Kitobni o'qish: «Крымские татары в Великой Отечественной войне»

Министерство образования, науки и молодежи Республики Крым

Государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Республики Крым

Крымский инженерно-педагогический университет имени Февзи Якубова

Утверждено Ученым советом ГБОУВО РК КИПУ имени Февзи Якубова Протокол № 7 от 27 декабря 2021 г.

Рецензенты:

Щевелев С.С. – доктор исторических наук, профессор кафедры археологии и всеобщей истории исторического факультета института «Таврическая академия» КФУ им. В.И. Вернадского

Гуркин В.Г. – доктор культурологии, профессор Ульяновского государственного технического университета.

Автор: Поляков Владимир Евгеньевич – доктор исторических наук, доцент, профессор кафедры истории ГБОУВО РК КИПУ имени Февзи Якубова.

© В.Е. Поляков, 2022

Введение

Основным источником информации является Обобщённый электронный банк данных (ОБД) «Мемориал» и сайт «Подвиг народа», созданный на базе подлинных документов Центрального архива министерства обороны Российской Федерации, а также Военно-Морского архива и Военно-Медицинского архивов. К сожалению, нет доступа к архиву пограничных войск НКВД, а также КГБ, где до 1944 года крымские татары были представлены достаточного широко.

К сожалению, самобытные имена и фамилии крымских татар постоянно искажались, порой до неузнаваемости. Приходилось сталкиваться с тем, что родственники предъявляли фотографию человека с боевой наградой на груди, но в базе данных «Подвиг народа» этот человек не значился. Только после того, как сознательно вводились различные искажения в фамилию, удавалось найти подтверждение тому, что этот человек действительно был награждён. Изучая весь массив награждений жителей Крыма, очень часто даже в голову не приходило, что носитель той или иной фамилии – крымский татарин. С другой стороны, многие фамилии крымских татар широко используются другими народами: азербайджанцами, башкирами, кабардинцами, казахами, казанскими татарами, лезгинами, узбеками… и еще добрым десятком народов. Всё это приводило к тому, что после тщательной проверки десятки людей приходилось исключать из списков. При этом эти люди призывались из различных районов Крыма. Вероятно, это были бывшие военнопленные Крымского фронта, части которого формировались из жителей Кавказа.

При исследовании наградной политики автор сознательно отказался от раздельного учёта наград по степеням, за исключением только ордена «Славы». Как показал провёденный анализ, эта градация, особенно в отношении ордена «Отечественной войны», была совершенно надумана.

Выявленный массив наград, вероятно, будет незначительно увеличиваться, но в целом это не изменит общую картину.

Вопросы участия крымских татар в Великой Отечественной войне, начиная с 1944 года, либо находились в зоне умолчания и потому не входили в сферу внимания историков, либо преподносились исключительно сквозь призму «массового предательства», а преступная депортация преподносилась как «справедливое, неотвратимое возмездие».

Шли десятилетия. Менялось общество, менялись оценки нашего прошлого. Был официально осужден культ личности, были возвращены с мест депортации и восстановили свои государственные образования практически все «наказанные народы», и только в отношении крымских татар все оставалось по-старому. С началом развала СССР народ самовольно вернулся на родину. Интеграция шла очень болезненно, в обществе с новой силой стал муссироваться миф о «народе-предателе».

Опирающаяся, исключительно на пропагандистские материалы татарофобия, породила своего антипода – татарофильство. Оно исключало любое упоминание даже о единичных фактах действительно имевшего место сотрудничества с оккупантами кого-либо из отдельных крымских татар. Главная беда современного «татарофильского» подхода – некритический характер к подбору и подаче материала. В качестве крымских татар-героев войны преподносятся казанские татары, представители многочисленных народов Кавказа со схожими для крымских татар именами и фамилиями, в разы завышается количество участников войны, партизанского движения.

По теме участия крымских татар в Великой Отечественной войне ни в СССР, ни в России, ни в Украине не было защищено ни одной диссертации.

Игнорирование этой проблемы профессиональными историками невольно освободило нишу для журналистов. После отмены комендантского режима в Узбекистане начала функционировать газета «Ленин байрагъы», которая первой обратились к теме участия крымских татар в Великой Отечественной войне.

Крымскотатарские журналисты в течение полувека оставались монополистами в этой сфере. Наряду с безусловным позитивом – люди узнали о многочисленных фактах героического участия крымских татар в этой войне, был и определенный негатив. Прежде всего, это была информация о себе – самим себе. Русскоязычные читатели о том, как в действительности воевали крымские татары, по-прежнему ничего не знали, поскольку газета печаталась на крымскотатарском языке. При этом использовался вольный перевод воинских званий, должностей, специальностей и даже названий боевых наград. Максимальное число вариаций написания одной и той же награды – 4. Всё это со временем породило вольное отношение к наименованию наград. С появлением в Крыму, ориентированных на крымскотатарского читателя, русскоязычных газет, этот некритический подход породил много грубых ошибок уже на русском языке. Постоянно писалось о награждении того или иного человека несуществующими в СССР наградами: медалями «За мужество», «За храбрость», «За освобождение Москвы», «За взятие Сталинграда»…

За последнее десятилетие ситуация кардинально изменилась. Стали выходить в свет серьёзные научные монографии Неменко А.В., Полякова В.Е.; научные статьи Куртсеитов Р.Д., Чачи Э.И. [37, 44, 45, 46–53, 64].

Первые научные статьи по данной тематике стали появляться только, начиная с 2009 г., в различных научных журналах и научно-популярных монографиях [47–53]. Впервые в 2009 году на основании архивных документов были опубликованы наградные листы крымских татар участников партизанского движения в Крыму, которые в силу субъективных причин так и не были удостоены боевых наград [47]. Начиная с 2014 года стали регулярно появляться как научные, так и общественно-политические статьи Курсеитова Р.Д., который первым обратил внимание на факты представленных крымских татар к званию героя Советского Союза, но в ходе прохождения традиционного согласования: полк – дивизия – корпус – армия – фронт – Верховный Совет, как правило, уже на этапе «армия» или «фронт» по различным причинам, а начиная с 1944 года субъективным, статус награды существенно понижался [37].

Глава 1
Крымские татары в межвоенный период (1921–1941 гг.)

1.1. Состав и состояние РККА

В 1924 году был принят план военного строительства, в соответствии с которым 3/4 всех дивизий стали территориальными, а приписанные к ним военнослужащие находились в частях только на учебных сборах по два-три месяца в году В Крыму таким единственным воинским формированием была 3-я Крымская дивизия.

Как бы по наследству от царской России в Красной армии оставались пехота, артиллерия, кавалерия, военная авиация. Практически с нуля надо было создавать: бронетанковые войска, автомобильные, флот.

Если в царской России пограничные войска находились в ведомстве министерства финансов, то в СССР они стали частью НКВД. В них отбирали лучших из лучших. Пограничные войска были обеспечены самым современным автоматическим оружием. Как показали дальнейшие события, именно пограничники оказались самыми боеспособными, самыми надежными частями, которые с честью приняли на себя первый удар.

1 сентября 1939 года был принят Закон СССР «О всеобщей воинской обязанности». Следует заметить, что представители многих национальностей были лишены «почётной воинской обязанности» защищать родину. Применительно к Крыму в соответствии со специальным указом, в РККА не призывались: болгары, греки, иранцы, итальянцы, китайцы, корейцы, латыши, немцы, поляки, румыны, турки, финны, чехи, японцы. Из них массово проживало в довоенном Крыму: болгары – 7320 чел., греки – 9805 чел., немцы – 23284 чел., поляки – 2292 чел., чехи – 801 человек, что составляло 45 тысяч, или 8,22 % всех мужчин [23, с. 18].

Как мы можем видеть, в этот перечень неблагонадежных народов крымские татары не входят. Для тех из них, кто имел семилетнее образование и чья биография не была омрачена раскулачиванием родственников, дворянским или духовным происхождением родителей, были открыты двери многочисленных военных училищ.

Обрушившиеся на армию, авиацию и флот аресты привели к пониманию того, что инициатива наказуема. Из боевых учений было изъято всё, что могло привести к травматизму, утрате техники и личного состава. Прекратились полеты ночью и в сложных погодных условиях. Была введена уголовная ответственность за выполнение фигур высшего пилотажа. Из учебной практики были изъяты такие понятия как ведение боя в окружении, действия батальона, полка, дивизии, армии в условиях отступления.

Подразумевалось, что Красная армия должна учиться только управлению войск в наступлении. Репрессии в науке на десятилетия отбросили СССР в развитии вычислительной техники, радиолокации.

Вся вторая половина межвоенного периода прошла в локальных войнах, в которых РККА, когда официально, а когда и не официально, принимала участие. К сожалению, полученный боевой опыт не изучался и не обобщался ни по вертикали, то есть сверху вниз (армия, корпус, дивизия, полк), ни по горизонтали. Вернувшиеся из Испании или Китая летчики, танкисты, артиллеристы даже в курилке или «за рюмкой чая» ничего не рассказывали своим сослуживцам, так как с одной стороны давали подписку о неразглашении государственной тайны, а с другой справедливо боялись обвинения в «прославлении вражеской боевой техники», так как уже были печальные прецеденты.

Участие, как в локальных конфликтах, так и крупномасштабных боевых действиях выявило ряд серьёзных недостатков.

Испания наглядно продемонстрировала преимущество истребителей «Люфтваффе» над советскими И-15 и И-16.

Финская война показала преимущество автоматического оружия, которому до этого не придавали никакого значения. Обозначилось отсутствие в РККА зимнего обмундирования. Нужны были шапки-ушанки, овчинные полушубки, ватные брюки, овчинные рукавицы.

К сожалению, главные недостатки, касающиеся организации боя, так и не были выявлены, и эти ошибки пришлось исправлять уже в ходе следующей войны.

Наиболее успешные участники этих событий, тем не менее, отмечались боевыми наградами. К 1941 году номенклатура боевых наград была весьма ограниченной: ордена Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды, Золотая медаль Героя Советского Союза, медаль «За отвагу», «За боевые заслуги».

Весь предвоенный период процедура награждений была предельно централизована, так как осуществлялась только Указами ЦИК с вручением наград любого статуса непосредственно в Кремле.

