Kitobni o'qish: «Тысяча километров пути. Начало.»

Глава 1.Все началось с обычного интервью

– Здравствуйте, миссис Деф. Вы та самая женщина, которая решила построить маршрут, который огибает всю нашу планету по окружности. Что побудило вас на этот поступок и как долго надо будет идти по этому маршруту, ведь окружность Земли составляет сорок тысяч и семьдесят пять километров? – с интересом спросил мистер Смит.

– Здравствуйте, мистер Смит. Я построила этот маршрут, для того чтобы испытать, на сколько человек стал слабее и есть ли ещё сильные люди в мире. А количество дней, затраченных на это путешествия будет зависеть только от человека, ступившего на этот путь. – объяснила мисс Деф.

– Насколько я знаю, вы поручили выдать вознаграждение тому, кто пройдет по этому маршруту один миллион километров. Для чего так истязать кого-то и каким будет ваше вознаграждение? – поинтересовался мистер Смит.

– Во-первых, я никого не заставляю идти в такое, без преувеличения, огромное путешествие. Я буду рада, если хоть кто-то пройдет по этому пути хотя бы один раз, а о двадцати пяти повторениях этого подвига я и говорить не хочу. Во-вторых, награду я пока что оставлю в секрете, но я думаю, что путнику, который пройдет этот путь явно понравится. – с важностью в голосе ответила мисс Деф.

– Спасибо, мисс Деф, с вами было очень интересно общаться и надеюсь, что найдется смельчак, который сумеет пройти этот путь и мы все узнаем ваше вознаграждение. – закончил своё интервью мистер Смит.

После этих слов интервью с самой богатой женщиной, которая является самым загадочным человеком в мире окончилось, Брюс Хопкинс встал со своего дивана для того, чтобы размять свои ноги.

Ему, как и всем в мире, было интересно что за вознаграждение дадут тому, кто пройдет Землю по кругу двадцать пять раз подряд. Над этим вся планета ломала голову, потому что это интервью показывают по три раза в день. Все уже знали этот диалог наизусть. Это в момент стало главным событием и главной новостью всего мира. Кроме этой новости ничего больше не обсуждали.

Но он, наверно, был одним из немногих кто всерьез думал о том, чтобы самому пойти на это путешествие, потому что он считал что лучше сделать что-то самому, чем ждать кого-то там. Но при этом он часто вспоминал что это не месяц и даже не год его времени.

– Главное чтобы это не заняло всю мою оставшуюся жизнь. – думал Брюс.

Но ему было нечего терять, ведь кроме дома, доставшегося от родителей, которые уехали в их родную страну, где вырос и он сам, у него ничего не было. Этой страной была США, в то время как Брюс жил уже пятнадцать лет во Франции.

После этого он решил обойти весь свой дом. Все-таки если он уйдет в поход, то не скоро увидит эти стены. А ведь в них прошло все его детство и юношество.

Первым делом он медленно прошел на кухню. Кухня, место частых собраний его семьи, довольно просторная комната. Сразу как Брюс зашел на кухню ему в глаза бросился большой холодильник, который стоял сразу по левою руку от входа в комнату. Как же много продуктов повидали свою смерть из-за рассеянности Брюса.

Сразу после холодильника стоял маленький, как и по размеру, так и по высоте стол, на котором стоял графин с водой. Налив воды в маленький, но очень изящный стакан, Брюс решил сесть на диванчик стоявший сразу после этого стола. можно было сказать что холодильник, стол и диванчик на котором сидел Брюс стояли четуо в ряд. любой зашедший человек вряд-ли бы увидел Брюса из-за массивного холодильника.

Попивая прохладную воду он заметил плиту, на которой когда-то готовила его мама. Он и сам на ней готовил, но после того, как он уедет, ей придется просто стоять. Стоять и надеяться на то, что кто-нибудь еще раз зажжет ее огонь.

Слева и справа от этой плиты стояли шкафчики, которые хранили в себе всевозможные вещи, которые могут пригодиться на кухне. Дальше стоит раковина, самая обычная раковина. Это расположение не раз спасло Брюса от сильных ожогов при готовке. Ведь с такой компановкой кухни можно было засунуть обоженную руку под холодную воду ни делая даже шага.

Допив воду и встав с дивана Брюс, ещё раз осмотрел кухню, так как собирался прейти в свою спальню. Напоследок ему в глаза бросилось приятное сочетание мятно-белых цветов. Все-таки мама Брюса не зря училась на дизайнера.

Перейдя в свою спальню, которая находилась прямо напротив по отношению к кухне. Это была комната немного больше кухни, в японском стиле. Каждый раз входя, Брюс восторгался убранством этой комнаты, так еще и гордость брала, ведь он обставлял и делал эту комнату сам. С помощью мамы, конечно, но все же сам.

Входя в комнату, первым делом обращаешь внимание на кровать, которая стояла прямо на полу. У Брюса всегда было желание с разбега прыгнуть на кровать, но он никогда этого не делал. Кровать слишком низко, а значит приземление будет болезненным. Поэтому Брюс спокойно сел и потом уже распластался по мягкому одеялу.

Из этого положения был видел огромный веер с красным драконом, который висел прямо над кроватью, а и по бокам от этого дракона были нарисованы хризантемы, которые изображаются на многих японских предметах.

Все стены были обиты имитацией бамбука, чтобы придать комнате больше японского колорита. За свет отвечали несколько китайских фонариков, которые были расставлены с левой и правой сторон от кровати, и абсолютно симметрично с противоположной стороны. Даже несмотря на то, что комната была квинтэссенцией всего японского, китайские бумажные фонарики никак не выбивались из общей картины, даже как-то ее дополняли.

Так же со стороны входа, прямо по бокам от него, было расположено несколько шкафов, в которых хранились все вещи Брюса. Пол, на котором все это располагалось, был обычным паркетом темно коричневого цвета.

Брюс считал, что комнаты под сон идеальнее этой не может быть. Даже при включенном свете, а он светил чистейшим белым светом, ночью было возможно заснуть. Сама атмосфера спальни была полностью рассчитана на сон.

Встав с кровати, Брюс вышел из спальни и попал в самую большую комнату своего дома: в гостиную. Она была расположена между кухней и спальней и именно через нее Брюс шел из кухни в зал.

Правда с тех времен, когда родители Брюса здесь жили многое изменилось. Например, не было того самого дивана, на котором они с отцом сидели за просмотром футбола. у стал очень старым, пружины вышли посходили с ума, да и в общем он перестал быть удобным.

Сейчас же здесь, почти посреди комнаты, стоял больших размеров диван бежевого цвета, примерно такого же цвета как кожа самой красивой девушки, что есть на этой планете.

На небольшом удалении от дивана стоял абсолютно стандартный телевизор, который, к слову, почти не использовался. Это можно было заметить по большому слою пыли на нем. Ведь Брюс отдавал предпочтение компьютеру, который стоял в одном из углов комнаты.

Это был компьютер, в который вложили немало усилий, ведь он был собран по последнему слову компьютеростроения. Все компоненты этой машины, как и полагается светились, и можно было выбрать один цвет на всех компонентах. Это было очень похоже на неоновую вывеску, ведь сочетание цветов было розовый, фиолетовый и голубой. Тоже вполне в духе японских вывесок.

Впрочем, это было все что находилось в гостиной, потому что этого вполне хватало для проживания такому человеку как Брюс.Обойдя весь свой дом, Брюс понял, что ему неохота расставаться и куда-то уходить из этого дома. Ведь это тот самый дом, в котором он провел половину своей жизни, и если он уйдет сейчас, то вряд ли он вернётся сюда надолго и даже если вернется, то это будет очень нескоро.

И теперь Брюс стал перед дилеммой, которая определит его дальнейшую жизнь: либо он почти всю оставшуюся жизнь проводит в пути, либо он продолжает жить так же, как и жил. Но Брюс очень любопытный человек и ему интересно что же будет за подарок.

Ведь за прохождение двадцати пяти кругов мисс Деф обещала первому герою что сделает это какой-то подарок, который пока что держат в секрете. А если кто-то хочет пройти просто несколько кругов или даже один, то за это полагается одна тысяча баксов.

Но он не знал кому оставить дом на сохранение, ведь у него почти нет друзей. Но он сразу вспомнил про своего друга Клода и его девушку Мелиссу, у которых скоро будет ребенок.

Теперь можно спокойно собираться, ведь он все решил и поэтому он в любой момент может уехать. Брюс не имел отношений и ему это очень нравилось, ведь он никому ничего не должен, но и в то же время всю жизнь нельзя прожить в одиночестве.

Даже смотря на отношения своих друзей, он находил в этом одновременно и прелести, и минусы. Но Брюс видел в них больше минусов, чем плюсов. возможно из-за того, что он не имеет в этом собственного опыта и смотрит только на чьи-то случаи.

Решив насчет тех, кому он может оставить свой дом и даже немного подумав про отношения мужчин и женщин, Брюс подумал, что совсем ничего не знает о этой дороге. Как же хорошо, что появился сайт со всей нужной информацией.

Зайдя в раздел "Комфорт Путешественников", он обнаружил, что через определенное количество километров есть специальные места, в которых ты бесплатно можешь поесть и поспать. В каждом таком месте имеется по двадцать спальных мест. Также каждому там выдают определенный набор продуктов, чтобы людям было чем питаться между этими пунктами.

– Хорошо, что мисс Деф позаботилась о тех смельчаках, что решатся на это приключение. – подумал Брюс и начал высчитывать расстояние, которое он должен проходить за день.

Тут же Брюс быстро посчитал что если будет идти по пятьдесяи километров в день, то пройдет один круг вокруг планеты за восемьсот дней. Но в самые хорошие дни он рассчитывал проходить по семьдемят километров минимум. это сокращало его поход примерно на тридцать или сорок дней. Но если умножать это число на двадцать пять, то получался неутежительный результат. так и правда можно было провести всю жизнь в этом походе.

Но он сразу понял, что во время этого путешествия он проживет полноценную жизнь, ведь по пути с ним может произойти все что угодно. Например, он может найти свою вторую половинку именно в этом путешествии, если он все-таки изменит свое мнение к отношениям; на него могут напасть бандиты, в общем произойти может все, что угодно.

Не представляя, как он будет выглядеть в конце своего пути, для того чтобы сравнить какой он и сейчас и каким будет после приключения, он решил сделать фотографию. Он достал свой телефон из кармана джинсов и включил камеру. После того как он сделал фотографию, на ней он увидел молодого человека лет примерно двадцати, высокого роста, крепкого телосложения, с редкими длинными прямыми волосами рыжего цвета, и как у всех рыжих у него были веснушки, в небольшом количестве.

Большие, задумчивые, светло-зелёные глаза, цвет которых напоминал только что распустившиеся летние листья. Широкое круглое лицо было украшено прямым носом и пухлыми губами бледно-розового цвета. Подбородок был круглый и немного выступал вперед. Его прическа представляла из себя каре, линия волос которого была немного ниже ушей. Когда прическа отрастала, она была не очень хороша из-за того, что в передней части лица образовывалось скопление волос, которое немного мешало обзору. Сейчас было именно так, и стричься Брюс не очень хотел.

Но что с ним будет по возвращению он догадаться не мог, сможет ли его кто-нибудь узнать, ведь к тому моменту он будет уже старым. Но его это волновало не сильно, сейчас он должен был ехать в магазин, чтобы купить все необходимое для этого путешествия.

Глава 2.Подготовка к путешествию.

Во время того как Брюс ехал в магазин, где он мог найти все необходимое, он решил позвонить Клоду, тому человеку на которого он решил оставить свой дом на то время пока его не будет.

После того как Клод поднял трубку, начался очень долгий разговор:

– Привет, Клод. Как у вас с Мелиссой дела? Как у нее здоровье? – начал свой диалог Брюс.

– Привет, Брюс. Дела у нас нормально. Здоровье у Мелиссы нормально, все идёт по плану, уже 5 месяц беременности. По какому поводу звонишь? – быстро ответил Клод.

– Тут такое дело, Клод. Ты явно видел то интервью с мисс Деф, и знаешь, что она построила дорогу вокруг планеты. Я намереваюсь пройти по этой дороге 25 кругов, и узнать, что там за подарок она обещала. – с уверенностью в себе сказал Брюс.

– А ты уверен, что сможешь пройти такое расстояние, причём можно сказать, что без остановок. Это серьезное испытание для твоего организма, да и вряд ли, когда ты состаришься, ты сможешь идти так же, как и в 20 лет. – констатировал факт Клод.

И ведь правда, как будет идти Брюс, когда он состарится, раньше он об этом не думал. Видимо придется найти какое-то решение, но уже после разговора с Клодом.

– Ты же знаешь, насколько я любопытен, а зачем ждать, когда кто-то пройдет, если я могу сделать это сам. Но это не основная часть нашего разговора. Ведь когда я уеду, кто-то должен следить за моим домом. – этой репликой Брюс намекнул на дальнейшую тему разговора.

– Ну думаю тебе не составит труда найти кого-нибудь, кто будет смотреть за твоим домом, ведь у тебя много друзей и знакомых. – не поняв намека продекламировал Клод.

– Я бы не сказал, что у меня много друзей которым я могу доверить дом на такой промежуток времени. Поэтому я решил отдать свой дом тем, кому он больше всего нужен и тем, кому я могу доверится. А так как Мелисса в положении, я решил, что он нужен вам, ведь вам будет комфортнее в моем доме, чем в доме родителей. Тут нет никаких законов, вы сами их придумываете, тут нет того, кто может быть чем-то недоволен. В общем суперпредложение и для вас, и для меня. – предложил Брюс

– Брюс, ты уверен, что он нам нужен больше, чем кому-то другому, у нас есть где жить, да нам и с родителями нормально живётся. – принялся отнекиваться Клод.

– Ну мне все равно некому отдать этот дом, так что не надо отнекиваться, он вам понадобится через четыре месяца, вас тогда уже не двое, а трое будет. Так что я ничего не хочу слышать, вечером приезжайте, я вам все покажу, можете даже остаться, я все равно уеду рано утром. Правда вам придется двуспальную кровать купить. Но думаю это не составит вам труда. – настойчиво сказал Брюс.

– Но Брюс, ведь рано или поздно ты вернёшься и нам придется возвращать этот дом тебе обратно. – спросил Клод интересуясь.

– Да Клод, придётся возвращать, но к тому времени, я уверен, что у вас будет свой дом или деньги на него, и с моим домом вы легко расстанетесь. Так что можешь не переживать. – приободрил Клода Брюс.

– Хорошо Брюс, мы сегодня вечером к тебе заедем, надеюсь, что никаких непредвиденных обстоятельств не будет. Правда я не до конца уверен в том, что это правильно. Так что жди нас вечером. – пояснил Клод

– Хорошо, Клод, буду ждать, а пока что я пойду собираться в путешествии. Мне очень многое надо купить, ведь путешествие будет не из лёгких. – сказал уже хотевший бросить трубку Брюс.

– Подожди, а что ты собираешься покупать и не нужна ли тебе помощь, с тем чтобы довезти это домой? Я могу попросить друга, у которого есть машина, чтобы он приехал за тобой. – спросил Клод, хотевший как-то помочь.

– Ну смотри, мне не надо покупать какой-либо одежды, потому что там будут выдавать одежду на каждый сезон. Там есть такие остановочные станции, в них можно зайти поесть, если надо. И поспать там можно, правда мест немного и, наверное, будет сложно заснуть, когда рядом с тобой еще девятнадцать человек. Ещё там выдают еду на путь между станциями. Насколько я знаю там дают пару батончиков, лапшу быстрого приготовления, и пару бутылок воды, чтобы как-то протянуть между центрами. А покупать я сейчас буду только то, что не может кончиться, по типу фонарика, бритвы, ножа, зажигалки, иголку с ниткой, соберу себе аптечку на всякий случай. Поэтому я сейчас иду в магазин, в котором есть все что мне нужно. – говорил Брюс, в то время как подходил к магазину.

– Хорошо Брюс, позвонишь, когда закончишь с покупками, мы подъедем с другом. – сказал Клод и бросил трубку.

В это время Брюс уже заходил в магазин и удивился, какой он был небольшой, но насколько там большой ассортимент. Все было очень хорошо скомпоновано, но и в то же время между полками с товаром мог стоять только один человек, и поэтому все стояли в длину полки.

Чтобы никому не мешать Брюс решил быстро пройтись по магазину и взять то, что ему точно нужно, потом отойти и подумать, что ему ещё может понадобится. Благо все что ему было необходимо лежало на одной полке, и он мог просто прийти с начала в конец полки и быстро все забрать.

Сейчас он стоял с немного наполненной тележкой в которой лежали два фонарика, ведь они имеют свойство разряжаться, где-то пять штук бритв на всякий случай, один нож, ведь его можно заточить, правда где он это будет делать, Брюс не знал, хотя он сразу подумал о том, что где-то в этом же магазине можно купить точилку для ножей, купил бензиновую зажигалку, которую можно заправлять, соответственно нужно купить специальный бензин для заправки зажигалок, для случаев если что-то порвётся Брюс решил купить три или четыре штуки иголок и большой моток ниток, и набрал всего возможного, что может понадобиться из лекарств, и того чем можно оказать первую помощь.

Так Брюс пошел на второй круг по магазину и купил все, о чем думал после первого круга. Больше он не знал, что ему может понадобиться, главное, чтобы потом он не пожалел о том, что что-то забыл.

После того как Брюс вышел из магазина с довольно большим пакетом, он вспомнил о том, что Клод говорил, что может помочь с тем, чтобы отвезти все это домой, и заодно покажет Клоду и Мелиссе дом.

Но тут Брюс с большим удивлением услышал звонок, который к тому же исходил от Клода.

– Алло Клод, ещё раз привет, я только хотел тебе звонить, и говорить, чтобы вы потихоньку выдвигались. Ты будешь брать с собой Мелиссу, чтобы она тоже посмотрела на дом? Если что я у того магазина, где мы были на твой день рождения.

– Хорошо Брюс, мы уже едем, и Мелисса со мной, передаёт большой привет и хочет увидеться с тобой. Минут через десять будем.

После этого Брюс просто стоял на парковке магазина и ждал пока его заберут и отвезут домой. Минут через десять подъехала машина красного цвета, чем-то похожего на спелую клубнику.

Брюс быстро загрузил все свои вещи и сел на правое заднее сиденье. Рядом сидела Мелисса, на правом переднем сидел Клод, и за рулём друг Клода. Во время дороги Клод, Брюс и Мелисса обсуждали что-то насчёт дома, а если точнее Клод и Брюс говорили о нем Мелиссе.

И вот когда ребята подъехали к дому, все вышли из машины, сказали спасибо другу Клода и вошли в дом. После того как Брюс и компания разулись, Брюс начал показывать дом, ведь Клоду и Мелиссе надо знать, где им предстоит жить.

Клод и Мелисса опять начали отговаривать Брюса от того, чтобы именно они поселились пока его не будет, но Брюс просто не знал, кто ещё может посмотреть за его домом.

Ведь родители Брюса живут на их родине, других друзей которым он может полностью доверять нет, так он и объяснил Клоду и Мелиссе почему именно они должны поселиться.

– Ну хорошо, Брюс, мы поселимся в этом доме, но когда? – поинтересовался Брюс

– Вам сейчас надо перевести свои вещи сюда, но, если что, вы можете сегодня остаться, ведь уже довольно поздно, я буду только рад, надоело уже одному в этом доме находится. Вечно пусто, тихо, скучно. – начал спокойно Брюс, но к концу фразы погрустнел.

– Найди себе девушку Брюс, ну или на крайний случай заведи домашнее животное. – посоветовала Мелисса.

