Kitobni o'qish: «Радуга в душе»

Иришка сидела на скамейке у своего подъезда и не спешила подниматься в квартиру. Ей хотелось всё обдумать не спеша. На коленях мирно свернулся калачиком белоснежный котёнок. Мама, конечно, не придёт в восторг от Иришкиной просьбы оставить его у себя. Но не об этом были её думы. Её думы были посвящены странному ожерелью на шее. Всего одна белая жемчужина нанизана на шелковистую нить – казалось бы, что в нём странного? А дело было в том, как именно оно оказалось на Иришкиной шее, и что означали слова той загадочной женщины, которая подарила его.

Иришка вспомнила, как начинался сегодняшний день. Обычное весеннее утро – проснулась, позавтракала и в школу. Там тоже всё обыденно и нудно. Весной, когда солнышко призывно светит в окна, учиться особенно неохота.

Иришка жила в маленьком южном городке. Если в средней полосе России в марте только-только начинал таять снег, то в Краснодарском крае в это время вовсю зеленели деревья и погода стояла почти летняя.

Из школы она шла не торопясь. Утром, по настоянию мамы, пришлось накинуть куртку, и теперь Иришка изнывала от жары. Расстегнув молнию и даже спустив куртку с плеч, девочка подходила к своему дому.

Ещё издали она увидела соседку с первого этажа. Та стояла у дороги, смотрела себе под ноги и сокрушалась о чём-то: то, всплёскивая руками, наклонялась к самой земле, то, покачивая головой, бормотала что-то. Эта соседка, тётя Лида, была большая любительница животных. Она всегда подкармливала их, не обращая внимания на недовольство некоторых жильцов их дома.

Вообще, Иришка всех людей делила на три категории. Первые любили животных, вторые не любили животных, а третьим было всё равно – они их просто не замечали. Тётю Лиду и себя Иришка относила к первой категории, поэтому сразу ускорила шаг, чтобы выяснить, что же так взволновало добрую женщину.

Подбежав поближе, Иришка ахнула – у самой кромки тротуара лежала белоснежная молоденькая кошечка, почти котёнок. Когда-то пушистая шёрстка слиплась от грязи и крови. Кошечка лежала тихо, безучастно смотря на мир почти остекленевшими голубыми глазами.

– Тётя Лида, что с ней? Кто её так? – Иришка присела рядом, желая помочь, но не зная чем.

– Собаки, Ириша, – со слезами на глазах выдавила соседка, – ухватили её бедненькую зубищами. Наверное, рёбра сломаны. Нежилец она, – и вновь покачала головой. – Ой, господи, как жалко.

– Её надо в ветеринарку, – опомнилась Иришка.

Она стащила с себя куртку и накрыла кошечку, намереваясь укутать её и бежать за помощью.

– Нет, Иришенька, лучше оставить всё как есть. Ты же ей больнее сделаешь, – урезонила тётя Лида. – Иди домой, а я постою тут и похороню её потом.

– Нет! Нет! – заплакала Иришка. – Я её в ветеринарку, я помогу.

Она бережно подняла кошечку, завёрнутую в куртку, и еле дыша быстрым шагом направилась в сторону ветеринарной клиники. Через некоторое время, наверное, от напряжения, руки слегка затекли, и Иришка решила немного передохнуть.

Дойдя до сквера, девочка тихонько уложила свою ношу на лавочку и встряхнула свободными руками. Немного передохнув, Иришка решила продолжить свой путь. Куртка слегка сползла с израненного тельца, и одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять – она опоздала, не смогла, не успела. Иришка села рядом на лавочку и заплакала. Отдавшись своему горю, девочка не замечала ничего вокруг.

Так случилось, что на соседней лавочке сидела пожилая, но удивительно красивая женщина. Она просто отдыхала, изредка бросая крошки голубям. Голуби клевали и призывно ворковали, глядя на женщину, будто выпрашивая угощенья ещё и ещё. Женщина наблюдала за ними с умильной улыбкой. Её седые волосы, собранные в мягкий пучок, отливали сиреневой голубизной и, казалось, не вязались с поразительно молодым и в то же время мудрым взглядом.

