Kitobni o'qish: «От контроля к доверию. Пошаговое руководство по осознанному родительству»

Shefali Tsabary

The Parenting Map

Step-by-Step Solutions to Consciously Create the Ultimate Parent-Child Relationship

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность

Copyright © 2023 by Shefali Tsabary.

Published by arrangement with HarperOne, an imprint of HarperCollins Publishers

© Сотникова Е. С., перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2024

* * *

Пусть эта книга послужит напоминанием

для всех нас, родителей, что наши дети никогда нам не принадлежат и мы не можем их контролировать, управлять ими, а также менять.

Их присутствие дано нам с единственной целью: разжечь революционный огонь внутри нас.

Обратим же на это внимание,

чтобы дать им свободу быть.

 
Мой ребенок…
 
 
Нет сильнее боли, чем боль в твоем сердце,
нет больше радости, чем твой триумф,
нет сильнее волнения, чем твое переживание,
нет больше отчаяния, чем твое бегство.
 
 
Нет эмоций таких же сильных, как те, что ты вызываешь,
нет опыта, который бы стоял рядом с опытом родительства,
нет дороги лучше, чем та, где ты рядом,
нет приключения ярче, чем наблюдать, как ты растешь.
 
 
Ты, мой дорогой ребенок, мой лучший учитель.
С тобой я учусь любить без контроля,
ухаживать без обладания
и воспитывать себя прежде, чем воспитывать тебя.
 
 
В твоем удивительном свечении я понимаю, что я никто,
но твое существование означает, что я все —
так же широка, как твое сердце,
так же безгранична, как твой потенциал.
 
 
Мне нечего тебе дать,
ведь солнце уже в тебе,
радужное и призменное,
неиссякаемое и неизмеримо сильное.
 
 
Да, я родила тебя и дала тебе дом,
но, без сомнения, именно ты дал мне жизнь
и пробуждение, которое было бы невозможно без тебя,
и поэтому именно ты мой великий спаситель души.
 

Предисловие

«Вообще не знаю, что делать! Знаю только, что, что бы я ни делала, это не работает!» Глаза Дианы опухли от слез беспомощности и отчаяния. Она вся ссутулилась, а ее руки неконтролируемо тряслись. Она говорила об испытаниях, через которые проходила со своим девятилетним сыном. Ребенок становился все более агрессивным и отстраненным. Она не знала, с чего начать. Может, эти изменения вызваны его зависимостью от социальных сетей? Или кругом его друзей? Или давлением в школе? Или доминированием его тренера по бейсболу? Или причиной была она и тот факт, что Диана занималась четырехлетней дочерью, у которой были свои трудности? В чем же дело? Как она могла исправить ситуацию? Диана устала от ежедневной борьбы, всех этих ссор и споров. Как же до этого дошло? Она была в тупике.

Отражением ее отчаяния была безысходность тысяч родителей, с которыми я успела поработать за эти десятилетия. Что уж там, в ее боли я видела и свое отражение. Я полностью понимала панику Дианы и страх потерять связь со своим ребенком. Ее слова были созвучны моему ощущению тупика в отношениях с моей дочерью Майей. Если вы родитель, уверена, вам тоже близко это состояние упадка сил, когда в безвыходной ситуации не знаешь, что делать. Или то тянущее чувство, что, как сильно бы вы ни старались, вы не сможете достучаться до детей так, как хотели бы. Диана достигла мертвой точки, она устала биться головой о стену. Она выгорела.

Как и Диана, большинство родителей стремятся улучшить или «починить» отношения со своими детьми. Для многих из нас эти отношения важнее всего. Если эта связь страдает, страдаем и мы. Мало что беспокоит нас больше, чем идущие наперекосяк отношения с детьми. Мы готовы сделать все, что угодно, чтобы помочь им чувствовать поддержку и заботу, но многие не знают, как достичь этого. Я искренне верю, что, независимо от возраста, расы и уровня дохода, каждый родитель испытывал муки, подобные терзаниям Дианы. Мы все там были. Такова природа родительства: часто возникает ощущение, что мы потерялись в море, не имея компаса.

Я помогла Диане, как и многим другим родителям, составить пошаговый план по восстановлению и обновлению ее отношений с сыном. Пробуя и ошибаясь, Диана смогла освоить новые стратегии и вывела свои отношения с сыном из хаоса в гармонию. Было очень приятно наблюдать за тем, как их отношения раскрывались, превращались в радостные и вдохновленные. Именно поэтому я так люблю помогать родителям становиться более осознанными, ведь это приводит к огромным изменениям в их отношениях с детьми. Быть свидетелем этих изменений – одна из высших наград.

В детстве моей дочери были дни, когда я чувствовала себя совершенно беспомощной и не знала, что делать. Мне казалось, что я не справляюсь с ролью матери, и чувствовала себя одинокой и ужасно виноватой. Цикл был предсказуем: она делала что-то, что мне не нравилось, я расстраивалась, кричала на нее или злилась, она плакала, я чувствовала себя виноватой. Чувство вины заставляло меня излишне потакать ей и стараться поскорее компенсировать нанесенную обиду, что позволяло ей пользоваться моей слабостью. Тогда я ослабляла подход, но она снова меня не слушала. Этот цикл был трагично предсказуем. Я чувствовала себя оторванной от нее и безнадежной. Более того, я чувствовала отчаяние и возмущение. Я знала, что это очень плохой знак. Мне необходимо было как можно скорее исправить ситуацию.

Вырваться из этого бесконечного негативного цикла и начать заново я смогла, создав подход осознанного родительства. Внедряя инструменты и стратегии этого невероятного метода, я стала постепенно возвращаться на путь к радостной и обновленной связи с дочерью. Благодаря карте осознанное родительство буквально спасло мои с ней отношения. Я больше не дрейфовала в море, у меня было четкое направление для построения сильного и глубокого взаимодействия со своим ребенком.

