Kitobni o'qish: «Сердце йоги. Принципы построения индивидуальной практики. «Йога-сутры» Патанджали. «Йоганджалисара» Шри Кришнамачарья»

Все права зарезервированы, включая право на полное или частичное воспроизведение в какой бы то ни было форме.

The Heart of Yoga Developing a personal practice Copyright © 1995, 1999 by T. K. V. Desikachar.

Публикуется с разрешения INNER TRADITIONS INTERNATIONAL при участии Агентства Александра Корженевского (Россия).

© ООО Книжное издательство «София», 2014

* * *

Благословение

Эта книга, написанная т. К. В. Дешикачаром, – бесценный источник информации по теории и практике йоги. Она равно необходима как ученикам, так и преподавателям. Шри Дешикачар, который сам является прекрасным учителем, продолжает йогическую традицию своего отца Шри Кришнамачарьи, одного из лучших учителей йоги своего времени. Я считаю великой удачей, что Шри Кришнамачарья принял меня в ученицы (особенно если учесть, что я была не только единственной иностранкой, но и единственной женщиной).

Пусть всем будущим поколениям приверженцев йоги эта книга послужит руководством и источником вдохновения.

С благословением, светом и любовью от всего сердца Индра Дэви

Кришнамачарья с Индрой Дэви на своем столетнем юбилее.

* * *

Я посвящаю «Сердце йоги» Дж. Кришнамурти, который научил меня, как быть хорошим учеником йоги.

Т. К. В. Дешикачар.

Шри Т. Кришнамачарья в возрасте 100 лет со своим сыном т. К. В. Дешикачаром.

Предисловие

Я благодарна за предоставленную мне возможность написать о таком выдающемся учителе йоги, как Шри Дешикачар, и я с огромным удовольствием пишу эти строки, подчеркивающие значение учения Шри Дешикачара.

Дешикачар просто замечательный человек! Он притягивает людей, и быть рядом с ним – огромное удовольствие. Одним из присущих ему качеств является необычайная простота. Он никогда не притворяется. В наши дни очень приятно встретить человека, который так много знает и при этом столь скромен. Смирение, из которого рождается простота, – ценнейшее качество, и Дешикачар является одним из тех, в чьей жизни оно проявлено в полной мере.

Годы, потраченные на приобретение в университете инженерной специальности, не стали для Дешикачара помехой. Напротив, когда я однажды спросила, что больше всего помогло ему в работе, которой он сейчас занимается, он ответил: «Мое техническое образование». По-видимому, учеба в университете способствовала развитию его живого ума, что в дальнейшем дало ему возможность излагать свое учение ясно и точно. Речь Дешикачара (как и его жизнь) проста и естественна. Его слова доходчивы и убедительны. Он подходит к вам легкой походкой, и его восхитительная улыбка говорит о том, что его сердце открыто.

Однажды я получила бесценный подарок, когда он пел для меня и моих друзей. Чистые звуки текли нежно и мощно, повинуясь ритму, который задавал его прекрасный голос. Чарующая атмосфера, создаваемая вибрациями этих звуков, наполнила комнату и еще долго оставалась в ней после его ухода.

Дешикачар помогает нам осознать, что в практике йоги очень большую роль играет дыхание, из которого рождаются все позы, каждое движение. Сбалансированный союз дыхания и физического упражнения привносит в наши тела и умы гармонию и порядок.

Метод, которым Дешикачар передает это особенное (йогическое) знание, тоже необычен. Он с огромным уважением относится к предмету изучения и к человеку, которому передает свое знание. Он не подталкивает вас, но очень мягко ведет к двери, которая в конце концов неожиданно раскрывается, приглашая войти внутрь.

Ванда Скаравелли 

Флоренция, Италия

Кришнамачарья по окончании учебы в университете, 1925 г.

Шри Вагиша Брахматантра Паракала Свами, один из наставников Кришнамачарьи.

Кришнамачарья выступает с лекцией в Мадрасе.

Введение

Кришнамачарья в возрасте 100 лет.

Шри Кришна Брахматантра Свами, еще один из наставников Кришнамачарьи.

Исцеляющие руки Кришнамачарьи.

Жизнь и йога Шри т. Кришнамачарьи
Беседа с т. К. В. Дешикачаром¹

Тирумалаи Кришнамачарья родился 18 ноября 1888 года в одной из деревень княжества Майсур² в Южной Индии. Его род ведет свое происхождение от знаменитого южноиндийского святого IX века Натхамуни – автора трактата «Йога-рахасья» и основоположника традиции³ вишнуитских гуру. Кришнамачарья получил первые уроки санскрита и йоги от своего отца, а в 12 лет был отдан учиться в Брахматантра-паракала-матх – одну из известнейших и наиболее уважаемых брахманских школ в Майсуре. Одновременно с изучением ведийских текстов и ритуалов он посещал Майсурский Королевский Колледж. Когда Кришнамачарье исполнилось 18 лет, он отправился в Бенарес, чтобы изучать в университете санскрит, логику и грамматику. По возвращении в Майсур он прошел основательную подготовку по философии веданты под руководством Шри Кришны Брахматантры Свами, директора Паракала-матха. После этого он вновь поехал на север, чтобы изучить санкхью – древнюю философскую систему Индии, лежащую в основе йоги. В 1916 году он отправился в Гималаи и там, у подножия горы Кайлаш, встретил своего учителя Шри Рамамохана Брахмачари – ученого йога, жившего со своей семьей неподалеку от озера Манасаровар в Тибете.

Кришнамачарья в возрасте 84 лет.

Кришнамачарья провел со своим учителем более семи лет. Шри Рамамохан Брахмачари оказал огромное влияние на дальнейший жизненный путь своего ученика, поставив перед ним великую задачу распространения послания йоги и использования целительских способностей для оказания помощи больным. В результате Шри Кришнамачарья отказался от научной карьеры; он вернулся на юг и взялся за изучение традиционной индийской медицинской системы аюрведа и философской системы ньяя – ведийской школы логики, известной своими методами рассуждения и повышенным вниманием к достоверным средствам познания. В 1924 году Кришнамачарья вновь приехал в Майсур, где прогрессивный местный раджа (который стал одним из его самых преданных учеников) предоставил ему возможность открыть школу йоги. В период с 1933 по 1955 год Кришнамачарья занимался преподаванием йоги и написал свою первую книгу «Йога-макаранда» («Тайны йоги»).

Покровитель и ученик Кришнамачарьи Кришнараджендра Водояр IV, магараджа Майсура.

Б.К.С. Айенгар в возрасте 24 лет демонстрирует бхуджапидасану.

Кришнамачарья в возрасте 46 лет в самастхити.

К этому времени слава об учителе распространилась по всей Южной Индии и за ее пределами. В 1937 году у Кришнамачарьи появились первые западные ученики, среди которых была Индра Дэви. У знаменитого учителя получил первые уроки йоги и Б. К. С. Айенгар, впоследствии женившийся на его свояченице. В 1939–1940 годах Кришнамачарью посетила группа французских врачей, желавших удостовериться, что опытный йог действительно может по собственному желанию останавливать работу сердца. Для Шри Кришнамачарьи этот изумлявший людей эксперимент был довольно скучной демонстрацией. Он согласился лишь потому, что считал своим долгом добиться признания йоги в скептически настроенных научных кругах.

Вскоре внимание Кришнамачарьи сконцентрировалось на лечении методами аюрведы и йоги, и это стало важным направлением его деятельности. Его известность все возрастала, и в 1952 году его вызвали в Мадрас, чтобы лечить известного политика, страдавшего от сердечных приступов. В результате, Кришнамачарья с семьей поселился в Мадрасе.

В Мадрас приезжали не только ученики-индийцы, но и европейцы, которых со временем становилось все больше и больше. Среди разыскавших Кришнамачарью одним из первых был Герард Блиц, который впоследствии принес его учение в Европу, а также Жан Клейн, учитель адвайты.

В 1976 году т. К. В. Дешикачар, сын и один из ближайших учеников Кришнамачарьи, основал Кришнамачарья-йогамандир – учреждение, в котором йога используется для лечения больных и преподается индийцам и иностранцам. Кришнамачарья учил и вдохновлял окружавших его людей до 1989 года, оставив преподавание только за шесть недель до смерти.

Вопрос: Вы одновременно и сын, и ученик Шри Кришнамачарьи и, должно быть, входите в число самых близких к нему людей и знаете его лучше других. Не могли бы Вы рассказать нам о Кришнамачарье как об ученом-санскритологе, целителе и йоге?

– Для моего отца изучение санскрита было предопределено в первую очередь семейной традицией. Он принадлежал к классу людей, предки которых в древности были известными советниками, в том числе при правителях. Можно сказать, что они были кем-то вроде премьер-министров. Но в те времена премьер-министр не был политическим деятелем в нашем современном понимании. Он был скорее советчиком, объяснявшим правителю, что хорошо, а что плохо. Для этого ему, естественно, приходилось изучать древние тексты, написанные на санскрите. Поэтому в те времена для человека из той среды, в которой вырос мой отец, знание санскрита являлось нормой. Санскрит был языком этих кругов, как в наши дни английский стал языком технической интеллигенции.

Кришнамачарья обучает ученика с Запада (1954 г.)

Получая традиционное образование, человек его круга должен был овладеть санскритом в степени, достачной для чтения и изучения классических текстов, описывающих различные разделы Вед. Йога – только один из этих разделов, но именно она вызывала у моего отца особый интерес, поскольку его семья была исторически связана с йогой: одним из наших предков был знаменитый йог Натхамуни. Интерес к йоге красной нитью проходит через всю историю нашей семьи, и мой отец просто продолжил традицию. Его первым учителем был его собственный отец.

Интерес отца к йоге еще больше углубился, когда он начал учиться у великих мастеров Северной Индии и когда он нашел своего личного гуру – Рамамохана Брахмачари, жившего в Гималаях, в районе озера Манасаровар. Кришнамачарья прожил с ним почти 8 лет. Рамамохан Брахмачари разъяснил ему «Йога-сутры» и научил помогать посредством йоги больным. Многое из того, что воспринимается как уникальные достижения моего отца, было получено им от своего учителя.

Для носителя семейной традиции, подобной нашей, было бы естественно стать крупным ученым-санскритологом, знатоком ведийской литературы и религии. Но учитель сказал: «Ты должен распространять послание йоги» – и Кришнамачарья решил стать учителем йоги. Он отказался от многочисленных предложений занять профессорскую кафедру по санскриту, логике, веданте и другим дисциплинам. Мой отец полностью погружался во все, чему его учили, и в итоге стал гуру. Это было непросто, ему пришлось пережить тяжелую внутреннюю борьбу, но он одержал победу.

Еще немаловажно, что через интерес к религии, в особенности к своей семейной вишнуитской традиции, Кришнамачарья вышел на учения великих йогов Южной Индии. Этих людей называют альварами, что означает «те, кто пришли править нами». Альвары направляют мысли других людей и считаются воплощениями Бога. Могуществом они обладали с самого младенчества. Далеко не все из них принадлежали к брахманским семьям; некоторые родились в семьях простых крестьян. Они пришли в мир, уже имея сверхъестественные способности. Шри Кришнамачарья изучил труды этих мастеров, написанные на нашем родном тамильском языке, и раскрыл южноиндийское понимание смысла йоги. Таким образом, он объединил великое учение Севера, полученное от его учителя в Гималаях, и великое учение Юга, пришедшее от тамильских мастеров-альваров.

В: Обязательно ли было в то время для человека, желающего следовать по такому пути, как Ваш отец, отправляться в Гималаи и жить там вместе с учителем?

– Нет. Это было личное решение Кришнамачарьи. Он решил узнать все о ведийских даршанах (школах индийской мысли) потому, что его учителя не принимали некоторых из его взглядов. Еще посещая лекции по санкхье и мимансе в Майсуре, он дал клятву, что поедет в лучшие университеты Индии и узнает все, что можно узнать о различных школах индийской философии. В то время лучшим местом для подобных исследований был Каши (теперь этот город называют Варанаси или Бенаресом), и отец отправился туда. Ему посчастливилось быть допущенным к обучению, потому что учителя в Каши признали его выдающиеся способности. Именно в Бенаресе Кришнамачарья встретил учителя по имени Ганганатх, который посоветовал ему поехать к великому йогу на Север. Так Кришнамачарья попал в Тибет. Это не было обязательным требованием, скорее наоборот – произошло нечто неординарное.

Дешикачар диагностирует по пульсу.