Услышав еле сдерживаемые рыдания, незнакомка оглянулась и стала с любопытством разглядывать девочку на соседней скамейке, отчего морщинки в уголках глаз превратились в звёздочки, а фарфоровая кожа покрылась лёгким румянцем.

Девочка как девочка. На вид лет двенадцати. Смуглянка с растрёпанными тёмными волосами и носом-кнопочкой. Сидит и тихо плачет, поглаживая бесформенный свёрток, лежащий рядом.

Много таких детей встречается на улицах. Чаще всего их беды носят сиюминутный характер и спустя некоторое время забываются. Но горе этой девочки тронуло женщину. Она подобрала подол своей длинной пёстрой юбки, тихо подошла к ней со спины и с любопытством заглянула через Иришкино плечо – что там, в свёртке?

Иришка не заметила, что уже не одна. Она лишь с удивлением увидела руку, откинувшую уголок куртки. А потом произошло невообразимое – лёгкие пальцы слегка погладила израненное тельце кошечки, и та вздохнула, моргнула, приподняла голову.

– Мяу, – произнесла кошечка, посмотрев на Иришку.

Ошеломлённая Иришка оглянулась, чтобы увидеть того, кто совершил это чудо прямо у неё на глазах, и встретилась с парой добрых, улыбающихся глаз.

– Как?.. – Иришка запнулась от переполнявших чувств. – Как это возможно?

Женщина обошла лавочку, уселась рядом и, нежно ероша белоснежную шёрстку, ещё раз погладила оживающую на глазах кошечку. Та поднялась на лапки и потыкалась носом в руку своей спасительницы, требуя ещё ласки.

Иришка заворожённо разглядывала незнакомку. Мысленно она сразу стала называть добрую женщину волшебницей и сейчас думала, почему раньше никогда не встречала её на улицах? Ведь такой экстравагантный наряд среди серой городской толпы пропустить было невозможно. На первый взгляд яркая, немного старомодная одежда выглядела нелепо. Но Иришке эта женщина показалась исключительной красавицей. Длинная пёстрая юбка, зелёный жакет, на голове яркий берет, украшенный маками – ну как можно было не залюбоваться! И хотя волосы незнакомки были седы, а лицо покрыто мелкими морщинками, старушкой её можно было назвать с трудом. Она была удивительно моложава и стройна. А голубые глаза излучали столько энергии и тепла, что Иришка осмелела и, охваченная восторгом, спросила:

– Вы волшебница?

Незнакомка бросила налетевшим голубям горсть крошек, неизвестно откуда взявшихся в её руке, и, в свою очередь, спросила:

– Как зовут твою кошечку?

– Не знаю. Она вовсе не моя, – ответила Иришка.

– Твоя-твоя, – приговаривала женщина, продолжая гладить котёнка. – Только о своей кошечке так безутешно плачут. Так как же зовут её?

Иришка, немного подумав, ответила:

– Белка.

Женщина удовлетворённо кивнула. А Иришка продолжила расспросы:

– Вы экстрасенс? Да? – она восторженно посмотрела на незнакомку. – Кто вы? Как это у вас получилось? Я же видела – кошечка умерла. А вы дотронулись – и она снова жива? Или это волшебство? Может, вы фея?

Женщина рассмеялась, но упорно не хотела рассказывать о себе. Она только подбрасывала голубям крошки и улыбалась. Иришка поняла, что знакомства не произойдёт, и грустно произнесла:

– Как бы и мне хотелось уметь вот так легко совершать чудеса.

– Ты думаешь, это невозможно? – отозвалась женщина. – Всё возможно, но это совсем не так легко, как тебе кажется. Чтобы получить этот дар, нужно пройти очень сложное испытание. Оно не всем по плечу.

– Испытание? – оживилась Иришка. – В чём оно состоит? Испытайте меня.

– А почему бы и нет? – загадочная улыбка слегка коснулась губ волшебницы. – Само испытание не такое уж и сложное.

Она произвела еле уловимое движение в районе Иришкиной шеи, будто отмахнулась от назойливой мошки и продолжила:

– Я дарю тебе это ожерелье.