Я понимаю боль и радость родительства. На протяжении уже более двадцати лет как в личном, так и в профессиональном плане, я ежедневно сталкиваюсь с положительными и отрицательными аспектами этого явления. Наша любовь к детям может захватывать дух как своей безграничной широтой, так и разбивающей сердце тревогой. Это идеальная смесь пронзительного восхищения и огромного страха. Вот что наши дети делают с нашими душами: они неимоверно расширяют их, но в то же время выжимают все соки и бросают в них кинжалы. А затем уходят, даже не заметив этого.

Я никогда не думала, что такой коктейль из любви и страха возможен, пока не стала мамой. Я не понимала, что дети берут так много. Они истощают нас 24/7 не только финансово и энергетически, но также эмоционально и психологически. Дети влияют на нас со всех сторон: всегда рядом, постоянно и, возможно, всю жизнь. Я не понимала масштабов этой ноши, пока сама не стала мамой. До этого я и не догадывалась, что именно мне предстоит. Я верила телевизионной версии материнства: торты на день рождения, щенки и игры в парке.

Видите ли, никто не рассказывает о другой стороне родительства и о том, что происходит на психологическом уровне. Я не верю, что кто-то из нас знал о «темной стороне» до того, как стал родителем. Мы не подозревали обо всех тех ситуациях, в которые нас бросает воспитание ребенка, и как себя следует в них вести. Может быть, наших детей унижают в школе, они не справляются с учебой или не могут влиться в компанию сверстников. А может, они не хотят поступать в университет или сталкиваются с абьюзивным отношением со стороны сексуального партнера. Никто не дает нам инструкцию, что делать в таких случаях, не так ли? Нет, мы сами по себе. И уж точно никто не предупреждает нас, что мы можем чувствовать опустошение, когда дети отрицают нас, наше влияние, авторитет. Мы также не всегда знаем, что способны незрело реагировать на это отрицание. Нет, нас бросают в глубину этих сложных отношений – пожалуй, наиболее эмоциональных в нашей жизни, – без весла, спасательного жилета или карты.

Я помогаю родителям уже двадцать пять лет, держу их за руку в периоды взлетов и поражений. И все это время сама учусь смирению на опыте этих уникальных всесторонних отношений, которые ловко обнажают универсальность человеческого опыта. Как профессионал и мама, я разработала особый метод для помощи детям и родителям: осознанное родительство. Моя первая книга на эту тему, «Воспитание ребенка начинается с себя. Как осознанный подход помогает растить счастливых детей»¹, была опубликована в 2010 году. Она стала хитом продаж по версии New York Times, в предисловии были слова самого далай-ламы, ее одобрил Экхарт Толле, а Опра Уинфри назвала революционной. С тех пор я написала еще три книги-бестселлера о воспитании детей. Вы, наверное, думаете: а чем же эта отличается? Вот чем: мои предыдущие книги о родительстве отвечали на вопросы «что?» и «почему?». Эта книга отвечает на вопрос «как?». Меня много раз просили дать родителям инструкцию – пошаговое руководство для трансформации отношений со своими детьми. Что ж, вот и свод правил, которые они так ждали.

Видите ли, никто не рассказывает о другой стороне родительства и о том, что происходит на психологическом уровне. Я не верю, что кто-то из нас знал о «темной стороне» до того, как стал родителем. Мы не подозревали обо всех тех ситуациях, в которые нас бросает воспитание ребенка, и как себя следует в них вести.

Я не знаю, как было у вас, но, когда я начала воспитывать своего ребенка, я не имела об этом ни малейшего представления. Конечно, к тому моменту я уже помогла сотням родителей, но этот опыт почти не имел отношения к моему собственному. Ведь все разворачивается совсем по-другому, когда речь идет о своем ребенке, правда же? Мы можем быть экспертами в жизни других людей, но, когда дело доходит до собственной, все становится не так просто.

Я могу честно сказать, что, если бы я не следовала принципам осознанного родительства, то не только бы уничтожила чувство собственной значимости моего ребенка, но и сама была бы очень несчастным и неудовлетворенным человеком. Я написала эту книгу, чтобы дать вам то, чего не было у меня, когда я была молодой матерью: четкие инструкции о том, как быть родителем для своих детей.

Сразу предупреждаю: то, что вы сейчас прочитаете, изменит вашу жизнь. К тому моменту, как вы дочитаете эту книгу, ваш взгляд на самих себя и тех, кого вы любите, может перевернуться с ног на голову. Эта книга, скорее всего, будет нелегкой. Вы узнаете о себе что-то, что может разорвать ваш мозг на кусочки. Ничто не будет как прежде. Мне говорят, что так работают все мои книги. Почему? Они разрушают парадигмы, меняют культуру, трансформируют шаблоны. Они бросают вызов статусу-кво, задевают ваши ограничивающие убеждения и обнажают имеющиеся проблемы. Они уничтожают каждую нереалистичную фантазию в отношении вас, ваших детей и вашей жизни и заставляют сталкиваться с грубой реальностью. Мои книги пробуждают и призывают вырваться из высасывающих жизнь моделей поведения.

Мой читатель – смелый, бесстрашный и ищущий истину человек. А раз вы дочитали до этого момента, у вас уже есть все перечисленные качества. Не сдавайтесь, когда слова этой книги будут обнажать больные места и бить по ним. Сделайте паузу. Подумайте, что это вам дает. Слова должны провоцировать, волновать, изменять и заставлять вас думать и действовать по-новому. Наши дети заслуживают родителей, у которых достаточно смелости, чтобы уйти от старых моделей поведения и принять новые способы выстраивания отношений. Вы можете стать таким родителем. У вас в руках эта книга, значит, вы уже такой.

