Kitobni o'qish: «Славянский бестиарий. Кто прячется в лесах, болотах и полях»

В оформлении книги использованы материалы с Shutterstock

Иллюстрация на обложке kangusha

© Буслаева С.В., текст, 2026

© kangusha, иллюстрация, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Предисловие

Древней религией славян испокон веков было язычество. Оно охватывало все сферы жизни и напоминало: сверхъестественные силы незримо присутствуют рядом и участвуют в делах людей. С распространением христианства эта гибкая, свободная система трансформировалась и оказалась заключена в рамки новых ценностей.

«Славянский мир» никогда не был единообразным и складывался из множества локальных традиций, сосуществовавших и постоянно взаимодействовавших с соседними культурами. Сегодня исследователи делят славян на три группы:

• восточных (русских, украинцев и белорусов);

• южных (болгаров, сербов, черногорцев, хорватов, словенцев и македонцев);

• западных (поляков, чехов и лужичан).

Границы между группами смещались, и внутри каждой существовали свои региональные традиции и особенности.

Принятие христианства придало мифологическим представлениям многомерность: языческие верования не исчезли, а стали частью обрядов, легенд и образов – как старых, так и новых.

Герои этого бестиария (домовые, лешие, водяные, русалки, хала, волколаки и многие другие) – персонажи славянской мифологии и фольклора, обладающие яркой многогранностью. Первые записи о многих из них были сделаны исследователями только в XVIII–XX веках, но корни происхождения персонажей уходят в древность. Эти образы не просто пережили смену эпох, но приспособились и обрели новые особенности. В этом бестиарии вы увидите, как исконные верования переплелись с новыми веяниями и образовали уникальный пласт славянских сверхъестественных существ.

Нечисть

Албаста

Воплощение неудержимой мощи природы. В зависимости от места распространения относится как к женским духам (албаста), так и к мужским (албастый, лопастый). В Вятской губернии лопастым называли лесного духа, управляющего вихрями и порывистыми ветрами, а на Урале – мелких бесов, проказничавших на улицах.

Согласно архангельским поверьям, албаста – женский демонический персонаж, связанный с водной стихией. Обитала в камышовых зарослях около болот и заболоченных мест. Описывали ее как страшную северорусскую русалку: пугающего вида нагая лохматая женщина высокого роста, с огромными грудями, которые она во время ходьбы закидывала за плечи, и длинными косматыми волосами, что волочились по земле. Как и русалки, албасты очень подвижные существа: любят сидеть у водоемов и расчесывать волосы, а во время русальной недели ловят девушек, вовлекают в хоровод и утаскивают на дно водоемов и болот.

Любимая забава албаст – отлавливать случайных прохожих и щекотать их до смерти: «Ростом лобаста – как эта осина, тело белое, что заячий пух, а ручищи – словно крыльё с красным когтем: словит да этим когтем, хоть и нежен он, что костянка, а защекочет до смерти».

При этом поведение албаст порой описывалось как человекоподобное. Это связано с представлениями о заложных покойниках: согласно некоторым поверьям, в албаст превращались души умерших некрещеных детей, девушек-утопленниц или скончавшихся до свадьбы, из-за чего албасты сохраняли повадки людей, которыми некогда были.

Чаще албасты выступали как вредоносные существа, которым приписывались разнообразные способности: они насылали дождь и град, поднимали сильный ветер, вызывали ночные кошмары и болезни. В некоторых регионах, к примеру в Саратовской и Астраханской губерниях, верили, что албасты способны принимать вид грозовых туч: их тело обретало неясные очертания серого цвета.

Подчинить албасту можно, завладев принадлежащим ей предметом, – часто речь идет о волосе. По другим источникам, в одежду албасты надо воткнуть иглу – так она станет подвластна человеческой воле и поспособствует обогащению хозяина.

Вила

Женский дух из южнославянской мифологии, по ряду признаков схожий с восточнославянской русалкой и западнославянскими богинками. В народных поверьях болгар вилы покровительствовали утренней росе, необходимой для удачного урожая, – выливали влагу на нивы [поля, возделанные для посева и засеянные хлебом], после чего хлеба колосились.

Вилы преимущественно представали красивыми девушками с длинными волосами, в белых одеждах до земли с золотым поясом, босые и с лебедиными крыльями. По некоторым сербским поверьям, такие длинные одежды скрывали козьи или ослиные ноги. В различных быличках [жанр фольклорной несказочной прозы, краткие рассказы о встрече человека с нечистой силой] встречаются и другие демонические черты: отвратительный запах, рога или груди, свисающие до земли, – однако распространение получило именно представление о духах в облике прекрасных девиц.

