Kitobni o'qish: «Русская музыка с древнейших времен до середины XX века»

От автора

Русская музыка – одно из удивительных явлений мировой музыкальной культуры, национальная гордость России. По-настоящему ее стали исследовать лишь во второй половине XX века (во всяком случае, древнюю). В дореволюционной России не было учебников по русской музыке, они и не могли появиться, так как последние классики русской музыки творили на рубеже XIX–XX веков. До начала 60-х годов XX века утверждалась мысль, что русская музыка (профессиональная) начинается с творчества М.И. Глинки, а композиторов, живших до него, называли пренебрежительно дилетантами. Создавалось впечатление, что до екатерининских времен (середины XVIII века) не было русской музыки, разве что упоминалось об искусстве скоморохов и языческих праздниках. А русская музыка существовала, музыка великая, высокопрофессиональная, с достаточно древними традициями. Отечественная музыка – бездонная сокровищница русского музыкального гения, проявившего себя в многочисленных жанрах, формах и стилях.

Безусловно, немало сделано для изучения истории русской музыки исследователями, среди которых В.В. Стасов. А.Н. Серов, Г.А. Ка-шин, В.Ф. Одоевский, Н.Ф. Финдейзен, Б.В. Асафьев, Т.Н. Ливанова, Ю.А. Кремлев, М.В. Бражников, В.В. Протопопов. В 1983 году вышел в свет первый том Истории русской музыки (издано 10 томов) под редакцией Ю.В. Келдыша (он же автор первого тома). Приведенный нами список ученых, оставивших труды по русской музыке, далеко не полный. В настоящей работе учтены достижения отечественного музыкознания. Наша задача состоит в том, чтобы представить сам процесс становления и развития отечественной музыки в ее исторической перспективе, связь музыкального искусства прежде всего с историей страны, другими видами искусства, литературы, театром.

Огромное значение, особенно в период древности, для развития русской музыки имели культурные связи Руси с Византией. Западноевропейское музыкальное искусство, появившееся задолго до рождения русского, стояло на более высоком уровне. Однако, учась у византийцев, российские музыканты создали свою культуру, которая долгое время значительно отставала в своем развитии от европейской вследствие различных причин политического и географического характера. В XIX веке (во второй его половине) русская музыка приобрела мировое значение.

В данной работе рассматриваются пути развития русского музыкального искусства с древнейших времен до середины XX века, роль народного творчества, жизненный и творческий путь великих мастеров-профессионалов, созданные ими произведения.

Введение

К памятникам древней русской литературы ученые проявили интерес еще в конце XVIII века, и в настоящее время большая часть их доступна, получила критическую оценку и прокомментирована в ряде научных публикаций.

В капитальных трудах ученых рассмотрены процессы возникновения и история развития древнерусской литературы, ее место, роль и значение для культурной и общественно-политической жизни своего времени, проанализированы характерные особенности ее художественно-образного стиля, языка, метода, жанровой системы. Поиск и исследование образцов древней литературы продолжается с неослабевающей активностью.

Во второй половине XIX столетия стали изучать древнерусское изобразительное искусство и зодчество, результаты этого труда мы видим в книгах ученых-искусствоведов. Благодаря нескольким поколениям исследователей были возрождены и стали всеобщим достоянием многие ценнейшие образцы древнего русского искусства.

Безусловно, есть достижения и в накоплении документальных материалов по древней русской музыке. Однако существует огромное количество неисследованных певческих рукописей, которые ждут своего часа. Вместе с тем требуется изучение процесса развития музыки в Древней Руси с историко-культурной точки зрения, ее места в древнерусской культуре и взаимосвязи с другими видами искусства. Художественная культура Древней Руси синтетична, отдельные ее стороны имели тесную связь между собой и подчинялись единому главенствующему началу. При изучении того или иного вида искусства необходимо обращать внимание на всю систему связей и взаимодействий, которые определяют его содержание, закономерности структуры, место и значение в реальной и культурной жизни. Академик Д.С. Лихачев говорил, что художественное лицо эпохи, объединяющее все искусства, вырисовывается в Древней Руси отчетливее, чем в новое время (Лихачев, 1967).

Исторический период, который принято называть Древней Русью, продолжался более тысячи лет, и его именуют Средними веками. Эпоха Средневековья на Западе следовала за классической древностью и переняла от нее небольшую часть культуры, но в искаженном виде.

Глава 1
Своеобразие развития культуры Древней Руси

Древнейшее Русское государство, центр которого был в Киеве, возникло в середине IX века, но история собственно древнерусского искусства начинается с первой половины XI века, когда Киевская Русь достигла наивысшего расцвета и могущества, а все, что было прежде, следует считать предысторией. В тот период создавались первые дошедшие до нас образцы древней русской литературы, формировались ее основные жанры, возводились архитектурные сооружения, которые украшались изнутри мозаикой и стенной живописью, появлялись профессиональные формы певческого искусства, существовала своя система нотной записи, определенная сумма выработанных норм и принципов мелодического мышления. Художественные традиции Киевской Руси сохранили свою устойчивость.

Важным историческим событием явилось принятие Русью христианства в конце X века, что способствовало укреплению государственного единства Киевской Руси и развитию ее культуры.

Христианство было воспринято Русью, как известно, из Византии, что давало возможность закрепить давние связи славян с Византийской империей. Таким образом, в состав Древней Руси, помимо русских и греков, входили южно-славянские народы: болгары, сербы и отчасти румыны. Несмотря на разные политические интересы общность людей поддерживалась единым вероисповеданием и религиозными традициями. В религиозном и культурном отношении Византия не потеряла своего влияния на Киевскую Русь, имевшую широкие международные связи. И хотя великие киевские князья, чтобы укрепить политические контакты с крупными государствами Западной Европы, прибегали к помощи династических брачных союзов, тем не менее, они стремились уберечь свой народ от проникновения «латинских» обычаев и верований. После окончательного раскола между восточно- и западнохристианской церковью в 1054 году особенно усилилось отрицательное отношение ко всему тому, что связано с католическим вероучением. Тесные и постоянные культурные связи между Древней Русью и Византией осуществлялись на довольно позднем этапе развития самой византийской культуры, когда период ее наивысшего расцвета миновал и наметились признаки застоя, догматизма. «Киевская Русь стала христианской страной лишь в IX–X веках, и ее книжность была связана с письменностью поздней Византии, уже клонившейся к упадку. Сама Византия в то время далеко отошла от античности. Позднее средневековое христианство наложило на нее свой мрачный отпечаток», – писал М.Н. Тихомиров (Тихомиров, 1968).