– Это легко сказать, я делаю для этого все что от меня зависит, но как-то вот не идёт, а животное – это хорошая идея, как вернусь – заведу. – с надеждой в глазах сказал Брюс.

– Ладно, мы как то от изначальной темы отдалились, если мы остаёмся сегодня, то, где мы будем спать с Клодом? А так спасибо за твое гостеприимство. – спросила Мелиса.

– Ну в этом доме есть два места, где можно поспать, это моя кровать и диван, но диван раскладной. Вы вряд ли поместитесь вдвоем на одной кровать, а вот на диване вполне можете. Мне, конечно, как-то неудобно предлагать вам диван, но по-другому видимо никак. Так что думайте оставаться или нет, я все пойму. Но тогда нам надо будет встретиться с утра, чтобы я передал вам ключи. – разложил все по полочкам Брюс.

– Ну если Мелисса не против, то я бы остался. Во-первых, неохота завтра утром куда-то идти. Это рано вставать, ехать на автобусе и прочее. Во-вторых, не хочется тебя одного оставлять, тебе хоть весело будет, мы сейчас придумаем что-нибудь такое, чтобы как-нибудь развлечься. Да и тебя проводить хочется, ведь ты наш друг, и тебя ждёт столько всякого в этом приключении. – рассказал Клод.

– Конечно я не против, ведь чем больше людей, тем нам будет интересней, а то, что мы будем спать на диване, мы от этого точно не сломается. Так что давайте есть, а то пока мы ездили, я кушать захотела. – закончила Мелисса, держась за живот.

– Хорошо ребята, сейчас я вам быстро покажу дом, и мы с вами покушаем. – сказал Брюс, немного посмеиваясь.

После недолгого показа дома, вся компания быстро поела, немного посидела и пообщалась и разошлись спать. Но Брюс долго не мог заснуть так как мысли заполонили его черепную коробку. Ведь смотря на Клода и Мелиссу и на то, как хорошо, когда в доме есть ещё кто-то кроме него, он задумался о том, чтобы бросить идею, о том, чтобы пройти по дороге 25 раз. Ведь это вся жизнь, и не особо хочется, чтобы вся эта жизнь прошла в пути.

Хотя жизнь это и есть путь, но Брюс не хочет, чтобы на его дороге жизни была ещё одна дорога, которая занимает всю жизнь. Можно просто пройти один раз, это уже будет какое-то достижение, и дальше жить, как и раньше.

Но все это просто мысли, которые всегда приходят на ночь, и сейчас лучше не думать о всем подряд и хорошенько выспаться. Так Брюс погрузился в сон.

Брюс встал от того, что на кухне что-то гремело, и как только он увидел Клода, который что-то активно искал.

– Доброе утро Брюс, надеюсь это не я тебя разбудил, я просто захотел картошку пожарить и вот ищу сковороду. – виновато сказал Клод.

– Хорошо, мне уже собираться надо, если я хочу к одиннадцати часам выйти из дома, и быть на месте старта хотя бы в 6 вечера. – взволновано говорил Брюс.

– А где находится этот старт, просто я не сильно вникал в это. – с интересом спросил Клод.

– Где-то недалеко от Сент-Этьена, поэтому мне не так уж и далеко ехать, если считать, что мы в Тулузе. – объяснил Брюс.

– Ну тогда тебе стоит начинать собираться уже сейчас, ведь время уже почти девять часов. – смотря на часы, сказал Клод.

После этих слов Брюс и правда пошел собираться, и просто переложил все из пакета, который он не разбирал со вчерашнего дня, в рюкзак. Хорошо, что осталось ещё достаточно места на то, что будут выдавать по ходу движения по дороге.

Теперь осталось только ждать одиннадцать часов, благо осталось всего лишь полтора часа. За это время он ещё успеет немного пообщаться с Клодом.

Спустя час общения с Клодом и целой сковородки жареной картошки Брюс начал потихоньку двигаться в сторону выхода из дома. Клод и Мелисса это заметили и решили его проводить, ведь они не знают когда теперь его увидят.

– Ну что Брюс, пришло время нашего очень долгого расставания. Мы никогда не забудем тебя, ведь у нас в голове есть идея назвать ребенка в твою честь. Ты очень много для нас делал, мы отвечали тебе тем же. – начала Мелисса, их общую с Клодом речь.

– Мы будем тебе рады несмотря на то через сколько ты вернёшься, какого мировоззрения ты будешь, сколько лет тебе будет, ведь если ты как-то поменяешься, мы примем тебя таким какой ты есть. – быстро подхватил Клод.

– Спасибо большое друзья мои бесценные, но насчёт имени ребенка советую получше подумать. И хочу сказать, что я не уверен насчёт того, насколько долго я буду отсутствовать. Ночью после того, как мы с вами были вместе, я очень долго не спал и думал о том, как это приятно, когда, я дома не один и слышу чей-то голос. Отсутствие хоть какого-то звука в доме, кроме звука работающей электроники очень давит на голову. Поэтому мне захотелось как можно быстрее вернуться и как-то поменять свою жизнь и пока что я остановился на том, чтобы пройти один круг, это хоть какое-то достижение, и это не займет всю жизнь. За этот круг я как раз смогу все тщательно обдумать и осознать. Так что можете сильно не скучать, я вернусь намного быстрее чем планировал. – немного всплакнув, сказал Брюс.

И тут Клод и Мелисса начали подходить к Брюс и крепко сжали его в объятиях, на что Брюс ответил ещё более крепкими объятиями, но только в сторону Клода, ведь Мелиссу надо беречь. После того как они простояли так пять минут, Брюс вырвался из этих тисков и полез в карман штанов, из которого достал ключи от дома.

– Вот, это вам сейчас нужнее чем мне, живёте как у себя дома, ведь этот дом ваш на момент моего отсутствия, да и в принципе он всегда к вашим услугам. Я надеюсь, что с вами все будет хорошо. Я вас очень люблю! – с эмоциями сказал Брюс.

– Мы будем следить за этим домом также, как и за собственным сыном. Мы будем беречь его как зеницу ока. Но самое главное, чтобы ты провел это время с пользой для себя… Мы тоже тебя любим! – сказал Клод, обнимая Мелиссу за плечо.

После этих слов Брюс повернулся и начал немного удаляться от своего дома и от своих друзей. Последнее, что они увидели это поднятую ладонь, как знак последнего прощай…

Глава 3.Начало долгого пути.

Во время того как Брюс уже подъезжал к Сент-Этьену, он начал задумываться о том, как на этом пути все устроено, через какие страны проходит путь и сколько людей кроме него отважится на это путешествие. Но он не стал сильно напрягаться, ведь скоро он сам все это увидит. Пока что он просто сидел в поезде и спокойно слушал музыку, не думая о том, что его ждёт в пути, ведь зачем думать о том, о чем ты думал уже столько раз. И он решил просто увидеть все по приезду на место.

Спустя ещё несколько часов Брюс уже был на месте старта. Это было очень пустынное место, где не было ничего кроме дороги и начального пункта. Как потом оказалось этот начальный пункт был предназначен для регистрации участников этого похода.

При заходе в этот пункт Брюс увидел небольшое здание, в котором ничего не было, кроме ресепшена, который стоял прямо напротив входа. За этим ресепшеном стояла девушка низкого роста, худощавая, с густыми короткими курчавыми волосами рыжего цвета, напоминающего цвет восхода, большие приветливые глаза с удивлённым взглядом. Широкое овальное лицо украшает широкий нос и маленькие губы.

Брюс подошёл и сказал, что хочет участвовать в путешествии, на что ему ответили, что ему необходимо зарегистрироваться. Брюс быстро зарегистрировался, благо это не заняло много времени, и его попросили сдать все гаджеты и дали ему что-то на подобии фитнес браслета, для того отслеживать местоположение и показатели здоровья и при случае оказать помощь.

Также ему выдали набор одежды на осень, и немного еды. А на вопрос Брюса, почему ему выдали набор одежды на осень, ответили, что через 5 дней уже начинается осень, а если быть точнее, то ему выдали одежду только на сентябрь. В этом наборе имелось 4 футболки,4 пар штанов и 2 ветровки, так как погода в сентябре во Франции ещё не такая холодная. И последним предметом что выдавали была карта, на которой отмечено через какие страны проходит путь.

Брюс очень обрадовался, увидев через какие страны ему придется пройти, ведь в этом списке оказались Италия и Япония. Также ему придется пройти через весь Китай, что тоже немного обрадовало Брюса, ведь Китай и Япония немного похожи своим азиатским колоритом.

После того, когда Брюс мельком взглянул на карту он решил не задерживаться долго в этом пункте, он быстро взял вещи, и еду, положенную на день, которая состояла из пару небольших батончиков и одну лапшу быстрого приготовления.

Еще ему выдали несколько бутылок воды до следующего дня. Затем Брюс быстро все это сложил в рюкзак, в котором почти уже не было места, и начал свой долгий путь.

Брюс пока что не видел ни одного человека, который тоже только начинал свой путь, но у начального центра он видел очень много припаркованных машин. А это значило то, что он уже не один вступил на этот путь. Брюс сразу обратил внимание на тот простор, который был справа и слева от дороги. Лишь третий раз в жизни он видел простую степь, которая уходит за пределы горизонта.

Он надеялся, что эта степь будет сопровождать его большое количество километров. Но очень интересную вещь приметил Брюс. Посреди всей степи стояло одно единственное дерево, под которым можно было бы спокойно посидеть, и подумать обо всем что тебе угодно. Брюсу всегда нравились такие виды на природу, он думал, что в этом есть что-то завораживающее, пробуждающее какие-то древние инстинкты в человеке.

Иногда, когда видишь большие пространства, на которых абсолютно пусто, охота просто идти прямо и забыть обо всех своих заботах и проблемах. Но у Брюса была конкретная дорога, по которой ему суждено было идти ещё несколько сотен дней, а это был только первый день и самые первые шаги. В итоге, за весь первый день Брюс прошел всего 30 километров и с непривычки у него жутко болели ноги, и ему оставалось ещё целых 40045 километров.

Что же произойдет за это время никому неизвестно. Но сейчас Брюс мог думать только о том, как бы ему хорошенечко отдохнуть. Он зашёл в так называемый перевалочный пункт, который оказался очень просторным помещением площадью где-то двадцать на двадцать два метра, полностью заставленная кроватями, с небольшими промежутками между ними. Но перед помещением с кроватями была небольшая прихожая, если ее можно так назвать, где все оставляли свою обувь и вещи.

Войдя в само помещение, предназначенное для отдыха, Брюс увидел такое количество кроватей, какого нет даже в мебельных магазинах. И наконец Брюс увидел людей, ведь за все то время что он шел, он не видел ни одного человека, что было очень странно.

Ведь ходьба Брюса заняла чуть меньше тринадцати часов, он шел с часу дня и закончил примерно в одиннадцать часов вечера. В помещении находилось трое человек которые дружно сидели на диване и смотрели новости. Это был уголок отдыха, где можно было пообщаться, узнать много всего у других людей.

Этим Брюс и решил заняться после того, как оставил свои вещи где-то в стороне. Он подошёл и сел на самый край дивана и не знал, как начать диалог и вдруг один из трёх человек заговорил с ним:

– Смотрите-ка, ещё один любопытный человек, которому невтерпеж узнать, что же за подарок нам приготовила мисс Деф. – смотря прямо в глаза Брюсу сказал очень неприятный на вид человек.

Он имел большой шрам по всей диагонали лица, от одного угла и до другого. Это и вызывало какое-то недоверие к этому человеку. Брюс не совсем понимал при каких условиях и обстоятельствах можно получить такой шрам. Ощущение ненадежности и даже какой-то агрессии дополнялось всеми остальными внешними признаками. Это был молодой человек низкого роста, крепкого телосложения, с густыми длинными волнистыми волосами черного цвета, мелкие недоверчивые глаза с дерзким взглядом так и метались по Брюсу. Узкое квадратное лицо венчает широкий нос, и толстые губы, которые всегда излучали уверенную улыбку.

– Меня Геральдом зовут, те люди что сидят со мной это мои друзья Хлоя и Алекс. Мы небольшое объединение путешественников, так веселее идти и припасов больше. Мы собираемся пройти все 25 кругов, чего бы это нам не стоило. Ты зачем здесь и что хочешь получить от этого путешествия? – после долгой речи спросил Геральд.

– Мне хочется подумать о многом, и этот путь самое лучшее место, где я могу это сделать. Мое имя Брюс, если оно вам вообще нужно. – смотря по очереди на каждого человека на диване произнес Брюс.

– Да у нас тут философ. Скажи тогда в чем смысл жизни, Брюс? – с насмешкой сказал Геральд.

–Успокойся Геральд, хватит насмехаться над человеком. Не слушайте его Брюс, он иногда перегибает палку. Меня зовут Хлоя, как и говорил Геральд, я негласный лидер этой компании. – сказала Хлоя.

Она была девушкой высокого роста, спортивного телосложения, с густыми длинными курчавыми волосами темно-русого цвета, у неё были большие хитрые глаза с умным взглядом. На узком овальном лице красовался узкий нос и маленькие губы.

Брюс нашел эту девушку симпатичной, она скорее всего подходила ему по возрасту. На вид ей было лет двадцать максимум двадцать два, но внешность может быть обманчива.

– Мы вступили на этот путь ради того, чтобы узнать, что за подарок ждёт в конце, и чтобы узнать на что способно человеческое тело под нагрузками на протяжении примерно 40 лет. Можно сказать, что мы проводим очень масштабный эксперимент. – пояснила Хлоя.

– Неплохой эксперимент, тоже по началу думал провести такой с собой в главной роли, но потом по некоторым причинам задумываюсь насчет целесообразности этой затеи. – понимающе сказал Брюс.

– Я бы тоже с удовольствием отказался бы от этой инициативы, но я по глупости согласился и пути назад нет. Как вы уже поняли я тот самый Алекс, единственный кто до этого момента не произнес ни слова. – Впервые за разговор сказал Алекс.

Это был очень приятный на вид мужчина низкого роста, худощавого телосложения, с редкими длинными волнистыми волосами светло-русого цвета, мелкие приветливые глаза с любопытным взглядом смотрели куда-то мимо Брюса. На широком круглом лице был виден прямой нос, и небольшие губы.

– Так что нам всем придется идти, с нами не хочешь? Если не хочешь, лучше моих ошибок не повторяй. – просто из интереса спросил Алекс.

Брюс нашел это трио очень интересным, ведь они были очень разными. Например Геральд, очень неприятный человек, несмешно шутит, одет очень безвкусно. Если быть конкретнее, то он был одет в футболку оранжевого цвета и спортивные штаны коричневого цвета. По мнению Брюса это было очень странное сочетание цветов

Алекс выглядел очень хорошо и казалось, что он очень приятный человек. Он немного говорил, не шутил, был отлично одет. Это был просто спортивный костюм черно-фиолетового цвета. Возможно, этот костюм понравился Брюсу, из-за того, что фиолетовый это его любимый цвет. Между Геральдом и Алексом был некий контраст.

А Хлоя была как бы между ними, она вроде и не была неприятна, но и не была приятна, что-то ровно посередине. Одета она была абсолютно не в ту одежду, в которой можно долго ходить. Это было очень красивое платье темно серого цвета немного выше колен. В нем она смотрелась просто изумительно, и это была одна из причин, по которым Хлоя показалась симпатичной девушкой.

Ответив Алексу что, он не хочет присоединяться к ним и поблагодарив Алекса за то, что он спросил, он отправился спать предварительно со всеми попрощавшись. Ведь ему предстояло пройти ещё немало километров и надо хорошенько выспаться перед очередными десятками пройденных километров.

Глава 4. След предшественников.

После того как Брюс проспал целых одиннадцать часов и встал, он не обнаружил то трио, с которым мельком общался вечером.

– Значит уже ушли. – подумал Брюс и тоже начал собираться, ведь в его планах было пройти за сегодня больше 50 километров.

После того как Брюс взял все свои вещи, он снова отправился в путь. И так он ходил целых четыре дня, за это время не произошло абсолютно ничего, Брюс успел пройти за это время пройти двести пятнадцать километров и познакомиться с ещё парой человек.

У всех, кого Брюс встречал на своем пути он спрашивал по какой причине они решились на это путешествие. Все отвечали по-разному, но самым запоминающимся случаем стал парнишка, который едва закончил школу, ему только недавно исполнилось восемнадцать лет.

Он решил доказать одной девушке, которая ему очень нравилась что он достоин её, таким очень интересным способом. Он договорился сам с собой что он пройдет пять кругов, и эта девушка согласится быть с ним. Брюс моментально стал отговаривать Давида, так звали этого парня, аргументируя это тем, что если он начнет исполнять свою затею, то почти вся жизнь пройдет попусту.

К тому же эта девушка, наверное, уже будет за кем-то замужем, и по итогу все его путешествие будет совершено просто так. Но самым веским аргументом Брюса стала фраза, которую он часто слышал от своего дедушки: "Единственный человек, которому тебе что-то нужно доказывать, это тот, кого ты каждое утро видишь в зеркале".

Этими словами Брюс хотел пояснить Давиду что он мог и не пускаться в это путешествие, ведь он не знает как к нему относится эта девушка. Вдруг окажется так что он ей тоже нравится, а он вдруг пропадает неизвестно куда.

После всего этого разговора, который длился примерно полтора часа Давид решил пересмотреть свое решение, и узнать можно ли как-то снятся с этого мероприятия. Брюс также упомянул что сам хотел пройти двадцать пять кругов, но теперь он ближе к одному.

Все то время что они разговаривали, они шли не быстрым шагом, но после окончания разговора Давид заметно ускорился и быстро опередил Брюса. Но когда Давид был ещё в поле зрения Брюса, он повернулся на ходу и поднял сложенные вместе кулаки, тем самым показывая свою огромную благодарность и уважение к Брюсу.

После того как Давид покинул Брюса, он стал задумываться о том, что иметь кого-то, о ком ты будешь вспоминать при каждом удобном и даже не удобном случае не так уж и плохо. Брюс конечно вспоминает маму, папу, брата и друзей, но это происходит далеко не каждый день.

Давид определенно натолкнул Брюса на размышления о личной жизни. Вообще все это путешествие с начала и до нынешнего момента пронизано темой личной жизни. Но в момент о том, как только Брюс хотел углубляться в свои мысли, он увидел нечто такое что повергло его в небольшой шок.

Брюс, остановившись на дороге и немного сойдя с нее на ее правую сторону видел перед собой пейзаж необычайной красоты. Это было множество холмов, которые как бы наслаивались друг на друга, и чем дальше от Брюса находился холм, тем темней была на нем трава, что создавало очень приятный глазу градиент. Если бы Брюс умел хорошо рисовать, то он явно остановился бы здесь надолго.

Брюс конечно, как и наверное все дети, пытался рисовать, но в детстве он так и научился этому ремеслу. Сейчас он иногда пытается вернуться у этому делу, но при первых же линиях вспоминает что выходило в прошлые разы и бросал это дело.

К тому же весь этот простор был усыпан ярко желтыми цветами, которые с первого взгляда можно было принять за опавшие листья. На улице как раз была осень, но на востоке Франции с этим делом все обстоит довольно необычно, ведь листья опадают только к окончанию осени, что необычно для других стран и даже для других регионов Франции.

Брюс никак не мог объяснить этот феномен, но для него это перестало быть чем-то особенным и стало обыденностью. Это был отличный пример того, что, если делать или видеть что-то по много раз, это может стать обычным делом или зрелищем.

Поэтому надо всегда вносить какое-нибудь разнообразие в свою жизнь. Видимо именно поэтому Брюс решил отправится в путешествие. Ведь вся его прежняя жизнь состояла из работы, встреч с друзьями и временем, проведенным за его отличным компьютером.

