Восток – дело тонкое: тренды азиатской литературы
Автор статьи: Надежда Тихомирова, автор канала «Разбуди меня в Сеуле»
Почему в русскоязычных книгах всё чаще встречаются азиатские мотивы? Какие литературные приёмы пользуются популярностью на Востоке? Вспомним, когда азиатские тренды впервые проникли на российский рынок, в чём особенности экзотического сеттинга, чем интересен восточный young adult и что такое хилинг-романы.

Тамагочи, Сейлор Мун и Мураками – как Азия впервые проникла в Россию

Российский литературный рынок в последние годы переживает бум так называемой «корейской волны», или «халлю».
Всеобщее увлечение массовой азиатской культурой началось ещё в 1990-е вместе с приходом в Россию книг Харуки Мураками и Кадзуо Исигуро. У первого автора наиболее популярны «Хроники Заводной Птицы» – один из самых загадочных его романов о потере и поиске идентичности и «От первого лица» – сборник рассказов, посвящённый философским темам скоротечности жизни, привлекательности порока, феномену нашего эго и не только.
«Не отпускай меня» Исигуро – роман о клонах, полностью идентичных людям, которых производят на органы (и они об этом знают), «Клара и Солнце» – история, также связанная с миром будущего, где бок о бок живут генно-модифицированные люди и роботы. В 2017-м Исигуро стал нобелевским лауреатом с формулировкой: «в романах большой эмоциональной силы раскрыл бездну, таящуюся под нашим иллюзорным чувством связи с миром».
Интерес к Азии также обусловлен укреплением экономических и культурных связей, что, в свою очередь, объяснялось феноменальным развитием экономик Китая и Южной Кореи (темпы роста достигали 10% в год).
Вместе с книгами на российский рынок хлынули и технологии: в 1996-м японская корпорация Bandai выпустила первого виртуального питомца – Тамагочи. О нём мечтали все российские подростки. В то же время начинается повальное увлечение аниме (вспомним легендарные мультфильмы «Сейлор Мун» и вдохновлённую ей мангу «Сакура, собирательница карт» Clamp и «Унесённые призраками») и комиксами.
Мир узнал о Пикачу – персонаже из манги и аниме «Покемон». В середине нулевых до России добрались мультфильмы «Семь Самураев» – о приключениях в феодальной Японии из альтернативной реальности и «Самурай Икс» – о судьбе бывшего солдата после окончания гражданской войны в Японии (о героях во времена междоусобиц XVII века читайте в романе «Самурай» Сюсаку Эндо).
В середине 2010-х в нашей стране стали издавать корейские комиксы – манхвы, представленные во множестве жанров: романтическое фэнтези («Единственный конец злодейки – смерть» Суволь, «Мой муж скрывается под маской» Кабинам и другие), героическое фэнтези («Моя прекрасная Хва Джи» Studio Sigma & Dxd), детективные истории («Лериана, невеста герцога по контракту» Мильчхи), но чаще всего манхвы – это яркая жанровая смесь.
Сейчас сознание молодёжи по всему миру захватили азиатские дорамы и поп-культура, превратившие специфическое медианаправление в многомиллионную индустрию. Горячо рекомендуем обратить внимание на тренд вебтунов – южнокорейских цифровых комиксов, адаптированных под смартфоны. Например, «Этот брак обречен на провал» Чача Ким – о запутанных отношениях юной герцогини и заносчивого лорда.
Не только для подростков – азиатский контент 35+

Тренд на азиатское отчетливо заметен не только среди детей и подростков: аниме и дорамами всё больше увлекается европейское население 35+. Среди основных причин интереса к восточной культуре – её уникальность и экзотичность, древняя философия и глубокие смыслы, а также эстетика.
Самые популярные азиатские направления для россиян – это кино (в том числе сериалы с их высокой эмоциональной насыщенностью), кухня и музыка (с её яркими и красивыми исполнителями).
В последние годы снимается много мини-сериалов с возрастными актёрами для взрослой целевой аудитории (например, «Мир женатых» – о кризисе среднего возраста и его последствиях для супругов или «Одна весенняя ночь» – о непростых отношениях между отцом-одиночкой и дочкой-карьеристкой под гнётом социального неодобрения). Если вам интересны семейные драмы и детско-родительские конфликты, читайте романы «Пожалуйста, найди маму» Син Гёнсук, «Летние истории» Миэко Каваками.
В 2019-м прогремел фильм «Паразиты», завоевавший Золотую пальмовую ветвь Каннского фестиваля (его книжные двойники: «Мемуары убийцы» Ким Ёнхи, «Семилетняя ночь» Чон Ючжон), за ним последовал первый сезон «Игры в кальмара», получивший специальный приз премии Американского института киноискусства (после его просмотра вам понравятся «Признания» Канаэ Минато, «Суровое испытание» Кон Джиён).