Культура Руси формировалась под влиянием Византии, но не воспринималась ею подражательно и механически. Соприкасаясь с местными традициями, русская культура видоизменялась, обретала новые черты и сохраняла самобытность. Сфера влияния Византии была ограниченной. В архитектуре и в живописи придерживались византийского стиля, находившего применение в больших городах и монастырских центрах. Вместе с тем собственное искусство существовало в странах, которые были в политической или религиозной зависимости от Византии. Такое искусство называют «народным восточнохристианским». Разные формы восточной культуры и культуры Древней Руси влияли друг на друга.

Несколько иными были отношения Руси с Западом в области культуры. Множество различных культурных влияний на Киевскую Русь было так сильно, потому что «Византия, народы Востока и Кавказа, Западная Европа и Скандинавия кольцом окружали Русь. Персидские ткани, арабское серебро, китайские материи, сирийские изделия, египетская посуда, византийская парча, франкские мечи и т.д. шли на Русь и, конечно служили не только предметами потребления богатых классов русского общества, но и образцами для художественного творчества русских мастеров» (Греков, 1953).

Киевская Русь заимствовала у Востока и у Запада то, что было связано с материальной культурой, бытом, художественным мастерством, но в духовной и мыслительной сфере это оказалось недоступным для нее, так как существовали религиозные, конфессиональные различия, ограничивающие такое общение.

В XI–XII веках интенсивно росли города в странах Западной Европы и на Руси. Купцы и ремесленники Италии, Франции, Германии сумели добиться самостоятельности и вели борьбу с феодальными сеньорами, чего нельзя сказать о торгово-ремесленном населении русских городов, исключением был «вольный» Новгород, который напоминал города-республики Северной Италии или Ганзейского союза.

В странах Западной Европы ранняя городская культура была основой для проявления антифеодальных и антицерковных настроений. Уже в XII веке на Западе стали возникать внецерковные школы и университеты (например, Парижский), которые, как и городские монастыри и кафедральные соборы, были центрами музыкальной культуры позднего Средневековья. Значение таких центров огромно, так как в них формировалась музыкально-теоретическая мысль, создавались новые типы многоголосия, где было больше свободы и гибкости голосоведения в отличие от раннесредневекового органума. В университетской среде широкое распространение получили также светские жанры музыки.

Городская культура оказала влияние на куртуазное рыцарское искусство, зародившееся в конце XI века во Франции, а позднее появившееся в Испании, Германии, Австрии и других европейских государствах. Как известно, французские трубадуры и труверы вышли из городской среды. Они демократизировали образно-поэтический и музыкальный строй этого искусства, внесли в свои произведения черты, которые были близки песенно-танцевальным жанрам народного творчества. В городах организовывали ассоциации и братства, которые продолжали традиции «добрых старых трубадуров» и по-своему переосмысливали их искусство.

Профессиональное искусство в Киевской Руси подчинялось интересам церкви, оставаясь традиционным, а новые формы художественного творчества проявлялись очень медленно и не имели достаточной силы для того, чтобы нарушить устоявшиеся традиции.

После монгольского нашествия были разрушены международные связи Киевской Руси. Это повлекло за собой углубление различий в развитии русской и западно-европейской культур. Юго-Западная Русь отделилась от Северо-Восточной, а со временем образовались три самостоятельных народности: украинская, белорусская и великорусская. После установления татаро-монгольского ига в середине XIII века культура Руси значительно отставала от культуры европейских стран.

Феодальная раздробленность, княжеские усобицы, агрессия со стороны западных государств, которая способствовала обращению народов Восточной Европы в католическую веру, привели к тому, что традиции отечественной культуры Киевского периода стали особенно значимыми. Они нашли отражение в созданных произведениях древнерусской литературы и искусства, в сказаниях и народных песнях.

Образование Русского централизованного государства (в конце XV века) повлекло за собой объединение культур всех русских земель (областей Руси), местных школ и стилей. В XIV–XV веках складывалась великорусская народность, вырабатывались особенности русского языка, тот период отмечен подъемом национального самосознания, отражен в различных видах художественного творчества и, бесспорно, в музыке. В русской художественной культуре конца XIV и начала XV века проявились новые черты, которые позволили ряду ученых говорить о свойственных ей ренессансных или предренессансных направлениях в развитии. Для всего русского искусства указанного периода характерен отход от средневекового аскетизма, интерес к внутреннему душевному миру человека, усилившееся жизнеутверждающее начало.

Но все это не привело к изменению мировоззрения русского народа. Церковь тогда обладала огромной силой воздействия на души своих прихожан.

В русском искусстве существенные изменения произошли лишь в XVII веке. Перемены того времени коснулись экономических, социально-политических и культурных сфер России. В XVII веке значительное место еще занимали произведения на церковно-религиозные темы. И хотя в середине этого же столетия изменилось отношение к музыке, было определено ее место в жизни человека, появились новые формы, жанры и стилевые принципы, подрывающие господство многовековой (более шестисот лет) традиции Средневековья, но решающий перелом произошел на рубеже XVIII века.

Музыка и другие виды художественного творчества в эпоху Средневековья значительно отставали от искусства западно-европейских стран, развивались медленнее, тем не менее, были созданы неповторимые ценности, своеобразные и самобытные.

1.1. Искусства в эпоху Средневековья

Для искусства Средневековья были характерны некоторые общие черты, определяющие его место в жизни, практическое назначение и его идеологические функции.