Иришка приложила руку к шее и нащупала тонкую ниточку с одной-единственной бусинкой, а волшебница добавила:

– Это не просто украшение, оно способно меняться. Как? Это сюрприз, – весёлые искорки промелькнули во взгляде женщины. – Ты быстро всё поймёшь сама.

– А что я должна сделать? В чём заключается моё испытание? – Иришке не терпелось всё поскорее узнать.

– Да ничего особенного. Просто живи так, как подскажет тебе твой внутренний голос. Но оттого, как ты проживёшь ближайшие несколько дней, будет зависеть всё.

Незнакомка выудила из недр своей элегантной сумочки неожиданно большой пакет с пшеном и высыпала себе под ноги его содержимое. Голубей налетело столько, что от них не было спасения. Они садились на плечи, на колени, касались крыльями лица. Потом неожиданно, будто их кто-то спугнул, взлетели все вместе и унеслись куда-то в вышину.

Иришка обернулась к незнакомке, чтобы задать кучу вопросов, но с удивлением увидела, что на скамейке кроме неё и белого котёнка никого нет.

Иришка была крайне удивлена:

– Точно, фея… – выдохнула она и поднесла руку к ожерелью.

Снять его не получилось, но очень хотелось разглядеть получше. Иришка наклонила голову как можно ниже, а ожерелье оттянула вперёд и кое-как смогла разглядеть нежную белую жемчужину на блестящей серебристой нити. Решив, что дома в зеркале это будет сделать удобнее, она подхватила куртку и котёнка и поспешила домой.

Воодушевление от случившегося чуда само несло Иришку, и около своего дома она оказалась на удивление быстро. А вот теперь девочка сидела на лавочке и думала: а действительно ли то, что произошло сегодня с ней – хорошо, и как это отразится на её жизни?

– Неужели помогли в ветеринарке? – голос соседки вывел Иришку из задумчивости. – Вот чудеса.

Девочка растерянно кивнула и вошла в подъезд.

Немалых усилий стоило Иришке уговорить маму оставить котёнка. В ход пошли и слёзы, и уговоры, и обещания. И всё же, место в квартире для многострадальной Белочки было отвоёвано. Поэтому следующее утро для Иришки началось часов в пять. Именно в это время просыпаются все молоденькие котята, чтобы поскакать по кровати, поймать невидимую пылинку и пощекотать хозяйку мягкими лапками. Днём Белочка, конечно, выспится, а вот её хозяйке предстоит отсидеть пять уроков в школе. Ну что ж, жаловаться не приходится, ведь это был её выбор. Поэтому Иришка часа полтора ещё вяло поотбивалась сквозь сон от назойливых лапок, а потом встала и собралась в школу.

В прихожей взглянула последний раз в зеркало: поправила растрепавшиеся волосы, намазала губы маминым блеском, погладила пальчиком нежную жемчужину на шее и, заправив её за ворот блузки, шагнула за порог. Так Иришке захотелось спрятать ожерелье от посторонних глаз, чтобы избежать лишних вопросов и просьб: «где взяла?» да «дай померить». Почему-то эту тайну ей не хотелось никому открывать.

Перескакивая через ступеньки и рискуя навернуться и покалечиться, Иришка понеслась вниз по лестнице. Открытая дверь тёти Лидиной квартиры заставила её резко притормозить. У порога стоял мусорный пакет, а сама тётя Лида стояла, привалившись к косяку.

– Здрасть, тёть Лид, – запыхавшись, выкрикнула Иришка.

– Здравствуй, Ириша. В школу? – соседка улыбнулась, но через секунду скривилась от боли и потёрла бедро. Потом вымученно снова улыбнулась и объяснила: – Суставы…

Они жили в старой пятиэтажке – никакого лифта и в помине не было. Иришка, пожалев пожилую женщину, с лёгкостью подхватила пакет.

– Я ж всё равно мимо мусорки пойду, – и побежала дальше.

– Спасибо тебе, Ириша, – крикнула вдогонку тётя Лида.

А Иришка уже неслась дальше, на бегу решив рискнуть и перескочить сразу через две ступеньки. Такой скачок все во дворе считали высшим пилотажем. Иришка рискнула и… всё получилось. Сегодня утром у неё вообще всё получалось, и от этого настроение было отличным. В пылу такого всеобъемлющего позитива она не обратила внимания на лёгкое дуновение, коснувшееся её шеи, как раз там, где висела жемчужина.

