Kitobni o'qish: «Стратегические конфликты в коммерческих организациях», sahifa 3

Социальный конфликт представляется в виде ситуации, обнаруживающей противоборство сторон: каждый субъект противостояния пытается достигнуть желаемой цели, но лишается возможности приблизиться к вожделенному результату трудовых усилий по причине препятствования другого актора совместной деятельности данному стремлению. Журавлев указывает на то, что конфликтное состояние взаимодействия напрямую связано с общим ресурсом, получение которого оказывается значимым для всех акторов наличествующего противоборства.

Конфликт, определенный в виде социально-психологического явления и рассмотренный через призму совместной деятельности, можно дополнить рядом замечаний [6, с. 522]:

1) противоречие, являющееся основой текущего состояния совместной деятельности – конфликта, обязано быть актуальным и значимым для участников взаимодействия. Субъекты совместной деятельности должны не только оказаться вовлечёнными в противоборство, но ещё и активно удерживать ситуацию именно в конфликтной форме, то есть актуализировать статус взаимоотношений на основе несменяемости своих позиций по отношению к другим участникам кооперации;

2) конфликт является способом удержания и одновременно разрешения противоречия. Взаимодействие субъектов обусловлено рядом параметров совместной деятельности, одним из которых оказывается достижение определенной цели. Самосохранение кооперационной организованной единицы – способность двигаться к желаемому результату, обеспечение которого возможно лишь при помощи приложения совместных усилий. Отдельный конфликт, с точки зрения данного тезиса, становится лишь малой частью истории взаимодействий акторов оформленной структуры в череде сменяющихся обстоятельств;

3) содержание, форма и иные параметры конфликта зависят от множества факторов во всевозможно допустимых вариациях. Противоборство разворачивается в определенном пространственно-временном контексте с участием конкретных субъектов – участников противостояния: две эти категории в полной мере раскрывают сущность и динамику конфликта. Первая категория, обозначенная как пространственно-временной контекст, могла бы устанавливать для противостояния различные нормативные правила, дозволенности, очерчивать границы взаимодействия акторов. К данному аспекту можно отнести всё, что выходит за пределы субъекта противоборства – конфликтующего «Я». Вторая категория исходит из репрезентации «Я» как противоборствующей единицы. Причём не имеет значения, идёт речь о группе лиц или же об одном индивиде, если некоторое количество «Я» определяет себя в конфликте в виде субъекта и отстаивает некую единую позицию – ведет себя активно. Репрезентация «Я» в контексте обсуждаемого тезиса заключается в оказании влияния субъекта на конфликтное взаимодействие с помощью распространения ценностных установок, принятия индивидуальных решений и деятельного проявления в конфликте других позиционных предпочтений;

4) наступление конфликта во взаимодействии акторов свидетельствует о невозможности иными способами разрешить ситуацию, образовавшуюся в рамках совместной деятельности. Кооперация предусматривает огромное количество вариантов поведения субъектов, принимающих в ней участие. Как бы это просто ни звучало, но правильнее всего участникам взаимодействия поступать рационально, дабы продолжить гармонично функционировать в виде кооперационной структуры или в качестве партнеров. Однако человеческое естество таково, что оно допускает свободу во всех аспектах жизнедеятельности, в частности, в мыслительных операциях, поступках: субъекты взаимоотношений могут считать своё поведение рациональным, даже если объективно их действия не будут приносить результат. Более того, не всегда можно ожидать от хозяйствующего субъекта, в который входит некоторое количество самостоятельных лиц, грамотного управления ресурсной базой относительно достижения цели всего предприятия и удовлетворения ожиданий каждого из участников кооперации. В конце концов, нельзя не отметить факт изменчивости мира, как и волатильность условий для реализации совместной деятельности. Такое бытийное непостоянство может привести если и не к преображению цели кооперации, то хотя бы к переосмыслению способов её достижения, что, вероятно, так же поспособствует созданию конфликтного импульса в отношениях хозяйствующих акторов.

Конфликт, возникающий на базе совместной деятельности, становится не явлением со случайным набором свойств, что оказалось бы возможным при спонтанных и непостоянных взаимодействиях субъектов, а феноменом, детерминируемым характеристиками организационной данности. В этом смысле очевидной предпосылкой к развитию противоборства служит конфликтная ситуация, о которой упоминалось ранее. При осуществлении совместной деятельности конфликтная ситуация может быть создана с помощью объективных или субъективных факторов. Первый тип формирования конфликтной ситуации обнаруживается тогда, когда условия для будущего противоборства оформляются вне зависимости от желания потенциальных сторон конфликта: кадровые ротации, сокращение штата, неравномерное изменение заработных плат в трудовом коллективе. Второй тип – субъективный – основывается на определенном вкладе, который привносят акторы взаимодействия в формирование конфликтной ситуации. Необходимо отметить, что, несмотря на намеренное разделение факторов, оказывающих влияние на появление и становление конфликтной ситуации, на практике общая композиция противоборства будет оформляться под действием как объективных, так и субъективных причин одновременно. Просто, вероятнее всего, одно из оснований окажется превалирующим и в большей степени определит суть конфликтной ситуации. Существующее нечто, которое обусловливает возникновение конфликтной ситуации, можно назвать предметом конфликта. Нечто, ставшее в определенный момент предметом противоборства и соответственно сфокусировавшее на себе внимание сторон конфликта, со временем может вообще утерять изначальный статус и оказаться чем-то совершенно неважным для акторов противостояния. Ярким примером являются случаи противоборств, где первоначально вожделенный ресурс отходит на второй план, а стороны продолжают конфликтовать, утрачивая связь с аутентичными причинами изменения статуса взаимодействия, то есть реализуют коммуникацию на нерациональных основаниях [6, с. 181].

