Hajm 490 sahifa
1874 yil
Девяносто третий год
Kitob haqida
Великий французский писатель, поэт и драматург Виктор Гюго (1802–1885) – один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами «Собор Парижской Богоматери», «Отверженные», «Девяносто третий год»; со сцен театров не сходят драмы Гюго «Эрнани», «Мария Тюдор» и другие.
В данном томе публикуется одно из самых значительных, ярких и смелых изображений Великой французской революции – роман «Девяносто третий год». Он состоит из коротких драматических эпизодов, полных захватывающих приключений и неожиданных сюжетных поворотов. На примере гражданской войны в Вандее между частями республиканской армии и отрядами монархических мятежников, поддерживаемыми местными крестьянами, писатель пытается решить общие для любой революции проблемы: как понимать справедливость; что важнее – политические убеждения или общечеловеческие ценности; оправдана ли революционная жестокость; почему возвышенная идея обращается в свою противоположность.
Книга будет очень интересна тем, кто увлекается историей. Историей революций. Да и просто поклонникам великого Виктора Гюго. Много точных описаний. Книга очень кинематографична.
очень хорошо, легко читается. Очень много интересных рассуждений о текущем и происходящим во круг людей того времени и тоже самое происходит и сейчас с нами. Спасибо
Супер произведение! Всем желаю ознакомится! Читается легко, сюжет очень остросюжетную и захватывающий, концовка непредсказуемая!
Из тех книг которые НАДО читать, чтобы потом не орать по поводу нужности революций и переворотов. а вообще мурашки по коже от того как это похоже было на наши революции и перевороты… Классика есть классика. Хотя мне лично периодами читать было немножко тяжеловато)
Книга не очень легко читается, но ток кто ее прочитает поймет разницу межлу долгом и совестью
три самые высокие для человека идеи – человечность, семья, Родина.что значит человечность? Гуманизм?
Шел-то он прямо, но по очень узкой дороге.
Ввиду этого таинственного сочетания благотворных и вредных явлений возникает извечный вопрос истории: «почему?», на что возможен только один ответ: «потому».
– Подождите, – сказал Говэн; он обернулся в сторону Симурдэна, сделал ему остававшейся еще свободной правой рукой прощальный жест и затем дал себя связать. Когда его связали, он сказал палачу: – Извините, еще одну секунду, – и вслед за тем воскликнул: – Да здравствует республика!
Ничто не могло быть быстрее и таинственнее их сношений
Sharhlar, 8 sharhlar8