Kitobni o'qish: «Украина. Мифы и правда истории»

Name: Украина. Мифы и правда истории
Author: Валентин Рунов
ISBN: 978-5-4484-8829-0

Shrift:

Отаке-то було лихо
По всiй Українi!
Гiрше пекла… А за вiщо,
За що люде гинуть?
Того ж батька, такi ж дiти, —
Жити б та брататься.
Нi, не вмiли, не хотiли,
Треба роз’єднаться!
Треба кровi, брата кровi,
Бо заздро, що в брата
Є в коморi i надворi,
I весело в хатi!
«Уб’єм брата! спалим хату!» —
Сказали, i сталось —
Все б, здається; нi, на кару
Сироти остались…».

«И творилось такое
По родным округам…
Хуже ада… За что же люди
Губили друг друга?..
Поглядеть – такие ж люди,
Жить, водить бы дружбу.
Не умели, не хотели —
Разделиться нужно!
Захотели братской крови, —
Потому что у брата
И скотина, и холстина,
И светлая хата.
«Убьем брата, спалим хату!»
И пошла работа.
Ну, убили! А на муки
Остались сироты…

Из поэмы Т.Г. Шевченко «Гайдамаки»

Введение

История современной Украины хотя и достаточно глубокая, но весьма своеобразная. Условно ее необходимо разделять на две части – историю народа, проживающего на землях нынешней Украины и собственно историю Украинского государства. При этом нужно учитывать, что население нынешней Украины практически никогда не являлось единым народом, так как длительное время было разделено границами разных государств. Всячески стремясь слиться с элитными народностями этих государств, этнические украинцы постепенно перенимали их язык, культуру и моральные ценности, непременно теряя при этом свои. В результате на Западной, Центральной и Восточной Украине возникали своеобразные общества людей, лишь частично связанные общими корнями, но по сути своей являющиеся разными. Одни из них были носителями польской культуры, вторые – австро-венгерской, третьи – российской.

Однако основное объединение украинской нации произошло в рамках Российской империи, которая, строя государство не по национальному, а по религиозному принципу, создавало относительно равные условия для проживания и развития всего православного населения. Именно тогда в юго-западных губерниях Российской империи началось развитие проживавших там народов в области экономики, образования, культуры. Но при этом существенное материальное расслоение людей привело к зарождению там антигосударственных и националистических движений.

Огромный вклад в формирование единой украинской нации внес Советский Союз, который смог не только собрать воедино все земли этнических украинцев, но и на их базе создать Украинскую Советскую Социалистическую Республику. Правда, при этом он в рамках этого объединения на основе относительного равенства всех граждан решительно пресекал антигосударственные и националистические движения на Украине. И это при том, что развитие Советской Украины в период Советской власти в области экономики, образования, здравоохранения и культуры не знало аналогов.

Безусловно, история Украины писалась не только в радужных красках. Немало было в ней и «черных» страниц. По разным причинам ее земли подвергались разорениям и гибли люди. В средние века украинские земли служили форпостом Речи Посполитой от набегов турок и крымских татар, затем они стали юго-западным порубежьем Российской империи, в 1941 году первыми приняли на себя удар армий фашистской Германии. В разные времена по землям нынешней Украины «гуляли» орды крымских татар, казацкая вольница, карательные отряды поляков, белые, красные и всякие «зеленые». Дважды на них ступал жесткий сапог немецкого солдата… Украинскому народу пришлось на себе испытать голодомор, оккупацию, раскулачивание, частичное выселение и многое другое.

В 1991 году Украина, имевшая колоссальные материальные и людские ресурсы, обрела государственную независимость и начала строить свое суверенное государство. С тех пор прошло двадцать пять лет, и стало ясно, что заявленного в 1991 году могучего и независимого Украинского государства не получилось. Президент позорно бежал из страны, парламент погряз в местнических склоках, страну поразила коррупция, экономика пришла в упадок, Украина начала терять свои территории, в отдельных областях вспыхнула гражданская война… Большего несчастья для любой страны не бывает.

В то же время подавляющая часть людей, населявших и населяющих современную Украину, всегда были мирными гражданами и честными тружениками, искренне желавшими счастья той стране, на территории которой они проживали. Националистические амбиции всегда им были чужды, хотя время от времени они искусственно разогревались различными силами. Тогда еще недавно мирные украинцы без зазрения совести резали веками проживавших рядом с ними поляков и громили евреев. А в последнее время они ополчились на русских, несмотря на то что долгое время были накрепко связаны с ними родственными и духовными узами.

Идею разорвать братские отношения между Россией и Украиной недруги этих стран и их народов вынашивали давно. Существует убеждение, что такой план первоначально был предложен «железным канцлером» Бисмарком. В качестве доказательства этого используется несколько источников. Так, при своем вступлении на престол Львовского митрополита некий Андрей Шептицкий в своей речи заявил: «Бывший немецкий дипломат в Петербурге, железный канцлер кн. Бисмарк, наиболее удачно оценив украинский вопрос, высказал мысль о необходимости создания независимой Украины для удержания равновесия и мира в Европе. Отторжение Украины было бы тяжелой ампутацией для России» (Добричев В. В тени святого Юра. – М., 1971). Другой автор утверждает, что Бисмарк сказал следующее: «Могущество России может быть подорвано только отделением от нее Украины» (Ульянов Н., Морозов Е. Украинский сепаратизм: идеологические истоки самостийности. М., 2004). Третий от имени Бисмарка приводит следующую фразу: «Для огромного тела Российской империи смертельна лишь одна операция – ампутация Украины» (Шутов А. Постсоветское пространство. М., 1999; Россия в жерновах истории. М., 2008). Четвертый в уста Бисмарка вкладывает более просторную фразу: «Могущество России может быть подорвано только отделением от нее Украины… Необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть все русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Все остальное – дело времени» (Крючков Г. Украина перед судьбоносным выбором. – Харьков: Фолио, 2010).

В то же время известно, что в своих мемуарах «Мысли и воспоминания», вышедших в СССР в 1940—1941 годах, в главе V, рассказывая о немецкой политике времен Крымской войны, Бисмарк упоминает о некой «Партии Еженедельника», возглавляемой Р. фон дер Гольцем и М Бетманом-Гольвегом, которая, по его словам, вела странную двойную игру. Он пишет:

«Я вспоминаю, какими обширными записками обменивались эти господа. Порой они знакомили с содержанием записок и меня, надеясь привлечь на свою сторону. В качестве цели, к которой надлежало стремиться Пруссии, как передовому борцу Европы, там намечалось: расчленение России, отторжение ее остзейских губерний, которые, включая Петербург, должны были отойти к Пруссии и Швеции, отделение всей территории Польской республики в самых обширных ее пределах, раздробление остальной части на Великороссию и Малороссию, хотя и без того едва ли не большинство малороссов оказывалось в пределах максимально расширенной территории Польской республики…

В то время как Гольц и его берлинские сподвижники довольно ловко обделывали свои дела… Бунзен, посланник в Лондоне, имел неосторожность послать в апреле 1854 г. министру Мантейфелю пространную записку, в которой выдвигались требования восстановления Польши, расширения Австрии вплоть до Крыма, возведения эрнестинской линии на саксонский королевский престол и т.п. и в которой рекомендовалось, чтобы Пруссия содействовала осуществлению этой программы. Одновременно Бунзен сообщил в Берлин, что английское правительство не возражает против присоединения приэльбских герцогств к Пруссии, если последняя примкнет к западным державам; в Лондоне же он дал понять, что прусское правительство согласно на это при условии означенной компенсации. Оба эти заявления были сделаны Бунзеном без всяких на то полномочий. Король, когда это дошло до него, нашел, при всей своей любви к Бунзену, что дело зашло уж слишком далеко, и через Мантейфеля приказал Бунзену уйти в долгосрочный отпуск, закончившийся отставкой».

Таким образом, планов отделения Украины от России Бисмарк не строил. Злополучную фразу произнес урожденный граф Роман-Мария-Александр Шептицкий, униатский митрополит Андрей. Но при этом он говорил устами католической церкви, которой не по душе было многовековое единство российского и украинского народов.

Известно, что недругов России и Украины всегда было много. Несмотря, на это их народы почти 350 лет не только жили рядом, но и имели единую историю и очень близкую по духу культуру. История и жизнь русского и украинского народов за это время переплелась настолько, что разделить ее было не только трудно, но и практически невозможно. И в радости и в горе эти народы были всегда вместе, связанные едиными боевыми, трудовыми и семейными узами. И это продолжалось до тех пор, пока вопреки всем этим глубоким историческим узам на первое место начали выдвигаться совершенно другие ценности.

* * *

О другой истории Украины впервые я узнал теперь уже в далеком 1991 году, когда, будучи во Львове, случайно купил только что изданную книгу «История Украины», разработанную авторами И. Крипякевичем, М. Терлецким, П. Исаевым и М. Дольницким. В послесловии к этой книге сказано, что это не что иное, как школьный учебник, по которому учатся дети украинских эмигрантов в странах Северной Америки, прежде всего Канады, где особенно многочисленна украинская диаспора. Но когда я ознакомился с содержанием этого «труда», то не понял, о какой Украине идет речь, так как многие события описывались с совершенно другой позиции, чем та, к которой мы привыкли. Но когда я дал почитать его жителям Центральной и Восточной Украины, то они также заявили, что совершенно не разделяют того, о чем писалось в этом «труде».

В 2001 году в Киеве было издано пособие для старшеклассников и абитуриентов «История Украины», разработанная А. Чайковским и В. Шевченко. В нем уже не было тех острых оценок, которыми было буквально напичкано предыдущее издание, хотя ряд формулировок и выводов также носили явный антироссийский характер.

Тогда на тему истории Украины я попытался поговорить с молодым киевским историком и убедился, что зачастую у нас с ним разные оценки одних и тех же событий, и мне не оставалось ничего другого, как либо признать его правоту, либо поискать истину в научном споре. Правда, был еще и третий путь – махнуть на все рукой и разойтись, оставаясь при своих мнениях. Но выбрать этот путь я не мог по совершенно ясной причине – в память о родителях, других родных людях, которых уже в то время не было на этом свете, но память о которых напрямую была связана с историей Украины.

Сам я родился на Украине в небольшом городе Умани, куда нелегкая офицерская судьбы занесла моего отца вскоре после окончания Великой Отечественной войны. Будучи уроженцем Горьковской области, он начал эту войну в июне 1941 года западнее Тернополя, а закончил в 1944 году после взятия Киева, получив очередное ранение. Среди других его боевых наград есть и медаль «За оборону Киева». Моя мать была коренной украинкой, испытавшей на себе все ужасы войны и фашистской оккупации. Ее отец и мой дед также сражался на фронтах Великой Отечественной войны и был тяжело ранен. Сегодня всех этих людей уже нет в живых, а их могилы находятся на Украине. Мне только остается, приезжая в те края, низко кланяться этим надгробиям.

Первые три десятилетия моей жизни также были тесно связаны с Украиной. В Умани я окончил украинскую среднюю школу, затем – Киевское общевойсковое командное училище. С 1972 по 1979 годы служил в Закарпатье, в Хмельницком. Неоднократно бывал в Львовской, Ровенской, Тернопольской, Ивано-Франковской, Винницкой, Одесской областях.

В те и в последующие годы, стремясь повидаться с родными людьми и милыми сердцу местами, я ежегодно на весь отпуск приезжал в Умань, встречался и разговаривал со многими людьми. Именно на Украине я был в августе 1991 года, нанесшем сокрушительный удар по Советскому Союзу. В сентябре того года, когда еще соблюдалась видимость целостности Вооруженных Сил СССР, я на несколько недель был направлен в командировку в родное Киевское училище, а также несколько дней провел во Львове. Тогда практически все украинцы даже не предполагали, что вскоре развалиться Советский Союз и мы окажемся гражданами разных государств. Правда, националистическая агитация уже делала свое дело, и мне не раз приходилось слышать о том, что Украина долгие годы безвозмездно кормила неблагодарную Россию.

После образования самостоятельного Украинского государства я ежегодно продолжал в отпуск ездить туда, наблюдая постепенные перемены в настроении украинского общества в сторону усиления его национализма. Кроме того, в начале 2000-х годов, уже как историку в процессе работы над книгой краеведческого характера, мне довелось много работать в Луганской, неоднократно бывать в Донецкой и Днепропетровской областях. И там, к большому моему сожалению, нередко были слышны слова о превосходстве украинской нации над другими, несмотря на то что многие жители этих областей либо в свое время работали на территории Российской Федерации, либо постоянно выезжали туда на заработки.

На Украину я приезжал не только как посторонний наблюдатель. Я любил этот край, интересовался его историей. Содержанием моих поездок всегда были знакомство с историческими архивами, публикациями украинских авторов, многочисленные встречи, фотосъемки… Результатом этой работы стали книги «Новопсков и его окрестности», «Правда об уманском побоище» и «Удар по Украине». Были и другие большие планы… но вот грянул 2014 год…

В феврале я, как и многие другие украинцы, проживавшие на территории Российской Федерации, искренне радовался победе украинского народа над коррупированной властью Януковича. Но вскоре сильно начало смущать поведение Майдана, в котором явно были видны чья-то направляющая рука и влияние огромных деньг. А затем начались события, о которых иначе как с ужасом и болью в душе говорить не приходится…

Я начал работу над данной книгой не потому, что мне захотелось принизить одну сторону и возвеличить другую, ведь, говоря об Украине и России, я всегда подразумеваю своих отца и мать, перед памятью которых я преклоняюсь. К этой работе меня подталкивали совсем другие мысли, и главная из них заключалась в том, какими будут отношения между нашими детьми и внуками, на какой истории они будут строиться и каким богам они будут молиться? Безусловно, ответ на этот вопрос со временем они дадут сами. Но сегодня, когда крайне сложно разобраться в огромном количестве информации и различных звявлений. Мне очень бы хотелось, чтобы во взглядах на историю Украины господствовали не сиюминутные вымыслы политиков и послушных им историков, а учитывались исторические факты, дотошно исследованные нашими предками и подтвержденные архивными материалами.

Глава 1
Преданья старины глубокой

У истоков

«…На рубеже II и I тыс. до н.э. (VII—IX тыс. украинского национального летоисчисления) славяне Восточной Европы спонтанно-добровольно переименовали себя УКРАИНЦАМИ (выделено мной. – Авт.). И это название нации не изменилось до наших дней. Нация гордо несла свое историческое родное название «украинцы» через тысячелетия… Соответственно и свою землю они начали называть УКРАИНА.

Предками украинцев были ираноязычные кочевники-ишкузцы, которых московские историки назвали «скифами», что исторически неправильно, потому что такой народности, как «скифы», вообще никогда не существовало. Ее придумали московтюркцы. Этим они умышленно сфальсифицировали историю нашей нации для того, чтобы, заселив ее несуществующими «скифами», отодвинуть с родной земли». (Галаганец Н. Происхождение и жизнь украинской нации с древнейших времен до XI века. Тернополь, 2005. С. 24—25).

«Первые люди на территории Украины появились еще в середине ледникового периода (палеолит, примерно 1 млн лет – 10 тыс. лет до н.э.). В те времена Украина была одним из трех имевшихся в Европе центров так называемой ориньякской культуры.

В районе села Триполье неподалеку от Киева найдены следы так называемой трипольской культуры. Именно жители этой культуры создали основы украинского народа и стали основой для образования всех славянских народов, кроме россиян, потому что эта раса не зашла на территорию Московщины. Московские земли заняли финские племена, вероятно, монгольского происхождения. Но некоторые славянские племена, а именно, кривичи и вятичи, придя на те земли, завоевали финские племена и смешались с ними… Разница между украинским и московским народами уже в те ранние времена была не только в расовом отношении, но и в культуре» (История Украины. Львов.: Феникс, 1991. – С. 4—6).

В IX. до н.э. в южных украинских степях появились племена камерийцев, которые выходцами из Поволжья и населяли междуречье Дона и Днестра. В VI в. до н.э. произошла частичная ассимиляция камерийцев с ираноговорящими кочевыми племенами скифов, которые осели в Причерномоских степях и образовали там большое государство Скифию… В III столетье до н.э. в украинские степи пришли готы и сарматы (Чайковский А., Шевченко В. История Украины. Пособие для старшеклассников и абитуриентов. Киев.: «А.С.К», 2001. – С. 4—12).

* * *

Из этих выдержек, прописанных в украинских учебниках, хорошо видно, что современные украинские историки, всячески стремятся обосновать многотысячелетнюю историю украинского народа, сделав его едва ли не самым древним народом современной Европы.

Но, по мнению других ученых-историков, в своих теориях опирающихся на многолетние исследования своих предшественников, выходит, что приход славян в районы Среднего Приднепровья и Приднестровья приходится на период IV—VI вв. новой эры после ухода оттуда готов. При этом они согласны с тем, что первые очаги славянской культуры там начали появляться значительно раньше. Об этом говорят остатки поселений славян, обнаруженные в Черновицкой области. Большая группа раннесредневековых славянских памятников на пространстве от Днепра до Одера относится к VI веку, что и дает основание говорить об образовании этой территориальной народности. В частности, по свидетельству арабского автора Аль Масуди (X век) в VII—VIII вв. в Приднестровье было создано крупное племенное объединение под предводительством князя волынян Маджака, которому подчинялись многие другие славянские племена и которое нужно считать зачатком восточнославянской государственности (Пастернак Я. Ранние славяне в исторических, археологических и лингвистических исследованиях. Нью-Йорк, 1975. С. 87—89; Ключевский В.О. Курс русской истории. Т. 1. С. 122—124).

С этим соглашаются и некоторые современные украинские историки. Так, А.Д. Бойко пишет: «Тысячелетняя история античной цивилизации в Северном Причерноморье имела чрезвычайно серьезные последствия. Во-первых, в процессе колонизации в местную среду было перенесено полисное демократическое устройство, что способствовало становлению госурствообразующей традиции на территории современной Украины» (Бойко А.Д. История Украины. Киев, 2007. С. 31).

Но что касается образования украинской нации, то в этом вопросе нужно быть намного осторожнее. Говоря о предыстории Украины, нужно, прежде всего, иметь в виду не образование там нации, а тем более какой-либо государственности, а заселение людьми территории нынешней Украины. На основании проведенных исследований ученные предполагают, в период раннего неолита (до 150 тысяч лет тому назад) первые люди (архантропы) пришли на территорию Украины с Ближнего Востока через Балканы и Центральную Европу. Эта миграция продолжалась несколько тысячелетий. Остатки стоянок древних людей этого периода (всего около 30) были обнаружены возле села Королева в Закарпатье, в городе Амвросеевка на Донбассе, в Хмельницкой области и еще в ряде мест.

Во времена среднего палеолита (150—35 тысяч лет тому назад) в связи с сильным похолоданием (ледниковый период) значительная часть территории нынешней Украины оказалась под толстым ледовым панцирем. Его южная граница проходила примерно по линии современных городов Львов, Ковель, Житомир, Кременчуг, Сумы. Несмотря на суровые природные условия, населявшие территорию нынешней Украины люди не только выжили, но и сделали шаг вперед в своем развитии. Они научились изготавливать одежду из шкур убитых животных, под жилье приспособили пещеры, для обогрева и приготовления пищи начали использовать огонь.