У нас, родителей, критично мало времени. Никогда еще нам не приходилось соревноваться с настолько быстро развивающимся технологичным миром. Наши родители боялись за наш будущий успех, но сегодня этот страх приумножен. Мир вокруг меняется так стремительно, что мы сами не успеваем за ним. Нас обуревают чувства беспомощности и ужаса. Что делать с этими страхами? Мы превращаем их в большие ожидания и давим на собственных детей, чтобы они становились еще более идеальными. Дети чувствуют это давление, еще как чувствуют! Доказательством тому служит статистика: ментальные расстройства встречаются все чаще. Наши подростки наносят себе увечья и совершают суицид в невероятных количествах. Тревожность и депрессия среди молодежи достигла небывалого уровня. Наши дети в беде, а мы часто чувствуем себя беспомощными наблюдателями.

Но на самом деле мы не бессильны и не должны просто уповать, что проблемы решатся сами по себе. Мы многое можем сделать, нужно только знать, как. Эта книга поможет. Она покажет, как убрать обломки и выстроить новый фундамент ваших отношений с детьми, тот, где вы, как родитель, будете чувствовать себя сильным и причастным. Если вы будете следовать прописанным в этой книге шагам, то постепенно (а иногда и тотчас же) увидите огромные перемены в ваших отношениях с детьми. Стратегии осознанного родительства станут маяком на пути из густых джунглей смятения, где вы, возможно, застряли, к новому взаимодействию с детьми.

Осознанное родительство не для слабых. Оно для смелых и отважных. Для тех, кто готов ломать модели и традиции, кто намерен разорвать привычный цикл и начать сначала, даже если это означает, что какое-то время придется быть одному. Как бы страшно ни было – а это страшно, не буду врать, – осознанное родительство обещает то, что никогда раньше не предлагалось: воплощение подлинной связи между вами и вашими детьми. Вы предстанете друг перед другом такими, какие вы есть, без необходимости опускаться до манипуляций и контроля. Осознанное родительство – это связь, где вы оба начинаете ценить себя. Если это то, чего вам не хватало, эта книга для вас.

Просто знайте, что, находясь здесь, вы уже сделали первый шаг к масштабной трансформации своего стиля воспитания детей и жизни. Просто придя сюда, вы объявили, что ваш статус-кво неприемлем. Помните, не все родители способны пойти на это. Но вы не просто откликнулись на призыв, вы реагируете на него.

Осознанное родительство способно дать каждому из нас то, чего мы всегда хотели: глубокое и постоянное чувство собственной значимости. Разве мы не мечтаем, чтобы нас видели и ценили за то, кем мы являемся? Каждый человек желает свободно проявляться в мир, без осуждения, вины или стыда. Наши дети тоже стремятся к этому, и осознанное родительство может научить вас, как дать им это. Когда ваших детей начнут воспринимать такими, какими они являются, независимо от ожиданий общества, можете быть уверены, что это лучшая награда, которую они могут получить.

Я благодарю вас от лица ваших детей.

Давайте начнем!

Введение

 
Связь с вашим ребенком не похожа на другие.
Она даст вам суперсилы
и одновременно разобьет сердце.
Она расширит вас до бесконечной безграничности
и в то же время совершенно раздавит.
Она зажжет и вдохновит вашу креативность и воображение
и вместе с этим уничтожит все фантазии и мечты.
Она будет главным учителем и трансформатором вашей души,
а также главным врагом, разрывающим ваше эго.
Она здесь, чтобы оживить вас,
поднять на неимоверные высоты
и при этом опустить на самое дно.
Только эта связь имеет такую силу,
ради которой вы позволите себе
такой уровень беспомощности.
 

Ваши отношения с ребенком отличаются от всех остальных по двум причинам: (1) Они являются вашей полной ответственностью с момента рождения ребенка до его полного взросления, а иногда и чуть дольше. (2) Нет двух одинаковых детей. Влияние этих двух аспектов делает отношения более сложными и запутанными. Чтобы они выживали и развивались, родителям нужно следить за ними, используя уникальный набор навыков и инструментов.

Поскольку ваши дети – это ваши дети, не важно, биологически или нет, они ваша основная ответственность. Поэтому уровень вашего вовлечения и вклада в их благополучие даже не обсуждается. Ни с кем больше у вас не будет такого контакта. Эта связь как дарит эйфорию, когда все хорошо, так и наполняет тревогой, яростью и болью, когда что-то идет не так.

Вы можете убежать от других взрослых. Дружба может резко прекратиться или постепенно сойти на нет. Отношения прекращаются. Случаются разводы. Но ваша связь с детьми? Никогда. Они ваши, что бы ни произошло. И у вас есть всего два варианта: осознанно принять трудный подъем в гору со всеми его пропущенными поворотами, крутыми склонами и истощением или упасть со скалы в острую бездну разобщения.

Вторая причина, по которой эти отношения отличаются от остальных, заключается в том, что они «дети». Я специально пишу это слово в кавычках. Дети – это уникальная категория людей. Они следуют иным правилам, имеют свое мышление и требуют кардинально другого подхода. Мне кажется, мы недооцениваем разницу между ними и нами. Мы думаем: «Ну что тут сложного? Они просто маленькие версии нас».

Дети – не мы в миниатюре. Да, они тоже люди, но на этом сходства заканчиваются. На всех других уровнях соответствий нет. Они совершенно другие. А мы, не имея инструментов для работы с этими отличиями, продолжаем все портить. Большинство взрослых не умеют общаться на детском языке. Вы когда-нибудь посещали занятия по детскому языку или изучали детскую психологию в университете? Конечно, возможно, кто-то из вас интересовался устройством психики ребенка, но это не то же самое, что иметь своих детей и исследовать их подход к жизни.