1.2. Крымские татары, отличившиеся в предвоенных вооруженных конфликтах

В довоенный период число крымских татар, награждённых боевыми наградами, было минимальным. За успехи в боевой подготовке быв награждён орденом Ленина военный моряк, комиссар подводной лодки Мамутов Абидин. За участие в боях у озера Хасан орденом Красного Знамени был награждён Мустафаев Абибула. Примечательно, что он пока единственный, выявленный военнослужащий из числа крымских татар, награждеёный юбилейной медалью «XX лет РККА». На первый взгляд, он не имел на неё права, так как вступил в армию только в 1922 году, но получил её как орденоносец, что соответствовало статусу награды.

За участие в Финской войне были награждены: орденом Красного Знамени летчик Осман Зиядинов и авиатехник Мамет Насурлаев. Орденом Красной Звезды артиллерист Ягья Кадыров и подводник Ибрагим Рамазанов. Медалью «За отвагу» пехотинец Муса Саптаров. Медалью «За боевые заслуги» шофёр Батал Меметов и связист Асан Измайлов. Часть из них представлена на Рис. 1.

К началу Великой Отечественной войны в рядах Красной Армии служило 1152 человек (Подсчет автора на июль 2021 года).

Впереди было 1418 дней и далеко не всем из них суждено было остаться живым.

Кадыров Ягья

Мамутов Абидин

Мустафаев Абибулла

Насурлаев Мамет

Рамазанов Ибрагим

Хайруллаев Изет

Рис. 1. Крымские татары, награжденные в предвоенный период

Вопросы и задания для самоконтроля и самопроверки

1. Какому современному воинскому званию соответствовало звание комдив?

2. Как сами летчики называли самолет И-16?

3. Кого из репрессированных советских военачальников вы можете назвать?

4. Кто из крымских татар был награждён в межвоенный период?

5. Кто из крымских татар участвовал в Финской войне?

Глава 2
Внезапность, 1941 год

2.1. Приграничное сражение

«Двадцать второго июня ⁄ Ровно в четыре часа ⁄ Киев бомбили, нам объявили, ⁄ Что началася война»… Это строки из переделанной песни «Синий платочек». Фраза «Ровно в четыре часа» взята из сообщения диктора Юрия Левитана: «Внимание, говорит Москва. Передаём важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза. Сегодня в 4 часа утра…». В действительности война началась несколько раньше, так как уже в 3 часа 06 минут по местному времени зенитные орудия Севастополя открыли огонь по самолетам противника.

Катастрофическое для РККА начало Великой Отечественной войны до сих пор пытаются объяснить (оправдать) внезапностью нападения противника. Довод совершенно несостоятельный. К тому же в первый день войны в результате «внезапного нападения» не пострадал ни один корабль ВМФ РККА. Минимальными были потери в частях Одесского военного округа. Произошло это потому, что начальник штаба округа Матвей Захаров самостоятельно привёл войска в боевую готовность. Как результат, «внезапный» удар противника пришелся на пустые аэродромы постоянного базирования и в опустевшие казармы частей Одесского военного округа.

По-иному сложилось в Киевском и Белорусском особых военных округах, командующие которых смертельно боялись проявлять инициативу и действовали только по личным указаниям товарища Сталина.

Примечательна их дальнейшая судьба: генерал Дмитрий Павлов был расстрелян 22 июля 1941 года. Генерал Михаил Кирпонос погиб в окружении 20 сентября 1941 года. Матвей Захаров прошел всю войну. Стал дважды героем Советского Союза, маршалом Советского Союза. Впрочем, если даже предположить, что все наши войска были бы своевременно приведены в боевую готовность, то итог первых недель войны вряд ли бы существенно изменился.

2.2. Северный, Северо-Западный, Западный фронты

Северный фронт был создан 24 июня 1941 года на базе войск Ленинградского военного округа. Командующий – генерал-лейтенант Попов М.М. [16, с. 642].

В силу того, что находился на второстепенном участке, боевые действия в этот период носили локальный характер. Противостояли ему в основном финские части.

Северо-Западный фронт. Противостояла ему группа армий «Север», которая действовала на территории протяженностью 230 км. С 22.06.41 и по 16.01.42. ее возглавлял Риттер фонЛееб. В состав группы входили 16-я и 18-я полевые армии. Всего 29 дивизий, а также 4-я танковая группа, 1 воздушный флот.

Командовали Северо-Западным фронтом: 22.06.41. – 03.07.41. Кузнецов Ф.И. 04.07.41. – 23.08.41. Собенников П.П. 23.08.41. -октябрь 1942 Курочкин П.А.

В состав войск Северо-Западного фронта входили 8-я и 11-я армии [16, с. 642]. В соответствии с доктриной «воевать на чужой территории» в Либаву были переведены корабли Балтийского флота. Только 27 августа был получен приказ об эвакуации. Во время перехода флота назад в Кронштадт погибло 2/3 кораблей.

Западный фронт. Противостояла ему группа армий «Центр», которая действовала фронтом протяженностью 550 км. В состав группы входили 9-я и 4-я полевые армии. Всего 50 дивизий. 2-я и 3-я танковые группы. 2 воздушный флот.

Командовали группой «Центр»: Федор фон Бок. 22.06.41. -19.12.41.

Командовали Западным фронтом: 22.06.41. – 30.06.41. Павлов Д.Г.; 30.06.41. – 02.07.41. Ерёменко А.И.; 02.07.41. -19.07.41. Тимошенко С.К.; 19.07.41.-30.07.41. Ерёменко А.И.; 30.07.41. – 12.09.41. Тимошенко С.К.; 12.09.41. – 13.10.41. Конев И.С.; 13.10.41. – август 1942 Жуков Г.К.

В состав войск Западного фронта входили: 3 А, 4 А, 10 А, 13 А, 17 и 20 мехкорпуса, 4-й воздушно-десантный корпус, 2-й. 44-й и 47-й стрелковые корпуса. Всего 24 стрелковых дивизии, 12 танковых, 6 моторизованных, 2 кавалерийских и 1 воздушно-десантная [16, с. 278].

Если взглянуть на предвоенную карту западных границ СССР, то невольно бросается в глаза Белостокский выступ, устремленный на запад.

Рис. 2.1. Белостокский выступ

При наступательной войне – это прекрасный плацдарм, но в случае, если противник нападет первым – смертельная ловушка. Здравый смысл подсказывал, что при первых же подозрениях о начале войны находящиеся в западной части выступа подразделения надо срочно выводить на восток, хотя бы до линии Нарев – Брест. Увы, только в полдень 25 июня штабы 3 и 10 армий получили приказ о выводе войск, но к тому времени он уже безнадёжно запоздал, 1 июля кольцо окружения замкнулось.

В Белостокском, а за ним и в Минском «котлах» противником были уничтожены: 11 стрелковых, 2 кавалерийские, 6 танковых и 4 моторизованные дивизии Красной армии.

11 июля 1941 года в сводке немецкого Главного Командования были подведены итоги боёв группы армий «Центр»: взято в плен 324 тыс. человек, захвачено 3 332 танка, 1 809 орудий [16, с. 447].

2.3. Провал «Блиц крига»

Почему так получилось, что Советское правительство, командование РККА не знало о том, что огромная армия готовит на нее нападения? Со Сталиным всё понятно, он руководствовался известной псевдомарксистской формулой: «Этого не может быть, потому, что этого не может быть», а окружение вождя, зная его точку зрения, уже старалось вести себя соответствующим образом, дабы не впасть в немилость.

С вождём понятно, но для себя, для «внутреннего пользования», командование РККА должно же было попытаться понять истинное положение дел? Вот тут выяснилось следующее. В Главном разведывательном управлении РККА были убеждены, что если Германия решится в 1941 году напасть на СССР, то уже в 1940 году должна приступить к изготовлению тёплой одежды, валенок, шапок, рукавиц, без которых воевать в России невозможно. Подготовить зимние сорта масел для танков, автомобилей, орудий, автоматического оружия. Поскольку ничего этого не делалось, то сделали вывод о том, что в 1941 году Германия нападать на СССР не будет.

В действительности нападение уже готовилось. После триумфальных побед в Польше и во Франции, которые состоялись вопреки пессимистичным прогнозам немецких генералов, Гитлер уверовал в свой военный гений и несокрушимость проводимых им «блицкригов».

Война с Францией была выиграна за 6 недель. 10 мая 1940 года она началась, а уже 14 июня был взят Париж. Примечательно, что французскую армию Гитлер оценивал гораздо выше, чем РККА, к тому же у французов были союзники – Англия. Вот почему идея «молниеносной войны», в ходе которой можно будет управиться за три летних месяца, представлялась ему вполне реальной, и поэтому был сделан вывод о том, что можно будет обойтись без зимней одежды, зимних сортов масел и прочих нюансов.

Соответственно был выбран и срок нападения – май 1941 года, о чем в Москву сразу же сообщили советские разведчики, но им не поверили. К тому же и нападение в указанный срок не состоялось.

Оказалось, что 3 апреля 1941 года появился новый приказ Гитлера, согласно которому операция «Барбаросса» переносилась на немного более поздний срок. Причиной для переноса стало обострившееся положение на Балканах. Только после того, как Германия оккупировала Грецию и Югославию, появилась новая, уже окончательная дата начала нападения – 22 июня 1941 года.

С учётом того, что во Франции немецкие войска продвигались приблизительно со скоростью 10 км/сутки, я составил подобный график для действий Вермахта против РККА.

Как-то в мемуарах прочитал о том, что спасшийся на парашюте немецкий летчик, почему-то шёл не на запад, а на восток. На недоумённый по этому поводу вопрос, он объяснил, что по графику, который он видел в штабе, к этому числу город, к которому он шёл, уже должен быть взят.

Практически половину пути войска вермахта шли даже с опережением графика, следуя проторенной еще Наполеоном дорогой, но совершенно другими темпами.

Почему же продвижение врага было таким стремительным? Ведь войска Белорусского военного округа имели больше танков, больше артиллерии, больше самолетов, не говоря уже о пехоте. Проблема заключалась, прежде всего, в отсутствии в РККА современных, даже для того времени, средств связи. Отсутствовала и надлежащая координация действия разных родов войск. В каждом танке противника, в каждом самолёте, в каждой бронемашине была радиостанция, настроенная на соответствующую волну В случае необходимости моментально создавался мобильный кулак: авиация, мотопехота, танки. Советские же войска действовали «растопыренными пальцами», не взаимодействуя с другими родами войск.