В годы позднего неолита (35—11 тысяч лет тому назад) люди, населявшие территорию нынешней Украины, были разделены на две группы. Одна из них, проживавшая в северо-западных районах, в основном занималась охотой на мамонтов, вторая, освоившая юго-восточные районы, практиковалась в охоте на бизонов. К тому времени люди уже покинули пещеры и начали строить свои жилища (землянки) на берегах рек, создавая там небольшие селения.

Во времена мезолита (10—6 тысяч лет тому назад) ледник начал интенсивно таять. В связи с этим на смену таким крупным животным, как мамонт, пришли более мелкие (кабан, волк, лиса) и потребовались новые средства для охоты. У охотников появляются луки и стрелы, люди начали более серьезно заниматься ловлей рыбы, сбором съедобных растений и ягод. На территории Украины насчитывается около 100 известных памятников этого периода.

Затем последовал неолит (VI—IV тысячелетие до новой эры), который характеризовался изготовлением первой посуды из керамики, переходом к постоянному месту жительства, началом земледелия, созданием стад домашних животных и первых средств передвижения (транспорта). Сменившие его энеолит (VI—III тысячелетие до новой эры) стал переходным периодом от эпохи каменных средств производства к металлу (медь). На территории нынешней Украины древние медные рудники обнаружены на Донбассе.

В те далекие времена на территории Южной Украины последовательно проживали скифы (VII—III вв. до н.э.), сарматы (III в. до н.э. – III в. н.э.), готы (III в.), гунны (IV в.), хазары (VII в.). На северном побережье Черного моря обнаружены следы греческих городов-государств (VIII – конец VI в. до д.э.). Но, безусловно, все эти народы едва можно считать предками нынешних украинцев, хотя последние и утверждают это. В частности, в Истории Украины львовского издания 1991 года записано: «Славянский язык был одним из главных между купцами в хазарском государстве». Но означает ли это, что хазары вступали со славянами в родственные отношения, сказать трудно.

Историки Российской академии наук в результате проведенных исследований пришли к убеждению, что на территории лесостепной части нынешней Украины в V—VII вв. существовало две группы славянских древностей: пеньковская культура и Поднепровье, где по письменным источникам жили анты и склавины. Памятники обеих культур смешиваются в междуречье Днестра и Дуная, когда славины и анты начинают свое движение к югу, к границам Византии. В процессе дальнейшего расселения потоки антов и славинов снова разъединяются. Первые устремляются на Балканский полуостров, принося с собой характерные элементы пеньковской культуры, вторые поднимаются вверх по Дунаю и выходят в междуречье Эльбы и Заале, где открыты памятники пражской культуры. Продвигаясь дальше к северо-западу, эта группа славянского населения смешивается с потоком западных славян дзедзицкой группы, двигавшимся в западном направлении по регионам Поморья, становясь основой возникновения суковско-фельдбергской и других западнославянских культур. На основе пражских древностей возникают памятники на правобережье Днепра, а памятники пеньковской культуры входят одними из компонентов в волынцевскую и роменскую культуры Левобережья. Поляне, уличи и тиверцы в VI—VII вв. размещались на стыке обеих вышеназванных культур. Поэтому можно предположить, что именно эти юго-восточные племена составили ту часть населения Киевской Руси, которая в дальнейшем своем развитии образовала своеобразную этнокультурную общность, получившую со временем название «украинцы». (Украинцы. – М.: Наука, 2000. С. 16—17)

Таким образом, имеются только научные предположения в отношении времени и последовательности заселения людьми территории нынешней Украины. О том, в какой степени эти древние люди имеют отношение к нынешним украинцам – сказать трудно. Тем более сложно утверждать что-либо конкретно об образовании там каких-то государств. По-видимому, нужно просто опираться на имеющиеся факты, а точнее – материалы раскопок, которые следует воспринимать не более чем первые следы людей на данной территории, не вдаваясь в проблему о том, откуда пришли эти люди.

Образование украинской нации

«Уже в IV в. новой эры (при энеолите) далекие предки украинцев – анты образовали свое первое политическое объединение племен. Это произошло в результате борьбы антов против готов и в связи с нападением гуннов на готское государство. Археологические раскопки также свидетельствуют, что территория, населенная антами, была примерно такая же, как и территория современной Украины, за исключением ее юго-восточных областей.

Известно, что анты в IV—VI вв. н.э. вели войны с Византией и одержали ряд побед. В результате этого Византия пыталась посольствами и подарками склонить их вождей к военному союзу для борьбы с болгарами. Кроме того, отдельные отряды антов поступали в византийское войско в качестве наемников, а некоторые из них (некий Холбудий) даже становились крупными военачальниками в структуре византийских войск.

В 602 году политическое объединение антских племен распалось. Причина этого была весьма банальной – политическое ослабление союза из-за распрей между вождями антских племен. Также вполне возможно, что под давлением какой-то внешней силы анты оставили причерномоские степи, и переселились в лесо-степную полосу Украины.

Но хотя государственный союз антов и распался, но отдельные их племенные политические объединения продолжали существовать. Более того, для решения отдельных задач они создавали новые политические объединения, которые назывались «Русы». Территориально они находились в районе нынешнего Киева (Кулябы), в районе нынешнего Новгорода над озером Ильмень (Славия) и в районе Галичины и Волыни (Артания).

В средине VII в. в причерноморские степи пришли хазары, основав свою столицу Итиль на нижнем течении Волги. Они покорили и некоторые славянские племена, в том числе вятичей, северян, радимичей и полян, которые были обязаны платить им дань. В последующем князья Аскольд, Дир и Олег освободили эти племена от зависимости хазар и присоединили их к государству Киевская Русь.

Таким образом, как утверждают украинские историки, «Русь», это старое название Украинского государства со столицей в городе Киеве. Когда позже «русским» народом незаконно начали называть себя завоеванные нашими князьями московины, наш народ назвался украинским, а наш край – Украиной» (История Украины. Львов, 1991. С. 12, 15, 16, 24).

* * *

Согласно академической точки зрения процесс образования украинского народа, его выделения из массы славянских племен с местонахождением от Днепра до Карпат, произошел в период феодальной раздробленности государства, которое принято называть Киевская Русь в XII – XIII вв., а завершилось в XIV—XV вв. Складывавшиеся на территории нынешней Украины восточнославянские княжества, практически независимые друг от друга, в то же время были тесно связаны между собой политическими, экономическими, духовными, родственными узами, а также присутствием в названиях этих земель объединяющего слова Русь: Киевская Русь, Северская Русь, Подкарпатская Русь, Червонная Русь, Белая Русь, Черная Русь, Венгерская Русь, Малая Русь. В целом это была Русь, Русская земля, единство которой всегда подчеркивалось в критических ситуациях. Поэтому, выходя на поле боя, сыновья всех этих народов торжественно провозглашали: «За землю русскую!».

Слово «Украина» также начало впервые появляться в XII веке. Оно означало объединение народа определенной местности (окраины) для борьбы со степными кочевниками. Впервые термин «Украина» встречается в Ипатьевской летописи за 1187 год в связи со смертью Переяславского князя Владимира Глебовича – организатора отпора половецкому вторжению (ПСРЛ. 1962. Т. 2. С. 439). В летописи за 1189 год мы находим, что Галицкий князь Ростислав прибыл «к украине и взя два города». В 1213 году в летописях упоминается Волынская Украина и термин «вся Украина», имея в виду земли Червенские и Западную Волынь. В источниках XV—XVI вв. упоминается Украина Руська, в состав которой входили Галиция, Волынь, Подолье, Брацлавщина, Крайна Венгерская, Мукачевская Украина (Стрижак С. Откуда происходит название «Украина»// Наука и суспильство. Киев, 1986. С. 319).

Всеобщее признание термина «Украина» относится лишь к XVII веку. Правда, в то время он существовал наряду с другим официально принятым термином «Малороссия», который утвердился после вхождения Украины в состав Московского государства. Однако некоторые украинские исследователи находят в термине «малороссияне» оттенок пренебрежения Центра к окраине государства (Грушевский М. История Украины-Руси. Т. 1. Киев, 1991. С. 2).

Другие исследователи трактуют термин «Украина» как происходящее от населявших их антов – жителей пограничья двух миров – степных кочевников и славян, которые проживали на территории нынешней Украины в VI веке. При этом они исходят из того, что слово «ант» означает «конец» или «край». Но все это также спорно, потому что никаких признаков государственности антов на территории Украины до сих пор не выявлено.

Непременным атрибутом самостоятельности земель издавна выступала геральдическая атрибутика, при помощи которой владельцы старались доказать свою власть на определенной территории. На территории Украины первая геральдическая эмблема с изображением льва появилась в Галицко-Волынском княжестве в начале XII века. Немногим позже утвердилась эмблема Киевского княжества – изображение покровителя Киевской земли архангела Михаила. С вхождением Киевской земли в состав Великого княжества Литовского (вторая половина XIV века) его территориальной эмблемой стал княжий знак Ольгердовичей, вначале изображавший колонны, а затем скачущего воина с луком (погоня). После получения Киевщиной статуса воеводства (1470 г.) в ее эмблеме появилось изображение ангела с нимбом в красном поле, держащего опущенные вниз в правой руке обнаженный меч, в левой – ножны. После вхождения земель Украины в состав Московского государства меняется эмблема Киевской земли. Теперь это «идущий архангел Михаил с поднятым мечом и щитом». Другие украинские земли имели свои геральдические знаки, которые также неоднократно менялись.

Был самостоятельный герб и у Войска Запорожского, изображавший казака с мушкетом. Летопись Григория Горобянки связывает его с печатью запорожского гетмана, полученной им в подарок от польского короля Стефана Батория в 1576 году. «Тот же король, видя у казаков мужество великое с татарами на бранях… прислал им корогов (хоругвь), бунчук и булаву, и на печати герб – рыцарь с самопалом и на голове колпак перекошенный». Но этот казацкий символ не стал государственным гербом Украины, так как тогда такого государства не существовало.

Украинский язык, как важнейшее средство общения людей на определенной территории, начал формироваться в период XII—XIII вв. на основе различных диалектов. К XIV веку сложилось относительное однообразие различных диалектов на значительной части территории Украины. Но полного их единства так и не было достигнуто. В результате даже в начале XXI века восточные украинцы с большим трудом воспринимают беглый разговор западных украинцев, а сами говорят на «суржике» – смесь украинского и русского языков.

По версии историка С.М. Соловьева, изначально Русская земля разделялась на четыре части. Первую составляла озерная область Новгородская, вторую – область Западной Двины, то есть область Кривская или Полоцкая, третью – область Днепра, то есть область древней собственной Руси, четвертую – область Верхней Волги, область Ростовская. Он писал: «Юго-Западная древняя, собственная Русь (княжества Киевское, Переяславское, Черниговское, Смоленское, Волынское, Туровское) есть область Днепра, главной реки водного пути из Варяг в Греки; этому пути, следственно Днепру преимущественно, Русь была обязана своим соединением с Северо-Западной и Юго-Восточною Европою; из первой явились князья, от второй получено христианство…» (Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т. 1. С. 59, 65).

Примерно то же самое говорят и другие видные отечественные историки XIX—XX вв.

Известно, что в Ипатьевской летописи говорится о походе в 1187 году русских князей к границе и об их отступлении: «На том бо пути разболелся Володимир Глебович болестью тяжкою, ею же скончался. О нем же украина много постона»; та же летопись, описывая занятие русским князем польских городов, называет «украиной» уже польское пограничье: «еха с братом и прия Берестий, и Угровеск… и всю украину». А вот Первая Псковская летопись называет «украиной» границу уже псковской земли: «…и взяша с украины неколико псковских сел» (1271 год).

Начиная с XIV века, с легкой руки Византийского Патриарха и Императора приднепровская Русь с центром в Киеве начинает именоваться Русью Малой, включающей в себя шесть епархий – галицкую, перемышльскую, владимиро-волынскую, холмскую, луцкую и туровскую. Залесская Русь с центром в Москве становится Русью Великой, объединяющей остальные 19 епархий. Но при этом «Украиной» разделенные земли официально в качестве государственного образования, страны никто не называет. Постепенно, остававшиеся под властью Польши земли Малой Руси стали именоваться Русью Белой (к западу от Смоленска), Русью Черной (по правому берегу Днепра), Русью Червонной (Галичина) и, собственно, Русью Малой с казацкой Сечью, а польского короля Казимира Великого стали называть «королем Ляхии и Малой Руси». Все же все эти земли, – русские по вере и языку, – поляки именовали «польской украиной». Даже во всех документах гетмана Б. Хмельницкого о переходе под власть Москвы слово «Украина» нигде не встречается, зато царь Алексей Михайлович подчеркнуто именуется «всея Великия и Малые Руси самодержцем».

В географическом значении границ, и только с прописной буквы, слово «украина» употребляется и позже, как в Московском государстве (в частности, Василий III в 1517 году пишет: «Наш недруг Жигимонт, король польский, послал войско к украинному пригородку к Одочке, а наши воеводы новгородские… стояли в нашем украинном городе на Луках на Великих, оберегали наших украин»), так и в Речи Посполитой (польский король Стефан Баторий рассылал свои универсалы «всем… на украине русской… живущим») (Стороженко А. Малая Россия или Украина? // Малая Русь. Киев, 1918).

Таким образом, мы имеем все основания утверждать, что термины «Украина» и «украинец» появились впервые в XII—XVII вв. в связи со сложными проблемами передела территорий восточных славян и возникновением ряда государств: Речи Посполитой, Московского государства, Османской империи и вассальных ей Балканских княжеств и Крымского ханства. Но этот термин означал только название земель, а не государства, находящегося на этих землях.

Киевская Русь

«Севернее Украины, между Окой и Волгой были леса и болота. Эти земли с давних времен принадлежали Киевскому государству, там жили вначале финны, народ азиатского племени, затем тут начали селиться славяне. Их жизнь была тяжелой, потому что край был бедным, мало было пашен, а хлеб родил плохо… Они долго не знали веры в одного Бога, а молились различным идолам. Но когда их завоевали князья с роду Владимира Мономаха, потомки его сына Юрия, они в далеких землях забыли про свой украинский род, привыкли до местных обычаев и Украину считали уже чужой. Их городами были Суздаль, Владимир над Клязьмой, потом Москва.

Суздальские князья относились враждебно к Киеву, желали разрушить древнюю столицу для того, чтобы повысить значение своих земель. В 1169 году суздальский князь Андрей Боголюбский с большим войском окружил Киев. Киевский князь Мстислав оборонялся храбро, но его силы были слабыми и он не смог отстоять город. Войска Андрея заняли пристань над Днепром, а потом вторглись в город, расположенный на холме… Суздальцы убивали людей, не щадя ни старого, ни малого, уничтожали и грабили все, что попало им в руки. При этом они не только забирали имущество со дворов мещан и князя, но не пощадили даже церковь. С Десятинной церкви и со Святой Софии забрали иконы, дорогие ризы, церковные книги, колокола. Так же они ограбили все монастыри. Полными возами везли суздальцы награбленное имущество в свои северные края, желая нажиться чужим трудом и разбоем. Так за счет Украины росла сила Московского государства» (История Украины. Львов, 1991. С. 44—45).

«Основы государственности Киевской Руси не были завезены из-за моря варягами или насаждены соседями-хазарами. Они проросли на местной почве задолго до IX столетия вследствие сложного и продолжительного социально-экономического и культурного развития славянского общества… Во второй половине XVII века в своей «Хронике» Феодосий Сафонович изображал Киевскую Русь как государство, в котором проживает единый народ от Галича до Владимира-на-Клязьме. Но в трудах Н. Карамзина, С. Соловьева, В. Ключевского история Киевской Руси показана не как отдельное этническое образование, а как ветвь единого русского народа. Еще дальше в средине XIX века пошел Н. Погодин. Согласно его концепции, в Киеве до XIII века жили россияне, которые только после татарского нашествия эмигрировали на Верхнюю Волгу, а на их место в Галиции и Волыни пришли Украинцы… Критикуя взгляды Н. Погодина, Н. Грушевский… пришел к выводу, что украинский народ существует с VI века, вначале под названием антов, потом полян, потом руссов. Киевское государство, право, культура стали созданием одной народности – украинско-русской, а Владимиро-Московское государство не являлось ни предком, ни последователем Киевской Руси, оно выросло со своих корней и в результате энергии и активности народности «великорусской» (российской) (Бойко А.Д. История Украины. Киев, 2007. С. 42, 71).

«Киевское государство просуществовало более 400 лет (800—1240) и имело большое значение для украинской истории. Тут впервые наши племена объединились в одну организацию, впервые наш народ имел государственную власть. Границы Киевского государства на западе – до Сана и Вислы и Балтийского моря, на востоке – до Волги и Дона. Жили тут рядом с украинцами и другие племена. Но Киевское государство было украинским государством, потому что центром его был Киев, княжеский род жил на Украине, и бояре, которые правили государством, были украинского рода.

В Киевском государстве впервые появилось украинское право, правительство, войско, все государственное устройство. Тут родилась высшая культура, развилось хлебопашество, выросли большие города. С Киева по всей Восточной Европе распространились христианская вера, письменность, высшее образование, искусство. Киевское государство сделало наш народ самостоятельным и сильным и прославила его имя в Европе. Украина уже тогда была защитником Европы от диких орд, наступавших с востока, наше государство многие столетия сдерживало наступление кочевых народов, борясь за христианство и цивилизацию» (История Украины. Львов, 1991. С. 47).

«Украинский национальный символ трезуб, или триединое, уходит своими корнями в глубокую старину, когда люди только начинали свое самоутверждение. Одно из первых изображений трезуба на нашей территории зафиксировано на каменной застежке периода Трипольской культуры (IV—III тыс. до н.э.) Археологическая разведка на Полтавщине и Киевщине подтверждает, что на землях Центральной Украины трезуб был известен как символ власти, знак родовых старейшин или племенных вождей еще задолго до Рюриковичей с VI—VIII вв. Первое летописное упоминание про трезуб как княжеский знак Киевской Руси датировано X в. Она сохранилась в болгаркой рукописной «Хронике Манасии» (XIV в.), где изображены воины-дружинники Святослава, в руках которых знамена, увенчанные трезубом… В X—XIII вв. изображение трезуба было распространено на большой территории – от Крыма до Новгорода, от Кавказа до Франции и Швеции, что закономерно, поскольку на это время приходится пик могущества и активной международной деятельности Киевской Руси, государственным символом которой и был трезуб» (Бойко А.Д. История Украины. Киев, 2007. С. 84—85).

* * *

В соответствии с теорией С.М. Соловьева, истоки зарождения Киевского княжества относятся к IX веку. При этом он пишет, что перед этим князь Рюрик основал город Новгород, но вследствие его жесткого правления многие жители Новгорода бежали на юг и основали Киев. «Было, говорит предание, у Рюрика двое мужей, не родных ему; они выпросились у него идти к Царьграду с родом своим, и когда шли вниз по Днепру, то увидели на горе городок и спросили у тамошних жителей, чей он. Им отвечали, что были три брата, Кий, Щек и Хорив, построили этот городок и перемерли, а потомки их платят теперь дань козарам. Аскольд и Дир остались в городке, собрали около себя много варягов и начали владеть землею полян».