День прошёл как обычно, и лишь вечером, перед сном, Иришка, посмотрев в зеркало, изумилась – на ожерелье красовались уже две белые жемчужины. Она осторожно погладила их пальчиком и подумала: «Ай да подарок! Это что же, теперь каждый день будет прибавляться по жемчужине? За месяц их наберётся ого-го сколько». И довольная своим открытием Иришка легла спать.

Но на следующий день её повергло разочарование. Жемчужин было по-прежнему две. Мало того, и все последующие дни никаких изменений тоже не происходило.

Собираясь в очередной раз в школу, Иришка по привычке посмотрелась в зеркало, подкрасила, пока не видит мама, губы и поглубже спрятала свои жемчужины под блузкой.

Сегодняшний день был особенно неудачный. Нестись сломя голову по ступенькам настроения не было. И всё же, по традиции, уже на первом этаже Иришка решила перескочить одну ступеньку, и снова неудача. Больно подвернула ногу и, хромая, поплелась в школу.

Когда учитель раздал тетради с результатами контрольной, Иришка отчего-то боялась её открывать. Смутные предчувствия одолевали её. Учитель открыл журнал и извинился:

– Ребята, не успел вчера выставить оценки, – и улыбнулся. – Не в службу, а в дружбу, я буду называть фамилии, а вы продиктуйте свои результаты, – и приготовился писать.

Иришка поняла, что дальше тянуть нельзя, и открыла тетрадь. Внизу красовалась здоровенная тройка с минусом. И это в конце четверти. Когда с оценками было покончено, учитель произнёс:

– Да, некоторые ребята меня удивили. Я рассчитывал на лучшие результаты. Поэтому предлагаю всем, кто хочет исправить оценку, подойдите ко мне после уроков, и мы подумаем, когда и как это сделать.

По окончании занятий Иришка вместе с проштрафившимися одноклассниками подошла к учителю, и он назначил день повторной контрольной. Девочка была уверена, что исправит оценку. Нужно только позаниматься получше, подготовиться. Да, но как же маме показать тетрадь с тройкой?

Иришка возвращалась домой, понурив голову, еле-еле волоча ноги. Вот сейчас она зайдёт, и мама сразу спросит про контрольную, попросит показать оценку. У Иришки прямо сердце замирало от одной мысли об этом. У подъезда она села на лавочку, достала тетрадь, открыла нужную страницу и долго-долго смотрела на здоровенную, прямо в половину страницы, красную тройку. И тут, не отдавая себе отчёта, будто в забытьи, Иришка вырвала ненавистную страницу.

«Ой! Что я наделала! – опомнившись, ужаснулась она. – За это от мамы ещё больше попадёт». Иришка посидела ещё в раздумьях, а потом решила: «А мама ничего и не узнает». Она оглянулась по сторонам, размышляя, куда бы спрятать следы своего преступления. Увидев вентиляционное отверстие в цоколе дома, быстро подошла к нему, наклонилась и сунула туда скрученную трубочкой тетрадь. Лёгкий ветерок из подвала качнул её чёлку и покружился у шеи. Но в этом ведь нет ничего необычного, из подвала всегда слегка поддувает. Поэтому Иришка спокойно поднялась, отряхнулась и, делая вид, будто просто шла мимо, направилась к своему подъезду.

От сердца немного отлегло, девочка почувствовала себя в безопасности, однако неведомое нехорошее чувство скребло где-то глубоко внутри и рождало смутное беспокойство. Поднимаясь по лестнице, Ириша всё время убеждала себя: «Ничего страшного не произошло. Я же скоро исправлю оценку и покажу маме новую тетрадь с четвёркой или даже с пятёркой».

Вечером мама попросила у Иришки её дневник и папку с тетрадями. И хотя девочка точно знала, что в её рюкзаке нет ничего, что могло бы расстроить маму, Иришка прятала взгляд, будто по глазам можно было прочесть о её хитрости. Ей даже не хотелось сегодня любоваться своим волшебным ожерельем – настроения не было.