Чтобы начать путь роста и изменений, необходимо осознать, сколько всего мы не знаем. Никакой учитель не поможет студенту, который не хочет учиться. Все начинается с искреннего принятия нашего родительского невежества. Тогда наши сердца и умы становятся открыты для постижения нового. Когда мы чувствуем дискомфорт, то не уходим, а окунаемся в возникающую боль и борьбу, чтобы трансформироваться.

Дети – не мы в мини-атюре. Да, они тоже люди, но на этом сходства заканчиваются.

На всех других уровнях соответствий нет. Они совершенно другие. А мы, не имея инструментов для работы с этими отличиями, продолжаем все портить.

Тот факт, что все мы, родители, притворяемся, что знаем – или должны знать – все о том, как воспитывать этих человечков, которых называем своими детьми, говорит о массовом заблуждении. Наше желание притворяться идеальными, даже если это далеко от реальности, настолько велико, что мы скрываем от мира собственные трудности, страдая в стыде и одиночестве. Мы не пытаемся помочь другим, не делимся и не хотим учиться, не стараемся найти новые решения. Результат? Дети становятся жертвами нашего нежелания признать собственное невежество.

Правда в том, что мы не должны интуитивно знать, как воспитывать детей. Вы не сумасшедший, если чувствуете себя безумным родителем. Ощущение себя неумелым и беспомощным также не делает вас странным и «плохим». Вы не такой. Я хочу, чтобы вы осознали это. Вы не должны по умолчанию знать, как быть родителем.

Пошаговая инструкция, описанная на следующих страницах, изменит все. Она научит вас, как быть осознанным родителем. По мере внедрения этих шагов в свою жизнь изменится и ваше сознание, подход к детям и коммуникация с ними. Пройдя все этапы, ваши отношения с ребенком изменятся, как и отношения с самим собой.

В этой книге я выделила три основные стадии. Каждая из них подразумевает рост в определенном аспекте родительства. Первый этап называется «От отчаяния к ясности» и начинается с прояснения вашего мировоззрения и убеждений. В нас, родителях, глубоко сидят внушенные обществом культурные установки о том, кем должны быть наши дети и какой путь им следует пройти. Эти предубеждения заставляют нас навязывать детям стандарты и ожидания, которые часто мешают нам установить связь с их истинным Я. И только изменившись на этом уровне, мы сможем перейти на следующий, в более глубокую работу.

Вторая стадия называется «От неэффективных моделей к осознанному выбору». Здесь я покажу, каким образом привычные модели поведения вывели вас к определенному стилю жизни и решениям без вашего осознания. Вы научитесь разрушать эти паттерны, чтобы принимать новые вдохновленные и осмысленные решения, соответствующие тому, кем вы являетесь здесь и сейчас. И ваша связь с детьми расцветет.

Третий этап называется «От конфликта к единению». В нем я расскажу, как построить более близкие отношения с вашими детьми. Вы узнаете, как начать лучше понимать своего ребенка, научитесь декодировать его коммуникацию и сделаете ваш с ним контакт глубже и крепче.

На каждой стадии есть шаги, которые необходимо совершить, чтобы достичь выбранных целей. Изменения не происходят моментально, за ними стоит целый путь. В процессе чтения этой книги вы, вероятно, ощутите тошнотворное чувство вины и стыда, когда вспомните моменты из прошлого, где сделали что-то не так. Пожалуйста, помните, что эти чувства естественны и нормальны. Я призываю вас относиться к себе милосердно. Как писала Майя Энджелоу, «делайте все, что можете, пока не узнаете, как лучше. Затем, когда вам будет известно, как лучше, делайте лучше». Относитесь к себе с любовью и добротой. И в первую очередь помните, что именно эти бесосознанные моменты и привели вас к этой минуте, когда вы читаете эти страницы. Прошлое осталось в прошлом, и важнее всего настоящее. А вы здесь и сейчас читаете это послание – и в этом смелость.

Будьте терпеливы в процессе чтения, ведь для изменений нужно время. Вы не только пытаетесь трансформировать динамику общения с детьми, но и исправить ошибки предыдущих поколений. Поэтому сделайте себе поблажку. Нет идеального пункта назначения, к которому следует прийти, нет никакой гонки, которую нам нужно выиграть. Вы выражаете неимоверное стремление измениться тем, что находитесь здесь. Я буду с вами на протяжении всего пути, подбадривая в моменты новых осознаний и перемен. Мы вместе.

И просто помните: нет идеальных родителей, их не существует. Мы можем проецировать совершенство на других, но, как терапевт, поработавший с тысячами родителей, могу с уверенностью сказать, что никто не идеален. Наоборот, абсолютно каждый из нас заражен сомнениями и замешательством. И если вы считаете совершенной меня, позвольте развеять этот миф и сказать, что я помогаю другим, поскольку отчаянно нуждаюсь в помощи сама. Поэтому я с вами. Я испытываю те же чувства, что вы и миллионы других родителей по всему миру. Воспитание детей – это повсеместная дилемма, отсюда следует глубокая и стратегически важная потребность в инструкции для родителей, которую предлагает эта книга.

Приступим к первой стадии – «От отчаяния к ясности».

Стадия I
От отчаяния к ясности

 
Я хотела, чтобы ты был идеальным,
мой ребенок.
Какой же я была глупой,
ведь именно ты показал мне,
что идеал невозможен,
а стремиться к нему – заблуждение.
 

Правда в том, что, если вы родитель, вы будете совершать крупные ошибки. Гигантские. Этого не избежать. И очень вероятно, что ни в каких других отношениях вы так сильно не напортачите, как в отношениях с собственными детьми.