Считалось, что днем вилы не видны человеческому глазу, разглядеть их можно только в полночь. Характерной особенностью духов стала общность – девы всегда появляются небольшими группами: они водят хороводы и поют, трапезничают на перекрестках дорог и моют волосы в водоемах. Так как вил невозможно увидеть днем, человек легко попадал в их ловушку, случайно переступая границу места их пребывания. Тогда вилы могли проявлять жестокость: на обидчика насылали болезни, исцелить которые возможно только магическим способом. Для этого на место столкновения с духами приносили сладкие угощения с просьбой излечить больного, называя вил «сестрами» и «матерями».

Иной раз люди по воле случая оказывались втянуты в танец вил – так называли бури. Считалось, что во время такой круговерти вилы неистовствуют: болгары называют это «юда», сербы и македонцы – «самовила». Вихрь поднимает человека высоко над землей и иссушает до смерти. Одолеть птицедев возможно: если отнять крылья, они обратятся смертными девушками.

Другая характерная черта вил – предрасположенность к оборотничеству: считалось, что они могут обращаться в лебедей, соколов или даже волков. По другим поверьям, вилы способны оборачиваться частично – птицами с девичьей головой.

Несмотря на проявления жестокости, по народному убеждению, вилы относились к людям благосклонно, одаривая поля живительной влагой и урожаем. По редким поверьям, вилы защищали сирот, приносили счастье и помогали в хозяйственных делах.

Богинки

Нечистые духи в женском обличии, вредящие беременным женщинам и детям. Представления о богинках распространены на территории Польши, а также польско-украинских и польско-словацких пограничьях.

Происхождение богинок связывают с «нечистыми» покойниками: женщинами-самоубийцами; умершими во время родов или в послеродовой период; детьми, умерщвленными матерями, ведьмами, грешниками и старыми девами. Духами могли стать и украденные богинками дети и девушки.

Обитают богинки в основном у водоемов, болот, в норах и пещерах. С весны по осень они на поверхности, с наступлением морозов уходят под воду. Временем разгула богинок считался полдень и время после заката. Особенно опасны они для женщин – беременных, рожениц и в послеродовой период. Богинки заманивали их танцами, зазывали ласковым голосом по имени, и если же женщина поддавалась, то таскали ее по полям, били и всячески измывались. Помимо этого, богинки насылали на рожениц болезни, отнимали у них молоко, а по ночам крали ребенка прямо из утробы. Похищенное дитя вскармливали своим молоком, обращая в демона, а затем подменяли.

Изображают богинок в облике трех или двенадцати безобразных женщин: высокие, худые, бледные, с обвисшими грудями и вздутым животом. У них длинные спутанные волосы до самой земли. Им также приписывают зооморфные черты: гусиные или куриные ноги, клыки или орлиный нос. Богинки могут обращаться как в животных – собак, кошек и лягушек, – так и принимать облик бестелесный: туман или пар над водой.

Богинки способны рожать самостоятельно. По поверьям, обычно у них появлялись только девочки, если же рождался мальчик, то он вырастал водяным. Мужьями богинок становились обольщенные ими мужчины, хотя существует поверье, что богинки способны зачать лишь от вихря и ветров.

Бука

Демоническое существо без определенного облика. По фольклорным сюжетам, бука обитал в темных уголках дома или глухом лесу. Представления о буке повсеместны, а сюжетами с упоминанием схожего образа богаты многие мировые культуры (к примеру, жихарь или ламия). С этим персонажем связаны страшилки для нерадивых детей.

Несмотря на то что бука не имел конкретного воплощения, в поверьях и быличках ему приписывались длинный язык, огромный рот, лохматость; наличие горба, кривизны или хромоты. «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» указывает, что «народная фантазия, олицетворяя буку, изображает его с огромным открытым ртом и с предлинным языком, которым хватает детей и, бросив в глотку, пожирает их. Бука, по поверию, ходит только ночью, около дворов и домов, и уносит попадающихся ему детей».

В восточнославянской культуре бука – воплощение маленького вредоносного демона, которого видели только дети, отчего бука нападал на них по ночам и пакостил: хватал за ноги, пытался затащить под кровать и стащить одеяло. Больше всего бука боялся дневного света и веры взрослых людей: считалось, если человек в расцвете лет искренне поверит в буку, тот погибнет.

Игоша

Демоническое существо, популярное преимущественно у восточных славян. В игошу обращалась душа мертворожденного или некрещеного младенца, так как до крещения человек считался «нечистым». Мертворожденные или загубленные матерями младенцы относились к заложным покойникам, поскольку их души не упокаивались после смерти.