В: Расскажите нам о Кришнамачарье как о целителе.

– Для большинства людей йога есть чисто духовная дисциплина, но очевидно, что мой отец понимал ее более широко. В одной из его биографий описывается, как он заботился о больных людях еще в годы ученичества. Отец и сам рассказывал, как однажды его попросили навестить английского губернатора, больного диабетом. Отец помог ему, а затем вернулся на Север, к горе Кайлаш, чтобы продолжить учебу.

Истоки его целительских способностей скорее всего кроются в той среде, в которой он вырос. Первые советы по лечению диабета и других болезней он, вероятно, получил от отца. В «Йога-рахасье» тоже можно найти много высказываний об использовании йоги для лечения болезней. Болезнь является препятствием на пути к духовному просветлению, поэтому с ней нужно что-то делать. В йоге применяется много различных методов лечения: иногда нужна мантра, в других случаях необходимо изменить диету; порой используются асаны, а некоторым людям помогает пранаяма. Возможно, Кришнамачарья слышал обо всем этом с детства и хотел узнать больше. Он ясно понимал, что для того, чтобы хорошо разобраться в медицине, необходимо изучить аюрведу. Поэтому он отправился в Бенгалию, где жил известный учитель Кришна Кумар, и поселился с ним, чтобы учиться аюрведе. Познав учение Натхамуни об улучшении здоровья с помощью йоги, мой отец буквально своими пальцами стал чувствовать сущность аюрведы. Он научился получать важнейшую информацию о состоянии человека, исходя из его пульса. Это знание отец получил от мастеров и из древних текстов. Кто бы ни приходил к нему, он всегда проверял пульс. Ставить диагноз по пульсу – первое, чему он научил меня. Рекомендации Кришнамачарьи по достижению физического, умственного и духовного здоровья основывались на пульсовой диагностике, аюрведе и йогической системе оздоровления Натхамуни. Поэтому не удивительно, что иногда он действительно совершал чудеса.

Кришнамачарья с учеником, выполняющим экапада-сарвангасану.

Дешикачар поет вместе со своей десятилетней дочерью Мекхалой, аккомпанирующей на вине. Германия, 1992 г.

В: В чем уникальность йоги Кришнамачарьи?

– Уникальность йоги моего отца в строго индивидуальном подходе и учете неповторимости каждой личности. Если мы уважаем индивидуальность каждого человека, это естественным образом приводит к тому, что мы принимаем за отправной момент нынешнее состояние данного человека. Точка отсчета не там, где нужно учителю, а там, где нужно ученику. Это требует разнообразия методов. Нет единого подхода, приемлемого для всех. Если посмотреть на современное преподавание йоги, часто создается впечатление, будто существует одно решение всех проблем и одно лекарство от всех болезней. Но йога оказывает воздействие прежде всего на ум, а ум у всех разный. Кроме того, у всех людей разные условия жизни, разная культурная среда. Отец всегда выбирал то, что считал необходимым и полезным в данном конкретном случае: иногда асаны, иногда молитвы, а порой он даже советовал прекратить ту или иную йогическую практику, и это оказывало исцеляющее действие. Я могу рассказать много историй, демонстрирующих необходимость индивидуального подхода в йоге. Это не означает, что я могу давать только частные уроки, но я должен создавать на уроках такую атмосферу, чтобы каждый ученик мог найти свой собственный путь к йоге. Я должен понимать, что сегодня любой из моих учеников уже не тот, что вчера, и уж совсем не тот, что неделю назад, – даже если он задает похожие вопросы. Это самая важная идея, переданная мне отцом, и этот принцип в корне отличается от того, как сейчас учат в большинстве мест.

Суть учения моего отца заключается в следующем: не человек должен перекраивать себя под йогу, а йогические практики должны подбираться так, чтобы они подходили человеку. Я даже готов сказать, что именно это отличает отношение моего отца к обучению от повсеместно распространенного сейчас подхода, предполагающего наличие определенной хорошо организованной структуры, в которую вы должны вписаться. В йоге Кришнамачарьи нет организации, и каждый человек должен найти свою собственную структуру.

Это подразумевает, что прогресс на пути йоги у разных людей выражается по-разному. Мы не должны сдерживать этот прогресс, ставя перед ним определенную задачу. Помощь, которую йога оказывает личности, основана не столько на информации, сколько на трансформации. Это две совершенно разные вещи. Например, информация – это то, что содержится в книге, а трансформация – это то, что происходит, когда я объясняю каждую тему из этой книги индивидуально, учитывая особенности каждого человека. Отец находил особый подход к каждому ученику, и я нигде больше не встречал такого многообразия методов обучения. Кто и кого должен учить? Когда? Чему? Это важные вопросы, которые должны задаваться в начале практики. Но в основе всего лежит самый главный вопрос: как можно использовать энергию дыхания? Здесь мы сталкиваемся с уникальным явлением. Ни в одной другой школе дыханию не придается такого большого значения, как у нас. Наша работа доказала, что дыхание – это, если можно так выразиться, чудодейственное лекарство.

В: Наряду с дыхательными практиками, Вы, как и ваш отец, применяете различные звуки и мантры. Мантра – атрибут индийской традиции. Можем ли мы, западные люди, использовать этот аспект йоги Кришнамачарьи?

– Следует правильно понимать слово мантра. Это не индуистский символ, а нечто гораздо более универсальное – нечто, позволяющее человеческому сознанию подняться на более высокий план. Звук обладает огромной силой, и голос оказывает потрясающее воздействие. Достаточно вспомнить об ораторах, покоряющих аудиторию одной лишь манерой говорить. Индийская традиция научилась использовать это свойство звука. Мы пользуемся санскритскими словами, но и ваш язык точно так же состоит из звуков.

Мы, индийцы, применяем мантры потому, что, благодаря религиозной традиции, для многих из нас они наполнены глубоким смыслом. Но я никогда не стану рекомендовать мантру всем подряд. Мы всегда можем работать в рамках традиции конкретного человека. Универсальная же истина заключается в том, что звук оказывает на нас сильнейшее воздействие. И это вновь и вновь подтверждается результатами нашей работы.

В: Не могли бы Вы что-нибудь рассказать о концепции разумного построения йогической практики, концепции виньяса-крама?

– Прежде всего, я должен спросить: что значит «разумное»? Вы, наверное, знаете, что стойка на голове способствует приливу крови к мозгу. Допустим, кто-то считает, что у него недостаточное кровоснабжение мозга, и делает вывод, что лучшая асана для него – стойка на голове. Но давайте сначала проанализируем ситуацию. Можно ли сказать, что все мы страдаем от недостаточного кровоснабжения головы только из-за того, что ходим головой вверх? Представьте человека, который настолько одержим этой идеей, что начинает выполнять стойку на голове каждый день, с утра пораньше, и это основная, а может быть, даже единственная асана, которую он практикует. Опыт, полученный при работе с разными людьми, научил нас, что у таких практикующих в итоге начинаются серьезные проблемы с шеей. Это приводит к неестественному напряжению в этой области и ухудшению кровообращения мускулатуры всего шейного отдела; то есть они достигают результата, прямо противоположного тому, к которому стремились.

Разумный подход к практике йоги означает, что прежде, чем приступить к выполнению той или иной асаны, вы должны ясно представлять ее различные аспекты и знать, как следует подготовиться, чтобы уменьшить нежелательные эффекты или избежать их. Например, если речь идет о стойке на голове, вы должны спросить себя: готова ли к этому моя шея? Могу ли я дышать свободно во время выполнения этой асаны? Достаточно ли сильна моя спина, чтобы удерживать вес моих ног? Разумно подходить к практике означает знать все возможные последствия того, что вы собираетесь делать, будь то асана или пранаяма, и надлежащим образом подготовиться к ним. На небо не попасть, подпрыгивая. Разумный подход означает последовательное, шаг за шагом, приближение к цели. Если вы хотите поехать за границу, первое, что вам необходимо, – это паспорт. Затем вам нужно получить визы в те страны, которые вы собираетесь посетить, и т. д. Чтобы совершить такое путешествие, недостаточно одного только вашего желания. Той же модели подчиняется и вся система обучения.

Ученик Кришнамачарьи магараджа Колхапура демонстрирует бхарадваджасану.

В: Какое место в практике йоги Ваш отец отводил асанам?

– Мой отец никогда не смотрел на йогу просто как на систему физических упражнений. Йога была для него прежде всего учением о достижении чего-то высшего. Это высшее начало он называл Богом. То есть йога означала для него деятельность, ведущую к Богу, и целью было воссоединение с Богом. Для того чтобы следовать этим путем, требуется очень многое: сильная воля, вера и способность постоянно трудиться. Болезнь мешает продвигаться по этому пути, так как отвлекает внимание: вместо того, чтобы посвятить все свои мысли Богу, человек начинает думать только о своих телесных страданиях. Те этапы практики, на которых осуществляется работа с физическим телом, – это не альтернативный путь, а ступени, обеспечивающие возможность пройти весь путь до конца. На этом пути тело не ставят во главу угла, но им и не пренебрегают. Для одного человека йога может означать восстановление здоровья с помощью асан. Другому она может помочь подготовиться к смерти, и здесь уже, конечно, нужны не асаны, а другие методы, позволяющие достичь душевного умиротворения, очиститься от чувства вины и осуждения. В этом случае я, вероятно, буду учить человека молитве. Ребенку интересны и необходимы физические нагрузки, но зачем учить восьмилетнего ребенка стоять на голове или сидеть в позе лотоса?

Йога – это практика, нацеленная в первую очередь на то, чтобы сделать человека мудрее, увеличить его способность проникать в суть вещей. Если этому помогают асаны – прекрасно! Если нет, надо подбирать другие средства. Целью всегда является бхакти, или, как говорил мой отец, приближение к высшей мудрости, то есть к Богу.

В: В процессе обучения Шри Кришнамачарья всегда ссылался на древние тексты. Едва ли он хоть раз объяснил что-то без использования цитат из писаний древних мудрецов. Можно ли сказать, что какая-то книга занимала в его учении центральное место?

– Важнее всего для моего отца всегда были «Йога-сутры» Патанджали. Конечно, другие тексты тоже полезны, но «Йога-сутры», несомненно, имели для него ключевое значение.

Кришнамачарья с семьей.

Еще один очень важный текст – «Йога-рахасья» Натхамуни. Этот текст содержит множество практических советов и уделяет существенное внимание вопросам адаптации йоги к индивидууму. Там дается, в частности, много подробной информации о дыхании во время выполнения асан. В «Йога-рахасье» имеется немало сведений, которых нет в «Йога-сутрах». Кроме того, Натхамуни уделяет огромное внимание бхакти – преданности Богу. Еще одна великая книга по йоге – Бхагавад-гита. Она акцентирует внимание на том, что путь к высшей силе не дает нам права пренебрегать своими мирскими обязанностями или отказываться от них. И в этом уникальность Бхагавад-гиты. Она учит, что духовный поиск не должен уводить нас от реальной жизни. Бхагавад-гита имеет огромное значение для каждого, кто признает авторитет Вед. Она понятным языком объясняет многие вещи, о которых говорится в Упанишадах, и (что довольно неожиданно) содержит ценные советы по таким вопросам, как дыхательные техники и питание. В подобных деталях Бхагавад-гита точнее и намного понятнее, чем «Йога-сутры». Много полезной информации содержит также «Хатхайога-прадипика». Но тем не менее основным текстом все же остаются «Йога-сутры» Патанджали. Чтобы понять «Йога-сутры», их изучению нужно посвятить всю жизнь. Сколько бы вы их ни перечитывали, вы каждый раз находите что-то новое. Я восемь раз разбирал данный текст с моим отцом и думаю, что он продолжал изучать его на протяжении всей жизни. Каждый раз, когда мы вместе читали «Йога-сутры», он говорил что-то новое. Его последний комментарий, написанный в 1984–1986 годах, содержит мысли, которые он никогда не высказывал прежде. В 1961 году я вместе с ним изучал текст о набхичакре⁴, но удивительно, сколько новой информации о человеческом теле содержалось в его более позднем комментарии к тому же самому тексту!

Намагириамма, супруга Кришнамачарьи, демонстрирует махамудру.

О чем бы ни говорилось в «Йога-сутрах» – о теле, о дыхании или об уме, – это всегда откровение. Если не считать труда Натхамуни «Йога-рахасья», который приводит больше подробностей и делает акцент на теме бхакти, основой учения Кришнамачарьи можно считать «Йога-сутры».

