Kitobni o'qish: «Понять, почувствовать, помочь. Как стать образцовым взрослым для детей и подростков»

Моей жене и нашим дочерям Камилле, Анне и Джулии за бесконечную радость быть вместе!

Thomas d’Ansembourg

Notre façon d’être adulte fait-elle sens et envie pour les jeunes? Published originally in French (Canada)

© 2020, Les Éditions de l’Homme, a division of Groupe Sogides inc., a subsidiary of Québecor Média Inc. (Montréal, Québec, Canada)

Published by arrangement with SAS Lester Agency & Associates

© Болдина Э., перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

В сфере человеческих отношений мы преуспели на сегодняшний день не больше, чем средневековые цирюльники в хирургии.

Антуан де Ла Гарандери

Говорите о счастье со своими детьми. Иначе общество преподаст им свои уроки и поведет по призрачному пути материализма, эгоизма и соперничества.

Кристоф Андре

Существование насилия в обществе говорит о фундаментальной ошибке в управлении отношениями между людьми.

Альбер Жакар

Люди забудут, что ты сказал, люди забудут, что ты сделал, но они никогда не забудут, что ты заставил их почувствовать.

Майя Энджелоу

Предисловие
Когда же мы станем теми, кем хотим быть?

В первую очередь мы передаем ребенку свою суть, свой образ жизни.

Катрин Геген

Небольшое вступительное слово от автора

Уже более 20 лет я оказываю психологическую поддержку взрослым, много общаюсь с детьми и подростками. И очень хорошо понимаю, что их тревожит, приводит к депрессии, толкает в бездну одиночества. И, наоборот, прекрасно вижу, что заряжает энергией и наполняет ресурсом.

За годы своей работы я понял одну простую вещь: лучшее, что мы, взрослые, можем сделать для своих детей, – это на собственном примере показать, как можно быть счастливыми. И это не так сложно, как может показаться.

Работая с людьми, я полностью убедился в том, что у каждого из нас есть поразительная способность менять свою жизнь как в лучшую, так и в худшую сторону. Радоваться каждому новому дню или постоянно жаловаться на судьбу. Плакать над очередной неудачей или от души посмеяться над ней. Сценарий, по которому жить, выбираете только вы сами. И об этом мы тоже будем говорить в этой книге. Но для начала предлагаю каждому, кто открыл ее, спросить у себя: кто я – человек-проблема или человек-решение?

Вы удивитесь, но с ответа на этот вопрос могут начаться большие перемены в вашей жизни. Потому что, поменяв отношение к себе, вы станете по-другому относиться к окружающим вас людям. Изменив себя, вы измените целый мир. И сейчас, в наше турбулентное время, эти перемены просто необходимы.

Совсем недавно мы пережили эпидемию коронавируса. Мы узнали, что такое изоляция, страх, одиночество, утрата. Кто-то на собственном опыте понял, как порой непросто находиться с близкими в одной комнате 24 часа в сутки. Многие пересмотрели свои отношения с партнерами, свои взгляды на жизнь, свои ценности. Однако, несмотря на весь дискомфорт, напряжение, ссоры и расставания, многие из вас:

• заново познакомились с самим собой, узнали себя лучше, приняли тот факт, что иногда обстоятельства сильнее нас;

• сблизились с родителями, детьми, супругами, партнерами;

• открыли в себе новые творческие способности, таланты, научились получать удовольствие от обычной прогулки по парку;

• отдохнули от постоянной суеты, поездок, пробок, толкотни в общественном транспорте. Услышали, как красиво звучит тишина. Поняли, как может быть прекрасна размеренная домашняя жизнь;

• стали реже покупать бесполезные вещи, перешли от компульсивного шопинга к осознанному потреблению.

Вот видите – сколько всего нового произошло с вами за пару лет, и это далеко не весь список. Дальше – больше. Считайте, что моя новая книга – приглашение к разговору с самим собой, проверка готовности к большим и маленьким внутренним переменам. Я написал ее для всех, кто хочет лучше понять себя, растопить лед в отношениях с близкими, разобрать по кирпичику стену, которая выросла между вами и вашими детьми. Стать наконец тем человеком, глядя на которого ваши сын или дочь скажут: «О, а быть взрослым – это же очень круто!».

Перед тем как приступать к чтению, просто осознайте: вы можете абсолютно все. Мы слетали на Луну, вырыли тоннель под Ла-Маншем, изобрели скоростные электропоезда, провели интернет по всему миру и научились лечить тяжелые болезни. Мы сделали все это, потому что очень захотели. Тогда почему мы не можем решиться на внутренние перемены? Мы до сих пор не умеем слушать себя, находить общий язык со своими детьми. А ведь это намного важнее, чем очередной полет в космос. Потому что наши дети, наши близкие – они здесь, рядом, и в наших интересах сделать все, чтобы не упускать друг друга.

Вспомните, сколько энергии появляется, когда делаете то, что приносит вам удовольствие: выбираете подарок для любимого человека, готовите сюрприз на день рождения ребенку, осваиваете новую профессию, ходите на любимую работу и получаете хорошую зарплату, учите языки, готовитесь к соревнованиям, путешествуете. Когда ваши мечты и ваши желания становятся одним целым, вы испытываете такой прилив энергии, с которым можно свернуть горы.

О каком желании идет речь? Нет, я не говорю о мимолетных капризах, вызванных переменчивыми эмоциями. Такие желания диктует эго, которое держит вас на привязи, направляя от лакомства к лакомству, при этом оставляя вашу истинную сущность голодной и слабой. Я имею в виду глубинный жизненный зов, сродни подводному течению или земному притяжению, – вы можете подобрать свои слова для определения того, что философ Анри Бергсон назвал «жизненным порывом». Именно принцип жизненного порыва лежал в основе работы моего большого друга Ги Корно¹ и вдохновляет меня на новые книги и семинары.

Всегда, при любых обстоятельствах, слушайте себя и следуйте за своим внутренним зовом. Только он приведет вас к радостной, щедрой, интересной и счастливой жизни.

А как же понять, есть ли смысл в этом внутреннем порыве, спросите вы? Смысл всегда есть, если следовать трем важным правилам:

• выбрать направление («Я пойду туда»);

• понимать целесообразность («Я хорошо понимаю зачем»);

• включать благоразумие («Все, что я делаю, наполнено здравым смыслом»).

Позволив себе жить, слушая внутренний зов, вы осуществите все мечты и своим примером покажете вашим детям, как на самом деле легко быть счастливым. Поверьте, они этого очень ждут.

Введение

Когда в феврале 2001 года вышел первый тираж моей книги «Хватит быть хорошим!», я был молодым отцом и только начинал осознавать себя в новой роли. Помню, спустя пару дней после рождения первой дочери мы с женой записали в семейном альбоме: «Камилла счастлива сообщить о рождении своих родителей 1 декабря 1998 года». Через несколько лет появилась Анна, а затем и Джулия, наша младшенькая. Три дочери. Три главных учителя, которые рассказали мне об эмпатии и ненасильственном общении лучше десятка умных книг и тренингов по психологии. И я продолжаю у них учиться.

У одной из дочерей в 12 лет начались серьезные проблемы в школе. Моя жизнерадостная девочка, которая всегда светилась счастьем, много смеялась и шутила, из поющего жаворонка вдруг превратилась в испуганного птенца. Возвращаясь из школы, она закрывалась в комнате и не спускалась к нам до самого ужина. После доверительного разговора выяснилось, что все дело в школьной учительнице: она отчитывала любого, кто приходил неподготовленным или неправильно отвечал на заданный вопрос. Причем делала это весьма грубо – с насмешками, едкими подколками и прямыми обвинениями в глупости. И если какой-нибудь мальчишка-двоечник забывал об учителе сразу же после звонка на перемену, то моя чувствительная малышка копила обиды, глубоко переживала свою «бездарность» и потихоньку обрастала комплексами. Желание ходить в школу сменилось страхом и отчаянием.

– Я тупица! Я ничего не понимаю, не могу ответить даже на самый простой вопрос!

Моя птичка рыдала навзрыд, уткнувшись лицом в подушку, лежа у себя на кровати. И на следующий день осталась дома, категорически заявив, что больше в «эту дурацкую школу – ни ногой».

