Но через пару лет добрался-таки. Налимы и щуки там и в самом деле водились, а еще – гольяны в огромных количествах. Стаи пестро окрашенных рыбок так и сновали на мелководных перекатиках, до дна прозрачных. В омутах, судя по поклевкам, гольянов тоже было предостаточно. Других мелких рыб обнаружить не удалось – ни окуньков, ни плотвичек, ни пескарей, лишь иногда на мелководье грелись на солнышке усатые гольцы.

Позже, когда я увлекся охотой за форелью, часто приходилось встречаться с гольянами в чистых верховьях рек. Гольян, собственно, и служит одним из признаков того, что вода отличного качества и стоит рассчитывать на встречу с форелью-пеструшкой. Местные жители, не особенно разбирающиеся в ихтиологии, зачастую считают, что гольян – маленькая форель, но ошибиться невозможно: форма тела и головы у гольяна весьма отличаются, да и жировой плавничок отсутствует. Лишь окраска – пестрые пятна, особенно яркие в преднерестовый период, – несколько напоминают форель или же юного лосося. Недаром одно из местных названий гольяна в Ленинградской области – форелька; Аксаков описывает его под названием «лошок» (т. е. маленький лох, самец нерестящегося лосося) – это прозвище оренбургские крестьяне девятнадцатаго века наверняка тоже придумали из-за яркой весенней окраски гольянов. И название «красавка», под которым в некоторых местах известен гольян, вызвано теми же причинами.

Ловить гольянов легко. Маленькая удочка, легкий поплавок, груз-дробинка, крючок № 2,5–3,5, насадка – червь, опарыш, мотыль, личинка репейной моли. Иногда гольян в безлюдных и малопосещаемых местах совершенно не клюет на растительные насадки – на тесто и хлебный мякиш – от которых в других условиях не отказывается. Однажды из-за такой разборчивости гольянов я чуть было не остался без живцов, но выручили небольшие зеленоватые гусеницы, в изобилии покрывавшие листья нависших над речкой ольх, – на эту насадку рыбешки бросались сразу после заброса.

Если по какой-то причине клев слабый (чаще всего такое случается из-за перепадов давления), то любое потребное количество гольянов можно наловить сетевыми снастями, используемыми для ловли мелкой рыбы: подъемником-малявочником, сачком-наметкой с мелкой ячеей или таким же мелкоячеистым бредешком. Неплохо заходит гольян в в мини-верши, изготовленные из пластиковых бутылок (см. главу «Верховка»), но лишь там, где клюет на хлебную насадку. Но самый быстрый и эффективный способ наловить гольянов – сделать несколько забросов небольшой, трехфутовой, кастинговой сети.

Ловят гольянов в основном для насадки, хотя жареный в масле гольян весьма вкусен. В форелевых речках ерши встречаются крайне редко, и гольяны заменяют их, когда прямо на берегу надо сварить двойную уху: в первый заклад идут «форельки», во второй – форель настоящая (рецепт этот годится для поздней осени, но совершенно не пригоден летом, когда часть рациона гольянов составляет растительная пища и мясо их приобретает горьковатый вкус).

Но не только для живца или в кулинарных целях ловят гольянов. Есть еще один аспект в рыбалке, в котором роль этих рыбешек незаменима. Вот какой:

Не секрет, что зачастую члены семьи рыболова не разделяют его увлечения, отчего происходят самые разные семейные конфликты. И если желаете приохотить жену или сына к рыбной ловле – вывезите их на берег богатой гольянами речки, лучше способа нет, проверено на личном опыте.

Гольян доверчив, и активно клюет, даже когда видит стоящего на берегу рыболова. В небольшом прозрачном бочажке можно прекрасно разглядеть, как пестрые красивые рыбки устремляются к червяку, как самая проворная хватает его за кончик и бросается прочь от конкурентов, на ходу заглатывая добычу… Зрелище это действует на людей, впервые взявших в руки удочку, безотказно, – если и оно не пробудит в душе рыболовный азарт, то уже ничто не поможет.

В заключение несколько слов о ближайших родственниках гольяна, с которыми мне сталкиваться не доводилось. Близкий вид – озерный гольян (Phoxinus perenurus) – населяет озера в бассейне Северного Ледовитого океана (от Северной Двины до Колымы), Охотского моря, Сахалина, бассейна Амура, Днепра и Волги. Отличается озерный гольян от обыкновенного бОльшими размерами и отсутствием на теле крупных пятен неправильной формы. В Сибири и на Дальнем Востоке обитает гольян Чекановского (Phoxinus czekanowskii); а в водоемах Дальнего Востока и острова Сахалин водится самый крупный из гольянов (до 20 см длиной) – амурский гольян, он же гольян Лаговского(Phoxinus lagowskii).