Однако перед сном, взглянув мельком в зеркало, Иришка изумилась – на тонкой блестящей леске красовались уже три жемчужины, одна из них была чёрной, но не менее красивой. Иришка вгляделась в отражение – перламутровый блеск новой бусины завораживал своей красотой и загадочностью.

«От чего же зависит появление жемчужин?» – подумала Иришка. Она погладила пальчиком новую жемчужину, но быстро отдёрнула руку. Какая-то мысль или воспоминание промелькнула и исчезла настолько быстро, что Иришка не успела осознать её, но неприятное чувство осталось.

Утром за завтраком Иришка была неразговорчивой и хмурой. Когда все мамины попытки развеселить дочь не возымели успеха, за дело взялся папа и спросил:

– А расскажи-ка, дочь, что интересненького у вас в школе творится?

– Всё нормально в школе, – пробубнила Иришка еле слышно и постаралась поскорее выскользнуть из-за стола.

Папа и мама переглянулись, ничего не понимая.

– Переходный возраст, – не то объясняя самому себе, не то успокаивая жену, произнёс папа и продолжил завтрак.

А Иришка уже шла привычной дорогой в школу. Сегодня она немного опаздывала, поэтому пришлось слегка ускорить шаг. Не хватало ещё получить запись в дневник об опоздании.

До школы оставалось совсем немного, когда Иришка взглянула на часы и поняла, что опаздывает основательно. Сейчас она уже почти бежала, ни о чём не думая и ничего не замечая вокруг. Неожиданно её окликнули:

– Девочка, помоги, пожалуйста.

У подъезда двухэтажного дома стоял пожилой мужчина. Одна рука у него была в гипсе.

– Помоги, дочк, – улыбнулся он Иришке и, выставив вперёд одну ногу, глазами указал на неё.

Ириша на ходу проследила за его взглядом. На одном кроссовке шнурок был не завязан.

– Ой-ой, дяденька, я так опаздываю, попросите кого-нибудь ещё, – и припустилась дальше.

Мужчина с грустью посмотрел ей вслед и остался ждать того, кто не откажет в помощи.

А Иришка уже бежала во всю прыть. Неожиданно встречный ветерок освежил разгорячённые щёки и маленьким вьюнком успокоился на жемчужном ожерелье. Иришка его и не заметила.

И как так получилось? Ведь она неслась быстрее лани и всё же опоздала, а в дневнике появилась-таки ненавистная красная запись.

«Да что же это такое? То тройка по контрольной, то запись в дневнике. Лучше бы дядьке помогла шнурок завязать», – подумала Иришка, а вечером обнаружила ещё одну чёрную жемчужину.

Она сидела перед зеркалом и гладила пальчиком чёрно-белые бусины. Кошечка Белочка запрыгнула на колени и потёрлась ушком об Иришкину щёку. Девочка погладила её в ответ.

– А ведь я, кажется, поняла, – сказала она, обращаясь к своей кошечке. – Я думаю, что эти бусины – мои поступки. Белые – хорошие поступки, а чёрные – это плохие поступки.

Иришка гладила Белочку и вспоминала, как ей было стыдно за себя, когда она обманула маму, спрятав свою тетрадь с плохой оценкой; когда пробежала мимо человека с загипсованной рукой, лишив его помощи.

Неожиданно дверь открылась.

– Ириша, – в комнату вошла мама. – Я с этими делами даже не поговорила с тобой. Как у тебя дела в школе?

За короткое время куча мыслей пронеслась в Иришкиной голове – о чудесном ожерелье, о тройке за контрольную, о волшебнице – и все они так перемешались, что скрывать их было невозможно, и она заплакала.

– Да что с тобой, девочка моя? Что случилось?

Иришке очень захотелось поделиться с мамой, но слёзы не давали вырваться словам наружу и освободить её от тяжёлой ноши. Девчушка вдруг поняла – если она сейчас же не признается маме в своём обмане, она просто не сможет спокойно жить дальше.

– Прости меня, мама, я обманула тебя, – прорыдала Иришка, и, прерывая рыдания, призналась маме в своём поступке, как уничтожила тетрадь с тройкой.