Тогда к школьному учителю поехали мы с женой. Наш разговор с педагогом я начал с благодарности за ее работу, за те знания, которые она дает детям. И постепенно, не торопясь, перешел к главному: заговорил о самооценке ребенка, которая напрямую зависит от мнения значимых взрослых, в том числе и от школьного учителя. Отметил, что учительская строгость порой может граничить с жестокостью – и грань эту не всегда просто увидеть. Рассказывал об эмпатии, об умении слышать ребенка, сопереживать ему, быть ему добрым другом, а не строгим критиком.

На мои абсолютно корректные рассуждения учительница отреагировала достаточно резко. Она сказала, что не нуждается в советах и сама знает, как вести себя с детьми. После этого встала из-за стола и подошла к двери, дав понять, что наш разговор окончен.

Казалось бы, встреча была провалена, но я был доволен результатом. Наша беседа подтвердила мои догадки: передо мной сидел неуверенный в себе человек, который не в состоянии по-другому объяснить урок 20 подросткам, кроме как через крики и оскорбления.

Где-то внутри нее наверняка «прятался» добрый и понимающий педагог, но снаружи мы видели только раздраженную фурию, которая смотрела на детей и родителей как на неодушевленные предметы.

И, к сожалению, наш случай не исключительный. Учителя нередко оправдывают насилие над детьми тем, что у них «такие методы». Мол, да, я строгая, у меня железная дисциплина, но зато мои ученики достигают высоких результатов. Такой подход – норма для большинства современных школ.

Современная система образования отражает устаревшую систему мышления. Назову ее основные признаки:

• воспитание покорности и послушания вместо поощрения инициативы;

• демонстрация детям своих силы и превосходства вместо общения с ними на равных;

• отсутствие эмпатии как одной из главных ценностей;

• образование в духе «сиди смирно и слушай старшего».

Дети целыми днями проводят за партами, в школьном расписании нет уроков йоги, занятий по скалолазанию, садоводству, настольных игр, совместных походов в театр. Никто не учит детей медитировать, правильно дышать, слушать свое тело. И даже на школьных переменах, вместо того чтобы играть в подвижные игры, все сидят в классе.

К счастью, наша история закончилась хорошо. Мы нашли школу, где доверительные отношения между учителем и ребенком ценились больше оценок в дневнике. В новом классе наша птичка снова защебетала, к ней вернулось желание учиться, она перестала бояться отвечать на уроке и переспрашивать учителя, если что-то непонятно.

В этой истории меня огорчил тот факт, что директор нашей первой школы прекрасно знал о проблеме. Мы были не первыми родителями, которые жаловались на строгую учительницу, доводящую детей до слез. Но администрация молча игнорировала все жалобы: учитель проработала в школе много лет, считалась уважаемым педагогом, которого не могли просто так взять и уволить. Что ж, репутация школы оказалась дороже детских слез.

Но было в этой истории и то, что меня, как отца, очень порадовало: поведение моей дочери. Ее нежелание мириться с ситуацией, ее умение сказать «нет» в нужный момент. Многие дети терпели издевательства учителя и продолжали ходить в ненавистную школу. А моя девочка твердо решила: «То, что со мной там происходит, – несправедливо, и я лучше не пойду на урок, чем попытаюсь приспособиться». Считаю, что это не только защита своих границ и интересов, но и маленькая победа над устаревшей системой, которая требует серьезных перемен. А все глобальные перемены начинаются с малого – с нашего умения общаться друг с другом, слушать всем сердцем без осуждения, уважительно принимать переживания того, кто рядом, быть терпимым к любому мнению собеседника. Именно об этом я уже более 10 лет рассказываю ученикам на своем семинаре по ненасильственному общению (ННО). И сейчас пришло время собрать этот многолетний опыт в одну книгу.

Даже если вы бывали на моих тренингах или читали предыдущую книгу, эта, новая, все равно будет вам полезна. Представьте, что вы поднимаетесь по винтовой лестнице на восьмиэтажную Пизанскую башню. Вы восемь раз будете наблюдать примерно одну и ту же картину, но каждый раз с разной высоты и с другого ракурса. Так и с книгой: можно 100 раз послушать лекцию по ННО, но только на 101‐й поймать самый главный инсайт и изменить свою жизнь, научившись общаться с другими.

Наша речь напрямую связана с нашими сознанием и разумом, и если мы грубим, обесцениваем своего собеседника, перебиваем, осуждаем – бесполезно надеяться на понимание с его стороны. Истинная цель ННО заключается не в том, чтобы использовать красивые слова и красноречивые фразы, а в том, чтобы изменить свое мышление, освободиться от запрограммированных условностей, о которых мы порассуждаем в главе 1.

Все люди разные. Одни говорят: «Я надеюсь, однажды моя жизнь изменится к лучшему». А другие выбирают измениться самому. И свою книгу я посвящаю вторым.

Я не перестану говорить, что внутри каждого из вас скрыт большой потенциал, способность общаться, уважая друг друга, умение наблюдать за своими и чужими чувствами и четко выражать мысли, не навязывая свое мнение. Все это уже есть в вас, но порой прячется где-то глубоко внутри. И чтобы отыскать этот клад, нужно чуть больше смелости, любознательности, готовность пересмотреть свое мировоззрение и распрощаться со старыми привычками и навязанными кем-то убеждениями.

Да, это не всегда легко. Но, как говорил исследователь Жан-Люк Пикар, «инновации – это не новые идеи, это способность оставлять позади старые». Главное – не откладывать, не тянуть, а действовать сейчас, из той точки, где вы находитесь. Делать пусть маленькие, но реальные, конкретные шаги к большим переменам.

Глава 1
Наши привычки мышления и установки создают наш мир: изменим их – изменим и мир

Совершая одни и те же ошибки, не рассчитывайте на другой результат.

Пауль Вацлавик

Мы то и дело жалуемся на свою жизнь, на ее поверхностность и засилье материального, на постоянную беготню и стрессы, на повсеместную жестокость и грубость, но ведь мы сами создали свой мир. Он соответствует нашим убеждениям и нашим представлениям о жизни, природе, людях и отношениях между этими разными сферами. Нашими поступками управляют наши мысли, привычки, решения. Сознанием формируется и наша речь, стиль общения: вы стремитесь сотрудничать или будете гнуть свою линию, готовы делиться или брать, способны подчиняться или жаждете доминировать?

Наиболее активно наш мозг развивается именно в первые годы жизни: устанавливаются нейронные связи, формируются нейронные системы, и эта внушительная работа закладывает структуру мышления и эмоциональной жизни. Синаптические связи, которые подкрепляются регулярным опытом, сохраняются, в то время как наименее используемые связи ослабевают и исчезают. Это и называется пластичностью мозга.

«Важно помнить: мозг не разбирается, что такое хорошо и что такое плохо. Он просто закрепляет наиболее часто повторяющийся опыт и удаляет остальное. Мы должны услышать и понять следующее: детский мозг лишен критики. Он отражает окружающий мир таким, каким тот предстает перед ребенком, без “фильтров”. Наше поведение, манера говорить, реагировать, все, что мы делаем с детьми, формирует его сознание. Поэтому на нас лежит огромная ответственность. Наше поведение напрямую влияет на поведение детей»².

Автор этих строк, Селин Альварес, провела эксперимент в детском саду, в зоне приоритетного образования³, принимая во внимание естественное развитие детей. Результаты этого эксперимента показывают, на сколь удивительные трансформации способен каждый из нас, и вдохновляют менять свое мышление уже сейчас, чтобы обеспечить нашим детям счастливое завтра.

Возможно, вам уже известно высказывание Пауля Вацлавика, которое я разместил в начале этой главы. Я постоянно его цитирую, потому что оно дает нам ключ к действию: если мы хотим что-то поменять в наших отношениях с другим человеком, будь то супруг или ребенок, ученик или студент (это касается и отношения к материальным благам: деньгам и имуществу, к природе и ее ресурсам), мы должны начать действовать иначе. И с этим согласятся все: да, нужно действовать иначе. Но как это сделать, если наше сознание остается прежним? Просто невозможно! Чтобы иначе действовать и добиваться иных результатов, перемены нужно начинать с мышления.

Почему наши отношения не такие, как мы мечтаем?

Помимо проблем выживания и удовлетворения насущных потребностей, люди мечтают иметь настоящие, глубокие, плодотворные и гибкие отношения.

Мы устали от притворства, равнодушия и борьбы – нам нужна искренность.