Искусство Средних веков, наука, философия и мораль должны были укреплять авторитет и власть церкви, способствовать распространению догматов христианского вероучения.

Все средства художественного воздействия объединялись для создания у верующих, находящихся в храме, определенного настроения, направляя их чувства и мысли к божественному. И эта цель достигалась при помощи всех видов искусства. «Церковные здания, мозаики, росписи, иконы, утварь, облачения священников, обряды таинств, песнопения, литургические тексты – все эти элементы входили в состав культа, являвшегося грандиозным художественным ансамблем, задача которого сводилась к тому, чтобы одновременно давать эстетическое наслаждение и возносить душу верующих к небесам» (Лазарев, 1970).

В Средние века церкви принадлежало просвещение и образование, она одна обладала музыкальной письменностью и средствами музыкального обучения. При помощи невм, разновидностью которых являлись русские знамена, записывались только церковные песнопения, позднее ими записывались образцы внекультового пения, но это было редким исключением. Система этого письма была связана с вокальным одноголосием ранней христианской музыки, суть которой заключалась во взаимосвязи напева со словесным текстом. Развитие многоголосия повлекло за собой замену одной системы другой, позволившей точно фиксировать высоту и длительность звуков независимо от слова. Церковное одноголосное пение существовало в России до второй половины XVII века и было единственным видом письменного музыкального искусства.

Средневековое искусство отличалось большой стойкостью традиций. Традиционализм складывался на основе мировоззрения того времени, главным принципом которого была вера в неоспоримость религиозных догм. Все то, что освящено божественным авторитетом, не подвергалось сомнению или критике. Поэтому длительное время существовали одни и те же формы, которые если и развивались, то очень медленно, почти не подвергаясь изменениям; особенно консервативным считается византийское искусство и искусство восточно-христианских стран.

Не следует думать, что жизненный уклад и культура не менялись в Средние века. Эволюционный процесс не прекращался, только его темпы были медленными. Порой возникали разногласия между религиозными течениями и группами. Религиозные споры оказывали влияние и на искусство. Развитие культуры в отдельных странах в силу исторически сложившихся причин шло по-разному, но общие признаки средневекового искусства, проявившиеся в художественной культуре разных народов, все же есть.

Одним из таких признаков выступает слабо выраженное личностное начало. Большинство созданных произведений искусства оставались анонимными, так как не принято было ставить подписи авторов под этими произведениями, или же авторство зашифровывалось. При переписке готовый текст изменяли, сокращали, а если и расширяли путем вставок, то их заимствовали из других источников. Переписчик был своего рода соавтором, придавал тексту свое толкование, вносил комментарии, соединял разные части произведения. Поэтому оно становилось по сути коллективным творчеством, и, чтобы найти первооснову, требуется немало усилий.

Певческое искусство Древней Руси соединяло традиционность и неустойчивость, множество вариантов при неизменности основной структуры. Большинство авторов песнопений неизвестны. Имена некоторых выдающихся мастеров церковного пения стали привлекать внимание лишь со второй половины XVI века. Но количество рукописей с подлинным авторством ничтожно мало.

Средневековый художник мыслил общими представлениями, руководствуясь готовыми формулами и стереотипами, которые переводили из одного произведение в другое. На протяжении многих веков средства художественной выразительности оставались стабильными, а если изменялись, то очень медленно. Для искусства Средних веков была характерна строгая каноничность; как вечны и постоянны истины христианского вероучения, так и их воплощение в искусстве должно быть неизменным. Личностный фактор не играл важной роли.

Наличием устойчивой системы готовых формул, которые изменялись, варьировали, сочетались между собой, оставаясь в основе теми же самыми, определялось своеобразие творческого метода средневекового искусства.

Средневековой писатель, живописец, композитор создавал то, что уже было знакомо и раньше встречалось. Он сознательно применял готовые формулы для того, чтобы вызвать определенные ассоциации и облегчить восприятие того или иного читателю, слушателю или зрителю.

Средневековый композитор пользовался готовыми мелодическими формулами, которые комбинировал, следуя определенным композиционным правилам. Мелодическая формула называлась попевкой, а метод создания мелодии, основанный на соединении и видоизмененном повторении отдельных попевок, именовался вариантно-попевочным. В древнерусском церковном пении и в народной русской песне такой же метод композиции некоторые исследователи склонны были считать специфической чертой национального музыкального мышления. Он не являлся достоянием только одной национальной культуры или группы родственных культур, так как по аналогичному принципу сочинялись византийские мелодии и средневековая западно-европейская монодия (грегорианский хорал), а истоки этих формул восходят к древним азиатским культурам. Искусство средневекового музыканта, вынужденного приспосабливать готовые мелодические формулы к содержанию и поэтической структуре текста, сравнимо с трудом ремесленника.

Изучая художественную культуру Средневековья, нельзя обойти вопрос об отношениях народного и профессионального искусства. В Средние века письменное профессиональное искусство было связано с устной народной традицией намного сильнее, чем в новое время. Тем не менее, существовало немало противоречий, вплоть до открытого антагонизма. Христианская церковь на Западе и на Востоке использовала все средства, чтобы иметь возможность воздействовать на психику человека, а к народным песням, играм и пляскам относилась отрицательно, считая их греховными и мешающими человеку стать верующим и благочестивым. В проповедях священники Средних веков отмечали стремление прихожан к развлечениям и прочили им страшные муки на том свете.

Одной из причин такого отношения к народному искусству была его связь с язычеством, которое существовало среди населения в течение продолжительного времени (после принятия христианства). Пение песен, пляски, игру на инструментах сопоставляли тогда с «идолослужением». Из всех видов светского, внецерковного искусства особенно строго осуждалась музыка. Танцы и пляски вызывали гнев у служителей церкви. Так, например, в поучении Иоанна Златоуста пляшущая женщина сравнивается с Иродиадой, именуется «супругой бесовой», там утверждается, что не только она сама, но и те, кто смотрит на нее, неминуемо попадут в ад. Такое отношение к музыке и пляске объясняется тем, что они были частью языческого обряда. Хотя более терпимыми представлялись в этом отношении другие виды прикладного народного искусства: амулеты, символические фигурки. В Средневековье бесов видели в облике скоморохов, «игрецов», которые искушали человека при помощи песен, плясок и игрой на музыкальных инструментах.