Далее С.М. Соловьев пишет, что в 869 году, по счету летописца, умер Рюрик, оставив малолетнего сына Игоря, которого отдал на руки родственнику своему Олегу. Последний, как старший в роде, а не как опекун малолетнего князя получил всю власть Рюрика и удерживал ее до конца жизни своей. Пользуясь всей силой северных варяжских племен, Олег двинулся на юг. Там, «перешедши волок и достигши Днепра, Олег утверждается в земле днепровских кривичей, закрепляет себе их город Смоленск… Из Смоленска Олег пошел вниз по Днепру, пришел в земли северян, взял их город Любеч и прикрепил его к своему владению… Наконец Олег достиг Киева, где княжили Аскольд и Дир… Аскольд и Дир были убиты и погребены на горе». Олег утвердился в Киеве, сделал его своим стольным городом (Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т. 1. С. 129, 132).

Так Киев стал стольным городом, а его князь – хозяином большой территории. Сегодня не вызывает ни у кого сомнения факт существования сильного Киевского княжества. Но это совсем не означало, что коренные жители Киева и его окрестностей заняли привилегированное положение в отношении других славянских племен. В те времена, в связи с крайне низким уровнем развития коммуникаций, связь между отдельными племенами была очень слабой. Племенные союзы иногда заключались князьями для ведения войны или решения других задач, но это тоже было достаточно редким явлением. Тем не менее, в последующие три столетия Киев продолжал оставаться главным городом Руси.

Украинские историки утверждают, что и в эти годы Киевская Русь продолжала оставаться ведущим государством Европы. Но в качестве единственного доказательства этому рассматривается версия о возникновении и использовании такого национального символа как трезуб. Об этом же говорит и историк С.М. Соловьев. Он пишет, что после смерти великого князя Ярослава Мудрого в 1054 году его земли были разделены между пятью сыновьями и внуком. При этом Изяслав сел в Киеве, Святослав – в Чернигове, Всеволод – в Переяславле, Вячеслав – в Смоленске. «Новгород стал в зависимости от Киева; вся область на восток от Днепра, включительно до Мурома, с одной стороны и Тмутаракани – с другой, стала в зависимости от князей черниговских; Ростов, Суздаль, Белоозеро и Поволжье – от князей переяславских (Соловьев С.М. Сочинения. Кн. 1. Т. 2. С. 341).

Реально это была огромная территория, намного больше любого государства Восточной и Западной Европы. Но единого государства у князей Ярославичей не получилось. В руках потомков Ярослава Мудрого оказались удельные княжества, которые, кроме территории, имели достаточно большое население и общий язык. Но ни один из князей-братьев не признавал другого. Уже в XI в. началась жестокая междоусобная война. Воспользовавшись ею, на русские земли пришли вначале тюрки, затем половцы, которые опустошили Русь.

Братоубийственная междоусобная война продолжалась несколько веков. При этом город Киев неоднократно переходил с одних рук в другие и постепенно терял свое значение как главный город Русской земли.

При этом нужно отметить, что некоторые князья приводили с собой на русские земли иностранные армии, без сожаления грабившие и уничтожавшие коренное население. А последовавшее в XIII веке нашествие монголо-татар подбросило новые вязанки хвороста в огонь этой войны и предельно ослабило Киевское княжество. Но при этом усилилось значение другой территории, расположенной в границах нынешней Украины – Галицко-Волынского княжества.

Галицко-Волынское княжество

«Государственная жизнь продолжалась тут на сто лет дольше, чем в Надднепровской Украине. В результате этого население Галичины и Волыни достигло высокой культуры и великого понимания государственно-политических дел. С того времени западные земли Украины всегда отличались особенным патриотизмом и трудолюбием, упрямо защищая свои культурные достижения. Западные украинские земли настолько укрепились, что население, проживавшее над Саном, Вепрем и Бугом, стало сознавать свою принадлежность к Украине» (История Украины. Львов, 1991. С. 48—53).

Однако в первой половине XIV века Галицко-Волынское княжество постепенно ослабло под давлением Польши, Венгрии, Литвы и крымских татар. И, наконец, галицко-волынские земли стали добычей соседних государств (История Украины. Киев, 2001. С. 25).

Когда после смерти Ярослава Мудрого Украина поделилась на княжества, над Бугом возникло Волынское княжество со столицей во Владимире, а над Днестром Галицкое княжество (столица Галич над Днестром). В последующем князь Роман (1199—1205 гг.) объединил Галичину и Волынь в одно Галицко-Волынское государство. «Роман становится заметной фигурой на европейской исторической сцене, о чем свидетельствует предложение Папы Римского в 1204 году в обмен на принятие князем католичества короновать его» (Бойко А.Д. История Украины. Киев, 2007. С. 89).

* * *

Позже украинские историки будут называть князя Романа Галицкого первым царем будущего государства Украина. Но известно, что Роман предложение папы не принял, втянувшись в междоусобную борьбу с другими владельцами католической Европы. Также есть информация, что в последние годы свой жизни он все же предпринимал некоторые усилия для того, чтобы укрепить княжескую власть с целью поддержания «доброго порядка» на Руси. В частности, он предлагал с целью прекращения княжеских междоусобиц ввести закон о передаче престола старшему из сыновей, а при его отсутствии – проведение выборов шестью самыми влиятельными князями. Но это были не больше чем намерения, а реально галицко-волынскому князю Роману не удалось объединить Русь.

После гибели Романа (1205 г.) в схватке с воинами краковского князя Лушко Белого наступил 30-летний период борьбы за галицкий престол. В этот период в дела Галицко-Волынского княжества постоянно вмешивались правители Венгрии и Польши. Затем власть унаследовал сын Даниил Романович (Галицкий) (1205—1264 гг.), который в 1253 году был коронован папским легатом. Затем княжеством правили его внук Юрий (1301—1308 гг.), правнуки Андрей и Лев (1308—1323 гг.) и Юрий II (1323—1340 гг.).

Российские источники говорят о том, что с XIII века центром развития восточно-славянских государственных образований становятся Новгород и Владимир. Затем, в XIV веке, все настойчивее заявляет о себе Москва. В XVI веке великие московские князья начинают именовать себя царями.

Таким образом, крупные исследователи отечественной истории не отрицают не только наличия государственных образований на территории нынешней Украины, но и их ведущей роли в процессе объединения Русских земель под стягом православия. В то же время они показывают в хронологической последовательности процесс переноса центра Российской государственности из Киева в Москву и укрепления Московского государства.

А что же происходило в это время на территории, лежавшей западнее Днепра? В 1240 году монголо-татары взяли Киев, Каменец, Владимир, Галич и много других городов. Земли, лежавшие вокруг этих городов, была завоеваны, разорены и обложены данью. При этом удельные князья продолжали воевать друг с другом только усугубляя и без того плачевное состояние своего народа.

В XIII и XIV вв. все князья, имевшие наделы на территории нынешней Украины, продолжали свои распри, не помышляя об объединении. С.М. Соловьев пишет: «Но в то время как Юго-Западня Русь… закоснела в старине своей, соседние государства, Литовское и Польское, успели усилиться внутри единовластием и приобрели, таким образом, возможность действовать наступательно на Русь… В 1320 году Гедимин (Литовский) предпринял поход на Владимир Волынский. Луцк поддался Гедимину, и бояре, собранные со всей Волыни, признали его своим князем… На следующий 1321 год Гедимин двинулся к Киеву. …Город выдержал двухмесячную осаду; наконец граждане, не видя ниоткуда помощи, собрались на вече и решили поддаться литовскому князю» (Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т. 1. С. 236).

Польско-литовская уния

«Польский король Казимир, договорившись с венгерским королем Людвиком, в 1340 году неожиданно напал на Львов… и овладел львовским замком. Польский король забрал с княжего двора сокровища галицийских князей: престол из дорогого дерева, окованный золотом, княжеские и королевские короны, драгоценные одежды, золотые кресты, цепи и другие вещи, украшенные золотом, серебром и драгоценными камнями. Все это Казимир перевез в Краков и там спрятал в сокровищницу польских королей… Украинский народ в Галичине перестал быть хозяином на своей земле…

Другие украинские земли – Волынь, Полесье, Подолье, Киевщина – перешли под власть Литвы. Литовцы часто воевали с украинскими князьями, но никогда не было ненависти между литовским и украинским народами. С Украины в Литву перешло христианство, Литовские князья … на своих дворах использовали украинский язык… велели переписывать старые украинские книги…

В 1569 году в городе Люблине собрались польские и литовские паны и решили, что из земли составят одно государство под управлением общего короля. Украинские земли были разделены так, что у Литвы осталось только Полесье, а все другие перешли под власть Польши. Некоторые украинские вельможи не хотели соглашаться с этой унией, но их протест услышан не был.

Наш народ принял христианство в греко-славянском обряде. Но еще король Даниил для того, чтобы привлечь Папу на борьбу с татарами, согласился на унию с Римом… Но поляки свысока смотрели на Украинскую Церковь, преследовали ее и пытались уничтожить. Чтобы поднять значение Церкви, украинские епископы решили отдаться под власть римского Папы» (История Украины. Львов, 1991. С. 62, 67—68).

«В 1340 году на львовские земли напали поляки и венгры, в 1387 году Галичина перешла окончательно к Польше. Молдавское княжество захватило Буковину. Но наибольшая часть украинских земель в XIV веке досталась Литве. В 1340 году князь Любарт Гедиминович овладел Холмской и Белзской землями, в 1350 году князь Ольгерд захватил черниговско-северские земли, в 1362 году – Надднепрящину вместе с Киевом, в 1363 году – Подолье. Население этих областей практически не чинило сопротивления литовским князьям, которые с уважением относились к украинским обычаям и системе управления. Местная знать сохранила свои владения и привилегии, русский язык был признан государственным, ею писали соглашения, литературные сочинения. Не потеряла своего значения и даже усилила свое влияние православная церковь. В 1362 году литовское войско при поддержке украинского населения нанесло поражение татарскому войску в сражении на Синих Водах. Эта победа положила начало освобождению украинских земель от монголо-татарского ига.

В 1385 году в замке Крево (ныне на территории Белоруссии) было подписано соглашение между Польшей и Великим княжеством Литовским, которое предусматривало объединение их в одно государство… На литовских землях государственной религией стало католичество… В 1452 году было ликвидировано Волынское, а в 1741 году – Киевское удельные княжества. Намерению образовать хотя бы автономное украинское государство в составе Великого княжества Литовского пришел конец» (История Украины. Киев, 2001. С. 28—30).

* * *

Нет сомнений в том, что со второй половины XIV века, ввиду слабости власти на местах, земли Юго-Западной Руси вошли в состав Великого княжества Литовского. В предисловии к первому тому своей книги «История России с древнейших времен» С.М. Соловьев пишет: «Первым следствием ослабления родовой связи между княжескими линиями, отчуждения их друг от друга было временное отделение Южной Руси от Северной, последовавшее после смерти Всеволода III. Не имея таких прочных основ государственного быта, какими обладала «Северная Русь», Южная Русь после татарского нашествия попала под власть князей литовских. Это обстоятельство не было гибельно для народностей юго-западных русских областей, потому что литовские завоеватели приняли русскую веру, русский язык, все оставалось по-старому; но гибельно было для русской жизни на юго-западе соединение всех литовско-русских владений с Польшею вследствие восшествия на польский престол литовского князя Ягайла: с тех пор Юго-Западная Русь должна была вступить в бесплодную для своего народного развития борьбу с Польшею для сохранения своей народности, основою которой была вера…»

Всего уний было четыре.

Первой была Кревская уния 1385 года. Согласно этой унии Великий литовский князь Ягайло, женившись на польской королеве Ядвиге, стал королем Польши под именем Владислава II. Он обязался сгруппировать в Польшу литовские, украинские и белорусские земли, принять католицизм и сделать его государственной религией. Уже тогда литовско-украинские земли щедро раздавали польской знати. Но полному захвату Польшей территорий, изначально заселенных русинами-украинцами, помешали внутренние распри в Литве, где князя Витовта, который с помощью оружия в 1392 г. пришел к власти, украинские и белорусские феодалы признали «королем Литовским и Русским». При его княжения экспансия Польши на восток была сдержана.

Следующим шагом к сближению Литвы и Польши стало заключение в Городли в 1413 году Городельской унии, которая сравняла в правах польскую и литовскую шляхту. Тогда многие украинские и белорусские феодалы завязывали родственные отношения с польской знатью, принимали католичество, а Польша все больше контролировала литовские, украинские и белорусские земли. При поддержке Польши в Литве развернулась активная деятельность по ликвидации автономии украинских земель. Сначала автономию потеряли крупнейшие удельные княжества (Волынское, Новгород-Северское, Киевское, Подольское), где стали править великокняжеские наместники. В 50-х годах XV в. литовское правительство окончательно отменило деление Украины-Руси на княжества, и там появились воеводства, подчиненные Великому Литовскому князю. Но и на этот раз Польша еще полностью не овладела украинскими землями, так как Литва еще сохраняла суверенитет.

Окончательное слияние Польши и Литвы произошло по Люблинской унии в 1569 году. Причиной ее заключения было то, что в начале XVI века Литва была близка к упадку. С запада ей угрожал Тевтонский орден меченосцев. С востока окрепшее Московское государство заявляло претензии на все земли бывшей Киевской Руси и захватило Черниговщину и Смоленщину. С юга страну опустошали постоянные набеги крымских татар. Все это побудило правящую литовско-русскую феодальную верхушку к союзу с Польшей. Последняя также была заинтересована в дальнейшем укреплении двусторонних связей, выдвигая при этом главное условие – объединение Польши и Литвы в единое государство.

В 1569 году в Люблине созвали общий польско-литовский сейм, который узаконил образование государства Речи Посполитой. По польской государственной традиции, во главе государства был единственный король, которого избирал сейм. Одним из условий унии было отторжение от Великого княжества Литовского и присоединение непосредственно к Польше всех «русских» (украинских) земель. В их число входили вся Волынь, Подолье, Брацлавщина, Киевщина. Так вся Украина-Русь, границы которой тогда простирались на юге – по линии Каменец-Подольск – Умань – Днепр (с запада на восток); на востоке – Новгород-Северский, Стародуб, Глухов, Гадяч, Полтава (несколько восточнее), на севере – несколько южнее Припяти, а на западе – по Карпатам – отошла к Польше.

Люблинская уния имела самые серьезные последствия. Сразу же после ее заключения по просьбе польского короля из Рима в Польшу были посланы иезуиты, которые вскоре жестко взяли в свои руки дело распространения католичества на восток. Польские магнаты и шляхта, также хлынувшие на восток, начали ускоренными темпами вводить на Украине польский социальный порядок, известный полным бесправием крестьянства и ничем не ограниченным всевластием магнатов и своеволием шляхты. Вслед за магнатами и шляхтой двинулись на восток евреи в качестве арендаторов, торговцев и посредников, без которых не могла обходиться шляхта того времени.

Король начал щедрой рукой раздавать польским магнатам и шляхте «пустопорожние» земли. Фактически земли эти не были «пустопорожними», а на них, в условиях относительной свободы, жили крестьяне, но в Польше той эпохи владеть землей имела право только шляхта и монастыри. Поэтому вместе с пожалованием «пустопорожней» земли в зависимость от новых владельцев попадали и жившие на ней люди.

Новые владельцы, желая извлечь побольше дохода из своих владений, начали изощряться в накладывании и в взыскании с крестьян всяких налогов и поборов, как в деньгах так и в натуре и в бесплатном принудительном труде. Платили налог от «дыма», т.е. от жилья, «десятину» на церковь, особый налог на содержание польского войска. Кроме того, поляки принуждали крестьян строить мельницы и шинки (кабаки), которые обычно сдавались в аренду евреям. Самим же крестьянам запрещалось молоть зерно или производить водку дома, заставляя их пользоваться этими мельницами и шинками.

Зерно, яйца, птица, скот, воск и мед, пойманная рыба, сотканное полотно – все облагалось в пользу владельца земли и крестьянин должен был известную часть доставлять владельцу или арендатopy. Часть эта имела тенденцию все возрастать, так как и владелец, и арендатор старались выколотить возможно больше дохода. Жаловаться же на несправедливость было некому. Крестьянин находился в юрисдикции шляхтича, который не только его судил, но и мог накладывать наказания до смертной казни включительно. Кроме того, в новых землях начал вводиться и принудительный труд – барщина, уже давно введенная в Польше и Галиции. Сначала он ограничивался одним днем в неделю, но вскоре количество дней барщины начало быстро расти и доходить до 200 дней в году.

Территории нынешней Украины рассматривались польскими помещиками исключительно с точки зрения получения с них прибыли. Все произведенное немедленно вывозилось на экспорт в Западную Европу. За границу непрекращающимся потоком шли сукна, хлеб, скот, сало, смола, деготь, поташ, другие продукты, предметы ширпотреба. Сохранились данные, что только через Перемышль в 60-х годах XVI столетия с Украины ежегодно прогонялось по 20 тысяч голов скота, не считая лошадей. В городах и даже крупных селах начали устраиваться ежегодные ярмарки, куда приезжали купцы из Московского государства, Турции и из стран Западной Европы.

Конъюнктура при продаже продуктов сельского хозяйства, естественно, вызвала на них повышенный спрос и стремление производителей выбросить на рынок возможно большее их количество. Это и привело к созданию так называемых фольварков – хозяйств, в которых на землях владельцев работали в порядке принудительном (барщина, панщина) крестьяне, а весь продукт их труда – поступал к землевладельцу или арендатору.

Одновременно шло и усиленное проникновение с запада на восток католицизма. Начался, все усиливающийся, переход в католичество правящего класса, а вместе с ним и ополячивание старых исконных русско-православных княжеских и шляхетских (дворянских) родов. Все это привело к полному разрыву широких народных масс с правящим классом. Землевладельцы – шляхта и магнаты стали для народа не только чужими, но и врагами, посягавшими на его экономические интересы, религию и национальность.

В 1596 году была заключена четвертая, так называемая Брестская, уния. До этого с согласия и одобрения польского короля Сигизмунда III и высшего католического духовенства Речи Посполитой православные епископы Кирилл Терлецкий и Игнатий Поцей отправились в Рим к папе Клименту VIII и договорились с ним об основных принципах этой унии, в основе которой лежало объединение церквей католической и православной. После этого король созвал в Бресте собор из представителей высшего католического и православного духовенства и мирян для оформления унии, которая и была, несмотря на протесты православных, провозглашена. Униаты признали своим главой Папу Римского и приняли основные догматы католической церкви. Но для введения в заблуждение народных масс, слабо разбиравшихся в догматических вопросах, было решено сохранять присущие православию церковно-славявский язык при богослужениях и все обряды. Всех не принявших униатства правительство Речи Посполитой объявил еретиками, и началось активное преследование православных. Эта уния усилила влияние польской шляхты на Украине и вызвала немало переходов православной шляхты в униатство и ее ополячивание.

Однако Брестская уния наткнулась на горячий и решительный отпор со стороны широких народных масс. Уклонялись от перехода в униатство и часть православной шляхты и даже несколько крупных магнатов (князья Острожский, Корецкий, Четвертинский и другие). В результате вместо безболезненного захвата католичеством Украины, на что рассчитывали инициаторы унии, на ее землях началась ожесточенная религиозная борьба.

Униатские епископы, при поддержке польского правительства, захватывали православные церкви и монастыри и препятствовали православным богослужениям и совершению обрядов. На православных мирян производилось всяческое давление, до применения физического воздействия включительно, чтобы заставить их перейти в унию. В селах православные церкви, стоявшие на землях шляхты (а владеть землей могла только шляхта), сдавались в аренду евреям, которые каждый раз за открытие церкви для совершения богослужений и треб взымали особую плату. Православных монахов ловили, заковывали в кандалы и сажали в тюрьму.