Мы устали от поверхностных отношений, которые не решают реальных проблем, избегают их, скрывают или отрицают, – мы хотим глубоких отношений. Мы устали от пустых отношений, светских бесед и разговоров ни о чем, которые не приносят чувства удовлетворения, – мы хотим плодотворных отношений. Мы устали от раздражающих, конфликтных отношений – мы мечтаем о гибких отношениях.

Думаю, многие из нас всей душой стремятся к таким отношениям – более глубоким, теплым и вдохновляющим. Что же нам мешает изменить ситуацию? Что блокирует, тормозит или подрывает нашу инициативу?

В течение почти 25 лет, что я помогал людям в трудных жизненных ситуациях, я убедился в следующем: мы привязаны к множеству действий, мыслей, убеждений простыми привычками, а не осознанием их пользы. Некоторые из этих действий нам когда-то помогли, и мы остаемся привязанными к ним, даже если на сегодняшний день они оказываются бесполезными. Это приводит к тому, что многие люди (я сам чуть не попал в их число) упорно держат себя в состоянии дискомфорта, – который тем не менее стал для них зоной комфорта, – вместо того, чтобы набраться смелости и выстроить для себя состояние комфорта, неизвестное до сих пор. Поскольку привычки принесли нам пользу, пусть и временную, мы не замечаем их вредного воздействия. В отношениях мы часто попадаем в ловушку привычек, не осознавая, что именно нам мешает. Искренне убежденные в том, что мыслим свободно, мы на самом деле действуем на автомате, словно компьютерная программа.

Пять программ, блокирующих наши отношения и наше развитие

Я называю «немыслимым» то, о чем мы думаем и в то же время не думаем: то, на что опирается наше мышление.

Франсуа Жульен

В своей работе я выделил пять наиболее распространенных привычек, автоматизмов мышления, которые могут существенно испортить качество отношений и жизни в целом. Эти привычки настолько глубоко сидят в нас, что мы их даже не замечаем и не догадываемся, что они управляют нашими мыслями, формируют наше поведение, влияют на наш выбор…

Всем известно, что вместе с усвоением родного языка мы запоминаем не только слова, обозначающие реальные предметы и понятия, но и приобретаем образ мышления, также позволяющий познавать реальные предметы и понятия, который будет управлять нашей речью, слухом, поведением и действиями. В своем романе «1984» Джордж Оруэлл придумывает мир, в котором из языка «новояза», навязанного тоталитарным государством с целью подавить революционные мысли, исключены слова, связанные со свободой личности. Если нет слова, обозначающего свободу, значит, нет и самой свободы. Язык – отражение сознания. Языковая среда, в которой мы растем и живем, формирует привычки мышления и убеждения, которые могут порождать автоматизмы в построении отношений. Эти механизмы препятствуют любому развитию.

Не существует «чистого разума», он всегда вписывается в систему, охватывающую анализ, суждение и поведение⁴, как верно заметил философ Жан-Пьер Дюпюи по поводу глобального потепления и разрушения экосистем. Мы считаем, что свободно мыслим и говорим, а на самом деле нами управляют слова и мысли. Человек подобен трамваю, который едет по проложенным рельсам.

Профессор Даниэль Фавр упоминает об этой ригидности мышления в своей работе «Зависимость от убеждений», утверждая, что мы находимся в плену своих мыслей, при этом считая себя свободными: «Мысль зацикливается и блокирует появление новых идей»⁵. Даже в научной сфере, наиболее открытой всему новому, «некоторые теории противостоят фактам, которые их опровергают»⁶. Даниэль Фавр описывает этот феномен как некую составляющую гипноза, который может быть коллективным: приверженность ложным или устаревшим идеям – от догматизма до фанатизма, ошибочность которых мы не хотим видеть – настолько боимся их пересмотреть, так как это выведет нас из зоны комфорта. Профессор Фавр продолжает:

«Опыт показывает, что каждый из нас может эмоционально привязаться к какой-либо идее, касающейся физической, психологической, экономической или духовной сферы. Эта привязанность может проявляться в самые обычные моменты повседневной жизни. Поэтому сегодня нам следует начать думать, не цепляясь за свои убеждения, слушать, не идя на поводу у своих эмоций, которые лишают нас свободы воли».

Если мы хотим изменить свои привычки и вместе с самого детства создавать качество отношений, мы должны выявлять и уничтожать некоторые программы, которые профессор Фавр называет «коллективным гипнотическим трансом».

Подобная бдительность позволит нам также сократить риск «нормоза», который нокаутирует стольких взрослых и демотивирует столько молодежи, потому что анестезирует ощущение жизни. Термин «нормоз» был введен Пьером Вейлем, утверждающим, что «большинство мнений, представлений и действий, по которым существует всеобщий консенсус, устанавливают для нас норму, что в реальности приводит нас к нормозу⁷». Так, например, школьная система полагает, что сидеть целый день не двигаясь – это нормально, хотя это на самом деле противоестественно и идет вразрез с понятием жизненного порыва. Неудивительно, что, получив такое противоестественное воспитание, мы считаем нормальным образ жизни, когда каждое утро стоим в одних и тех же пробках и просиживаем годы перед мониторами. Наше мышление сужается до такой степени, что мы путаемся в целях и позволяем привычкам одержать верх над здравым смыслом, позволяем «нормальному» задушить все живое и впустить скуку в свою жизнь.

Я отобрал среди прочих пять коллективных программ, которые, по моему мнению, представляют собой блокирующие механизмы не только в нашей личной жизни и образовательных отношениях, но также и в нашем коллективном освобождении.

1. Культ несчастий и страданий

По всей планете из поколения в поколение люди появляются на свет в обществах, глубоко пропитанных культурой (или даже культом) страдания. Исторически Европа была полем сражения каждые 30 лет. Еще 80 лет назад нищета угрожала большей части населения, детская смертность и эпидемии регулярно сотрясали мир. Доступ к прожиточному минимуму, не говоря уже о минимальном комфорте, получали только немногие счастливчики из обеспеченных слоев населения…

Становится понятно, почему мы записали на свой коллективный жесткий диск это всем знакомое высказывание: «Делу время – потехе час» (и его варианты: «Жизнь – это долина слез», «Вся наша жизнь – борьба»), представляющее собой настоящую прививку от счастья⁸. Этот образ мышления – одно из самых прочных ограничивающих убеждений.

Столкновение с обыденной жестокостью

Эта вакцина от счастья в первую очередь делает нас привычными к окружающей жестокости. Множество наших современников, даже не замечая этого, увековечивают эту жестокость, возведенную в образ действия. Понаблюдайте, к примеру, за парами и семьями вокруг себя: сколько осуждения, критики, замечаний, унижающих слов, упреков, как безмолвных, так и на повышенных тонах! Воспитанные в агрессивном климате и силовых отношениях, мы укрепляем эту атмосферу воинственности. «Обыденное воспитательное насилие встречается очень часто и затрагивает все культуры, все страны. Его практикуют от 85 % до 95 % взрослых. Большинство людей считают, что “хорошее воспитание” невозможно без принуждения и наказания. Чтобы воспитать ребенка, нужно его дрессировать, подвергать физическим и психологическим страданиям, пробуждая в нем страх и подчинение»⁹. Это кодирование проникает так глубоко, что, став взрослыми, мы даже не замечаем, когда и как причиняем боль себе и своим близким. Подвергаясь насилию в детстве, мы сами применяем насилие, став взрослыми.

Сомнение в праве на радость и счастье

Образ мышления «Делу время – потехе час» мешает нам поверить, что жизнь, вопреки неурядицам и испытаниям, создана для радости. И это сомнение запускает множество механизмов: напряжение, агрессию, досаду и самосаботаж.

Мы все стремимся к счастью, однако часто сами себе мешаем, зацикливаясь на неприятностях и даже приумножая их количество. Я не прошу вас верить мне на слово – вы можете убедиться в этом сами, а я тем временем снова повторю свой вопрос: в плане достижения доброжелательных и теплых отношений, вожделенной спокойной жизни я являюсь частью проблемы или ее решения?