Постояв примерно пять минут, Брюс все же продолжил свое движение, ведь каждая минута может стоить много километров, пройденных за этот день. После нескольких часов Брюс начал приближаться к границе Италии с Францией.

Всюду начали встречаться посты осмотра вещей, через которые Брюс проходил уже большое количество раз, при других обстоятельствах, и он надеялся, что не при каждом переходе границы ему предстояла эта мерзкая процедура. Ведь эту процедуру очень стыдно проходить, особенно когда тебя обыскивает мужчина.

Но Брюс хорошо понимал зачем вообще нужна эта процедура, ведь безопасность жителей страны важней чем что-либо другое. Эти посты были противны Брюсу тем, что после этих осмотров все вещи были не на своем месте, что было очень неприятно Брюсу, ведь он был в некотором роде перфекционистом.

На удивление, он быстро прошел пост и двинулся дальше, но уже по территории Италии, страны прародителя мафии, пиццы и многого другого. Брюс как можно скорее хотел прийти в какой-нибудь из городов Италии, ведь он считал эту страну одной из самых живописных, и его мечта побывать в Италии сбылась таким необычным способом. Вообще в этом путешествии Брюс побывает во многих странах, в которых он хотел побывать до этого.

После где-то четырех часов непрерывной ходьбы Брюс решил немного постоять и передохнуть. Он сошел с дороги и встал немного поодаль, чтобы не мешать другим путешественникам. Но в то время, как Брюс сходил с дороги, он увидел что-то сверкнувшее в гуще травы. Как очень любопытный человек, Брюс сразу же решил подойти к вещице скрытой травой и посмотреть, что же это такое.

Подойдя, Брюс увидел довольно больших размеров сумку, которая выглядела очень старой и потрёпанной. Это была женская сумка бордового цвета, но это было понять сложно, сумка была очень выцветшая и потрёпанная временем.

Неизвестно сколько лет или даже десятилетий пролежала тут эта сумка, но Брюса привлекла какая-то загадочность этой сумки и ему захотелось посмотреть, что хранится внутри этой капсулы времени.

Открыв сумку, первым делом на Брюса слетела вся пыль что была на верхней части. Внутри было много всего интересного, но самым интересным для Брюс был дневник с вложенной в него фотографией. Первым делом Брюс посмотрел на фотографию, на которой скорее всего была изображена семейная пара.

На фотографии были изображены молодожены, муж был одет в очень солидный костюм, а жена была в пышном платье, которое было немного ниже ее колена. Они стояли перед дверью какого-то дома, можно было предположить, что их дом. Брюс заприметил большое количество шрамов на лице мужа, в основе своей они были небольшими, но самый большой шрам проходил от левой стороны подбородка, проходил рот, нос, глаз и скрывался где-то в шевелюре молодого человека.

Это напомнило Брюсу человека, с которым он встречался одним вечером во время путешествия. Но скорее всего эти люди были никак не связаны, ведь эта фотография сделана примерно 90 лет назад. У него была очень стандартная прическа, ее можно назвать "с какой прической родился, с такой и живу".

Также у него отсутствовали средний и безымянный пальцы, что наводило Брюса на странные мысли, ведь вряд ли у обычного человека будут шрам на все лицо и отсутствующие пальцы. Про его жену нельзя было сказать также много.

Это была полная дама небольшого роста, с пышными губами и очень покорными глазами. На вид им было где-то по двадцать пять-двадцать семь лет, что было видно по горящим глазам, как бы показывающим свою готовность покорить весь мир.

На обратной стороне фотографии была написана дата выдачи этой фотографии: 4 августа 1929 года. И тут в голову Брюса закралась мысль о том, что в этом деле может фигурировать мафия, это было просто первая мысль что пришла Брюсу в голову, но Брюсу казалось, что это правда.

Фильмы о мафии, которые Брюс смотрел в своем подростковом возрасте, накладывали свой отпечаток. А здесь сошлись все возможные факторы: во-первых, это дата фотографии, самый расцвет мафии в Италии и начало зарождения мафии в США. Во-вторых, это костюм шрамированного молодого человека, который был очень похож на те костюмы, которые показывают в фильмах о мафии, если добавить пальто и шляпу, то будет прямо один в один.

Но только сейчас Брюс понял, что может узнать все из дневника, в котором и находилась эта фотография, но сейчас Брюса заинтересовал другой предмет в этой сумке.

Помимо обычного наполнения женской сумочки тех лет, Брюс приметил необычный предмет. Это был какой-то бумажный свёрток с каким-то предметом внутри, он был немного надорван и можно было немного подсмотреть на содержание этого свёртка.

Внутри было что-то черно-серое с большим слоем пыли. Если догадки Брюса насчёт мафии были верны, он очень не хотел открывать этот свёрток, боясь, что в нем может быть что-то криминальное. Перевернув этот свёрток, Брюс увидел то, что он не хотел видеть, но и предполагал, что такое возможно.

Он увидел небольшое красное пятно, и естественно первым, о чем он подумал, это о крови. Наконец развернув свёрток, Брюс увидел что-то неожиданное, и в то же время ожидаемое. Во-первых, красное пятно было от остатка губной помады, которая лежала в этом свертке.

Во-вторых, это конечно же был пистолет, очень пыльный и грязный пистолет. В мыслях Брюса началась буря, он не знал, что делать в такой ситуации, если взять этот пистолет, могут быть неприятности из-за того, что у Брюса нету никаких документов на этот пистолет.

Если вернуться на пост на границе и сказать, что он нашел оружие на территории неподалеку, это может сильно замедлить его продвижение по пути из-за всей бюрократии, которая может начаться. Напишите заявление, подпишите тут, подтвердите вот это. От одной мысли об этом Брюс вспомнил об всех своих походах с бумагами по каким-либо правительственным органам и его передёрнуло от этого.

Конечно был еще вариант оставить все как есть, но Брюса остановили мысли о том, что из этого могут получиться плохие последствия, ведь никто не знает заметит ли этот свёрток кто-то кроме Брюса, и если заметят то, кто это будет. Ведь до нынешнего момента либо никто не обратил на него внимания, либо всем было абсолютно наплевать.

После где-то пятиминутного промежутка, который длился по ощущениям Брюса вечность, которую он провел за тем, что он просто рассматривал пистолет. Это был очень старый пистолет, похожий на кольт 1911, если Брюс определил правильно, но с некоторыми отличиями и изменениями.

Естественно, почти весь пистолет был покрыт ржавчиной, нагаром, копотью. Можно было сразу понять, что этот пистолет прошел через многие десятки людей. Увидев небольшую кучку грязи, которая скопилась в одном из углублений, Брюс нашел выход из ситуации, в которую он попал.

Он просто может закопать этот свёрток в некотором отдалении от дороги, чтобы никто не заметил, что с землёй производили взаимодействие. Но он будет заниматься этим не сейчас, а ближе к темному времени суток, чтобы как можно меньше человек видели его за этим делом.

Положив помаду в сумочку и хорошенько закрыв свёрток, Брюс положил его себе в карман штанов, которые сразу же начали понемногу сползать из-за довольно увесистого наполнения свертка.

После того как он проделал все эти действия, он решил наконец посмотреть на ту вещь, которая интересовала его больше всего в этой сумочке, и чисто в теории могла подтвердить или же опровергнуть его теорию, завязанную на мафии.

Это был очень простой дневник очень темно синего цвета, который Брюс с первого взгляда определил как черный. Но его волновал не внешний вид этого дневника, а его содержание.

Открывая дневник, Брюс начал сильно кашлять, ведь внутри этот дневник был доверху наполнен пылью. После двух минут, в течении которых Брюс кашлял все сильнее и сильнее, он начал пролистывать данный, можно сказать, исторический документ, где могла быть запечатлена жизнь в те годы, примерное финансовое состояние в те времена, отношение к женщинам.

Брюс конечно же понимал, что по одной семье сложно судить о мировой ситуации, но все же это даёт хорошее понимание тогдашнего времени.

Страницы, естественно, были уже жёлтые из-за старины, поэтому большую часть из записей было сложно прочесть. Но главной проблемой было то, что весь дневник был написан скорее всего на итальянском языке, которого Брюс не знал от слова совсем.

Впрочем, были какие-то вставки на английском языке, но они были написаны настолько плохо и при этом ещё заляпаны какой-то грязью, что их было невозможно прочесть. Остальные вещи находившиеся в сумочке были не интересны, так как это было обычное наполнение женской сумочки.

Забрав дневник и свёрток с пистолетом, Брюс решил продолжить путь даже несмотря на то, что было уже довольно-таки поздно. И то, о чем он сейчас думал и то, что его волновало было вовсе не то количество километров, что он прошел за сегодняшний день, и даже не то, что ему нужно пройти ещё примерно десять километров до перевалочного пункта.

Его волновало то, что находится у него в рюкзаке, то, что находится в небольшом свертке, который может принести Брюсу большие проблемы. Он не может дотрагиваться до оружия, ведь это то, чем спокойно можно забрать жизнь человека.

Кто знает, может из того пистолета, что лежит и упирается своим холодным стволом Брюсу в ногу, было убито несколько десятков человек. Брюса можно было назвать пацифистом, он ненавидел любые виды оружия, он не видел смысла в войнах что происходили в мире.

Вообще с каждым годом своей жизни Брюс все больше и больше разочаровывался во всем, в чем можно разочароваться. Например, разочарование в человечестве.

Брюс видел в интернете столько историй о людской безжалостности, о том, как люди борются с бродячими животным. Их способы борьбы с бездомными и бродячими животными просто нечеловечны. Ложить в еду снотворные или иголки, для того чтобы животное заснуло или повредило свои внутренности – неприемлемый способ.

Можно просто сдать животное в специальный приют, ему будет там намного лучше, чем на улице. Многие говорят, что раньше люди и вообще время было лучше, чем сейчас, но всегда слыша это Брюс неистово возражал.

Как могло быть лучше, когда практиковалась смертная казнь, причём ещё и прилюдная, подаваемая как целый праздник. Это мероприятие Брюс любил называть праздником крови. Брюс часто думал о том, когда же было самое лучшее время человечества. Но он так и не ответил себе на этот вопрос, но он четко знал что это время не сейчас.

После очередного раза, когда Брюс подумает об этом, возможно он окончательно разочаруется во всем и никто не знает, что с ним будет. Но сейчас ему надо думать не об этом, а о том куда можно деть злополучный пистолет. Осмотревшись вокруг, благо было ещё не совсем темно, Брюс увидел довольно-таки укромное место в приличном отдалении от дороги, к которому вряд ли кто-то пойдет случайно.

Правда Брюс боялся, что свежевскопанная земля может привлечь какого-нибудь такого же любопытного человека, как Брюс и вся эта история будет ходить из рук в руки.

Сойдя на левую сторону дороги Брюс, повернулся примерно на 50° налево и начал идти к намеченной цели.

Это было небольшое скопление деревьев, и их можно назвать скоплением из-за того, что они были расположены почти вплотную друг к другу. Это были очень тоненькие и сухие, из-за чего они казались хрупкими, пинии или же итальянские сосны. Брюс подметил это только из-за волнения, и чтобы как-то отвлечь мозг он сначала рассмотрел деревья.

– Значит мои знания ботаники еще не совсем исчезли – тихо произнес Брюс.

Они находились в небольшой низине после довольно большого холма, и поэтому Брюс мог не беспокоится за то, что его могут заметить со стороны дороги.

Дойдя до этих деревьев, Брюс присел на корточки и достав нож, начал копать небольшую ямку. После десяти минут копания, а копал он так долго из-за того, что земля была довольно твердая, он достал свёрток, и впервые с того времени, как узнал о том, что находился в этом свертке, почувствовал спокойствие, ведь сейчас он без посторонних глаз навсегда избавится от этого свертка.

Последний раз раскрыв и посмотрев на этот проклятый пистолет, Брюс уже начал переносить открытый свёрток с пистолетом в ямку, но внезапно ощутил тяжёлую руку на своем плече.

Немного обернувшись, он увидел довольно грозное лицо, которое смотрело на него сверху в низ…

Глава 5.Внезапный родственник.

Встав в полный рост и полностью повернувшись к внезапному гостю его укромного, как думал Брюс, места Брюс понял, что перед ним стоит низкорослый человек примерно тридцати лет с очень живыми глазами, по которым можно легко понять эмоции этого человека.

Брюс не представлял, что мог подумать этот человек, увидевший как Брюс пытается закопать пистолет. Но первые слова, которые произнес его гость были не понятны Брюсу, они были произнесены не на английском языке. Судя по тому, что он находится на территории Италии, это был итальянский язык.

Чтобы как-то обозначить своему собеседнику что он его не понял, Брюс сначала пожал плечами, и затем сложил из рук крест. И тут он увидел небольшое прозрение в лице итальянца и услышал хорошо знакомую речь с небольшим акцентом:

– Кто вы и что вы тут делаете в такое позднее время? – резко и очень громко спросил итальянец, который все это время пытался увидеть, что же пытался закопать Брюс.

–Я путешественник, идущий по дороге, которая тянется через всю планету. Вы, вероятно, слышали о ней. А занимаюсь я тут своими делами. Есть какие-то вопросы или проблемы? – с заметной тревогой в голосе сказал Брюс.

– Просто я не часто вижу людей пытающихся что-то закопать на моем участке земли. – с напором сказал итальянец.

– Ох, это ваш участок земли, какая неловкая ситуация вышла. Меня Брюс зовут, если это важно. Глубоко прошу прощения, мистер… – сказал, опустив глаза в землю из-за стыда, Брюс.

– Домиано. Ну раз уж познакомились, то добро пожаловать в мой дом. Как истинный итальянец я предлагаю вам заночевать у меня дома, там и разберемся за стаканчиком Мартини. – очень сладко произнося последние слова, Домиано пригласил Брюса пройти за собой.

–Я, конечно, не совсем люблю пить, но в такой прекрасной компании могу себе это позволить. К тому же неприлично отказываться от такого поистине королевского приема. – уже с дружественной ноткой в голосе говорил Брюс. Этим тоном он пытался как-то задобрить итальянца, в такой ситуации нужно использовать все, что можешь.

Зайдя в дом, который вообще-то можно было назвать виллой или чем-то в этом роде, Брюс удивился тому, как всё гармонично сочетается и вся мебель, от стула до шкафа, все стоит на своем месте.

Всё внутреннее пространство дома было выполнено в спокойных, даже можно сказать пастельных тонах, отчего в душе появлялось чувство полного спокойствия или даже можно сказать умиротворения. Такого стремятся добиться многие дизайнеры интерьеров, но не у многих это получается.

А те, у кого получается достичь этой лёгкости от одного взгляда на убранство дома, уже давно являются известными дизайнерами. В то время как Брюс осматривал дом, Домиано успел сходить в свое хранилище алкогольных напитков, поставить бутылочку ярко-красного Мартини на мраморный стол и решил показать Брюсу свою гордость.

Подойдя к Домиано, Брюс увидел небольшой открытый люк в полу с деревянной лестницей. Спустившись и окинув взгляд вокруг себя, Брюс увидел длинный ряд стеллажей, предназначенных для хранения вина. Но в этом погребке хранилось не только вино, но и все алкогольные напитки, известные в Европе.

Тут были все возможные итальянские алкогольные напитки, большинство французских, немецких и прочих напитков. Брюс заметил даже что-то похожее на русскую водку, для которой отводилось отдельное, почётное место. Спустившись вслед за Брюсом, Домиано начал рассказывать то, как он смог заполучить все эти запасы, которые можно растянуть на всю жизнь.

– Я работаю сомелье, и на любой праздник я получаю очередной экземпляр этой коллекции. Вот этот, без преувеличения великолепный российский напиток, я получил от своего брата, побывавшего в России прошлым летом. Она дорога для меня потому что эту бутылку я получил как почетный гость посольства Италии в России. Мой брат там работает. – с гордостью рассказывал Домиано.

– О многих экземплярах вашей коллекции я даже слышу впервые, вы же, наверное, по зову профессии пробовали все напитки вашей коллекции. – с интересом спросил Брюс.

– Да, мне приходилось пробовать все что есть в моей коллекции, но в этой комнате все бутылки закупорены. Я храню их на особые случаи жизни, и я думаю стоит уже приступать к нашим посиделкам. – немного хвастливо сказал Домиано.

–Полностью с вами согласен. – сказал Брюс, уже ставя ногу на первую ступеньку лестницы. Домиано быстро вылезший перед Брюсом уже принялся накрывать на стол, ставить стопки.

Конечно Брюс слышал о том что итальянцы очень гостеприимный народ, но в голове не укладывалось то, что буквально десять минут назад Брюс пытался закопать пистолет на территории Домиано. Брюс держался уверенно, но все же частичка подозрения в его сердце была.

– Вы как предпочтете пить Брюс, в чистом виде или с разбавлением? –поинтересовался Домиано.

– А как вы посоветуете, я не пил до этого Мартини. – спросил Брюс.

– Ну я пью чаще всего в чистом виде, он не очень крепкий, но если переборщить, то может и в голову ударить – посоветовал Домиано.

– Ну значит я последую вашему примеру, если что-то пойдет не по плану, то перейду на разбавленный вид. – с небольшим азартом сказал Брюс, уже поднимая первую стопку ярко красного Мартини. – Я не мастер говорить какие-то речи, но предлагаю выпить за наше знакомство и дальнейший ход диалога. Даже несмотря на то, что оно произошло десять минут назад при немного странных обстоятельствах, я чувствую что это приятное знакомство.

И одним махом осушил стопку Мартини, Брюс почувствовал очень интересный вкус, который было сложно с чем-то сравнить. Это был фруктовый и немного пряный вкус, но какие конкретно это были фрукты Брюс сказать не мог.

– Ох, и люблю же я этот Мартини, один из любимейших моих напитков. У него очень интересный вкус. Что вы можете о нем сказать, Брюс? – сказал Домиано, выпив стопку Мартини ярко-красного цвета.

– Ну если честно, то я уловил фруктово-пряный вкус, но не могу конкретно сказать какие фрукты я почувствовал. – неуверенно сказал Брюс.

– Этот вкус и аромат я ни с чем не перепутаю. – сказал Домиано, открывая бутылку по форме похожую на половину песочных часов, к которой приделали горлышко, и принюхиваясь к содержимому. – С фруктово-пряным вкусом вы попали прямо в точку. Могу сказать, что здесь присутствуют гвоздика, корица и мускатный орех и они идеально подчеркнуты свежестью малины и лимона. Можно пить при любой температуре напитка и все равно будет чувствоваться некая свежесть. Как по мне, так это идеальное сочетание вкусов.

После этого рассказа Брюс удивился тому, как Домиано был похож на тех сомелье, которых он себе представлял. Интеллигентные, имеют свои запасы алкоголя, но не злоупотребляют им, всегда могут рассказать о том или ином напитке просто и ясно, без каких-либо заумных слов.

– Я точно могу сказать одно. Мне понравился Мартини, и нет никакой надобности разбавлять его соком. Очень интересный вкус, который я не понял, а если бы и понял, то вряд ли бы описал так хорошо, как вы. – с почтением, смотря Домиано прямо в глаза, сказал Брюс.

– Это все-таки моя профессия. Я думаю что надо начинать немного прояснять ту ситуацию, при которой мы познакомились. Я предполагаю, что этот рассказ будет долгим, поэтому я готов слушать. – вежливо, облокачиваясь на подлокотник кресла, сказал Домиано.

– Я могу вам довериться, мистер Домиано? Ведь это дело как мне кажется связанно с криминалом, и я не уверен, что могу спокойно это рассказать – с сомнением говорил Брюс, в тоже время наливая очередную стопку себе и своему новому приятелю.

