Константин Симонов

В. С. Жди меня, и я вернусь. Только очень жди. Жди, когда наводят грусть Желтые дожди, Жди, когда снега метут, Жди, когда жара, Жди, когда других не ждут, Позабыв вчера. Жди, когда из дальних мест Писем не придет, Жди, когда уж надоест Всем, кто вместе ждет. Жди меня, и я вернусь, Не желай добра Всем, кто знает наизусть,

Сафонов. Ничего… Ничего. (Вставая.) Ничего такого. Только очень жить я хочу. Долго жить. До тех пор жить, пока я своими глазами последнего из них (схватив из рук лейтенанта список) , которые это сделали, мертвыми не  увижу! Самого последнего, и мертвым. Вот здесь вот, под  ногами у меня!

тяжелее. Решения, принимаемые при общем молчании или при равнозначном этому общему молчанию механическом одобрении, куда тяжелее, чем могут показаться с первого взгляда. В конце концов, если вдуматься, окончательные решения, принимаемые одним за всех, – самое трудное и самое страшное.

Гиены и трусов и храбрецов Жуют без лишних затей, Но они не пятнают имен мертвецов: Это – дело людей.

и внимательно рассматривал себя. В тусклом вагонном зеркале отражался человек лет

После войны все мы понемножку будем учителями истории...

, что у японцев на подходе резервы. Не абсолютные же они