Психоаналитик Ги Корно иллюстрирует это довольно забавным образом на своей конференции о семейных отношениях. Во время обсуждения напряженности между супругами он в шутку (и не только) сказал: «Даже хорошо, что все плохо!» Он имел в виду, что обычно мы не удивляемся, когда дела идут плохо, даже длительное время. Тогда как можем ощутить некоторую растерянность, когда все вдруг налаживается, особенно на долгий срок. В связи с этим он привел следующий пример:

«Представьте: вы возвращаетесь с работы, а ваш партнер уже готовит вкусный ужин, стол накрыт красивой скатертью, горят свечи. Вы радуетесь и спрашиваете: у кого-то сегодня день рождения? На что ваш партнер отвечает, что ему просто захотелось праздника. Вечер проходит прекрасно, вы счастливы и влюблены, как в первый раз. На следующий день ваш партнер снова готовит вкусный ужин, накрывает на стол и зажигает свечи. Тут ваш внутренний голос говорит вам: “Здесь что-то не так…” – вам кажется это странным, но раз уж все сделано, вы этим пользуетесь. На третий день, когда вы возвращаетесь с работы и видите тот же сценарий, вы не выдерживаете и восклицаете довольно резко: “Что это еще за цирк! Ты что-то от меня скрываешь?” Удивительно, правда?»¹⁰

Столько заботы, доброты и нежности кажутся вам непривычными, а значит, подозрительными. Если бы вы ссорились три вечера подряд, это вас меньше удивило бы, поскольку «Делу время – потехе час», но радоваться три вечера подряд – это уже слишком! Куда это может нас привести? Когда чувство комфорта зашкаливает, подсознание наводняют разные вопросы: «допустимо ли это?», «нет ли здесь подвоха?», «не придется ли расплачиваться за счастье?», «вдруг падение с седьмого неба окажется слишком болезненным?». Как ни странно, мы научились нести свой тяжелый груз неприятностей, тягот и разочарований, как послушные мулы, привыкшие карабкаться по горным тропам. Но радоваться чему-то осознанно и долго способен далеко не каждый.

Я считаю это новым гражданским долгом – научиться радоваться от души и удерживать себя в этом состоянии радости.

Радость порождает благодарность, а благодарность улучшает отношение к себе, другим людям и к жизни в целом. В материалистическом обществе, которое мы создали, благодарность ценится мало. Однако позитивная психология, изучающая ее воздействие, констатирует, что это мощный фактор, влияющий на физическое здоровье и на здоровье отношений. Люди, которые ежедневно уделяют некоторое время благодарности, чувствуют себя лучше, чем те, кто этого не делает. Они реже болеют и быстрее выздоравливают, а также практически не страдают сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Благоприятное воздействие на физическое здоровье наука объясняет тем, что радость и благодарность вызывают выработку гормонов, стимулирующих иммунитет. Оздоровление отношений также имеет простую причину: если я жду только плохих новостей, жалуюсь на все подряд, ничего не меняя, и не получаю удовольствия от общения, я быстро становлюсь агрессивным. И наоборот: если я регулярно радуюсь красивым и хорошим вещам, которые вижу, и знаю, как поднять себе настроение, то смогу спокойнее перенести напряжение и вновь наладить приятную атмосферу в отношениях.

Умение испытывать благодарность и поддерживать ее необходимо для общественного здоровья: этому должны учить службы социального обеспечения, что позволит разгрузить медицинские учреждения, травмпункты, а также суды и тюрьмы и существенно улучшить семейную жизнь, атмосферу в рабочих коллективах и отношения между соседями!

Благодарность. Инструкция для начинающих

• Как только вас охватывает приятное ощущение, остановитесь. Сосредоточьтесь на нем, где бы вы ни находились.

• Вы шли по улице, и из булочной до вас донесся запах свежеиспеченного хлеба? Замрите!

• Сфокусируйте свое внимание на этом физическом ощущении, микродвижениях, которые его сопровождают, а также на мыслях, которые в этот момент приходят вам в голову.

Так, мое обоняние обострилось, я невольно поднял голову, расправил плечи и глубоко вдохнул этот умопомрачительный аромат, выискивая глазами его источник, тогда как в голове вместе с образом румяного батона пронеслась мысль: «Как вкусно пахнет! Хочу свежего хлеба! Где эта булочная?»

• Прислушайтесь к своему сердцу. Как вы себя чувствуете?

Я чувствую себя оживленным, радостным, расслабленным и как будто воодушевленным.

• Позвольте этим приятным ощущениям показать, что происходит внутри вас в это мгновение. Вы увидите, насколько это увлекательно – осознанно исследовать все, что происходит на душе в тот момент, когда мы отбросили свои привычки в сторону.

Я чувствую нежность и тепло, доброту и безопасность, доверие к людям, благодарность к жизни за то, что я живу в городе, где пекут хлеб, который я могу себе позволить (а ведь это доступно не каждому жителю на планете), благодарность к фермерам, работникам мукомольного завода и булочникам, которые просыпаются на рассвете ради нас…

• Насладитесь тем, что здесь и сейчас это все у вас есть.

• Наблюдайте за негативными мыслями и убеждениями, которые появляются как плод пресловутой программы «Делу время – потехе час», «Пока ты тут радуешься, кто-нибудь умирает» или «Поторопись, опоздаешь на встречу». Чтобы избавиться от них, сформулируйте мысленно или, даже лучше, произнесите вслух (отбросьте, пожалуйста, мысли о том, что это глупо, бесполезно и странно выглядит со стороны): «В это мгновение я чувствую себя оживленным, радостным, расслабленным и как будто воодушевленным. В это мгновение я чувствую себя наполненным нежностью и теплом, добротой и безопасностью, доверием к людям и благодарностью к жизни за то, что живу в городе, где пекут хлеб, который я могу купить».

• Прочувствуйте, как все ваше внимание направлено на то, что происходит внутри вас, как вы себя при этом ощущаете. Большую часть времени, когда я прошу выполнить это упражнение на своих семинарах, ответы бывают похожими: «Я чувствую себя более расслабленным, более умиротворенным, радостным и осознанным».

• Постарайтесь запомнить это состояние, когда вы расправили плечи и вдохнули жизнь полной грудью.

Если вы будете практиковать это упражнение регулярно, то сможете дать новое направление своему сознанию, поскольку в вашем мозгу появится новая нейронная связь. Постепенно вам станет легче проживать это состояние благодарности, которое вы научитесь взращивать в себе. Благодарность не избавит вас от неприятностей и огорчений, но поставит эти неизбежные аспекты жизни на свое место. Они больше никогда не будут заполнять вас полностью, поэтому вы сможете легче их пережить.

Разоблачаем брюзгу!

Лично я почувствовал себя не очень уютно в тот день, когда внезапно осознал, что занимаюсь самосаботажем и добавляю себе неприятностей вместо того, чтобы от них избавляться. Наш интерес к катастрофам, который к тому же подпитывается средствами массовой информации, связан с неумением ощущать полноту жизни, доверие, наполняющие нас в моменты радости и благодарности. Не умея проживать сильные положительные эмоции, мы подсознательно находим эту интенсивность в эмоциях отрицательных. Все это непосредственно отражается на наших отношениях, в том числе на образовательных.

Судите сами.

Мы привыкли жаловаться, если дела идут плохо, и гораздо реже делимся тем, что все хорошо. Нам проще нести груз прошлых обид, чем бросить его, чтобы направить внимание на приятные вещи и научиться радоваться постоянно.

Именно это имел в виду Ги Корно, когда говорил: «В своем увлечении ужасами мы забыли о силе Красоты».

Я заканчиваю писать эту книгу весной 2020 года, в разгар пандемии коронавируса, когда нам всем приходится сидеть в изоляции по домам. Это трагедия для отдельных людей и целых семей, настоящее испытание для медиков, из последних сил выполняющих свою работу, а также для множества других служб. Средства массовой информации поддерживают градус напряжения, напоминая: чтобы избежать дальнейшего распространения вируса, необходима дисциплинированность каждого.

В то же время социальные сети пестрят сообщениями о повсеместно возникающих группах по интересам, о креативности одних, о юморе и поэзии других, что способствует образованию связей. Многие люди переходят на удаленный режим работы, так что пробок и аварий стало меньше, меньше загрязнения атмосферы и стресса в общественном транспорте. Самоизоляция – это тоже стресс, и порой она делает совместную жизнь невыносимой, но есть много семей, где любят читать, готовить или играть вместе и обмениваться новостями со своими близкими. Небо освободилось от следов и шума самолетов, окружающая среда стремительно очищается. В некоторых городах Индии исчез смог, и пораженные жители увидели окружающие их горные хребты. Тут и там рыбы и дельфины возвращаются в наконец ставшие прозрачными воды портов, а на улицах и дорогах восстановились спокойствие и тишина. Земля и все человечество, отравленные газами, получили шанс обрести новое дыхание.