Особая роль принадлежала музыке, при этом строго разграничивалось духовное и светское искусство. Церковная музыка защищала от искушений, а светская служила ареной для демонов. Монахам Киево-Печерского монастыря настоятельно рекомендовалось петь псалмы про себя не только во время молитвы, но и тогда, когда они были заняты каким-нибудь трудом.

Церковью запрещались любые развлечения, хоть они и не были связаны с языческими обрядами, так как все это являлось грехом, отвлекало от молитвы и посещения храма.

Тем не менее народное искусство продолжало жить, развивалось, проникало в различные слои общества. Фольклор захватывал все сферы жизни, восполняя собой отсутствующие тогда письменные формы светского музыкального творчества. Народная песня, искусство исполнителей на музыкальных инструментах обрели популярность не только в среде трудящихся низов, но и в высших слоях общества.

Несмотря на антагонизм между письменным церковным искусством и устным народным творчеством у них были общие черты, которые позволяли влиять одной культуре на другую; это влияние было двухсторонним. Обличая светские песни и пляски, церковь все же многое заимствовала из народного творчества. Оно было источником средневековой культовой музыки (например, происхождение церковного многоголосия). Роль народной музыки очень заметна в выработке основ мажоро-минорной системы, в характерном интонационном строе русского церковного пения, которое со временем отмежевалось от византийских образцов и приобрело свои национально-своеобразные мелодические формы. Но и в русской народной песне сказалось влияние религиозных христианских воззрений и стиля церковного искусства.

Эти взаимовлияния тогда все же не привели к стиранию границ между церковным и народным искусством и ликвидации различий в их направленности. Фольклор и письменное искусство, хотя и сближались частично между собой, были разными системами художественного мышления, каждая из них сохраняла свойственные ей признаки. Черты устного творчества были характерны для церковного пения Древней Руси. Существовавшая знаковая система являлась напоминанием уже знакомых мелодий, которые ранее были выучены на слух. О том, что знаковая система была в византийской церкви, свидетельствует непоследовательность простановки певческих знаков в рукописях (IX–XII веков), нужных как напоминание руководителю хора и солисту, который пел по певческой книге. И хотя певцы знали весь репертуар наизусть, они все же нуждались в руководителе хора. Главный признак фольклора – коллективность. Произведения народного творчества считаются достоянием или всего народа, или какой-то социальной группы. Но это не говорит о том, что нет конкретного создателя и исполнителя этого произведения. Существуют виды народного творчества, которые действительно создавались коллективом, но есть произведения, созданные конкретными людьми, хотя их творения считаются достоянием коллектива. Примером тому могут служить былины, духовные стихи, исторические песни, некоторые виды обрядового фольклора, где требуются особые способности отдельных личностей. А то, что такие формы определяются как коллективные, означает, что тот или иной создатель, исполнитель не отделял себя от народа и мыслил традиционными представлениями, выработанными в процессе постоянного общения с определенным коллективом.

Письменное профессиональное искусство в Средние века было в какой-то степени и коллективным. Например, распевщику требовалось соединить напев с определенным текстом, он не создавал в этой ситуации чего-то нового, а комбинировал и варьировал уже готовые элементы, обращаясь к накопленному запасу существующих формул. В таком методе преобладало всеобщее и типическое над частным и индивидуальным, что приводило к растворению личного в коллективном.

Связь поэтического слова и напева в народной песне и в профессиональном церковно-певческом искусстве имела общие закономерности. Но эта связь была непостоянной. Так один и тот же напев могли соединять с разным текстом и наоборот. Определенные мелодические формулы или типы мелодических оборотов закреплялись за жанрами, а не за конкретными произведениями. Относясь к определенному жанру, попевки переходили из одного сочинения в другое. Один и тот же напев соединяли с текстами, совершенно различными по сюжету и образному строю. Обобщенный характер образов допускал применение одних и тех же типовых оборотов для группы поэтических текстов. Одни и те же традиционные формулы варьировали, что придавало им различную окраску, гибкость ньюансов.

Исполнение народной песни могло быть импровизационным, но певец непременно учитывал существующие правила (связь напева и текста; если меняется напев, то, соответственно, и текст).

Традиции и импровизации очень зависели от жанра. Обрядовая песня консервативна по форме, и в ней меньше возможности для импровизации, чем в лирической. Очень близко к обрядовому фольклору было церковно-певческое искусство. Распевание текста «на подобен» позволяло создавать новый вариант мелодии. Распевщик следовал определенному принципу: напев мог изменяться в зависимости от количества слогов в тексте и от разной расстановки акцентов.

Для средневекового искусства очень характерны традиционность, коллективность, что его отличает от современного художественного творчества.

Конечно, в музыке Древней Руси не было личностей, которые можно сравнивать с такими великими мастерами, как Орландо Лассо, Палестрина, Щютц. Это невозможно, так как музыканты (такого уровня) не могли проявить себя в силу существовавшего уклада жизни и мировоззрения. Но не отдельными личностями следует определять значение древнерусского музыкального искусства, а его целостным характером, в котором отразились сдержанность, суровость, мужественность русского народа.

Мастера русского Средневековья, соблюдая установленные нормы и ограничения, смогли в своем творчестве достичь богатейшей красочности и глубины, а многие образцы того времени являются достижением национального и художественного гения.

1.2. Виды народного творчества в древности

К моменту образования Древнерусского государства народная песня была высокоразвитой и имела важное значение в семейном и общественном быту. Конечно, жанровая система, язык, тематика, стилевые особенности в эпоху Киевской Руси отличались от тех, что появились в конце XVIII – начале XIX века (когда стали собирать песенный фольклор). В песне отражались история, события, связанные с жизнью народа, появлялись не только новые образы и темы, но и виды народного творчества.

