«Котёл» Хубе. Проскуровско-Черновицкая операция 1944 года

Я прочитал много книг Алексея Исаева и высоко оцениваю его как военного историка . Но должен сказать что эта книга с таким глубоким анализом операций Советской и немецкой стороны ( даже иногда я понимал стороны только по нумерации частей) да ещё и написанная таким живым языком описывая подробно хронологию событий заставила меня по новому оценить всю сложность военного дела, всю огромную и динамичную информацию которую надо принимать в расчёт при проведении даже не самых крупных операций. И ещё один вывод из этой книги: развеян миф что после Курской битвы инициатива полностью перешла на сторону Красной армии. Немцы ещё были очень сильны борьба с ними была очень сложной не всегда успешной

Это первая книга Алексея Исаева, которую я прочел. Ранее был знаком только с его видео лекциями, поэтому начинал читать с неким опасением – что формат книги не понравится. К счастью, это опасение не сбылось. Книга написана интересно, с большим количеством фотоматериалов, и данных статистики. На мой взгляд – не помешало бы добавить некое количество карт местности, так как при чтении периодически открываешь карты – для лучшего понимания описываемых событий.

Исаев – один из немногих современных авторов, пишущих о ВОВ. Причем проза больше документальная. И это не пересказ, хронология событий. А именно анализ, при этом достаточно детальный. Это касается всех его книг. А описываемый в книге период – достаточно спорный период войны, когда принято считать, что «мы научились воевать». Научились ли?

Добротная книжка с множеством статистических данных, фотографий и реальных воспоминаний.

Достаточно полно даёт картину понимания действий 1УФ в 1944 году.

А он придет и приведет за собой весну И рассеет серых туч войска А когда мы все посмотрим в глаза его На нас из глаз его посмотрит тоска

"Апрель", В.Р. Цой, 1989

Хорошо написанная книга о большом сражении, развернувшемся на Западной Украине в первой половине весны 1944. С ходом его я был мельком знаком по мемуарам Попеля , который, что естественно, рассказывал о происходившим с позиции 1 ТА, Исаев же дает картину и с позиции Первого Украинского фронта, и со стороны фашистов. Дает сдержано, толково и крайне интересно, потому что война моторов притягивает и будет притягивать внимание динамизмом, маневренностью, быстрой сменой обстановки, прозорливостью одних, везением других и несоответствием третьих.

Как дилетант, я не могу дать оценку содержательной стороне изложения и корректности взаимоувязанности событий. Поэтому говорить стоит только о впечатлениях, о людях и очевидных технических вещах. И первое, основное ощущение – я не могу спокойно читать про эту войну. В том смысле, что нейтрально относиться к происходящему я не способен, мне больно, когда наших бьют, и гордость – подходящее слово для описания моих чувств, когда наши бьют фашистов. Для незамутненного анализа это плохо, но индоктринацию никто не отменял, и не могу сказать, что меня такой подход чем-то не устраивает. Когда советская 1 ТА входит в прорыв, устремляясь к Днестру (милые сердцу имена Бочковского, Горелова и самого Катукова), а немцы на какое-то время теряют контроль над происходящим, щемящее чувство радости зарождается само собой.

Переда нами книга, которая рассказывает - как Красная Армия от Староконстантинова дошла до Черновцов и Тернополя в марте – апреле 1944 по непролазной грязи. Попутно была взята в окружение и вырвалась немецкая 1 ТА, на что в историографии, особенно не нашей, делается заметный упор, но это старая информационная игра – если наших бьют, рассказывают о том, что наши плохо обороняются, если наши бьют, то рассказывают о том, как плохо наши наступают. Поддаваться на эту привычную провокацию не стоит, не закрывая, естественно, глаза на просчеты и ошибки, коих было изрядно, как в любом большом деле.

Любопытно, что туман войны был столь плотен. Стороны постоянно не знают – какие силы перед ними, кого и куда перебросили, танковые соединения (и наши, и немецкие) регулярно становятся сюрпризом для противника. Трудно не воспринимать происходящее как динамичную компьютерную игру, когда стороны обмениваются ударами, исходя из своих знаний обстановки, однако не стоит забывать, что за цифрами соединений на карте стоят живые люди, ошибки в планировании для которых стоят крови. Порой очень много крови.

Для нашей стороны сложности добавляло то, что в моменте немецкие танки сильно превосходили наши. Рисунок боев постоянно воспроизводит один и тот же паттерн – Тигры и Пантеры выбивают Т-34 и Су-76 с большой дистанции, размен выглядит как в стандартной американской максиме – 5 Шерманов на один Тигр. Появление ИСов несколько меняет картину, но на этот момент ИС-85 немного опоздали, а ИС-122 еще не избавились от детских болезней. Т-34-85 появились лишь на этапе стабилизации фронта в самом конце операции.

И в этих условиях советские танкисты делали свое дело, делали его порой красиво и изящно, порой попадали в трудные положения, но делали. И противотанкисты делали, с 57-мм орудиями и с 76-мм, выбивали Пантеры и Тигры, даже Фердинанды били. Насколько я понял статистику, Pz.IV выбивались более-менее в соответствии с Т-34, на них наши особого внимания не обращали.

В итоге все решает маневр и разведка. Прорывается ли противник к Днестру или на запад? Идут ли на тебя из котла отдельные группы или сплоченные хорошо организованные боевые соединения? Где наносится основной деблокирующий удар?

Любопытно, что наши уже активно предлагали немцам сдаваться, что окруженной 1 ТА, что «крепости» Тарнополь. Чувствуется в таком подходе какая-то уверенность в своих силах, даже несколько неоправданная, если учесть, что 1 ТА вырвалась из окружения. Немцы, однако, полагались на воздушные мосты, которые хорошо функционировали, несмотря на усилия нашей авиации. Особенно эффектно сам воздушный мост смотрится именно в случае катящего ежа 1 ТА, когда ее снабжали на марше, а наши заслоны сидели без боекомплекта и горючего.

С точки зрения пропаганды весна-44 идеально соответствует созданному фашистами образу – рыцарственные арийцы на добротных машинах крушат орды большевиков на более слабой, но многочисленной технике. И однако чуть более проницательный взгляд видит те точки, где наши переигрывают врага маневром, что наглядно отражается на результате – огромная территория освобождена. Занятно и то, что немцы все еще пытались использовать наши сетбеки для воздействия на неокрепшие умы – в книге приведена чудесная листовка «План Жукова сорвался!», в которой немцы утверждают, что германская армия все еще сильна и намекают на сдачу в плен как решение проблем для красноармейцев. И это в апреле 1944! Занятны и стилистические ошибки, неужели в 1944 не было носителя языка на их службе?

Битва затихла, фашисты отползли, стороны зализывали раны. Лето 1944 обещало быть жарким.

P.S. Исаев попутно хвалит Симонова, симпатично начиная и заканчивая книгу цитатами из его воспоминаний, отмечая его наблюдательность и корректность. Удивительно заметную роль сыграл Симонов в формировании восприятии войны, вел большую работу по фиксации воспоминаний участников войны, в организации молодежных мероприятий. Большая и все же недооценённая фигура.