Жаловаться было некому. Правительство Речи Посполитой не только оставалось глухим ко всем жалобам своих православных граждан на бесчинства униатов, но и всемерно эти бесчинства и беззакония поддерживали и в них участвовали. Митрополит Рогоза, возглавлявший православную церковь на Украине, сам перешел в унию, как и значительная часть епископов. Только епископ Львовский – Балабан, и епископ Перемышльский – Капустинский остались верны православию и мужественно за него боролись.

Сохранилось много исторических документов и свидетельских показаний того времени, являющихся страшными обвинительными актами против польско-католической агрессии при попытке насаждении унии на Украине. Например, на польском сейме в присутствии короля депутат от Волыни православный шляхтич Древницкий говорил: «В Могилеве, в Орше и Пинске церкви позапечатаны, священники разогнаны, Лещинский монастырь превращен в кабак; дети умирают без крещения; тела умерших вывозятся как падаль, без церковного благословения; народ живет в распутстве, не венчанный… А что делается во Львове? Кто не принимает унии, тот не может жить в городе, заниматься торговлею, быть принятым в ремесленные цехи. А в Вильно? – Монахов, непреклонных унии, ловят, бьют и в кандалы заковывают. Тела умерших православных заставляют вывозить только через те ворота, через которые вывозят только нечистоты…»

К концу XVI века вся территория, заселенная украинцами, очутилась под властью феодалов польской культуры и католического вероисповедания. О размерах их владений можно судить по сохранившимся данным. Так, Конецпольскому только на Брацлавщине (район южного Буга) принадлежало 740 сел и 180 городов и местечек. Потоцкому принадлежало все Нежинское староство (область) и Кременчуг с окрестностями. Князю Иеремии Вишневецкому – почти вся Полтавщина с 10 тысячами крестьянских и мещанских дворов-хозяйств. Немалые владения имели католические монастыри и епископы. В частности, городки Жабче и Хорлуй принадлежали Луцкой епископии. Они были укреплены, имели артиллерию и запасы оружия.

Кроме магнатов бесчисленная шляхта имела более мелкие владения, которыми, по примеру магнатов, владельцы в большинстве случаев управляли через специально назначенных управляющих или арендаторов. Арендаторами были, главным образом, евреи, которые изощрялись в выжимании доходов с крестьян, так как надо было и удовлетворить владельцев и прихватить возможно больше для себя.

Не в лучшем положении находились и мещане – жители городов и местечек. Несмотря на «Магдебургское право», дарованное многим городам и связанное с ним самоуправление, жители городов мещане-ремесленники и мелкие торговцы фактически всецело зависели от прихоти своевольных магнатов. К тому же из года в год все усиливались притеснения православных ремесленников со стороны католиков. Сохранилось много жалоб на то, что руководители цехов отказываются принимать в их состав православных ремесленников и тем самым лишают их права работы. По Магдебургскому праву ремесленник вне цеха не имел права заниматься своим ремеслом.

После принятия унии, всего за одно столетие (XVI век) произошло разделение всего населения Украины-Руси на классы, при котором класс правящий оказался польским или ополяченным и католическим, а народные массы, крестьянство и мещанство, сохранили свое сознание русскости и православия. Этот период не без основания можно считать периодом пробуждения самосознания населения Украины-Руси, которое впоследствии и привело к ряду непрекращающихся народных восстаний.

Таким образом, с конца XIV века большая часть земель нынешней Украины вошла в составе польско-литовского государства – Речи Посполитой. Но ни на одной древней карте Речи Посполитой такой территориальной единицы, как Украина, не значилось. Церковная уния обусловила приход на эти земли католичества, тем самым подорвав духовную основу народа, населявшего земли нынешней Украины. Агрессивный характер католичества того времени (иезуиты, инквизиция) не допускает никакого сомнения в том, как насаждалась эта религия. Официальным языком Польши, естественно, был польский язык, которого подавляющее большинство населения украинских земель не знало. В большей степени с ним было знакомо население западных земель нынешней Украины (Галичины), которое в результате торговли чаше общалось с польскими купцами. Официальным языком Великого княжества Литовского был русский язык, который хорошо понимало большинство жителей земель нынешней Украины. В результате этого на западных землях постепенно начал формироваться украинско-польский язык, а на восточных – русско-литовско-украинский.

Глава 2
Казачья пора

Зарождение украинского казачества

«Украинское казачество возникло на Днепре задолго до того, как Русь окончательно избавилась от монголо-татарского гнета, как доказательство духовной и государственной независимости украинцев от России, являвшейся территориальным придатком Золотой Орды. Украинские казаки силой своих сабель вселяли ужас в ордынцев и поляков, и те предпочитали не только мироно жить с ними, но и откупаться небольшой данью» (История казачества. Львов, 1998. С. 37).

«Первое упоминание о черкесах (позже их стали называть казаками) на южных окраинах Речи Посполитой относится к XV веку, но, безусловно, они жили там и раньше. Это было большое свободное племя, которое держало в страхе не только литовцев и поляк, но и крымских татар, и даже турок. Но согласно «конституции Орлика» (генерального писаря Мазепы) «казацкий народ» раньше назывался «хазарским» и принял православие из Константинополя задолго до крещения Руси (История Украины. Киев, 2001. С. 46).

* * *

До конца XVI века термин «казачество» обозначал не столько социальный статус человека, сколько род его занятий. «Казак» в переводе с тюрского означает «одинокий» и «склонный к завоеваниям», с древнегреческого – «страж» и «разбойник».

Украинское казачество не было особым народом, как это пытаются изобразить некоторые нынешние украинские историки. Это была общность самых разных людей (украинцев, русских, поляков, литовцев, татар, молдаван), предпочитавших вполне определенный образ жизни, которая в то время, словно морская пена, накапливалась на южных рубежах не только польско-литовского, но и Московского государства. И если в Речи Посполитой казаки маневрировали между Днепром и Бугом, то в Московском государстве районы их обитания простирались от Днепра до Волги. Причем местом создания их базовых районов как раз и становились берега (острова) больших рек, которые в то время являлись основными транспортными артериями. Именно контроль над этими артериями и позволял казакам получать минимальные средства, необходимые для их существования.

Этих людей первоначально объединяла еще одна общая черта – все они были молодыми людьми в возрасте от 25 до 30 лет, не обремененными семьей и личным хозяйством. Это позволяло им без особых сомнений совершать самые рискованные шаги и смело браться за сомнительные дела. В случае неудачи и гибели этих людей некому было оплакивать, а в случае удачи – они становились героями, достойными подражания. Это заставляло молодых казаков быть особенно активными, смелыми и отважными, что вскоре и стало своеобразным девизом всего казачества.

У беглых крестьян не было большого опыта по созданию прочной политической структуры, способной обеспечить международные и внутриполитические условия существования казачества. Тем не менее, оказавшись в особой политической обстановке на окраинных землях Речи Посполитой, переселенцы вынуждены были создать такую структуру. Постоянный военный натиск со стороны прежде всего Крыма потребовал создания военной организации, которая со временем превратилась в политическую структуру. Со временем в этой структуре появились свои старшины и рядовые казаки. При этом первые на основе материальных благ были готовы к сотрудничеству с правительством Речи Посполитой, вторые, ревновавшие своих начальников к материальному достатку, с недоверием относились к ним и, как правило, находились в оппозиции с этим государством.

Так сложилась своеобразная форма военной организации, постепенно превращавшейся в обычный феодальный организм, в котором отдельные ступени политической иерархии, отдельные институты власти оказывались в руках лиц, отличавшихся не столько своими способностями, сколько имущественным положением.

В первое время никем и ничем казаки не стеснялись. Пока феодалы (шляхта, магнаты) не обратили внимания на эти богатые земли и не начали постепенно накладывать на них руку. И казаки устраивали свою жизнь по своему вкусу и усмотрению. Полная личная свобода, неограниченное и не отягощенное никакими налогами владение землей и ее плодами, свободно выбранное самоуправление, суд, полная равноправность всех казаков – вот те принципы, на которых казаки устроили свою жизнь в ранний период своего существования.

Процесс формирования запорожского казачества оказался тесно связанным как с обострением внутриполитической борьбы в Речи Посполитой, так и с усилением активности этого государства на международной арене, особенно в борьбе с крымско-турецким натиском. Такая двойная роль казачества в политической жизни Речи Посполитой порождало двойственное отношение к нему и польского правительства. С одной стороны, Речь Посполитая уже в середине XVI века пыталось привлечь казачество для охраны южных границ. С другой стороны, польские правители всегда считали запорожцев скоплением разбойников и смутьян, с которыми необходимо бороться.

Документально известно, что в середине XVI века черкасский и каневский староста князь Дмитрий Вишневецкий, прозванный в народе Байдой, желая укрепить южные границы Речи Посполитой, привлек на государственную службу часть украинского казачества, а на острове Малая Хортица построил укрепление – «сечь». Правда, до него были известны такие вожди крупных казачьих формирований, как Юрий Пац (1486—1492 гг.), Богдан Глинский (1488—1495), Дмитрий Путятич (1492—1505), Сенько Полозович (1510—1524), Евстафий Дашкевич (1514—1535), Предислав Лянцкоронский (1516—1528) и прадед Богдана Хмельницкого Венжик Хмельницкий (1534—1566). Но сведения об этих людях и их деятельности весьма расплывчаты.

Дмитрий Вишневецкий, по сохранившимся данным, родился в 1516 году и был потомком великого князя литовского Ольгерда. В 1560 году он даже некоторое время состоял на службе у московского царя Ивана Грозного, но в следующем году вернулся на Украину, где, не имея конкретной должности, собирал вокруг себя вольных казаков, обещая им большую добычу. В 1563 году он во главе казачьего отряда совершил поход в Молдавию, где велась борьба местных князей за власть. Однако так как дипломатом Вишневецкий был неважным, то вскоре против него возник заговор, казачье войско было разгромлено, а его предводитель оказался в плену. Он был переправлен в Стамбул, где казнен «лютой смертью».

20 ноября 1568 года Сигизмунд Август издал универсал, адресованный «подданным нашим, казакам», которые, как в нем говорилось «из замков и городов наших украинных, без приказа и уведомления господарей и старост наших украинных съехавшись на Низ, на Днепре, в поле и в других местах проживают… и живя своевольно, на подданных турецкого султана, чабанов и татар Перекопского хана, на улусы и кочевья набеги совершают». Также было предусмотрено создание из казаков отряда численностью в 300 человек, которые были переписаны и приняты на королевскую службу. Отряд был передан под команду снятинского старосты Миколая Язловецкого из Бучача, которому было поручено построить на Днепре деревянную крепость, но запрещалось вторгаться на территорию соседних государств (Россия, Польша и Причерноморье. С. 176).

Но так как казаки не слушались своего командира и продолжали грабить окрестности, то вскоре этот отряд был расформирован.

В то время бежавшие с южных земель Речи Посполитой начали группироваться на нижнем течении Днепра, за порогами, и вскоре оформились в своеобразную военную организацию – Запорожская Сечь. В отличие от казаков, живших в пределах Литовско-Польского государства, их называли запорожскими казаками или запорожцами, а все войско – Малороссийским Запорожским. В 80-х годах XVI века центр этот был на острове Томаковка, а в 90-х годах он был перенесен на остров Базавлук.

Сечь по существу была рядом укреплений («засек») с центром на одном из островов Днепра. Она представляла собой некоего рода вооруженный лагерь («кош») с выборным «кошевым атаманом». Кош делился на «курени», с выборными «куренными атаманами»; еще ниже шли «сотни» с выборными сотниками. Иногда же, в некоторые периоды, подразделений ниже «куреня» не было и куренной атаман единолично руководил всем куренем непосредственно. Женщины в Сечь не допускались совершенно. Источниками существования запорожцев были: война, охота и рыбная ловля, скотоводство и только отчасти земледелие.

Запорожцы жили за счет того, что нападали на татарские кочевья, грабили их и уводили скот, лошадей и пленных. Нередко на своих cудах-«чайках» они спускались по Днепру в море и разоряли не только татарские города в Крыму, но и города турецкие на берегах Черного моря, доходя иногда до самого Константинополя. В мирные периоды они занимались мирными промыслами. Поэтому в окрестностях Сечи (близких и более отдаленных) начали возникать сначала временные поселения запорожских казаков, а потом и постоянные, в которых уже появились и женщины. Казаки жили там семейной жизнью, не теряя однако связи с Сечью.

Ничьей власти над собою Сечь не признавала, хотя Польско-Литовское государство и считало их своей территорией. Сами запорожцы считали себя борцами и защитниками «веры православной» против всех, кто на нее покушался. Поэтому их врагами были и «бусурмане» – татары и турки, и поляки-католики, стремившиеся ополячить и окатоличить их народ, население Украины.

Формально все запорожцы были совершенно равнопpавными и на основании этого чисто формального признака, украинские шовинисты – сепаратисты изображают Сечь как идеальное бесклассовое общество. Они приписывают ему не только стремление бороться «за веру православную» и справедливый в их понимании социальный порядок, что действительно было, но также и конкретные планы создания независимого «Украинского» государства, о чем никаких исторических доказательств в богатейшей литературе и в исторических памятниках нет никакого следа.

Уже в начале XVI столетия началось классовое разделение в рядах самого казачества, а также и попытки феодалов, начавших продвижение на юго-восток, превратить казаков в своих крепостных крестьян. Создались классы зажиточных казаков, казаков-середняков и казачьей голытьбы. Выборные военные и административные должности все больше и больше захватывали более состоятельные казаки, чьи классовые интересы вовсе не были интересами всего казачества. К тому же эта казачья верхушка все время пополнялась выходцами из православной шляхты с запада, бежавшей от национально-религиозного давления польско-католической агрессии. Казачьи же низы также быстро пополнялись бегущими от тяжелого гнета крепостничества крестьянами западных областей Украины-Руси.

К половине XVI века население и социальный строй южных и юго-западных окраин Великого княжества Литовскогo уже окончательно теряет характер бесклассово-демократический, каковым он был в конце XV века, и получит свое разделение на классы, с разными, свойственными каждому классу интересами. Новые владельцы начали постепенно накладывать на крестьян разные обязательства, стремясь ввести тот крепостнический гнет, который был в Польше, Галиции, Западной Волыни и Подолии.

Горожане, мещане и ремесленники, начали облагаться разными повинностями, преимущественно денежными, в пользу тех, в сферу чьих владений попадали их городки и местечки. Кроме того, на них не был наложен ряд обязательств, подлежащих непосредственно государству. Посредниками при взыскании всяких повинностей все чаще и чаще начали выступать евреи, прибывшие вслед за магнатами и шляхтой. Желая и удовлетворить владельцев, и уделять побольше для себя за свою посредническую деятельность, они изощрялись в изыскании способов увеличить свои доходы, чем озлобляли городское население. К тому же они еще успешно конкурировали с городскими торговцами и ремесленниками и также и по этой причине вызывали их недовольство.

Крестьян землевладельцев, тех которые еще не были крепко организованы в казачестве, новые владельцы попросту обращали в крепостных, сначала накладывали на них разные натуральные повинности: поставку владельцу-помещику разных продуктов крестьянского хозяйства (птица, мясо, зерно, сено, полотно). А потом, постепенно, начали вводить барщину («панщину») – обязательный труд в хозяйстве помещика. С ростом этих хозяйств, вызванных ростом спроса на сельскохозяйственные продукты, как на внутреннем, так и на внешнем рынке, росло и количество дней барщины.

В 1578 году правительство Речи Посполитой в связи с поражением в Ливонской войне было вынуждено вернуться к идее о создании казачьих формирований на службе у государства. Тогда на государственную службу был принят отряд из 500 казаков. Члены этого отряда освобождались от государственных податей и получали во временное владение землю. Главная задача этого отряды заключалась в охране границы и «наблюдении» за остальными казаками, не принятыми на государственную службу. В последующем число реестровых казаков постоянно возрастало, и к 1590 году их насчитывалось тысяча человек.

В 1590 году сейм принял постановление «Порядок со стороны низовых казаков и Украины». Число казаков, вписанных в «реестр» и состоявших на государственном жалованье, возросло до 3000 человек (2000 пеших и 1000 конных). Правда, одновременно с этим король был уполномочен раздавать шляхте «пустынные» места на Украине.

В 1591 году вспыхнуло восстание Косинского, которое из споров между магнатами вскоре превратилось в настоящее восстание казаков против Речи Посполитой. Вместе с казаками в нем участвовали крестьяне и горожане Киевского, Брацлавского, Волынского и Подольского воеводств. На подавление этого восстания были направлены польские регулярные войска во главе с украинским магнатом князем Осторогожским. Эти войска нанесли поражение восставшим у города Пятки (к юго-западу от Житомира), после чего Косинский был вынужден подписать договор о прекращении борьбы. Казаки обратились к московскому царю с просьбой о принятии в подданство с теми землями, на которых они жили. Но из этого ничего не получилось. Весной 1593 года казацкий отряд Косинского был разбит польскими войсками под Черкассами, Косинский погиб, и переговоры казаков с Москвой были прерваны.

В 1593 году варшавский сейм принял конституцию «О низовых казаках», в которой бунтующие, грабящие и переходящие государственную границу без разрешения казаки были названы врагами отечества и изменниками, которых можно убивать, не опасаясь за это никакого наказания. Но и это не помогло. Местное украинское население откровенно враждебно относилось к полякам и постоянно совершало нападения на их имения.

В 1594 году началось восстание под предводительством Северина Наливайко, Григория Лободы и Мавулы. Оно приобрело столь большой размах, что во главе 18-тысячного отряда правительственных войск, высланных для борьбы с бунтовщиками, был поставлен сам польный гетман Станислав Жулкевский. Наливайко, стремясь уклониться от генерального сражения, в начале 1596 года отвел свои отряды в район Уманских лесов, а затем в район Белой Церкви, где соединился с реестровыми казаками. Отбиваясь от врагов, отряды восставших сумели переправиться через Днепр и уйти на Левобережье. Однако в районе города Лубны они были настигнуты и окружены войсками Жулкевского. В такой обстановке реестровые казаки, стремясь спасти свои жизни, сговорившись, схватили Наливайко и других командиров восставших и выдали их полякам. Отряд сложил оружие. Но поляки не считали своим долгом соблюдать слово, данное «холопам». Все сдавшиеся повстанцы вместе с женщинами и детьми были перебиты, и лишь небольшая часть казаков прорвалась из вражеского кольца и ушла в Запорожье. Пленного Наливайко и шесть его соратников отправили в Варшаву, где более года продержали в тюрьме. В мае 1597 года их всех публично казнили – отрубили голову, а тела четвертовали (Всемирная история. Т. VI. С. 442).

Уния православной и католической церкви, заключенная на землях Речи Посполитой в 1596 году, внесла еще больший раскол в украинское общество, часть которого приняла католичество, а другая, прежде всего казачество, осталась верной православию. Православное казачество в своем сопротивлении католичеству сразу же получило поддержку в лице российского правительства, а Польша начала рассматривать его как одну из враждебных сил. В то же время и единства в казачьих кругах не было. Часть казацких старшин, надеясь на получение шляхетства, была готова к тесному сотрудничеству с Польшей.

Казачество и московская «смута»

После поражения казацких восстаний конца XVI в. на протяжении тридцати лет не было крупных народных выступлений. Это в основном объяснялось тем, что Польша, вступившая на путь активной внешней политики, постоянно чувствовала необходимость в военной силе казаков. Так в 1600 году около двух тысяч казаков приняло участие в походе Яна Замойского на Валахию. Командовал ими казачий старшина Самуил Кишка, который официально называл себя гетманом.