– Конечно, можешь мне доверится. Это же, наверное, неимоверно интересная история. – с уверенностью сказал Домиано, тем самым отбив у Брюса сомнения

Спустя полчаса и пол бутылки Мартини, Брюс все же закончил рассказывать всю историю своего похода.

– Описание этой фотографии очень похоже на то, как выглядит фотография моих прадедушки и прабабушки. Ещё и этот пистолет в сумочке, такого большого совпадения не может быть. – пытаясь говорить тихо, сказал Домиано, но из-за своего состояния, говорил это с обычной громкостью.

– В моей семье всегда твердили, что мой прадедушка был влиятельным человеком, но при этом в детстве мне всегда говорили, что лучше не идти по его стопам. Уже в подростковом возрасте я узнал от бабушки, дочери этого самого прадедушки, что он был как-то связан с криминальным миром и к слову был там не последним человеком. Она хотела показать мне фотографию, сделанную после свадьбы прадедушки и прабабушки, но она была утеряна, и бабушка просто описала что на этой фотографии изображено. И ваше описание было в некоторых моментах похоже на описание бабушки. Вы можете дать мне пистолет, фотографию и дневник, которые вы нашли, я хочу на них взглянуть.

Брюс встал из-за стола и прошел в прихожую, где стоял его рюкзак, достал свёрток и дневник, внутрь которого была вложена фотография. Вернувшись и положив все, что у него было в руках на стол, Брюс снова сел и начал пристально следить за дальнейшими действиями Домиано. В первую очередь Домиано взял фотографию, и при ее виде откинулся на спинку дивана с криком "non può essere".

– Что с вами, мистер Домиано? – испуганно спросил Брюс.

– Этого не может быть! – он повторил свою фразу, но уже на английском языке. – Это именно та фотография, о которой я тебе говорил, Брюс. И эта подпись присутствует.

– А что значит "Al capo da tutti"? Просто я в итальянском несилен. –поинтересовался Брюс, смотря на подпись, под которой теснились десятки росписей на любой вкус.

– Это переводится как "Боссу от всех". Ваше предположение о том, что мой прадедушка был членом мафии было верно. Скажу больше он был доном одной из самых крупных мафий Италии 1920-1930 годов. Его зовут Адриано Скварчалупи, он известен по всей Италии своей жестокостью. Не даром его фамилия означает то, что человек носящий ее жестокий человек. Возможно даже, что эта фамилия не дана ему с рождения, а дана как прозвище за его поступки и преступления. Мне очень повезло что у меня другая фамилия, а то я бы поимел проблем с фамилией Скварчалупи. По этой фотографии может и не скажешь, что Адриано является монстром, но это же свадебная фотография. Было бы странно если бы он запечатлел свой фирменный оскал, при котором видны все его, острые как ножи, зубы. Бедная прабабушка Летиция, которая на тот момент не знала о преступной деятельности Адриано. Оставшуюся жизнь она не была счастлива, а именно это и означает ее имя. "Счастливая" за миг перестала быть счастливой, и всю оставшуюся жизнь Адриано держал ее в страхе, она вечно была в синяках после избиения. Этот дневник должно быть дневник Летиции. И некоторые страницы вырваны, наверное, потому что она написала что-то и потом решила, что об этом никто не должен знать. – пояснял Домиано.

Брюс был в неописуемом шоке от услышанной истории и у него появился новый вопрос к Домиано.

– Почему вам кажется, что если бы у вас была фамилия Скварчалупи, то у вас были бы проблемы? – поинтересовался Брюс.

– У нас же любят обвинять потомков каких-нибудь преступников или каких-то маньяков в том, чего они не совершали. Я не совсем ясно сформулировал мысли и поэтому приведу пример. Например, возьмём Иосифа Сталина, человека, управлявшего Советским союзом во время войны. Я изучал его действия и у него есть довольно противоречивые поступки. Из-за этого какая-то часть населения постсоветского пространства недолюбливает его личность. И из-за этой нелюбви к Сталину, его потомки могут быть подвержены угнетению или гонению. Но они абсолютно законопослушные граждане своей страны и никогда не нарушали закон, допустим. И эта тенденция гонения людей из-за поступков их родственников прослеживается не только в России. Я встречал это и в Европе, поэтому уверен, что со мной было бы тоже самое. И мне не нравится эта ситуация, ведь нельзя судить о человеке по поступкам родственников, нужно судить о человеке по его поступкам. – с печалью в голосе и глазах говорил Домиано.

При этом он налил себе ещё стопку Мартини и решил выпить, видимо для храбрости. К слову, когда речь зашла о предках Домиано, и конкретно о Адриано Скварчалупи, Домиано стал абсолютно трезвым. Такие вещи всегда отрезвляюще действуют на людей.

–А вы можете перевести что написано в дневнике Летиции? Интересно узнать, что она пережила в браке с этим дьяволом. – сначала со скорбью, но потом переключившись на презрение сказал Брюс.

– Если вы не против, я переведу его полностью за ночь и на утро отдам вам перевод. Вы можете спросить почему я так легко раздаю дневник своей прабабушки, которая пережила такое испытание. Это будет предостережением и примером того, что может случиться в ситуациях, когда муж считает свою жену за декорацию, а именно так и было в семье Адриано и Летиции. Я скорее всего где-нибудь опубликую данный дневник. Может быть этим я спасу чью-то семейную жизнь. Да и к тому же вы вернули этот дневник в мою семью. – с надеждой в сердце сказал Домиано.

Он выглядел очень задумчиво, возможно сейчас он переживал новый этап в жизни. Скорее всего он разочаровался в своем жестоком предке и ему страшно что он может стать таким же.

– Как ты думаешь Брюс, возможно ли превратится из меня нынешнего в моего предка? – с опаской спросил Домиано и начал смотреть Брюсу прямо в глаза, ожидая ответа.

–Мне кажется, что превратиться из тебя нынешнего, а именно доброго, отзывчивого, веселого и трудолюбивого, это ощущения, которые у меня сложились о тебе за тот период что мы знакомы, в жестокого, эгоистичного и страшного человека почти невозможно. Чтобы это сделать, как бы странно это не звучало, надо сделать огромное усилие. Нужно на все плюнуть, перестать как-то совершенствоваться, а наоборот усердно губить свою жизни. Ты просто не допустишь этого, я в этом уверен. – Брюс произнес слова поддержки и Домиано сразу ощутил себя важным для кого-то, несмотря на то что у него не было семьи и его родители были далеко. Но у него есть друзья, и в том числе новый друг в лице Брюса.

– Спасибо Брюс, очень приятно слышать такие слова в свой адрес. Никогда не думал, что друга можно завести так быстро и что это будет такое точное попадание в отличного человека. Это очень приятная встреча в такое важное для меня время. – с нежностью в голосе говорил Домиано.

– Большое спасибо, мне тоже приятно. Но у меня появился ещё один вопрос. То, что сумочка с тем, что сейчас лежит перед нами на столе оказалась на твоей территории – это удачное стечение обстоятельств или этому есть какое-то объяснение? – с интересом спросил Брюс.

– Вообще это может быть и случайностью, а может быть и такое что я знаю примерное объяснение этому. Вообще эта территория всегда была собственностью моих предков и скорее всего будет собственностью моих потомков. Наша семья живёт тут с восемнадцатого века, и единственное что менялось – это дома. Некоторые рушились, некоторые сгорали, потом строились дома все новее и новее, пока не пришли к тому, где мы с тобой сейчас сидим. И я предполагаю, что после смерти Адриано, Летиция захотела избавиться от этого дневника, забыть о нем как о страшном сне. И не нашла ничего лучше, как закопать его на территории дома. В каком виде ты нашел этот дневник? – поинтересовался Домиано, смотря на состояние дневника. –Он выглядит немного потрепано, но это скорее всего из-за его старины. Ещё есть такое чувство что в него въелась пыль, сколько его не вытряхивай все равно есть какие-то пылинки. Но меня поражает то, что вот эта бляха до сих пор блестит, и она не заржавела. Хотя скорее всего она сделана из какого-нибудь нержавеющего металла. Но сейчас это не суть важно. – закончил свою речь Домиано, передавай слово Брюсу.

– Как раз благодаря этой бляхе я и заметил этот дневник, который к слову находился в старинной сумке. Именно из-за блеска этой бляшки я заметил эту сумку. Если ты хочешь, я могу показать, где лежала сумка. Уверен ты бы с удовольствием посмотрел на вещи своей прабабушки. Но самое интересное то, что в сумке были не только какие-то женские принадлежности, дневник и фотография. Там ещё был свёрток, который ты до сих пор не трогал, как бы оставив его на десерт. Ты сделал правильный выбор, ведь в этом свертке лежит пистолет. – с волнением сказал Брюс, открывая свёрток. – Именно его я и хотел закопать, потому что не знал, что с ним делать. Если бы я обратился в службу безопасности этой дороги, то я бы очень на долго остановился в своем продвижении. Просто выкинуть или положить его на то место, где я его взял, я не мог из-за того, что я не знал кто мог его подобрать и что с ним сделать. И я решил его закопать, немного отойдя от дороги, ну и дальнейшую историю ты знаешь. Не думал, что в конце истории окажется что я хотел перепрятать пистолет с одного места на другое, и это будет территория одного человека, который является потомком хозяев этих вещей. – с небольшим смешком сказал Брюс.

Во время того как Брюс рассказывал историю того, как он нашел все это "добро", Домиано полностью вытащил пистолет из свертка и начал его рассматривать, пытаясь найти доказательства того, что это пистолет его прадедушки.

Было сложно не заметить фамилию Скварчалупи выгравированную на обеих рукоятках. Было видно, что гравировка была выполнена мастером своего дела. Фамилия была написана очень каллиграфическими буквами, на которые нельзя взглянуть без восторга, но факт того, что это произведение искусства было сделано на пистолете, немного омрачал.

– Да уж, ну и дела. Не думал, что у кого-то из моих предков будет свой именной пистолет. Даже не знаю, что с ним делать. Если оставлю, то остальные родственники будет не лучшего обо мне мнения, если отдам в полицию, то начнется весь этот процесс с бумагами. Да и просто выкинуть нельзя, по причинам, которые ты уже озвучил. – с лицом человека, который попал в ситуацию, из которой пока не нашел выхода, говорил Домиано.

– Ну как говорится, по-моему в России," утро вечера мудренее", что означает то, что решение на утро будет более правильным из-за свежести головы, а у нас с тобой уже не вечер, а ранняя ночь. И я уже пойду спать, мне нужно отдохнуть чтобы с новыми силами идти завтра по своей дороге. – через зевоту говорил Брюс.

–Ну а я ещё переводить дневник Летиции должен, так что иди в спальню и ложись там, если я захочу спать, то лягу тут. Думаю, сегодня уже не стоит идти за сумкой, да и вряд ли кто-то увидит ее в темноте и решит забрать уже абсолютно пустую сумку. –  вставая. сказал Домиано.

А встал он, чтобы проводить Брюса в его комнату. Эта комната была полностью в темных, преимущественно тёмно-синих цветах. Это сделано из-за того, что учёные сделали открытие доказывающее, что темные цвета помогают быстрее расслабиться. И если применить этот цвет в спальне или любом другом помещении, отведённом для сна, у человека получится заснуть быстрее чем в комнате с другим цветом.

Как и во всем доме, Брюс обретал спокойствие находясь в этой комнате, к тому же сразу по входу в комнату Брюс почувствовал то ли облегчение, то ли расслабление. Он плюхнулся в самую мягкую кровать, что он видел в своей не совсем долгой жизни. Она была настолько мягкой и пружинистой, что после того, как Брюс на нее упал, он немного подлетел.

Он укрылся теплым и таким же мягким как кровать одеялом и сразу провалился в сон, даже не оценив интерьер комнаты, который был невероятно хорошо. Если смотреть со входа в комнату, который находился ровно на середине стены, кровать располагалась в дальнем углу.

С левой стороны от кровати стояла низкая прикроватная тумба на круглых ножках. Как и вся мебель в комнате, эта тумба была сделана из красного дерева, что создавало контраст с синим цветом стен. Это смотрелось очень необычно и отчасти экзотически, но все же красиво.

На тумбе стояла абсолютно обычная лампа, ножка которой была сделана из полированного железа, а плафон сделан из пластика тёмно-синего цвета, чтобы не выбиваться из общего стиля интерьера.

На полу располагался небольшой ковер с длинным ворсом, который при ходьбе по нему обволакивал ноги. Тем времен как Брюс уже во всю храпел, Домиано окунулся в ретроспективу, в дневник Летиции.

Он старательно переводил дневник, который состоял из 40 страниц, но некоторые страницы были либо вырваны, либо в настолько плохом состоянии, что их невозможно прочесть. Домиано быстро перевел 7 страниц за десять минут и его поразило то, что его прабабушка была такой терпеливой и терпела все выходки его прадедушки.

Домиано создал себе небольшой уголок прошлого, он положил дневник на середину стола, чуть пониже он положил записную книжку, в которую он записывал перевод, и положил фотографию молодожён слева от дневника и записной книжки.

Пистолет все ещё лежал на том месте, где его положил Домиано после осмотра, он ждал своей дальнейшей участи. У Домиано было множество вариантов что сделать с этим пистолетом, от самых абсурдных до самых простых.

У Домиано было желание как можно скорее избавиться от того, чем возможно убивал его прадедушка. Были мысли выкинуть, закопать, отдать кому-нибудь другому, продать, отдать в музей, продать и потом пожертвовать деньги в какую-нибудь организацию или кому-нибудь на лечение, как бы отмаливая грехи предка, но окончательного решения ещё нет, и он думает спросить совета у Брюса, когда тот проснется. Отогнав от себя эти мысли, Домиано принялся переводить очередную страницу дневника.

Услышав очень громкий хлопок, Брюса словно выдернули из сна. Открыв глаза, Брюс первым делом увидел то, что происходит на улице, ведь окно находилось прямо у него перед глазами, ведь он лежал на левом боку. На улице уже во всю ходил немногочисленный персонал этого дома, и садовник подстригал газон.

Встав и растянувшись, Брюс решил найти источник того хлопка, который его пробудил. Выйдя из комнаты, он увидел спящего на диване в гостиной Домиано и почувствовал себя очень неловко. Он пришел в дом, выпил алкоголь хозяина дома, ещё и заставил этого же хозяина спать на не очень удобном диване.

Вспомнив о том, что он вчера пил Брюс очень удивился, ведь он не чувствовал того типичного состояния слабости и болезности, которое он представлял после попойки.

Пройдя в другую комнату, Брюс, увидел на полу осколки стекла, Брюс осмотрелся по сторонам и увидел, что стекло было разбито, а внутри дома лежал кирпич с запиской, которая была примотана к нему.

Брюс не мог представить кто и что хотел сказать либо Домиано, либо ему таким способом. Подобрав кирпич и отвязав записку, Брюс не смог её прочитать, она была написана на итальянском языке.

Но единственное слово, которое он смог прочесть это было имя Домиано. Он положил кирпич на то место, с которого он был подобран и пошел в гостиную, ожидать пробуждения Домиано.

Через где-то 40 минут после происшествия, Домиано проснулся и уже во всю ругался с невидимыми хулиганами, сделавшими такую подлость. Наконец окончив свою моральную атаку на этих подлецов, Домиано решил прочитать записку. Через минуту Домиано изобразил такое удивлённое лицо, что Брюс непроизвольно спросил, о чем написано в записке.

– Тут написано, что за мной давно следили последователи моего прадедушки, они угрожают нам расправой. Тебе за то, что ты украл пистолет Адриано, а со мной они разберутся если я не отдам им пистолет. Только вчера думал, что мне делать с этим пистолетом и хотел спросить у тебя совет. А тут приходит такое сообщение. – с небольшой усмешкой сказал Домиано. – Вот наглецы, ещё и шантажировать нас пытаются. Тебе, наверное, лучше поскорее уйти отсюда, а с этими дуралеями я сам разберусь. Жалко, что такие обстоятельства заставляют тебя уйти, но думаю так будет безопасней.

– Ну и новости, не думал, что у Адриано до сих пор есть какие-то последователи, ведь прошло уже так много времени. Ну раз мне придётся уйти, то я не буду подвергать ни тебя, ни себя опасности. Сейчас я соберусь и могу уходить. – с некоторой печалью сказал Брюс.

– Пока ты еще здесь, ты можешь показать мне сумочку в который были эти вещи? Я хочу сохранить вещи Летиции, ведь прочитав и переведя ее дневник, я понял, что она великая женщина, которая пережила многое и достойна уважения. Я обязательно опубликую этот дневник в социальных сетях, пусть все знают какой была моя прабабушка. Кстати, не забудь захватить перевод дневника, я дарю его тебе в благодарность за то, что ты вернул в мой дом часть истории моей семьи. – с улыбкой и большим уважением к Брюсу говорил Домиано.

Брюс посмотрел на Домиано как на того человека, которого он знает всю свою жизнь, и начал собирать свои вещи чтобы вернуться в дорогу. Подойдя к столу, на котором лежит записная книжка с переводом он увидел на обложке надпись "Спасибо за хорошо проведенное время и большой вклад в историю моей семьи. От Домиано Брюсу".

Брюсу стало очень приятно на душе от такой мелочи. Но самое приятное и таится в мелочах, те кто не умеют радоваться мелочам упускают в жизни очень многое. Взяв и положив дневник в рюкзак, Брюс сказал Домиано что он готов идти, и они пошли на место, где Брюс нашел сумку.

Дойдя до этого места, они нашли сумку, в которой осталось небольшое количество вещей, но все же Домиано решил забрать ее с собой. И вот настал момент, который никто не любил. Момент прощания.

Поставив сумку на землю, Домиано подошёл к Брюсу и чисто по-дружески обнял его. Брюс последовал его примеру и тоже обнял Домиано. Тут Домиано начал произносить речь, от которой Брюсу погрустнело.

– Вот и расходятся наши пути, дорогой Брюс. Ты привнес в мою жизнь немного веселья, благодаря тебе я изучил историю своей семьи. Мы с тобой провели всего лишь один день вместе, да и знакомы мы не больше, но я ощутил, что ты мой настоящий друг. Никогда не было такого, что я за день понимал, что человек бы хорошо подошёл на роль моего друга. Я хочу пожелать тебе удачи в твоём пути и надеюсь на то, что после твоего возвращения мы сможем пересечься. – говорил Домиано, и говорил так что Брюсу не хотелось уходить от Домиано. Но он понимал, что можно сделать, чтобы точно встретиться с ним снова.

– Я хочу попросить тебя об одном одолжении. – говорил Брюс, залезая в свой рюкзак и доставая записную книжку. – Напиши мне свой номер телефона, и когда я вернусь из путешествия, я обязательно позвоню тебе и приглашу в гости. Конечно, у меня не такой шикарный дом как у тебя, но мне будет принять тебя у себя в гостях.

Написав свой номер на последней странице записной книжки, Домиано решил последний раз пожать Брюсу руку и наконец-то отпустить его. Они жали друг другу руки примерно пять минут, просто молча смотря друг на друга.

Потом Домиано понял, что он задерживает Брюса, ведь путешественнику каждая секунда дорога. Брюс отошёл от Домиано, повернулся к нему лицом и начал махать ему рукой, и махал он так пока не стал для Домиано просто черной точкой на линии горизонта. Но Домиано так и стоял, и смотрел на горизонт до того момента как пропала и эта черная точка.

Черная точка по имени Брюс исчезла с горизонта, но Брюс остался в памяти Домиано, как и Домиано остался в памяти Брюса…

Глава 6.Сквозь буквы в прошлое. Часть 1.