Я отнюдь не умаляю трагических аспектов этой пандемии, таких как разлука с близкими людьми, одиночество и тревога, страдания больных и мучительная скорбь на расстоянии, насилие в семье и жестокое обращение с детьми, проблемы беженцев, оставшихся без помощи… Но, несмотря на все последствия, масштаб которых мы пока не можем оценить, сейчас, когда я пишу эти строки, в жизни людей и экономике становится ощутимо умиротворение, к которому мы все стремимся: спокойное отношение ко времени, комфортный ритм, приоритет отношениям и качеству жизни перед беготней в стремлении все успеть; меньше внешнего воздействия, а значит, больше возможностей для развития внутреннего мира; потребление, сведенное к самому необходимому, без излишеств и транжирства. Нам следует осознать и запечатлеть в своем сознании этот образ жизни, его размеренный ритм, когда можно больше общаться с родными, посвящать больше времени себе. Мы, конечно, вернемся к активной жизни после окончания пандемии, но, возможно, несколько иначе.

Средства массовой информации все время транслируют плохие новости. Какая польза от их бесконечного повторения? Разве недостаточно одного раза, чтобы принять адекватные меры? Зачем нужны эти лишние поводы для тревоги, когда можно радоваться тому, что пробуждается, распускается, придает сил? Ведь такой кризис не может не вызвать фундаментальных перемен в наших привычках, ритме жизни и в наших приоритетах, как говорил об этом Юнг: «Кризисы, потрясения и болезни не появляются просто так. Они служат индикаторами, чтобы помочь нам исправить траекторию своей жизни, исследовать новые направления, выбрать другой путь»¹¹.

Плохие новости поддерживают в нас чувство страха, подрывающее здоровье и блокирующее наше творческое начало. Я убежден, что хорошие новости, перспективы обновления, размышления об опыте, извлеченном из этого испытания, не только могут поднять иммунитет каждого человека, но и вызвать креативность, необходимую для изобретения новых практик.

Этот культ несчастий пережил социальный кризис мая 1968 года¹², сексуальную и научно-техническую революции, а также множество методик по достижению материального благополучия, но никак не духовного. Мне кажется, что этот культ незаметно увековечил себя, породив в качестве противодействия культ развлечений, который в конечном итоге оказался не менее токсичным.

Мы создали общество, в котором научились компенсировать свое несчастье, вместо того чтобы приложить усилие и стать счастливыми¹³.

Наше «общество впечатлений» (согласно меткому выражению Патрика Вивере) погрязло в жажде ощущений и приучило нас бесконечно компенсировать их нехватку всем, что попадется под руку, и, как результат, мы увязаем в зависимостях – жалком удовлетворении, не утоляющем настоящего голода. И так изо дня в день… Это как вечное наказание в аду, часто представляемое в виде толпы, двигающейся по кругу и сгорающей в пламени. Как говорит психиатр в театральной пьесе, созданной Ги Корно: «Мы живем от компенсации к компенсации, от мелкого удовлетворения к мелкому удовлетворению, чтобы скрыть от себя огромную неудовлетворенность своей жизнью, переходящую в разочарование…»¹⁴.

Мы постоянно распыляемся на разные дела, которые необходимо сделать, мы вечно поглощены множеством вещей, теряя в них душу и радость, поэтому нам необходимо выработать новое поведение, чтобы всегда оставаться внимательными, воодушевленными и воодушевляющими.

На основании наших личных неурядиц, количество которых стремительно растет, мы создали мир, полный разочарования. Но лично я глубоко убежден, что смысл жизни – это упоение, восторг чувствовать себя полностью живым в живом мире. Для этого мы должны развить в себе способность сопротивляться несчастьям, точнее, не позволять себе полностью погружаться в них. Разумеется, нам никуда не деться от бед, боли и травмирующих потерь, которые нужно пережить, но, как говорят на Востоке, не будем добавлять страданий к горю. Лучше направить свою энергию на спокойствие или обретение мира в душе через преодоление смятения, вызванного горем.

Удивительно, но это намного проще, чем кажется. Древние традиции и мудрости призваны напомнить нам: наша истинная сущность – это радость, не нуждающаяся в причинах, радость, которую хочется разделить. Мы сами закрываем себе доступ к радости, которая живет внутри нас. Если мы откроемся радости, гармонии, если будем внимательны к себе, стараясь «вновь обрести это состояние, несмотря на то, что со мной случилось», не добавляя к неприятностям сопротивление, то умиротворение вернется быстро. Это опыт, который нужно пережить, а не концепция, в которую достаточно просто верить.

В группах, которые я веду уже несколько лет, я наблюдаю, как меняются люди, отпустившие свою привязанность к несчастью, к напряжению, к сложностям, меняя мир вокруг себя и создавая эффективные творческие отношения. Для оздоровления общества необходимо прежде всего расстаться с культом несчастий.

2. Привычка к силовым отношениям

Нет ничего опаснее, чем уверенность в своей правоте.

Франсуа Жакоб¹⁵

Когда в наших отношениях все хорошо, мы спокойны. Но стоит только появиться какому-нибудь разногласию – мы тут же машинально прибегаем к силовым отношениям: доминированию, подчинению, агрессии, уходу, бегству, запугиванию, манипуляции, обольщению, угрозе, шантажу или обиде.

Понаблюдайте за собой во время следующей ссоры с кем-нибудь из близких – вашим дорогим супругом, обожаемым ребенком-подростком, старенькой мамой. Если этот человек будет говорить вещи, которые вас удивят, застанут врасплох или просто вам не понравятся, обратите внимание на свое поведение, особенно на свои движения. Что вам говорит ваше тело? Оно расслаблено, дыхание спокойное и глубокое, а вы открыты навстречу собеседнику? Или, наоборот, напряжение растет, сердечный ритм ускоряется, вырабатывается адреналин? Затем проверьте свои чувства. Можете ли вы честно сказать: «Я чувствую себя уверенным, заботливым, полным эмпатии, я рад встрече с этим человеком, которого люблю в его инаковости?» Или же вы ощущаете усталость, раздражение, нетерпение, возможно, даже ожесточение? Наконец, понаблюдайте за своими мыслями. Связаны ли они с открытостью и доброжелательностью, видите ли вы в собеседнике друга или это мысли закрытости и отторжения с проецированием на другого человека образа врага?¹⁶

Почему происходит такое моментальное напряжение при столкновении с несогласием? Откуда берется эта машинальная убежденность в своей правоте, означающая, что вы ставите себя выше другого человека или против него, а не «за» или хотя бы «вместе» с ним? Из каких глубин всплывает эта программа, которая, похоже, несет в себе клеточную память, если только у нее вообще не мифическое происхождение?

Миф об искупительном насилии…

Идея искупительного насилия состоит в следующем: чтобы улучшить мир, нужно что-нибудь разрушить, кого-нибудь убить, уничтожить зло, победить силы зла и хаоса благодаря силам добра и порядка. По мнению Чарльза Эйзенштейна, миф об искупительном насилии восходит к мифу о создании Вавилона более 3000 лет назад и находит поразительный отклик в современной науке.

«Если мы принимаем идею, что природа не обладает разумом, что она не стремится к совершенству, организации и красоте и что ей, скорее, свойственен беспорядок, то мы неизбежно будем ежесекундно воевать с ней, потому что в противном случае рискуем исчезнуть навсегда под воздействием стихийных природных сил. Так, получается, что наше благополучие зависит от способности держать под все возрастающим контролем эту дикую, своенравную и непредсказуемую природу, которая нас окружает. На протяжении веков именно это стремление к контролю определяло то, что называют прогрессом»¹⁷.

Данный миф впечатляет и даже привлекает, ведь он позволяет объяснить, почему мы держимся за силовые отношения и проистекающее из них насилие до такой степени, что делаем из этого игру (от гладиаторских боев до видеоигр) и снимаем фильмы. Как будто нам мало того, с чем мы сталкиваемся в повседневной жизни, и нам обязательно нужно что-то добавить и придумать… Маршалл Розенберг считал, что у культуры доминирования нет другого выхода, как сделать насилие приятным и развлекательным: «Нас уже давно научили превращать насилие в развлечение»¹⁸.