В: У Кришнамачарьи была семья и шестеро детей. Что вы можете сказать о его семейной жизни?

– Мой отец был очень заботливым человеком. Он хотел, чтобы все мы занимались йогой и знали все, что знал он. При этом он находил время заботиться о наших потребностях. Я помню, как он водил нас в кино, когда мне было восемь лет. Но мы, дети, были все же гораздо ближе к матери. Когда нам что-то было нужно, мы обычно обращались к ней.

В: Какую роль играла йога в семье?

– Мы все занимались йогой, независимо от того, хотели или нет. Все мы, включая мать и трех сестер, выполняли асаны. Я помню, как моя мать делала асаны, занималась пранаямой и медитацией, когда она ожидала появления на свет моей младшей сестры. Должен признаться, что меня йога интересовала меньше всех. Но когда отец был поблизости, я притворялся, что выполняю асаны. А вот мой старший брат был в этом деле экспертом.

В: Ваш отец много делал для распространения йоги среди женщин, хотя это противоречило традициям того времени. Ваша мать тоже регулярно занималась йогой.

– Да. Я не знаю, как она смогла изучить так много. Наверное, она научилась у отца, ведь он давал уроки у себя дома. Я никогда не видел, чтобы он занимался с ней индивидуально, но она могла проверять правильность всего, что мы делали. Она знала наизусть все тексты, хотя и не прошла длительного обучения. Ее сестра тоже была адептом йоги. Она обычно сопровождала отца, когда тот ездил с лекциями. А мои сестры помогали отцу во время уроков. Самая младшая сейчас преподает йогу. Некоторые наши преподавательницы, в том числе моя жена, – его бывшие ученицы. Широко известная учительница йоги американка Индра Дэви в 1937 году училась у моего отца.

В: Интересно, что Ваш отец предпочел семейную жизнь жизни санньясина. Как он относился к санньясе?

– Быть санньясином – значит целиком и полностью отдать себя высшей силе, Богу. Я считаю моего отца великим примером такого самоотречения. Вне всякого сомнения, то, что он делал, не воспринималось им как свои собственные действия. Отец считал, что сам он беспомощен, а действующая через него сила – это сила его учителя или Бога. Он всегда повторял, что все его слова и поступки исходят от учителя или от Бога. Он никогда не утверждал, что что-то открыл. Он говорил: «У меня нет ничего своего. Все приходит от моего учителя или от Бога». Для меня это и есть санньяса. Вы не санньясин, если можете утверждать, что что-то открыли сами. Быть санньясином означает подносить все, что вы делаете, стопам вашего учителя или Бога, и мой отец был тому примером. Те, кто встречался с ним, часто видели, как он ставил сандалии своего учителя себе на голову. Этим он показывал, что считал себя ничтожным – ниже ног своего учителя. Я считаю, что мой отец был прежде всего санньясином. Но это не мешало ему иметь семью. Для него не было никакого противоречия между семейной жизнью и истинным духом санньясы.

Юный Дешикачар с сестрой и братом демонстрирует бхарадваджасану на публичной лекции.

Кришнамачарья, его внуки Бхушан и Кауштуб и их мать Менака Дешикачар в день совершения обряда брахмопадеша (надевания священного шнура).

Отец считал, что для наших дней уже не подходит традиционная санньяса, подразумевающая ношение оранжевых одежд, странствия с места на место, отсутствие постоянного пристанища и сбор подаяния. Ману, один из наших великих классиков, не раз говорил, что в период кали-юги придерживаться образа жизни санньясина невозможно. Учитель моего отца велел ему завести семью, а Натхамуни писал, что семейная жизнь – самая важная часть нашего существования. Вести семейную жизнь означает не только иметь детей, но жить так же, как другие люди, и брать на себя ответственность. Даже Упанишады не настаивают на необходимости санньясы в строгом понимании этого слова. Бхагавад-гита не придает санньясе особого значения. Напротив, она показывает, как Арджуна приходит к пониманию, что он должен принимать активное участие в жизни, а не убегать от своих обязанностей. Может быть, тем, кто уже выполнил все свои мирские задачи, и следует избрать путь санньясина, но таких людей единицы. А то, что традиционно понималось под словом санньяса, в наше время стало невозможным.

В: Вы учились у своего отца более двадцати пяти лет. Как Вы стали его учеником?

– Прежде всего, не совсем правильно говорить, что я учился у моего отца двадцать пять лет. Это создает впечатление, будто я жил как студент университета, у которого весь день заполнен занятиями. На самом деле все обстояло иначе. Я прожил рядом с отцом двадцать пять лет своей взрослой жизни, и все это время я учился у него. Представьте ситуацию, когда человек переселяется в чужую страну и постепенно начинает понимать язык, традиции и привычки живущих там людей. Мое обучение происходило похожим образом. Отец учил меня понимать такие важнейшие тексты, как Упанишады. Я учился декламировать и интерпретировать их. Он говорил мне, что́ я должен изучать, и решал, чему я должен учить. Например, когда я раздумывал, стоит ли принимать приглашение Европейского Союза Йоги, он сказал: «Езжай на конференцию по йоге в Швейцарию» – и я поехал. Это он велел мне отправиться к Кришнамурти, чтобы обучить его, и объяснил, как это делать, а я выполнял его указания.

Я жил с ним, находился рядом с ним, смотрел на него, ел вместе с ним – и это составляло основную часть моей жизни. Помимо этого, я учился у него, то есть он показывал мне, как я должен объяснять вам то или иное место «Йога-сутр». Но мои объяснения основаны не столько на его словах, сколько на моем опыте, полученном за время жизни рядом с ним. Мне выпало великое счастье. Все происходило прямо в нашем доме: лечение больных, занятия с учениками, общение с семьей и все остальное. И это было главной частью моего «ученичества».

В: Как выглядел процесс обучения? Как он учил Вас и что Вы изучали?

– Я изучал асаны, но над ними я работал всего около полугода. В свои двадцать пять лет я был очень гибким. Он часто брал меня с собой на лекции, где я должен был демонстрировать асаны, пока он объяснял их особенности. Он говорил мне, как делать асаны, и я выполнил его указания.

Асаны не представляли для меня сложности, и они не играли существенной роли в наших с ним занятиях. Гораздо больше времени мы посвящали изучению текстов, диагностике по пульсу, работе с больными и изучению важных принципов преподавания йоги. Я должен был учить, потом задавать вопросы. Например, я не знал, как преподавать йогу беременным женщинам. Когда возникла необходимость, я спросил у отца, и он дал мне совет. Он внимательно наблюдал за моими учениками и за тем, как я работал с ними. Даже в 1989 году, незадолго до его смерти, я никогда не стеснялся обратиться к нему за советом, и он всегда отвечал на мои вопросы.

В начале моей работы с отцом мне иногда приходилось слышать: «Сейчас ты учишь неправильно». Он говорил это при моих учениках, но я никогда не стыдился этого. Наоборот, я радовался, что он помогал мне избежать ошибок. Учеников такое положение дел ничуть не смущало. Возможность получить совет учителя воспринималась как благо. Во время обучения на первое место всегда ставилось благополучие учеников, поэтому я никогда не стеснялся сказать им, что знаю недостаточно и должен буду спросить совета у отца. Такой метод обучения требует доброты от учителя и большой скромности и смирения от ученика. Я могу сказать, что жизнь с Кришнамачарьей и возможность быть свидетелем и участником того, как он работал, как лечился во время болезни, как готовил себе еду и проводил обряды, – все это и было настоящим обучением йоге, которое я прошел у него.

Конечно, мы занимались также и изучением текстов. Это занимало гораздо больше времени, чем изучение техники асан, потому что технику достаточно понять один раз и после этого уже нет необходимости говорить о ней. Тексты же наполняют практику содержанием и дают понимание того, что вы делаете. Некоторые тексты были обязательными, и здесь отношения «учитель – ученик» никогда не ставились под сомнение. Сначала я должен был учить тексты наизусть. Они декламируются особым образом, существуют определенные правила, и обучение проходит в форме слушания и повторения. Только после того, как ученик выучил их наизусть, учитель дает объяснение, и он делает это в той форме, которая, по его мнению, подходит данному ученику. Такое обучение возможно только тогда, когда вы живете вместе с учителем. В прошлом это вообще было единственным способом передачи древних знаний.

В: В наши дни очень сложно жить в таком тесном контакте с учителем.

Что же нам делать?

– Я отдаю себе отчет в том, насколько отличается жизнь моего отца, которому пришлось пройти очень трудный путь, от столь благоприятных для изучения йоги условий, в которых жил я. Отцу пришлось оставить свой дом, отправиться на север, в Тибет, и прожить там восемь лет вдали от своего народа и своей культуры. Мне же для получения наставлений учителя не нужно было прилагать практически никаких усилий – мы жили в одном доме. Поначалу я распределял свое время между работой и учебой. Возможно, из-за этого я что-то упустил, но такова была воля моего отца.

Кришнамачарья в возрасте 100 лет с Дешикачаром.

Я думаю, что в наше время не обязательно жить вместе с учителем. Лучше работать в своей собственной сфере деятельности и время от времени встречаться с ним, чтобы не потерять точку отсчета. Иметь точку отсчета совершенно необходимо. Нам нужен кто-то, кто мог бы держать перед нами зеркало. Иначе нам очень быстро начинает казаться, что мы совершенны и все знаем. Книги и видеозаписи не могут заменить личное общение. Необходимо реальное общение, основанное на доверии.

В: Расскажите, пожалуйста, о своем общении с учителем.

– Мой отец был моим учителем и замечательным человеком. Он был на пятьдесят лет старше меня, так что между нами существовали огромные различия. У нас было разное образование, и мы выросли в совершенно разных условиях, но мне очень хорошо запомнилось, как во время наших занятий он всегда переходил на мой уровень. Я – человек с западным образованием, а он – традиционный учитель. Он сознавал существующую разницу между нами и адаптировал свое учение ко мне. Я вижу в этом великий пример того, что́ мы можем сделать для других как учителя.

Наши родственные отношения никогда не мешали ему быть моим учителем, хотя отношения отца и сына отличаются от отношений учителя и ученика. Мы жили в одном доме, вместе со всей семьей и другими людьми. Я не был способным учеником и часто делал глупости, но он никогда не давал мне почувствовать себя ущербным. Он только подбадривал меня, говоря что-нибудь вроде: «Ты вырос в других условиях». По отношению ко мне он всегда был очень терпимым.

В: Общались ли вы как отец и сын?

– Когда он был учителем, он был учителем. Я был обязан приходить вовремя; если он говорил мне сесть, я садился – это индийская традиция. Он обладал способностью отделять отношения учителя и ученика от отношений отца и сына. Но мы много общались как отец и сын, делая все то, что обычно делают вместе отец и сын.

В: В наши дни люди проявляют большой интерес к концепции недвойственности. Некоторые учителя говорят, что ее понимание – это все, что нам необходимо. В чем разница между учением Вашего отца и учением адвайта-веданты?

– Я процитирую то, что говорил об адвайте мой отец: «Слово «адвайта» состоит из двух частей: «а» и «двайта». То есть, чтобы понять адвайту, нужно сначала понять двайту. Эта идея очень интересна. Другими словами, чтобы понять недуализм, нужно сначала понять дуализм. Мы должны начинать с нашей реальной ситуации. Большинство из нас находится в состоянии двойственности, и мы должны признать дуализм и начать с него. Только через это можно прийти к единству и постичь недвойственность. Подумайте, если бы существовало только единство, откуда бы взялось понятие или концепция двойственности? Сама концепция адвайты предполагает наличие двойственности. Йога формирует человеческий ум. Она связывает два, и, благодаря этой связи, два превращаются в одно. Это и есть адвайта. Поэтому йога – это движение к адвайте. Нужно признать наличие двойственности и затем превратить ее в единство. В противном случае, сама идея адвайты становится объектом. В тот момент, когда я говорю, что я – адвайтин, я превращаю слово «адвайта» в объект и создаю в себе двойственность. Йога – это метод и подход, который позволяет практически реализовать идею недвойственности. Вот почему величайший учитель адвайта-веданты комментировал «Йога-сутры», объясняя важность йоги и акцентируя внимание на значимости таких вещей, как нада (звук) и бандха («поза-замок»). Он говорил о йоге как о важном средстве достижения цели, которую называют адвайтой.

Молодой Дешикачар демонстрирует во время лекции падма-маюрасану.