Спустя примерно полчаса после прощания Брюса и Домиано, Брюс просто шел и думал, как ему стоит читать дневник. Не хотелось сразу читать все, но и затягивать тоже не хотелось. Брюсу было очень интересно что же могла написать эта, несомненно сильная духом, женщина.

В итоге Брюс решил, что каждый вечер во время того, как он находится в перевалочном пункте он будет читать по 3 страницы этого дневника. В общем на чтение этого дневника, состоявшего из 40 страниц, уйдет тринадцать дней, с учётом того, что в последний день Брюс дочитает последнюю главу. Этот темп чтения позволит Брюсу не сильно оттягивать сон, но и не слишком растягивать чтение этого сокровища из прошедшего века.

Решив этот вопрос с самим собой, Брюс отвлекся на то, что сейчас происходило вокруг него. А единственное что можно подметить из нынешнего окружения, это человек, который шел чуть впереди по отношению к Брюсу, и это был очень сгорбленный маленький на вид человек, который был похож на очень старого дедушку.

Брюсу стало интересно, что на этой дороге может делать старый дедушка, если его зрение его не подводит и это правда дедушка. Немного ускорив свой шаг, Брюс поравнялся с этим человеком и убедился в том, что это дедушка.

Он выглядел очень опрятно, был очень хорошо одет, но выглядел так как будто ему больше восьмидесяти лет. Брюсу стало очень интересно, что такой старый дедушка может делать на этой дороге, и он решил спросить у человека, идущего рядом с ним.

– Здравствуйте, мистер. Я не очень люблю вмешиваться в чужие дела, но тут мне стало очень интересно. Что вы делаете на этой дороге? – с интересом спросил Брюс. – Ох, очередной любознательный юнец. Уже многие подходили ко мне с подобными вопросами. Нет, я не путешественник. Делать мне нечего, на старости лет ходить почти без передыха. Я сейчас прошел метров двести и уже устал, да и мои суставы мне за это спасибо не скажут. Я один из множества работников, поддерживающих работоспособность всей этой системы. – с небольшой усталостью от однотипных вопросов ответил старик.

– Да, вот это мне повезло! Впервые вижу человека обслуживания, благодаря которым у нас, путешественников, получается без проблем ходить по дороге. Я надеюсь, вы не очень спешите, мне очень интересно узнать какая у вас работа и какие вообще есть обязанности. – в предвкушении того, что он сейчас узнает устройство этой дороги, ответил Брюс.

– Никто не задавал мне таких вопросов. Все останавливались на том, что узнали, что я тут делаю. Видимо ты очень любопытный, что хочешь узнать, как тут все работает. Тебе очень повезло что я не тороплюсь, да и возраст не позволяет мне торопиться. Поэтому готовься слушать всю историю этой дороги. – с энтузиазмом сказал старик.

– Идея этой дороги была придумала в 2015 году, ныне покойным, мужем мисс Деф. Можно сказать, что это была его последняя воля, которую мисс Деф захотела непременно реализовать. На разработку этой дороги были вызваны одни из лучших специалистов в сфере логистики, лучшие строительные компании мира. Благо состояние мисс Деф, позволяет ей вообще без потерь для ее состояния проворачивать такие затеи. План дороги разрабатывался примерно полтора года, и за это время были обговорены все нюансы, по типу того, как будут строиться дороги над океаном. Я считаю это очень интересным выходом из ситуации, они просто подняли уровень дороги, строя что-то на подобии мостов, чтобы не мешать проплывающие кораблям. Но вот с опорными балками было сложно что-то придумать.

– Сначала люди, которые специализируются на постройке мостов пытались найти какие-то решения, которые могли бы удешевить стоимость этих мостов. Со своей задачей они не справились и просто предложили поставить эти несущие опоры в океан и не создавать себе лишних проблем. Но на это ушли бы слишком большие деньги, даже по меркам мисс Деф. Поэтому к этому мозговому штурму подключили ландшафтных дизайнеров, которые с ходу придумали выход из ситуации. Они предложили сравнять уровень дна в тех местах, где должны проходить мосты.

– А что случилось с подводным миром? Ему наверняка не совсем понравились такие изменения. – прервал старика Брюс, чтобы узнать состояние подводного мира. Ведь Брюс был очень заинтересован в сохранении природы, хотя бы в том виде, в котором она находится сейчас. Он состоял в Французской организации по сохранению флоры и фауны.

– Там все сделано очень хитро и очень правильно, но я особо не вдавался в подробности. Но знаю точно, что ни одной морской животинки не пострадало. Ну вот, они сравняли места, где должны быть опоры, и стало чуть меньше работы, теперь было вообще возможно работать. Поэтому специалисты по мостам стали разрабатывать какой-то план действий, составлять примерный список нужных им ресурсов. В то время как основная часть дороги на суше была сделана, а это примерно через год после начала работ, ведь сложно сделать одну большую дорогу протяженностью во всю сушу земного шара, люди, которые работали над мостами определились с планом действий и списком нужных им ресурсов. Им было дано полтора года на возведение этих мостов, но они управились за год и два месяца. Описывать этот процесс можно долго, но можно сказать по какому принципу делался мост, и сказать, что дальше они просто повторяли эти действия. Они ставили опоры из одного из самых прочных металлов, и на четыре опоры ставили полотно, если так можно выразиться.  Потом начались испытания, проверки на пригодность. Сначала проверяли мосты, из-за того, что у них есть какой-никакой шанс обрушения, путём нахождения на этих мостах большого количества людей. Тесты остановили на цифре в сто человек, так как предполагается, что в одно время на этом мосте не будет больше ста человек. После проверки мостов началось строительство остановочных станций, которые также известны как перевалочный пункт, станция для отдыха. Почти у каждого путешественника свое название для этого места, и бывает такое что в двух разных ситуациях их назовут по-разному. На это ушло очень немного ресурсов и очень немного времени, всего лишь четыре с половиной месяца, на каждую остановочную станцию была собрана бригада из двадцати человек, чтобы не переходить большой бригадой от одного места стройки к другому. Ведь во время подготовки этой дороги делалось все, чтобы ни один человек не прошел ее полностью. Даже когда по завершению работ и началу испытаний дороги, люди ходили по определённым секторам этой дороги и по окончанию их сектора, писали отчёт о каких-то ошибках и неисправностях, которые они подметили. Вся система была налажена и отрегулирована так, чтобы потом не оказалось, что по этой дороге прошло уже больше ста, если не тысячи человек. По этому аспекту можно понять всю гениальность и умение продумывать детали, которые есть у мисс Деф. – долго рассказывал старик, смотря на очень однообразное поле справа от дороги.

– Все это очень интересно, не думал, что для постройки этой дороги ушло так мало времени. Для дороги протяженностью около сорока тысяч км, четыре года постройки – это немного. Но главный вопрос, который я хотел задать ещё остался в моей голове. Что делают такие люди, как вы? Какие у вас обязанности? – задал вопрос Брюс, который скорее всего будет последним, ведь Брюс не хотел задерживать этого старика.

– Мы должны следить за состоянием дороги и, если появляются какие-то неисправности, исправлять их как можно быстрее. Например, сейчас я иду в ближайшую остановочную станцию, чтобы разобраться с поставкой продуктов, выдаваемых путешественникам каждый день. Хорошо, что она находится буквально через 500 метров от нашего нынешнего места нахождения. Ну если есть ещё один вопрос, то задавай и я быстро на него отвечу, а то сейчас эти неучи наворотят без меня всякого. – смотря на Брюса глазами человека, который торопится сказал старик.

– Вряд-ли вы знаете ответ на это вопрос, но попытка не пытка. Какую выгоду получает мисс Деф? Ведь на первый взгляд у нее одни убытки: строительство дороги и остановочных станций, обустройство остаточных станций, поставки продуктов и одежды в довольно больших масштабах. К тому же никаких плат за вход никто не берёт. – закончил перечислением Брюс.

– Ну, я могу отчасти ответить на твой вопрос. Во-первых, всю еду и одежду мисс Деф поставляют ее партнёры за упоминание в соучастниках проекта. Во-вторых, все строительные компании и прочие компании, которые занимались стройкой всего этого добра сделали мисс Деф скидку, конечно небольшую. Но с такими суммами эта скидка становится неплохой. Это все на что я смог тебе ответить, не знаю я получает она доход или нет, я не ее бухгалтер. Приятно было просветить тебя в этой сфере, а теперь мне нужно идти. – сказал старик и немного ускорил шаг, оставив Брюса в одиночестве.

После всего этого рассказа Брюс в очередной раз задумался. Задумался о том, какие плюсы и минусы есть в отношениях между мужчиной и женщиной. Даже Мисс Деф готова потратить неизмеримые количества денег, чтобы воплотить в реальность идеи своего покойного мужа.

Это показывает, что Мисс Деф очень любила и дорожила этим человеком. Также это показывает, что даже у богатых людей бывают какие-то проблемы и невзгоды, и даже огромные денежные суммы на твоей банковской карте не дают тебе счастья. Брюс часто думал о таких вещах, из-за того, что следующее, после Брюса, поколение часто говорит о том, что деньги сейчас наиважнейшая вещь, что за деньги сейчас можно купить все и всех.

Данный факт очень печалил Брюса, ведь в его детстве его родители и родители родителей учили его тому, что счастье – это нахождение в кругу близких тебе людей, это полное спокойствие и уверенность в себе, что счастье – это тогда, когда тебя ничего не тревожит.

Дедушка Брюса говорил очень много мудрых вещей, которые Брюс запомнил на всю жизнь и одна из них была как раз про счастье. "Если люди пытаюсь измерить счастье в чем-то, то они ошибаются. Это не счастье."

И Брюс считал, что его дедушка был мудрейшим человеком, которого он встречал в жизни, потому что после его каких-то фраз или слов, Брюс задумывался о чём-то жизненном или философском.

Например, после разговоров Брюса с его дедушкой, Брюс думал на такие темы как смысл жизни, его предназначение в этом мире, что является плохим поступком, а что хорошим и на некоторые вопросы, заданные самому себе, он сумел ответить.

Например, на вопрос, на который ищет ответ почти вся планета, все человечество, Брюс смог для себя ответить. Брюс понял для себя что смысл его жизни заключается в том, чтобы найти такие вещи и увлечения, которые будут доставлять удовольствие от занятия ими.

Именно поэтому Брюс решился на тот поход, в котором он находится сейчас. В своем детстве Брюс очень любил затянуть своего старшего брата в какое-нибудь очень далёкое пешее путешествие. Детство прошло, а привычка видимо осталась.

Но во время всех этих мыслей Брюс не заметил, как опередил старика, который рассказал ему об постройке этой дороге, и уже был от него на приличном расстоянии. Сам старик остановился через примерно 350 метров после окончания их разговора и начал говорить с каким-то человеком, по виду одним из рабочих ответственных за полотно дороги, видимо они обсуждали ту проблему, которую старик так торопился устранить.

Но сейчас Брюс должен был сосредоточиться только на том, что ему надо просто идти оставшееся время, ведь он был в предвкушении чтения дневника Летиции. С момента выхода Брюса из дома Домиано прошло всего лишь полтора часа и для всех день только начинался, ведь время было всего лишь 12:30 и Брюсу предстояло идти ещё очень долгое время.

– Хорошо бы начать наверстывать то упущенной время, которое я потерял во время того, как я гостил у Домиано. – думал Брюс, немного увеличивая темп своей ходьбы.

И с этой мыслью Брюс перестал отвлекаться на какие-то раздумья и болтовню с прохожими, ведь чем больше он пройдет сейчас, тем меньше ему надо будет идти потом. И он начал просто идти, без всяких мыслей, без разговоров с другими путешественниками.

И так за восемь с половиной часов непрерывной, сконцентрированной ходьбы Брюс смог пройти намного больше его каждодневной цели. Он прошел чуть больше семидесяти км за это время и неудивительно, что Брюс был очень уставшим и измотанным этим маленьким, но очень важным для него подвигом.

Добравшись до остановочного пункта Брюс, не обращая внимание на те вещи, которые происходили в остановочном пункте, а происходила там ссора двух человек из-за того, что они не поделили кровать. Но подумав, что эти люди будут мешать ему читать дневник и в последствии спать, Брюс решил как-то вмешаться их спор и попробовать урегулировать ситуацию. Подойдя к двум людям примерно 20 лет, которые были похожи как две капли воды, Брюс спросил в чем дело и из-за чего эти люди спорят.

– Я дико извиняюсь, но из-за чего весь этот шум? Вообще-то вы тут не одни и можете помешать остальным людям. – немного с возмущением, но не без уважения сказал Брюс.

– А почему вы, собственно, влезаете в чужие дела? Если мы с братом решили выяснить отношения, то мы непременно это сделаем, даже не смотря на то, где мы находимся. – очень агрессивно сказал один из, как оказалось, братьев.

Они оба были ростом примерно сто восемьдесят см, и у них были очень похожие прически. Это были средней длины волосы, их прически чем-то походили на самую известную прическу Кобейна, с той лишь разницей что волосы были рыжего цвета. Одеты они были абсолютно одинаково, но цвет всей одежды был разный.

На них были одеты джинсы, у одного брата они были черного цвета, у второго синего. На ногах у братьев были одеты спортивные кроссовки двух противоборствующих компаний, у одного это был Adidas, у второго Nike.

На телах братьев были одеты рубашки, с коротким рукавом, очень интересных цветов. У того брата, что ответил Брюсу, рубашка была ярко-зеленого цвета, а у того, что ещё не вступал с Брюсом в диалог была ярко-желтая, можно сказать лимонная, рубашка. По этому описанию можно сказать, что они одевались, либо специально, либо это происходило случайно, не абсолютно одинаково, а противоположно друг другу.

Начиная с цвета и заканчивая брендами одежды братья хотели показать, что они противоположности друг друга. Так ли это на самом деле? Брюсу предстояло это узнать.

– Мне вот как раз кажется, что братья не должны выяснять отношения между собой. На то они и братья, чтобы жить в мире и согласии. – также спокойно, как и должны жить братья, своё мнение высказал Брюс.

– Мы с братом не такие идеальные, как хотелось бы тебе. Он вечно придумывает какие-то сумасбродные идеи и пытается их исполнить. Вот, как например реагировать на то, что он хотел взорвать здешний туалет. Это же прикол уровня школьника среднего звена! – впервые сказал свое слово второй брат. – Это вообще никуда не годится, нужно вести себя более достойно.

– Ну, началось занудство. Великий мистер зануда снова проснулся! Дай мне оторваться, Пьер. Это последний год моей вольной жизни, ведь дальше меня ждёт женитьба. Мне всего двадцать три, а родители уже заставляют жениться на девушке, которой все равно на меня, как и мне на неё. Вдруг так я устраиваю протест. – сказал первый брат, имя которого было ещё не известно Брюсу.

– Клод, я хорошо понимаю, что твой брак будет не по любви, а чтобы родители заимели связи с полезными для их дела людьми. Ты же хотел в детстве приносить родителям какую-то пользу. Вот, твой час настал, братец! – эмоционально закончил Пьер.

– Ну я же не знал, что мне придется помогать родителям таким способом! Ты же прекрасно знаешь, что у меня есть девушка, которая мне нравится. У меня были очень серьезные планы на отношения с ней. – с некоторым стыдом сказал Клод.

– Ну а зачем тогда ты пошел в это путешествия? Мог бы просто все родителям рассказать, они-то не знают о существовании Жанны. Думаю, они бы поняли тебя. К тому же ты говоришь, что планы на нее у тебя были серьезные. – немного раздражённо сказал Пьер.

Во время всего этого диалога Пьера и Клода, Брюс чувствовал себя очень странно. Ведь он просто стоял рядом с ними и попеременно смотрел то на Пьера, то на Клода. От его желания помирить братьев почти ничего не осталось, ведь конфликт сам собой утих, братья перешли с громкого крика на вполне нормальный разговор. Со стороны это, наверное, выглядело так, что Брюс просто встал послушать чужую ссору.

– Ну вообще то странное решение я принял, ты прав Клод. Это из-за того, что на меня навалилось много стресса. Эта новость о женитьбе, трудности с Жанной. Вот я взял, и ушел. Это было поспешное решение. Надеюсь, можно сняться с этого путешествия. Я же ещё и тебя за собой потянул, чтобы было не так скучно. Думаю, стоит мне перед тобой извиниться, брат. – с ноткой любви к своему брату сказал Клод.

– Ну и начудил ты, конечно, братец. Ошибки делают нас умнее. По крайней мере я надеюсь, что ты станешь умнее после этой истории. Завтра пойдем сниматься с дороги, помогу тебе родителям объяснить ситуацию. – сказал Пьер, который уже находился на пол оборота к Брюсу. – Ты что-то хотел нам сказать?

– Я думал как-то вас помирить, но вы справились и без моей помощи. Просто тоже довольно-таки часто с братом конфликты были. Сейчас уже не общаемся по некоторым причинам. Просто не очень люблю, когда братья ссорятся, ведь в братьях течет одна кровь. А вы ещё и близнецы, наверное, просто очень похожи. – в свое оправдание сказал Брюс.

– Очень интересно, впервые нас кто-то хотел помирить при наших ссорах в общественных или людных местах. Это говорит о тебе многое. Могу просто сказать спасибо за твое небезразличие, в наше время это дорогого стоит. Кстати, насчёт близнецов ты не попал, мы двойняшки, но можно назвать нас близнецами, потому что по внешности мы почти не отличаемся. – сказал Клод, продолжая чередование реплик братьев.

– В нас отличается только наша одежда.-тут же Пьер подхватил мысль Клода и продолжил вместо него. – Все почему-то одевают близнецов абсолютно одинаково, но мы решили упростить жизнь нашим родителям и решил одеваться в абсолютно разные и иногда даже противоположные одежды. Может показаться, что мы с братом пытаемся показать, что мы очень разные люди, но все оказалось проще.

– Вот и я, впервые увидев вас подумал, что вы пытаетесь показаться противоположными друг другу. – подтвердил предложение Клода Брюс. – Думаю мне стоит уже спать идти, парни. Могу пожелать вам удачи в ваших жизнях и не ругайтесь больше. Нервные клетки не восстанавливаются, могу сказать как опытный в этом человек.

– Ну тогда и тебе удачи и спокойной ночи. – сказал Пьер и они с братом отошли в другой конец общего зала.

Глава 6. Сквозь буквы в прошлое. Часть 2.

Последний раз посмотрев на братьев, Брюс начал искать себе место для того, чтобы сначала почитать дневник, а потом и хорошенько поспать. Он выбрал кровать в самом дальнем углу спальной комнаты. Достав из рюкзака дневник Летиции и выданный пару дней назад батончик, Брюс закрыл все остальные вещи в специальном ящике.

Брюс был полностью готов к погружению в прошлое.

Открыв первую страницу дневника, переведённого Домиано, Брюс увидел первый заголовок и моментально погрузился в чтение.

"Я теперь замужняя дама!

