Kitobni o'qish: «Русские на Аляске. Подвиги моряков на краю земли»

Shrift:

* * *

Первооткрывателям Аляски посвящаю эту книгу
Автор

Колумбы росские, презрев угрюмый рок,
Меж льдами новый путь отворят на восток,
И наша досягнет в Америку держава…

Михаил Ломоносов

Предисловие
Русская Аляска, как это было

До сих пор вокруг Аляски ходит много слухов и домыслов. До сих пор мы очень мало знаем об этой далекой, но в то же время очень близкой нам земле, этаком русско-американском Лукоморье…

Сегодня Аляска в очередной раз стала одним из политических символов новой российской и американской политики. А потому и нам нелишне будет вспомнить о том времени, когда Аляска была российской, да и саму ее называли не иначе как Русская Америка.

Первыми русскими, которые со стороны Сибири открыли Аляску, были члены экспедиции Семена Дежнева в 1648 году. Существует предположение, что часть мореходов после кораблекрушения одного из кочей могла высадиться на американский берег и основать первое нежизнеспособное поселение Кынговей.

В 1732 году Михаил Гвоздев на боте «Святой Гавриил» совершил плавание к берегам «Большой земли» (Северо-Западной Америки), первым из европейцев достиг побережья Аляски в районе мыса Принца Уэльского. Гвоздев определил координаты и нанес на карту около 300 верст побережья полуострова Сьюард, описал берега пролива и острова, лежащие в нем. В октябре 1732 года он вернулся в Нижнекамчатский острог.

В 1741 году экспедиция Витуса Беринга на двух пакетботах исследовала Алеутские острова и берега Аляски.

В июне 1741 года корабли «Святой Петр» и «Святой Павел» вышли из Петропавловска. Через шесть дней они потеряли друг друга из виду в густом тумане, но оба судна продолжили путь на восток. 15 июля Чириков увидел землю, вероятно западную часть острова Принца Уэльского, на юго-востоке Аляски. Он отправил на берег группу людей на баркасе, и они стали первыми европейцами, высадившимися на северо-западном побережье Северной Америки. Когда первая группа не вернулась, он отправил вторую, которая тоже пропала. Чириков снялся с якоря и продолжил путь.

Примерно 16 июля 1741 года Беринг и команда «Святого Петра» увидели на материковой части Аляски возвышающуюся вершину горы Святого Ильи. Берингу не терпелось вернуться в Россию, и он повернул на запад. Позже он бросил якорь у острова Каяк, а члены экипажа сошли на берег, чтобы исследовать местность и найти воду. Георг Вильгельм Стеллер, корабельный натуралист и врач, обошел остров и описал растения и животных. Стеллер вел дневник, в котором подробно описывал их путешествие в 1741–1742 годах. В нем он рассказывает о трудностях и различных ситуациях, с которыми столкнулись он сам и его команда. В своих записях он упоминает о следах коренных жителей Камчатки и о том, что команда оставила им железный котелок, фунт табака, китайскую трубку и кусок китайского шелка в «погребе», найденном на острове. Стеллер также первым описал морскую корову, названную в его честь. Чириков и «Святой Павел» в октябре отправились обратно в Россию с новостями о найденной ими земле.

Корабль Беринга терпел бедствие во время штормов, и в ноябре он потерпел крушение у берегов острова Беринга, который многие члены экипажа приняли за побережье Камчатки. Стеллер пытался лечить членов экипажа от цинги с помощью собранных им местных листьев и ягод, но офицеры отстранили его. Стеллер и его помощник были одними из немногих путешественников, которые не страдали от цинги. На обратном пути, когда только 12 членов экипажа могли передвигаться, а такелаж быстро приходил в негодность, экспедиция потерпела кораблекрушение у берегов необитаемого острова, который позже стал известен как остров Беринга. Почти половина экипажа погибла во время путешествия. Беринг заболел цингой и умер 8 декабря 1741 года. Оставшиеся в живых члены экипажа перезимовали на острове, двадцать восемь из них погибли. Когда погода улучшилась, сорок шесть выживших построили из обломков 40-футовую (12 метров) лодку и в августе 1742 года отправились в Петропавловск. Команда Беринга добралась до берегов Камчатки в 1742 году и сообщила о результатах экспедиции. Привезенные ими морские выдры, мех которых вскоре был признан лучшим мехом в мире, положили начало пушному бизнесу русских и первому поселению на Аляске.