… запечатлен в наших нейронных связях?

В плане разрешения конфликтов или даже простых разногласий мы недалеко ушли от нашего предка – пещерного человека. Либо в качестве аргумента мы достаем дубинку, нанося удары: «Я прав, а ты ошибаешься», – либо прячемся в своей пещере, совершая тактическое отступление: «Ладно, ладно, ты прав», – не потому, что согласны с позицией другого, а чтобы просто уйти от конфликта. Не понимая своих истинных потребностей, мы ходим по кругу либо наращиваем напряженность…

Наши привычки создают нейронные цепочки: неврологи подтверждают, что наши мысли легче следуют по уже проложенному и часто используемому пути. Поэтому нам необходимо взломать этот программный код и разорвать установившиеся связи. И вам наверняка известно: чтобы изменить какой-либо нейронный путь и проложить другой, требуется постоянная практика. Различные методы трансформации предлагают работу по переобучению за 21 день – минимальное время для образования и закрепления новой нейронной связи.

Понятно, что без дисциплины и гигиены сознания здесь не справиться, учитывая, что привычка к силовым отношениям складывалась тысячелетиями. Перед лицом сегодняшних проблем нам следует научиться (так же, как учатся музыке, иностранным языкам и спорту) сотрудничеству, коллегиальности, совместному принятию решений, объединению качеств, сил и усилий, а это требует гораздо более гибкого навыка в общении, чем использование дубинки: «Я прав, а ты ошибаешься» или «Выкручивайся сам, мне плевать!».

Вы быстро поймете, что первый человек, к которому нам следует перестать применять силовые отношения и создавать отношения сотрудничества/взаимопомощи/взаимопонимания, это мы сами!

Вам придется посвятить время выявлению негативных программ и отказаться от этих гипнотических коллективных трансов, как называет их Даниэль Фавр: «Коллективный феномен гипнотического транса возникает, как правило, вследствие принятия елейного коктейля из убежденности в своей правоте, принадлежности к группе всезнаек и ощущения приближающейся опасности»¹⁹.

Другой закон джунглей: взаимопомощь

Сколько наших современников, педагогов, руководителей и лидеров общественного мнения до сих пор пропитаны (под влиянием транса) убеждением, что основной закон природы – это «съесть или быть съеденным» или «побеждает сильнейший», который также называют законом джунглей. Однако недавние исследования, кстати, продолжившие некоторые наработки, сделанные еще Дарвином в отношении эмпатии и солидарности, показывают нам природу в совершенно другом свете. Приведу несколько примеров.

В своей книге «Принцип эмпатии» Франс де Ваас пишет: «Нам следует полностью пересмотреть свои гипотезы о человеческой природе. Слишком много экономистов и политических деятелей представляют человеческое общество в постоянной борьбе, которая, по их мнению, заложена в нашей природе, нашем естестве»²⁰.

Продолжая его размышления о мифе искупительного насилия, Чарльз Эйзенштейн замечает:

«[…] мы начинаем понимать – благодаря исследованиям о возникновении самоорганизующихся систем, повсеместно присутствующих в природе, – что мир на самом деле стремится вовсе не к хаосу, а к порядку и красоте, словно все вокруг обладает разумом… Эгоистичный ген аналогичным образом является не чем иным, как устаревшей биологией. Отныне ценится симбиоз, сотрудничество и объединение индивидуумов в более крупные сообщества, отличающиеся все более сложной структурой. Именно так работает биология. Появление системного мышления в биологии является частью повествования о мире²¹. Природа – это вовсе не гигантская война каждого против всех. Сотрудничество и симбиоз – вот главные принципы эволюции»²².

Профессор социологии и основатель антиутилитаризма Ален Кайе утверждает:

«На всех ступенях эволюции, от популяции бактерий до человеческого общества, сотрудничество иерархически стоит выше, чем соперничество. Это открытие, скрупулезно аргументированное и зафиксированное здесь, является важным событием как в теоретическом, так и в этическом и политическом плане […]. В социальных науках, в экономике, социологии, моральной и политической философии доминирующей догмой начиная с 1970–1980 годов является следующее: все в социальной жизни – действия, нормы, основные законы, убеждения и т. д. – объясняется борьбой интересов в конфликте, осознанном или подсознательном. Это же убеждение доминировало в биологии, включая социобиологию и теорию эгоистичного гена. Я называю это аксиоматикой интересов или еще утилитаризмом. Подобное гегемонистское убеждение лежит и в основе неолиберализма. Оно возникло еще до становления капитализма и обеспечило его расцвет во всем мире. Действительно, одно не существует без другого. Чтобы утверждать, что между человеком и рынком эффективен, а значит, и желателен лишь один способ координации, нужно убедить себя и как можно больше людей, что мы всего лишь Homo economicus, безразличные друг к другу…»²³.

Наконец, Пабло Сервинь и Готье Шапель доказывают первостепенное значение этой проблемы:

«Внимательный анализ разнообразия живой природы, от бактерий до человеческого общества, показывает, что взаимопомощь не только встречается повсюду, но и присутствует в природе испокон веков. Это просто: все живые существа вовлечены в отношения взаимопомощи. Все. Взаимопомощь – это не просто какое-то отдельное событие, это принцип жизни. Более того, это механизм эволюции жизни: лучше выживают в сложных условиях не сильные организмы, а те, кому удалось скооперироваться»²⁴.

Оба этих автора признают, что соперничество в живом мире существует, и если у людей оно может, например, проявляться в спорте, то для большинства других видов оно довольно утомительно, и животные, осознав это, свели его к минимуму, по возможности избегая агрессивного поведения, поскольку это может привести к большим потерям. Авторы уточняют:

«Соперничество разъединяет и усугубляет трудности, […] оно не способствует образованию связей, оно вынуждает обманывать, отвлекает от достижения всеобщего блага. Действительно, зачем вкладываться в общее дело, если это может помочь конкурентам? […]

Доведя культ соперничества до крайности и узаконив его, наше общество не только породило мир насилия, оно, прежде всего, лишило его смысла²⁵. Безграничная конкуренция – это приглашение или даже обязанность участвовать в бесконечной гонке. Разрушение связей между людьми и связи с природой породило пустоту, которую мы постоянно пытаемся заполнить лихорадочным накоплением вещей, трофеев, сексуальных побед, потреблением наркотиков или непомерного количества еды. Чрезмерность, которую греки называли “гибрис”, становится единственным способом чувствовать себя живым […].

В прошлом веке наш мир достиг пика конкуренции. Теперь настало время стать такими же компетентными в сфере сотрудничества, доброжелательности и альтруизма. […] Спонтанное кооперативное поведение возникает из множества совместных взаимодействий, которые каждый из нас проживает ежедневно. Чем больше мы эволюционируем в социальном кооперативе, тем больше развиваем свои просоциальные автоматизмы. И, наоборот, чем больше эгоизма и конкуренции мы взращиваем, тем сильнее становятся автоматизмы антисоциальные»²⁶.

И вот мы снова возвращаемся к нашей главной теме: чтобы придать смысл жизни, нам следует отказаться от тяги, которая граничит с зависимостью, и прийти к отношениям силы и соперничества. Наилучшей территорией для развития сотрудничества служат детские сады и школы, где можно заложить привычку к взаимовыручке и сотрудничеству через многочисленные совместные действия, чтобы в сознании людей закреплялись просоциальные автоматизмы, понятие «Мы» и доверие к коллективному интеллекту. Это не так сложно: просто это совершенно новый подход к жизни.

Самое распространенное насилие незаметно: оно не называет своего имени

Самое распространенное насилие (и при этом наименее осуждаемое – настолько оно вписано в наши нравы) совершается в белых перчатках, без драк и оскорблений. Оно переносится особенно болезненно, ведь его невозможно объяснить, у него нет официального статуса. Оно украшает себя мишурой достоинства, традиций, правильных действий, необходимости: «это наш долг», «мы всегда так поступали» или, что еще хуже, «это для твоего же блага» – последнее стало названием потрясающей книги Алис Миллер²⁷.