В: В наше время многие духовные организации включают в свою систему ту или иную разновидность йоги. Но рекомендуемые ими практики часто кажутся или совершенно непохожими на то, чему учил Ваш отец, или основываются лишь на отдельных аспектах этого учения.

– В конечном итоге, важно, что человек чувствует. Если благодаря тому, что предлагают эти организации, кто-то почувствовал себя счастливее, значит, состоять в них для этого человека благо. У меня есть друзья, которым принадлежность к таким объединениям принесла много пользы. Они не были моими учениками, но изучили йогу в соответствии с методом моего отца. Практика йоги в духовных организациях сделала их жизнь богаче и ярче.

В: Сейчас преподается множество различных методов йоги и говорится о разных видах йоги. Почему это происходит?

– Потому что йога – это не раз и навсегда зафиксированная система. Йога – это творчество. Я знаю, что вы учите иначе, чем я, а я учу иначе, чем учил мой отец. У нас у всех разный опыт, разное происхождение, разные взгляды на йогу и на то, зачем она нам нужна. Поэтому не удивительно, что разные люди находят разное в одном и том же учении йоги. Даже в нашем собственном институте йоги разные учителя учат разными способами, в соответствии с их собственными представлениями, приоритетами и интересами. «Йога-сутры» говорят, что в зависимости от своего угла зрения каждый человек получает из одного и того же учения что-то свое. И в этом нет ничего плохого. Это реальность.

В: Тем не менее кажется несколько необычным, что разные учителя, прошедшие обучение у Вашего отца Кришнамачарьи, используют в преподавании столь разные методы.

– Хорошо, здесь можно задать два вопроса. Как долго продолжалось их сотрудничество с моим отцом? И как долго им пришлось самостоятельно заниматься преподаванием? Я работал вместе с отцом очень долго. Я наблюдал за тем, как он учил других на разных этапах своей жизни – с 1960 года и почти до самого конца. Он занимался с разными людьми по-разному, в зависимости от их потребностей, возраста, состояния здоровья и т. д. Это многому научило меня. Далее, за эти тридцать лет я видел много разных аспектов его учения. Я каждый день получал реальный опыт, поэтому я мог впитать в себя многое из того, чему он учил, и, кроме того, у меня всегда была возможность обращаться к нему с вопросами и разбирать конкретные случаи. Таким образом, он всегда помогал мне в моей преподавательской деятельности. Вспомните, например, свой собственный случай. Если у Вас возникали проблемы со здоровьем, я всегда мог обратиться за помощью к отцу. Поэтому у меня были прекрасные условия, чтобы учиться. У других преподающих сейчас людей таких условий не было. Когда им пришло время учить, они нашли свои собственные методы, и это прекрасно.

В: Можно ли преподавать йогу в группе, или занятия всегда должны проходить один на один с учителем?

– Многие вещи можно преподавать в классе. Часто поддержка группы может быть очень полезна для людей, имеющих общие интересы или трудности. Это относится, например, к группе пациентов, перенесших шунтирование, с которыми мы занимаемся в Мандире. Но мой отец говорил, что мы не волшебники и нелегко управляться со многими людьми одновременно. Цель йоги – добиться изменений, и учитель – это контрольная точка. Вы всегда помните слова учителя, обращенные к вам. Не те слова, которые вы прочитали в книге или услышали на занятии в группе, а те, которые он сказал вам лично. Вам нужен учитель, и вам нужны личные отношения. Йога индивидуальна. Не может быть йоги между одним и миллионом; йога – это то, что происходит между двумя людьми, между учителем и учеником. Об этом прекрасно сказано в Упанишадах: первое необходимое условие обучения – это учитель, а второе – ученик. То, что происходит между ними, – это и есть обучение. И оно должно состоять в постоянном изучении того, что является важным для ученика. Вот что такое обучение.

Обсуждение отрывка из Рамаяны.

В: Йога иногда описывается как долгая и трудная работа ради достижения цели. Что Вы думаете по этому поводу?

– Это зависит от цели. Обычно люди начинают заниматься йогой по какой-нибудь простой причине и постепенно, шаг за шагом, вовлекаются в более серьезную практику. Каждая ступень может доставлять удовольствие и гармонировать с реальной жизнью человека. Мой отец говорил, что, если вы будете подниматься ступенька за ступенькой, у вас не будет проблем. Наслаждайтесь каждым шагом. Проблемы могут возникать тогда, когда вы пытаетесь перепрыгнуть через несколько ступеней сразу.

В: Всякий ли человек способен заниматься йогой?

– Всякий, кто хочет быть способным заниматься йогой. Всякий может дышать, следовательно, всякий может практиковать йогу. Но не каждый человек может практиковать любую разновидность йоги. Нужно подобрать ту йогу, которая подходит данному человеку. Ученик и учитель вместе выбирают приемлемую и удобную для ученика программу.

В: В мире живет много учителей, которых называют гуру. Среди них много индийцев, но есть и люди из других стран. В наши дни сформировалось расхожее представление о том, что значит слово «гуру». Кто такой гуру с точки зрения традиционной йоги?

– Гуру – это не тот, у кого есть последователи. Гуру – это тот, кто может указать мне путь. Допустим, я иду по лесу и сбился с пути. Тогда я спрашиваю другого человека: «Скажите, это дорога ведет к моему дому?» Человек может ответить: «Да, вы идете правильно». «Спасибо», – скажу я и пойду дальше. Такой человек и есть гуру.

Отец и сын.

Сейчас в мире бытует представление, что гуру должен иметь последователей, которые должны идти за ним, словно у него в руках волшебная дудочка. Но это нехорошо. Настоящий гуру только показывает дорогу. Вы поворачиваете в правильном направлении, после чего снова оказываетесь предоставлены сами себе – вы нашли свое место и благодарны за это гуру. Для меня всегда естественно поблагодарить гуру, и я могу наслаждаться общением с ним, но я не должен следовать за ним по пятам, потому что тогда я окажусь не на своем месте. Следовать к цели вашего гуру – это один из способов потерять себя. В йоге есть понятие свадхарма, что означает «своя дхарма», «свой собственный путь». Если вы пытаетесь исполнять чужую дхарму, начинаются проблемы. Гуру – это тот, кто помогает вам найти свою собственную дхарму.

В: Ваш отец был гуру?

– Он никогда этого не говорил, но многие люди так считают.

В: Почему он не называл себя гуру?

– Это тонкий вопрос, но, поскольку он мой отец, я могу Вам ответить. Гуру не тот, кто говорит: «Я гуру». В Упанишадах есть прекрасные рассказы об учителе, который отвергал саму идею обучения. Одна из особенностей человека, который чист и мудр, – то, что он не говорит: «Я чист, я мудр». В этом нет необходимости. Человек знает путь и просто показывает его. Чистому человеку свойственно смирение, он никому ничего не доказывает. Именно таким был мой отец.

В: В 1976 году в Мадрасе был основан Кришнамачарья-йогамандир.

Какая работа там проводится?

– По сути дела, мы занимаемся тремя вещами: во-первых, мы открыты для всех, кому нужна помощь. К нам приходят люди, которых одолевают проблемы или болезни. Эта деятельность – продолжение традиции моего отца. На протяжении всей его жизни к нему как к учителю обращались за советом и помощью люди, страдавшие от всевозможных болезней. Мы не рассчитывали, что работа с больными займет такое значительное место в деятельности Мандира, но сейчас наша организация признана Департаментом здравоохранения.

Во-вторых, мы для всех желающих проводим занятия по йоге. Если кто-то хочет узнать о йоге, он может приходить и учиться. Под обучением я не имею в виду изучение только асан. Обучение йоге в Мандире включает изучение всего духовного и культурного наследия Индии. У нас проходят занятия по декламации ведийских текстов, по таким важным древним произведениям, как Упанишады, «Йога-сутры» и «Йога-рахасья».

Третья область нашей деятельности – это исследовательские проекты. Так случилось, что мы начали задаваться вопросом, как можно более глубоко исследовать различные аспекты йоги. Мы делаем это для того, чтобы нашу систему было легче сопоставить с другими. Например, мы провели исследование по лечению болей в спине, а также по нашей работе с умственно неполноценными людьми. Еще у нас есть проект по разработке методов преподавания учения моего отца.

Дети выполняют асаны в Кришнамачарья-йогамандире.

Занятия с теми, кто учит детей, – важная часть деятельности центра.

Дешикачар во время урока.

Кришнамачарья, 1966 г.

Кришнамачарья со своим сыном, Шрибхашьямом, демонстрирующим ардха-дханурасану.

Кришнамачарья с учеником, выполняющим триконасану.

Кришнамачарья ведет занятие, ученик демонстрирует сарвангасану.

Кришнамачарья в возрасте 46 лет демонстрирует уттхита-паршва-конасану.

Молодой Дешикачар демонстрирует виманасану.

Часть I
Практика йоги

Кришнамачарья демонстрирует вариант ваджрасаны.

Кришнамачарья в свастикасане.

Кришнамачарья в самастхити.

1
Йога: определение и сущность

Для начала я хотел бы поделиться некоторыми мыслями, которые помогут разобраться в разных значениях слова «йога». Йога – одна из шести даршан (основных направлений индийской философии). Вот остальные пять: ньяя, вайшешика, санкхья, миманса и веданта. Слово «даршана» происходит от санскритского корня дриш («видеть»). Таким образом, даршана – это «видение», «взгляд», «точка зрения» или даже «особый способ видения». Но, помимо этого, существует и другой смысл. Чтобы понять его, представьте зеркало, с помощью которого можно заглянуть в самого себя. Все великие писания по сути дела знакомят нас со способами видения, которые позволяют лучше узнать себя. Следуя тому или иному учению, мы начинаем глубже заглядывать в себя. Йога как одна из шести даршан уходит своими корнями в Веды, древнейшие тексты индийской культуры. Как отдельное направление, она была систематизирована великим индийским мистиком Патанджали в «Йога-сутрах». Впоследствии было написано немало других значительных текстов по йоге, но «Йога-сутры» Патанджали остаются наиболее ценным произведением.

За века возникло много различных интерпретаций слова «йога». Одно из толкований этого термина – «объединение», «соединение». Другое – «связывание нитей ума». На первый взгляд может показаться, что это два совершенно разных определения, но на самом деле они говорят об одном и том же. Если «объединение» дает слову «йога» физическую интерпретацию, то определение йоги как связывания нитей ума говорит об обращении наших мыслей к занятиям йогой перед началом практики. Когда нити нашего ума связываются воедино, формируется намерение, и мы готовы к конкретным физическим действиям.

Другое значение слова «йога» – «достижение того, что было прежде недостижимо». Данная идея основывается на том, что существует нечто, в настоящее время лежащее за пределами наших возможностей.

Когда мы предпринимаем действия, позволяющие выйти за эти пределы, это и есть йога. Фактически, йога – это любое изменение. Если нам удается наклониться вперед и достать до пальцев ног, или с помощью текста постичь значение слова «йога», или в ходе дискуссии лучше понять себя или других – мы каждый раз достигаем точки, в которой никогда прежде не бывали. Любое такое действие или изменение является йогой.

Еще один аспект йоги связан с нашей деятельностью. Йога означает такой образ действий, при котором наше внимание целиком и полностью сконцентрировано на том, чем мы занимаемся в данный момент. Представьте, например, что я пишу, и в это время одна часть моего ума размышляет над текстом, а другая думает о чем-то совершенно постороннем. По мере углубления в работу мое внимание все больше сосредоточивается на том, что я пишу. Может происходить и обратный процесс: я приступаю к работе в состоянии полного сосредоточения, но через некоторое время мое внимание начинает рассеиваться, появляются мысли о планах на завтрашний день или о том, что готовится на обед. В это время может казаться, что я погружен в работу, но на самом деле я уделяю ей очень мало внимания. Я действую, но не присутствую в своем действии. Йога стремится к достижению такого состояния, когда вы присутствуете в каждом своем действии, в каждый момент, и присутствуете по-настоящему.

Концентрированное внимание позволяет нам выполнять любую работу лучше, чем прежде, и при этом осознавать все, что делаем. Чем внимательнее мы становимся, тем меньше вероятность ошибок. Добиваясь осознанности во всех своих действиях, мы перестаем быть рабами привычек, нам уже не нужно делать что-то сегодня только потому, что мы делали это вчера. Напротив, у нас появляется возможность посмотреть на свои поступки свежим взглядом и избежать бессмысленных повторений.