Именно тогда, получив известие, что наши мореплаватели достигли берегов Северной Америки, великий Ломоносов начертал знаменитые строки:

Колумбы росские, презрев угрюмый рок,
Меж льдами новый путь отворят на восток,
И наша досягнет в Америку держава…

В 1763 году в своей работе «Краткое описание разных путешествий по Северным морям…» Ломоносов пророчески подчеркивал, что «России могущество будет прирастать Сибирью и Северным океаном».

* * *

Последним рывком территориального расширения России на Восток после Сибири, связанным с меховой индустрией, стала добыча морского зверя, а именно калана, «морского бобра», как его тогда называли. Впервые в большом количестве на каланов наткнулись участники экспедиции Витуса Беринга в 1741 году на Командорских островах. Зверь обладал мехом с уникальными свойствами, который промышленники быстро оценили. За каланами стали снаряжаться морские экспедиции – на Камчатку, Курилы, Командорские и Алеутские острова. К 1743 году российские торговцы и охотники за пушниной установили тесный контакт с алеутами (коренными жителями Алеутского архипелага).

Первыми поселениями русских промышленников в Русской Америке стали временные зимовья, основываемые на различных островах Алеутско-Командорской гряды с 40-х годов XVIII века. По мере удаления от Камчатки перед североамериканскими компаниями промысловиков вставала необходимость по созданию постоянных баз с обустроенными гаванями. Первой такой базой стала Капитанская Гавань на острове Уналашка. В 1772 году русские промышленники и купцы основали на алеутской Уналашке первое торговое поселение. 3 августа 1784 года на остров Кадьяк в бухту Трех Святителей прибыла экспедиция главы Северо-Восточной компании каргопольского купца Григория Шелихова (в составе галиотов «Три святителя», «Святой Симеон» и «Святой Михаил»). Шелихов начал энергично осваивать остров, подчиняя местных эскимосов-конягов, одновременно способствуя распространению овощеводства среди аборигенов, обучая их выращиванию свеклы и репы.

К сожалению, в 1788 году наше поселение на Кадьяке серьезно пострадало от мощного цунами. Поэтому его пришлось перенести на новое место, в более защищенную от штормов Павловскую гавань.

В 1793 году на Кадьяк прибыла православная миссия – пять монахов Валаамского монастыря во главе с архимандритом Иоасафом (епископом Кадьякский). Миссионеры возвели храм и начали обращать местное население в православную веру. Миссионеры, самым известным из которых был святитель Иннокентий (Вениаминов), не просто крестили алеутов и индейцев-тлинкитов. Они изучали их языки, создавали письменность, открывали школы, переводили богослужебные тексты. Поэтому православие быстро вплелось в местные традиции. Церковь часто выступала и защитником аборигенов от злоупотреблений отдельных промысловиков. Именно поэтому православие пустило на Аляске глубокие корни.

В 1795 году русским промышленникам под предводительством Баранова удалось продвинуться до Якутата.

Одновременно с компанией Шелихова Аляску осваивали и другие купцы, в частности конкурирующая с шелиховцами компания купца Лебедева-Ласточкина. Снаряженный им галиот «Святой Георгий» прибыл в 1791 году в залив Кука, а его команда основала Николаевский редут. В 1792 году «лебедевцы» организовали еще одно поселение на берегах озера Илиамна и снарядили экспедицию промышленника Василия Иванова к берегам реки Юкон. Однако компания Лебедева-Ласточкина к 1798 году потерпела фиаско, не выдержав конкуренции с шелиховцами, из-за отсутствия хорошего снабжения из Сибири и войны с индейцами. Сам Шелихов мечтал основать на Аляске большую русскую колонию – «Славороссию». Но этим планам, увы, не суждено было осуществиться из-за его скоропостижной смерти в 1795 году в возрасте всего сорока восьми лет. Тем не менее Шелихов, объединившись с Лебедевым-Ласточкиным, все же успел организовать общую компанию.

В одной из эпитафий умершему Шелихову было написано следующее:

Как царства падали к стопам Екатерины, —
Росс Шелихов без войск, без громоносных сил
Пустился в Новый Свет чрез бурные пучины,
И три народа ей и Богу покорил.

