Надежда Салтанова

из незашторенных окон заливает комнату – хоть плавай в нем! Я недовольно мычу и пытаюсь натянуть одеяло на голову, но крепкая рука удерживает его, а твердый голос повелевает: – Подъем! – Дай поспать, – ною я, – воскресенье же… – Вот именно. Завтра нам на работу, значит, со всем этим нужно разобраться сегодня, – отвечает Лара. Я вспоминаю «все это» и, признав ее правоту,

первый раз соскакивает, – швея принялась прилаживать ленту к

немытых тел, скисшей еды, грязного тряпья и чего-то еще тошнотворного обволакивал, забирался в нос, проникал через

ющие сквозь легкую занавеску закатные лучи загородила чья-то крупная фигура. Посетитель постоял на пороге, не решаясь позвать хозяев, даже сделал шаг назад. Нина сама вышла к двери. Отодвинув занавеску, она окинула