Последствия конфликта в спонтанных взаимодействиях могут влиять на бытие каждого субъекта по отдельности, но не имеют особой значимости для общего будущего акторов, так как его просто не существует. Однако совместная деятельность, обсуждаемая здесь, не является случайной: кооперация, обладающая свойствами упорядоченности и постоянства, сохраняла бы актуальные достижения каждой отдельной коммуникации акторов и переносила бы их за рамки единичных актов взаимодействия. В таком случае даже самый незначительный конфликт должен оказывать влияние на совместную деятельность – быть значимым для успешности всего предприятия. По этой причине теперь необходимо рассмотреть противоборство не в виде феномена, детерминируемого совместной деятельностью, а как явление, обнаруживающее способность воздействовать на неё. Для реализации подобной идеи становится важным понять, каким образом конфликт может влиять на организацию и в чём непосредственно заключается это влияние. Так как совместная деятельность предназначена для достижения цели кампании и решения соответствующих задач, то необходимо не просто указать актуальные выраженности или возможные последствия реализации конфликтных взаимодействий в различных аспектах бытия предприятия, но ещё и проделать данную процедуру, рассмотрев организационные процессы через деление на «негативные» и «позитивные» влияния.

На основе описания функций противоборств Ворожейкина [3, с. 46] и Валовой [2, с. 35–38] была составлена классификация форм конфликта, соответствующая по своей задумке предпринятому здесь исследованию противоборств (табл. 1).

Таблица 1. Классификация форм конфликта

Теперь необходимо добавить некоторые пояснения к таблице.

Во-первых, формы конфликта одновременно необходимо зафиксировать и в виде функций конфликта. Под формой противоборства надо понимать фактический статус конфликтного взаимодействия, определяемый через ряд признаков: масштабность распространения, вовлеченность персонала, количество сторон и иные факторы, которые будут зависеть от конкретных обстоятельств. Часто проблематично в настоящем времени оценить, какую форму приобрёл конфликт, но точно можно утверждать, что чем выше значение параметров противоборства, тем больше шанс его перерастания в следующую форму и, соответственно, внушительнее способность запустить долгосрочные изменения в предприятии. Функции конфликта, взятые как одноименные отражения форм противоборства, просто уточняют сущность развертывающегося явления. Каждый процесс, обозначенный в таблице, может реализовываться в рамках актуального противоборства, то есть быть заметен уже сейчас или становиться некоторой проекцией будущих метаморфоз в предприятии.

Во-вторых, формы конфликта расположены в порядке возрастания степени влияния на организацию: от меньшего к большему. Рекреационная форма почти не оказывает никакого серьезного долгосрочного воздействия на действительность предприятия за исключением случаев, когда конфликт случайным или намеренным образом не перерос бы в следующую форму – сигнализирующую. Сигнализирующая форма является переходной: она ещё не приводит к существенным переменам в бытии предприятия, но уже предвосхищает некоторые изменения. С одной стороны, противоречия представляются не настолько значимыми, чтобы повлиять на организацию, с другой – их уже невозможно игнорировать, так как они оказываются воплощенными в развивающемся конфликтном взаимодействии. Преобразующая форма конфликта вбирает достижения предшествующих форм противоборства – рекреационной и сигнализирующей – и трансформирует накопленный конфликтный потенциал в конкретные организационные изменения. Данный этап развития конфликта в случае наличия его признаков в настоящем становится кульминационным: он уже не оповещает о переменах, а реализует их – воплощает в жизнь.

В-третьих, каждая из форм конфликта имеет потенциал для перехода на следующий уровень – форму, которая оказывает большее воздействие на бытие организации, чем предшествующая. Уже в рекреационной форме конфликта обнаруживаются предпосылки для перерастания её в сигнализирующую, а сигнализирующей – в преобразующую. Отчасти сказанное было выражено во втором пункте, но здесь акцентируется внимание на потенциальной способности конфликта к развитию, а не влиянии противоборства на организационную действительность. Как бы просто ни выглядело конфликтное взаимодействие, необходимо помнить, что оно всегда может масштабироваться под воздействием различных факторов.

В-четвертых, сообщение конфликту той или иной формы происходит посредством двух составляющих в конвергентной связи: a) выполнения процедуры оценивания конкретных событий некоторым субъектом, имеющим свою собственную позицию (в самом широком смысле данного понятия). Итогом анализа конфликтного взаимодействия субъектом станет вынесение мнения относительно существующей ситуации; b) действия сложившейся культурной данности организации. Когда речь заходит об восприятии какого-либо события, никакой субъект не может не ориентироваться на ценности, установки, правила того бытия, в котором он пребывает. Потому как определение формы конфликта, так и оценивание воздействий противоборства на организационную единицу через понятия «позитивное» или «негативное» произведётся субъектом, оглядывающимся на культурную действительность предприятия.