Владимир Даль в своей работе «О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа» описывал игош как «уродцев, без рук без ног, родился и умер некрещеным». По своим характеристикам игоша напоминал домовых: обитал то тут, то там и проказничал, особенно если кто-то не признавал его и не выкладывал для него за столом ложку и хлеб. Вместе с тем игоша мог и помогать по хозяйству, если его умасливали вниманием.

Помочь некрещеной душе младенца можно на Троицкой неделе, или в Семик [восточнославянский праздник весенне-летнего календарного периода; отмечается на седьмой четверг после Пасхи, за три дня до Троицы], когда поминают умерших или мертворожденных. Женщина, ребенка которой постигла такая судьба, должна взять двенадцать крестиков (по числу апостолов) и раздать детям. Тогда, по представлениям людей, апостолы помолятся за умерших детей и двенадцать душ будут спасены.

Злыдень

Восточнославянский демонический персонаж, олицетворяющий беду и несчастливую судьбу. Его часто представляют как мелкого невидимого демона, который живет в доме и вредит людям. Злыдень запрыгивал на плечи человеку и приносил во все его действия неудачу: хозяйство приходило в упадок, на людей обрушивались болезни и нищета. Поэтому злыдней порой сравнивают с недолей.

В белорусской традиции злыдень – невидимая глазу обывателя женщина без языка, глаз и ушей. В иных местах его представляли как безобразное облезлое животное, скрывающееся за печкой. Порой этому несуразному существу приписывалось ношение сапог и шапок-ушанок. Согласно украинской версии, злыдень – дряхлый старик или растрепанная старуха в рваном платье.

Избавиться от влияния злыдней очень сложно, так как для людей они невидимы. Для этого их нужно отловить и запереть в отдельном помещении. Герои быличек часто справляются со злыднями хитростью: заманивают в мешок, завязывают, а затем бросают в болото или закапывают. Существует поверье, что если оставить пойманного злыдня на пороге, то он перейдет к тому, кто его освободит.

Полудница

Демонические полевые духи, олицетворение солнечного удара. Этот женский персонаж распространен в мифологии восточных и западных славян. Внешность полудниц может меняться в зависимости от региона. К примеру, на Русском Севере полудницу представляли как высокую девушку, одетую в белые блестящие одежды до земли и со сковородой в руках. У лужичан полудницы появлялись с серпом – их называли серповницами. Частой характеристикой стало наличие пышной груди и длинных волос.

Однако на польско-украинском пограничье полудница изображалась как взлохмаченная старуха с пожелтевшими зубами. В Сургутском же крае ее описывали как обросшую волосами с огромными грудями, которая «косит» людей, если те в полдень остаются на поле.

Согласно поверьям, полудницы происходят от заложных душ грешников и ведьм. Они появлялись посреди поля в полдень и привлекали внимание отдыхающих жнецов пением. Иногда полагали, что полудницы бывают добрыми и злыми. Добрая закрывала сковородой хлеб и травы от жаркого солнца; злая обратной стороной сковороды прижигала верхушки злаков. Отсюда еще одно ее имя – сковородица. Полудницы охраняют поля от людей, чтобы они в определенный период времени не мяли хлеба. Детей также пугали полудницами: «Не ходи на рожь – полудница обожжет».

Особенно сурово полудницы поступали с теми, кто работал в поле после полудня. На таких людей они насылали солнечный удар, могли защекотать до смерти или даже свернуть шею. Поэтому в народе строго запрещалось в полдень сеять, жать и оставлять в поле детей без присмотра. Чтобы спастись от полудниц, нужно до двенадцати часов дня рассказать ей обо всех сельскохозяйственных работах с момента посева до, к примеру, изготовления полотна.

Полуночница

Полуночники, или ночницы, – ночные представители нечистой силы, которые преимущественно охотятся за новорожденными некрещеными детьми. Именно ночницы вызывают бессонницу, насылая на готовящихся ко сну людей тревогу и беспокойства. В народе верили, что полуночники вынуждают детей кричать и плакать по ночам.

Проникают в дом ночницы через открытые окна и дверь, пролезают под колыбелькой или даже в нее и дергают, щиплют, пинают и бьют детей, отчего те плачут и не могут заснуть. В ночниц обращаются нечистые души ведьм, если те умирали, не оставив потомства.

У полуночников нет определенного облика. Чаще всего их изображали как женщин. В некоторых областях, к примеру в Архангельской губернии, встречалось представление, что ночницы – двенадцать сестер, которых можно прогнать только с помощью молитв и ритуалов. Так, детей купали в специальных отварах или окуривали помещение с люлькой этими же растениями.

В сербском фольклоре ночницы – уродливые старухи в черных одеждах. У хорватов ночницы изображались с длинными когтями и волосами до земли. По редким польским данным, у ночниц могли быть атрибуты птиц или даже летучих мышей.