Доподлинно известно, что после принятия христианства народ продолжал отмечать языческие праздники, связанные с земледельческим календарем. Эти праздники проходили с песнями, играми, сопровождались обрядовыми действиями (прыгание через огонь в праздник Ивана Купалы или колядование в канун Рождества Христова). Язычество как целостная система верований стало распадаться вследствие распространения христианства. С течением времени смешались две религиозные системы и появилось «двоеверие». Усваивая христианское вероучение, люди не отказывались от привычных для них обычаев. И церковь с XII до XVII века осуждала только исполнение языческих обрядов, которые продолжали существовать независимо от язычества. Утрачивая смысл прямого магического воздействия на силы природы, обряд стал игрой и переходил из религиозно-магической в эстетическую плоскость. Это произошло в конце X–XI веках. Внешние формы обряда не изменились со времен Древней Руси.

До сих пор продолжает существовать исполнение обрядовых песен (например, календарных). Календарно-обрядовые песни исполняются только в определенное время года. Для них характерна особая манера пения: серьезное выражение лица у юношей и скромное, сосредоточенное – у девушек.

Обрядовая песня служила важной составляющей синтетического целого: она исполнялась только хором и дополнялась хороводом, пляской, шествием.

Постоянство форм народного обряда позволяет говорить о том, что напевы обрядовых песен сохранили прежние элементы мелодии, ритма и лада. В народном творчестве каждому жанру соответствовал определенный круг типических приемов художественной выразительности, словесные и мелодические формулы. Различные группы обрядовых песен сочинялись по определенным интонационно-мелодическим формулам. Для каждой группы календарных песен характерно особое интонирование. Как правило, те или иные песни были связаны с праздниками (купальские, троицкие) или с полевыми работами (сенокос, жатва). Основа календарно-обрядовых песен – «интонация возгласа», которая имеет различную выразительную окраску.

В текстах обрядовых песен происходили значительные изменения, появлялись новые мотивы и образы, в которых часто не было ничего общего с первоначальным содержанием. Но изменения не влияли на характер напева самой песни, так как напев представлял собой сложившуюся формулу, закрепленную за определенной группой песен, их функциями и календарной приуроченностью.

География средневековой светской музыки довольно обширна. Учитывая устойчивость и постоянство песенной традиции, фольклористы обнаруживали некоторые песенные типы в различных географических областях, которые когда-то были тесно связаны между собой, но истоки того или иного песенного типа являются общими для всех областей и относятся к периоду их наибольшей близости (История русской музыки, 1983).

Кроме сказанного, следует принимать во внимание такие факторы, как миграция, заимствование, соединение различных этнических элементов или их дробление. Происхождение и эволюция различных видов фольклора зависели от совокупности ряда факторов: этнографического, исторического и культурного. Так, например, Ф.А. Рубцов, изучая напевы песен календарно-обрядового цикла, пришел к выводу, что в наиболее первозданном виде они сохранились в Белоруссии, отдельных областях Украины, Смоленской, Курской, Пензенской и Брянской областях, но сходные черты этих напевов обнаружены частично и в болгарском, сербском, словацком и польском фольклоре (Там же). Это говорит о том, что древнейший пласт народной музыки сформировался еще в эпоху общеславянской песенной культуры.

Помимо календарных обрядовых песен, связанных с земледельческим трудом крестьянства, были и те, которые отражали не менее важное событие в жизни человека: свадьбу. Свадебные песни считают одним из замечательных видов русского фольклора, значительная часть этих песен повествует о горькой доле женщины. Существовали также примыкающие к свадебным лирические песни и «причеты». Сложный обряд крестьянской свадьбы назывался «свадебной игрой» и длился несколько дней.

«Свадебная игра» представляла собой своеобразное театрализованное действо, где кроме молодежных хоров принимали участие приглашенные профессионалы: «плакальщица», «дружка», «сватушка», а в более давние времена – скоморохи. Проведение свадьбы сопровождалось обрядовыми, голосильными, причитальными и завывальными песнями.

Самостоятельной разновидностью бытовой обрядовой поэзии является причет. Кроме свадьбы традиционными «причитаниями» и «заплачками» сопровождались и другие события крестьянской жизни, связанные с каким-то несчастьем (например, проводы рекрута и похороны). «Плачи» и «причеты», появившиеся еще в глубокой древности, исполнялись профессионалками, которых называли «плачеями», «причитальщицами» и «вопленицами».

В русском народном песнетворчестве текст и мелодия неразрывно связаны. Собиратели песен отмечали, что для народного певца текст немыслим без напева, а напев – без текста. Это относится, прежде всего, к древнейшим жанрам: эпическим сказам, старинам, причетам и плачам, в основу которых положены речевые интонации разговорной речи. Напевы же героических былин «киевского цикла» и похоронные причитания в сущности не мелодии в собственном смысле этого слова. Причеты и плачи представляют собой короткую попевку, повторяющуюся многократно и напоминающую (по интонации) взволнованную человеческую речь.

Характерной особенностью напевов «плачей» является интонационная выразительность, концентрированность основных типических оборотов и попевок. Как правило, они непродолжительны, часто совпадают со стихом или полустихом текста.

Речитативный склад свойствен и многим героическим сказам. Былинные напевы «киевского цикла» (большинство) похожи на чуть омузыкаленную речь: их диапазон неширок, а ритм тесно сопряжен с метром текста.

С интонациями человеческой речи связаны многие обрядовые песни. Как в причитаниях и сказах, в старинных обрядовых песнях отсутствует развитая мелодическая основа.