Следующее классическое определение йоги – «единение с божественным началом». Не имеет значения, как называть это божественное начало: Бог, Аллах, Ишвара или как-нибудь еще. Йога – это все, что приближает нас к осознанию существования некой силы, которая выше и могущественней нас. И когда мы чувствуем, что находимся в гармонии с этой высшей силой, – это тоже йога.

Таким образом, мы видим, что слово «йога» можно понимать совершенно по-разному. Это учение уходит корнями в философию Индии, но по своей сути оно универсально, потому что учит, как внести в свою жизнь желаемые перемены. В истинной практике йоги каждый человек идет своей дорогой. Для того чтобы двигаться по пути йоги, не обязательно исповедовать определенные религиозные идеи. Единственное, чего требует от нас йога, – это действовать и быть бдительными в своих действиях. Каждый из нас должен очень внимательно следить за направлением своего движения, чтобы знать, где находится цель и что нужно, чтобы до нее добраться. Такое внимательное наблюдение позволит нам обнаружить нечто новое. Приведет ли это открытие к лучшему пониманию Бога, к большему чувству удовлетворенности или к появлению новой цели – вопрос сугубо личный. Когда мы переходим к разговору об асанах (физических упражнениях йоги), мы должны понимать, как соединить эту нашу практику со всеми идеями, которые стоят за словом «йога».

Где и как начинается практика йоги? Всегда ли нужно начинать с физического плана? Я сказал бы, что отправная точка зависит от наших личных интересов. Существует много методов, и интерес к одному из них постепенно переходит в интерес к другому. Так что мы можем начать с изучения «Йога-сутр» или с медитации, а можем начать с асан и прийти к пониманию йоги через телесный опыт. Можно начать и с пранаямы – с ощущения дыхания как проявления нашей внутренней жизни. Нет строгих предписаний, с чего и как следует начинать практику.

Книги и уроки по йоге часто создают впечатление, что для изучения йоги требуется ряд необходимых условий. Нам могут сказать, что мы должны бросить курить, или стать вегетарианцами, или отказаться от всех мирских благ. Такие поступки достойны восхищения, когда они вызваны нашими внутренними побуждениями (что действительно может произойти в результате занятий йогой), но не тогда, когда они навязываются извне. Например, многие люди в результате занятий йогой бросают курить. Но это происходит потому, что благодаря занятиям йогой у них пропадает желание курить, а не потому, что они бросают курение ради йоги. Мы начинаем с того уровня, на котором находимся в данный момент, а все остальное происходит естественным образом.

С чего бы мы ни начинали изучение йоги – с асан, пранаямы, медитации или изучения «Йога-сутр», – суть процесса обучения одна и та же. Чем больше мы прогрессируем, тем больше мы осознаем целостную природу нашего бытия, понимая, что состоим из тела, дыхания, ума и чего-то еще. Многие люди, которые начинают занятия йогой с практики асан, продолжают разучивать все новые и новые позы, и в итоге вся йога сводится для них к физическим упражнениям. Таких людей можно сравнить со спортсменом, который все время тренирует только одну руку, в то время как другая слабеет. Точно так же есть люди, которые переводят идею йоги на исключительно интеллектуальный уровень. Они пишут замечательные книги и прекрасно говорят о таких сложных понятиях, как пракрити или Атман, но, когда они пишут или говорят, они не способны посидеть прямо и пяти минут.

Поэтому давайте не будем забывать, что мы можем начать заниматься йогой с любой отправной точки, но если мы хотим достичь гармонии, нужно постепенно, шаг за шагом, объединять все аспекты своей личности. Патанджали в «Йога-сутрах» уделяет большое внимание всем аспектам человеческого существования, включая отношения с окружающими, поведение, здоровье, дыхание и путь медитации.

Кришнамачарья демонстрирует варианты экапада-урдхвапрасрита-падасаны.

2
Основы практики йоги

Объясняя йогу, я буду ссылаться на идеи, высказанные в «Йога-сутрах» Патанджали. Данное руководство по практике йоги я предпочитаю всем другим посвященным этой теме текстам. В определенном смысле «Йога-сутры» – наиболее универсальный трактат, потому что он уделяет основное внимание уму: его свойствам и возможности на них воздействовать. По определению «Йога-сутр», йога – способность направлять поток ума так, чтобы он не рассеивался и не прерывался. Никто не станет отрицать, что это умение полезно всем людям, так как позволяет жить целенаправленно и продуктивно. Другие тексты по йоге говорят о Боге, сознании и прочих понятиях, которые совместимы не с каждой из существующих философий и религий. Поскольку я понимаю йогу как путь, доступный любому человеку, то упор в моих рассуждениях именно на «Йога-сутры» совершенно естествен – ведь вопросы о свойствах ума универсальны. Использование таких терминов, как «Бог» или «Высшее Существо», часто настораживает людей, независимо от того, принимают они идею, о которой идет речь, или отвергают ее. «Йога-сутры» Патанджали исключительно открыты, и отчасти именно это делает их столь глубокими. Идея Бога в них не отвергается и не навязывается. Поэтому я считаю, что «Йога-сутры» преподносят йогу в наиболее доступном для понимания виде.

Восприятие и действие

Одна из важных концепций «Йога-сутр» Патанджали касается нашего восприятия действительности и объясняет, почему мы в своей жизни постоянно сталкиваемся с проблемами. Если мы понимаем, каким образом создаем себе проблемы, то можем научиться от них избавляться.

Как осуществляется процесс восприятия? Часто мы считаем, что видим ситуацию «правильно», и, исходя из этого, совершаем те или иные поступки. Потом оказывается, что на самом деле мы обманываем самих себя и что наши действия могут причинить вред нам самим и окружающим. Не менее сложна ситуация, когда мы сомневаемся в правильности своего отношения к положению вещей и из-за этого ничего не делаем, в то время как на самом деле наше восприятие правильно и основанные на нем действия принесли бы пользу.

Для описания этих двух крайностей нашего опыта «Йога-сутры» используют термин «авидья». Слово авидья буквально означает «неправильное понимание» и используется, когда речь идет об ошибочном понимании или представлении. Авидья приводит к смешению грубого и тонкого. Противоположность авидьи – видья (правильное понимание)⁵.

Давайте поговорим о том, что же такое эта авидья, так глубоко укоренившаяся в нас. Авидья может рассматриваться как совокупный результат всех наших неосознанных поступков – механических действий и механического восприятия, которые мы накопили за много лет. Вследствие наших неосознанных реакций ум попадает во все большую зависимость от привычек. В конце концов вчерашнее поведение становится нормой сегодняшнего дня. Такая зависимость наших действий и восприятия от привычек называется санскарой. Привычки погружают ум в авидью, как бы замутняя его чистоту.

В общем случае, если мы уверены, что не до конца понимаем данную ситуацию, мы не можем предпринимать решительных действий. Но если мы обладаем ясным пониманием, мы будем действовать, и наши действия будут приносить нам пользу. Такие действия основаны на глубоком понимании. Авидья же, напротив, характеризуется поверхностным пониманием: я думаю, что понимаю что-то правильно, я предпринимаю соответствующие шаги, а впоследствии должен признать, что допустил ошибку и мои действия не пошли на пользу. Таким образом, имеется два уровня понимания: один находится глубоко внутри нас и свободен от тумана авидьи, а другой лежит на поверхности и замутнен авидьей. Наш глаз чист и прозрачен, и его не нужно подкрашивать, чтобы он правильно различал цвета. Наше восприятие должно быть словно кристально-чистое зеркало. Цель йоги – рассеять туман авидьи, чтобы мы могли действовать правильно.

Ответвления авидьи

Когда наше восприятие ошибочно или замутнено, мы обычно не в состоянии осознать это сразу и напрямую. Авидья редко похожа на авидью. Ей присуще свойство оставаться невидимой. Легче выявить проявления авидьи. Если мы обнаруживаем внутри себя такие проявления, то это указывает на присутствие авидьи.

Первое проявление авидьи – то, что мы часто называем «эго». Это то, что заставляет нас думать: «Я должен быть лучше других», «Я самый великий», «Я знаю, что я прав». Это ответвление авидьи в «Йога-сутрах» называется «асмита».

Второе проявление авидьи выражается в наших запросах. Это явление называется «рага». Мы хотим чего-то сегодня не потому, что это нам действительно необходимо, а потому, что это было приятно вчера. Например, вчера я выпил стакан восхитительного фруктового сока и получил из него нужную мне энергию. И сегодня что-то во мне говорит: «Я хочу еще один стакан этого вкусного сока», хотя сейчас он мне не нужен и может быть даже вреден. Мы стремимся к вещам, которых у нас нет. А если мы что-то имеем, нам этого мало, и мы хотим большего. Когда требуется что-то отдать, нам хочется удержать эту вещь при себе. Это называется рагой.

Двеша, третье проявление авидьи, в некотором смысле противоположна раге. Двеша проявляется в отстранении от чего-либо. Столкнувшись с трудностями, мы начинаем бояться повторения неприятного опыта и избегать связанных с ним людей, мыслей и обстоятельств, предполагая, что они снова причинят нам боль. Двеша также заставляет нас отвергать незнакомые вещи, хотя у нас нет о них ни хороших, ни плохих сведений. Все подобные формы отрицания – это двеша.

И наконец, последнее проявление авидьи – абхинивеша (страх). Это, возможно, самый таинственный аспект авидьи, проявления которого можно обнаружить на самых разных уровнях нашей повседневной жизни. Мы чувствуем неуверенность. Нас мучают сомнения по поводу своего места в жизни. Мы боимся осуждения со стороны других людей. Мы испытываем беспокойство, если нарушается привычный распорядок жизни. Мы не хотим стареть. Все эти чувства – признак абхинивеши, четвертого проявления авидьи.

Рис. 1. Авидья является коренной причиной, которая мешает нам видеть вещи такими, какие они есть. Этими препятствиями являются асмита (эго), рага (привязанность), двеша (неприязнь) и абхинивеша (страх).

Эти четыре проявления авидьи, вместе и по отдельности, замутняют наше восприятие. Через них авидья все время действует в нашем подсознании, что приводит к постоянному чувству неудовлетворенности. Например, если мы выполняем асаны в группе, то мы склонны сравнивать себя с окружающими. Мы замечаем, что кто-то обладает большей гибкостью, чем мы, и это вызывает чувство неудовлетворенности. Но практика асан – это не спортивные соревнования. Если одна женщина может наклониться вперед дальше, чем другая, это еще не говорит о том, что она достигла более высокого уровня в йоге. Сравнение приводит либо к ощущению удовлетворения, основанному на чувстве собственного превосходства, либо к неудовлетворенности, вытекающей из чувства неполноценности. Неудовлетворенность часто ложится на наши плечи тяжким грузом и сопровождает нас повсюду, превращаясь в навязчивую идею. В обоих случаях мы не осознаем, где находится источник этих чувств.

Позвольте мне привести еще один пример живучести авидьи. Представьте, что во время обсуждения «Йога-сутр» я допускаю ошибку. Было бы естественно признать ее и извиниться. Но когда мой друг говорит, что мое мнение относительно такого великого текста неверно, это глубоко задевает меня. Я чувствую себя не в своей тарелке. И, возможно, под влиянием асмиты я попытаюсь доказать своему другу, что я прав, а он нет. Или абхинивеша заставит меня и вовсе отвернуться от этой ситуации. Так или иначе, я уклоняюсь от брошенного мне вызова, вместо того чтобы принять критику и извлечь урок из создавшейся ситуации.

Пока мы находимся под воздействием проявлений авидьи, очень велика вероятность совершения неправильных поступков, поскольку мы не в состоянии тщательно все взвесить и сделать здравые выводы. Если мы видим, что возникла какая-то проблема, можно с уверенностью сказать, что ее причина в авидье. Йога ослабляет действие авидьи, благодаря чему мы обретаем способность к правильному пониманию.

Отсутствие авидьи легче заметить, чем ее присутствие. Когда мы смотрим на что-то правильно, внутри нас воцаряется покой: мы не чувствуем ни напряжения, ни беспокойства, ни возбуждения. Например, когда я говорю медленно и осознанно, я ощущаю, что существует некий источник тишины, и внутри меня находится видья (ясное понимание). Но если я не уверен в том, что говорю, мне хочется говорить быстро, я использую ненужные слова, а иногда не договариваю предложения. Итак, когда мы обладаем ясным пониманием, мы чувствуем глубоко внутри себя тишину и покой.

Постоянство и изменения

Согласно концепции йоги, все, что вы видите, ощущаете и переживаете, не является иллюзией. Все это реально и истинно. Реально все, в том числе сны, идеи и фантазии. Даже сама авидья реальна. Эта концепция носит название «сатвада».