В прошлом году корейская писательница Хан Ган получила Нобелевскую премию по литературе за роман «Вегетарианка» – об отчаянной борьбе современной женщины с насилием вокруг и внутри себя (читайте также «Человеческие поступки» – о жизни и смерти подростка Тонхо, который в разгар студенческих волнений отправляется искать своего друга; а в этом году выходит новая книга автора «Я не прощаюсь» – о подавлении восстания на острове Чеджудо в 1948 году). Однако она далеко не первая азиатская писательница, получившая всемирную славу: вспомним Мин Чин Ли с «Пачинко», Чо Нам Джу с романом «Госпожа Ким Джи Ен, рождённая в 1982 году» – и по ним сняты популярные дорамы.
Из современных бестселлеров, поддерживающих темы человечности и жестокости жизни, мимолётных, но значимых случайностей, – «Звери малой земли» – номинант премии «Ясная Поляна» 2024 года. Этот роман Ким Чухе можно воспринимать и как картину трагической судьбы обычной женщины в эпоху больших перемен, и как драматичную историческую сагу об одной из самых мрачных эпох в истории страны. Писательница родилась в Южной Корее, но уже в детстве переехала в США, и западная литературная традиция существенно повлияла на её авторский стиль. Сама же она утверждает, что при написании романа вдохновлялась «Анной Карениной» Толстого, что помогло ей создать тот самый надрыв и драматичность.
Какие приёмы русскоязычные авторы могут подглядеть у азиатских коллег?

Для русскоязычных авторов (и читателей) Азия остаётся чем-то таинственным и экзотичным, что позволяет подавать те же сюжеты под совсем иным «соусом».
Другой тип психологизма
Основные темы, затрагиваемые в европейских и азиатских young adult или new adult – произведениях, зачастую совпадают: отношения с родителями, травмы, проблемы становления и взросления. Разница в культурном коде и подходах.
Практически в любой дораме мы наблюдаем физическое насилие недовольных родителей в сторону своих, в том числе взрослых, детей. Они даже могут их ударить. В европейском сознании подобное поведение вызовет скорее ответную агрессию, но молодые корейцы терпят, не смея выразить возмущение, – в их ДНК заложено безусловное уважение к старшим и их «право на насилие». Так, главная героиня «Вегетарианки» Хан Ган безропотно сносит побои со стороны отца, который таким методом пытается убедить её есть мясо.
Большую популярность как в Европе, так и в России получили хилинг-романы – жизнеутверждающие истории с уютной атмосферой о поиске себя и своего места в этом мире. Возникли они как ответ на стрессы и вызовы современной жизни и призывают к умиротворяющему чтению, дающему покой и гармонию. Чаще всего действие романа развивается где-то неподалёку, как в романах «Магазин шаговой недоступности» Ким Хоёна, «Прачечная, стирающая печали» Ким Джи Юн, «Прачечная души Мэригод» Юн Чонын или «Шоколадная лавка чудес» Ким Еын.
Её владелица Хан Чухо не только изготавливает изумительный шоколад, но и помогает своим покупателям исцелять душевные переживания, правда, вылечить собственное разбитое сердце непросто...
К хилинг-литературе можно отнести и некоторые манги: например, в «Пути домохозяина» Косукэ Оно бессмертный Тацу, бывший якудза, внезапно меняет своё бандитское прошлое на борьбу с грязью и пылью, что складывается в забавный и уютный сюжет.
Экзотичный сеттинг
Необычные декорации будоражат воображение. Азиатский сеттинг часто используется в фэнтези-романах и сюжетах, основанных на исторических фактах (например, Имджинская война между Японией и Кореей в конце XVI века нашла отражение в трилогии Ксении Хан «Дракон в свете луны») и популярных мифах (легенда о кумихо в «Злой лисице» автора Кэт Чо).
Персонажи перенимают образ мыслей и стиль общения своих прототипов со свойственной им символичностью, метафоричностью и сложносочинённостью.
Ориентальное фэнтези – направление, когда российские авторы вдохновляются азиатскими новеллами и подражают им, – развивается очень активно. В новом романе Анаит Григорян «Смерть знает твоё имя» читатель погружается в аутентичную атмосферу современной Японии со всеми её бытовыми и культурными необычностями («Осьминог» – о приключениях туриста из России на затерянном в океане японском острове среди местных рыбаков, древних божеств и ловушек для осьминогов).
В книге Лии Арден «Пятый Дракон» вы найдёте фантазийный магический мир, основанный на вере в драконов и их почитании. В романе Анастасии Медведевой «Император желает услышать “Да”» жених главной героини вместо свадьбы планирует захватить её земли и уничтожить весь её род. Удастся ли ей, проникнув в его империю инкогнито, прояснить природу его замыслов и изменить их?
Конфуцианство и буддизм
Ещё одна причина популярности Азии – исторически богатая база философских идей и учений, придающих даже самым простым сюжетам больше содержательности и смыслов.