Эта форма насилия практикуется уже начиная со школы, заставляя нас следовать ритму, который нам не свойственен²⁸: часами сидеть не двигаясь, когда в тебе бурлит энергия²⁹; усваивать материал; задействовать лишь один вид интеллекта – логико-математический (когда работает левое полушарие), тогда как мы чувствуем, что располагаем десятком других способностей; изучать программу, которая не вызывает интерес и не помогает жить лучше, а значит, не имеет смысла для нас здесь и сейчас. Эта форма насилия проявляется в отсутствии учета физических потребностей тела, его выражения и развития, которые традиционные виды спорта удовлетворяют лишь частично. Она обязывает присоединяться к образам мышления и жизни, религиозным или светским, которые оставляют мало пространства ребенку, чтобы самому почувствовать, что жизнь и все живое священно. Некоторые привыкают без труда. Но в последнее время становится все больше детей, не способных жить в такой системе и не понимающих, что с ними происходит. Они учатся принуждать себя, игнорировать свои чувства, сомневаться в своей интуиции и подчиняться, чтобы выжить. Так законсервируются потребность в смысле, в жизни, потребность чувствовать себя живым.

Наконец, скрытое насилие проникает в наше невербальное общение, которое, как известно, составляет до 80 % коммуникации: молчание и недосказанность, вздохи и множество микродвижений, выражающих нетерпение, язвительный смех, насмешливая улыбка, поднятая бровь – множество уколов, способных разбить вдребезги хрупкое, еще не сформировавшееся самоуважение ребенка и глубоко ранить чувствительного взрослого (а таковых намного больше, чем кажется). И ребенок или взрослый, смирившись, подавляет свое отчаяние, либо затаивает обиду и желание отомстить.

«Чтобы предупредить подобное насилие, следует ввести культуру, в которой поддержка другого человека, в частности учеников, будет важнее собственного превосходства. […] В наши дни корпорации пытаются, с одобрения большинства правительств, навязать финансовый успех как главную ценность. В таком контексте межличностная конкуренция, а значит, и потребность победить соперника, также становится доминирующей ценностью. Я не предлагаю избавиться от соперничества и конкуренции, но призываю привести их в равновесие с ситуациями сотрудничества; иначе, сами того не замечая, мы попадем в порочный круг финансиализации образования»³⁰.

3. Как проявляется недоверие

Задумаемся на секунду над высказыванием Гастона Башляра: «Наступает период, когда разуму больше нравится то, что подтверждает его знание, а не то, что ему противоречит, когда ему больше нравятся ответы, чем вопросы. В такие времена примитивный инстинкт доминирует, а духовный рост останавливается»³¹.

Несмотря на наши прекрасные идеи о готовности принять новое и о пользе различий, недоверие к новому берет верх. В своей работе «Зависимость от определенности»³² Даниэль Фавр описывает этот феномен как составляющую некого массового гипноза: приверженность ложным или устаревшим идеям, ошибочность которых мы не хотим замечать.

Впитывание – или «гипнотический транс», согласно выражению профессора Фавра, – силовых отношений, о которых шла речь, неизбежно влияет на наше отношение к жизни и природе. Как уже говорилось выше, мы гораздо охотнее проявляем недоверие, зажатость, закрытость, чем непринужденность, открытость и доверие. И все это по привычке. Ребенку, который радостно бежит к дереву, чтобы на него взобраться, мы скорее скажем: «Не залезай на него – упадешь и испачкаешь брюки!» Скажите честно, вы дали жизнь своим детям для того, чтобы они научились не пачкать брюки? Именно это вас вдохновило? Нам нужно как можно скорее выработать в себе привычку говорить ребенку: «Беги, открывай для себя новое, не бойся и радуйся – в этом смысл жизни. Но будь осторожен, так как ствол может оказаться скользким».

Посмотрим, что думает по этому поводу Катрин Геген:

«Когда родитель направляет ребенка в окружающий мир, навстречу его красотам, когда он подбадривает ребенка исследовать этот мир, открывать его для себя, он учит ребенка и поддерживает его в удовольствии жить и расти. Передать ребенку желание жить, помогая ему открыть увлекательные стороны жизни, – бесценное богатство для его настоящего и будущего. В этом случае он научится идти по жизни с радостью, находя в ней смысл, несмотря на все испытания. Ребенок бурлит от желания жить. Роль взрослых состоит в том, чтобы поддерживать, а не подавлять эту драгоценную жизненную силу. Зачастую она так сильно впечатляет, озадачивает, беспокоит взрослого, что он пугается и тормозит ребенка […]. Ребенка, жаждущего исследовать мир, подавляет страх взрослого, и он становится все более робким и боязливым […]. Побуждение к новым открытиям с самого юного возраста поможет ему стать активным и предприимчивым взрослым»³³.

Когда в нашу жизнь приходят перемены, многие из нас сожалеют, что приходится покинуть зону комфорта, и опасаются неизвестности и трудностей, даже если они, как это часто бывает, – необходимый переход к состоянию более глубокого, стабильного и светлого благополучия. При столкновении с чем-то новым, другим, незнакомым, неожиданным, что сопровождают столь необходимые миру открытия и перемены, нам следует избавиться от сомнений и научиться «переключаться» на доверие.

Я уже употреблял понятие «переключаться на доверие» в своей предыдущей работе «Хватит быть хорошим!», поскольку в определенный момент своей жизни я очень сильно нуждался в подобном переключении. 20 лет спустя я ощущаю лишь радость и благодарность за то, что тогда сделал этот шаг и приобрел привычку доверять себе. Предлагаю вам сделать то же самое.

4. Разъединение и разделение, отдаление от природы и от понятия «Мы»

Зачастую мы развиваем свое «Я», контролирующее, эгоцентричное и даже алчное, отталкиваясь от «Ты», которое часто воспринимается как нечто противоположное, враждебное и даже угрожающее. При этом совершенно забываем о понятии «Мы» – поддерживающем, доброжелательном, сопереживающем, без которого невозможны забота, взаимопомощь, сотворчество, коллективный разум, дружба, нежность, устойчивый прогресс. Говоря «Мы», я имею в виду всех нас, все живое на земле, не только людей, а всех пассажиров земного корабля, совершающих совместное путешествие и, значит, подверженных воздействию одних и тех же условий. Важно подчеркнуть, что здесь нет разделения на «Мы»-свои и «Вы»-чужие, характерного для обособленных групп (членов одного семейства, жителей одного района и сотрудников одного отдела), политических партий, идеологий и религий…

Согласно некоторым исследованиям, насилие среди людей появилось в эпоху оседлости, то есть около 10 000 лет назад, поскольку при изучении останков охотников-собирателей следов насильственной смерти обнаружено не было. Похоже, тогда «Мы» превалировало по очевидным причинам выживания, а также благодаря изобилию пищи при низкой плотности населения, что позволяло избегать стычек. Также из-за кочевого образа жизни люди не имели в собственности земель или средств производства, которые нужно было бы защищать, и не стремились к доминированию. Все дела велись путем обмена и сотрудничества.

А вот когда люди начали вести оседлый образ жизни и стали обрабатывать землю («Это мое!»), ее пришлось защищать («Убирайся отсюда!»), чтобы передать сыновьям. Они делали запасы на продажу, чтобы купить больше земли, или засматривались на землю соседа… И «Мы» распалось.

Похоже, именно тогда произошел (я рискну сделать краткий обзор) переход от матрилинейного равноправного общества (равенство мужчин, женщин, детей) к патрилинейному (разделение по полу и возрасту) с присвоением земель и ресурсов, накопительством и спекуляцией, началом капитализма и образа жизни, основанного на силе, возникновением отношений доминирования-подчинения, разъединения и разделения, а также вечных поисков «чего-то большего». В этом тысячелетнем горниле была выкована наша система мышления.

Осознав это, мы можем поверить: данный образ мысли – единственно возможный. Марилен Пату-Матис изучила развитие человечества и сделала вывод: «Насилие не закреплено в наших генах, его появление обусловлено историческими и социальными причинами. Поэтому концепция “исходного” насилия относится к разряду мифов. Война неотделима от человеческого существования, она является продуктом созданных им обществ и культур. Как показывают исследования первых человеческих обществ, столкнувшихся с кризисом, община лучше противостоит трудностям, если она основана на сотрудничестве и взаимопомощи, а не на индивидуализме и соперничестве»³⁴.