Предлагаем вашему вниманию таблицу, снабдив её еще одним столбцом, указывающим, как всё происходило в действительности.

Таб. 2.2. Предполагаемый график наступления

Лучший на тот период в мире танк Т-34 не знал себе равных, но после того, как заканчивалось горючее, он превращался в бессмысленную груду металла. Бензовозов в РККА было катастрофически мало. Доставляли бензин на бортовых автомобилях в бочках. При полном господстве авиации противника в воздухе подобные автомобили становились легкой добычей. Те танки, которые успели вступить в бой, поразили немцев своей неуязвимостью. Выпущенный в них прямой наводкой снаряд, отскакивал от брони Т-34, как горох. Правда, очень скоро выяснилась одна неприятная для нас деталь: неуязвимый для обстрела с земли, танк оказался беззащитным от ударов с воздуха. «Юнкерсы» уничтожали их не только бомбами, но и расстреливая из пушек. Вводить в состав танковых подразделений батареи противозенитной артиллерии стали только в 1943 году.

После того, как у артиллеристов заканчивались снаряды, они взрывали свои орудия, так как буксировать их на восток было нечем.

Часть самолётов, которые уцелели в первый день войны, удалось перегнать на восток, но там они оказались без технического состава, которому предстояло самостоятельно выбираться из окружений. Обслуживать «чужие» самолеты никто не собирался, так как существовавшая в ту пору система аэродромного обслуживания не предусматривала такого положения.

Вот фрагмент опубликованных воспоминаний Нури Халилова, о событиях 22 июня 1941 года. «Около 15 часов появился комиссар Ракитин и несколько средних командиров. Стали выдавать сухой паёк: сухари и по 100 грамм колбасы. Вручили новые винтовки, патроны, гранаты. Артиллеристы стали получать снаряды, мины. К17 часам полк и вся дивизия вышли к дороге на Брест и заняли позицию, чтобы напасть на беспечно едущих немцев. Полковые орудия 128-го, 102-го и 106-го полков, 77-го артполка и минометные роты неожиданно открыли швальный огонь. Фашисты заметались. Много грузовых машин было побито. Наши пехотинцы, автоматчики героически сражались с врагом. Бой продолжался до девяти вечера пока не начало темнеть. Мы смогли парализовать движение фашистских войск. Противник вызвал авиацию. Нас беспрерывно бомбили. Почти весь наш полк был уничтожен» [62, с. 86].

Есть в Белоруссии река Щара, небольшая речушка, приток Немана протяженностью в 325 км. Вот что произошло на ее берегах в самые первые дни войны, а точнее 24 июня 1941 года. Далее мы цитируем наградной лист на командира орудия 141 гаубичного полка 55-й стрелковой дивизии Саида Усейнова. Далее по тексту: «В районе р. Щара. Командир орудия Усейнов остался у орудия один, остальной расчет не мог работать, так как не давала истребительная авиация противника, но он не испугался свинцовых пуль и продолжал прямой наводкой расстреливать танки противника. Многие танки уже были охвачены пламенем огня, а враг продолжал свое движение на огневую позицию. Передний танк был на расстоянии 150 метров. Командир орудия навел 152 мм гаубицу и вражеский танк запылал. Радость т. Усеинова описать было нельзя. Тов. Усейнов вскочил на лафет гаубицы и начал танцевать. Это была победная радость комсомольца Усейнова. В этом бою Усейнов прямой наводкой вывел из строя 3 танка. Управляя орудием один».

…. Командир 141-го гаубичного артполка майор Рожетович.

09.07.41. Командир 55-й стрелковой дивизии подполковник Тер-Гаспаръян.

22.07.41. Указ Президиума ВС СССР.

От себя добавлю, что танцевал мой земляк хайтарму – национальный танец крымских татар.

Здесь же на реке Щара в составе 228 сп той же 55 сд сражался его земляк Исмаилов Нафе. В его семье сохранилось предание о том, как в те дни он встречался с известным впоследствии писателем Константином Симоновым и фотокорреспондентом Павлом Трошкиным. В книге воспоминаний писателя действительно упоминается о его пребывании в 55-й дивизии.

Рис. 2.3. Исмаилов Нафе на фото Павла Трошкина

Оказавшиеся в окружении формирования, противник автоматически переставал учитывать как боевые единицы. Несмотря на это, оставшиеся в живых бойцы и командиры упорно шли на восток. Вновь обратимся к воспоминаниям Нури Халилова: «Нас было всего 11 человек. Тем не менее, дважды мы нападали на одиночные машины. Закидывали их гранатами, стреляли, потом забирали всё, чем можно было поживиться, прежде всего, продукты, и уходили в лес. Отойдя от места нападения километров на десять, делали привал. Однажды напали на охрану железнодорожного переезда на магистрали Минск-Москва, южнее Орши. Уничтожили четырех немцев, забрали их оружие, продовольствие. В районе между городами Борисов и Орша, когда мы шли по лесной дороге, прямо на нас выехала легковая машина. Свет фар осветил нас, в том числе и меня. Фашисты схватились за оружие, но мы их опередили. Автоматной очередью я скосил водителя и полковника, который сидел рядом. На заднем сидении было еще два офицера. Всех четверых мы убили, продукты забрали, оружие выбросили, а колеса прокололи. Через 15–20 минут начался какой-то шум. Оказалось, что неподалеку от этого места в деревушке находился штаб немецкого полка. Полковник ехал в свой штаб. Захваченный нами его портфель мы посмотрели на следующий день, естественно, ничего не поняли» [62, с. 83].

Рис. 2.4. Осенняя распутица 1941 года

В 63 км к востоку от Смоленска и в 350 километрах к западу от Москвы на пути Вермахта оказался маленький городок Ярцево. Еще не был взят Смоленск, а вокруг Ярцево уже шли бои. Здесь впервые страна услышала имя будущего прославленного полководца Константина Рокоссовского. Возглавляемая им

группа выходящих из окружения войск на какое-то время остановила противника. Бои продолжались до 5 октября. После этого говорить о блицкриге можно было только как о несостоявшейся авантюре. Тем не менее, враг продолжал рваться к Москве. Из-за начавшихся дождей дороги стали непроходимыми. Была магистраль, связывающая Москву с Минском, но её пропускная способность не могла удовлетворить и сотой части потребностей. Наступление забуксовало.

В 175 километрах к востоку от Смоленска и уже в 210 километрах от Москвы есть городок Вязьма. Древний городок, впервые упоминается в 1239 году. Вот там под Вязьмой была сделана попытка отбросить врага. В бой были брошены кадровые дивизии второго эшелона, а также сформированные из жителей Москвы ополченческие дивизии, многие из которых даже не успели переодеть в военную форму. Страшные бои продолжались с 2 по 13 октября. Увы, ничего не получилось. Воевали мы пока также, как и в Белоруссии – «растопыренными пальцами».

7 октября Вязьма была взята противником. В окружение попало 37 дивизий РККА, 9 танковых бригад, 31 артиллерийский полк Резерва Главного Командования, в том числе 10 дивизий добровольцев-ополченцев из Москвы. Из 15 тыс. бойцов и командиров 7-й Бауманской дивизии народного ополчения под Вязьмой погибло около 14 тыс. Всего в октябре 1941 года в боях под Вязьмой погибло около 400 000 чел. В плен попали около 688 000. Вышли из окружения 85 000.

После катастрофы под Вязьмой на пути к Москве частей Красной армии уже не было. 15 октября было принято решение об эвакуации Москвы.

Наконец, поверили разведчику Рихарду Зорге о том, что Япония не нападёт на СССР. С Дальнего Востока, Забайкалья, Средней Азии стали снимать дивизии, которые направлялись на оборону столицы. 5 декабря передовые части противника вошли в село Красная Поляна, от которого до центра Москвы было всего 39 километров.

Прибывшие под Москву части Красной армии сначала остановили противника, а затем и отбросили на 100–250 км.

Гитлер был в ярости, обвинял генералов, в том, что они украли у него победу. Был отстранен командующий группы «Центр», снят командующий танковой группы Гудериан.

2.3.1. Крымские татары в битве за Москву

В битве за Москву не только принимали участие, но и были отмечены высокими наградами многие крымские татары. 92 человека впоследствии были награждены специально учрежденной медалью «За оборону Москвы» (Данные автора на 03.07.21).

Расскажем о подвиге в защите Москвы отдельных наших земляков.

Айвазов Арсений (1919–1941). Уроженец села Алупка.

Командир орудия 326-артполка 148-й стрелковой дивизии.

В его наградном листе было написано следующее: «Когда пехота приблизилась на расстояние 200 метров тов. Айвазов заменил наводчика, продолжая в упор расстреливать врага, обеспечил отход батареи из-под огня автоматов и только по приказу командования вывел свое орудие из-под огня противника».

Аджи-Халиль Абдурахман (1918–1941). Уроженец села Ай-Василь.

«Участвуя в боях по разгрому озверелых фашистов на подступах к Москве, имеет 40 боевых вылетов из них 12 в сложных метеоусловиях: снегопад, низкая облачность, обледенение машины в полете. Тов. Аджи-Халиль спокойный, уверенный, отлично ориентируется, всегда точно выводит звено на цель, отлично бомбит и стреляет.

18.11.41 возвращаясь с боевого задания, попал в сплошной туман. Земля просматривалась с 30 метров и только перед собой. Тов. Аджи-Халиль точно вывел звено на свой аэродром.

Его экипаж уничтожил 22 танка, 52 автомашины с людьми и боеприпасами и около 212 человек фашистских солдат и офицеров».

Зарединов Джемаледин (1916–1941). Уроженец села Ай-Тодор.

Политрук танковой роты в армии Рокоссовского.

Абибулаев Сафат (1920–1942). Уроженец Бахчисарайского района.

Разведчик спецгруппы Западного фронта.

Люманов Эмир (1911–1941) Уроженец села Актачи Бахчисарайского района. Командир батальона. 586 сп. 5 гв сд. Представлен к званию героя Советского Союза.