В йоге считается, что хотя все, что мы видим и переживаем, реально, но все формы, так же как и их содержание, подвержены постоянным изменениям. Это представление о непрерывном движении называется паринамавадой. То, какими мы видим вещи сегодня, не обязательно должно совпадать с тем, какими мы видели их вчера. Потому что со временем все меняется: ситуации, наше отношение к ним и мы сами. Это представление о постоянном изменении подразумевает, что мы не должны отчаиваться из-за существования авидьи. Если дела идут плохо, они всегда могут пойти лучше. Но конечно, ситуация точно так же может измениться и к худшему! Мы никогда не можем предугадать, что готовит нам жизнь, поэтому так важно быть бдительными. Пойдут ли дела хорошо или плохо, отчасти зависит от наших действий. Совет регулярно заниматься йогой основан на представлении, что таким образом мы сможем научиться присутствовать в каждом конкретном моменте и в результате достигать того, чего не могли достичь прежде.

Согласно йоге глубоко внутри нас есть нечто не менее реальное, чем все остальное, но, в отличие от всего остального, оно не подвержено изменениям. Этот неиссякаемый источник мы называем пурушей или драштри – «тем, кто видит», или «кто видит правильно». Если мы плывем по реке, не глядя на берег, то трудно заметить течение. Мы настолько сливаемся с движением воды, что почти не видим его. Но с берега, когда мы стоим на твердой почве, нам очень хорошо видно, как бежит вода.

Пуруша занимает позицию, из которой мы можем видеть. Это та сила внутри нас, которая дает нам возможность точного восприятия. Практика йоги просто подталкивает к тому, чтобы у нас было чистое восприятие. Пока ум находится во власти авидьи, восприятие замутнено. Когда глубоко внутри чувствуется покой, мы знаем, что понимаем все правильно. Это тот вид понимания, который приводит к правильным действиям и может тем самым оказывать сильное позитивное влияние на нашу жизнь. Такое истинное понимание, вызванное уменьшением авидьи, редко возникает спонтанно, поскольку тело и ум уже привыкли к определенным моделям восприятия. С помощью практики йоги эти привычки постепенно устраняются. «Йога-сутры» говорят, что в начале практики человек попеременно испытывает то приливы ясности понимания, то периоды помутнения. То есть мы проходим через фазы ясности, за которыми наступают фазы острой нехватки ясности в нашем уме и восприятии⁶. Со временем ясности становится все больше, а неведения все меньше. Эти сдвиги можно считать мерилом нашего прогресса.

Может возникнуть вопрос: если кто-то начинает заниматься йогой с целью самосовершенствования, не является ли это проявлением асмиты (эго)? Этот вопрос может привести нас к важным открытиям, касающимся значения авидьи. Мы находимся под влиянием авидьи, и когда мы прямо или косвенно обнаруживаем это, становится очевидно, что надо что-то делать. Иногда мы начинаем с желания стать лучше или чувствовать себя более совершенным. Это ничем не отличается от ситуации, когда кто-то говорит: «Я беден, но хочу стать богатым» или «Я хочу стать врачом». Я не думаю, что есть люди, которым не хотелось бы улучшить себя. Несмотря на то что наш первый шаг вызван желанием стать лучше, то есть продиктован нашим эго, это правильный шаг, потому что он позволяет нам подняться на первую ступеньку лестницы йоги. В дальнейшем мы не останемся привязанными к первоначальной цели самосовершенствования. Согласно «Йога-сутрам», распознание авидьи и ее последствий и победа над ними – единственная лестница, по которой можно подняться вверх. Желание что-нибудь улучшить может быть первой ступенькой лестницы. И это чистая правда, что благодаря занятиям йогой мы постепенно повышаем свою способность к концентрации и к независимости. Мы улучшаем здоровье, отношения с окружающими и все, что мы делаем. Если бы мы были способны начать не с первой ступеньки – стремления к самосовершенствованию, а с более высокого уровня, мы, возможно, вообще не нуждались бы в йоге.

Как подниматься по этой лестнице? «Йога-сутры» Патанджали рекомендуют три вещи, которые могут нам в этом помочь. Первой является тапас. Слово «тапас» происходит от корня «тап» – жар или очищение. Тапас – это средство, с помощью которого мы можем поддерживать здоровье и очищать себя изнутри. Тапас часто описывают как аскезу, самоуничижение и соблюдение строгой диеты. Но в «Йога-сутрах» тапас означает практику асан и пранаямы – физических и дыхательных упражнений йоги. Эти упражнения помогают избавить системы организма от блоков и загрязнений и дают еще ряд других положительных эффектов. С помощью асан и пранаямы мы можем воздействовать на весь организм. Это похоже на то, как золото нагревают, чтобы очистить.

Второе средство, позволяющее раскрыть суть йоги, – это свадхьяя. «Сва» означает «свое» или «собственное я», а «адхьяя» – «изучение, исследование». С помощью свадхьяи мы познаем самих себя. Кто мы? Что мы? Что представляют собой наши отношения с миром? Не достаточно быть здоровым. Мы должны знать, кто мы и как мы связаны с другими людьми. Это не так просто, поскольку у нас нет такого же чистого зеркала для души, какое есть для тела. Но существуют тексты, читая, изучая и обсуждая которые (и размышляя над ними) мы можем увидеть отражение своей души⁷. Это прежде всего относится к таким великим произведениям, как «Йога-сутры», Библия, Махабхарата и Коран. Изучая подобные тексты, мы можем увидеть себя.

Третий из предлагаемых «Йога-сутрами» методов достижения состояния йоги – это ишварапранидхана. Обычно этот термин переводят как «любовь к Богу». Но он также обозначает определенное качество действий. Практика пранаямы и асан, забота о здоровье и размышления о себе – это еще не вся жизнь. Нам нужно еще заботиться о карьере, приобретать квалификацию и выполнять разные другие действия, являющиеся неотъемлемой частью нашей жизни. Все это должно делаться настолько хорошо, насколько возможно. Но при этом мы никогда не можем быть абсолютно уверены в результатах нашей деятельности. Поэтому лучше слегка отстраниться от своих ожиданий и уделять больше внимания самим действиям.

Вместе эти три аспекта (поддержание здоровья, исследование и совершенствование действий) охватывают все сферы приложения человеческих усилий. Если мы здоровы, если мы лучше понимаем себя и совершенствуем качество своих действий, мы, скорее всего, будем допускать меньше ошибок. Работая в данных трех сферах, мы можем ослабить авидью. Все вместе это известно под названием крийя-йога («йога действия»). Слово «крийя» происходит от корня «кри» – «делать». Йога не бывает пассивной. Мы должны принимать участие в жизни, и чтобы делать это хорошо, мы работаем над собой.

Я уже объяснял, что йога – это состояние, в котором два объединяются в одно. Я также говорил, что йога означает внимательность в действиях, необходимую, если мы хотим достичь чего-то, что прежде было недостижимо. Йога действия, крийя-йога, – это способ, с помощью которого мы приходим к йоге как образу жизни. Хотя крийя-йога является только частью йоги, это практическое направление, позволяющее изменить в лучшую сторону все аспекты нашей жизни.

Кришнамачарья выполняет варианты шалабхасаны.

3
Принципы практики асан

Занятия йогой дают нам возможность на практике прочувствовать все многообразие аспектов понятия «йога». Мы уже описали йогу как движение от одной точки к другой, более высокой, находившейся ранее вне пределов досягаемости. Не важно, происходит ли этот сдвиг в результате практики асан, изучения и чтения или медитации, – в любом случае это йога.

Во время занятий мы концентрируемся на теле, дыхании или уме. Наши чувства рассматриваются как часть ума. Хотя теоретически возможно, чтобы тело, дыхание и ум функционировали независимо друг от друга, цель йоги в том, чтобы объединить их работу. Люди в основном воспринимают йогу в виде ее физического аспекта. Они редко замечают, как мы дышим, как мы ощущаем дыхание и как мы согласовываем свое дыхание с движениями тела. Люди склонны обращать внимание только на нашу гибкость и подвижность. Некоторых интересует, как много асан мы освоили или сколько минут мы можем простоять на голове.

Но самое важное – не эти внешние проявления, а то, как мы ощущаем позы и дыхание. Правила, которым мы следуем, появились много веков назад и разрабатывались многими поколениями великих учителей йоги. Эти правила детально объясняют асаны, дыхание и то, как они связаны между собой. Они также содержат руководство по пранаяме – дыхательным техникам, о которых пойдет речь в следующей главе.

Что такое асана? «Асана» переводится как «поза». Это слово происходит от санскритского корня «ас» – «оставаться», «быть», «сидеть» или «находиться в определенном положении». Согласно «Йога-сутрам» Патанджали асана должна иметь два важных свойства: стхиру и сукху⁸. «Стхира» означает постоянство и бдительность. Под «сукхой» понимается способность чувствовать себя в той или иной позе комфортно. Во время выполнения позы одинаково необходимы оба этих качества. Если мы сидим со скрещенными ногами, чтобы сфотографироваться, а потом скорее вытягиваем их, потому что они болят, тут нет ни сукхи, ни стхиры. Если мы даже достигли устойчивости и бдительности (стхиры), но у нас еще нет удобства и легкости (сукхи), то этого тоже недостаточно. Нам нужно и то, и другое, и оба эти свойства должны сохраняться на протяжении определенного периода времени. Если не хватает хотя бы одного из них, значит, то, что мы делаем, – это не асана. Принцип йоги, о котором мы говорим, соблюдается только тогда, когда со временем мы начинаем выполнять асану сосредоточенно и спокойно. Приводимые далее предписания служат только для того, чтобы добиться соблюдения в практике асан принципов «стхира» и «сукха».

Начать оттуда, где мы находимся

Если поза или движение причиняют нам неудобство, то трудно думать о чем-то, кроме этого неудобства. Например, мы сидим со скрещенными ногами и думаем только о боли в напряженных лодыжках. В это время мы на самом деле еще не выполняем ту асану, которую пытаемся выполнить. Очевидно, что мы не готовы к ней. В этом случае лучше начать с чего-то более легкого. Эта простая идея лежит в основе всей практики йоги. Если мы практикуем асаны в порядке возрастания сложности, мы постепенно достигаем все большего спокойствия, бдительности и ощущения общего комфорта.

Если мы хотим воплотить этот принцип практики асан в жизнь, то нам нужно принять себя такими, какие мы есть. Если у нас напряжена спина, мы должны это признать. А может быть, у нас хорошая гибкость, но мы слишком поверхностно дышим. Или с дыханием все в порядке, но у нас есть какие-то проблемы со здоровьем. Бывает, что в асане мы чувствуем себя комфортно, но ум блуждает где-то совершенно в другом месте. Это тоже не практика асаны. Обрести необходимые для асаны качества можно только после того, как мы осознаем свой начальный уровень и научимся принимать его.

Объединить дыхание и движение

Йога уделяет дыханию столько же внимания, сколько и телу. Способ дыхания крайне важен, потому что оно выражает наши внутренние чувства. Если мы испытываем боль, это отражается на нашем дыхании. Если мы расстроены, то мы перестаем контролировать свое дыхание. Дыхание – это связь внутреннего тела с внешним. Мы по-настоящему выполняем асану только тогда, когда нам удается достичь гармонии тела, дыхания и ума.

Определение своей отправной точки начинается с исследования тела и дыхания⁹. Для этого мы используем простые дыхательные упражнения, – например, делаем максимально долгий вдох. С помощью таких упражнений мы можем увидеть, что расширяется при дыхании – грудь или живот и растягивается ли при этом спина. Чтобы обследовать состояние тела на текущий момент, мы используем движения руками, ногами и туловищем. Например, мы предлагаем группе начинающих поднимать и опускать руки, а потом спрашиваем: «Что больше растягивается при движении рук: спина или другая часть тела?» Некоторые скажут, что больше растягивается спина, другие обнаружат растяжение преимущественно в плечах.

Причина этих различий в том, что определенные движения у разных людей начинаются по-разному. Те, у кого напряжена спина, обнаруживают, что начальный импульс для движения руками исходит из плеч. А более гибкие люди замечают, что движение начинается в районе лопаток, ближе к позвоночнику.

Подобное обследование собственного тела – первый шаг к изменению привычных, но неудобных и неэффективных движений и поз, которые вызывают напряжение и, в итоге, препятствуют протеканию по телу жизненной энергии. Для такого анализа необходим учитель, способный устремлять ученика в нужном направлении. Если учитель не в состоянии это сделать, возникает опасность, что ученики не только неправильно поймут йогу, но и могут вовсе разочароваться в ней.