Это был поистине легендарный человек. В молодости, присоединившись к запорожским казакам, он совершил с ними несколько морских походов. Однако во время одного из них казачья ладья была захвачена турецкой галерой. Самуил в качестве гребца на галере пробыл в плену 25 лет. В 1599 году он смог организовать восстание гребцов на этой галере, захватил ее и вернулся в Сечь. Однако там его не особенно ждали. Поэтому, собрав отряд «охочих» казаков, он начал участвовать в боевых действиях на стороне поляков. Погиб в 1602 году во время похода в Ливонию. Вполне возможно, он был убит своими же товарищами за подобострастное служение полякам. После его гибели казаки ушли из Ливонии, все грабя на своем пути. Прибыв на Украину в 1603 году, они потребовали предоставления им шляхетства за заслуги в Ливонской войне и за то, что служили они «только за воду и за траву». При этом они основывались на том, что в 1601 году всеобщий коронный сейм принял конституцию, восстанавливающую гражданские права тех казаков, которые участвовали в восстании Косинского и Наливайко. Но амнистия охватывала только тех, кто принял бы участие в военном походе против Швеции. Также было дано обещание легализировать действующий устав казачества, выражено согласие на введение в Запорожье наследственного права и дано заверение в том, что в то время, когда казаки будут сражаться в Ливонии, их семьи и имущество не понесут никакого ущерба.

Но реально это не входило в планы польского правительства. Казакам были обещаны блага совсем другого порядка – им был указан путь на северо-восток. Дело в том, что в начале XVII века Речь Посполитая начала проявлять повышенный интерес к делам Российского государства в связи с появлением там Дмитрия Самозванца.

В начале своего похода на Москву Самозванец, как бы сейчас сказали, выиграл информационную войну. Участие украинских и запорожских казаков в событиях начала XVII века в московских делах было вызвано не только возможностью безнаказанного грабежа. А если верить сообщениям некоторых историков о том, что Лжедмитрий I, готовясь к походу на Москву, обучался военному делу у запорожских казаков, то их участие в его походе не должно вызывать удивления.

Самозванец с польскими отрядами и отрадами запорожских казаков вступил на русскую землю в октябре 1604 года. При этом пошел на Москву через Северские земли, охваченные мятежными настроениями, а не через хорошо укрепленный Смоленск. Жители русских городов, в том числе и Чернигова, сдавали Лжедмитрию I своих воевод и открывали ворота. Он же великодушно прощал раскаивавшихся и тут же брал к себе на службу. Начинался позорный для Российского государства гражданский раскол, когда служилый люд целовал крест то одному то другому правителю, кто в поисках награды, кто спасая свою жизнь.

Царь Борис Годунов долго не хотел замечать нависшую над ним опасность, надеясь легко отвести угрозу. Но страх перед успехами Самозванца преодолел царскую гордыню, и царь послал против Самозванца войска. Первое сражение произошло в декабре 1604 года возле города Новгород-Северского, воевода и жители которого не признали нового царя и стояли насмерть. Оно окончилось фактически победой окрыленного Лжедмитрия I. Однако сам факт сопротивления целого города, наличие царского войска и наступившие холода оказали впечатление на поляков, оставивших военный лагерь Самозванца, ссылаясь на то, что польский король запретил им участвовать в войне, если русские выступят на стороне Годунова. В то же время в царское войско вливались все новые и новые отряды, преимущественно из «охочих» запорожских казаков.

Тем не менее, к началу второго сражения, которое произошло в январе 1605 года под Добриничами, царское войско имело около 6 тысяч стрельцов и 14 орудий, в то время как у Лжедмитрия было 15 тысяч человек и 13 орудий. Перед битвой Самозванец собрал военный совет, на котором поляки настаивали на том, что нужно уклониться от неравного боя. Казачий атаман же и его полковники, наоборот, требовали смелых и решительных действий. А так как казаков было большинство, то их голоса взяли верх.

В этом сражении русские войска превзошли противника своим военным искусством. Они создали своеобразные укрепления, огородившись возами с сеном, между которыми были установлены пушки. На флангах выстроилась конница. Стрельцы, вооруженные пищалями, выстроились в несколько шеренг.

Сражение началось с удачной конной атаки отрядов Самозванца, но после неожиданного пушечного и оружейного залпа нападавшие были рассеяны. Следовавшие за ними пешие запорожские казаки в панике отступили. В этом бою Лжедмитрий I потерпел сокрушительное поражение, потеряв до 6 тысяч убитыми и все орудия (Разин Е.А. История военного искусства. М., 1961. С. 68—74).

После поражения под Добриничами Самозванец был вынужден бежать. Его спасло то, что царские воеводы по беспечности прекратили преследование. На следующий день к Самозванцу пришли сконфуженные запорожцы, но он в гневе прогнал их. Он хотел уйти в Польшу, но он был почти насильно удержан в Путивле, жители которого опасались мести Годунова за присягу «истинному государю».

Царь Борис допустил большую ошибку, развернув невиданные репрессии против жителей Северского края, присягнувших Самозванцу. Реакция не замедлила последовать: народ проникся глубочайшим отвращением к Годунову и его помыслы были обращены к «настоящему и справедливому царю» – Дмитрию Ивановичу. В результате этого все последующие действия царского войска успеха не имели. Самозванцу удалось укрепиться в своих намерениях, его войско вновь пополнилось запорожскими казаками и прочим вольным людом.

Царь не выдержал моральных пыток и страха перед приближающейся бедой, и в апреле 1605 года умер. В Москве временно наступило безвластие. Это придало силы Самозванцу и его окружению, войска которого в июне появились в Москве. Вместе с ним туда пришли и запорожские казаки, которые тут же занялись грабежами жителей столицы и ее окрестностей. Правда, царствовал Лжедмитрий I недолго, всего 11 месяцев. А так как его обещания польскому королю и римскому папе в отношении католизации России выполнены не были, то он довольно быстро стал неугоден и польскому королю Сигизмунду и был убит в результате заговора. Во время всех этих событий запорожские казаки не пострадали, так как они были очень далеки от политики. С Лжедмитрием они по-прежнему рассматривали свои отношения исключительно с точки зрения возможности поживиться за счет начавшейся войны.

Украинские казаки также принимали участие и в борьбе за московский престол Лжедмитрия II. По мере продвижения его войск к Москве они пополнялись «рыцарями продажной сабли», большую часть которых составляли запорожские казаки, или черкасы, как называли их москвичи. С октября 1607 года к нему начали присоединяться тысячи украинских казаков. Весной 1608 года ему присягнула часть городов Северской «украйны».

В июне 1608 года Лжедмитрий II подошел к Москве, но не смог взять ее и остановился в Тушино, вследствие чего и был прозван «Тушинским вором». После вступления Лжедмитрия II в Тушино в его рядах насчитывалось уже около 13 тысяч украинских казаков. Весной 1609 года туда прибывает еще около 8 тысяч. Эти отряды вместе с отрядом польско-литовской шляхты под командованием Сапеги начали длительную осаду Троице-Сергиева монастыря.

Одновременно начались кровавые рейды православного казачества вместе с поляками и литовцами по окраинам Московского государства. На севере под Белым озером это воинство нанесло жестокое поражение жителям Устюжны, но город взять не смогли. Известно, что во Владимирском уезде свирепствовал некий украинский казак Наливайко, совершая такие злодеяния, что вызвал гнев самого Лжедмитрия II. Запорожские казаки доходили до Новгорода, по пути захватив Тверь и Торжок.

Период одновременного правления Лжедмитрия II и Василия Шуйского стал, видимо, самым позорным в истории Москвы. Начались массовые «тушинские перелеты» московских людей, в погоне за землями, деньгами и чинами они поочередно бегали то в Тушино, то в Кремль. Василий Шуйский, будучи не в состоянии опираться в борьбе с «Тушинским вором» на народные массы, в июле 1608 года заключил перемирие с Польшей, а после призвал на помощь шведских наемников. Весной 1609 года молодой полководец князь Михаил Шуйский, племянник царя, с помощью шведского отряда и народного ополчения освободил север страны от польско-литовско-казацких интервентов.

Польша, находясь в состоянии войны со Швецией, ответила вторжением в Россию. Летом 1609 польский король Сигизмунд III двинулся на Смоленск. К началу октября 1609 года в стане короля насчитывалось уже более 30 000 казаков, и они все продолжали прибывать. В это время к Сигизмунду III пришли послы от запорожских казаков с просьбой дать их войску королевскую хоругвь (знамя). В начале февраля пришел целый украинский полк, чуть позже еще семь тысяч казаков, в июне киевский шляхтич Хорлинский привел четыре тысячи запорожцев, еще две с половиной тысячи украинских казаков привел запорожский кошевой Кульбака.

После этого Сигизмунд подошел к Смоленску, а казаков послал на Сиверщину. Весной 1610 года казакам вместе с корпусом, посланным из-под Смоленска, удалось взять много важных крепостей и городов – в их числе северские города Чернигов, Стародуб, Новгород-Северский, Почеп, Брянск, Козельск и другие, заставляя жителей присягать королевичу Владиславу. При этом поражает та степень жестокости запорожских казаков, с которой они обращались с жителями побежденных городов. При этом взаимное озлобление русских и казаков достигало невероятной силы. Сказывалось сильнейшее влияние польской культуры и отличие в обычаях и платье. Но при этом нужно сказать, что точно с такой же свирепостью казаки громили и поляков и татар.

В последующем по той причине, что московские бояре подписали договор о признании королевича Владислава русским царем и тайком пустили польских интервентов в Москву, Московское государство и Украина оказались как бы под единой польской властью. Но Сигизмунд III не пустил Владислава в Москву, а потребовал сдачи Смоленска. В Москве фактическим правителем стал польский воевода Гонсевский при номинально правящем правительстве, состоящем из семи бояр (семибоярщина). Последний послал казаков под Рязань против одного из известнейших освободителей Москвы – Прокопия Ляпунова. Но к тому на помощь пришел князь Дмитрий Пожарский, и после нескольких кровопролитных схваток казаки бежали в Украину.

Осенью 1611 года польский сейм не выделил необходимых средств для Сигизмунда III и король вновь был вынужден обратиться за помощью к запорожским казакам. В августе 1611 года польский коронный гетман Ходкевич предпринял поход против Москвы, в котором участвовало более 30 тысяч казаков. Но этот поход оказался неудачен. Казаки, которым не выплатили жалованье, просто разбрелись по северной России, разоряя и грабя население.

В октябре 1612 после длительной осады интервенты сдались в Кремле. Часть казаков, находившихся там вместе с поляками и литовцами, сумела уйти к Вологде, которую разорила и сожгла, людей вырубила, а церкви ограбила. Летом 1613 года украинские казаки все еще продолжали воевать на Северщине, оставаясь там единственно крупной силой. За взятие Путивля они получили специальную грамоту от Сигизмунда III, многие из них остались на постоянной службе в приграничных крепостях Речи Посполитой.

В 1617—1618 годах поляки снова пытался силой взять Москву, и войско Владислава подошло к самой Москве, но польским жолнерам не было заплачено жалованье, и они, как это было принято, ушли домой. Владислав был вынужден вновь обратиться за помощью к запорожским казакам, на что польский сейм еще раньше выделил 20 000 злотых. Тогда запорожский атаман Петро Сагайдачный, собрав двадцатитысячное войско, двинулся на помощь полякам.

Петр Сагайдачный

Следующим видным вождем украинского казачества стал гетман Петр Конашевич-Сагайдачный. Он родился в 1570 году в селе Кульчицы Перемышльской земли Руського воеводства (сейчас Самборского района Львовской области) в мелкошляхетской православной семье, учился в Острожской школе на Волыни. В конце XVI или самом начале XVII в. Петр Конашевич отправился в Сечь, участвовал в Молдавской и Ливонской кампаниях 1600—1603 гг. Уже в это время Сагайдачный проявил свои таланты военного лидера, казаки избрали его обозным, поручив ведать всей артиллерией Сечи. А в период между 1605 и 1610 гг. он становится во главе Сечи кошевым атаманом.

В этом качестве он совершил несколько удачных походов, когда его войска захватили много добычи. В одном из документов того времени говориться: «…А пришол он, пан Сагадачной, с черкасы под украинной город под Ливны, и Ливны приступом взял, и многую кровь християнскую пролил, много православных крестьян и з женами и з детьми посек неповинно, и много православных християн поруганья учинил и храмы Божия осквернил и разорил и домы все християнские пограбил и многих жен и детей в плен поимал…»

О том, как Сагайдачный стал гетманом, есть несколько версий. Так, в политическом памфлете, приписываемом архиепископу Георгию Конисскому, «История русов или Малой России» говорится, что «полки Малоросийкие… согласясь с Козаками Запорожскими, в 1598 году выбрали себе гетманом Обозного Генерального, Петра Конашевича Сагайдачного, и он первый начал писаться Гетманом Запорожским, а по нем и все бывшие Гетманы в титулах своих добавлятъ войско Запорожское начали». В других источниках указывается, что в 1606 году, не спрашивая поляков, казаки выбрали гетманом Сагайдачного, который «объявил себя Гетманом обеих сторон Днепра и всего Войска Запорожского».

В 1606 году запорожские казаки захватили турецкую крепость Варну, которая до того считалась неприступной. Было захвачено 10 турецких галер с продовольствием, товарами и экипажами. После этого разъяренный султан Ахмед I приказал перегородить Днепр около острова Тавани железной цепью, пытаясь заблокировать казаков и не пустить их в Чёрное море.

В 1607 году запорожцы провели большой поход на Крымское ханство, захватили и сожгли два города, Перекоп и Очаков. В следующем 1608 году и в начале 1609 года запорожцы во главе с Сагайдачным осуществили морской поход на 16 лодках-чайках, войдя в устье Дуная и атаковав Килию, Белгород и Измаил.

К счастью для Речи Посполитой, Турция была занята войной с Персией и не могла двинуть против северного противника значительные силы, однако татары из года в год нарушали границы Украины, жгли поселения, а население уводили в полон.

В 1609 году было решено послать на Украину королевских комиссаров, ибо, как отмечалось в решении «О запорожских казаках», «великое бесправие и своеволие делают те казаки… власти старост наших и панов своих не признают, но своих гетманов и другую форму справедливости своей имеет, из-за чего мещане наши из городов бегут… А наконец, самовольно, помимо воли и ведома нашего и наших военачальников, в скопища большие собираясь, совершают набеги на города в землях наших и на неприятельские замки, нарушая всеобщий мир и пакты, которые у нас с соседями нашими заключены» (Грушевский М. История Украины – Руси. Т. 7. Киев, Львов, 1909. С. 333—334, 337).

Впоследствии Сагайдачный трижды и надолго лишался гетманской булавы (1610, 1617, 1620 годы). Но в годы его правления они продолжали совершать набеги на территорию Крымского ханства и Турции.

В 1614 году казаки овладели Синопом, а через два года, в 1616 году, штурмом взяли хорошо укреплённую турецкую крепость Кафу (Феодосия), разгромив 14-тысячный гарнизон и освободив пленных. Кроме того, в том же 1616 году произошла Самарская битва, в ходе которой запорожские казаки под руководством Сагайдачного вблизи реки Самары практически полностью истребили крымских татар, возвращавшихся после набега на украинские земли.

Сагайдачный реформировал Сечь, что привело к повышению дисциплины и боеспособности казацкого войска. Он превратил партизанские отряды казаков в регулярное войско, устранил из войска вольницу, завёл суровую дисциплину, запретил пить водку во время морских походов, а за пьянство нередко даже «карав на смерть».

После разгрома вторым ополчением Минина и Пожарского армии гетмана Ходкевича под Москвой в 1612 году, войны с Турцией из-за запорожцев Польше были не нужны. Перед страной стояла цель посадить на Московский престол польского королевича Владислава, и для этого потребовалась поддержка запорожских козаков. С этим они обратились к Сагайдачному, который выдвинул встречные требования: расширение казацкой территории; снятие запретов и ограничений на православное вероисповедание в Украине; увеличение численности казацкого войска; признание со стороны Польши судебной и административной автономии Войска Запорожского. Король и сейм частично согласились с этими требованиями и прислали в войско Сагайдачного клейноды, то есть булаву, бунчук, печать и флаг.

Летом 1618 года 2 тысячи запорожцев во главе с Сагайдачным двинулись через Ливны на Москву, захватив по пути Путивль, Рыльск, Курск, Валуйки, Елец, Лебедянь, Данков, Скопин, Ряжск, разрезая пространство между Курском и Кромами. Но Ливны оказали ожесточенное сопротивление казакам. Но это была второразрядная крепость Засечной черты, имевшая деревянно-земляные стены, да и силы оказались слишком неравны, так как по росписи 1618 года в ливенском гарнизоне насчитывалось всего 940 человек. «Пан Саадачной, с черкасы под украинной город под Ливны пришел, и Ливны приступом взял, и многую кровь християнскую пролил, много православных крестьян и з женами и з детьми посек неповинно, и много православных християн поруганья учинил и храмы Божия осквернил и разорил и домы все християнские пограбил и многих жен и детей в плен поимал».

Оставив пепелище на месте Ливен, Сагайдачный пошёл далее на Елец, который был хорошо укреплён и его обороняло до 7 тысяч ратников. Ельчане, запершись в крепости, героически отбивали приступы. Но численность вражеских отрядов, штурмовавших город, была настолько велика, что, по словам очевидца, находившегося в Ельце во время осады, черкасы, несмотря на огромные потери от крепостной артиллерии, по трупам «к Аргамачьим воротам по своим по побитым людем …взошли».. После того как запорожцы захватили острог, к Сагайдачному отправились местные священники с просьбой пожалеть город, а они выдадут царского посланника С. Хрущова вместе с «казной». Сагайдачный принял капитуляцию и направил в Ливны небольшой отряд для проведения арестов и реквизиции.

Следующим пунктом на пути войска гетмана Сагайдачного был город Данков, куда был направлен отряд Михаила Дорошенко. По свидетельству данковского полкового казака Панки Летуновского, узнав о появлении в окрестностях Данкова войска Сагайдачного, местный воевода Алексей Чубаров получил приказ перевести всех жителей в город Михайлов. При этом служилые люди, «собрав порох и свинец под руководством воротника Якима Акулова», попытались скрыться в городе Пронске, однако по пути были настигнуты и разгромлены запорожцами.

После овладения Данковым Сагайдачный продолжил поход на Москву. Правительство Михаила Романова стянуло в Серпухов войско из 7 тысяч человек под командой Пожарского. Но Пожарский неожиданно заболел – официально у него открылись старые раны – и он сдал командование над войском второму воеводе князю Григорию Волконскому. С этим отрядом Волконский должен был помешать Сагайдачному переправиться через р. Оку и остановить его продвижение на Москву.

Сагайдачный проявил военное мастерство и попытался обмануть Волконского. Он избрал местом переправы пункт впадения в Оку реки Осётр, в каких-то 25 км от неприступного Зарайска, оставшегося у него в тылу. При этом Сагайдачный сильно рисковал, так как в случае неудачи переправы его войска могли оказаться в оперативном окружении.

Волконский держался в течение двух недель. Это продолжалось до тех пор, пока посланный в обход отряд Сагайдачного не перешёл Оку выше по течению, у Ростиславля-Рязанского. Узнав об этом, Волконский, ввиду превосходства неприятеля, оставил позиции и заперся в Коломне. Но Сагайдачный не стал осаждать Коломну и, двинувшись дальше, осадил Переславль-Рязанский, захватил Романов, Каширу и Касимов.