Я Летиция Скварчалупи, в девичестве Пацци, сегодня вышла за муж за прелестного молодого человека по имени Адриано. Я ещё многого о нем не знаю, но это дело поправимое. Мы будем жить в его доме, который достался ему от его родителей. К слову, о его родителях. По первому впечатлению они показались мне очень требовательными, но все что они требуют от меня я и так выполняю. Мать Адриано хочет, чтобы я готовила еду, стирала вещи, убиралась в доме, который, к слову, нельзя назвать маленьким, и ко всему этому отец Адриано настаивает на том, чтобы я ещё и работала и приносила дополнительные деньги в семью. Хорошо, что Адриано очень понимающий человек и муж. Он решил взять заработок денег полностью на себя. Он говорит, что у него с этим проблем не будет. Вообще как-то обидно что я буду в нашей семье просто домохозяйкой, хочется роли побольше. Немного хочется сказать про наше с Адриано знакомство. У нас в городе, а живём мы оба в городе Турине, сейчас очень много банд и группировок, которые пытаются походить на мафию. И одним вечером до меня пытались докопаться члены одной из банд. Мне очень повезло что Адриано был рядом в тот момент. Если бы не он, я не знаю, что бы со мной сделали эти изверги. Он подбежал и встал между мной и наступающими на меня двумя пьяными бандитами. Один из них достал из кармана нож и начал размахивать им перед лицом Адриано. И одно из таких действий пришлось прям по лицу Адриано. Его лицо было поранено от самого подбородка и до его волос. После этого испугавшиеся бандиты решили сбежать и оставить Адриано на моих руках. Я быстро отвела его к себе домой и сделала все что смогла. Конечно, не самая романтическая история, но какое время, такое и знакомство. Так мы и начали свое общение, которое в будущем привело нас под венец. 

Летиция Скварчалупи. 4 августа 1929."

На этом моменте первая часть, это также можно назвать главой, закончилась. Изначально Брюс думал, что на одной странице дневника будет один отрывок мыслей Летиции. Но оказалось, что тут вот такие главы, которые могут занимать от одной до четырех страниц.

Конкретно эта глава заняла две страницы, хоть и в главе было мало информации. Это связано с очень большим и размашистым почерком Летиции, но нельзя не отметить, что этот же почерк был очень красивым, можно сказать, что это был типичный женский почерк. Он был очень нежным, аккуратным, тонкий. Правда его нельзя назвать очень каллиграфическим.

Хорошо, что Домиано смог скопировать и перенести почерк своей родственницы, приписка говорит об этом в самом начале дневника. Брюс больше не смог держаться, сон уже потихоньку подкрадывался к нему и засасывал его в свою бездонную пучину. Всё-таки Брюс провалился в сон, сон без единого сновидения.

И так происходило каждый день. Брюс очень много проходил, Брюс читал дневник, Брюс засыпал. За дни, что Брюс проводил таким образом, а их было пять, Брюс прошел примерно двести восемьдесят пять км. С имевшимися до этого триста км общее количество километров, пройденных Брюсом, составляло пятьсот восемьдесят пять км. Брюсу оставалось пройти ещё тридцать девять тысяч четыреста девяносто км. Это до сих пор кажется большим числом, но не таким большим каким оно было в начале.

За эти пять дней Брюс прочитал пять глав дневника Летиции, и он узнал очень многое про жизнь Адриано и Летиции. Следующая глава после той, что Брюс прочитал повествовала о переживаниях Летиции и происшествии, которое произошло с Адриано.

"Я не знаю про своего мужа многого.

Сегодня произошло жуткое событие, которое сильно взбудоражило мой разум. Сегодня Адриано пришел домой после двухдневного отсутствия дома, с перебинтованным пальцем. Я была очень взволнована и насторожена этим событием. Конечно же я спросила у Адриано в чем дело и почему его палец в таком виде. Он ответил, что лишился пальца, но при каких обстоятельствах он это сделал, осталось скрытым от меня. Я настаивала на том, чтобы он показал мне свой палец, думая, что он меня разыгрывает. Он категорически отказывался это сделать, говоря, что мне лучше не видеть этого ужаса. Но я уверена, что мне надо узнать, что произошло с моим мужем! Вообще меня раздражает вся эта недосказанность со стороны Адриано! Я не знаю где он работает, я не знаю его мыслей, я не знаю, что его успокаивает, а что раздражает. Мы как бы женаты, но я так много не знаю о своем муже. Можно сказать, что я ничего о нем не знаю! Я думала, что это дело времени, но с прошлой записи прошел месяц и практически ничего не поменялось. Я могу только строить предположения кем работает мой муж. Он приносит неплохой доход, значит эта профессия либо редкая, либо опасная, либо очень ответственная. Возможно, что он полицейский, ведь два из трёх пунктов названных мной есть в этой профессии. Она и опасная, и ответственная. Возможно, именно на этой работе он и повредил палец. По моему положению в семье ничего не изменилось, все также я просто хозяйничаю в доме. Но я не буду терять надежду на то, что все станет намного лучше.

Летиция Скварчалупи. 8 сентября 1929 года."

Брюс заметил, что Летиция стала более эмоциональнее, и это было видно не только из-за появившихся восклицательных знаков. Она стала писать о своих проблемах и о проблемах их семейной жизни, которые появились в первый же месяц их совместной жизни. Зная, что произойдет и то, кем является Адриано, Брюсу было не совсем интересно читать этот дневник. Брюс наблюдал только за эмоциями, которые испытывала Летиция.

В следующей главе этого дневника Летиция писала о том, как Адриано начал раскрываться ей, но делал он это очень осторожно и неспешно.

"Я налаживаю общение с мужем.

Наконец-то Адриано обратил на меня какое-то внимание! Мы начали больше общаться и гулять по парку рядом с нашим домом. Смотря на строки что, я пишу, складывается ощущение что мы не муж и жена, а простые друзья. Так было на самом деле, до недавнего момента. Он очень поменялся в один прекрасный день, стал за мной ухаживать, после работы помогать по дому, водить меня в различные заведения. В каждом заведении что мы были его знают, мне кажется, что он очень известный или влиятельный человек в нашем городе. Ему делали настолько большие скидки, что мы ели за символическую плату. Но небольшой страх до сих пор остался, ведь я наконец увидела то, что произошло с пальцем Адриано, точнее с тем, что от него осталось. Ужас, который меня постиг при первом взгляде на этот палец просто неописуем! Оказалось, что две фаланги его безымянного пальца канули в лету. При каких обстоятельствах это произошло я не узнала, как бы я не пыталась это сделать. Но есть и на что пожаловаться. Адриано часто приходит немного выпившим, да это не смертельно, но все равно доставляет некоторый дискомфорт. Надеюсь, это не понесет за собой какие-нибудь проблемы.

Летиция Скварчалупи. 11 октября 1929 года."

Брюс немного порадовался за то, что в жизни Летиции и Адриано были моменты в которых Летиция, не страдала. Также Брюсу было интересно как будут выстроены их отношения в дальнейшем и что сможет привести к распаду этой семьи.

В следующей главе Летиция рассказала о том, что произошло в очередной день, когда Адриано пришел пьяный.

"Не знаю как об этом говорить.

Я предвидела что это может произойти, но не думала, что это будет так скоро. Примерно неделю назад Адриано пришел очень пьяный и начал обвинять меня в том, чего я не делала. Он обвинял меня в измене! Как я могу изменить человеку, которого я безумно люблю, и как я могу изменить, если я большую часть времени провожу дома. Это было невыносимо, я не знала, что меня можно заподозрить в этом! Это происходило на протяжении двух с половиной часов, и я уверена, что за это время на моей голове прибавилось немало седых волос. За это время я выслушала всевозможные оскорбления в свой адрес! В какой-то момент он поднял на меня руку, но слава богу он вспомнил что если ударит меня, то непременно потеряет свою репутацию и свой имидж. В Италии с этим очень строго и я очень этому благодарна. Теперь каждый день, в то время, когда он должен возвращаться с работы, я каждые пять минут выглядываю в окно, чтобы посмотреть, не идёт ли он, и если идёт, то в каком он состоянии. Не знаю, что будет дальше, но теперь я нахожусь в вечном страхе перед ним, в его присутствии я чувствую небольшой дискомфорт. Не хочу никому рассказывать об этой ситуации, мне кажется, что это стыдно. К тому же не хочется навлекать на Адриано осуждающие взгляды. Надеюсь, что дальше будет легче и лучше.

Летиция Скварчалупи. 15 ноября 1929 года."

Брюсу очень казалось, что отношения Адриано и Летиции идут как синусоид. Они то в хороших отношениях, то в плохих. Если следующая глава дневника будет рассказывать о чём-то хорошем, то предположение Брюса подтвердится.

Брюс был прав, эта глава расскажет о том, что семья Скварчалупи ждёт ребёнка.

"У нас будет ребенок!

Боже мой! Это известие очень обрадовало нас. Это очень неожиданно, но ещё и очень приятно. Недавно я начала чувствовать себя плохо, и решила пойти в больницу, чтобы узнать из-за чего мое самочувствие ухудшилось. Меня очень долго гоняли по разным докторам, и после того, как не один специалист не смог определить, что со мной, меня отправили к гинекологу, и врач сказал, что скорее всего я беременна. Мне назначили ещё один поход к гинекологу, чтобы точно определить беременна ли я. Позавчера я сходила повторно, и доктор подтвердил мою беременность. Мы с Адриано уже перебираем варианты имён как для девочки, так и для мальчика. Если будет мальчик, то он может стать Дженнаро, Леонардо, Витторио. Если будет девочка, то она будет носить имя Лукреция, Франческа, Адриана.

Неизвестно когда мне предстоит родить и какой пол ребенка, все это я узнаю позже. Адриано был очень рад тому, что у него будет ребенок, продолжатель или продолжательница рода. Естественно, Адриано хотел себе сына, потому что он на всю жизнь останется Скварчалупи. Но ему не было особой разницы между сыном и дочкой, главное для него было что ребенок появится. Теперь осталось подготовиться к рождению ребенка.

Летиция Скварчалупи. 23 декабря 1929 года."

Брюс опять немного порадовался за семью Скварчалупи, также он предполагал, что это та самая бабушка Домиано, которая рассказывала ему о отношениях ее родителей.

В последней главе, прочитанной Брюсом, Летиция рассказывает, как они с Адриано встретили новый 1930 год.

"Наступил новый год.

Мы провели его с Адриано, очень хорошо посидели за столом и прошлись по парку, что находится рядом с домом. Было очень много других людей, много парочек. Доктор сказал, что мне полезно ходить на этом этапе беременности, поэтому Адриано каждый день берет меня под руку и ведёт гулять. Потихоньку покупаем все принадлежности для ребенка, уже есть кроватка, коляска и много другого. Если буду перечислять все, это займет много страниц. Надеюсь на то, что 1930 год пройдет для нашей семьи хорошо, не будет никаких разногласий, ребенок родится здоровым. Очень надеюсь, что узнаю об Адриано что-нибудь важное, потому что я до сих пор не знаю о нем многого. Это немного тревожит меня, но это не самое главное в жизни, да и живём мы всего лишь 5 месяцев, знакомы чуть больше 8 месяцев. Может показаться что 5 месяцев – это много, но для брака это только начало.

Летиция Скварчалупи. 5 января 1930 года."

На этом моменте Брюс закончил читать дневник и ему становилось все интереснее и интереснее читать его. Было немного трудно оторваться от чтения, но сон помогал ему с этим и забирал его в свое королевство.

После очередного долгого дня ходьбы и чтения дневника Брюс положил дневник под подушку и перевернулся на бок. Следующие дни обещали быть интересными и наполненными эмоциями, но какими именно эмоциями они будут наполнены никто не знал…

Глава 7.Сны не всегда приносят удовольствие… Часть 1.

Но перед тем, как Брюс заснул даже несмотря на то, что он правда хотел спать, на него нахлынули очень редкие и такие нежеланные воспоминания. Из уютной и мягкой кровати Брюс мысленно переместился в свое детское путешествие, а именно в тот период, когда ему едва исполнилось одиннадцать лет.

Через несколько дней после одиннадцатого дня рождения Брюс и его старший брат Джек, которого он называл Джеки, вытащил его в интересное путешествие. Джеки сказал Брюсу что в честь его дня рождения они пойдут на ближайшее к их дому озеро и немного поплавают в нем. Брюс был очень доволен таким раскладом и уже начал собирать все нужные вещи. Вытряхнув из своего портфеля уже не нужные учебники, Брюс начал класть туда полотенца, плавки, бутылки с водой и некоторые продукты чтобы они с братом могли хоть чем-то подкрепиться после заплывов. Заметив, что дети куда-то активно собираются родители решили поинтересоваться тес куда же они собираются.

– А куда это вы собрались? – спросила мама Брюса и Джеки, облокачиваясь на дверной короб, скрестив руки на груди.

– Мы с Брюси идем в великий поход, чтобы совершить бесконечный заплыв в честь дня рождения моего дорогого братца. И никто не остановит нашего захвата ближайшего пляжа. – говорил Джек, положив свою ладонь на мои волосы и немного потрясывая их.

– Ты хоть знаешь куда вам идти-то надо? Ты наверное и не был там ни разу. – говорила мама, улыбаясь из-за речи Джеки.

– Да я там уже больше 5 раз был так что все будет под контролем. Заодно посмотрю, чему вы там научили Брюси в плавательном искусстве пока я лежал дома со сломанной ногой. – встав в стойку, в которой было сконцентрировано вся возможная важность человека, сказал Джек.

– А когда это ты там успел побывать? Впервые об этом слышу. – вопросительно смотрела мама.

– А это военная тайна которую могут знать только мы с Брюси. – с еще большей важностью говорил Джек, обнимая меня за плечо.

– Ну ладно, даю вам на ваш поход примерно три часа. Думаю, что вам этого вполне хватит. – хитро сказала мама.

– Ну значит мы пошли, вернемся скоро. – сказав это, Джек водрузил свой рюкзак на спину и направился к выходу из дома.

Я последовал его примеру и вышел из дома вслед за ним. Мне было интересно насколько долгий путь нам с Джеки предстоит, но пока что я не решался спросить у него. Сделаю это примерно через полчаса после начала нашего похода, а пока что буду просто смотреть и наслаждаться природой.

Выйдя за пределы нашего района и оказавшись на бескрайних просторах зеленых полей, мы с Джеки начали обсуждать всевозможные темы, которые могли обсуждать братья одиннадцати и четырнадцати лет. Я спрашивал, что они проходят в школе, он спрашивал, кем я хочу стать в будущем, можно сказать, что это были обыкновенные братские разговоры, которые происходили у нас каждый день.

За разговорами мы не заметили, как на горизонте уже начало виднеться то самое озеро, которое и было нашей целью. Мощный поток света солнца лился на озеро сверху, освещая верхушки деревьев, растущих рядом с озером. Водная гладь была испещрена бликами солнца и отражениями растений на поверхности воды. Цвет воды был не совсем обычным и немного отдавал зеленым оттенком.

– Ты не смотри на то, что вода зеленоватая. Я тут купался не пять и даже не десять раз и как видишь я живой. Видишь вон то дерево, которое свесилось прямо над водой. Будем с тобой оттуда в воду прыгать. – расписал наши развлечения на оставшиеся два часа Джеки.

Мы с Джеки шли по проторенной дорожке, которая расходилась на множество маленьких дорог, ведущих в разные стороны: одна вела глубже в поля; вторая направляла на холм, на котором стояла село; а третья, нужная нам, дорожка выводила напрямую к берегу озера. По обочинам всех дорог что мы имели в поле зрения этого поля, росла зеленая подложка из травы. А подложкой она выступала для всевозможных цветов, трав, кустов и даже нескольких деревьев.

Самыми яркими из цветов были желтые лютики, которые сбивались в большие стаи и жили в этих общинах каждое лето. Из-за ветра, который дул нам прямо в лицо, создавалось ощущение того, что своими колыханиями лютики как бы приветствовали нас. Также иногда встречались какие-то, не опознанные мной, кусты с белыми цветами. Они же располагались по одному и на очень далеком друг от друга расстоянии. Какие-то кусты – интроверты, подумал бы я, если знал такое слово.

– Все-таки лето – это лучшая пора, когда все максимально живое, живописное и животворящее. Мне аж петь хочется, смотря на всю эту зеленость. Моя идея сюда пойти, конечно, гениальна. Согласен, Брюси? – оборачиваясь ко мне через плечо, спросил Джек.

– И вправду хорошая идея, мне тут нравится. Тут воздух свежее. Ну или мне просто кажется. – отвечал я.

– Конечно тут чище, а значит и свежее воздух. Сюда машинам никак не добраться, да и заводов тут нет. Только то место, где коней разводят. Не думаю, что это конным заводом называется. Да даже если и называется, то я не считаю это заводом. – говорил Джек, смотря куда-то в сторону горизонта.

– А где находится этот завод или как он там? На лошадей хочу посмотреть. – говорил я с диким желанием посмотреть на лошадей. – Они такие красивые и сильные. Я тоже хочу быть сильным и красивым.

– Ладно, лошадей я тебе сегодня покажу. Но вот про стать сильным и красивым не уверен. Может и станешь, это от тебя зависит. Но красивей и сильней меня ты точно не станешь – говорил Джек широко улыбаясь. – А лошадей мы увидим если ты сможешь подняться на тот холмик. Но смотреть будем издалека, а то еще убьют ненароком, а мне потом перед родителями оправдываться.

– Я справлюсь, тут до холма рукой подать. Так что пошли быстрее, нам еще купаться идти. – возразил я Джеку.

После этого мы начали свое восхождение на холм, за которым по словам Джеки должны быть кони. Склон холма был не очень крутой и поэтому мы взошли на него без особых усилий.

Перед нами как будто из-под земли встал целый мир немного отличающийся от нашего. Перед нами предстало огромное по своим размерам поле, в котором было только пару зданий. Огромное пространство было ограждено таким забором, через который бы не смогла перепрыгнуть лошадь. Он был в высоту примерно, как два Джека, а если быть точнее, то примерно три метра и еще двадцать сантиметров сверху. Через этот забор, на мою большую радость, можно было смотреть так как он состоял из железных труб и туго натянутой между ними проволоки.

За такой “надежной” преградой мы могли увидеть целые стада коней и лошадей, носящихся по своим просторам. И мы не видели ни одного человека, который бы как-то регулировал их передвижения. Это были абсолютно вольные кони, они принадлежали себе и только себе

– Видишь какие они грациозные, какие они красивые. Ты видишь их пышные гривы и хвосты, их сильные ноги и спины. – говорил я Джеки с большим восторгом глядя на лошадей.

И сразу же после того, как я закончил говорить это к нам подъехал пастух. Все-таки он здесь был и лошади оказались не такими свободным как показалось в первые минуты нашего пребывания. И был он очень статным человеком. Сразу было видно, что в одной из своих далеких жизней он был рыцарем. Он просто очень хорошо смотрелся на лошади.

– Мальчики, что вы тут делаете? Сюда посторонним нельзя. – говорил пастух, подъехавший прямо к импровизированному забору.

– А мы шли на озеро на самом деле, но увидели это поле и пришли посмотреть. Брат лошадей любит просто, а как я могу ему отказать в исполнении его желания. – говорил Джек, поглаживая меня по голове.

– Ну хорошо, мальчишки. Можете немного посмотреть, но сделайте так чтобы они вас не заметили. Они не привыкли к посторонним. – произнес пастух, разворачиваясь и начиная отдаляться.

– Все, посмотрели и хватит. У нас все меньше времени пока мы тут прохлаждаемся. Мы уже полчаса как должны прохлаждать по-настоящему, в воде. – сказал Джек, уводя меня от ограды.

Спустившись с холма, мы завернули на дорожку, ведущую к озеру, и шли спокойным шагом, разговаривая о всяком.  До озера было примерно 400 метров и из-за этого мы не смогли поговорить о многом.

– Ты хоть плавать умеешь? А то сейчас придем, а ты просто сидеть будешь и смотреть как я плаваю. Не честно как-то будет. – повернувшись ко мне по ходу движения, спросил Джек.

– Ну да, я же ходил в бассейн два года назад. Меня там научили. Не помнишь что-ли? – отвечал я.

– Ну и славненько. – все также идя спиной ответил Джек. Но как только он начал разворачиваться в направлении нашего хода он запутался в своих ногах и упал из-за этого.