Несмотря на смерть Шелихова, его начинания, связанные с освоением Русской Америки, продолжали развиваться. В 1796 году к власти в России приходит император Павел I, который спустя два года подписал указ, признающий за основанной Шелиховым компанией право разработки всех природных богатств Американского континента. Она получила наименование Российско-Американской компании. Управление Русской Америкой стало беспрецедентным для Российской империи проектом. Вместо прямого административного контроля Петербург делегировал полномочия Российско-Американской компании. Эта схема сочетала частную предпринимательскую инициативу купцов-пайщиков с государственной поддержкой и надзором. Императорский двор предоставил Российско-Американской компании исключительные права на промыслы, торговлю и управление территориями в Новом Свете сроком на 20 лет (с последующим продлением), превратив компанию в «государство в государстве» с правом содержать собственный флот и вооруженные силы. Такой гибридный подход, редкий для того времени, был продиктован огромными расстояниями и сложностью управления из Петербурга.

Деятельность Российско-Американской компании была уникальным явлением в истории России того времени. Это была первая настолько крупная монопольная организация с принципиально новыми формами ведения коммерции, которые учитывали специфику тихоокеанской меховой торговли. Сегодня это назвали бы частно-государственным партнерством: купцы-перекупщики и промысловики тесно взаимодействовали с государственной властью. Такую необходимость диктовали два фактора: во-первых, расстояния между районами промысла и сбыта были огромны. Во-вторых, утверждалась практика применения акционерного капитала: в меховой промысел вовлекались финансовые потоки со стороны людей, не имевших к нему прямого отношения. Правительство отчасти регулировало эти отношения и поддерживало их. От его позиции нередко зависели и состояния купцов, и судьбы людей, отправившихся в океан за «мягким золотом».

Надо сказать, что императора Павла I Аляска интересовала в контексте тогдашних отношений с Англией. Как известно, в 1799 году император рассорился с Лондоном и прикидывал, как бы «насолить» вероломному Туманному Альбиону. И здесь как нельзя кстати подвернулась Аляска. Дело в том, что единственная страна, напрямую по суше граничащая с Аляской, – это Канада, в то время английская колония. И вот на случай возможной войны России с Британией, дабы Канада не захватила Аляску, Павел решил эти «ничейные» земли так застолбить.

А затем компания была объявлена находящейся под «высочайшим покровительством», и вскоре ее акционерами стали новый император Александр I, великие князья и крупные государственные деятели.

Увы, вся экономика колонии держалась исключительно на «мягком золоте». Речь о шкурах каланов (морских бобров), чей мех ценился в Китае выше китайского шелка. Этот ресурс казался неисчерпаемым: в начале XIX века популяция каланов у берегов Аляски оценивалась в 300 000 особей. Промысел был жестоким, но прибыльным: одна шкурка на китайском рынке приносила до ста рублей серебром – целое состояние. При этом в первые десятилетия своего существования Российско-Американская компания приносила огромную прибыль, так как каждый вложенный рубль давал пять…

Первым правителем Русской Америки в 1790 году стал каргопольский купец и промысловик А.А. Баранов. Освоение Аляски Баранов начал буквально «с нуля» и правил Русской Америкой на протяжении долгих 28 лет.

Баранов успел продвинуть русское присутствие на Американском континенте далеко на восток, где столкнулся с английскими офицерами, которые разведывали новые земли для британской короны. Желая дать англичанам понять, что эти северные территории уже заняты, Баранов выкупил у местного племени тлинкитов земли на острове Ситка, где построил форт Новоархангельск. Поселение выросло настолько быстро, что в том же 1799 году Баранов ходатайствовал о переносе туда части административного аппарата компании из Иркутска.

Административный талант и завидная энергия позволили Баранову основать несколько русских поселений, в том числе столицу Русской Америки – Новоархангельск и Форт-Росс в Калифорнии, наладить торговые связи с Гавайскими островами, Калифорнией и Китаем. Он основал верфь, положив начало местному судостроению, построил медеплавильный завод и школу, организовал добычу угля, расширил промысел каланов. Сам себя он называл «Писарро российский», сравнивая с известным испанским конкистадором Франсиско Писарро. На первых порах Баранову пришлось испытать немало трудностей с установлением централизованного управления на колонизируемых территориях. На Баранова несколько раз совершались покушения. По дошедшим до нас рассказам, первые годы правления он не снимал железного панциря и спал с пистолетом под подушкой. Подобно конкистадору Баранов вел непростую и опасную работу по покорению коренных народов, населявших Русскую Америку.