20 сентября польский королевич Владислав подошел к Тушино, а Сагайдачный – к Донскому монастырю в пригороде Москвы. 1 октября они Москву атаковали с двух сторон, которую обороняли войска под предводительством Д.М. Пожарского. В наступившем беспорядочном уличном сражении обе армии понесли тяжёлые потери, однако нападавшие не смогли взять внутренние городские стены.

Потерпев неудачу в штурме Москвы, Владислав двинул армию к Троицкому монастырю, но тот также устоял. В ноябре в деревне Деулино возле Троицкого монастыря начались мирные переговоры. Там 24 декабря 1618 года было заключено перемирие сроком на четырнадцать с половиной лет. По условиям перемирия Польше оставались и Смоленск, и Северская земля, предусматривался обмен военнопленными. Но при этом Владислав не отказался от своих притязаний на московский престол. К Польше отошли Смоленская и Черниговско-Северская земли (всего 29 городов). Запорожские казаки за разорение земель Русского царства получили от польского короля плату – 20 тысяч золотых и 7 тысяч штук сукна.

Это было меньше того, на что рассчитывали казаки, и они начали разбегаться из войска. Четыре полка ушли грабить на север в Архангельский край, где были разгромлены в 1619 году. Из-под Калуги ушёл полк под командованием Ждана Коншина – его казаки объявили о переходе на московскую службу. Часть запорожцев во главе с полковником Тарасом ушла в Европу и нанялись к австрийскому императору Фердинанду для участия в боях Тридцатилетней войны на Рейне, Палатинате и Венгрии. Некоторые отряды при посредничестве крымского хана Шагин-гирея нанялись на службу к персидскому шаху Аббасу, воевавшему тогда с Турцией.

После Деулинского перемирия поляки, освободив свои силы, сосредоточили значительную их часть под началом Жолкевского на Поднепровье, чтобы навести там порядок. Сагайдачный опять очутился перед выбором – либо решаться на войну с поляками, либо на мирное сосуществование. Ему пришлось выбрать второе и заключить с поляками Роставицкое соглашение, которое было подписано на реке Роставица около села Паволочь 17 октября 1619 года. По Роставицкому соглашению из реестров должны были быть удалены все казаки, записанные в них за последние пять лет. Число реестровых казаков устанавливалось в три тысячи человек, а все остальные должны были вернуться под власть польских помещиков.

Ростовицкое соглашение вызвало бурю негодования в казачестве. Недовольных возглавил Яков Неродич-Бородавка, провозглашённый гетманом в декабре 1619 года, когда Сагайдачный ушел воевать против татар под Перекоп. Чтобы утихомирить недовольных, Сагайдачный прибег к жестким мерам: пожег казацкие лодки на Сечи и восстановил сторожевой форт на Хортице для перехватывания самовольных походов запорожцев.

В феврале 1620 года Петр Сагайдачный, не признав избрания Бородавки, направил в Москву от своего имени как гетмана посольство, во главе которого был Петр Одинец, выразить готовность запорожских казаков служить царю, «как они прежде служили его предшественникам». Под «прежней службой» подразумевались походы Дмитрия Вишневецкого (Байды) против крымских татар в 1550-е годы.

Казачьих послов приняли 26 февраля в Посольском приказе. Их переговоры с боярами и дьяками продолжались весь март и апрель. Перед отъездом из Москвы послы получили письмо царя Михаила Федоровича гетману Сагайдачному. В вежливых, но осторожных словах царь благодарил Сагайдачного и казацкую армию за желание служить ему. Он пожаловал им «легкое жалованье» в 300 рублей и пообещал в будущем дать больше. Пока же, как объяснялось в письме, Россия находилась в мире с крымскими татарами и службы от казаков не требуется. Хотя посольство Сагайдачного в Москве и не добилось ожидаемых результатов, но оно обеспокоило поляков.

В феврале 1620 года атаман Петр Одинец по поручению Сагайдачного встречался с Патриархом Иерусалимским Феофаном III в Москве. В марте Феофан прибыл в Малую Русь. На границе его встречали запорожские казаки во главе с Сагайдачным, которые, согласно сообщению Густынской летописи, «обточиша его стражбою, яки пчелы матицу свою», сопроводили с почестями в Киев. Здесь Феофан общался с представителями местного братства, православным духовенством и побывал в знаменитом казацком Трахтемировском монастыре. При активном участии Сагайдачного 15 августа 1620 года Иерусалимский патриарх Феофан в Печерской лавре восстановил Киевскую православную митрополию, была восстановлена также православная иерархия, ликвидированная после Брестской церковной унии 1596 года.

Самовольный набег казаков-«выписчиков» гетмана Бородавки на Варну и Стамбул привел к началу новой турецко-польской войны. В октябре 1620 года турки нанесли Польше страшное поражение в битве под Цецорой. После этого в июне 1621 года в урочище Сухая Диброва возле Белой Церкви прошла большая казацкая рада, на которой было решено направить на помощь полякам 40 тысяч казаков при условии признания прав казачества и православных, расширения реестра и вывода польских войск с русских земель. Поляки дали только расплывчатые обещания, но Сагайдачный, несмотря на это, энергично взялся за подготовку похода против турок.

В конце августа 1621 года в войске Запорожском под Могилевом произошла смена власти. Гетман Бородавка лишился булавы, был арестован, а позже (8 сентября) по приказу Сагайдачного казнен. Сагайдачного снова провозгласили гетманом.

В сентябре 1621 году произошла знаменитая Хотинская битва. Там объединенным силам польских и казацких войск (около 80 тыс. человек) противостояла 162-тысячная турецкая армия. Турки понесли большие потери и с началом зимних холодов должны были заключить невыгодный для них мир. Но запорожскому казачеству эти победы опять ничего не дали. Только Сагайдачный лично получил из рук королевича Владислава в награду за успешные действия под Хотиным наградной меч, инкрустированный золотом и бриллиантами с изображением сцен суда Соломона и боя античных воинов. На мече была надпись на латыни: «Владислав Конашевичу кошевому под Хотином против Османа».

По Хотинскому миру поляки были обязаны не допускать нападений казаков на Турцию. Те же, глубоко возмущённые условиями мира, не позволили полякам себя обезоружить и организованно ушли из под Хотина на Запорожье.

Под Хатином Сагайдачный был тяжело ранен в руку отравленной татарской стрелой, после чего тяжело болел. В таком состоянии он перебрался в Киев в сопровождении королевского врача. Уже находясь в Киеве, он очень страдал от раны. 10 апреля 1622 года от полученных ран гетман скончался и был похоронен в Киеве, в Братском монастыре. После погребения на месте его захоронения была установлена погребальная доска, гласящая: «Тутъ зложилъ Запорозкій Гетманъ свои кости, Петръ Конашевичъ, ранный въ войнъ: Для Волности Отчизны. Кгды нанъ Турцы моцно натирали, И Постръловъ смертельныхъ килька му задали: Которыми зраненый, Живота доконалъ, Въры Богу, и Кролю, и Войску доховалъ. И умер боронячи Мира ойчистого. За што узычъ му Творче Неба въчистого: Якъ Ревнителю Въры Благочестивои: Въ которой былъ выхованъ зъ молодости своеи. Року Тисеча шесть сотъ Двадесятъ второго, Погребенъ въ Монастыри Брацтва Кіевского, На который Тисячій килка офъровалъ, А жебы тамъ Науки фундовано жадалъ». В 1690—1693 гг. при реконструкции Богоявленской церкви этого монастыря могила гетмана была утеряна, а в 1935 году уничтожена и сама церковь.

В 1625 году между поляками и казаками начались новые трения. Король, заручившись миром с Турцией, двинул против казаков войска. Казаки были вынуждены вступить с противником в переговоры. Был подписан новый Куруковский договор, который предусматривал иметь на польской службе 6 тысяч казаков, определял некоторые льготы для Запорожского войска, но сильно ограничивал его свободу действий, особенно в отношении России и Крыма.

Украинская «смута»

Религиозное противостояние и другие противоречия приобретали среди населения польско-литовской «окраины» форму массовых протестов и выступлений. Так, известно, что в конце 1624 года начались волнения в Киеве, где «Федор Ходынка вздумал опечатать церкви православные; митрополит сейчас же дал знать об этот в Запорожье гетману Каленику Андрееву и всему войску; гетман прислал в Киев двоих полковников… и велел им в окольных киевских городах собраться с тамошними казаками и идти в Киев для оберегания веры христианской; полковники выполнили поручение, явились в Киев в 1625 году после Крещения, распечатали церкви и схватили Ходынку с теми мещанами, которые умышляли вместе с ним против православия». После этого в феврале 1625 года посланцы от киевского митрополита приехали в Москву с просьбой «чтобы государь взял Молороссию под свою высокую руку» (Соловьев С.М. Сочинения. Т. 10. С. 422—423).

Сразу же нужно оговорить тот факт, что термин «Малороссия» появился только в конце XVIII в., после того как усилиями князя Григория Потемкина к Российской империи были присоединены северное побережье Черного моря и Крым. Позже по приказу Екатерины II на этой территории была образована губерния с данным названием, которое и использовал в своих трудах историк С.М. Соловьев.

Политические реверансы запорожских казаков сильно вредили Речи Посполитой. В конце сентября 1625 года против них было направлено 33-тысячное польское войско во главе со Станиславом Конецпольским. Поляки вошли в Киев и Черкассы, где «многих казаков побили и места их казацкие разорили». Затем, выступив из Черкасс, поляки стали лагерем у Днепра южнее этого города. На другой стороне Днепра против них стояло 20 тысяч запорожских казаков во главе с гетманом Измаилом и полковником Михаилом Дорошенко. Стычка состоялась 26 октября. Поляки победили, казаки отступили на более выгодные позиции. Атака этих позиций могла стоить полякам больших жертв, поэтому они не спешили продолжать наступление.

Казаки также боялись новой схватки. Верные своей тактике компромиссов, они свергли гетмана и избрали на эту должность черкасского полковника Михаила Дорошенко. Среди казаков этот человек пользовался большим авторитетом. Известно, что он принимал участие в должности походного атамана в походе Петра Сагайдачного на Москву в августе 1618 года. Тогда отряд казаков под его предводительством взяли города Лебедянь, Данков, Епифань, Скопин и Ряжск.

В целом же Дорошенко был выдвиженцем той части казацко-старшинской верхушки, которая искала компромисса с польским правительством. Будучи избран казаками гетманом во время крестьянско-казацкого восстания против Польши, Дорошенко подписал между старшиной и польским военачальником, гетманом польным коронным Станиславом Конецпольским Куруковское соглашение 1625 года, которое стало первым юридическим оформлением полково-сотенной организации казачества.

Дорошенко сразу же вступил в переговоры с Конецпольским. Обе стороны предъявили друг другу обвинения. Но после недолгих препирательств Дорошенко подписал документ, подтверждающий его покорность польскому королю. На Украине оставалось 15-тысячное польское войско, которое разместилось во многих ключевых городах, а в остальных власть осуществлялась при участии польских комиссаров.

В конце 1625 года в Москву прибыло посольство уже от гетмана войска Запорожского от имени выдававшего себя за турецкого царевича Александра Ахии, который просил помощи в походе против турок, незаконно лишивших его трона. Царь ограничился посылкой «царевичу» подарков на сумму в 1000 рублей. Поляки же, увидев в действиях казаков непослушание центральной власти, начали гонения на Александра. Он бежал на территорию России. Но царь и бояре, опасаясь осложнений в отношениях с Польшей и Турцией, решили не пускать беглеца далее Мценска. Александр писал царю письма с просьбой разрешить ему поднять в поход донских казаков, но Михаил Федорович отвечал, что донские казаки – люди вольные и его приказа не послушают. Поэтому Александра, практически не поддержав, отправили за границу через Архангельск.

В 1626 году крымский хан напал на польско-литовскую «окраину». Казаки потребовали от Дорошенко выступить против врага, и он начал собирать войска в Больших Прилуках. Но туда приехал посол от хана и напомнил, что Дорошенко обещал Бахчисараю нейтралитет казаков в случае войны с Речью Посполитой. В следующем году казаки отказались вместе с польскими войсками выступить против шведов.

Затем Дорошенко снова начал сотрудничать с крымскими татарами, которые смогли достойно его «отблагодарить», предав его во время боя с турками возле Бахчисарая, который состоялся 31 мая 1628 года. В том бою Дорошенко был убит, а его отрубленная голова выставлена на копье на въезде в город Кафу.

После гибели Михаила Дорошенко гетманом был провозглашен Григорий Черный, который сразу же не понравился казакам за связи с поляками и принятие унии. Через два года польское правительство решило усилить группировку своих войск в районе Киева, что казаки восприняли, как покушение на их вольности и очередное предательство гетмана. Они убили Григория Черного и в марте 1630 года провозгласили гетманом Тараса Федоровича (Трясила) и несколькими отрядами двинулись с Сечи в очередной поход на земли, подвластные полякам. Восстание быстро охватило земли Полтавщины и значительную часть земель по левому берегу Днепра. Овладев Каневом и другими небольшими городками, восставшие вошли в Переяславль. Коронный гетман Концпольский двинул против казаков войска и осадил Переяславль. Осада длилась три недели. Произошло несколько боев, но решающей битвы не последовало.

Но далее события развивались по чисто украинскому сценарию. Конецкольский начал переговоры, во время которых ему удалось договориться с казачьей старшиной. Украинские историки пишут, что после этого «казацко-старшинская верхушка отстранила своего вождя от власти и Тарас Федорович вынужден был с частью сторонников вернуться на Запорожье», но при этом ей удалось заключить с поляками компромиссное соглашение «суть которого заключалась в сохранении основных требований Куркуровсколго договора и увеличении реестру до 8 тысяч человек» (Бойко А.Д. История Украины. Киев, 2007. С. 139).

Это очередная ложь в угоду политическим амбициям последующих властей Украины. Историк С.М. Соловьев на основании польских архивных документов пишет, что казаки выдали полякам Тараса, которого казнили в Варшаве. После этого они начинали переговоры с польскими властями, «которые поляки оборачивают в свою сторону» (Соловьев С.М. Сочинения. Т. 10. С. 429).

Новым гетманом был избран ставленник поляков Тимофей (Тимоха) Арандаренко. Но прошел всего год, и в 1631 году казаки лишили гетманства и Арандаренко, выбрав на его место Ивана Петрижицкого-Кулагу. Затем и его на посту гетмана сменил Иван Сулима. Все это время казаки продолжили разбойничьи нападения на приморские районы Турции, а также периодически грабили имения, принадлежавшее полякам. Последние, стремясь обуздать казаков, в 1635 году построили на Днепре крепость Кодак, но казаки во главе с гетманом Сулимой, возвращаясь с очередного морского похода, разорили эту крепость. Но это событие не переросло в новое восстание украинцев против поляков, так как реестровые казаки схватили казацкого вождя и выдали польским властям, выговорив при этом себе не только помилование, но и очередные льготы.

Очередным гетманом нереестрового казачества стал Павел Бут (Павлюк). Он, а также Яков Остряница и Дмитрий Гуня в 1637 году подняли очередное казацко-крестьянское восстание против поляков. Им удалось собрать под свои знамена до 10 тысяч человек, и восстание охватило значительные территории, особенно по левому берегу Днепра.

В 1637 году у села Кумейки возле Черкасс состоялось решительное сражение. Казачье войско, потеряв до 20 процентов своего состава, обратилось в бегство. Поляки перешли к его преследованию и настигли возле Боровицы. Состоялся еще один бой, который казаки также проиграли. После этого они, как обычно, выдав своего гетмана и других вожаков полякам, выговорили себе помилование и свободу.

Однако, обретя свободу, казаки уже весной следующего года нарушили данное слово. Теперь их выступление возглавили Яков Остряница и Дмитрий Гуня. В ряде районов снова начались избиения польского населения, уничтожение их имущества, грабежи и мородерство.

Поляки решили окончательно покончить с этими беспорядками и снова направили войска против мятежных казаков. Бой состоялся под селом Жовнин неподалеку от Черкасс. В этом бою казаки снова были разгромлены, а остатки их войска капитулировали. После этого польским сеймом была принята «Ординация Войска Запорожского реестрового», которой было упразднено казачье право производить выборы своих гетманов и старшин, а число реестровых казаков было уменьшено до 6 тысяч человек. По этому документу казаки имели право жить по своим обычаям только в трех староствах – Черкасском, Чигиринском и Корсуньском. Однако вместо выборного гетмана польское правительство должно было направлять в казачьи районы своего комиссара.

Таким образом, всего за семь лет, с 1630 по 1637 г., во главе запорожского казачества «отметилось» пять гетманов. Трое из них в результате военных неудач казаками были выданы польским властям на верную смерть.

В это время под лозунгами борьбы за права и православие казаки постоянно совершали набеги как на польские, так и на Крымские владения, но ничего конкретного для укрепления своей территориальной независимости не делали. Это происходило потому, что взаимоотношения между самими казаками были достаточно сложными. Гетман избирался Радой (Советом) открытым голосованием, но эта Рада могла его и сместить. Польные гетманы избирались также на общем сходе, но уже для проведения конкретного похода. Если поход был удачным, казаки славили своего начальника и могли даже выдвинуть (выкрикнуть) его на вышестоящую должность. В случае неудачи – они расправлялись с ним. Причем самым гуманным способом расправы было публичное лишение должности. В случае неудачного исхода боя казаки без зазрения совести выдавали своих начальников противнику, покупая таким образом для себя спасение.

Примеров тому немало. В частности, во время неудачного боя казаков с поляками под Берестечком (1961 г.) Богдан Хмельницкий избежал этой участи только потому, что, «вовремя» бросив свои войска, бежал с поля боя вместе с татарским ханом.

Создание Слободского казачества

Процесс создания Слободского казачества является наиболее показательным явлением в развитии русско-украинских отношений в середине XVII века. Он был продиктован рядом обстоятельств, в числе главных из которых были война Речи Посполитой против запорожского казачества, поражение казачества в войне с поляками и поиски ими пристанища, желание России оказать помощь единоверцам и укрепить за счет них свои юго-западные границы.

Этот процесс начался значительно раньше. В первой четверти XVII века количество переселенцев в междуречье Дона и Северского Донца резко возросло. Великая смута в Московском государстве, участие в ней запорожского казачества и последующее изгнание польско-литовских захватчиков с русских земель обусловили массовый отток людей на юг, в казачьи области, подальше от царских и боярских стражников. Туда же бежали и многие подданные Речи Посполитой.

В 1637 году царь Михаил Федорович Романов, заботясь о безопасности южных границ Российского государства, в одной из грамот указывал: «Слышали мы, что от басурман на православных христиан разорение, всякое, зло и полонское расхищение происходит. Посему указали на Кальмиуской и других дорогах от татарского нападения ставить города и острожки, жилые и всякие стоялые крепости учинить, чтоб там у татар на Русь проход отнять, а православных христиан от войны, разорения и полону заступить».

Между тем украинцев на берегах Северского Донца, Оскола и Айдара становилось все больше. Главной причиной их прихода стало поражение ряда казацко-крестьянских восстаний, направленных против польско-литовских и украинских магнатов. С областей Речи Посполитой, расположенных на правом берегу Днепра, многие их участники, спасаясь от карателей, бежали в пределы Российского государства. Переселение было массовым. Так, только в 1638 году по некоторым данным на левый берег Днепра переселилось около 40 тысяч подданных Речи Посполитой.