– Ну ты, как всегда, Джеки. Вечно ты неуклюже падаешь, а я тебя поднимаю. – через смех говорил я, подавая руку Джеку.

– Перестань ты. Я всегда сам встаю. Не бери на себя столько заслуг. – поднимаясь на ноги, сказал Джек.

Но как только он стал в более или менее устойчивой позиции он сделал резкое движение, из-за которого я оказался на прежнем месте Джека.

– Да ты сам на ногах-то не стоишь, братец. – хитро смотря на меня говорил Джеки. – Все, пора прекратить валять дурака, тебя получается валяем, и идти уже купаться. Пробежимся до пруда может? – поднимая меня с земли, предлагая эту идею.

Не успев услышать мой ответ, Джек сорвался с места как самый быстрый спорткар в мире. Мне оставалось только последовать его примеру и тоже побежать что есть мощи. Только вот бежать было совсем не удобно, потому что на спине из стороны в сторону гуляет портфель и приходится создавать какое-то сопротивление чтобы не упасть. А Джек оказался умнее меня, все-таки старший брат, ведь он снял портфель и держит его в руках.

Через минуту мы уже стояли, оба загнувшиеся и дышащие как будто только что провели под водой по пять минут. Но в воду мы до сих пор даже пальцами не зашли. Ведь нужно еще разложить все, чтобы наш отдых хотя бы немного походил на культурный…

После того как мы положили на траву специальное покрывало, расставили на нем все наши припасы, мы начали понемногу раздеваться, потому что уже хотелось хотя бы ноги в воду окунуть.

– Не отставай Брюси, я уже полностью готов. Жду только тебя. Полезем на дерево сразу или сначала попробуем водичку? – спросил Джек, уже стоя по колено в воде.

– Давай сначала просто зайдем. Можешь со мной зайти, а то страшновато? – попросил я, подходя к воде.

– Ну хорошо, поухаживаю за своим братишкой. Даже ручку подам. – выходя из воды говорил Джек.

Но как только он дошел до меня, он, резко развернувшись побежал в сторону воды и дойдя где-то до уровня воды, которая была ему по колено, всем своим телом просто упал в воду. Это не была попытка нырнуть или что-то еще. Это был самый простой способ привыкнуть к температуре воды. Из-за такого вода очень сильно брызнула и попала даже в меня несмотря на то, что между мной и Джеком было расстояние в три метра.

Появившись над водой спустя пару секунд, Джек убрал волосы с глаз вытер их от воды как мог и посмотрел в мою сторону. Правда смотрел он только одним глазом, видимо второй не смог достаточно вытереть, чтобы тот открылся.

– Ну и че ты стоишь как вкопанный? Вода просто прекрасная, а ты все стоишь. Давай залезай! Не залезешь сам я подниму тебя на руки и кину в воду сам. Выбор за тобой. – понемногу открывая второй глаз говорил Джек.

Но я решил не просто зайти в воду, а удивить Джека. Я развернулся на месте и строевым шагом направился в сторону того самого дерева, как бы подражая подчинение Джеку. Взобравшись на дерево, на которое взбираться то особо и не надо, просто нужно было запрыгнуть на ствол и дальше можно было просто очень аккуратно идти, я встал на самой крайней ветке, которая была хрупкой, я начал немного раскачивать ее. Тогда я думал, что она может сработать для меня как батут, но природа думала абсолютно иначе.

В один из очередных таких раскачиваний я услышал, как что-то треснуло подо мной. Понимая, что это не приведет меня к чему-то хорошему я решил, что на следующем движении ветки вверх я буду прыгать в воду. Но не успев дойти и до середины ветка все-таки сломалась, и я совершил прыжок надежды: надежды на то, что я не сломаю себе все кости от удара об землю. Полетел я очень криво, часто дергая ногами. В итоге моего полета я упал немного левее Джека и ударился спиной об дно.

– Ну ты прям как тот турок, который пролетел из одной части своего города в другую – заливаюсь смехом и колошматя ладонью по воде выдавливал из себя Джек. – Такого представления я от тебя не ожидал.

Я же в это время встал на ноги держась за спину, потому что удар о дно был довольно болезненным. Я очень грозно посмотрел на Джека и пошел на наше покрывало чтобы просто посидеть и подождать того момента, когда у меня пройдет спина.

– Сильно ударился, Брюси? – соизволил поинтересоваться мой старший братец. – Может тебе не стоило делать такой акробатический трюк? Я-то попросил тебя просто зайти в воду.

– А про то, что ты хотел просто кинуть меня в воду ты уже видимо забыл. Вот я и решил залезть в воду самым быстрым и крутым способом. А ты еще и сравниваешь с каким-то турком. Обидно вообще-то! – с кислой миной на лице томным голосом проговорил я.

– Тогда в качестве извинения я отдаю тебе свою порцию бутербродов. Чтобы залечить твою травму нужно много энергии. А когда покушаешь, там уже и не до боли будет. – виновато говорил Джек. – Я так понимаю, что плавать ты уже не будешь.

– Ну я посмотрю на свое состояние. Мне уже становится получше. Так что шансы есть. – сказал я, пытаясь прогибаться в разные стороны, чтобы понять, насколько сильна боль.

– Говоришь как наша бабушка прям. “Посмотрю на свое состояние” – сказал Джек, передразнивая меня и пытаясь показать пожилого человека.

Следующие пять минут я просто сидел на берегу и наблюдал за тем, как Джек плавает из стороны в сторону. Также я поедал наши бутерброды, но все-таки не стал есть часть Джека. Видя то, как он усердно плавает я понимал, что он захочет восполнить запас своих сил. Поэтому я съел положенные мне три бутерброда и тоже начал двигаться в сторону воды. Ведь нам осталось находится тут примерно сорок минут, а единственный мой визит в воду окончился не совсем хорошо. Да и смотря на то, как плавает Джек я раззадорился.

И дальше началась водная вакханалия: мы плескались друг в друга водой, плавали наперегонки, кидали друг в друга мелкие камни, в общем мы развлекались как могли. Если же мы уставали, то нам приходилось выходить из воды на пару минут после чего непременно возвращались зная, что наше время очень сильно ограничено.

В один из таких заходов Джек остановился перед водой.

– Это наш последний заход поэтому предлагаю сделать его больше чем остальные. Выдержишь такую нагрузку? – сложив руки на груди, спрашивал Джек. – Потом уже окончательно высыхаем и начинаем обратный путь.

– Что за глупые вопросы, конечно, выдержу. Тебе бы самому как-нибудь бы продержаться – пробегая мимо Джека, кричал я. – Так что догоняй, братец.

И все следующие десять минут мы просто занимались всем чем могли чтобы полностью насытиться нашим отдыхом. Хотя это было больше похоже на занятие спортом, потому что я уже чувствовал небольшое потягивание в мышцах икр. А это нам с Джеком еще и обратно идти надо.

Выйдя из воды, я просто упал на покрывало и укрылся своим фиолетовым полотенцем. Как раз полностью хватало его размера чтобы из-под него была видна только моя голова. Джек же просто присел на покрывало и начал тщательно вытираться.

– Слышишь, ты зачем лег? Давай обтирайся, обсыхай и идти уже надо. – стоя прямо надо мной так, чтобы закрывать солнце, говорил Джек.

А я был настолько уставший, что заснул моментально и даже в полудреме не слышал брата. Только почувствовал, как он меня немного подпнул из-за своей неосторожности. Видимо тогда он начал собираться домой и случайно задел меня.

– И вот как теперь мне покрывало забрать? Он же на нем как на самой мягкой кровати лежит. А будить как-то не хочется, пусть отдыхает малой.

Я почувствовал, как Джек забрал у меня одеяло, которым выступало полотенце. После этого он поднял меня и переложил немного поодаль. Наверное, все-таки решил действовать чуть решительнее и собраться. Я спал на тот момент еще не настолько сильно, поэтому и чувствовал все это. Слышал, как Джек вытряхивает покрывало, поэтому выпал из сна еще сильнее. Но не показывал это Джеку, было просто интересно что он будет делать дальше.

А дальше произошло что-то неожиданное для меня. Я лежал на голом песке и почувствовал, как холодные руки Джека подлезли под мои колени, от чего я немного поёжился и по моим ногам пошли мурашки. Вторая рука Джека подлезла под шею, и он начал понемногу поднимать меня. Видимо собирается нести меня весь этот путь на руках. Тогда самое время чтобы поспать.

Проснулся я уже дома в своей кровати, а рядом на другой кровати лежал сам Джек. Я спрыгнул с кровати легким и бесшумным движением и пошел в гостиную, где, наверное, находились родители. Но там оказался только папа.

– Пап, а мы с Джеки когда пришли? Я просто на озере заснул и как-то потерялся во времени. – спросил я, потирая все еще сонные глаза.

– Вы вернулись в семь вечера. Джек принес тебя на руках и сам потом спать завалился. – протирая очки от грязи ответил отец.

– А сколько сейчас времени? Такое чувство у меня есть что уже часов примерно десять вечера. – спросил я, плавно переходя из гостиной на кухню.

– Ты почти угадал. Правда ошибся на час: уже одиннадцать. – следуя за мной пробормотал отец.

– Мама уже спит, да? А то я как-то кушать сильно хочу. Даже наши бутерброды не помогли. – открыв холодильник, проговорил я прямо в него.

– Ну да, спит уже как полчаса. Могу предложить тебе суп или те же бутерброды, но уже с чаем. Так сытнее должно выйти. – говорил отец, встав прямо за мной, чтобы достать все необходимое.

– А ты знаешь сколько Джек нес меня на руках? Это, наверное, сложно. – сказал я, отходя от холодильника и садясь за стол.

– Ну видимо довольно долго, потому что он положил тебя и лег сам. Сразу. Даже не поел или воды не попил – ответил отец, достав все из холодильника и начав приготовление бутербродов. – Так что цени его и скажи спасибо завтра, после школы.

– Конечно скажу. Скажу, что хочу стать таким же как он. – сказал я, принимая бутерброды от папы.

– Давай ешь и тоже ложись спать. Завтра все-таки в школу идти. Я пошел спать. Спокойной ночи. – сказал папа и ушел в спальню.

Я остался есть бутерброды и думать: Джек пронес меня весь обратный путь на руках и из-за этого так устал, что сразу лег спать. А я спокойно сижу на кухне и ем эти вкуснейшие бутерброды. Я обязательно должен буду как-нибудь ему отплатить, банально купить ему шоколадку или что-то что он захочет.

Доев бутерброды и выпив чай практически залпом, я пошел в нашу с Джеком комнату, собрал портфель на завтра и тихо лег на свою кровать. Наши кровати были расположены друг напротив друга, и я смотрел на уставшее лицо моего спящего братца.

– А я же правда хочу стать таким как он. Он всегда хорошо относился ко мне. Сегодняшний пример не исключение, а полное подтверждение этому. Постараюсь стать таким же, а там как пойдет… – подумал я и резко провалился в сон.

Тут Брюс немного пришел в себя, в двадцатилетнего себя. Он понимал к чему его приведут эти воспоминания и решил, что пока что он не намерен вспоминать всю историю брата. Но и неизбежность последующих воспоминаний он понимал. Всегда, когда они начинались они продолжались до самого конца. И поэтому Брюс последовал себе из своих воспоминаний и поспать. Путь никто не отменял.

Встав на следующее утро примерно в одиннадцать часов, Брюс забрал свои вещи из шкафчика, получив очередную порцию еды, Брюс опять двинулся в дорогу. Сегодня в его планах было пройти не так много километров, как в прошлые пять дней, потому что эти дни давали о себе знать в виде боли в ногах. Он хотел пройти примерно 30-35 километров и прочитать еще пару страниц дневника. Выйдя из станции и ступив на уже привычную дорогу Брюс все-таки, вернулся к воспоминанию о своем брате. А что еще можно делать во время того, как ты куда очень долго направляешься. Конечно же придаваться воспоминаниям, так и время быстрее пойдет и память освежишь.

Глава 7.Сны не всегда приносят удовольствие… Часть 2.

На этот раз воспоминание было ближе к кульминации всего цикла намечающихся воспоминаний. Мне было уже четырнадцать лет, соответственно Джеку было уже полных семнадцать лет. Я заканчивал восьмой класс, а Джек заканчивал первый курс колледжа и параллельно подрабатывал в какой-то мелкой конторке. Но почему-то никому из семьи не говорил, где именно он работает. Все в семье думали, что таковы условия работы и особо не поднимали эту тему.

Но в один день Джек вернулся домой очень поздно, я был тому свидетелем, все-таки живем в одной комнате. Да и я в тот день не спал, потому что было страшновато за брата. Джек пришел и очень тихо и медленно зашел в нашу комнату, не хотел разбудить меня и родителей. Но как можно было разбудить меня, если я не сплю. Но подавать признаки этого я не хотел. Джек был очень взволнован и немного нервозен. Все его движения были резкими, но и в тоже время какими-то путанными. Я не понимал, что происходит и изо всех сил пытался сделать вид того, что я сплю, благо в темноте было сложно понять, что за тобой наблюдают. Вот и Джек не смог. Правда пару раз он озирался на меня, видимо чувствовал мой взгляд на себе.

Я увидел, как Джек достал два предмета, которые я не смог рассмотреть, и положил их в свою прикроватную тумбу. Один из предметов уложился в тумбу абсолютно бесшумно, а вот второй немного звякнул, из-за чего Джек снова обернулся на меня. Видимо хотел убедиться в том, что я не проснулся от этого звука. Именно в этот момент я отвернулся от Джека. Я думал, что это будет выглядеть так как будто я во сне отвернулся от шума, мешающего моему сну.

Во время этого я услышал, как Джек сказал еле слышимым шепотом:

– Прости, брат.

Было приятно что Джек заботиться обо мне, но его поведение было странным и настораживало меня. Но я решил не спрашивать у Брюса что произошло. Наверное, это что-то личное или на работе что-то случилось. Просто надеюсь, что все наладится.

Но надежды не всегда исполняются даже наполовину. Я замечал, как мой брат становится все апатичнее и нервнее. Каждый день, когда ему нужно было на работу и на пары, он приходил после всего этого разнообразия нервотрепки, садился на кровать и просто слушал музыку смотря куда-то в пространство. Мне становилось страшно, потому что в это время я сидел у себя в комнате и делал домашнее задание.

Мне вообще было обидно за брата и вообще вся эта ситуация не воодушевляла. Раньше мы с Джеком общались так много и так часто, а теперь перекидываемся парой словечек, и то изредка. Раньше я так хотел быть похожим на брата, теперь эта установка пропала. Джек теперь всегда уставший, раздраженный.

Родители все еще пытались узнать у Джека, где тот работает, но он так и не раскололся. После очередного такого разговора у отца закончилось терпение, и он решил перейти от пустых разговоров хоть к каким-то действиям.

Однажды, после того как я пришел после школы домой, отец зашел к нам в комнату во время того, как переодевался и поспешно остановил меня.

– Ты не торопись переодеваться, есть для тебя поручение. Ты видел в каком состоянии твой брат и знаешь, что его работа – это какой-то секрет вселенских масштабов. Через двадцать минут он должен прийти с пар и сразу пойти на работу. Ты выйдешь сразу за ним под предлогом того, что идешь гулять с друзьями. Но на самом деле ты пойдешь за ним и посмотришь куда он ходит на работу. – приказал отец.

– Пап, может это сделаю не я. Я не хочу вмешиваться в дела брата, а тем более следить за ним. Наверное, если у него есть повод для того чтобы что-то скрывать, то не стоит его пытать и тем более следить за ним. – начал отнекиваться я.

Я правда не хотел следить за братом, он всегда за меня заступался и прикрывал меня от родителей, даже иногда брал мою вину на себя. Я хотел отплатить ему тем же и видимо сейчас самое время.

– Ты просто не понимаешь того, что я хочу этого для его же блага. Нам с мамой очень страшно за твоего брата и вчера мы решили что надо предпринять какие-то действия. Единственное что мы смогли придумать это послать тебя на “разведку”. – пояснил отец, смотря на меня с нотками просьбы.

– Получается, выбора у меня изначально не было. Мог бы просто мне приказать тогда. К чему был весь этот спектакль. – недовольно сказал я. – Если вы не доверяете Джеку, то это не значит что я с вами за одно.

– Потом ты увидишь что это будет полезно для Джека. Если у него есть проблемы, то мы с мамой сделаем все чтобы помочь ему с ними справиться. А ты сделаешь первый шаг к этому. Так что подумай до того времени как Джек вернется домой, если нет то придумаем другой способ. – сказал отец, разворачиваясь и медленно выходя из комнаты.

– Стой, я согласен. Если это сможет помочь брату, то я согласен. – сказал я, смотря в удаляющуюся спину отца.

Обернувшись, он посмотрел на меня благодарными глазами и пошел дальше.

А вдруг у Джеки правда есть какие-то проблемы о которых он не может рассказать родителям боясь того что они осудят его. Может я правда смогу стать полезным и для него и для родителей.

После того как отец ушел из комнаты, я начал ждать того момента когда вернется Джек. Я просто лег на кровать и начал смотреть в потолок. Время начало бежать как будто марафонец. Где-то через двадцать минут я услышал как кто-то открыл дверь и сразу после услышал как Джек поздоровался с родителями.

Уже через несколько секунд он был на пороге нашей комнаты.

– Ну и что ты тут разлегся? О чем задумался? – сбрасывая портфель поинтересовался Джек.

– А я вспоминаю что нам на завтра задали. Никак не могу вспомнить. Видимо придется спросить у одноклассников когда мы пойдем гулять. – спокойно отвечал я.

– Гулять собрался. Ну молодец. А я вот опять на работу собираюсь. Если честно уже устал немного, но раз уж я начал, то деться от этого некуда. – переодеваясь в более подобающую одежду, говорил Джек.

Я тоже начал одеваться под видом того что уже собираюсь идти гулять. Когда я закончил сборы Джек уже вышел из дома и двинулся на свою работу. Я выскочил из дома буквально через десять секунд и между мной и Джеком получилось расстояние примерно в пятьдесят метров, что было вполне комфортно и шанс того что он меня заметит был мал.

Я тоже начал одеваться под видом того, что уже собираюсь идти гулять. Когда я закончил сборы Джек уже вышел из дома и двинулся на свою работу. Я выскочил из дома буквально через десять секунд и между мной и Джеком получилось расстояние примерно в двадцать метров, что было вполне комфортно и шанс того, что он меня заметит был мал.

Мы двигались по улицам которые были мне не знакомы, но мне и не нужно было их знание, ведь я шел просто следом за Джеком. Широкие улицы сменялись узкими, длинные – короткими. Я прятался за всем чем можно было: за стоящими машинами, за деревьями, за кустами. Каждый раз когда Джек оборачивался в мою сторону я вжимался в ближайшее препятствие. Я переставал дышать, я на пару секунд отключал свое сердце, я врастал в мое укрытие и переставал существовать, чтобы никакой звук или шорох не мог меня выдать.

Мы шли примерно пятнадцать минут и за это время я даже выучил некоторые повадки брата. Например, я заметил что когда он носит портфель на одном плече, он немного придерживает его снизу той же рукой на которой портфель висит. Но это было сейчас не особо важно, а важно было то, что Джек в очередной раз остановился и оглянулся по сторонам, после чего он зашел в какой-то гараж.

Я же остался стоять за какой-то старой серой машиной через стекла которой я смотрел в сторону того гаража, где только что скрылся мой брат. Значит Джек работает тут?

Я оглянулся вокруг себя. Я находился в каком-то спально-гаражном районе нашего города. А все потому что на одной стороне долгой дороги были расположены дома, а на второй стороне только гаражи. И эта компоновка района продолжалась на протяжении всей дороги, ну или по крайней мере того ее участка что я вижу сейчас.