Первый шаг в нашей практике йоги – сознательно объединить дыхание и тело. Для этого мы во время выполнения асан позволяем каждому движению следовать за дыханием. Правильное согласование дыхания и движения является основой всей практики асан. Найти ритм, при котором дыхание соединяется с движением, помогает простое упражнение: мы поднимаем руки на вдохе и опускаем на выдохе.

В обычном состоянии мы не осознаём свое дыхание. Оно осуществляется автоматически, без вмешательства сознания. Для того чтобы дыхание и движение согласовывались друг с другом, наш ум должен внимательно за этим следить. Тогда вдох и выдох перестают протекать автоматически и превращаются в сознательный процесс. Найти естественную связь между дыханием и движением – самый важный аспект практики асан. Для этого следует каждый раз определять, что легче и удобнее делать при данном движении: вдох или выдох, и следить, чтобы именно это происходило в процессе выполнения выбранного вами движения.

Вернемся к нашему примеру с подниманием и опусканием рук. При естественном ритме дыхания нам удобнее делать вдох, когда руки поднимаются, и выдох, когда они опускаются. Кроме того, от продолжительности вдоха и выдоха будет зависеть скорость поднимания и опускания рук. На этом простом движении мы можем изучить один из основных принципов йоги: быть целиком и полностью сконцентрированными на своих действиях.

Сознательный контроль за дыханием поддерживает и усиливает естественную взаимосвязь между дыханием и движением. Например, при естественном выдохе ребра опускаются, диафрагма поднимается, и передняя часть живота втягивается внутрь, к позвоночнику. То же самое движение происходит при любом наклоне вперед: ребра опускаются, а живот втягивается. Поэтому для того, чтобы помогать естественному ходу дыхания, мы делаем выдох во всех упражнениях, где основным движением тела является наклон вперед. Цикл дыхания, связанный с наклонами вперед, показан на рисунке 2.

Рис. 2. Естественное дыхание при наклоне вперед, показанное на примере уттанасаны (1) (наклона вперед из положения стоя) и одного из вариантов чакравакасаны (2) (позы кошки).

Когда мы принимаем такие позы с прогибом назад, как двипада-питха (поза стола) и бхуджангасана (поза кобры), движение ребер поднимает грудь и приводит к прогибу позвоночника назад. Если вы сознательно объединяете наклон назад со вдохом, как это показано на рисунке 3, движение становится проще и эффективнее. (В отличие от наклонов вперед, которые делаются только на выдохе, в некоторых позах с прогибом назад дыхание произвольное. Об этом речь пойдет позже.)

Рис. 3. Естественное дыхание при прогибе назад на примере двипада-питхи (1) и бхуджангасаны (2).

Повороты тоже тесно связаны с определенной моделью дыхания. Когда позвоночник и ребра поворачиваются вокруг вертикальной оси, расстояния между ними уменьшаются и область живота слегка сдавливается. При этом диафрагма поднимается вверх. Поэтому, если мы сочетаем начало движения с выдохом, как показано на рисунке 4, мы следуем естественной модели дыхания.

Рис. 4. Начиная матсьендрасану (полуповорот спины) с выдоха, мы следуем естественному дыхательному ритму.

Правила сочетания дыхания и движения в своей основе просты: когда тело сжимается, мы выдыхаем, когда оно растягивается – вдыхаем. Исключение составляют случаи, когда мы вносим в естественный ритм дыхания изменения, желая достичь определенного эффекта. Как я уже говорил, мы не просто вдыхаем и выдыхаем безо всякого внимания, а следим за тем, чтобы дыхание порождало движение. Темп движений задается ритмом дыхания. Со временем соединение дыхания с движением начинает происходить само собой.

Существуют разные методы, позволяющие стимулировать осознанное наблюдение за дыханием и движением и избегать бездумных повторений. Один из хороших способов – делать короткую паузу после каждого движения. Например, мы на вдохе поднимаем руки вверх и на секунду останавливаемся. Затем на выдохе опускаем руки вниз и снова делаем секундную паузу. Остановка в конце каждого движения помогает удерживать внимание на дыхании и движении. Если мы теряем бдительность, практика становится механической, и это уже не йога.

Полнота дыхания

Помимо стремления научиться сознательно управлять дыханием во время выполнения асан, у нас есть еще одна задача – сделать свое дыхание (как вдох, так и выдох) полнее и глубже, чем обычно.

Движение диафрагмы во время дыхательного цикла показано на рисунке 5. Из спокойного состояния (А) диафрагма при вдохе перемещается вниз (Б). После заполнения легких диафрагма возвращается в исходное положение (В). Глубокий вдох расширяет грудную клетку (Б), поднимая ребра и таким образом сдвигая диафрагму вниз и заставляя позвоночник в этой области слегка распрямляться. При глубоком выдохе возникает обратный эффект: передняя часть живота втягивается к позвоночнику, диафрагма поднимается, и спина возвращается в начальное положение.

Рис. 5. Движение диафрагмы и грудной клетки во время дыхательного цикла.

Многие люди дышат только животом, без расширения грудной клетки.

Другие практически не используют диафрагму, ограничивая свое дыхание верхней частью груди. Очень закрепощенные люди и астматики во время дыхания иногда почти не могут двигать животом или ребрами. Техника достижения более полного дыхания состоит в сознательном расширении груди и живота на вдохе и сознательном втягивании живота на выдохе.

Это простое дыхательное упражнение, которое будет описано ниже, плюс объединение дыхания и движения позволяют повысить качество нашей практики йоги.

Я предлагаю во время вдоха наполнять сначала грудь, потом живот, а во время выдоха в первую очередь освобождать живот, а в последнюю – верхние доли легких¹⁰.

Это противоположно принципам дыхания, которые преподаются во многих школах йоги. Большое преимущество предлагаемой мною техники в том, что она помогает растягивать позвоночник и распрямлять спину. Когда мы начинаем вдыхать, ребра поднимаются, и позвоночник, к которому они прикреплены, тянется вверх и слегка распрямляется. При другой технике дыхания, когда воздух сначала наполняет живот, а потом грудь, живот расширяется так сильно, что это препятствует расширению грудной клетки и, в результате, позвоночник растягивается не достаточно.

Кроме того, при таком способе дыхания органы, расположенные в полости живота, сдавливаются вниз, в отличие от нашего метода, при котором благодаря подъему грудной клетки диафрагма получает возможность свободно двигаться. Поскольку нас интересует дыхание, которое помогает движениям тела и не мешает растягиванию позвоночника, лучше всего использовать дыхание «грудь – живот». Попробуйте оба способа и почувствуйте разницу.

Дыхание – разум тела

Давайте продолжим исследование возможности чувствовать дыхание при вдохе и выдохе. Это то, что позволяет постепенно улучшить качество дыхания во время выполнения асан.

Во время выполнения асаны наше внимание должно быть направлено на центр дыхательного движения. Например, при вдохе основное действие направлено от верхней части груди к пупку, а при выдохе действует в основном живот. Наше внимание должно быть сконцентрировано на этих процессах. Сознательное наблюдение за дыханием – это форма медитации, в которой мы стараемся полностью слиться с движением. Это то самое внимание к действию, о котором говорилось ранее. Тот, кто овладеет этим, может направлять свое внимание и на любую другую деятельность.

Чтобы вызвать хорошее, ровное ощущение дыхания, мы сужаем поток воздуха в горле, производя при дыхании легкий звук, как если бы в горле был клапан, который мы слегка прикрываем для контроля за дыханием. Показатель качества этого контроля – издаваемый нами звук, который со временем становится очень тихим и уже не требует никаких усилий и не вызывает ни малейшего напряжения. Когда вы овладеете техникой, звук будет издаваться и при вдохе, и при выдохе. Эта техника (ее называют «уджджайи») позволяет нам не только чувствовать, но и слышать, как дыхание становится глубже и продолжительнее.

Данный метод имеет два преимущества. Во-первых, у нас возникает более тесный контакт со своим дыханием, и это позволяет нам быть более внимательными во время практики асан. Во-вторых, звук говорит нам, когда мы должны закончить выполнение асаны или перейти к следующей. Если нам не удается поддерживать тихий, ровный, спокойный звук, значит, мы перезанимались. Так что качество дыхания – это самый ясный показатель качества выполнения асан.

Еще одна техника, позволяющая углубить нашу практику и сделать ее более интенсивной, состоит в увеличении естественных пауз между выдохом и вдохом, а также между вдохом и выдохом. После выдоха мы задерживаем дыхание и сохраняем неподвижность; то же самое делаем после вдоха. Время задержки дыхания имеет очень большое значение. Если пауза после вдоха или выдоха слишком велика, тело начинает протестовать.

Для безопасного знакомства с данным методом нужно следить за тем, чтобы задержка дыхания никак не нарушала протекание вдоха и выдоха. Допустим, обычно, исполняя асану, мы можем, не испытывая дискомфорта, вдыхать в течение пяти секунд и столько же выдыхать. Предположим, мы попытаемся после выдоха задержать дыхание на пять секунд. При этом кто-то из нас может заметить, что следующий вдох приходится делать быстрее. Это ясно показывает, что он еще не готов к такой технике задержки дыхания. Если задерживать дыхание слишком долго, это отрицательно скажется на вдохе или на выдохе, или и на том, и на другом. Прежде чем пользоваться какой-то техникой, убедитесь, что вы к ней готовы. Не забывайте, что йога – это практика беспристрастного самонаблюдения.

Как бы красиво мы ни выполняли асану, каким бы гибким ни было наше тело, пока мы не достигли единства тела, дыхания и ума, мы не можем говорить, что занимаемся йогой. Что же такое, в конце концов, йога? Это нечто такое, что мы ощущаем внутри, в самой глубине своего естества. Йога – это не внешний опыт. Мы стремимся к тому, чтобы уделять максимальное внимание всему, что делаем. Йога не похожа на танец или театр. Мы не делаем что-то напоказ. Выполняя асаны, мы сами наблюдаем за тем, что мы делаем и как мы это делаем. Это делается только для себя. Мы одновременно являемся наблюдателями и объектом наблюдения. Если во время занятий мы не уделяем себе достаточно внимания, мы не можем называть свои действия йогой.

Кришнамачарья в возрасте 79 лет демонстрирует принципы «бримхана» и «лангхана» на примере вирабхадрасаны и пашчиматанасаны.

4
Тщательное планирование практики йоги

Как нам воплотить на практике принципы «стхира» и «сукха» – состояние спокойной внимательности, легкости и комфорта, необходимое для хорошей практики йоги? «Йога-сутры» иллюстрируют концепцию стхира – сукха с помощью прекрасного образа из индийской мифологии. Говорится о пребывающем в океане царе змиев Ананте, чье свернутое кольцами тело образует удобное ложе, на котором возлежит бог Вишну. Тысяча голов змея поднимается над Вишну, защищая его, как зонт. И на этом зонте покоится наша земля.

Тело змея достаточно мягко и нежно (сукха), чтобы служить ложем, и, одновременно, достаточно твердо и устойчиво (стхира), чтобы поддерживать всю землю. Мы должны стремиться привнести те же качества мягкости и устойчивости в свою манеру выполнения асан, чтобы пребывание в асане требовало от нас все меньше усилий.

Для того чтобы достичь стхиры и сукхи, наша практика йоги должна быть разумной и хорошо структурированной. Чтобы заниматься асанами (так же как и для всего остального в жизни), необходимо иметь начало координат. Начальной точкой для этой практики является условие нашего полного присутствия здесь и сейчас. Соблюдение этого условия помогает нам узнать о своем состоянии все возможное, чтобы мы могли шаг за шагом, в соответствии со своими возможностями, продвигаться в практике.

Планирование практики йоги в соответствии с идеями «Йога-сутр» – это то, что принято называть «виньяса-крама». Крама означает «шаг», ньяса – «опускание (ноги)», а префикс ви переводится как «особым образом». Концепция «виньяса-крама» говорит нам, что недостаточно просто сделать шаг – нужно сделать его в правильном направлении и правильным образом.

Виньяса-крама объясняет, какова правильная организация курса йоги. Это фундаментальная концепция йоги о построении последовательного и разумного плана занятий, которую необходимо применять везде, будь то практика асан, пранаямы или какого-нибудь другого аспекта йоги. Мы принимаем за точку отсчета свое состояние на данный момент и ставим определенную цель. Потом мы выбираем шаги, которые приведут нас к этой цели, а затем плавно вернут к нашей повседневной жизни. Но после занятий мы возвращаемся уже не в то состояние, в котором были до начала. Практика меняет нас.