Нередко переселялись целыми казачьими частями. Так, по имеющимся данным, в августе 1638 года вместе с гетманом Яцком Острянином с Правобережья в район Белгорода прибыло 10 сотников, 9 пятидесятников, 102 десятника и 887 рядовых казаков вместе с семьями и домашним скотом. Всего в этом отряде было более 3 тысяч человек. Тогда же в Путивль прибыл отряд во главе с запорожским старшиной Власко Федоровичем Иванкиевым, в котором насчитывалось около 10 тысяч «черкас и всяких служилых людей».

Московское правительство, заинтересованное в колонизации южных окраин государства и охране его пограничных областей от набегов крымских татар, поощряло православных переселенцев с территорий Речи Посполитой: им предоставлялась земля, оказывалась помощь в обзаведении хозяйством, за ними сохранялась свобода от крепостничества и предоставлялись казачьи привилегии. Кроме того, для охраны переселенцев выделялись воинские подразделения из порубежных городов. Так, по просьбе Яцко Острянина для его людей были выделены земли на Северском Донце в районе ранее существовавшего небольшого селения Чугуева. Там переселенцы должны были обосноваться, построить укрепление и начать обработку земли. Для их защиты по царскому указу тульский воевода князь И. Черкасский должен был послать из Белгорода, Оскола и Курска 200 человек «детей боярских полковых, и казаков и стрельцов пеших». Переселенцам от казны выделялись деньги на обустройство, порох, свинец и семена для посева, а также «добрая земля под пашню»: сотник получил 35 четей, пятидесятник – 30 четей, десятник – 25 четей, рядовой казак – 20 четей.

Последующие группы переселенцев получали земли дальше на восток, постепенно занимая лучшие места в междуречье Дона и Северского Донца и далее на север по левому берегу Днепра. Переселенцы и русские воеводы, реализуя царский указ от 1637 года, на Северском Донце в 1646 году основали город Изюм, затем появились другие города.

В середине XVII века в официальных документах московского правительства появляется такой термин, как «Слободская Украина». Это была юго-западная окраина Российского государства, населенная казачеством, проживавшим в слободах. Ее территория охватывала нынешние Харьковскую, и частично Сумскую, северную часть Донецкой и значительную часть областей Украины, а также южные территории Курской, Воронежской и Белгородской областей Российской Федерации.

Приток переселенцев на Слободскую Украину усилился во время освободительной войны украинского народа 1648—1654 гг. под руководством Богдана Хмельницкого. В 1652 году на российскую территорию перешла вместе с семьями значительная часть Черниговского и Нежинского казачьих полков во главе с полковником Иваном Николаевичем Дзинковским и обозным Федором Шебортасом, всего более тысячи человек. В связи с этим последовал царский указ воеводе Федору Юрьевичу Арсеньеву об устройстве прибывших на вечное поселение на берегу реки Тихая Сосна при впадении в нее речки Острогожцы. Там 16 августа был заложен острог Острогожск, строительство которого завершилось через три месяца, а велось «собранными из разных городов детьми боярскими, стрельцами, казаками, да и самими черкасами». Для вооружения Острогожска по цареву указу были выделены две железные пищали, а к ним сто ядер железных. Гарнизон острога получил яровые семена, рожь и овес. Кроме казаков, в состав гарнизона Острогожска входили 40 стрельцов и 20 пушкарей, переселенных туда с русских городов.

На базе этих сил в том же году по указу русского правительства формируется Острогожский казачий полк, на который возлагается задача охраны рубежа государства на Белгородской засечной черте и южнее ее, вплоть до Северского Донца. Командиром полка царским указом назначается И.Н. Дзинковский.

Всего во второй половине XVII века на территории Слободской Украины было развернуто пять поселенных казачьих полков: Харьковский, Изюмский, Ахтырский, Сумской и Острогожский. Имеются сведения, что к 1651 году в составе всех пяти полков было немногим более 13 тысяч человек. Столько же украинцев числилось на городовой службе в гарнизонах (Важинский В.М. Землевладение и складывающиеся общины однодворцев в XVII веке. – Воронеж, 1974. С. 46—49).

Каждый из слободских казачьих полков был не только военной, но и административной единицей. Территория каждого полка, в свою очередь, делилась на сотни. Во главе полка стояли выборный полковник и полковая старшина, которые избирались пожизненно. В состав полковой старшины входили полковой обозный, писарь, судья, хорунжий и есаул. Каждый из слободских полков имел свое знамя.

Воссоединение Украины и России

«Издавна московские цари мечтали о том, чтобы под свою власть захватить все земли, что когда-то принадлежали государству Владимира Великого, но больше всего им хотелось получить богатую и культурную Украину. Искали и других. Но турецкий султан был мусульманской веры и сильно притеснял украинцев. Крымский султан также был мусульманином и не раз предавал украинцев. Поляки преследовали православную веру и притесняли украинский народ. Оставался только один московский царь… Горько задумались запорожцы, но другого выхода не было – нужно было идти на союз с Москвой…

После этого в Киеве по приказу царя посреди города была построена московская крепость. Московский воевода вел себя в старой украинской столице, как в завоеванном городе, презирал мещан и казаков, а также и митрополита. Все это очень огорчало украинцев. Но затем последовали новые неприятности. Москали начали вести переговоры с поляками и готовы были отдать им половину украинских земель…

Богдан Хмельницкий видел, что союз с Московщиной ничем Украине не поможет, и начал искать помощи на стороне. Он послал послов в Швецию, Турцию, Венгрию и Молдавию. Он хотел заключить союз со всеми этими странами для того, чтобы освободить Украину и от Московщины, и от Польши (История Украины. Львов., 1991. С. 88—89).

* * *

В советских источниках долгое время воссоединение Украины и России преподносилось исключительно как акт добровольного вхождения украинского народа под власть могучего Российского государства с целью защиты его от поляков. Во главе этого процесса стоял Богдан Хмельницкий.

Богдан-Зиновий Михайлович Хмельницкий родился 27 декабря 1595 года на хуторе Суботов. Его отцом был чигиринский подстароста Михаил Хмельницкий, состоявший на службе у коронного гетмана Станислава Жолкевского.

Своё обучение Богдан начал в киевской братской школе, а после её окончания поступил в Иезуитский коллегиум вначале в Ярославе, а затем продолжил учебу во Львове. При этом он не перешёл в католичество и остался верен православной вере.

Вернувшись на родину, Хмельницкий участвует в польско-турецкой войне 1620—1621 годов, во время которой, в битве под Цецорой, гибнет его отец, а сам он попадает в плен и два года проводит в рабстве. Он был выкуплен родственниками и, вернувшись в Суботов, был зачислен в реестровое казачество.

С конца 1620-х годов Б. Хмельницкий начинает активно участвовать в морских походах запорожцев на турецкие города. Затем после долгого пребывания на Запорожье он вернулся в Чигирин, где получил уряд сотника чигиринского. В истории последовавших затем восстаний казаков против Польши периода 1630 и 1638 гг. имя Хмельницкий не встречается. Правда, акт капитуляции восставших Павлюка в 1638 году был писан его рукой.

По утверждению «Летописи самовидца», когда на польский престол вступил Владислав IV и началась война Речи Посполитой с Россией, Хмельницкий участвовал в осаде поляками Смоленска в 1634 году и даже в 1635 году получил от короля золотую саблю за храбрость и за спасение короля Владислава от русского плена во время одной из стычек под Москвой.

В начале февраля 1648 года группа казаков с Хмельницким прибыла в Запорожье. Собрав вокруг себя запорожцев на острове Томаковка, который находился вниз по Днепру в 60 км южнее острова Хортица, Хмельницкий решил идти на Сечь, где с 1638 года находился гарнизон коронного войска. Отряд Хмельницкого разбил польский гарнизон и принудил к бегству черкасского реестрового полковника Станислава Юрского. Реестровые казаки гарнизона присоединились к отряду Хмельницкого, мотивируя свой переход «воювати козаками проти козаків – це все одно, що вовком орати» («воевать казакам с казаками – все равно что волком пахать»).

Чтобы привлечь на свою сторону крымского хана Исляма III Гирея, Хмельницкий направил к нему своих послов, которые сообщили хану о планах короля напасть с запорожцами на Крым. Хан дал уклончивый ответ – не объявляя формально войны Польше, хан велел перекопскому мурзе Тугай-бею выступать с Хмельницким.

18 апреля 1648 г. Хмельницкий вернулся на Сечь и изложил результаты своей поездки в Крым. Там полковники и старшина приняли его с энтузиазмом и казачество избрало его гетманом Войска Запорожского.

После этого, дождавшись прихода четырехтысячного отряда перекопского мурзы, в конце апреля восьмитысячное казацкое войско вышло из Сечи. Навстречу им Николай Потоцкий выслал шесть полков реестровых казаков (до 6 тысяч человек) во главе со своим 20-летним сыном Стефаном Потоцким. Хмельницкий одержал победу потому, что два полка реестровых казаков перебили своих командиров и перешли на его сторону.

После этого Хмельницкий двинулся к Корсуню, где стояло польское войско, под начальством гетманов Калиновского и Николая Потоцкого. 15 мая Хмельницкий подошёл к Корсуню. 25 апреля в тыл коронного войска сумел зайти отряд Максима Кривоноса и татары под предводительством Тугай-Бея. Окруженные приняли решение идти на прорыв, но он не удался. Через несколько часов битва закончилась, большинство поляков погибло, выживших татары взяли в плен (Яковенко Н. Нарис історії України з найдавніших часів до кінця ХVІІІ ст. С. 208).

Сразу после этих побед в районы, контролируемые запорожскими казаками, прибыли основные силы крымских татар во главе с ханом Ислямом III Гиреем. Но поскольку сражаться уже было не с кем, то союзники ограничились тем, что провели совместный парад в Белой Церкви, после чего крымская орда с огромной добычей и с многотысячным количеством ясыря вернулась в Крым.

К концу лета 1648 года была собрана новая польская армия численностью 35—40 тыс. человек, которая сосредоточивалась на Волыни у Чолганского Камня. Командование ею было поручено сразу трем военачальникам: князю Владиславу-Доминику Заславскому, Николаю Остророгу и Александру Конецпольскому. Первый их них был статен и изнежен, второй склонен к учености, третий – очень молод и неопытен. У армии был огромный обоз – 100 тысяч подвод, в составе которого находилось около 5 тысяч женщин легкого поведения. По воспоминаниям современника, эта армия будто бы собралась на свадьбу и увеселение, но не на войну. Армия Хмельницкого насчитывала около 70 тысяч человек, немного позже ещё подошла и татарская конница.

Армии встретились у села Пилявцы возле Староконстантинова. Битва произошла 11—13 сентября 1648 года. Казакам удалось загнать пехоту противника на узкую плотину и там уничтожить её, коннице также было нанесено поражение. После этого на польском военном совете было принято решение отступать. Первым с поля боя побежало командование, его примеру последовали остальные. Казаки и татары занялись захватом пленных и грабежом. Большая часть добычи и пленных, однако, досталась татарам. В связи с этим в армии Хмельницкого стало много недовольных. Участились случаи и размах грабежа местного мирного населения. Войско Хмельницкого захватило 90 пушек, огромные запасы пороха. После этого Хмельницкий занял Староконстантинов, затем Збараж.

После этого целью Хмельницкого стал Львов, куда в конце сентября собрались беглецы из-под Пылявы. Но для защиты Львова имелось всего 4400 человек, так как остальные 13 500 человек оставили город, предварительно прихватив с собой деньги, собранные горожанами для его защиты. Оборона практически беззащитного города легла на бургомистра Мартина Гросвайера.

6 октября татары и отдельные украинские подразделения атаковали окраины города, 8 октября подошли основные силы Хмельницкого. 9 октября начались бои за городские укрепления, а на следующий день полк Максима Кривоноса атаковал Высокий Замок, который удалось взять 15 октября. Но, как показывают действия гетмана, он не собирался занимать город, а только стремился заставить магистрат выплатить контрибуцию за снятие осады. Поэтому он согласился на сравнительно небольшую сумму в 220 тысяч злотых деньгами и товарами, которая была доставлена в казацкий лагерь 21 октября. И уже 26 октября его войско сняло осаду и направилось в сторону Замостья.

17 ноября 1648 года новым королем Речи Посполитой стал Ян Казимир. В это время войско Хмельницкого держало в осаде городок-крепость Замосць. Взятие этой крепости открыло бы дорогу на Варшаву. Но осенняя погода, дожди, начавшаяся эпидемия дизентерии, враждебное отношение польского населения к казакам, богатая добыча восставших поуменьшили их пыл. Начались переговоры казацкой старшины с новым королём. Казаки просили разрешить довести реестр до 12 тысяч человек, восстановить казацкое самоуправление, дать право свободного выхода в море, подчинение всех старост на казацкой территории гетманской власти.

Хмельницкий, не ожидая конца переговоров, 23—24 ноября повернул свои войска домой. Он потребовал от восставших крестьянских отрядов, действовавших на освобожденных казацких территориях, прекратить всякую борьбу против поляков и вернуться к мирной жизни. Казаки же по пути домой откровенно грабили мирное население.

2 января 1649 года Хмельницкий триумфально въехал через Золотые Ворота в Киев, который приветствовал его перезвонами церквей, пушечными выстрелами и тысячными толпами народа. Его встречали Иерусалимский патриарх Паисий и Киевский митрополит Сильвестр Коссов. После этого, во воспоминаниям современников, Хмельницкий начал быстро превращаться из сторонника «казацкой автономии» на землях Надднепровщины, в освободителя от польской неволи всего украинского народа. Его последующие победы при Жёлтых Водах и под Корсунем вызвали всеобщее восстание украинского населения Речи Посполитой против поляков.

В декабре 1648 года в Киеве проездом в Москву находился Иерусалимский патриарх Паисий, который уговаривал Хмельницкого создать отдельное православное Русское княжество, упразднив унию. Паисий согласился также передать письмо Хмельницкого царю с просьбой «о принятии войска Запорожского под высокую государеву руку».

В первых числах января 1649 года Хмельницкий выехал в Киев, где его встретили торжественно. Из Киева Хмельницкий отправился в Переяслав. Слава его разнеслась далеко за пределы Украины. К нему приходили послы от крымского хана, турецкого султана, молдавского господаря, семиградского князя.

Таким образом, идея воссоединения с Россией у Хмельницкого возникла не случайно. Ещё в июне 1648 года он направил письмо Российскому царю Алексею Михайловичу. Однако в то же время он написал и письмо к польскому королю Яну Казимиру, крымскому хану и турецкому султану с заверениями в верности, покорности и вассалитете.

Весной 1649 года польские войска стали стягиваться на Волынь. Хмельницкий разослал по Украине универсалы, призывая всех на защиту родины. Было сформировано 30 полков общей численностью около 120—150 тыс. человек. Затем казаки соеденились с татарами крымского хана Исляма III Гирея. Только после этого Хмельницкий с татарами подступил к Збаражу, где осадил польское войско, численность которого едва достигала 15 тысяч человек. Осада продолжалась больше месяца (в июле 1649 г.), и в польском лагере начался голод и повальные болезни.

На помощь осажденным выступил сам король Ян Казимир во главе двадцатитысячного отряда. Папа прислал королю освященное на престоле святого Петра в Риме знамя и меч для истребления схизматиков. Но Хмельницкий знал маршрут движения польского войска и устроил засады вблизи Зборова. 5 августа произошла битва, и на следующий день казаки ворвались в польский лагерь, где началась ужасная резня. Плен короля, казалось, был неизбежен, но Хмельницкий остановил битву, и король, таким образом, был спасен.

После этого поляки начали переговоры с татарами и вскоре склонили их на свою сторону. Речь Посполитая соглашалась с выпасом татарских табунов на нейтральной полосе между речками Ингул и Большая Высь. Кроме того, поляки обещали 200 тысяч талеров за отвод войск в Крым и дополнительно 200 тысяч талеров за снятие осады Збаража.

Предательство татар поставило Хмельницкого в тяжелое положение. Вечером 19 августа он был вынужден согласиться с условиями Зборовского мирного договора. 23 сентября осада Збаража была снята.

В конце лета 1650 года вернулся из татарского плена Николай Потоцкий, который призвал к войне с казаками до тех пор, пока «вся земля не покраснеет от казацкой крови». Боевые действия с обеих сторон начались в феврале 1651 года в Подолии. К тому времени положение Хмельницкого было довольно затруднительное, так как его популярность в народе значительно упала из-за его союза с татарами.

Весной 1651 года Хмельницкий двинулся к Збаражу и долго простоял там, поджидая крымского хана и тем давая полякам возможность собраться с силами. Только 8 июня хан соединился с казаками. У Хмельницкого было около 100 тысяч человек (40—50 тыс. казаков и остальная часть – ополчение). Татарская конница достигала 30—40 тысяч. Коронная армия имела 40 тысяч бойцов регулярной армии, 40 тысяч жолнеров и 40 тысяч шляхетского ополчения (рушения). Обе армии сосредоточились вблизи местечка Берестечко.

20 июня 1651 года началось Берестецкое сражение. Но дни боев совпали с мусульманским праздником Курбан-Байрам, поэтому большие потери у татар (погиб постоянный союзник и побратим Хмельницкого Тугай-бей) были восприняты татарами как кара Божья. В начале третьего дня боев под крымским ханом убили пушечным залпом коня, и орда после этого обратилась в бегство. Хмельницкий бросился за ханом, чтобы убедить его воротиться. Но хан не только не вернулся, но и задержал у себя Хмельницкого. Казаки же расценили это как позорное бегство гетмана с поля боя.

Командование остатками казачьего войска принял винницкий полковник Иван Богуну. Лагерь казаков в это время был расположен возле реки Пляшевой; с трех сторон он был укреплен окопами, а с четвёртой к нему примыкало непроходимое болото, через которое были сооружены мосты из подручного материала, по которым армия снабжалась водой и провиантом, также казаки водили на другую сторону выпасать коней и хоронили там погибших.

Десять дней выдерживали здесь осаду казаки и мужественно отбивались от поляков. Но поляки разведали о мостах через болото, и польская кавалерия князя Конецпольского переправилась через реку ниже по течению для того, чтобы отрезать казацкую армию. Тогда Богун взял с собой две тысячи казаков и в ночь на 29 июня переправился на другой берег реки, чтобы выбить противника. Но казаки восприняли это как бегство очередного вожака, и в лагере возникла паника. Толпа в беспорядке бросилась на плотины, которые не выдержали, и в трясине погибло много людей. Поляки, увидев панику среди казаков, бросились на казацкий табор и стали истреблять тех, кто не успел убежать и не потонул в болоте.

Хмельницкий, пробыв около месяца в плену у крымского хана, прибыл в местечко Паволочь. Сюда стали к нему сходиться полковники с остатками своих отрядов. Все были в унынии, народ относился к Хмельницкому с крайним недоверием и всю вину за берестечское поражение сваливал на него.