И вот почему: дети находятся с нами круглосуточно в течение самых критических годов жизни, когда мы сами еще развиваемся и приходим к пониманию себя. Большинство из нас к моменту рождения детей еще незрелы и наивны. Убийственное сочетание: нашим детям в годы формирования мы нужны в лучшем виде, а мы, скорее всего, еще находимся в процессе становления как личности и не являемся лучшей версией себя даже наполовину. Именно это несоответствие и оказывается основной проблемой. Наши дети во всех смыслах еще не сформированы, а мы, родители, тоже пока в процессе. Такая несогласованность неизбежна. Вините во всем природу.

Нет ни одного человека, который бы не совершил больших ошибок в воспитании детей. Ни одного! Так что, если вы чувствуете вину или стыд из-за того, какой вы родитель, можете выдохнуть. Смысл не в том, чтобы быть идеальным или великим, а в том, чтобы быть информированным и осознанным.

Стать осознанным – значит понимать глубинные причины возникающих сложностей. Почему, например, вы сорвались и топали, как двухлетка, или орали, как сумасшедший подросток? Невозможно никогда не попадать в такие ситуации. Но наша цель – понять, почему вы в них попадаете. Понимание этого не только ведет к уменьшению количества подобных ситуаций, но и, что еще лучше, позволяет нам осознать, для чего они вообще происходят. Представьте, что вы можете отследить, почему шестимесячный малыш, который не спит, заставил вас рыдать, стоя на коленях. Или почему истерика пятилетнего ребенка вынудила вас сказать что-то, о чем вы тут же пожалели. Или почему резкий ответ вашего ребенка-подростка вывел вас из себя, и вы закатили скандал, аналогичный тому, который ваш семилетний ребенок устроил на днях.

Чтобы стать лучше в роли родителей, мы должны начать с почему. Если мы не поймем почему, мы не сможем осознать как. Если мы не видим причины, почему сами все портим, как можно что-то изменить? Как и в случае с физической болью, сначала необходимо выяснить, почему что-то болит, а затем пытаться вылечиться. Именно об этом первая стадия: о понимании.

Инструкцию, о которой идет речь, я сама использовала в процессе воспитания детей. Ушло много времени на то, чтобы пройти ее всю и выучить шаги. Благодаря попыткам и ошибкам, постоянным откатам к началу и неверным шагам я наконец стала менять свое поведение. В результате у меня получилось превратиться из управляемого страхом и пытающегося держать все под контролем человека в мирного и веселого родителя. Процесс родительства из нервного стал интересным. Лучшая награда? Моя дочь все больше осознавала свою внутреннюю ценность и силу, невозмутимо выражала себя и пребывала в радости от своей обычности, словно она была идеалом. Конфликты и ссоры исчезли. Чем меньше я контролировала, тем меньше ей нужно было бороться со мной. Вскоре мы стали сосуществовать друг с другом в большей легкости и уверенности.

Стать осознанным – значит понимать глубинные причины возникающих сложностей. Почему, например, вы сорвались и топали, как двухлетка, или орали, как сумасшедший подросток? Невозможно никогда не попадать в такие ситуации. Но наша цель – понять, почему вы в них попадаете.

Такой подход к воспитанию детей требует терпения и смелости. Каждый шаг приведет вас чуть ближе к внутренней правде и исцелению. Выполняя необходимые действия, вы не только будете приближаться к собственной сущности, но и перестанете мешать своему ребенку делать то же самое. Без этого жизнь будет гораздо сложнее, в подчинении старым моделям поведения и поколенческим травмам. Описанный дальше метод ломает укоренившиеся в вас способы существования, помогает обрести нового себя и освобождает вашего ребенка.

Вы готовы? Сделайте глубокий вдох, и давайте начнем!

Шаг 1
Сфокусируйтесь на правильной проблеме

 
Я пыталась контролировать твое настроение,
и исправлять твои чувства,
и управлять твоей судьбой,
и контролировать твою душу,
пока не поняла, что я все перепутала.
Это не тебе нужно было решение.
Проблема была во мне!
 

Я до сих пор травмирована ситуацией, которая произошла, когда моей дочери было три года. Она так четко отпечаталась в моем сознании, словно это случилось вчера. И лишь после общения с другими родителями я осознала, что мой опыт был типичным. Если бы только я знала об этом тогда, то не чувствовала бы себя такой неудачницей!

Мы с дочкой гуляли в парке, и нужно было возвращаться домой, потому что пора было готовить ужин. Мне казалось, я точно рассчитала время и достаточно подстраховалась на случай ее протестов и нежелания уходить. Я думала, что готова, но в действительности не ожидала хаоса, который случился в тот момент. Мой ребенок отказывался идти домой. Когда пришло время уходить, моя дочь превратилась из сладкого и игривого ангелочка в одержимого демона. С вами такое бывало? Только что ваш ребенок казался нормальным, а в следующую секунду он превращается в обезумевшего психа. Что ж, со мной такое случилось впервые. Я была совершенно шокирована, растеряна и сгорала от стыда, и это еще мягко сказано.

Моя дочь орала. Нет, она визжала, стонала, выла, пищала и рычала все двадцать минут по дороге домой. Когда она отказалась уходить, мне пришлось посадить ее в коляску. По тому, как она сопротивлялась, можно было подумать, что это не коляска, а электрический стул. Она размахивала руками, ее тело было напряжено, и на нас оборачивались все прохожие. Я чувствовала на себе обвиняющие взгляды, будто я худшая мать в мире. А она все не сдавалась. Я думала, что дочь уснет от усталости. Но нет, она кричала все громче и активнее. Каждая секунда была словно пытка.