Продвигаясь вглубь материка, русские начинали сталкиваться с сопротивлением местных жителей. В связи с этим Барановым было принято решение – заключать с индейцами мир. Приплыв к острову Хинчинбрук (по-эскимосски Тхалха), Баранов пригласил чилхатского вождя по прозвищу Скаутлельт для заключения мира. Тот охотно согласился. В честь этого был устроен небольшой пир с огненной водой. Индейцам были преподнесены подарки, а в ответ вождь племени тлинкитов выдал за Баранова женщину по имени Алеут, которая родила ему сына).

С 1795 года, после того как был заключен мир с индейцами, русские расположились на острове Ши и построили там Михайловскую крепость. Крепость была названа в честь тлинкитского вождя Скаутлельта, которого Баранов крестил в православие, дав ему имя Михаил. В 1796 году Баранову удалось занять остров и обосноваться в заливе Ситка-Саунд, в который часто заходили торговые английские, французские и американские торговые суда, которые также привозили необходимые на Аляске товары и покупали у Баранова меха. Русская Америка быстро расширялась и развивалась. За свою титаническую и усердную работу Баранов вскоре был награжден именной золотой медалью «Отец Аляски».

* * *

Главным доходом Российско-Американской компании являлись охота на каланов и черно-бурых лисиц и торговля их мехом. Основной рабочей силой в колониях были алеуты.

В 1799 году Барановым была основана Михайловская крепость (ныне Ситка). Поселок быстро рос. К 1819 году здесь уже проживало больше русских поселенцев и свыше тысячи аборигенов. Появились начальная школа, верфь, церковь, цейхгаузы, арсенал и разные мастерские. Каждый приходивший сюда корабль встречали, как в петровские времена, оружейным салютом!

Не обходилось и без вооруженных столкновений. Так, весной 1802 года индейцы-тлинкиты захватили и сожгли Михайловскую крепость. В 1804 году произошло серьезное вооруженное столкновение между индейцами Аляски и русскими колонистами. В 1805 году пала крепость Якутат. В одном из музеев Аляски и сегодня хранятся захваченные тогда трофеи: медная пушка и шпага коменданта Ларионова. В Якутате погибли полтора десятка русских промышленников и много находившихся у них на службе местных жителей, а младший сын купца Ларионова провел в плену у тлинкитов 15 лет.

Следует сказать, что сюжет поэмы «Юнона» и «Авось» и одноименной знаменитой рок-оперы основан на вполне реальных событиях и посвящен плаванию русского государственного деятеля Н.П. Резанова в 1806 году на Аляску и в Калифорнию и его встрече с юной Кончитой Аргуэльо, дочерью коменданта Сан-Франциско.

С 1808 года столицей Русской Америки становится Новоархангельск. Фактически управление американскими территориями ведется Российско-Американской компанией, главный штаб которой находился в Иркутске, официально Русская Америка включена в состав сначала Сибирского генерал-губернаторства, а после его разделения в 1822 году на Западное и Восточное – в состав Восточно-Сибирского генерал-губернаторства.

В 1815 году Баранов задумал создать перевалочный пункт для русских торговых судов на Гавайских островах. Так корабли смогли бы ходить прямо из Аляски в порты Китая. Для этой цели глава Русской Америки отрядил на острова доктора Георга Шаффера. Но из этого ничего не получилось. Шаффер влез в местную политику, и правитель Гавайев изгнал его с островов. В 1818 году легендарный бессменный правитель Русской Америки Александр Баранов оставил службу, однако, возвращаясь на родину на корабле «Кутузов», тяжело заболел и умер.

В 1824 году была подписана Российско-американская конвенция, зафиксировавшая южную границу владений Российской империи на Аляске на широте 54°40' с. ш. Конвенция также подтверждала владения США и Англии (до 1846 года) в Орегоне.