К бытовым жанрам относятся лирические («протяжные»), шуточные, сатирические, плясовые, игровые, хороводные и посиделочные песни. В отличие от эпических песен, исполнявшихся профессионалами, и обрядовых, которые пели по определенному поводу, бытовые песни звучали всегда и повсюду. Главное в них не столько изложение сюжета, сколько выражение различных эмоций: печали, горя, веселья. Бытовые песни были тесно связаны с повседневной трудовой жизнью русского народа, являлись неотъемлемой частью его быта. Среди бытовых песен – шуточных, плясовых, сатирических – есть немало таких, где печальное содержание претворяется в веселой, задорной, подчас насмешливой форме. Значительная часть шуточных бытовых песен связана с хороводным или плясовым движением, с различными играми. Представляют интерес также драматизированные песни-игры, которые напоминают театральное действо, где участники выступают ряжеными и роли заранее разучены. Исполнялись такие песни-игры в праздничные дни: на святочных игрищах и потешниках, на посиделках, во время хороводных забав.

К бытовым песням можно отнести и хороводные, занимающие промежуточное положение между бытовыми и обрядовыми жанрами. В хороводных песнях сосредоточено все многообразие русского песенного фольклора, связанного с движением, пляской, игрой. По содержанию, структуре, стилистическим особенностям эти песни неоднородны: одни примыкают к «сезонным» обрядовым, другие соприкасаются с плясовыми или «скорыми», что объясняется народным обычаем комбинировать медленное хороводное движение с быстрой пляской.

Большая часть обрядовых песен (веснянок, коляд) построена на варьировании коротких попевок, в хороводных песнях пение занимает также важное место, их напевы отличает разнообразие. Русская народная танцевальная музыка неразрывна с песенным началом, но это вовсе не означает, что сама пляска обязательно сопровождается пением. Названия плясовых различных местностей происходят от заголовков текстов. Таковы, например, «Барыня», «Чижик», «Метелица» Псковской губернии или современные «Чебатуха», «Тимоня» Курской области. К бытовым песням также относятся и лирические, которые называли в народе «долгими», «протяжными», «проголосными». Их содержание очень разнообразно. Первое место принадлежит любовным и семейно-бытовым песням. В лирических песнях раскрывается тяжелый труд крестьянства, жизнь рекрутов, солдат, бурлаков и т.д. Основой их поэтического стиля являются образы русской природы. Музыка лирических крестьянских песен отличается исключительной художественностью. Мелодии этих песен намного превосходят музыкальные напевы былин, эпических песен и плачей (исключение составляют свадебные и исторические песни). Очень выразителен музыкальный язык протяжной песни, где нет ненужных длиннот или бессодержательных оборотов. Мелодии протяжных песен отличаются широтой и глубиной. Средствами музыки раскрывается содержание песни и эмоциональное настроение текста. Важное место в искусстве народных певцов занимает импровизация. Талантливый певец по-своему создает новый вариант песни. Для русского народного песнетворчества очень характерны многократная повторность, куплетность, вариационность (мелодическая).

В памятниках поэзии, живописи, летописях сохранились следы эпического народного творчества Древней Руси. Основной круг образов, сюжеты героического и былинного эпоса складывались в период наивысшего расцвета первого Русского государства. Яркие картины придворного княжеского быта, исторические события были запечатлены в былинах, в которых правдиво отражались народные идеалы, бытовые и общественные отношения. Былина содержит в себе три основных элемента: героика, эпичность и песенность. Она является произведением синтетического, словесно-музыкального жанра. В одних былинах преломились образы богатырей: Ильи Муромца, Добрыни Никитича, Алеши Поповича, в других – мечта народа о государственной независимости и единстве, что было актуальным в период феодальной раздробленности на Руси.

Глава 2
Древнерусская музыкальная культура XI–XIII веков

2.1. Музыка в княжеском быту

История свидетельствует об огромной роли музыки в государственной и общественной жизни Киевской Руси. Она являлась неотъемлемой частью в быту князей и дружины, сопровождая веселые пиры и официальные церемонии. В Киевском Софийском соборе находятся картины, где изображено придворное музицирование.

Тесные и разнообразные связи Киевской Руси с Византией в X–XI веках, частые поездки русских людей в Царьград с дипломатическими поручениями были известны представителям дружинной знати. Прием у византийского императора сопровождался органной музыкой. Во время трапезы исполняли гимны в честь императора и его семьи, при этом хвалебные песнопения чередовались с выступлениями танцоров.

После принятия христианства в Киеве при княжеском дворе стали обязательными еженедельные воскресные пиры, на которых бывали не только бояре, но и дружинники, видные горожане, торговцы, ремесленники. Сохранилась летопись (996 год), где указывалось, что князь Владимир Святославич устраивал воскресные пиры с играми, состязаниями, но вместе с тем там обсуждали важнейшие государственные дела. Такие пиры никогда не обходились без музыки и непременного участия певца-гусляра.

Веселые праздничные трапезы получили распространение и среди высших классов древнерусского общества, где порой бывали и духовные лица. Музыка звучала повсюду: в княжеском тереме, в домах богатых горожан, во время отдыха, но если в тереме князя бывало лицо духовного сана, то пение и игра на музыкальных инструментах тотчас же прекращались из уважения к священнослужителю.

Функции музыки в Древней Руси были многогранны. Одной из них являлась организация ратного строя. С помощью музыкальных инструментов собирали войска, шло построение частей, во время боя осуществлялась связь между ними. С участием музыки происходили торжественные государственные церемонии: встреча князей, въезд в город на княжение или заключение мира между враждующими сторонами и т.д.

Одной из разновидностей музыкально-поэтического творчества были княжеские славы. В самых важных случаях – возвращение из похода, возведение на престол нового князя – исполняли в честь «героя дня» хвалебные песнопения, причем всенародно, на больших площадях города. Пением славы приветствовали Всеслава Брячиславича, освобожденного из темницы и посаженного на княжение (1068 год), встречу Александра Невского во Пскове после Ледового побоища, популярного среди городских низов галицкого князя Даниила Романовича (1251 год). Содержание поэтического текста и мелодии в славах были неоднородны. Песенные приветствия зачастую представляли собой церковные песнопения. Пели славу, например, Даниилу Галицкому и Богу, который ему помог. Иногда подобные славления приближались к византийским аккламациям (напевы аккламаций основаны на тех же мелодических формулах, что и византийское литургическое пение). Во время походов или важнейших церемоний народ, дружины исполняли «Кирие элейсон» («Господи, помилуй»). Этот молитвенный возглас стал основой самостоятельного песенного жанра.