Я испробовала множество отчаянных тактик – отвлекала ее, кричала, ворчала, стонала, вздыхала, плакала, ругалась и паниковала. Ничего не помогало. Я делала паузы, пела, успокаивала, угрожала и пыталась подкупить. Я говорила страшным и мягким голосом, злым и добрым. Я дразнила, шутила и задабривала, взывала к логике. В итоге я просто сдалась и продолжила стыдливый поход домой. Всю дорогу я рыдала. Это была самая унизительная ситуация в моей жизни.

К моменту, когда мы вернулись, моя дочь победила. Она смогла превратить меня в лужицу на полу. Я зашла домой, упала на колени и завыла. Десять минут я корила себя. «Я худшая мать в мире, – думала я. – Меня нужно отправить в комнату пыток и сжечь, словно ведьму». Когда беспомощность и паника захлестнули меня, словно лава, я закричала от ярости и отчаяния. Ее отец быстро унес дочь подальше и с презрением в голосе сказал мне взять себя в руки, что вызвало еще больше стыда и паники. Я вышла из дома, чтобы пройтись и подышать.

Этот момент стал поворотным в моей жизни. Во время прогулки я наконец-то трезво осознала, что у меня не было ни малейшего понимания, как эмоционально справляться с настроениями, мыслями и эмоциями моего ребенка. Ни малейшего. Именно тогда я осознала, что мой ребенок имел (и, наверное, все дети имеют) способность сделать родителя беспомощным, и именно это бессилие вызывает ярость и безумство в родителях. Но проблема не столько в поведении ребенка, а в том, что оно вызывает в родителе.

Я ощутила в себе трепет правды. Я увидела свет. Моя реакция в тот день не имела никакого отношения к моему ребенку. Никакого. Она просто была собой, малышом, который хотел подольше поиграть. Каждая мысль, чувство и поведение, которое я продемонстрировала, было связано с чем-то глубоко внутри меня. Все это была я!

Я заплакала. В голове появились картинки из моего детства. Я увидела себя, беспомощную маленькую девочку, которая пыталась контролировать свой мир. Я увидела себя малышкой, которая искала признание родителей и учителей. Та девочка была неуверенной в себе, жаждущей внимания и силы со стороны взрослых из ее мира. Она была потеряна.

Я осознала, что моя трехлетняя дочь разбередила во мне старую рану. Когда она не послушала меня в тот день и отказалась подчиниться моей воле, она зажгла во мне чувство беспомощности. Я почувствовала себя потерянной и бессильной, как в детстве. Старые обиды раскрылись и ослепили меня. Я находилась в состоянии паники и пыталась спасти маленькую девочку внутри себя. В результате я смотрела на своего «реального» ребенка как на врага, с которым нужно сражаться. Я потеряла все крупицы эмпатии и понимание ее борьбы. Малышка внутри меня захватила контроль, и все стало вращаться вокруг нее. Она хотела победить любой ценой.

Боль из моего детства была такой сильной, что переключила меня в режим выживания. Воля моего ребенка столкнулась с моей, что породило настоящий ужас. Я хотела контролировать ее, а когда она не подчинилась, я просто сошла с ума. Я тут же обозначила ее как «плохую» и врага – и это было настолько сильно, что я хотела бросить ее и убежать. Волны вины поднялись на поверхность. Я испытала дикое замешательство и стыд. Я не верила, что была способна на такую жестокую холодность.

А затем на меня обрушилось осознание: это не «я» так отреагировала. Это было что-то внутри, глубоко похороненная часть меня, которую я почти не осознавала. Это было мое израненное детское Я. Видите ли, между настоящим и прошлым существует эмоциональная сепарация, которая стала решающей в понимании моей реакции. Я откликалась на настоящее, основываясь на травмах из собственного детства. А эти старые травмы были просто… старыми. Из прошлого. Это осознание стало для меня ударом молнии и пробудило. В тот момент все стало ясно, и были посеяны семена осознанного родительства.

Когда я говорю клиентам: «Проблема заключается не в вашем ребенке», – я встречаю мгновенное сопротивление.

«А в ком же тогда?» – требовательно спрашивают они.

Когда я говорю: «В вас!» – они тут же закрываются.

Послушайте, я все понимаю. Нелегко проглотить, когда вам говорят, что вы можете быть проблемой в собственном родительстве. Но осознать эту правду – это первый шаг осознанного воспитания детей. До этого момента благодаря традиционной модели родительства, в которой росли все мы, нас учили, что в центре внимания должен быть малыш. Такой подход ошибочен и токсичен. В центре внимания родительства должен быть родитель, а не ребенок. Если бы фокус сосредотачивался на ребенке, родительство называлось бы «ребенковством».

Когда я выступаю перед аудиторией, эту мысль часто встречают сопротивлением. Люди говорят: «Это звучит так самодовольно!» или «Вы что, хотите сказать, что родительство – это только про меня? То есть это только наша ошибка?» Вы, возможно, думаете: «Как я вообще могу быть виноват в том, что у моего ребенка СДВГ или постоянные истерики?» или «Какое отношение я имею к тому, что у моего ребенка социофобия?». Мы, родители, терпеть не можем, когда нас обвиняют или осуждают. Мы настолько серьезно воспринимаем свою родительскую идентичность, что любая атака словно оскорбляет и ранит наше хрупкое эго. Как смеет хоть кто-то намекать, что мы своими руками делаем вклад в проблемы наших детей – быть такого не может!

Как и у многих из вас, до того, как стать матерью, у меня были неверные представления о материнстве. Я думала, что, если просто сконцентрируюсь на своем ребенке и буду любить его, все будет хорошо. Я думала, что так и становятся «хорошими» родителями. Мысль о том, чтобы не делать центром мира мою дочь, казалась эгоистичной. Но я покажу вам, насколько такой взгляд перевернут с ног на голову и каким разрушительным может быть фокус на детях.