Знаменитому йогу древности Вамане приписываются слова, что нельзя освоить асаны йоги без виньясы. Концепция «виньяса-крама» полезна применительно не только к йоге, но и ко всем задачам нашей повседневной жизни.

Чтобы воплотить в своих занятиях асанами принцы «стхира» и «сукха», нужно сначала понять, какие шаги необходимо предпринимать, чтобы подготовить свое тело, дыхание и внимание к той асане, которую вы выбрали. Помимо прочего, вы должны разобраться, существует ли опасность возникновения (сразу или впоследствии) в результате практики этой асаны проблем, и, если она существует, следует определить, какие позы необходимы, чтобы поддерживать сбалансированное состояние дыхания и тела.

Компенсирующие позы

Йога учит, что каждое действие дает два результата – положительный и отрицательный. Поэтому так важно быть внимательным к своим действиям. Мы должны быть в состоянии распознать положительные и отрицательные эффекты, чтобы усилить первые и нейтрализовать вторые. В соответствии с этим принципом, в своих занятиях асанами мы используем те или иные позы, чтобы компенсировать возможные негативные эффекты некоторых сложных асан. Эти компенсирующие позы называют пратикриясанами¹¹.

Давайте рассмотрим пример со стойкой на голове. Многие люди говорят, что не могут и дня прожить без ширшасаны (стойки на голове). Они с самого утра или перед сном по десять минут стоят на голове и прекрасно себя чувствуют. Многие из них не делают никаких подготовительных упражнений. Они просто стоят на голове, а потом встают на ноги. И часто они долго не замечают, что эта асана может повлечь за собой негативные последствия. Хотя стойка на голове полезна, потому что компенсирует обычное действие гравитации на тело, но во время выполнения этой асаны тело всем своим весом давит на шею. Наша тонкая шея, предназначенная для того, чтобы держать одну только голову, теперь вынуждена поддерживать все тело. Поэтому после стойки на голове крайне необходимо выполнять упражнения, компенсирующие ее негативные эффекты. Если мы этого не делаем, может возникать ощущение головокружения, в шее может появиться непроходящее напряжение или, что еще хуже, позвонки могут разрушаться или смещаться, зажимая нервы, что приводит к сильным болям. К сожалению, это довольно часто происходит с теми, кто не уделяет должного внимания компенсирующим позам, призванным уменьшить негативные последствия стойки на голове.

Я снова и снова сталкиваюсь с тем, сколько вреда может принести неверный подход к практике йоги. Правильное выполнение асан – это не только продвижение шаг за шагом к намеченной цели. Это еще и умение возвращаться к состоянию, в котором мы можем спокойно продолжать свою повседневную работу, не чувствуя никаких негативных последствий практики.

Когда я коснулся необходимости компенсирующих поз, мне вспомнился интересный случай. У меня есть два брата. Когда мы были детьми, в нашем саду росла очень высокая кокосовая пальма. Мой старший брат все время говорил мне и второму брату, что он умеет взбираться на такие высокие деревья. В конце концов мы велели ему показать нам, как он это делает. Я до сих пор помню, как мы дразнили его: «Давай лезь!» Кончилось тем, что он полез на это дерево. Карабкаться вверх было довольно просто, но когда брат захотел спуститься, оказалось, что он не знал, как это сделать, чтобы не упасть. Вокруг не было никого, кто мог бы ему помочь, и брату пришлось просидеть на дереве довольно долго.

Тот же самый принцип относится и к выполнению асан: недостаточно взобраться на дерево, надо еще и спуститься с него. Если мы делаем стойку на голове, то должны быть в состоянии без проблем вернуться в нормальное положение. Очень важно компенсировать стойку на голове противоположной позой, например стойкой на плечах (сарвангасаной), чтобы разгрузить шею.

Для любой асаны можно подобрать несколько компенсирующих, в зависимости от того, где создается напряжение. Каждый раз, когда после асаны чувствуется избыточное напряжение в какой-то части тела, мы должны попробовать снять его с помощью компенсирующей позы – самой простой асаны, которая уменьшает напряжение в этой области. Поза, противоположная сильному наклону вперед, – легкий наклон назад. И наоборот, после сильного прогиба назад следует сделать небольшой наклон вперед. Еще раз повторяю, что компенсирующие позы нужны для того, чтобы вернуть тело в нормальное состояние и убедиться, что напряжение не переносится в следующую позу или в обыденную жизнь.

Таким образом, один из путей реализации концепции «виньяса-крама» в ваших занятиях – это выстраивание последовательности асан в соответствии с принципом двойных эффектов. Присущая виньяса-краме постепенность должна иметь место как в выполнении каждой отдельной асаны, так и в развитии всей практики.

Организация занятия

Сейчас мы разберем, как планировать последовательность выполнения асан. Построение занятия должно основываться на наших текущих потребностях, долгосрочных целях и на том, чем мы собираемся заниматься после выполнения упражнений. Комплекс асан, предназначенный для подготовки тела к игре в теннис, будет отличаться от цикла, необходимого человеку, которому требуется сохранять внимание в напряженной обстановке, или от практики, рассчитанной на то, чтобы помочь людям с хронической бессонницей хорошо расслабиться, прежде чем лечь в постель.

Существует бесчисленное количество асан и, кажется, столько же книг о них. Как начать выбирать для себя позы? Список асан бесконечен, потому что тело обладает огромной гибкостью, которая дает практически неограниченные возможности в плане разнообразия поз. Только от самого ученика, в зависимости от его образа жизни и целей, зависит, стоит ли ему выполнять много асан или достаточно лишь нескольких, и каких именно. Разным людям нужны разные асаны. Например, у многих из нас настолько напряжены ноги, что требуется делать много упражнений в положении стоя. В то же время танцоры с подвижными, хорошо сформированными ногами обладают такой гибкостью, что им незачем тратить много сил на стойки. При всем разнообразии асан нам совершенно не обязательно выполнять их все. Гораздо важнее найти подходящее нам направление практики и спланировать отвечающий нашим потребностям комплекс упражнений, который позволит обрести качества, необходимые для практики асан. Для того чтобы сделать правильный выбор, очень важна помощь учителя.

Каждый день наши занятия будут начинаться с нового места. Поначалу осознать эффект упражнения может быть непросто, но чем глубже вы будете погружаться в занятия йогой, тем лучше вы будете понимать, как анализировать свое состояние и как каждый раз находить свою новую точку отсчета. Ситуация, в которой мы начинаем занятия, постоянно меняется. Например, вчера я повредил колено, поэтому сегодня утром не могу сидеть со скрещенными ногами. Тогда я буду делать упражнения, помогающие расслабить колено. Очень важно наблюдать за своим состоянием и перед занятием, и в ходе его. К примеру, когда мы делаем наклон вперед из положения стоя, мы прислушиваемся к тому, есть ли напряжение в ногах и в спине. Если вы обращаете внимание на свое тело, то все становится очень просто. Научившись обследовать себя и определять свое начальное состояние, мы можем получать от занятий максимально возможную пользу.

Когда вы определяете, с чего начать занятие, следует помнить о некоторых принципах. Прежде чем приступить к выполнению асаны, мы должны быть уверены, что тело к ней готово. Например, если мы с утра попытаемся сразу же сесть скрестив ноги, не проанализировав состояние своего тела и не подготовив ноги должным образом, мы рискуем повредить колени. Тело можно подготовить легкими разогревающими упражнениями. Не стоит начинать занятие с прогибов назад или поворотов. Начинать всегда следует с самых простых асан – поз с естественными наклонами вперед или удобными подъемами рук и ног. Начиная с простейших поз, мы постепенно продвигаемся к более сложным.

На рисунке 6 показаны некоторые асаны, с которых хорошо начинать практику йоги. Это тадасана (поза горы), уттанасана (наклон вперед), апанасана (поза для выпускания газов), вертикальная ваджрасана (поза молнии). На рисунке 7 изображены позы, с которых начинать практику не следует. Это ширшасана (стойка на голове), триконасана (поза треугольника), дханурасана (поза лука) и халасана (поза плуга).

Рис. 6. Асаны для начала практики: тадасана (1), уттанасана (2), апанасана (3) и вертикальная ваджрасана (4).

Рис. 7. Некоторые асаны слишком сложны, чтобы начинать с них практику. Это ширшасана (1), триконасана (2), дханурасана (3) и халасана (4).

Асаны можно выполнять двумя способами. Первый – динамический, когда мы несколько раз входим в асану и выходим из нее в ритме дыхания. Второй – статическая техника: мы входим в асану и выходим из нее так же, как в динамическом варианте, но, вместо того чтобы постоянно двигаться вместе с дыханием, мы удерживаем позу на протяжении нескольких дыхательных циклов, концентрируя внимание на дыхании, определенных участках тела или и на том, и на другом (это зависит от целей, ради которых мы выполняем данную асану). Динамический способ позволяет телу постепенно привыкнуть к позиции. Поэтому всегда лучше начинать с динамического варианта и только потом пытаться удержать позу.

Динамическая практика имеет и другие важные преимущества. Например, есть много поз, оставаться в которых длительное время для начинающих очень сложно. Опытные практикующие, в свою очередь, при статической практике часто приобретают привычку фокусировать внимание на фиксации тела в определенной позе, вместо того чтобы по-настоящему работать над асаной и исследовать ее возможности. Динамический способ выполнения упражнений дает больше возможностей довести дыхание до определенных частей тела и усилить эффект занятий. Таким образом, динамическая практика не только помогает подготовиться к трудным статическим положениям, но и делает выполнение той или иной асаны более интенсивным или придает ей особую направленность. Поэтому динамические варианты асан должны быть существенной частью каждого вашего занятия йогой, вне зависимости от того, являетесь ли вы новичком или более опытным практикующим.

Рисунки 8 и 9 показывают последовательность действий в динамическом варианте выполнения упражнений. Пашчиматанасана (наклон вперед из положения сидя), показанная на рисунке 8, выполняется без остановок; ученик плавно перемещается из положения 1 в положение 2 и обратно, повторяя эти движения несколько раз в ритме дыхания. Только после того, как вы подготовили тело таким образом, имеет смысл переходить к статическому выполнению этой асаны, то есть оставаться в одном положении на протяжении нескольких дыхательных циклов.

Рис. 8. Динамическое выполнение пашчиматанасаны.

На рисунке 9 показана более сложная последовательность. Во время выполнения паршва-уттанасаны (наклона вперед из положения стоя) мы на вдохе переходим из первого положения во второе, а на выдохе из второго в третье. Затем мы на вдохе возвращаемся в положение 2, на выдохе переходим в положение 3 и далее делаем еще несколько циклов (3, 2, 3, 2). В конце мы на выдохе возвращаемся в положение 1. Можно выполнять менее сложный вариант этой динамической практики, повторяя в каждом цикле всю последовательность (1, 2, 3, 2, 1).

Рис. 9. Динамическое выполнение паршва-уттанасаны.

В динамической практике число повторений цикла зависит от индивидуальных потребностей и запросов. Когда мы делаем наклон вперед из положения стоя, может появиться усталость в ногах или напряжение в спине. Эти симптомы ясно показывают, что мы перезанимались, но они появляются слишком поздно, чтобы служить надежным первым предупреждением о приближении к границе своих возможностей. Только дыхание может предупредить нас об этом заранее. Я уже говорил, что показателем того, что мы находимся в пределах своих физических возможностей, является способность дышать спокойно. Как только нам приходится делать быстрый вдох носом или ртом и мы не способны производить тихий, ровный горловой звук, нужно прервать упражнение. (Если вы делаете асимметричную асану, число дыханий с каждой стороны должно быть одинаковым, и это нужно учитывать, когда вы заканчиваете выполнение позы.) Постепенно мы будем становиться более выносливыми и сможем увеличивать число повторений любой позы.

Если, выполняя цикл асан, мы хотим задержаться в какой-то из них, то мы сможем достичь лучшего результата, если сначала сделаем ее динамически. Если мы выбрали освоение какой-то асаны как долгосрочную цель, выполнение ее динамических вариантов будет лучшей помощью в достижении этой цели. В дополнение к этому нужно при всякой возможности динамически выполнять компенсирующие позы, чтобы уменьшить риск возникновения в теле новых зон напряжения.