Княжеские славы были связаны и с древней традицией народных славлений, элементы которых можно обнаружить в обрядовом фольклоре (колядках), а также в «Слове о полку Игореве» – самом ярком образце этого жанра. Некоторые эпизоды в «Слове» по характеру и строю речи близки к песенной славе (например, отважному Всеволоду, могущественному галицкому Ярославу Осмомыслу).

Многочисленные литературные данные указывают на то, что в Древней Руси существовали две категории певцов-музыкантов, отличавшихся по характеру своего искусства и по положению их в обществе. К одной из них относились скоморохи – певцы, плясуны, актеры, постоянные участники различных бытовых празднеств, связанных с народной жизнью. Многообразное искусство скоморохов – музыка, поэзия, пляска, акробатика, элементы театра – сплеталось воедино. Они, как жонглеры, шпильманы, бродячие музыканты Запада, являлись своего рода продолжателями традиций античных синкретических актеров (мимов) на новой исторической почве. Скоморохи преследовались церковью, были лишены защиты закона, не имели дома, имущества, но их всегда любили различные слои общества. Позднее в Новгородской Руси они приобрели чрезвычайное влияние, и существует предположение, что были осуществлены культурные связи с подобными им западными бродячими музыкантами (История русской музыки, 1983).

К другой категории относятся такие профессионалы, как певцы-рапсоды, представители эпической поэзии, рассказывающие о славных подвигах героев, о легендарных богатырях, о борьбе за Русь с внешними врагами (например, с половцами, а позднее с татаро-монгольским нашествием). По характеру своего искусства и положению в обществе этот тип артиста и музыканта очень отличался от других.

2.2. Музыкальные инструменты

Роль музыкальных инструментов Древней Руси различалась в быту и общественной жизни по их «социальному рангу». Каждый из инструментов применялся в соответствии с существующими традициями. В этом заключалась историческая закономерность, характерная для музыкальных культур многих стран и народов. Отношение современников к музыкальным инструментам зависело от их конкретной функции и принадлежности к той или иной социальной среде. Существовали «высокие» и «низкие» инструменты. Одни снискали уважение и почет во всех слоях общества, а другие порицались и подвергались гонениям. Так, например, христианская церковь отрицательно относилась к инструментальной музыке. Труба, призывающая воинов в поход, противопоставлялась сопели и гуслям, которые «собирают бесстыдных бесов». Трубу же считали привилегированным инструментом, способным укреплять душу, вселять в нее мужество и бесстрашие, прославлять величие земной и небесной власти.

Одним из любимых инструментов древних восточных славян были гусли. Но отношение церкви к ним было разноречивым и непоследовательным. То гусли называли «бесовским сосудом», сопутствующим глумлению, языческим играм, то орудием, способным воспевать божественную мудрость и возносить молитвы к небесам. В псалмах Давида гусли названы инструментом, угодным Богу, вызывающим благоговейный религиозный восторг в душах верующих.

У славянских народов гуслями назывались несколько различных инструментов. Само название «гусли» закрепилось за щипковым инструментом крыловидной или шлемовидной группы.

Гусли отличались друг от друга по форме, по количеству струн и, соответственно, по художественным возможностям. У крыловидных гусель было четыре или пять струн. Шлемовидные, или треугольные, гусли имели не менее десяти струн. О таких гуслях упоминается в «Слове о полку Игореве». Очевидно, что оба типа гусель существовали в ранний период русской музыкальной культуры, но область применения их была различной: богатые по своим возможностям шлемовидные гусли являлись инструментом для музыкантов-профессионалов и певцов-рапсодов, а примитивные крыловидные гусли снискали любовь у широкого круга любителей. Поскольку имелись два различных типа гусель, то и художественные цели их были разными, а также отношение к ним современников.

Термин «гусли» мог относиться как к щипковым, так и к смычковым типам инструментов. Одним из распространенных был древнерусский смычковый инструмент гудок (о нем упоминается в документах XIV–XV веков). Слова «гуденье», «гудебные сосуды» применялись по отношению к самым разнообразным инструментам. Гудок существовал вплоть до XIX века. На его самой высокой струне исполняли мотив песни, а две другие струны служили аккомпанементом.

Еще к одному типу струнных относят домру и балалайку (тамбуровидный тип), состоящие из кузова и шейки. В эпоху монгольского ига на домре играли скоморохи. Позднее, в XVIII веке, домру вытеснила двухструнная балалайка, ее треугольная форма оказалась проще и удобнее для кустарного производства.

К многочисленным и разнообразным народным духовым инструментам относятся рога, трубы, рожки, инструменты флейтового типа (свистящие): дудки, свирели, сиповочки, кувички, а также язычковые (жалейка).

Жалейка – это инструмент кларнетного типа, изготовленный из камыша или дерева и снабженный одиночным бьющим язычком. У пастушеской жалейки иногда бывает раструб из натурального коровьего рога. Жалейка существует одиночная, парная, состоящая из двух трубок с одинаковыми пальцевыми отверстиями, а также двойная – из двух трубок с различно расположенными пальцевыми отверстиями, что дает возможность исполнять двухголосные произведения. Используется жалейка в основном как сольный инструмент, на котором помимо пастушьих наигрышей можно исполнять протяжные и плясовые мелодии. Иногда жалейка сопровождает и хоровой ансамбль, присоединяясь к хору вместе с подголосками после запевалы.

Язычковый инструмент кларнетного типа – волынка, представляющая собой цельный козий или телячий мех с двумя или с тремя трубками. Одна или две из трубок волынки дает басовый тянущийся звук; на трубке с пальцевыми отверстиями играется напев (мелодия).