Боль из моего детства была такой сильной, что переключила меня в режим выживания. Воля моего ребенка столкнулась с моей, что породило настоящий ужас. Я хотела контролировать ее, а когда она не подчинилась, я просто сошла с ума.

Культура нас совершенно запутала, промыла мозги и заставила поверить, что хороший родитель – тот, кто полностью сосредоточен на воспитании идеального ребенка. Мы уверены, что должны создавать, опекать и производить совершенного ребенка с безоблачным детством. Это давит, не так ли? Когда что-то идет не так, мы тут же испытываем невероятный стыд и вину.

Вы знаете, какая ноша лежит на вас и ваших детях благодаря этим недостижимым ожиданиям? Нам, родителям, кажется, что мы должны родить и вырастить креативного, артистичного, музыкального, спортивного, интеллектуального, доброго, социального, смелого и, кроме того, постоянно счастливого ребенка. Культура настолько сбила с толку нас и наше огромное эго, что мы действительно верим в собственную исключительность, которая позволит нам все это сделать.

А потом мы сталкиваемся с реальностью. Оказывается, мы не такие уж и могучие, а наши дети – не супергерои. Мы осознаем, что они, не побоюсь этого слова, обычные. Но культура твердила нам, что обычное неприемлемо, и мы взваливаем на себя и своих детей необоснованную исполинскую ношу экстраординарности. Это давление исходит из фундаментального и токсичного убеждения, что хороший родитель вырастит звездного ребенка.

Пока вы будете думать, что хороший родитель «чинит» детей, вы будете понемногу вытягивать из них свет, манипулируя ими и меняя. Вы же знаете, что происходит, когда мы пытаемся менять кого-то, кроме себя, да? У нас ничего не получается, мы разбиваемся и сгораем.

Если вам хотя бы немногим больше сорока лет, вы наверняка уже осознали, что единственный человек, которого вы способны изменить, – это вы сами. С воспитанием детей то же самое. Но здесь таится главная опасность. Поскольку родителям говорят, что одна из их главных миссий – починить детей, угадайте, что происходит, когда дети не подчиняются? Мы чувствуем себя беспомощными и приходим в бешенство. Мы кричим, орем и наказываем их, тем самым находя себе оправдание. Мы верим, что починить ребенка – это наша святая обязанность.

Осознанное родительство стало первой моделью, которая вскрыла токсичность такого подхода, и поэтому она революционна. Осознанное воспитание детей показывает, что старая модель и ее нереалистичные и опасные попытки быть идеальными, ведет и родителя, и ребенка к поражению.

Что же мы делаем вместо этого?

Мы смещаем фокус родительства с создания ребенка на новую точку. Знаете, какую?

На вас!

Ваша задача – создать нового себя. Когда вы смещаете фокус, все меняется.

Представьте, какие перемены бы произошли, если бы каждый родитель с самого начала знал, что весь путь родительства заключается в воспитании себя, а не детей. Тогда каждый сосредоточился бы на себе и начал работать над тем, чтобы стать лучшей версией себя. Родители бы поняли, что пока не перевоспитают себя, они не смогут по-настоящему взрастить своих детей.

Когда мы фокусируемся на починке и производстве детства для наших детей, то находимся в состоянии управленцев и тиранов. Мы бригадиры и фанатики контроля. Ведем себя как начальники своих детей. Иными словами, мы сущий кошмар.

Осознанное родительство все меняет. Благодаря сосредоточению на себе вы способны изменить ту энергию, которую направляете на своих детей. Вместо того, чтобы пытаться их контролировать, вы работаете над поддержанием связи с ними. Вместо того, чтобы пытаться учить их, вы учитесь у них. Вы не ведете, а направляете их. Из их управляющего и начальника, вы становитесь их союзником. Ваша энергия и подход совершенно иные.

Такая смена фокуса погружает вас в новое осознание, что родительство – не о том, что ваш ребенок делает или не делает. Оно о том, что вы делаете и чувствуете в ответ. Оно показывает, как вы справляетесь со всем этим в эмоциональном плане.

И здесь в игру вступает весь ваш багаж. Если у вашего ребенка нервный срыв или он ведет себя неуважительно, что происходит у вас внутри? Какие мысли у вас в голове? Хотите ли вы накричать на него? Вы принимаете это на свой счет? Вы бьете, убегаете или замираете?

Все это о вас.

Ваше родительство – ваше. Оно не связано с чувствами, настроением или реакциями вашего ребенка. Не важно, отличник он или так и не окончил школу. Не имеет значения, подчиняется он вам, проявляет неуважение или просто счастлив. Это касается вас, и только вас. В ваших руках сила: она в том, как вы реагируете.

Вот одна из наших худших ошибок: мы считаем, что наша реакция зависит от поведения ребенка. В этой идее кроется катастрофическая ошибка, поскольку бóльшая часть наших реакций не имеют никакого отношения к нашим детям и их действиям. Бóльшую часть времени наши реакции совершенно оторваны от детей или ситуаций, в которых мы находимся. Они исходят из нашего прошлого, и их даже нельзя назвать ответом на настоящее – это отклик на наше прошлое. Таким образом, степень разобщенности с нашими детьми зависит от того, насколько мы исцелились от своего прошлого.

Ваши реакции пропорциональны вашему внутреннему исцелению. Чем больше собственных детских травм вы проработали, тем осознаннее вы будете реагировать. Внутреннее исцеление – это сосредоточение, ключ и сердце всего. Осознанное родительство – это истинно трансформационный процесс, практически духовный, в котором вас будут пробуждать ваши дети. Они поставят вас лицом к лицу с вашей внутренней неполноценностью и ранами. Являясь вашим отражением, дети показывают, как вам исцелиться и куда расти.