В 1824 году была подписана Англо-русская конвенция о разграничении их владений в Северной Америке (в Британской Колумбии). По условиям конвенции устанавливалась пограничная черта, отделяющая владения Британии от русских владений на западном побережье Северной Америки, примыкающем к полуострову Аляска так, что граница проходила на всем протяжении береговой полосы, принадлежащей России, от 54° северной широты до 60° северной широты, на расстоянии десяти миль от кромки океана, учитывая все изгибы побережья. Таким образом, линия русско-английской границы была в этом месте не прямой (как это было с линией границы Аляски и Юкона), а чрезвычайно извилистой. В том же году англичане строят Ванкувер, который превращает Форт-Росс в анклав.

Наиболее серьезной проблемой, осложнявшей целенаправленное освоение Русской Америки, была ее оторванность от России. Транспортное сообщение с Русской Америкой было крайне дорогостоящим и рискованным. Снабжение Российско-Американской компании осуществлялось через Охотск. По сибирскому бездорожью нередко предметы первой необходимости (якоря, канаты и пр.) шли из Петербурга в Охотск распиленными (разрубленными) на части, а в Охотске их снова соединяли, нагружали на суда флотилии и отправляли в Новоархангельск. Это было очень трудоемко и очень дорого, но иного выхода просто не было. Ситуация несколько улучшилась после начала достаточно регулярных кругосветных плаваний к берегам Аляски русских военных моряков.

В ходе первой российской кругосветной экспедиции И.Ф. Крузенштерна 1803–1806 годов шлюп «Нева» под командой Ю.Ф. Лисянского не только посетил Аляску, Ю.Ф. Лисянский не только доставил туда крайне необходимые поселенцам припасы, но и оказал военную помощь правителю Русской Америки А. Баранову против мятежных индейцев-тлинкитов. В 1807 году шлюп «Нева» снова прибыл на Аляску, но уже под началом Л.А. Гагемейстера. В 1811–1815 годах зимовал на шлюпе «Суворов» в Новоархангельске М.П. Лазарев, а год спустя там же побывал на шлюпе «Рюрик» О.Е. Коцебу. Посещал Аляску и В.М. Головнин, совершавший в 1817–1819 годах кругосветное плавание на шлюпе «Камчатка». В 1820 году Аляску изучали шлюпы «Открытие» и «Благонамеренный» экспедиции М.Н. Васильева и Г.С. Шишмарева. В 1823–1826 годах О.Е. Коцебу на шлюпе «Предприятие», совершая свое второе кругосветное плавание (как командир корабля), снова посетил берега Русской Америки. В 1827 году на Аляске побывали шлюпы «Моллер» (командир М.Н. Станюкович) и «Сенявин» (командир Ф.П. Литке). Не забывали своим вниманием Русскую Америку российские военные корабли и в последующие годы. Помимо плавания на Аляску кораблей российского флота и сама Российско-Американская компания организовала около полутора десятков кругосветных экспедиций и примерно столько же полукругосветных, начиная с первой кругосветной экспедиции И.Ф. Крузенштерна. Суда Российско-Американской компании водили военные моряки, а их служба в компании засчитывалась как служба в военно-морском флоте.

В сентябре 1812 года русский купец Иван Кусков основал Форт-Росс (в 80 километрах к северу от Сан-Франциско в Калифорнии), ставший самым южным форпостом русской колонизации Америки. Формально эта земля принадлежала Испании, однако Кусков купил её у индейцев. Вместе с собой он привел 95 русских и 80 алеутов. В Калифорнии Кусков намеревался выращивать пшеницу и ячмень для снабжения Аляски хлебом. Планировка Форта-Росс во многом напоминала деревянные остроги, возводимые русскими первопроходцами в Сибири. Стены форта и большинство расположенных внутри его построек были сделаны из секвойи. Форт защищали двенадцать пушек. В 1836 году его население составляло около трех сотен человек, которые занимались земледелием и промыслом морских котиков, а также торговали в Сан-Франциско производимым ими железом. Основное население проживало в Уиллоу-Крик, на реке Славянка (в настоящее время река носит название Russian River). Кроме того, в Калифорнии был организован ряд совместных русско-американских промысловых экспедиций.

В 1817 году капитан 2-го ранга Л.А. Гагемейстер, ставший к этому времени главный правителем Русской Америки, посетил колонию Росс и встретился с вождями окрестных индейских племен. Он выразил благодарность за уступку земли, вручил им подарки, а вождя, на землях племени которого стояла крепость, наградил медалью «Союзные России». Под протоколом беседы подписались только представители русской стороны: Леонтий Гагемейстер, Иван Кусков, комиссионер РАК Кирилл Хлебников и др. На этот документ Российско-Американская компания позже часто ссылалась как на договор, в частности, в нём сообщается, что вожди «очень довольны занятием сего места русскими, что они живут теперь в безопасности от других индейцев, кои прежде делывали на их нападении, что безопасность та началась только от времени заселения».