Мама схватилась за сердце:

– Ириша, ну нельзя же так пугать, – с облегчением выдохнула она. – Я-то думала, что произошло что-то по-настоящему страшное.

– А разве это не страшное, мама? – всхлипывая, удивилась Ира. – Я же обманула тебя.

Иришка вдруг почувствовала себя очень легко, будто со словами всё плохое вышло из неё и освободило от непосильной ноши. Но, глядя, как мама достаёт из кармана таблетку валидола и кладёт её под язык, Иришка снова сникла, будто эту свою ношу взвалила теперь на мамины плечи.

– Надеюсь, больше ничего страшного ты не скрываешь? – улыбнулась мама и обняла её. – Можно теперь посмотреть твой дневник?

Тут Иришка не со зла, а из лучших побуждений, чтобы маму больше не расстраивать, выпалила:

– А у нас дневники на проверку собрали, – сказала и прикусила язычок.

Лёгкий ветерок покружил вокруг шеи, и Иришка почувствовала – на ожерелье прибавилась ещё одна жемчужина, и девочка уже догадалась, какого она цвета. Какими бы благими объяснениями ни прикрывался обман, он всё равно останется обманом, а значит, плохим поступком.

Теперь Иришкино ожерелье состояло из пяти жемчужин, и чёрных было на одну больше, чем белых.

Засыпая, Иришка подумала: «Раз появление жемчужин зависит от моих поступков, буду совершать только хорошие дела. Завтра опять помогу тёте Лиде мусор вынести и заработаю ещё одну белую бусинку». С такими мыслями она и заснула. А утром, по пути в школу, совершила своё запланированное доброе дело. Весь день поглаживала ожерелье под блузкой, перебирала пальчиками, подсчитывая количество жемчужин, но так и не дождалась вознаграждения.

У Иришки завелась такая привычка – разговаривать со своей кошечкой. При взгляде в её голубые глаза девчушке казалось, что Белочка всё-всё понимает, не произнося ни звука, отвечает на все её вопросы и даже даёт советы. Да и с кем же ей было делиться, как не с Белочкой. Ведь только она знала Иришкину тайну. А Иришка знала тайну Белочки. Их навеки связала между собой волшебница из парка.

Вот и сегодня Ириша делилась с кошечкой своим разочарованием:

– Вот, Белочка, думала я, что поняла тайну появления жемчужин, но ошиблась. Сегодня помогла тёте Лиде, а жемчужина так и не появилась.

Белочка уселась к Иришке на колени, потёрлась о её руку, потом подняла мордочку и посмотрела ей прямо в глаза.

– Ну да, Белочка, ты права. Я ведь мусор вынесла не просто так, я ждала за это награду, – грустно произнесла девочка, будто прочитав мысли своей кошечки.

Иришка повздыхала-повздыхала и уснула.

На следующий день у их класса был запланирован поход в театр. К школе подъехал автобус, и дети бросились занимать места. Иришка запрыгнула в автобус одной из первых, и место ей досталось хорошее. Она уселась с краю, а на соседнее сиденье поставила свою сумочку. Должна была подойти её соседка по парте Оля. Но вот все уселись, и в салон автобуса, тяжело переставляя ноги, поднялся Игорь – мальчик-инвалид. Он тоже учился в их классе, но посещение у него было свободное, и мало кто с ним тесно общался. Что было с его ногами, никто толком не знал, но мальчик передвигался, с трудом переставляя их. И конечно, забежать и занять хорошее место он не мог.

Забравшись по ступеням, Игорь остановился и осмотрелся, ища свободное сиденье. Лишь в самом хвосте автобуса остались незанятые места, и мальчик поковылял к ним.

Иришке отчего-то стало стыдно за себя и за своих одноклассников. Она подняла сумочку с кресла и предложила:

– Игорь, садись со мной.

Он благодарно улыбнулся в ответ и сел рядом.

Двери автобуса захлопнулись, водитель завёл мотор.

– Подождите, подождите! – закричали ребята. – Вон Оля бежит.

Шофёр открыл двери, в салон влетела разгорячённая Оля. Она была уверена, что место для неё занято, и очень удивилась, заметив на соседнем с Иришей сиденье Игоря.