Я решил вернуться домой и рассказать родителям то немногое что я смог узнать. Благо мы всегда шли по улицам не сворачивая никуда и мне стоит лишь развернуться и пойти обратно. Обратный путь занял меньше времени, так как я не был скован слежкой.

Придя домой, я заметил что на кухне меня уже поджидали родители, как будто они были моими боссами, а я шпионов в каком-нибудь забористом шпионском фильме. Я выложил им всю информацию и папа начал строить свои догадки, самые банальные, но уже хоть что-то мы могли распознать. И этой самой банальной догадкой была мысль о том, что Джек работает автомехаником. Но она немного разбивалась о то, что Джек никогда не интересовался и не разбирался в машинах.

Дальнейшую работу на себя решил взять папа и в один из своих выходных решил тоже проследить за Джеком. После полного доклада я ушел в свою комнату и решил посмотреть что же Джек положил в свою тумбу в ту ночь, когда он пришел поздно.

Открыв верхнее отделение тумбочки я увидел то, о чем бы никогда не подумал… Это был пистолет…

Глава 8. Возращение к воспоминаниям.

В станции было очень мало человек и ничего не могло помешать Брюсу и его познанию жизни в тридцатых годах прошлого века. Он достал из своего рюкзака обычный дневник для записей формата А3 с обложками ярко-бордового цвета. Обычно такие дневники бывают довольно мягкими и держатся на кольцах, но этот был что-то на подобии книжки.

"Мой муж попал в больницу.

Сегодня до меня дошла информация о том, что Адриано попал в больницу с пулевым ранением в левое плечо. Он все еще мне не понятен, не понятна его работа. Где же нужно работать чтобы получить ранение? Я хочу поставить его перед выбором: либо он рассказывает кем он работает, либо я уйду от него даже несмотря на то, что я беременна и ношу его ребенка. Но сделать это я собираюсь после того, как Адриано выйдет из больницы, дам ему залечить рану. Возможно, сделаю это даже после того, как рожу ребенка, мне нельзя сейчас сильно волноваться. Пока что я поеду в больницу и привезу Адриано все что надо, ведь ему предстоит перенести операцию по извлечению пули из плеча. Родители Адриано начали понимать меня после всех этих инцидентов и питают ко мне больше уважения и понимания. Они тоже не знают, что за работа у их сына и они тоже обеспокоены ее последствиями.

Летиция Скварчалупи. 18 февраля 1930 года."

Брюсу была очень интересна дельнейшая история этой семьи и поэтому он хотел прочитать дневник без отвлечений или раздумий. Но один вопрос все-таки встал из-под груды всех мыслей в голове Брюса. Ему казалось, что после прочтения этого дневника его представление о жизни в прошлом сильно поменяется. Он не знал многого о ней, только то, что показывали в старинных фильмах и сведения оттуда не соотносятся с этим дневником.

"Мой муж оказался членом мафии.

Я не могу в это поверить! Адриано рассказал мне о том как именно он зарабатывает на нашу жизнь. Убийствами, наркотиками и ставками в казино. Он не делает это сам, он руководит всеми этими процессами. Он просил не рассказывать его родителям и держать эту информацию в секрете. Он боится что его враги когда-нибудь доберутся до меня и нашего ребенка. Но клянется что про меня никто не знает: ни его подчиненные, ни тем более его враги и недоброжелатели. Я не знаю что мне делать после получения такой информации. Это такой риск для меня и стократный риск для него. Я не поняла какую конкретно роль он имеет во всем этом, но складывается что он один из главных в мафии. Поэтому он является одной из главных целей врагов. Теперь мне стали понятны все эти ранения и тому подобное. Все это не дает мне покоя. Я начала еще больше высматривать Адриано в окна и как только вижу его, даже вдалеке, бегу до него и вешаюсь на шею. Каждый вечер я благодарю Бога за то что мой муж жив.

Летиция Скварчалупи. 20 марта 1930 года."

В своих догадках Брюс оказался прав, Адриано был членом мафии, причем не обычным бойцом или кем-то таким. Он был одной из важных шишек в одной из самых больших и влиятельных мафий Италии тех времен Cani Italiani. Одни из самых грозных людей в Италии тридцатых годов.

"Адриано опять в больнице.

Адриано опять попал в больницу, но на этот раз все намного хуже. Его подкараулил отряд враждебной ему мафии и полностью его расстрелял. Он выжил чудом и сейчас он в коме. Я почти не отхожу от него. Дома появляюсь только для того, чтобы пропустить ночь и снова пойти к Адриано. Все знакомые говорят мне чтобы я не волновалась так сильно, но этот процесс нельзя просто так взять и остановить. Ведь мой муж находиться где-то между жизнью и смертью, я не могу не волноваться. Во время того как я сидела в палате Адриано к нему приходили другие люди из его клана. Просили прощения. Говорили что обязательно отомстят за своего босса и моего мужа. Мне это не нужно. Я не хочу чтобы где-то в этом городе была такая же мать или жена и она также как я сидела около сына или мужа. Я прогнала их из палаты, хоть они и показались мне заботливыми, но я не могу сейчас видеть кого-либо из людей мужа. Шанс того что он останется прежним после того как выйдет из комы минимальный. Многие внутренние органы повреждены, ноги в ужаснейшем состоянии. Врач говорит что есть возможность того что он больше не сможет ходить самостоятельно. Мне остается только ждать его выздоровления и пробуждения.

Летиция Скварчалупи. 27 апреля 1930 года."

Зато эта часть жизнь мафиози полностью соответствует тому что всегда показывают в фильмах. Перестрелки, разборки, войны на улицах и районах. И все это из-за одного игорного бизнеса или какого-нибудь наркопритона. И все это взамен на сотни жизни как повинных, так и не совсем людей. Жестокое было время. Хорошо что Брюс родился в более цивилизованном и менее агрессивном мире.

"Мы потеряли нашего ребенка.

Все-таки те кто советовал мне не волноваться были правы. Из-за чрезмерного волнения я тоже попала в больницу из-за подозрения на выкидыш. Подозрения оправдались. Я не знаю что я скажу Адриано когда он выйдет из комы, если он из нее выйдет. Врачи дают все меньше и меньше шансов на это. Если это произойдет то это будет просто чудо. Родители Адриано все узнали после того как о происшествии написали в газете. Отец Адриано умер в тот же день. Это происшествие несет в нашей семье одни смерти: Адриано на грани смерти, наш малыш умер внутри меня, отец Адриано умер. Что же будет с самим Адриано когда он обо всем этом узнает? Я не знаю что будет с ним, что будет со мной, будет ли с нами происходить одно и тоже. Но уже сейчас я не могу смотреть на Адриано, я чувствую что я предала его. Я не знаю почему я это чувствую. Наверное из-за того что я не смогла выносить его сына или дочь. Но уходить сейчас по-настоящему подло. В такие моменты я чувствую насколько я бессильна. Я выдержу еще месяц в таком состоянии и мне придется закончить это. Я очень надеюсь что за месяц произойдет то самое чудо…

Летиция Скварчалупи. 14 мая 1930 года."

Все больше и больше Брюс сопереживал Летиции и все больше у него было ощущение того что он смотрит какой-нибудь драматический сериал, настолько все в этом дневнике было плотно. Наверное такое чувство складывается из-за того что Летиция записывает только самые важные свои мысли и между некоторыми записями бывают временные промежутки в полтора месяца.

"Адриано уже ни о чем не узнает.

Скорее всего он уже не выйдет из комы и либо окончательно в ней зачахнет, либо проснется через несколько лет. Первый вариант более реальный, но врачи не исключают и второй. За ним все также будут следить и ухаживать. Я больше не могу находится все время с ним. Я живу так вот уже три месяца и за это время я столько всего пережила. Родители Адриано не говорят мне ничего плохого, хоть я и рассказала им о своих планах. Они предлагают мне пока что позаботится о доме Адриано, ведь ему он особо не нужен. Я больше не буду иметь дела с какими-либо мужчинами, хотя бы так покажу свою верность Адриано. Буду делать вид что я вдова и Адриано так и не вышел из комы и скончался. Никто не должен знать что на самом деле с ним происходит. Я все так же буду ходить к нему, но не просиживать там весь день. Видимо мне придется устраиваться на работу, а я ничего и не умею. Но думаю что как-нибудь выкручусь из этого положения.

Летиция Скварчалупи. 25 июня 1930 года."

На этом моменте Брюс закончил на сегодня чтение дневника и сегодня он продвинулся довольно далеко. Ему осталось еще четыре записи Летиции, которые стали разбросаны по времени намного больше. Например, между предпоследней и самой последней записью зияет промежуток в пять месяцев. Видимо после “смерти” Адриано ничего интересного в жизни Летиции не происходило.

Прочтение этой пачки воспоминаний натолкнули Брюса на некоторые размышления. А именно на размышление о непрадоподобности некоторых фильмов. Практически во всех фильмах, которые показывают жизнь в тот промежуток истории, в которым жили Летиция и Адриано. Всегда показывают отношение мужчин к женщинам и оно значительно отличается от того, что прочитал Брюс. Мужчины всегда показаны уважительными и осторожными со своими женами, будь то член мафиозного клана или же простой человек. Возможно дело в том, что пара Летиция-Адриано не вполне вписывается в ту эпоху. А возможно и то, что фильмы все нарочито сглаживают и делают все происходящее на экране благоугодным и таким как нужно кому-то.

Скорее всего оба варианта правдивы, но то что их пара была чем-то особенным и выбивающимся из общей массы. В каждой эпохе есть что-то такое. Что-то выбивается в хорошую сторону, что-то в плохую. И несмотря на то, какую сторону затрагивает этот процесс, остальные среднестатистические и нормальные люди всегда будут недовольны. Ведь любое отклонение может быть рассмотрено социумом как что-то ненормальное и нездоровое. В некоторых случаях эти отклонения от норм являются ненормальными, а в других просто чем-то непривычным.

Даже ту дорогу на которой сейчас находится Брюс и многие другие люди можно назвать некоторым отклонением от привычной жизни, ведь всем здесь присутствующим пришлось приостановить бег своей привычной жизни. Возможно сейчас где-то перед телевизорами сидят люди и смотря на статистику зарегистрированных на этот путь говорят: “Эти люди совсем с ума посходили. Такая авантюра ударит их под дых после того как они вернутся.” И возможно они будут правы, в какой-то степени, но выход из своей зоны комфорта еще никому не мешал. А даже наоборот помогал разобраться в чем-то.

На все это могут смотреть по-разному, но Брюс давно понял что он пройдет этот путь, хотя бы один раз.

После всех этих раздумий Брюс понял что единственный кто сейчас не спит и решил по-быстрому исправлять эту оплошность. Он спрятал дневник под подушку и перевернулся на левый бок и очень быстро уснул. Даже никакие воспоминания перед сном и во время его не смогли его достичь и побеспокоить его.

На утро следующего дня Брюс съел оставшиеся припасы с прошлого дня, взял себе новые и снова отправился в путь. Сегодня он не делал какой-либо планки по пройденным километрам, он понимал что по пути к нему вернутся воспоминания про брата. Они немного мешают полностью концентрироваться на дороге. Всегда, когда Брюс вспоминает про Джека, он часто выпадал из жизни минимум на три дня. Пока что все повторяется в точности.

Брюс телом шел по дороге, но своей душой и мыслями уже был в своей комнате. Он сидел в ожидании того момента, когда брат вернется домой. Он очень хотел послушать разговор отца и брата. Может хотя бы так он что-то расскажет, когда его поставят перед фактом того, что мы нашли его “инструмент”. Нам очень повезло с тем, что мама ушла из дома по каким-то своим делам и разговор состоится при ее отсутствии.

Джек вернулся примерно в пять часов вечера. Отец дал ему переодеться помыться и поесть и уже потом он начал свой разговор. Они оба сели на диван перед телевизором, а я вышел в коридор и принялся слушать их начинающийся разговор.

– Ну как там твоя работа, Джек? – начал разговор отец.

– В общем-то неплохо, но если быть честным, то я уже немного устал от этого. – на чистоту ответил Джек. – Я думаю, что не продержусь на этой работе долго. Заработаю себе на обучение и уйду.

– А там настолько много платят? – поинтересовался отец.

Видимо он не хотел сразу начинать разговор с острой темы и решил просто поговорить и как-то плавно перейти к гвоздю программы.

– Ну платят прилично, мне нужно поработать там еще где-то два месяца. К тому же мне же снизили стоимость обучения за хорошую успеваемость. – пояснил Джек.

– Это хорошие новости. На какой же работе можно заработать столько денег? Может подскажешь? – начал подводить отец.

– А надо места знать. – попытался уйти от ответа.

– А если серьезно, Джек. Вся семья ломает голову над твоей работой, а ты все не хочешь поделиться. Мы же волнуемся за тебя. Особенно после того, как я нашел в твоей тумбочке пистолет. После таких находок сложно понять кем ты работаешь. –без какого-либо стыда и запинки говорил отец.

– Зачем ты шарился в моей тумбочке, папа? Что ты хотел там найти? – обиженно вопрошал Джек.

– Я нигде не шарился. Твоя тумбочка была немного приоткрыта, видимо ты не плотно закрыл ее перед уходом, и я заметил внутри что-то блестящее. Я даже пальцем не тронул твою тумбу, просто посмотрел что блестит и все. Так что я нигде не шарился. – быстро отвечал отец.

– Если ты думаешь что это мой пистолет, то ты глубоко ошибаешься. Мне дал его друг, чтобы он некоторое время побыл у меня на сохранении. – ответил Джек, поддерживая темп отца.

– А ты знаешь что делали этим пистолетом? Вдруг твой друг убил с его помощью человека и сплавил тебе. Ты небось его голыми руками трогал и оставил на нем отпечатки. – строго отчеканил отец, смотря ровно в глаза Джеку.

– Да никого мой друг не убивал, он просто хочет стать полицейским. А для этого нужна какая-никакая подготовка. Вот он и сделал себе лицензию, купил пистолет и теперь практикуется в тире. Никакого криминала тут нет. – ответил Джек, отводя взгляд в сторону коридора в котором стоял я.

Он не заметил меня только потому что я стоял за стеной и меня было невозможно заметить не пройдя в коридор.

– Ну хорошо, значит этот пистолет никак не связан с твоей работой. А то у меня начались подозрения. Еще и с тем, что ты рассказываешь, у меня все в общем-то сошлось. И все-таки ты можешь ответить: кем ты работаешь? – в последний раз попытался отец.

– Сейчас – нет. Только после того, как я оттуда уволюсь. Когда я устраивался на работу, я обещал никому не говорить о работе. Своих слов я на ветер не бросаю, поэтому не могу рассказать даже вам. Извини. – парировал Джек.

На этом их разговор подошел к концу и я отправился в свою комнату, чтобы сесть за свое домашнее задание. Папа говорил мне, что если он не добьется от Джека ответа в диалоге, то пойдет в тот гараж и узнает что там находится.

Так отец и сделал. На следующий день, он ушел как бы по делам именно после того как Джек вернулся домой с работы. Обещал мне все рассказать, если что-то узнает. На меня он оставил Джека и попросил его как-то отвлечь. У меня всегда был один беспроигрышный вариант: приставка.

Мы сели играть и не заметили как время пролетело мимо нас. Мы играли в разные видеоигры и почти во всех Джек одерживал победы. Мы не заметили как отец вернулся домой и сел за нами, на диван. Когда я обернулся, я заметил что на нем нет лица. Он был очень понурый, грустный и с долей презрения в глазах. Видимо в том гараже он все-таки что-то выяснил.

Если вспоминать сейчас, то тогда он не рассказал мне о том, что он там нашел тогда. Он сделал это чуть позже, когда я стал более взрослым и понимающим. А нашел он там лабораторию, которая производила наркотики.

Тогда в его мыслях все встало на место. Брат всегда был способен в химии, большая зарплата, пистолет в тумбочке. Все соотнеслось как только он зашел в этот гараж. Хорошо что, когда отец зашел в него, в нем никого не было. А то он мог бы не вернуться.

Он не знал что делать и тем более что думать. Вдруг Джек перешел с производства на употребление. Вдруг в какой-то момент за ним придут конкуренты. Могло произойти все что угодно. Это небезопасное и непредсказуемое “ремесло”.

Тогда отец не знал что ему нужно сделать в такой ситуации, но после пары дней раздумий он решил еще раз поговорить с Джеком. В это время я сидел у себя в комнате и буквально краем уха слышал их новый диалог. Я так думал. На самом же деле я притих и остановил свой поток познаний мысленно направленных в тетрадь, чтобы ничего не мешало слушать разговор отца и брата.

– Что нового на работе, Джек? – начал отец.

– Да все по-старому, ничего не меняется. – быстро ответил Джек. – Ничего интересного на моей работе быть не может.

– Ну да, особенно когда ты работаешь в старом гараже в каком-то захудалом районе. – спокойно говорил отец.

– Что? О каком гараже ты говоришь? По-моему ты что-то себе придумал. – с напускным спокойствием говорил Джек.

– Я говорю только то, что видел и знаю. А знаю я почти все: и где находится этот гараж, и что внутри него, и предполагаю что внутри производится. Могу дать тебе только один совет: если ты еще не начал, то не стоит. А если начал, то стоит заканчивать. Я хочу чтобы ты ушел с этой работы, даже несмотря на то, что там платят хорошо. Иди по этой жизни путем обычного человека, такого как я или такого, каким был твой дед. Твой брат смотрит на тебя и вечно твердит о том, что хочет стать таким же. Подумай о том, что будет с ним если он узнает то, что знаю я. – попытался вразумить Джека отец.

– Ты же ничего ему не сказал? – в ужасе спросил Джек.

– Нет, он еще не дорос до того, чтобы знать такое. Прошу от всего сердца и ради Брюса и мамы. Брось это дело и вернись на правильный путь. Я готов тебе помочь, всем чем могу и даже не могу. Это сейчас вообще не важно. – продолжал отец.

На этом их диалог закончился и Джек стал направляться в нашу комнату. Я выпал из оцепенения и продолжил делать уроки, а точнее начал делать вид того, что я их делаю. Войдя в комнату, Джек сел на свою кровать, закинул голову и уставился в потолок. Видимо обдумывал все сказанное отцом.

На тот момент я не знал в чем “заляпался” мой брат и даже не мог представить то, что произойдет на следующий день. Сейчас Брюс прекрасно понимал все что произошло с его братом: он понимал как именно он сошел с правильного пути; что чувствовал после того, как с ним поговорил отец и почему Джек принял решение которое он в итоге принял. Но в одиннадцать лет сложно понять все это.

На следующий день Джек задерживался на своей работе и все в доме начали волноваться и часто посматривать на часы. Прошел уже час с того времени, в которое Джек возвращается. Отец очень сильно насторожился и чтобы хоть как-то отвлечься включил телевизор, чтобы посмотреть новости. Через полчаса отец вскочил как бешеный и начал судорожно и торопливо одеваться. Мама не поняла такой спешки и внезапности.

Отец не стал никому ничего объяснять и сказал что-то в духе “это очень важно, объясню потом” и быстро убежал. Но перед этим он забежал в мою комнату и что-то там проверил. Из-за этого атмосфера в доме стала еще гнетущее. Джек не приходит с работы, папа срочно уходит ничего не объяснив.

Я решил зайти в комнату и увидел открытую тумбу Джека. Она была абсолютно пуста. Ни единой его вещи не было в этой тумбе. Скажу больше. После того, как я огляделся вокруг я понял что ни единой его вещи не было в комнате, а то есть и во всем доме. Это настораживало еще больше. Тогда мы с мамой не знали что задержка Джека и такой скорый уход папы были как-то связаны…