Сеферов Иззедин (1906-?) Уроженец села Аджи-Булат Бахчисарайского района.

«… военный комиссаром 470-го стрелкового полка. В период ожесточённых боёв с 16.12.41 по 24.12.41 тов. Сеферов служил примером для всего личного состава в смелости, упорстве, решительности и бесстрашия в борьбе с врагом, он неоднократно ходил в атаку с подразделениями и в самые трудные минуты боя тов. Сеферов показывал образцы отваги в борьбе с врагом.

23.01.42. Командующий Западного фронта генерал армии Жуков».

2.4. Юго-Западный, Южный фронты

Противостояла ему группа армий «Юг», которая действовала на территории протяженностью 1300 км. С 22.06.41 и по 03.12.41. ее возглавлял Карл фон Рундштедт. В состав группы входили 6-я, 11-я и 17-я полевые армии, 3-я и 4-я румынские армии, венгерский корпус. Всего 44 немецких дивизий, 22 румынских и 4 венгерских. 1 – я танковая группа. 4-й воздушный флот.

Командовали Юго-Западным фронтом: 22.06.41.-20.09.41. Кирпонос М.П.

30.09.41. – 18.12.41. Тимошенко С.К.

Фронт был сформирован на базе войск Киевского особого военного округа в составе 5-й, 6-й, 12-й и 26-й армий [16, с. 821].

В полосе Юго-Западного фронта приграничное сражение складывалось не так драматично, как на Западном фронте. Благодаря ударам механизированных корпусов фронта наши части смогли выйти из Львовского выступа и избежать окружения. В частях фронта сохранялась управляемость, что на фоне событий на Западном и Северо-Западном фронтах породило в Москве убеждённость, что ситуация стабилизировалась. К тому же естественной надёжной преградой для дальнейшего продвижения войск немцев на восток был Днепр.

Однако успехи противника на флангах способствовали тому, что к 19 августа стала реальностью угроза окружения 5-й армии. Командование Юго-Западного фронта отдало приказ об отводе войск за Днепр. При этом 27-й ск переподчинили 37-й армии Власова.

Немцы быстро нащупали слабое место на стыке 5-й армии и отходившего к переправе 27-го ск. 23 августа три пехотные дивизии противника прорвали слабую арьергардную завесу и ввели в прорыв части 11-й танковой дивизии. При помощи спецназовцев из полка «Брандербург-800», переодетых в советскую военную форму, они захватили в целости Окуниновский мост и создали плацдарм на левом берегу Днепра.

Это было крупное поражение, сыгравшее зловещую роль в окружении войск Юго-Западного фронта. Как впоследствии указывалось в немецких источниках: «В воскресенье 14 сентября после проливных дождей предыдущих дней установилась удивительно ясная и солнечная погода. В 18.20 у Лохвицы встретились передовые отряды 3 танковой дивизии 2-й танковой группы и 9 танковой дивизии 1 танковой группы. В тот же день 16 танковая дивизия захватила Лубны и изготовилась к обороне на внутреннем фронте «котла»: острие танковой группы Гудериана встретилось с острием танковой группы Кляйста за спиной пятидесяти красных дивизий. Большое кольцо окружения под Киевом было замкнуто» [34].

С 17.40 до 19.00 15 сентября состоялись очередные переговоры начальника Генштаба маршала Шапошникова с маршалом Тимошенко, содержание которых определило в значительной степени основной характер дальнейших действий войск Юго-Западного фронта на ближайшие дни.

«Считаю, что мираж окружения охватывает прежде всего Военный Совет Юго-Западного фронта, а затем командующего 37 армией» [34].

Но это уже был не мираж, а страшная реальность. Вот как описывали то, что происходило в те дни возле Оржицы немецкие источники: «На Оржице, на участке 24 пехотной дивизии, русские согнали в одно место несколько тысяч автомашин и подожгли их. Черный дым вздымался к небосводу целыми днями. В кукурузных полях многие русские покончили с собой, предпочитая смерть плену. На следующий день «котёл» был ликвидирован. Взяты были огромные массы военного снаряжения и лошадей. Полк доставил на сборные пункты 19 000 военнопленных».

16 сентября 1941 года вокруг 5, 26, 37 и отдельных соединений 21 и 38 армий замкнулось кольцо окружения.

По немецким данным было захвачено 103 тыс. пленных и 858 единиц артиллерии. [Там же].

В их числе оказался и Ганиев Осман 1901–1941 Уроженец с. Дуванкой. Комиссар 321 стрелкового полка 15 сд 12 А. Погиб. 08.10.1941 в Уманском котле.

Искандер Ваапов рассказывал, что, будучи сапером, выполняя приказ, лично взорвал в Киеве мост через Днепр – знаменитый мост Патона.

На базе частей Одесского военного округа первоначально была сформирована 9-я отдельная армия, а затем 25.06.41 года Южный фронт. Командующие фронтом: 25.06.41.-20.08.41 генерал армии Телегин И. В.; 20.08.41–05.10.41. генерал-лейтенант Рябышев Д.И.; 05.10.41-декабрь 1941 генерал-лейтенант Черевиченко Я.Т.; декабрь 1941- июль 1942 генерал-лейтенант Малиновский Р.Я.

На 25.06.1941: в состав фронта входили: 9-я и 18-я армия; 7-й и 48-й стрелковый и 9-й особый стрелковый корпуса. Всего 15 стрелковых, 3 кавалерийские, 6 танковых, 3 моторизованные дивизии. Кроме того, в Южный фронт входило четыре 10, 12, 80 и 82-й [16, с. 822].

Частям фронта в основном противостояли румынские войска, а также южный фланг группы «Юг».

Особенностью частей Южного фронта было то, что они старались избежать окружения и потому отступали на восток, не задерживаясь даже на таких водных преградах как Южный Буг и Днепр. Уже в октябре значительная часть войск Южного фронта все же оказалось в Мелитопольском котле. Остановились отступающие части уже за Ростовом, который был оставлен 20 ноября 1941 года. Осознав, что преследующий его противник тоже выдохся, неожиданным ударом 28 ноября освободили город. Событие это получило большой позитивный резонанс в стране, так как Ростов был первым крупным городом, освобождённым в период Великой Отечественной войны. В составе 9 армии был 427 отдельный автомобильный батальон, сформированный из крымчан, которые пришли в него на своих машинах. Среди них удалось установить 12 крымских татар.

2.4.1. Оборона Одессы

Оборона Одессы занимает особое место в истории Великой Отечественной войны своей неоднозначностью. Прежде всего своей целесообразностью, потом малочисленностью защищавших ее войск: 25 сд, 95 сд и 2 кав. дивизия. Тем не менее, указом № 20 от 1 мая 1945, когда было учреждено звание город-герой и его присвоили Ленинграду, Одессе, Севастополю, Сталинграду. Фактически Одесса стала первым городом героем потому, что оборона ее началась раньше всех остальных городов-героев 5 августа и закончилась оставлением города 16 октября 1941 года.

Указом от 22.12.42. в честь вышеперечисленных городов были учреждены медали «За оборону…», которые выдавались всему личному составу частей, принимавших участие в защите указанного в медали города.

Оборона Одессы крайне негативно отразилась на ситуации в Крыму. Формирующиеся на полуострове воинские части, которым предстояло защищать Крым, испытывали острый дефицит в вооружении, но 5 сентября поступила директива Генерального штаба: «Немедленно выделить за счет 51-й армии и отправить в Одессу пять тысяч винтовок, сто пятьдесят станковых пулеметов, триста ППД, двести ручных пулеметов Дегтярева, сто 82-миллиметровых минометов с тремя боекомплектами» [21, с. 29].

Только в начале октября, когда стало очевидным, что потеря Крыма уже неизбежна, было принято решение об оставлении Одессы. Эвакуация прошла блестяще. В период со 2 по 16 октября было вывезено 86 тысяч военнослужащих и 426 орудий. Если бы неделями двумя раньше они были на Перекопе – Крым бы оставался нашим.

Командование РККА оказалось благосклонным к защитникам Одессы. Щедро были награждены ее немногочисленные участники. Среди них были и крымские татары. Так уроженец Ялты Асанов Сиит-Мелида, который командовал пулеметным взводом в 25 Чапаевской дивизии Приморской армии, 10.02.42. был награжден орденом «Ленина».

Медалью «За оборону Одессы» было награждено 29 крымских татар (Подсчет автора, данные на 03.07.21).

2.4.2. Оборона Перекопа

Перекоп не случайно называли в древности Op-Капу, то есть «укрепленные ворота». Перекопский перешеек действительно был воротами в Крым.

12 сентября 1941 г. разведывательные группы противника впервые появились на Перекопском направлении. 15 сентября был взят Геническ, а на следующий день враг подошёл к Чонгарскому мосту и Арабатской стрелке. В этот день именно там оказался журналист Константин Симонов. Его впечатления были совершенно безотрадны: бойцы вооружены из рук вон плохо, артиллерии нет, окопы – это только то, что еще не окончательно разрушилось после Гражданской войны. И самое поразительное – на Перекопе и Чонгаре почти не было наших войск.

Объяснить этот факт можно было только тем, что командование отдельной 51-й армии зациклилось на идее высадки в Крыму крупного морского или воздушного десанта противника. На возможность такого развития событий их постоянно ориентировал и Генеральный штаб. Вот почему дивизии 51-й армии были равномерно рассредоточены по всему Крымскому побережью. На Перекопском и Чонгарском направлениях находилось только по одной дивизии.

Противник же создал мощную группировку, в которую вошли румынский горный корпус, артиллерийская группа резерва Верховного командования, авиационная группа 4-го воздушного флота и собственно части 11-й армии. В сентябре это составляло около 124 тысяч человек, 2 тысячи орудий и минометов, 150 самолетов. Советское командование, в целом располагая почти таким же количеством войск, выдвинуло против наступающего противника всего лишь 30 тысяч бойцов и командиров.

В Симферополе, в штабе 51-й армии, не почувствовали той смертельной опасности, которая уже нависла над Крымом. В находящемся чуть менее в ста километрах от места боев штабе отдельной 51-й армии по воскресеньям никого не было, так как все командиры спокойно отдыхали с семьями.