Однако, вопреки первоначальным расчетам, содержание Форта-Росс во многом являлось убыточным. Другим немаловажным фактором, препятствовавшим развитию Форта-Росс, являлось то, что он представлял собой изолированный со всех сторон анклав русской земли, полностью окруженный владениями испанских и мексиканских колонистов, власти которых становилось все более бессмысленно противостоять. Эти факторы поставили к концу 1830-х годов перед правлением Российско-Американской компании вопрос об упразднении русской колонии в Калифорнии. В январе 1841 года Форт-Росс был продан гражданину Мексики Д. Саттеру.

В 1825 году была подписана Англо-русская конвенция о разграничении их владений в Северной Америке в Британской Колумбии, впервые установив пограничную черту, отделявшую владения Британии, которая проходила в десяти милях от берега океана. До этого неофициальной границей считался хребет Скалистых гор. При этом наша сторона никогда не делала попытки переходить за Скалистые горы, хотя на протяжении почти полустолетия там была абсолютно безлюдная территория.

В 1842–1844 годах побережье и внутренние районы Аляски исследовал лейтенант Лаврентий Загоскин. Он прошел заливы Нортон и Коцебу, бассейны рек Юкон (Квикпак) и Кускоквим. Загоскин открыл горный хребет, отделяющий Юкон от восточного побережья залива Нортон. Летом 1842 года он на бриге приплыл из Новоархангельска в Михайловский острог. Передвигаясь на байдаре, произвел опись побережья залива Нортон до устья реки Уналаклит. Затем зимой 1842/43 года перебрался на собачьих упряжках в редут Нулато, обследовал низовья реки Коюкук. Летом прошел до устья реки Тананы (притока реки Юкон) и далее, уже на байдаре, исследовал и нанес на карту Юкон от порогов до нижней луки. В летние месяцы 1844 года Загоскин продолжил обследование низовий Юкона, а также среднего и нижнего течений реки Кускоквим, обнаружил ранее неизвестное селение эскимосов Анилукхтакпак. В декабре 1845 года через Сибирь Загоскин возвратился в Петербург.

Итогом исследования Аляски стала книга Загоскина «Пешеходная опись русских владений в Америке, произведённая лейтенантом Лаврентием Загоскиным в 1842, 1843 и 1844 гг. с меркаторскою картою» в двух частях, в которой он дал первое подробное описание глубинных территорий полуострова. В книге также содержатся ценные этнографические сведения о коренных жителях Аляски, указаны ареалы их расселения, а также имеется составленная Загоскиным точная карта нижней части бассейна рек Юкон и Кускоквим, побережья Берингова моря между их устьями.

Начало Крымской войны в 1853 году поставило русские колонии в Северной Америке в чрезвычайно трудное положение, поскольку Русская Аляска граничила с Британской Канадой. Дела у Российско-Американской компании в это время также шли плохо, резко сократилось количество добываемых каланов, а следовательно, упала доходность. Поэтому начали возникать мысли о продаже не приносящей дохода территории.

В США мысль о продаже Аляски впервые появилась еще в 1854 году и исходила от американского правительства, заинтересованного в предотвращении возможной английской оккупации полуострова. Тогда США предложили императору Александру II заключить фиктивный договор на три года – территория переходила во временное пользование американцев для защиты от англичан. Но российского императора такая комбинация не заинтересовала.

В России мысль о возможности продажи Аляски появилась чуть позднее, в 1857 году, вскоре после окончания Крымской войны. Но пока об этом говорили лишь в кулуарах. К этому времени Российско-Американская компания имела на Аляске шесть отделов: Ситхинский, Кадьякский, Северный (или Михайловский), Уналашкинский, Атхинский и Курильский, которые охватывали территорию всей Аляски, а также Алеутские острова. Территория была огромна и мало населена. Российско-Американская компания с ней уже явно не справлялась. На повестке дня стоял вопрос о присоединении Аляски к Российской империи, но для этого банально не было средств.