Но в рядах поляков также произошли серьезные перемены. В конце 1651 года умерли И. Вишневецкий и коронный гетман Н. Потоцкий вожди польского войска под Берестечком, М. Калиновский – третий предводитель польской армии – погиб через год. На Украину двинулся и литовский гетман Радзивилл, который разбил черниговского полковника Небабу, взял Любеч, Чернигов и подступил к Киеву. 6 августа Радзивилл вступил в Киев. После этого Хмельницкий решился вступить с поляками в мирные переговоры. 17 сентября 1651 года заключен был так называемый Белоцерковский договор, очень невыгодный для казаков. Народ упрекал Хмельницкого в том, что он заботится только о своих выгодах и о выгодах старшины, о народе же совсем и не думает.

Письмо Богдана Хмельницкого, посланное из Черкасс царю Алексею Михайловичу, с сообщением о победах над польским войском и желании запорожского казачества перейти под власть русского царя, дало свои результаты. Но 19 февраля 1651 года Земский собор в Москве, обсудив вопрос о том, какой ответ дать Хмельницкому, не пришёл к определённому решению.

Весной 1653 года польский отряд под начальством Чарнецкого стал опустошать Подолье. Хмельницкий в союзе с татарами двинулся против него и встретился с ним под местечком Жванцем, на берегу реки Днестр. Положение поляков вследствие холодов и недостатка продовольствия было тяжёлое; они принуждены были заключить довольно унизительный мир с крымским ханом, чтобы только разорвать союз его с Хмельницким. После этого татары с польского позволения стали опустошать Украину. В таких условиях Хмельницкий снова обратился в Москву и стал настойчиво просить царя о принятии его в подданство. 1 октября 1653 года в Москве снова был созван Земский собор, на котором вопрос о принятии Богдана Хмельницкого с Войском Запорожским в московское подданство был решён в утвердительном смысле.

8 января 1654 года в Переяславле была собрана рада, на которой после речи Хмельницкого, указывавшего на необходимость для Украины выбрать кого-нибудь из четырёх государей: султана турецкого, хана крымского, короля польского или царя московского и отдаться в его подданство, народ единодушно закричал: «Волим под царя московского, православного». Так произошло историческое воссоединение украинского и российского народов, которое казалось вечным.

На самом деле все было намного сложнее. Украина в середине XVII века была частью Речи Посполитой, то есть юридически находилась под властью Польши. Ее выход в инициативном порядке из состава государства не мог восприниматься иначе как действия, направленные на нарушение целостности страны.

Отношение Польши и России были более чем натянутыми из-за постоянных споров за территории по линии Днепра. Воссоединение Украины с Россией означало сильное ослабление позиций Польши на юге Речи Посполитой и одновременное усиление Российского государства в этом регионе.

Воссоединение Украины с Россией также сильно задевало интересы Турции и Крыма. Но в то время Турция так была поглощена войной с Венецией и своими внутренними проблемами, что практически не имела сил для активных действий на Севере.

Другое дело Крым. Это вассальное Турции государство фактически жило за счет работорговли и грабежей своих соседей, прежде всего Речи Посполитой и Российского государства. Каждый год в конце лета крымские орды проходили на территории этих государств, разоряя их, а к началу осенней распутицы уходили с богатой добычей обратно в Крым. Но после создания засечных черт на юге Российского государства и образования там слободского казачества такие походы стали очень рискованными. Все чаще крымцы, вклинившись на сопредельную территорию, получали достойный отпор. Поэтому укрепление юга России было им очень не выгодным.

Однако в Бахчисарае предпочитали дождаться предложения о совместных действиях со стороны России или Польши, что давало возможность пограбить территорию другого государства наверняка и почти безнаказанно. Кроме того, там также ждали предложений от самих украинских казаков выступить на их стороне против поляков. Поэтому политика Крыма в 1654 году была выжидательной и осторожной. Этому способствовала и смерть Ислям Гирея, случившаяся 10 июля 1654 года. Однако новый хан Махмед Гирей принял польскую ориентацию, и уже в конце ноября того же года направил на помощь полякам свою армию.

Таким образом, к концу 1654 года обстановка на юго-западе Российского государства резко изменилась. Крымское ханство и Речь Посполитая объединили свои силы против России и украинского казачества Богдана Хмельницкого. Однако и крымские и польские усилия были направлены в это время в основном против украинского казачества и напрямую не касались территории России. К тому же Речи Посполитой грозила война со Швецией, которая в то время для нее была намного опаснее, чем война с казаками на юге государства.

В результате всех этих факторов в 1655 году война между Польшей и Швецией началась в невыгодных для Варшавы условиях и вскоре переросла в настоящее бедствие для Речи Посполитой. С востока на поляков обрушились русские войска, с юго-востока – войска гетмана Б. Хмельницкого.

Зимой 1656 года польское войско пошло на Умань. Местные казачьи отряды отразили первый удар врага. На помощь им пришли полки Б. Хмельницкого и русские войска под предводительством воеводы В. Шереметьева. Они нанесли поражение польским войскам в Охматовской битве и заставили их отступить. Затем русско-украинские войска освободили Подолье и большую часть Восточной Галичины. 19 сентября польские войска были разгромлены в сражении около Городка. После этого крымские татары и шведы отказались от союза с поляками.

Украинцы уже праздновали победу. Но в августе – октябре 1656 года Москва и Польша подписали в Вильно перемирие, «что, по сути, было предательством Украины со стороны Московского царства.

Надо сказать, что стороны по-разному оценивали возможности Переяславского договора. Б. Хмельницкий и казачья старшина видели в нем военный союз, путь к сохранению украинской государственности, тогда как царское правительство стремился использовать его для вмешательства в дела Украины и для постепенного превращения ее в провинцию Московского государства».

Обидевшись, Б. Хмельницкий в том же году заключил союз с венгерским (семиградским) князем Юрием Ракоци, который совместно со шведами начал поход против поляков. Союзные войска заняли Галичину, затем овладели Варшавой. Но на помощь полякам пришли крымские татары и австрийцы. В этих условиях казаки, сославшись на неуважительное отношение к ним Ракоци, бросили театр войны и ушли на Украину. После этого семиградский князь был низвергнут из престола (История Украины. Киев, 2001. С. 52—52).

Самовольные действия украинского гетмана в этих условиях ставили русское правительство в очень сложное положение. Формально оно отвечало за поступки украинского казачества, но на самом деле оно не подчинялось Москве. Хмельницкий стремился проводить собственную политику, не согласуя ее с политикой государства, составной частью которого являлись и украинские земли.

Определение дня смерти Хмельницкого долго вызывало разногласие. Теперь установлено, что он умер 27 июля (6 августа) 1657 года от кровоизлияния в головной мозг (инсульта) в Чигирине и был похоронен рядом с телом его сына Тимофея в селе Суботове, в построенной им самим каменной Ильинской церкви. В 1664 году польский воевода Стефан Чарнецкий сжёг Суботов и повелел выкопать прах Б. Хмельницкого и его сына Тимофея и выбросить их тела на «поругание» из могилы.

Гетманщина

После смерти Б. Хмельницкого гетманом Украины стал его младший сын Юрий, но правил недолго, потому что был слишком молод (16 лет) и не имел необходимого опыта. Отрекшись от власти, он ушел в монастырь.

Гетманом в 1657 году на совете в Чигирине был избран Иван Выговский.

«Он был шляхтичем и раньше работал в польском правительстве. В сражении под Желтыми Водами он попал в плен к татарам, но Б. Хмельницкий выкупил его и доверил ему чин генерального писаря. Гетман во всех делах советовался с Выговским, и писарь был ему самым верным товарищем…

Выговский, как и Хмельницкий, видел, что Москва намерена поработить Украину для того, чтобы господствовать там. Чтобы спасти Украину он заключил союз со Швецией и с Крымом. Тогда московские бояре начали кампанию против Выговского, распуская слухи, что он не украинец, а поляк… Они обещали большие деньги и чины всем, кто выступит против гетмана и поможет Москве овладеть Украиной. Умные люди видели эту московскую хитрость и злобу и не слушали московских агитаторов. Но среди темного народа нашлось много таких, которые поддались на московские обещания и начали бунтовать против гетмана. Бунт возглавили полтавский полковник Мартин Пушкар и запорожский кошевой атаман Барабаш. Но Иван Выговский со своими верными полками победил этих своевольных казаков. После этого он задумал объявить войну Московщине и вернуть самостоятельность Украине. Для этого в Гадяче он подписал соглашение с поляками…

Выговский пошел походом на московских воевод. Под Конотопом в 1659 году произошло сражение. Украинские войска разгромили врага. Московские воеводы с целым войском попали в плен, большой лагерь и пушки стали добычей украинцев. На Москву напал такой страх, что царь готовился бежать за Волгу. Но эта большая победа не принесла пользы Украине…» (История Украины. Львов, 1991. С. 91—93).

«Чтобы ослабить влияние Москвы на Украине Выговский заключил союзный договор со Швецией, а затем начал переговоры и с Речью Посполитой. Это вызвало недовольство части казацкой старшины. Вооруженное восстание против гетмана подняли войсковой кошевой Я. Барабаш и полтавский полковник М. Пушкар. Воспользовавшись этим, московской царь в феврале 1658 года послал на Украину окольничего Б. Хитрова для образования там антигетманской коалиции. Тогда И. Выговский собрал верные ему полки и, позвав на помощь крымских татар, подавил промосковское восстание. В этой братоубийственной войне погибло 50 тыс. украинцев, в том числе М. Пушкар и Я. Барабаш.

Стремясь освободить Украину из-под московской опеки, гетман И. Выговский 16 сентября 1658 года в Гадяче подписал договор с польским правительством, в соответствии с которым Украина в составе трех воеводств – Брацлавского, Киевского и Черниговского под названием Великого княжества Русского – входила в состав Речи Посполитой наравне с Польшей и Литвой, сохраняя свои суд, финансы, денежную систему и армию. Уничтожалась уния. Православная церковь во главе с украинским митрополитом, духовенство и верующие уравнивались в правах с католиками. Однако Украина лишалась права внешнеполитических отношений. Предложенный казачий реестр (армия) численностью в 60 тыс. человек сокращался наполовину.

Хотя польский сейм и ратифицировал Гадячский договор, но ему не было суждено претвориться в жизнь. Польские войска, которые по договору должны были прийти на помощь казакам для борьбы с московским царем, начали самовольничать на Украине, а шляхта стремилась снова поработить ее.

Московское царство, со своей стороны, весной 1659 года направило на Украину почти 100-тысячную армию под командой князя Трубецкого. Сражение произошло на Черниговщине под Конотопом. Казачьи войска под предводительством И. Выговского разгромили врага. Полки русской конницы были уничтожены, а московские воеводы попали в плен.

Но блестящая победа запорожцев под Конотопом не получила должного развития. Против И. Выговского восстали полковник И. Богун и кошевой И. Сирко. В октябре на казачьей раде И. Выговский сложил с себя полномочия гетмана. В 1663 году по обвинению польского суда в агитации украинцев против шляхты Выговский был расстрелян в Варшаве (История Украины. Киев, 2001. С. 61—63).

* * *

Российские источники свидетельствуют, что после смерти Богдана Хмельницкого новый гетман Иван Выговский заключил с поляками тайное соглашение против Российского государства. При этом он начал поспешно собирать войска, в том числе стараясь привлечь на свою сторону и крымских татар. Но его призыву последовали далеко не все украинцы. В частности, слободские казачьи полки (юго-восточная Украина) сообщили московскому правительству о призывах гетмана и о его намерениях совершить поход на их территорию. По данному случаю царь Алексей Михайлович в 1658 году прислал свою грамоту старшине и казакам Острогожского полка. В ней, в частности, говорилось: «А будет изменник Иван Выговский или его единомышленники под Острогожский городок придут, и вы бы, прося у всещедрого Бога милости, чинили над ними промысел, сколько вам милосердный Бог помощи подаст, а мы Великий Государь, за вашу службу и за соединение истинной православной веры пожалуем…»

По призыву царского правительства сотни Острогожского казачьего полка влились в состав русских войск, руководимых воеводой Григорием Григорьевичем Ромадановским, с которыми и совершили поход на Правобережную Украину.

После отставки Выговского новым гетманом, несмотря на юный возраст, все же был избран сын Богдана Хмельницкого Юрий Хмельницкий. Он родился в Суботове в 1641 году, долгое время проживал с матерью в родовом имении. По воспоминаниям современников, он не был лидером и не стремился к власти. Но она его настигла сама. Когда в 1658 году Выговский заключил с поляками Гадячский договор, Юрий Хмельницкий послал в Запорожье доверенного слугу своего отца, Ивана Брюховецкого, и просил запорожцев поддержать его кандидатуру на гетманство. На Раде, собранной возле Белой Церкви, Юрий Хмельницкий был провозглашен гетманом единогласно. Вслед затем на Раде, состоявшейся близ Ржищева, было постановлено ходатайствовать перед русским царем о расширении прав малорусского народа, в смысле усиления гетманской власти и утверждения самостоятельности малорусской церковной иерархии.

Русский воевода князь Трубецкой не принял этого ходатайства и потребовал созвать новую Раду в Переяславле, где снова был избран гетманом Юрий Хмельницкий. Но на этот раз российская администрация его сразу вынудила подписать так называемые Переяславские статьи, сильно ограничивавшие власть гетмана и автономию Украины. После этого положение нового гетмана стало чрезвычайно трудным ввиду предстоявшей войны с Польшей и разлада между старшиной и народом внутри сомой Малороссии.

Для того чтобы доказать свою силу, Юрий Хмельницкий решил провести военно-политическую акцию и занял столицу Чигирин, где находились склад казацкой артиллерии и казна бывшего гетмана Выговского. На некоторое время этот небольшой город становиться центром гетманской власти на землях Малороссии.

В 1660 году боярин Василий Борисович Шереметев выступил с большим отрядом из Киева против Польши. Юрий должен был принять участие в этом походе и шёл с казаками за русским войском. Но казаки не спешили, и вскоре русская армия была остановлена под Любаром, где воевода занял оборону, намереваясь дождаться подхода отрядов Юрия Хмельницкого. Но вскоре стало ясно, что Хмельницкий не придет. Тогда Б.П. Шереметев начал отвод своей армии к Чуднову, где рассчитывал соединиться с гетманом. Но на пути отхода под местечком Чудновым русские войска были окружены польско-татарской конницей. После этого поляки с татарами двинулись против гетмана и осадили его отряды под Слободищем.

Сын Богдана Хмельницкого оказался ненадежным союзником. Под давлением группы правобережных полковников во главе с генеральным обозным Тимофеем Носачом Юрий 15 октября вступил в переговоры с поляками и сдался им в плен, и даже принес присягу на верность королю. Капитуляция гетмана катастрофически сказалась на положении русской армии Шереметева, и 4 ноября она также капитулировала.

Когда слух о подданстве Юрия полякам распространился на левом берегу Днепра, дядя гетмана Яким Сомко поднял там казацкие полки. Борьба между ним и Юрием Хмельницким продолжалась с переменным успехом в течение всего 1661 года. Летом 1662 года Юрий Хмельницкий осадил Сомка в Переяславле, но на помощь тому двинулись русские полки из Слободской Украины под начальством князя Григория Ромодановского. Юрий решил отступить за Днепр и 16 июня в битве под Каневом потерпел сильное поражение от войск Сомка и Ромодановского.

В конце 1662 года Юрий Хмельницкий созвал в Корсуне Раду, отказался от гетманства и решил постричься в монахи. Он был пострижен в Корсунском монастыре и получил имя Гедеона. Затем по обвинению в заговоре казацкой старшины он был в 1664 году арестован, отвезен во Львов и посажен в крепость, откуда его освободили только в 1667 году.

Но в 1676 году, когда Пётр Дорошенко отказался от гетманства и отдался под власть России, на его место Турция решила поставить гетманом Юрия Хмельницкого, который к тому времени сбросил с себя монашескую рясу и сопровождал турецкое войско.

В 1678 году Чигирин был взят турками и разрушен, а русские войска ушли за Днепр. Правобережная Украина была разорена вконец. Юрий Хмельницкий поселился в Немирове и правил под надзором турецкого паши. В 1681 году Юрий Хмельницкий был отстранен от гетманства. На его место был назначен молдавский господарь Дука, но в конце 1683 года он был захвачен в плен поляками, а на его место снова был назначен Юрий Хмельницкий.

Но постоянные бесцельные казни и угнетения народа заставили турецкого пашу арестовать Юрия. В конце 1685 года он был привезён в Каменец-Подольский, приговорен к смертной казни, задушен, а труп его брошен в воду.

Период правления Юрия Хмельницкого украинские историки описывают следующим образом: «Пока на Украине продолжались междоусобицы, московское войско снова заняло Левобережье. Не решаясь продолжать войну против Москвы, Ю. Хмельницкий выехал на переговоры с ее представителями в Переяславль. Там он был вынужден подписать новое соглашение с Москвой, которым значительно ограничивались права Украины. Сразу же после этого в Киеве, Нежине, Переяславле, Брацлаве и Умани были расположены русские гарнизоны.

Давление Москвы постоянно усиливалось. Поэтому Ю. Хмельницкий вскоре пошел по пути И. Выговского. В 1660 году он подписал с польским правительством Слободищенский договор, в соответствии с которым Украина разрывала союз с Москвой и признавала власть польского короля. Это вызвало неудовольствие части старшин. На Украине началась гражданская война. В 1663 году Ю. Хмельницкий отказался от гетманской булавы и постригся в монахи» (История Украины. Киев, 2001. С. 64).

После отставки Ю. Хмельницкого, в 1663 году украинское казачество разделилось на два лагеря. Гетманом Правобережной Украины был избран Павел Тетеря, а Левобережной – Иван Брюховецкий. Правобережная часть Украины (без Киева и его окрестностей) была под протекторатом Польши, Левобережная (с г. Киевом) – под протекторатом Московского государства. На этом основании между украинцами постоянно велась война, в результате которой край был разорен, а само время народом прозвано «Руиной» (Развалина).

В это время левобережные полки, которые ориентировались на Россию, на раде в Козельце, состоявшейся в 1662 году, избрали своим гетманом Якима Сомка, мещанина по происхождению, сестра которого Анна была первой женой Богдана Хмельницкого. Но Сомко не долго оставался на этом посту. Царским правительством он был обвинен в сепаратизме и по приговору суда казнен. В июне 1663 года на раде, собранной в окрестностях Нижина, московские воеводы добились избрания гетманом Левобережной Украины кошевого Запорожской Сечи Ивана Брюховецкого.

«Москали помогли Брюховецкому стать гетманом, потому что надеялись, что он будет верным царю и поможет ему овладеть Украиной. Так и случилось. Брюховецкий сразу же в виде залога согласился давать москалям хлеб и другие продукты. Затем он отдал царю большую часть денег, которые в то время были в войсковой сокровищнице. Он даже просил царя, чтобы тот прислал на Украину русского митрополита. Чтобы выслужиться еще больше, он поехал в Москву, чтобы лично встретиться с царем. Это было большое унижение гетманской власти – до того времени ни один гетман не ездил в Москву. Там Брюховецкий всячески угождал русским, и даже согласился жениться на москвичке».

Однако после того, как Россия заключила в 1667 году с Польшей Андрусовское перемирье на 13 лет, Брюховецкий также начал бунтовать против Москвы. В истории Украины записано: «В 1665 году Брюховецкий подписал договор с Москвой, по которому сильно усиливалось административное и финансовое давление царского правительства на Украину, а ее земли провозглашались владением московских монархов. Однако, в результате усиления гнета крестьян, в 1668 году на Левобережной Украине вспыхнуло восстание и И. Брюховецкий был убит» (История Украины. Киев, 2001. С. 64).

Bepul matn qismi tugad.