У Оли была одна очень нехорошая черта – она никогда не приходила вовремя или вовсе без предупреждения пропускала запланированные мероприятия. Она привыкла к тому, что подруга её всегда выручала и постепенно стала пользоваться этим.

Увидев рассерженное лицо одноклассницы, Иришка отвернулась к окну, и Оля молча прошла мимо.

– Теперь поссоритесь из-за меня? – спросил Игорь.

Иришка пожала плечами:

– Не будет опаздывать. Сколько раз я оставалась одна из-за того, что она то проспала, то платье долго выбирала, то ещё что-нибудь.

Автобус тронулся. Игорь и Иришка ехали сначала молча. Ириша смотрела в окно и думала о своём.

– Не переживай. Помиритесь, – вновь заговорил Игорь. – А ты родилась в этом городе?

– Да, – обернулась она к нему. – А ты нет?

– Я – нет. Мы два года назад приехали сюда. Из-за моей болезни.

Иришка с интересом посмотрела на мальчика, на этого знакомого незнакомца. Все ребята в классе отчего-то в присутствии Игоря избегали разговоров о его заболевании, а он так легко об этом сейчас говорил, будто это обычная простуда. А Игорь продолжал:

– Мама вычитала где-то про здешние источники. Вот и привезла меня сюда.

– Да, – согласилась Ириша, – я тоже слышала про них. Но сама никогда там не была.

– А хочешь, мы и тебя с собой возьмём? Мы каждый выходной туда ездим.

– Хочу, – улыбнулась Иришка.

Так, слово за слово – разговорились. До театра незаметно доехали. Иришке так понравилось быть рядом с Игорем, что и в зрительном зале, и в фойе они не расставались. И обратно ехали, сидя на тех же местах. И всё время разговаривали.

Весь оставшийся день настроение у Иришки было приподнятое. «Какой интересный мальчишка, этот Игорь. Обычный, такой же, как и все мы. Может, даже лучше некоторых», – подумала она и почувствовала лёгкое дуновение в области шеи. Рука сама потянулась к ожерелью и нащупала новую жемчужину. Но какого она будет цвета? Снова чёрного? Она ведь обидела сегодня Олю.

Ириша подошла к зеркалу, отодвинула ворот блузки и увидела – на тонкой серебристой леске три белых и три чёрных жемчужины.

Белочка тихонько потёрлась об Иришкину ногу.

– Видишь, Белочка? Ещё одна жемчужинка, – и девочка присела на корточки, чтобы и кошечка смогла разглядеть получше её богатство.

Белочка посмотрела умными глазами, потёрлась мордочкой об Иришкину руку и направилась к двери.

– Белочка, куда ты? Тебе совсем неинтересно?

А кошка снова подбежала, потёрлась и опять к двери, будто зовёт куда-то.

– Ты гулять хочешь? Ну пойдём, – поняла наконец её хозяйка.

Иришка надела на Белочку шлейку, предупредила родителей и вышла во двор. На улице Белочка решительно натянула поводок.

– Куда ты собралась? – удивилась девочка.

Обычно они гуляли во дворе и его окрестностях, сейчас же Белочка тянула хозяйку в сторону парка.

– Ну пойдём в парк, – согласилась Иришка и послушно засеменила в нужную сторону.

Ещё издалека Ира увидела на одной из лавочек женщину в пёстрой длинной юбке и ярком берете, украшенном маками. А вокруг столько голубей – копошатся, дерутся из-за крошек и воркуют, воркуют.

Белочка с силой натянула поводок, побуждая свою хозяйку ускорить шаг. Иришка отцепила его от шлейки, и кошечка со всех ног припустилась к волшебнице. А это, конечно же, была она, та самая женщина, которая когда-то оживила её белую кошечку и которую Иришка в мыслях называла только волшебницей, ведь имени своего она так и не назвала. Когда Ириша подошла, Белочка уже сидела на скамейке и урчала от прикосновений тонких фарфоровых пальцев своей спасительницы.

– Здравствуй, милая девочка, – улыбнулась обладательница яркого берета. – Ну, рассказывай, сколько бусин насобирала?

Ириша улыбнулась ей в ответ.