Ряд государственных деятелей России считал, что деятельность Российско-Американской компании лишена экономических перспектив и будет продолжать носить убыточный характер, связанный с дальнейшим вложением в нее значительных государственных средств. Именно поэтому Аляску в Петербурге посчитали непрофильным активом: прибыли от нее не было, а расходы – огромные, гарнизоны надо снабжать, а они очень далеко. Ведь даже Дальний Восток тогда еще только-только начинал осваиваться, Северного морского пути еще не было, и грузы приходилось везти через всю Сибирь до Охотска и оттуда – уже через океан в Русскую Америку. При этом во второй половине XIX века добыча пушнины, являвшаяся основным видом экономической деятельности на Аляске, существенно сократилась, доходность падала, и Российско-Американская компания с каждым годом несла все большие убытки.

Другим, более весомым мотивом являлась сложная внешнеполитическая ситуация, связанная с Крымской войной, опасением военных столкновений с Англией и политикой Соединенных Штатов, направленной на установление полного господства на Североамериканском континенте. Последние обстоятельства нередко приводились как веский довод необходимости продажи Русской Америки. Если она не будет продана сейчас, то ее все равно придется уступить под угрозой военного отторжения, не получив взамен ничего. Основная же угроза для Русской Америки исходила от Англии – тогдашнего главного геополитического соперника России. И в случае конфликта удержать Аляску было бы просто невозможно, так как в условиях едва закончившейся Крымской войны, потери Черноморского флота, а также начавшихся грандиозных государственных реформ ресурсов на освоение далекой северной территории практически не было.

Кроме этого, ключевым мотивом Петербурга по продаже Аляски стало стратегическое стремление укрепить отношения с США как с потенциальным союзником против главного геополитического соперника – Англии. Поэтому продажа Аляски рассматривалась как плата за будущий американо-русский союз, способный изменить баланс сил в мире. Насколько это получилось в реальности, мы сегодня видим…

Кстати, одним из наиболее активных сторонников этой идеи являлся брат императора Александра II, великий князь Константин Николаевич, возглавлявший Морское министерство. За продажу Аляски выступал и тогдашний генерал-губернатор Восточной Сибири граф Муравьев-Амурский, полагавший, что имеющиеся средства надо расходовать прежде всего на освоение и укрепление нашего Дальнего Востока, Приамурья и Сахалина.

Судьба России на Аляске решилась в конце 1866 года, когда на заседании под председательством Александра II единогласным решением было принято продать территорию Штатам.

В итоге в 1867 году Аляска была продана США всего за 7 200 000 долларов (около 2 центов за акр земли). Примечательно, что большая часть денег за Аляску так и не попала в Россию. До сих пор история продажи Аляски волнует историков, так как многое в ней все еще остается неясным. Очевидно лишь то, что Россия вынуждена была заключить чудовищно невыгодную для себя сделку исключительно под давлением могущественных международных политических сил.

Для сравнения: покупка Луизианы у Франции обошлась США в 23 миллиона долларов с процентами. А строительство одного здания окружного суда в Нью-Йорке в 1871 году стоило больше, чем вся Аляска, – правда, там работали мошенники, которые украли из казначейства штата 13 миллионов.

Однако есть и другие мнения. Так, академик Н. Болховитинов в работе «Русско-американские отношения и продажа Аляски» писал, что сделка по передаче Аляски не была поражением. Продажа позволила России сосредоточиться на освоении Приамурья и избежать нового конфликта с Англией. Деньги от продажи Аляски пошли на покупку оборудования для железных дорог. Ходит легенда, что их казна якобы не получила, но это лишь легенда – в Государственном историческом архиве есть документ от 1868 года, который гласит: «За уступленные Северо-Американским Штатам российские владения в Северной Америке поступило от означенных Штатов 11 362 481 р. 94 коп. Из их числа израсходовано за границею на покупку принадлежностей для железных дорог: Курско-Киевской, Рязанско-Козловской, Московско-Рязанской и др. 10 972 238 рубля 4 копейки. Остальные же 390 243 рубля 90 копеек поступили наличными».

Всего за время существования Русской Америки там было создано около 60 русских поселений. На январь 1863 года в Русской Америке проживало: русских – 582 мужчины и 90 женщин, креолов – 944 мужчины и 1045 женщин, или всего 2661 человек.