К иным инструментам флейтового типа принадлежит многоствольная свирель очень древнего происхождения, известная в литературе под названием «флейта Пана», которую обнаружили в 60-х годах XIX века в Курской области. Ее еще называют «кувички». Курские кувички – это набор из пяти (реже трех) тростниковых дудочек, одна короче другой, которые не скреплены между собой. Исполнитель подбирает их по высоте и, держа в руках перед губами, быстро передвигает от одного угла рта к другому, прикрикивая при этом (от таких выкрикиваемых слогов произошло название «кувички»). Кувички используются как сольный, так и как ансамблевый инструмент, особенно распространено сочетание кувичек и дудки.

Среди русских народных амбушюрных (широкомензурные медные инструменты, основными частями которых являются корпус, мундштук и голосовая машинка) инструментов хорошо известны рунообразные виды пастушеских рожков и труб. К этому типу следует отнести натуральные турьи рога, на которых играли древние восточные славяне. Впоследствии, когда вывелась порода туров, рога стали изготавливаться из дерева с сохранением старинной формы. Такие деревянные обвитые снаружи берестой рога можно обнаружить и сейчас в народном быту Севера.

Наряду с использованием в сфере общественного быта Древней Руси (военная музыка) трубы и рога применялись в обрядовых действах.

Из современных амбушюрных инструментов особый интерес представляют пастушеские рожки. Рожки без пальцевых отверстий издают только фанфарные звуки и применяются пастухами для сигналов; рожки более сложного устройства используются как музыкальные инструменты и для соло, и для ансамбля. В последнем случае рожки берутся разной величины (от 30 см до 1 метра): малый рожок, который называется «визгунок», и большой басовый рожок, что вдвое больше первого. Часто в ансамбле соединяют «визгунок» и бас, но нередки и более многочисленные ансамбли.

Особенно любимым массовым музыкальным инструментом является гармонь, которая быстро вошла в обиход народной художественной практики. Из многочисленных разновидностей этого музыкального инструмента особенно распространенной стала так называемая двухрядная гармоника («немецкая», или «венская»). В музыкальном быту значение гармони огромно и как сольного инструмента (уличные наигрыши, музыка для танцев), и как аккомпанирующего. Велика роль гармошечных аккомпанементов и наигрышей в очень популярном жанре – частушке.

Глава 3
Музыкальная культура в период образования единого русского государства (XIV–XVI века)

3.1. Предпосылки развития русской музыки в XIV–XVI веках

Культурное развитие Руси задерживалось в связи с вторжением татаро-монгольских орд в пределы русской земли, но со временем стране удалось оправиться от этого удара, и уже в XIV веке наметились признаки ее возрождения. Они были связаны с преодолением феодальной раздробленности, сплоченностью всех русских земель, направленной на борьбу с монгольским игом. Центром такого объединения стала Москва, и поэтому период русской художественной культуры с XIV по XVI века называют московским.

В 1380 году победа на Куликовом поле под предводительством князя Дмитрия Ивановича вызвала широкий отклик во всех областях Руси, что и способствовало как возвышению Москвы, так и росту авторитета ее князей. Русские земли объединялись вокруг Москвы на протяжении XV века, и к его концу территория единого Русского государства простиралась на севере и востоке до Поморья, Прикамья и Приуралья, а на западе и юге граничила с Прибалтикой, Литвой и Причерноморской степью. В 50-х годах XVI века при Иване Грозном остатки Золотой Орды были ликвидированы.

Объединение русских земель и укрепление экономических связей между ними способствовали образованию русской народности. В XIV веке появились названия «Великая Русь», «Малая Русь», «Белая Русь», которые относились к трем восточно-славянским народам – русскому, украинскому и белорусскому. Каждый из этих народов имел свой язык и культурные традиции.

Значение Москвы как общерусского центра утвердилось не только в политической и хозяйственной жизни, но и в области культуры. Здесь стали концентрироваться все лучшие достижения литературы и искусства, накапливались многие ценности (культурные), созданные во Владимире, Пскове, Новгороде и других городах, чему отчасти способствовали целенаправленные усилия светских и духовных властей.

Уже в XV веке был пересмотрен кодекс библейских книг под наблюдением новгородского архиепископа Геннадия. В XVI веке благодаря Ивану Грозному и его духовному наставнику митрополиту Макарию был создан пантеон русских святых (12-томное собрание житий, расположенных по церковному календарю), монументальный «лицевой» летописный свод, «Степенная книга» о родословной русских церковных и светских владык, начиная от Владимира I Киевского.

Такие мероприятия помогали укреплению основ существующего строя, были направлены на то, чтобы подчинить мышление людей единому авторитарному началу. Осуществлялась борьба с недостатками в области просвещения и культуры, в богослужебной практике она велась во имя не каких-то радикальных реформ, а для восстановления чистоты «древних преданий». Проявление индивидуального свободомыслия подвергалось суровому осуждению и воспринималось как отход от «истинного православия».

Церковная идеология, основанная на неограниченной власти над умами и душами людей, вызывала недовольство в образованных кругах русского общества. Движение оппозиционеров, боровшихся против господствующей системы вероучения, принимало вначале форму «ересей», а с конца XIV до начала XVI века ересь распространилась даже в среде высшего духовенства и боярской знати. XVI век отличало интенсивное развитие социально-политической мысли, появление множества публицистических работ, где рассматривались вопросы общественно-политической и культурной жизни, в том числе и вопросы искусства. Начала осознаваться ценность человеческой личности, возрастал интерес к ее внутреннему миру. Для XVI века характерно укрепление национальных традиций, всякого рода подчеркивание преемственных связей с наследием Киевской Руси. Сложившиеся в этот период формы и жанры сохранили свое значение. Сформировавшийся в Средневековье канон пронизывал все области художественного творчества. Все новое проявлялось «изнутри», в рамках привычного, традиционного, обогащая наследие прошлых эпох, в какой-то мере видоизменяя его.