– Да не так уж много, – вздохнула она, усаживаясь рядом.

Иришка часто представляла эту встречу, даже готовилась к ней, хотела задать много вопросов, попросить совета, рассказать о своих сомнениях и переживаниях. А сейчас сидела и не знала, с чего начать.

– Покажешь? – попросила волшебница.

Ириша стала расстёгивать ворот, выставляя на показ перламутровые бусины.

– Нет, не так. Сними его и дай мне.

– Так там же застёжки нет, – растерялась Иришка.

– Сними-сними, всё получится.

Ириша пошарила пальчиками по леске и, действительно, обнаружила застёжку. Быстро расстегнула и протянула ожерелье из шести бусин своей загадочной знакомой.

– Ух ты, – похвалила волшебница, – какие красивые. И, посмотри-ка, всех поровну: и белых, и чёрных.

Ириша удивилась. Она была уверена, что наличие чёрных бусин всё портит.

– А это хорошо? – спросила она.

– Конечно. Это не просто хорошо, это замечательно.

– Значит, я прошла испытание? Теперь я тоже смогу так же как и вы творить чудеса?

Волшебница рассмеялась неожиданно звонким молодым смехом.

– А ты не заметила? Ты уже творишь чудеса.

– Как это? – не поверила Иришка.

– Да как же? Давай считать: ты пожалела умирающую кошечку и спасла её своим поступком – это раз; ты помогла тёте Лиде, дала ей возможность побыть дома и полечиться, от чего её суставам стало легче – это два; ты подружилась с Игорем и помогла ему поверить в себя – это три. Даже то, что ты не показала маме дневник – тоже, в общем-то, нельзя назвать плохим поступком, ведь ты испугалась не за себя, а за маму.

– Да ну, – махнула рукой Иришка, – разве это чудеса? Это все могут. А я хочу быть как вы.

– Прости, милая девочка, но, к сожалению, это было бы возможно только в том случае, если бы твоё ожерелье состояло только из белых жемчужин. Но хочу тебя заверить – для обычного человека это невозможно. А ты именно обычная девочка, способная и пожалеть, и рассердиться, и испугаться, и ошибиться.

– Я так и знала, – грустно произнесла Ириша.

– Не понимаю, почему все люди мечтают быть волшебниками? Это так скучно, когда всё можешь получить без особого труда. Быть человеком – э́то действительно интересно. Но и ответственно, ведь перед ним всегда стоит выбор. А сделать нужно единственно правильный. Думаю, наш эксперимент с ожерельем помог тебе понять это.

Волшебница сложила ладони коробочкой, внутри которой лежали Иришкины бусины и слегка встряхнула их.

– А теперь давай посмотрим, что у нас получилось, – с этими словами она раскрыла ладони.

Иришка даже в ладоши захлопала от удивления и восторга. Там, где недавно лежало шесть чёрных и белых бусин, теперь сверкало, переливалось новое ожерелье. А жемчужины были таких невероятных цветов!

– Что это? Как это вышло?

– Ты, наверное, не догадываешься, но каждый человек имеет свой цвет, который складывается из его мыслей и поступков. Вот это, – волшебница показала на ожерелье, – это твой цвет. Храни эту радугу в душе, тогда и тебе, и тем, кто рядом с тобой, будет хорошо и светло.

Иришка стала пристраивать радужные бусы на шею. Теперь ей не хотелось их прятать. Она достала маленькое зеркальце и с восторгом поглядела на своё отражение.

– Спасибо большое, – Ириша повернулась, чтобы поблагодарить за подарок, и с удивлением обнаружила, что рядом, кроме Белочки, никого нет.

На том месте, где только что сидела прекрасная седовласая незнакомка, лежал самый обычный пакет с пшеном. Иришка довольно долго ещё оставалась в парке. Она кормила голубей. Было немного грустно, ведь такое волшебное приключение закончилось.

Когда пакет опустел, голубей будто кто-то спугнул – они дружно вспорхнули, покружили немного над парком и пропали из виду. А вместе с ними улетучилась и грусть. Иришка взяла на руки свою кошечку, посмотрела в небо, мысленно попрощалась с волшебницей и отправилась домой.