В популярной дораме «Новичок-историк Гу Хэ-рён» главная героиня пытается «прорваться» сквозь укрепившееся конфуцианское мировоззрение о том, что место женщины на кухне и в детской. Похожие мотивы считываются в современном и недавно переизданном романе Шин Кун-Суук «Пожалуйста, позаботься о маме» (другой перевод – «Пожалуйста, найди маму» Син Гёнсук), где герои через страдания, связанные с потерей матери, также пытаются преодолеть устоявшееся убеждение в том, что её тяжёлый домашний труд – это само собой разумеющееся и ничего не стоит.
Роман «Пологий склон» Фумико Энти рассказывает о тяжёлой доле жены могущественного чиновника, которой супруг поручает выбрать ему наложницу, а она, согласно древней традиции, не смеет ему перечить, вынужденно храня свои мысли и чувства под замком.
Нетривиальные сюжетные ходы
В более «жизненном» магическом реализме и в реалистических романах авторы часто выбирают «дорамную» стилистику – понятные популярные тропы.
Наиболее любимые из них:
- «отношения с айдолами» («Так я женился на антифанатке» Ким Ынджон, «Коснуться твоего сердца» Йего);
- «из грязи в князи» («Благословение небожителей» Мосян Тунсю, «Лунный воин» Анны Гуровой, «Небесная собака» Лин Няннян);
- «от дружбы до любви» («Я приду когда будет хорошая погода» Ли Доу, «Кот и кореец» Аси Фуллер).
Тропы складываются, как конструктор, в предсказуемые сюжетные ходы. Читатель точно знает, каков будет итог, с уверенностью может предсказать поведение героев, но всё равно с удовольствием качается на эмоциональных качелях снова и снова. Так, в романе Катерины Райдер «Алые небеса Сеула» русская айтишница устраивается на работу в корпорацию в столице Южной Кореи и параллельно знакомится с молодым заносчивым Ким Соджином, которого на дух не переносит. Девушка проходит классический путь от ненависти до любви, а красивый герой оказывается наследником огромного бизнеса.
Азиатская остросюжетная проза – детективы, триллеры и хорроры, представленная в основном корейскими, китайскими и японскими авторами, ассоциируется с кровавостью, неожиданно резкими твистами и несправедливыми в нашем понимании концовками. Например, в романе «Мемуары убийцы» Ким Ёнхи пожилой серийный убийца, жестоко расправившийся с десятками жертв, так и не получает должного возмездия.
Пользуются большой популярностью также и хонкаку-романы, следующие классике детективного жанра: минимум лишних деталей, акцент на расследовании, которое идёт по принятым канонам. В «Токийском Зодиаке» Содзи Симады вам предстоит распутать дело смерти (и жизни) эксцентричного японского художника, найденного мёртвым в запертой изнутри комнате. При нём были дневники с подробно описанными убийствами его дочерей, падчериц и племянниц – всех, кроме одной.
В «Шанхайской головоломке» Ши Ченя сын предполагаемого убийцы – богатого бизнесмена Гу Юнхуэя – спустя 20 лет пытается пересмотреть дело отца, признанного в прошлом виновным. Мужчина был обнаружен в особняке, полном трупов, а затем загадочно испарился, закрывшись в собственной спальне.
Среди триллеров отдельным сегментом выступают герметичные психологические романы, где повествование ведётся с нескольких точек зрения, резкие повороты сюжета шокируют, а замкнутое пространство гарантирует особенно напряжённую атмосферу. «Рыбки в пятнах света» – шедевр от лауреата главной остросюжетной премии Японии Рику Онды. Двое молодых людей собираются провести последнюю ночь перед расставанием в общей квартире, поговорить о том о сём... и заодно получить разгадку самой страшной связывающей их тайны.
В «Поезде убийц» Котаро Исаки едут, казалось бы, совершенно случайные обычные люди, однако на поверку оказывается, что это не так: среди них сын мафиозного босса, бывший киллер, двое наёмников и опасный психопат. Не все из них доедут до пункта назначения...
Все эти уникальные элементы заимствуют и российские авторы, когда помещают героев в азиатский сеттинг: например, Юлия Фим в своей фэнтези-трилогии «Возрождение Тёмной» собирает полноценный головокружительный спектр особенностей китайской литературы: достоверных персонажей в аутентичных исторических декорациях и сюжет, движимый философией и актуализированными событиями древнего Китая.
Азиатские тренды не ограничиваются вышеперечисленным – нельзя списывать со счетов повальное увлечение корейской косметикой с её многоступенчатостью в уходе и фокусом на глянце в декоративке, а также привезённые с восточных подиумов оверсайзы, многослойность и смелые принты и аксессуары.
Но главное, Азия остаётся неисчерпаемым источником вдохновения для писателей и душещипательных переживаний для читателей, так что наслаждаемся процессом и ждём новинок!