Заместитель командующего генерал Батов П.И., который лично побывал на Перекопе, уже осознал масштабы грозящей катастрофы и настаивал на усилении северного направления. Его поддерживали член военного совета Николаев А.С. и 1-й секретарь Крымского обкома партии Булатов В.С., который даже направил письмо в Ставку с просьбой заменить командарма-5 1 на его посту. Только 26 сентября, через две недели с начала наступления противника на Перекопе, когда 156-я дивизия почти полностью погибла, и фронт был прорван Кузнецов Ф.И. решился отдать приказ о переброске 172-й дивизии на защиту Перекопа.

Катастрофа в Крыму стала очевидна всем, и выводы последовали исключительно в духе времени. Были отстранены командующий армией генерал-полковник Кузнецов Ф.И., член военного совета корпусной комиссар Николаев А.С., а с ними и командир 172-й сд полковник Торопцев И.Г. и подлинный герой защиты Перекопа – командир 156-й стрелковой дивизии генерал Черняев П.В.

Части отдельной Приморской армии, наконец, получили приказ об эвакуации из обреченной Одессы. Операция эта прошла блестяще, но в Крыму приморцы появились слишком поздно. К тому же при наличии на полуострове двух общевойсковых армий и Черноморского флота, даже не было сделано попытки координации их действий, не говоря уже об эффективном общем руководстве. В то время, как защищавшие Перекоп части истекали кровью, все остальные дивизии не сделали ни единого выстрела. То же самое можно сказать и о многочисленных подразделениях Черноморского флота.

Несмотря на поступившую 30 октября 1941 года директиву Москвы: «Всеми силами удерживать Крымский перешеек», фронт покатился окончательно. Если по всей линии советско-германского фронта отступление советских войск осуществлялось строго в одном направлении – на восток, то командиры находящихся в Крыму частей стояли перед дилеммой: «Куда отступать? На юг или восток? На Севастополь или на Керчь?»

Части Приморской армии, только недавно прибывшие из Севастополя, приняли решение пробиваться назад в этот город. Остатки войск 51-й армии двинулись на Керчь. Входившая в состав 51-й армии 172-я дивизия, сформированная из жителей Симферополя, по логике событий, тоже должна была уйти в сторону Керченской переправы, но её новый командир полковник Ласкин И.А. после консультаций с командованием Приморской армии, самостоятельно принял решение отходить вместе с ней на Севастополь.

Вот так в действительности развивались события в Крыму осенью 1941 г., но вот какое отражение они нашли в современных исторических исследованиях: «Части Красной Армии, укомплектованные крымскими татарами, оказались небоеспособными, и после вступления немцев на территорию полуострова подавляющее большинство их личного состава дезертировало». Приводит автор и источник информации – докладную записку на имя Берии Л.П., датированную 22 апреля 1944 года: «Все призванные в Красную Армию составляли 90 тыс. чел., в том числе 20 тыс. крымских татар… 20 тыс. крымских татар дезертировали в 1941 году из 51-й армии при отступлении ее из Крыма» [54, с. 26].

Прежде всего, обращает на себя внимание тот факт, что эта информация о 20 тысячах дезертиров впервые озвучена не в конце 1941-го или в начале 1942 г., что называется, «по горячим следам», а лишь спустя два с половиной года, буквально накануне депортации. Выражаясь современным языком, она носит откровенно «заказной» характер.

Сейчас мы знаем, что всего за годы войны в рядах Красной армии на всех фронтах и флотах побывало 12 тысяч человек из числа крымских татар. (Поимённый подсчет автора, данные на 03.07.21). В это количество включены и те крымские татары, которые уже служили в армии, и те, кто были призваны из мест ссылки, куда они были высланы еще детьми в результате раскулачивания их родителей. А вот по данным НКВД только дезертиров, оказывается, было 20 тысяч.

Читатель уже подробно познакомился с крымскими татарами героями обороны Москвы, но наибольшая часть наших земляков, вероятно, в силу географического расположения полуострова в 1941 году воевала на Южном фронте.

Меметов Якуб (1916–1943). Уроженец села Такиль.

Еще до войны он служил в 55 иап в одной эскадрилье с прославленными в самом скором будущем трижды героем Советского Союза Александром Покрышкиным и дважды героем Григорием Речкаловым. В 1941 году наш земляк раньше их был награжден боевым орденом. Погиб Якуб Меметов, имея на своем счету 9 сбитых самолетов противника.

2.5. Крымские татары, отмеченные боевыми наградами в 1941 году

Абдулаев Халил – воздушный стрелок. 05.11.41. Медаль «За боевые заслуги»; Южный фронт

Абибулаев Сафат – разведчик. 10.12.41. Медаль «За боевые заслуги»; Западный фронт

Джемелев Мамбек – политработник. 05.11.41. Орден Красного Знамени; Южный фронт.

Ислямов Джафер – тех. состав ВВС. 27.11.41. Медаль «За отвагу»; Северо-Западный фронт.

Куртбединов Эмир-Асан – подводник. 14.10.41. Медаль «За боевые заслуги»; Балтийский флот.

Меметов Исмад – краснофлотец. 13.08.41. Орден Красного Знамени. Балтийский флот.

Меметов Якуб – лётчик. 05.11.41. Орден Красной Звезды; Южный фронт.

Мустафаев Абибула – командир полка. 19.12.41. Орден Красного Знамени; Юго-Западный фронт.

Назиров Ирик – артиллерист. 22.07.41. Орден Красной Звезды. Указ ВС СССР. Юго-Западный фронт.

Омеров Сеит-Вели – политработник. 1941 год. Орден Красного Знамени; Южный фронт

Османов Рустем – политработник. 28.10.41. Орден Красного Знамени; Войска Крыма

Режепов Зиядин – лётчик. 31.12.41. Орден Красной Звезды. Ленинградский фронт.

Султан Амет-Хан – лётчик. 05.11.41. Орден Красной Звезды. Южный фронт

Умеров Али – лётчик. 09.11.41. Орден Красного Знамени. Юго-Западный фронт.

Усейнов Саид – артиллерист. 22.07.41. Орден Красного Знамени. Западный фронт.

Хайрединов Бекир – военный моряк. 18.09.41. Орден Красного Знамени. Балтийский флот.

Таким образом, первое награждения состоялись 22.07.41 Указом Верховного Совета, а последнее 31.12.41. приказом командующего войсками Ленинградского фронта.

Охвачен практически весь театр военных действий: Балтийский флот, Ленинградский, Северо-Западный, Западный, Юго-Западный, Южный фронт и войска Крыма.

Выводы

Проиграв приграничное сражение, части Красной армии, тем не менее, сорвали план «Молниеносной войны».

Враг находился на подступах к Москве, но был отброшен на 100–250 км; устоял, но оказался в блокаде Ленинград; оставлены Белоруссия, Украина, Крым. Держится Севастополь. В лесах Крыма развернуто крупномасштабное партизанское движение, в котором насчитывалось 3733 человек.

Англия, США заявили о своей поддержке СССР. Япония и Турция сохранили нейтралитет, позволив снять с границы столь нужные против Гитлера дивизии. Блицкриг провалился, но предстояла тяжелая долгая война.

Аблятифов Тейфук

Бариев Меди Азиз

Исмаилов Нафе

Люманов Эмир

Мамбетова Ребия

Меметов Мустафа

Меметов Якуб

Менадиев Смаил

Мензатов Кудус

Сеферов Изедин

Рис. 2.5. Крымские татары, отличившиеся в боях 1941 года.

Вопросы и задания для самоконтроля и самопроверки

1. Могла ли Красная Армия разбить противника летом 1941 года?

2. Какие события 1941 года можно отнести к успехам Красной армии?

3. Какие виды нового оружия хорошо показали себя в 1941 года?

4. В чем значение разгрома немцев под Москвой?

5. Кто из крымских татар наиболее отличился в 1941 году?

Глава 3
1942 год

3.1. Кто виноват?

По воспоминаниям современников – это был самый тяжелый год этой долгой войны. Если 1941 год еще таил в себе иллюзию, что всё дело только во внезапности, то 1942 год обрушился со всей ужасающей реальностью. Даже за бодрыми сводками Совинформбюро, люди угадывали, что дела на фронте идут «хуже некуда». Оставлены Белоруссия, Украина, Крым. Немец вышел к Волге, Дону, рвется на Кавказ.

Мой отец, который начал войну в Пинске, выходил из окружения, защищал Москву, как-то сказал, что если бы Гитлер предложил Сталину в конце 1941 что-то типа Брестского мира и Сталин бы его принял, то народ его бы понял и поддержал.

С таким трудом построенные фабрики и заводы оборонной промышленности оказались на территории, занятой противником. Эвакуированные на Урал или в Сибирь еще не работали.

Авторитет военного командования в глазах людей был крайне низок. Если вспомнить лермонтовское: «Слуга царю, отец солдатам», то это не про них. Командный состав РККА сам был запуган, и точно также в страхе держал своих подчиненных.

Вечный вопрос России: «Кто виноват?» сидел в голове каждого, но задать его вслух не решался никто. И вдруг в газете «Правда» с 24 по 27 августа 1942 года печатается пьеса «Фронт» малоизвестного украинского драматурга Александра Корнейчука.

В основе пьесы противостояние двух поколений генералов: старшего, которое сформировалось ещё в Гражданскую войну, и молодого, которое выдвинулось в первый год войны. «Добро» и «зло» персонифицировано: «хороший» – молодой командующий армией Огнев и «плохой» – командующий фронтом Горлов. Горлов уже не соответствует требованиям времени, воюет по старинке, его войска терпят поражение за поражением.

Огнев идёт наперекор воле Горлова и его войска одерживают победу. Далекое, но мудрое «Верховное командование» (на сцене не появляется), отправляет в отставку отсталого Горлова и назначает на его место прогрессивного Огнева.

В этом же 1942 году пьеса была удостоена Сталинской премии. Появился одноименный кинофильм. Страна, наконец, получила ответ на самый сокровенный вопрос «Кто виноват?» – полководцы старой школы.

Я же продолжу рассказ о событиях этого самого драматичного года в нашей истории. Начну его не в хронологической последовательности, что, возможно, было бы вполне логично, а по географическому принципу. С самого северного участка Советско-Германского фронта 1942 года, опускаясь на юг до самых Кавказских гор.