Наши привычки мышления и наше образование часто поддерживают нас в этом ощущении разделения-разобщенности. Например, на протяжении веков наука отделяла сознание от материи там, где шаманская мудрость по всему миру видела обмен, связь и взаимовлияние. К счастью, есть наука, которая исследует это взаимодействие, – квантовая физика. Эрвин Ласло утверждает, что нас окружает не пустота, а «информационное поле, находящееся с нами в постоянном взаимодействии»³⁵, и что «мозг излучает волны», подобно передатчику (или мобильному телефону), позволяя нам улавливать и передавать информацию.

Картезианство³⁶ и аналитическое мышление способствовали развитию дуализма и бинарного восприятия, для которого характерно деление информации на два взаимоисключающих варианта «либо то – либо это» (хорошо-плохо, верно-неверно, левый-правый и т. д.), вариант «и то, и это» невозможен. Бинарное мышление является, на мой взгляд, одной из основных причин вечного конфликта, в котором мы, не сознавая того, существуем и который порождает насилие, неявное, незаметное. Я каждый день вижу, как людям, чтобы освободиться от проблем и обрести целостность, достаточно выйти за пределы бинарного мышления.

Религии нередко передавали разделяющее видение потустороннего или священного. Из своего католического воспитания я вынес: «Вы находитесь здесь, а Бог – там, рай нужно еще заслужить», – указание на то, что жизнь неизбежно пройдет в страданиях от разъединения и в тягостном ожидании возвращения к целостности после земной жизни. Это видение контрастирует с многочисленными представлениями о принадлежности ко всему сущему, которые открывают возможности для обретения целостности здесь и сейчас. Оно также идет вразрез с повседневным опытом большинства людей всех времен, и в частности живущих сегодня, которые ведут духовную жизнь, не связанную с религией, и ощущают внутри себя, во всем живом и неживом это Присутствие, постоянное и истинное, как сама жизнь. Присутствие, Дух, Божья благодать – каждый выберет слово, которое ему по сердцу.

Переезд людей из деревень в города, в мир, где большая часть человечества живет вдали от земли, приводит к отчуждению от природы, от земных циклов, а значит, и от осознания принадлежности к кормилице. Город с его механизацией и сосредоточенностью на материальном заставил нас забыть о звездном небе, о том, что мы – часть огромной Вселенной. Это очевидное ощущение принадлежности – как вода для рыбы или воздух для птицы – основа для глубокого благоговения перед Вселенной и по-братски нежного отношения ко всему живому.

Как правило, школьное обучение отрезает целые куски от нашего сознания. Оно ставит на первое место все рациональное: знания, логику, логико-математический интеллект, запоминание, качество исполнения и скорость рассуждений. При этом уделяется очень мало внимания телу – лишь час или два занятий в неделю (и то только в виде спорта, в то время как существует множество других практик для нашего воплощения здесь и сейчас: пение, танцы, театр, импровизации, ораторское искусство, тайцзи³⁷). Оно также оставляет без внимания чувства (эмоциональный интеллект), отношение к себе и другим (реляционный интеллект – внутренний и внешний), музыку (музыкальный интеллект), самовыражение, креативность и, как следствие, творческое созревание, необходимое для личностного роста, и, наконец, открытость к внутренней жизни (духовный интеллект, не религиозный) – все, что должно лежать в основе обучения свободе и ответственности.

Созданная таким образом привычка разъединять, разделять и противопоставлять порождает полярность и обособленность. Это начинается с начальной школы: деление на отличников и отстающих, прилежных и прогульщиков, крутых и аутсайдеров, чтобы однажды вырасти в мир любимчиков и изгоев, знатоков и дилетантов, богатых и нищих…

Когда я вижу, насколько свободно дети ощущают свою принадлежность ко всему сущему, как они восхищаются красотами природы, чувствуют себя в естественной связи с раненым голубем или кроликом, который «выглядит таким одиноким, скажи папа, он найдет свою мамочку?»; когда я слышу робкий шепот: «Как ты думаешь, звезды нас слышат?»; когда я наблюдаю за малышом, погруженным в мечтательное состояние; когда я думаю о детях, сохраняющих радость в разрушенных городах, когда я вижу, что наша человеческая природа наделена безграничным сознанием и мощной способностью к восхищению – я задаю себе один и тот же вопрос:

Что в нашей культуре тормозит, подрывает или разрушает нашу способность к взаимопомощи, к восхищению жизнью и к ощущению принадлежности ко всему сущему?

Выборочный взгляд на мир и человечество, зачастую систематическое воспроизведение привычных схем, не подвергаемых сомнению, приверженность конформизму, зависимость от убеждений и, как следствие, атмосфера страха и недоверия приводят большую часть наших современников к следующим мыслям: «Я одинок и беспомощен в этом хаотичном мире, и мне приходится искать выход в компенсациях или бороться за свое место, даже если для этого приходится злоупотреблять ресурсами и материей, ведь они все равно инертны и подчинены моей воле». Однако правильно другое: «Я чувствую себя живым в живом мире и ощущаю радость от принадлежности ко всему живому, я с удовольствием вношу свой вклад и верю, что Вселенная (Дух, Бог) внимательна ко мне и балует меня».

Я снова привожу слова Чарльза Эйзенштейна:

«Если суть войны – в измельчении: свести Вселенную к объекту, жизнь – к вещи, человека – к врагу (иными словами, упростить сложное, чтобы было с чем сражаться) – то, чтобы постичь суть мира, нужно в первую очередь опереться на холистическое мышление. Это мышление строится на том, что каждая вещь неразрывно связана со всеми остальными. Что все является частью всего. Что жить – значит быть в отношениях. Что мы не обособленные индивидуумы – мы все зависим друг от друга, как на практическом, так и на экзистенциальном уровне. Иными словами, мы взаимосуществующие. Поэтому все, что мы принимаем за враждебное, является частью целого, в которое мы сами включены. Используя буддистский термин, жизнь – это взаимобытие: “Я” в живом взаимосвязанном мире, в противоположность индивидууму, обособленному в своем мирке»³⁸.

Казалось бы, именно нам, взрослым, необходимо воспитывать в детях и молодежи новое сознание, которое сочетает в себе доброжелательность, сопричастность и открытость. Однако сейчас происходит впечатляющая смена традиционных ролей: именно молодежь сегодня призывает взрослых к сознательности, благоразумию и коллективной и индивидуальной ответственности.

5. Делать, а не быть: мы истощаем себя в гонке против времени

Период изоляции весной 2020 года невольно вынудил нас испытать на себе размышление Блеза Паскаля: «Все несчастья людей от неумения расслабиться».

Вот ключевой элемент нашей подсознательной программы и основная задача для изменения сознания. Она проходит красной нитью через все мои работы. Погоня за тем, чтобы «все сделать хорошо», мешает нам жить в искренних отношениях («Хватит быть хорошим!»), быть счастливыми без чувства вины («Быть счастливым не всегда комфортно») и раскрыться для свободы, творчества и вдохновения, которое является ключом к плодотворному и мирному сосуществованию (от «Я» к «Мы»).

Под обманчивой видимостью «полноценной» жизни скрывается экзистенциальная пустота. Активная деятельность – один из самых распространенных компенсаторных механизмов, который редко воспринимается как проблема. Давайте просто запомним следующее:

Чем больше дел наполняют твою жизнь, тем меньше самой жизни остается в этой суете.

И чем менее живыми мы себя ощущаем, тем отчаяннее будем гнаться за этим чувством, добавляя себе все больше и больше дел… Это трагичная, постоянно ускоряющаяся гонка подобна бегу хомяка в барабане и нередко заканчивается депрессией или эмоциональным выгоранием. Я сам долгое время принимал суету за интенсивную деятельность.

В масштабе общества это оборачивается настоящим коллективным помешательством. Его результаты сказываются как на отдельном человеке (стресс, эмоциональное выгорание и ущерб здоровью), так и на здоровье общества и планеты в целом (сверхпроизводство и сверхпотребление).

Безумная гонка проникает и в наше образование, когда «дело должно быть сделано», а «результат должен быть достигнут», она же убивает наши отношения. Чтобы изменить свой ритм, сделать его комфортным, нужно понять и разрушить старую систему мышления.

«Скорость основана на ощущении полезности, получаемой путем увеличения наших видов деятельности, и на иллюзии, что единственным индикатором нашей ценности является все большее выполнение задач. Чем быстрее и больше задач я выполняю, тем больше я значу в глазах окружающих, своей компании и общества в целом»³⁹.

Пришло время покинуть век «действий» и научиться просто быть.