3.2. Карельский, Ленинградский, Волховский, Северо-Западный фронты

На 1 января 1942 года самым северным фронтом был Карельский. Обладал он и самой большой протяжённостью -1600 км. Располагался от Баренцева моря до Ладожского озера. К сентябрю 1942 года в составе фронта были 19-я, 26-я и 32-я армии, а к концу года и 7-я воздушная армия. В оперативном подчинении фронта находился Северный флот. Фронтом командовал: Сентябрь 1941 – февраль 1944 года – генерал-полковник Фролов В.А. [16, с. 322]

Сплошной линии фронта не было, и оборона строилась по опорным пунктам. Частям фронта в основном противостояли финские войска, которые вернув утраченные в ходе «зимней войны» свои территории, дальше этих мест уже не наступали.

При своей малочисленности и отдаленности, Карельский фронт имел чрезвычайно важное значение в связи с тем, что обеспечивал безопасность Мурманска, через который шли морские караваны с помощью союзников.

В конце войны 05.12.44. была учреждена медаль «За оборону Советского Заполярья», которой было награждено 22 крымских татарина. (Подсчет автора. Данные на 03.07.21).

Ленинградский фронт. Образован 23 августа 1941 года. Фронтом командовали: октябрь 1941 – 8 июня 1942 Хозин М.С.; июль 1942 – июль 1945 Говоров Л.А.

В состав фронта входили 8-я, 23-я и 48-я армии. 30 августа 1941 г. в оперативное подчинение фронту был передан Балтийский флот. 25 ноября 1942 г. из частей ВВС фронта сформировали 13-ю воздушную армию [16, с. 405].

Весь 1942 год фронт находился в условиях блокады и вел бои местного значения.

В обороне города участвовало 352 крымских татар, абсолютное большинство которых погибло.

22 декабря 1942 года была учреждена медаль «За оборону Ленинграда», которой было награждено 154 крымских татарина. (Подсчет автора. Данные на 03.07.21).

Я хочу перечислить крымских татар – героев обороны Ленинграда, отмеченных многими боевыми наградами:

Командир 611 батареи Кронштадского сектора Адаманов Идрис;

Командир взвода танков КВ-122 80 гв. ттп Акимов Сеит-мамбет;

Механик-водитель. 185 танковой бригады Бариев Ахмет;

Командир отделения разведчиков 194 минометного полка Газиев Джевдет;

Командир катер КМ-330 11 Дк ТЩ БФ Измайлов Рустем;

Инженер-механик дивизиона подводных лодок Рамазанов Ибрагим;

Командир 65 стрелкового полка 43 стрелковой дивизии Селимов Вехби;

Командир 1242 стрелкового полка 374 сд Сулейманов Усеин;

Командир БЧ-2. СКР «Буря» Хайрединов Бекир;

Командир батареи 84 озенабр ПВО Халитов Риза;

Командир батальона 934 сп 256 сд. Эмиров Артём.

Волховский фронт. Создан 17 декабря 1941 года. Фронтом командовали: 17 декабря 1941 -23 апреля 1942 Мерецков К.А.; 23 апреля – 8 июня 1942 Хозин М. С.; 8 июня 1942 – 15 февраля 1944 Мерецков К.А. В состав фронта в 1942 году входили: 2-я Ударная армия, 4-я, 52 и 59 армии. Фронт вел тяжёлые безуспешные бои по попытке деблокады Ленинграда. После постигшей 2 Ударную армию катастрофы и, самое главное, измены её командующего генерал-лейтенанта Власова авторитет Волховского фронта резко пошатнулся.

Северо-Западный фронт. Фронтом командовали: 23 августа 1941 – 5 октября 1942 Курочкин П.А.; 5 октября 1942-14 марта 1943 Тимошенко С.К. В 1942 году в состав фронта входили 1, 3 и 4 Ударные армии, 11, 34, 53 армии, а также в конце года на базе ВВС фронта была сформирована 6 ВА [16, с. 642].

Рис. 3.1. Демянский котел

«Головной болью» Северо-Западного фронта всю первую половину 1942 года оставался «Демянский котел». В январе-феврале 1942 в ходе наступления советских войск между озерами Ильмень и Селигер были окружены основные силы 2-го армейского корпуса 16-й немецкой армии группы «Север». В течение полугода советские войска безуспешно пытались ликвидировать окружённые части. Противнику удалось наладить с окружённой группировкой воздушный мост. 25 мая немецкие войска успешно вырвались из окружения. Демьянская оборонительная операция была признана одним из крупнейших успехов вермахта, а его участники даже носили специальный знак.

Рис. 3.2. Демянский знак

3.3. Западный, Калининский, Брянский, Юго-Западный, Воронежский фронты

Западный фронт. Фронтом командовали: 13 октября 1941 – 26 августа 1942 Жуков Г.К. 26 августа 1942 – 27 февраля 1943 Конев И. С. Состав Западного фронта летом/осенью 1942 года: 5, 10, 16, 20, 31, 33, 43, 49, 50, 61 армии, 3-я танковая и 1-я воздушная [16, с. 278].

В неофициальном табеле о рангах, в сознании советских людей Западный фронт с начала войны считался главным. Да оно и понятно – он защищал Москву. После успешного наступления конца 1941 года, в ходе которого противник был отброшен от столицы, ситуация тем не менее представлялась тревожной. Если следовать от Москвы на запад, то уже в 300 километрах от неё в городе Ржев проходила линия фронта. Между Ржевом и Москвой был только городок Волоколамск, недавно освобождённый нашими войсками.

Несмотря на то, что Генеральный штаб, прогнозируя действия немцев в 1942 году, основываясь на данных разведки, собственном опыте, здравом смысле, в конце концов, считал, что противник будет наносить удар на юге. Сталин же был уверен, что направлением главного удара 1942 года опять будет Москва. Он настолько боялся повторения событий осени 1941, что, не считаясь ни с имеющимися силами, ни с возможностями требовал изгнания противника из Ржева и удаления его от Москвы.

Западный фронт предпринял наступление, имея целью во взаимодействии с Калининским и Брянским фронтами окружить и разгромить основные силы немецкой группы армий «Центр» и выполнить поставленную задачу.

Однако, проводимая 8 января – 20 апреля 1942 года Ржевско-Вяземская операция, не увенчалась успехом. В течение всего 1942 года Западный фронт и фланги Калининского и Брянского фронтов вели тяжёлые бои на этом направлении, но не достигли успехов. Потери советских войск в боях под Ржевом составили более 2 миллионов человек, вдвое превысив потери даже в Сталинградской битве. Боям вокруг Ржева посвятили прекрасные стихи Александр Твардовский и Илья Эренбург. Псевдоним Елена Ржевская стал литературным именем другой замечательной писательницы, которая там воевала.

В 2007 году город Ржев был объявлен «Городом воинской славы», но в сознании фронтовиков он оставался символом бездарного руководства, символом пренебрежения жизнями советских людей.

Калининский фронт. Фронтом командовали: 19 октября 1941 – 26 августа 1942 Конев И.С.; 26 августа 1942 – 25 апреля 1943 Пуркаев М.А.; В составе фронта действовали 22, 29, 30 и 43 армии [16, с. 316].

Брянский фронт. Повторно сформирован 24 декабря 1941 года. Фронтом командовали: 24 декабря 1941 – 2 апреля 1942 Черевиченко Я.Т.; 2 апреля 1942 – 7 июля 1942 Голиков Ф.И.; 07 июля 1942 – 13 июля 1942 Чибисов Н.Е.; 14 июля 1942 – 27 сентября 1942 Рокоссовский К.К.

28 сентября 1942-12 марта 1943 Рейтер М.А.

В составе фронта входили 3,13,40,48, 61-я армия [16, с. 115].

Юго-Западный фронт. Вновь был воссоздан 25.10.41. после гибели командного состава Юго-Западного фронта первого формирования в окружении.

В общественном сознании войска Юго-западного фронта были главными неудачниками лета 1942 года, породив известное выражение: «Зимой мы бьем немцев, летом – они нас». Фронтом командовали: 18 декабря 1941 – 8 апреля 1942 Костенко Ф.Я.; 8 апреля 1942 – 12 июля 1942 Тимошенко С.К.; 25 октября 1942 – 27 марта 1943. Ватутин Н.Ф.

Имел в своём составе 6, 21, 28 и 38 общевойсковые армии, 5 танковых корпусов, а также 13 танковых бригад [16, с. 821].

В январе 1942 войска фронта предприняли успешную Барвенково-Лозовскую операцию, в ходе которой части фронта продвинулись на 100 км и овладели большим плацдармом на правом берегу реки Северский Донец.

К лету ситуация на Юго-Западном фронте изменилась кардинально. Все наши наступавшие части оказались в окружении, которое получило название «Барвенковской западни». Вырваться удалось не более десятой части.

В окружении погибли: заместитель командующего Юго-Западным фронтом генерал-лейтенант Костенко Ф.Я., командующий 6-й армией генерал-лейтенант Городнянский А.М., командующий 57-й армией генерал-лейтенант Подлас К.П., командующий армейской группой генерал-майор Бобкин Л.В. и ряд других генералов, командовавших оказавшимися в окружении дивизиями.

В период с 12 по 29 мая 1942 года части Юго-Западного фронта потеряли 270 тысяч человек и 1240 танков. По немецким данным в плен было взято 240 тысяч человек.

23 июля противником вновь был взят Ростов. Путь на Кавказ был открыт.

Воронежский фронт. Образован 7 июля 1942 года из части сил Брянского фронта.

Фронтом командовали: 9 июля 1942 – 14 июля 1942 Голиков Ф.И.; 14 июля 1942 – 22 октября 1942 Ватутин Н.Ф.; 22 октября 1942 – 28 марта 1943 Голиков Ф.И. [16, с. 316].

3.4. Сталинградский фронт

Именно Сталинградский фронт стал главным триумфатором всей войны, однако заслуженная слава пришла к нему в самом конце 1942 года.

Слово Сталинград, ранее означавшее название областного центра на Волге, едва ли не на всех языках мира стало символом мужества, стойкости, воинской доблести и разгрома противника.

Первые названия фронтов были связаны со сторонами света: Северный, Северо-Западный, Западный, Юго-Западный, Южный. Первый оттопонимный фронт – Ленинградский. По мере продвижения противника вглубь страны, с целью улучшения управляемости войсками, появилась необходимость в выделении небольших, локальных фронтов. Так появились Калининский, Брянский, Воронежский. Сталинградский фронт стал самым восточным. Дальше уже была Азия.

Фронтом командовали: 12 июля 1942 – 23 июля 1942 Тимошенко С.К.; 23 июля 1942 – 12 августа 1942 Гордов В.Н.; 13 августа 1942-31 декабря 1942 Еременко А.И. [16, с. 686].

В действиях Германского командования лета 1942 года было много противоречий, которые вызывают у историков вопросы.

Как уже было сказано выше, после Харьковской катастрофы и взятия Ростова путь к нефтяным промыслам Грозного и Баку был открыт. В Москве по-прежнему ждали удара на Москву, поэтому на южном фланге у Красной армии не было сил, которые смогли бы остановить это наступление.

Если бы 6 армия, возглавляемая талантливым полководцем Фридрихом Паулюсом, имела конкретную задачу, не теряя времени, подключиться к рвущимся к Баку немецким войскам, то события могли получить для СССР более драматическое развитие. Вместо этого армия Паулюса, завязнув в уличных боях за Сталинград, не только не помогла южной группировке вермахта, но часть войск немцам даже пришлось снимать с направления главного удара, и посылать под Сталинград.

Вопрос второй. Может быть, озвученный впервые.

23 августа 1942 немецкие самолеты подвергли Сталинград бомбардировке. За один день противник совершил более 2000 самолето-вылетов. Несмотря на противодействие зенитной артиллерии, сумевших сбить 120 самолетов противника, город был превращен в руины. Зачем? Ведь немецкие войска намеревались войти в него в самом скором будущем. Сталинград, как крупный транспортный узел, безусловно, пригодился бы им.

Немецкая авиация превратила весь город в сплошные завалы или, если угодно, баррикады, где было удобно защищаться, но неудобно наступать. К чести советского командования оно своевременно вывело всю артиллерию и авиацию на правый берег Волги, и уже оттуда вела губительный огонь по наступающему противнику.

Хотелось бы отметить, что среди руководителей обороны города были люди, о которых мы ещё будем говорить в связи с обороной Севастополя. После оставления Крыма, командир 172 стрелковой дивизии, сформированной в августе 1941 года из жителей Симферополя, генерал Ласкин, станет начальником штаба 66 армии Сталинградского фронта, и первым будет допрашивать плененного фельдмаршала Паулюса.

Полковник Крылов Н.И., бывший начальником штаба Отдельной Приморской армии, которая защищала Севастополь, станет начальником штаба 62 армии и после окончания Сталинградской эпопеи возглавит 5-ю Ударную армию, с которой пройдёт до конца войны.

Ввязавшись в уличные бои в самом городе, лишив себя мобильности, потеряв темп наступления, германские войска предоставили широкую возможность маневра для советских войск, которые сумели собрать на флангах мощные силы в составе Донского фронта на севере Сталинграда и Юго-Западного на юге и замкнули кольцо окружения.

На помощь 6 армии была брошена с юга 4-я танковая армия Гота, которая в случае встречного удара из кольца могла деблокировать окружённую группировку. В очередной раз Германию подвел «вождизм». Гитлер запретил войскам Сталинградской группировки что-либо предпринимать для выхода из окружения, уповая на позитивный опыт «Демянского котла», рассчитывая создать подобный воздушный мост с окруженной 6 армией.

В этих боях против танкистов Гота в составе 39 ббап 202 бад 3 бак 17 ВА воевал мой отец, один из первых в 17 воздушной армии, награждённый новым тогда орденом «Отечественной войны». Номер ордена 7752. В этих боях полк понёс самые большие в своей истории потери.

Поражение германских войск было настолько крупным, что его невозможно было скрыть. В Германии даже был объявлен трёхдневный траур. Победа под Сталинградом взбодрила покорённую Европу. Во Франции, Италии стали создаваться партизанские отряды. Всем было очевидно, что падение Германии – это только вопрос времени.

Фронтовики, с которыми я вел многочисленные беседы, не раз упоминали, что именно после Сталинграда появилась надежда на выживание в войне.

3.5. Донской, Южный фронты

Донским фронтом командовали фронтом: 30 сентября 1942 -15 февраля 1943 г. Рокоссовский К.К. [16, с. 251].

Южный фронт. Командовали фронтом: 24 декабря 1941 -28 июля 1942 Малиновский Р.Я.

В состав фронта входили 6, 9, 12, 37, 56, 57 общевойсковые армии [16, с. 822].

В июле 1942, после крупного поражения советских войск под Харьковом, где войска Южного фронта также были задействованы, подобно эффекту домино катастрофа переместилась на юг. Дабы избежать окружения без приказа Ставки был оставлен Ростов-на-Дону.

Такого Сталин не прощал. Южный фронт был расформирован, а его части переданы в состав Северо-Кавказского фронта. Командующий фронтом Малиновский Р.Я. был отстранён и вместе с Членом военного Совета Лариным И.И. вызван в Москву. В гостинице, в ночь перед встречей со Сталиным, Ларин И.И. застрелился. Малиновский Р. Я. был понижен в должности и звании, но остался в войсках. В дальнейшем он хорошо проявил себя во второй фазе Сталинградской битвы, остановив 4 танковую армию Гота.

3.6. Боевые действия в Крыму

Рассказ о событиях в Крыму 1942 года территориально будет представлен Керченским полуостровом и Севастополем.

3.6.1. Крымский фронт

С 26 декабря по 2 января 1942 началась одна из самых крупных десантных операций, проводимых Красной армией в годы войны. Предполагалось, что 51-я армия высадится в Керчи, 44-я в Феодосии и с выходом на Парчанский перешеек обеспечит окружение всей Керченской группировки противника. В составе десанта предполагалось использовать 8 стрелковых дивизий, 2 стрелковые бригады, 2 горнострелковых полка – всего 82 500 человек, 43 танка, 198 орудий и 256 миномётов.

Противник имел на Керченском полуострове 46-ю дивизию, 8-ю румынскую кавалерийскую бригаду, 4-ю горнострелковую бригаду, два полка полевой и пять дивизионов зенитной артиллерии. Даже с учётом того, что советские части прибывали на Керченский полуостров не единовременно, соотношение сил было явно не в пользу обороняющихся. К тому же основные силы 11 армии в этот момент были задействованы под Севастополем.

Великолепно прошла высадка десанта в Феодосии, где крейсер «Красный Крым» дерзко вошёл в порт и пришвартовался у пирса, обеспечив высадку войск в самых комфортных условиях.

По-другому события складывались в Керчи. Дело в том, что военно-морской флот СССР в принципе не имел десантных кораблей. Вероятно, следует пояснить читателю, какие требования предъявляются к десантному кораблю: прежде всего это способность разместить значительное число людей, орудий, боевой техники. Иметь возможность передвигаться по мелководью и даже выходить на берег, где и будет осуществляться высадка десанта, способного сразу же вступить в бой.

Подобных кораблей ни на Черноморском, ни других флотах в СССР не было. В довоенное время учений по высадке морского десанта никогда не проводили. Почему-то уповали только на воздушный. Вот почему высадка морского десанта на Керченский полуостров оказалось делом чрезвычайно сложным. Ситуацию усложнили погодные условия конца декабря. Десантникам приходилось высаживаться в ледяную воду. В лучшем случае по колено, по грудь, а где и вплавь добираться до берега. Уже в момент высадки потери были огромные. Ситуацию спасли наступившие морозы, сковавшие Керченский пролив льдом, по которому и переправились остальные подразделения.

Трезво оценив сложившуюся ситуацию, командующий 42 корпуса генерал фон Шпонек отдал приказ своим войскам оставить полуостров и закрепиться на Парчанском перешейке. Ему удалось вывести свои части почти без потерь. Впрочем, его совершенно здравые действия, были расценены негативно уже его командованием. За оставление Керченского полуострова без приказа Шпонек был отстранен от командования корпусом и отдан под суд. Тем не менее, выведенная им дивизия закрепилась на Ак-Монайских позициях и не пустила передовые подразделения Красной армии вглубь Крыма.

Противник боялся, что высадившиеся в Феодосии и подходившие со стороны Керчи войска устремятся к Джанкою и перережут жизненно важную железную дорогу Джанкой-Симферополь. Тем более, что к 4 января в районе Феодосии уже было 6 дивизий РККА. Однако командующий фронтом Козлов Д.Т. откладывал наступление, ссылаясь на недостаточность сил и средств. Зачем-то силами двух стрелковых полков был высажен Судакский десант, который почти сразу был уничтожен. Погибло 2500 человек и лишь 350–500 человек, пробились к партизанам, о чем мы ещё поговорим.

15 января немцы внезапно перешли в наступление, нанося главный удар по стыку 51-й и 44-й армий в районе Владиславовка. Несмотря на количественное превосходство советских войск и наличие у них бронетехники, противник прорвал позиции войск генерала Первушина А.Н. и 18 января вновь занял Феодосию. Войска Кавказского фронта вынуждены были оставить занимаемые позиции и отойти за Ак-Монайский перешеек.

Вновь начался период накопления сил. Стали прибывать части 47 армии. Когда сил для наступления показалось достаточным, началась весенняя распутица и потому решили подождать пока дороги просохнут.

Но первым удар нанес противник. Манштейн задействовал 5 пехотных и 1 танковую, а также 2 румынских пехотных дивизии, 1 кавалерийскую дивизию и отдельную механизированную бригаду. 5 дивизий в это же время продолжали блокировать Севастополь. С воздуха поддержку данной группировки обеспечивал 8-й отдельный авиакорпус и главные силы 4-го воздушного флота. Для проведения артподготовки из-под Севастополя были переброшены батареи тяжелых орудий. Несмотря на то, что немецко-румынская группировка уступала советской в людях в 2 раза, в артиллерии в 1,8 раз, в танках в 1,2 раза, но превосходила советскую сторону в количестве авиации в 1,7 раза.

В ходе боев с 8 по 20 мая советские войска потеряли около 160 тыс. человек убитыми, ранеными и пленными, около 200 танков, 417 самолетов, более 4 тыс. орудий и около 10 тыс. единиц автотранспорта. На Таманский полуостров удалось эвакуировать около 140 тыс. человек, 22 орудия, 29 реактивных установок «Катюша», 157 самолетов [22].

3.6.2. Оборона Севастополя

После керченской катастрофы падение Севастополя уже было вопросом времени. К тому же под Керчью противник захватил исправными 1133 орудия, которые были направлены под Севастополь. Как отмечал Манштейн: «В целом во второй мировой войне немцы никогда не достигали такого массированного применения артиллерии, как в наступлении на Севастополь» [43, с. 289].

Я отвлеку внимание читателя, чтобы немного рассказать о подвиге и трагедии защитников Севастополя, но сделаю это через историю бойцов и командиров сформированной из симферопольцев дивизии: 3-й Крымской, затем 172-й стрелковой.

Отступая от Перекопа, первой пробилась в Севастополь группа из ста трёх бойцов 514-го стрелкового полка 172 стрелковой дивизии. Как ни мало было это подразделение, но ему тут же отвели участок обороны. К ночи 6 ноября 1941 года подошла вся дивизия, а точнее девятьсот сорок, оставшихся в живых бойцов и командиров. Страшно говорить, но в Перекопских боях и в ходе отступления погибло и попало в плен 90 % личного состава.

Несмотря на понесенные потери, дивизия представляла серьезную боевую силу. И прежде всего потому, что все бойцы и командиры уже имели боевой опыт – то чего ещё не было у с евастопольцев.

На командование 172-й дивизии было возложено руководство II сектором обороны. Комендант – полковник Ласкин И.А. Дивизию пополнили людьми, вооружением, а также боеприпасами. Придали 37 орудий, и уже на 10 ноября ее численность составляла 9903 человека.

17 декабря на все секторы обороны вновь обрушился шквал огня. Напряжение боев возрастало день ото дня и к 30 декабря достигло апогея. Местами вспыхивали жестокие рукопашные схватки. Противник захватил станцию Мекензиевы горы. И в этот критический момент поступило сообщение об успешной высадке наших десантов в Керчи и Феодосии.

Как ни странно, но гитлеровское командование не прекратило атак, ни на одного солдата, ни на один ствол не ослабило атакующую группировку, рассчитывая, что еще чуть-чуть усилий – и Севастополь падет. Однако он не пал.

В первый день Нового 1942 года у батальонного комиссара Кувшинникова Г.П., в недавнем прошлом секретаря Симферопольского горкома партии, собрались земляки. Настроение было приподнятое: отбит тяжелый штурм, наши войска успешно высаживаются под Керчью, Новый год… К тому же Кувшинников Г.П. получил директиву ЦК ВКП(б) сформировать состав Симферопольского горкома партии и готовиться к вступлению в должность в связи со скорым освобождением Симферополя. Хочу обратить внимание на тот факт, что аппарат Симферопольского горкома ВКП(б) поручено формировать не партизанам, где было более чем достаточно партийных работников этого уровня, а защитникам Севастополя. Впрочем, объясняется это тем, что с партизанами до апреля 1942 года не было радиосвязи.

В январь 1942 года, по словам Новичкова В.А., бывшего до войны водителем «Союзтранса», в городе работали парикмахерские, фотоателье, возобновилось трамвайное движение, можно было отправить на «Большую землю» телеграмму. Это были дивиденды, полученные в результате открытия Крымского фронта, но были и издержки, и притом весьма серьезные – резко уменьшилась доставка артиллерийских снарядов, которые в первую очередь направлялись частям Крымского фронта. Артиллерия Севастополя оказалась на голодном пайке.

Затишье оказалось временным. Крымский фронт, на действия которого возлагали столько надежд, обернулся еще одной трагедией.

Покончив с войной на два фронта, немецкие войска в Крыму вновь сконцентрировали свои усилия на Севастополе. Главный удар наносился в направлении IY сектора, который защищали 172-я дивизия и 79-я стрелковая бригада. Из Бельбекской долины показалась лавина танков, за ней – пехота. Завязался неравный, кровопролитный бой. В воздухе только немецкая авиация, которой специальными сигнальными ракетами указывали даже такие цели, как отдельный пулемет. Наша артиллерия почти молчит – нет снарядов. Местами противнику удалось вклиниться в расположение дивизии, но даже будучи отрезанными от своих подразделений, бойцы и командиры вели бой, надеясь с темнотой прорваться сквозь порядки противника.

Силы иссякали – заканчивались не только снаряды, но и патроны. Не осталось ни одного танка. После трагедии Крымского фронта враг продвинулся далеко на Кавказ, и теперь снабжение Севастополя стало архисложным. Противник безнаказанно топил авиацией наши корабли. Несмотря на то, что среди защитников Севастополя оставалось немало тех, кто оборонял Одессу, в возможность успешной эвакуации уже никто не верил. Как показали дальнейшие события, её никто и не планировал.

Не имея возможности оказать Севастополю реальную помощь людьми, снарядами Верховное командование, по-видимому, решило это как-то компенсировать и обрушило на защитников города настоящий дождь наград.

Если до сих пор звания Героя Советского Союза был удостоен только лётчик Яков Иванов, совершивший в небе над городом воздушный таран, за что Указом от 17.01.42 он первым из севастопольцев получил это высокое звание, то в июне 1942 года удостоенные этим званием стали появляться один за другим.

4 июня 1942 – лётчик Филипп Герасимов, установивший связь с партизанами.

14 июня 1942 – лётчики Михаил Авдеев, Иван Алексеев, Мирон Ефимов, Евгений Лобанов, Георгий Москаленко, Николай Наумов, Николай Остряков, Николай Челноков.

Все Герои Советского Союза – лётчики, а защищают Севастополь моряки и пехотинцы – нелепость, которая видна, что называется, не вооружённым глазом. Ошибку стали срочно исправлять.

16 июня 1942 был издан Указ о присвоении звания Героя Советского Союзу краснофлотцу Ивану Голубцу. Он оказался первым Героем Советского Союза из числа рядового состава армии и флота. Мне доводилось общаться с сослуживцами Ивана Голубца и, как они рассказывали, столь высокое звание, которое было присвоено их товарищу, породило недоумение. Дело в том, что возвратившийся из увольнения старший матрос Голубец был не трезв. Увидев пожар на тральщике, он бросился сбрасывать в море мины и от полученных ожогов скончался. Сослуживцами его гибель не воспринималась как подвиг.

20 июня 1942 звание Героя Советского Союза присваивают разведчице Марии Байде, артиллеристу Абдулхак Умеркину и политруку Михаилу Гахокидзе. Мария Карповна Байда, с которой мне потом доводилось общаться, рассказывала, что даже не успела получить звезду Героя.

За два дня до падения Севастополя Сталин И.В. обратился к защитникам Севастополя со словами благодарности и призывом удержать Черноморскую твердыню. Это был приговор. О том, что от окончательной катастрофы отделяют считанные дни, командование Черноморского флота уже знало и предприняло решительные меры, но только в отношении себя.

30 июня вице-адмирал Октябрьский Ф.С. сообщает в Москву Наркому ВМФ Кузнецову Н.Г. и в Краснодар комфронту Буденному С.М., что «организованная борьба возможна максимум 2–3 дня». Он просит разрешения «вывезти самолетами 200–250 ответственных работников, командиров на Кавказ, а также самому покинуть Севастополь».

В Севастополь прибыло две подводные лодки, а также было выполнено несколько самолетовылетов. Тяжело раненного комдива 172-й Ласкина И.А. поместили на лодку. Там же был и командарм Петров И.Е., чье честное сердце разрывалось от стыда и позора. В глубине души он еще надеялся, что сможет на Большой земле что-либо сделать для организации эвакуации.

Секретарь Крымского обкома партии Федор Дмитриевич Меньшиков по-видимому, чувствовал тоже самое, а потому вместо себя посадил в уходящий самолет первого подвернувшегося под руку раненого, а сам остался вместе с обреченными на плен или гибель людьми.

Восемьдесят тысяч бойцов и командиров, оказавшись без руководства стали покидать рубежи обороны и отходить к мысу Херсонес в надежде на эвакуацию. Вдумайтесь в эту цифру -80 тысяч. В окопах, блиндажах, дзотах – это большая сила, которая продолжала бы перемалывать солдат противника и выигрывать столь дорогое время, которое, как известно, работало не на Германию. Увы, брошенные своим командованием, они моментально превратились в дезорганизованную толпу, которая прекратила сопротивление и сдалась врагу.

Можно только скорбеть о том, что ничего не было предпринято для спасения людей, а особенно – в части задействования малых кораблей. Отдельные защитники города на самодельных плотах, на автомобильных камерах, на лодках выходили в море и… спасались. Командующий артиллерией отдельной Приморской армии полковник Рыжи Н.К., таким образом, достиг берегов Турции, где его передали в Советское посольство.

Оказался незадействованным весь малый флот, а это 325 рыболовецких судна, которые потом все были либо уничтожены нами, либо попали в руки врага. Использовать же их для эвакуации защитников Севастополя командование флота не решилось, так как не имело приказа на эвакуацию.

Рассказывают, что, когда командарм Петров И.Е. встретился с командующим Черноморского флота Октябрьским, то разговор произошел настолько нелицеприятным, что с той минуты и до тех пор, пока адмирал Октябрьский командовал Черноморским флотом, имя Петрова было запрещено в «Городе русской славы».

Все без исключения участники обороны Севастополя, чьи воспоминания автор использовал в настоящей книге, прошли унижения вражеского плена. Те, кто выжил, впоследствии испытали унижения и муки уже у себя на родине. Каждому защитнику Севастополя задавался один и тот же вопрос: «Почему ты, сволочь, не застрелился»?

В номере симферопольской гостиницы «Украина» Мария Карпова Байда рассказывала мне, как в 1945 году после возвращения из плена её терзали наши сотрудники КГБ, добиваясь все того же: «Почему она, Герой Советского Союза, не застрелилась». На десятом, наверное, допросе она не выдержала и запустила в следователя массивную пепельницу.