Как мы уже говорили, любой конфликт и разногласие с вашими детьми связаны с необходимостью повышать свой уровень осознанности. Они подсвечивают, насколько сильно ваши прошлые травмы и раны влияют на ваше сегодняшнее состояние. Чем дольше мы не исцеляем свой багаж из прошлого, тем больше наше настоящее кишит болью и конфликтами. Так что, когда мы смотрим на проблемы родительства как на отражение процесса исцеления или его отсутствие, мы начинаем расти и развиваться. И вместо того, чтобы чинить своих детей, мы начинаем исправлять себя.

Ваши реакции пропорциональны вашему внутреннему исцелению. Чем больше собственных детских травм вы проработали, тем осознаннее вы будете реагировать. Внутреннее исцеление – это сосредоточение, ключ и сердце всего.

Тогда родительство становится ценным и мощным средством для достижения следующего уровня эмоциональной интеграции и благополучия.

Наши дети, как никто другой, указывают на наши слабости. Чем больше наше желание, чтобы они стали тем, кем они не являются, тем сильнее наша собственная неполноценность. Желание, чтобы наши дети были «великими» показывает, какими «невеликими» мы себя чувствуем. Как только мы осознаем, что наши желания и ожидания от детей исходят из нашей внутренней осознанности, отношения с ними меняются.

По мере внутреннего исцеления мы начинаем жить в более аутентичном состоянии. Это напрямую влияет на нашу способность взаимодействовать с детьми. Чем лучше мы чувствуем себя, тем сильнее слышим и понимаем их. Чем больше изобилия мы ощущаем в себе, тем более полными видим их. Наша внешняя связь с ними начинает отражать нашу внутреннюю связь с самим собой. Так проявляется рост глубокого духовного партнерства с детьми, и постепенно становится ясно, что они воспитывают нас больше, чем мы взращиваем их. В этом и заключается сила всего описываемого процесса. Концентрация на собственном росте позволяет нам использовать каждый момент, проведенный с ними, для своего пробуждения. Речь идет не о починке или изменении их, а о нашей собственной эволюции.

Вы чувствуете силу этого потенциала для своего исцеления и роста? Если да, вы готовы проснуться и стать более осознанным родителем. Давайте попробуем воплотить это в жизнь.

ВОПЛОЩАЕМ ЭТО В ЖИЗНЬ

Осознание того, что ваша тревожность и конфликты с детьми больше характеризуют вас и ваши прошлые эмоциональные травмы и багаж из детства, чем их, – это большой шаг к изменению связи с ними. Вы уходите от обвинений и пристыженности к тому, чтобы нести ответственность за свои реакции. Как только начнете истинно понимать, как ваши собственные проблемы влияют на ваше родительство, вы сможете сместить фокус со своих детей на себя.

Это упражнение поможет понять, насколько велики ваши страхи, раны, мечты и ожидания, идущие из вашего прошлого, и насколько сильно они влияют на ваших детей.

Закончите предложение: Я стал родителем потому, что…

_________________________________________________

_________________________________________________

_________________________________________________

Наверное, вы ответили примерно так:

• Я люблю детей.

• Я мечтал(а) стать отцом/матерью.

• Я хотел(а) большую семью.

• Я хотел(а) окружить себя любовью и принятием.

С чего начинаются ваши ответы? Они начинаются со слова «Я»? Если это так, то причина, по которой вы завели детей, не имеет отношения к ним, а связана с вашими личными надеждами, мечтами и фантазиями.

Почему это осознание так важно? Оно указывает на ваше родительское эго, то самое я. Оно позволяет увидеть, что еще до того, как на свет появились ваши дети, у вас уже были потребности и желания. Даже не осознавая этого, вы были готовы сбросить эти ожидания на своих детей без мысли о том, совпадают ли эти мечты с тем, кем на самом деле они являются. Дайте себе минуту, чтобы осознать это. Тогда вы увидете, как вошли в процесс родительства с тяжелой ношей, а затем начали окрашивать и формировать все свои последующие решения о своих детях: то, как вы хвалили или стыдили их, как чувствовали разочарование или восторг от их поведения, и многое другое. Все ваши решения строились на сформированной вашими прошлыми ожиданиями окраске этого процесса.

Давайте сделаем еще одно упражнение. Подумайте, что в отношении ваших детей заставляет вас нервничать. Закончите предложение.

Я нервничаю в отношении своего ребенка потому, что…

_________________________________________________

_________________________________________________

Как вы закончили это предложение? Какое слово идет после «потому что»? Это имя вашего сына или дочери, или местоимение «он» или «она»? Или имя кого-то другого? Если это так, вы списываете свой стресс на кого-то извне. Если это любое слово, кроме «я», есть проблема и необходимо проверить точку фокуса. Позвольте продемонстрировать это на примере моей клиентки Элли, которая постоянно конфликтовала со своей четырнадцатилетней дочерью Беккой. Они ругались постоянно. Я попросила Элли закончить предложение: «Я нервничаю потому, что…»

Она ответила: «Потому что Бекка – кошмарный ребенок. Она упрямая и непокорная. Она меня не слушает». Затем она объяснила, что попробовала все техники воспитания, которые использовали ее родители, когда растили ее саму. Она пробовала кричать на свою дочь, делала перерывы, даже сажала под домашний арест. Но ничего не работало. «Просто она самый сложный ребенок в мире. Она превращает мою жизнь в кошмар наяву!»

Понимаете, что я имею в виду? Элли сконцентрировалась на Бекке и ее поведении. И если бы она так продолжала, ничего бы не менялось. Только когда Элли бы осознала, что она тоже является создателем существующей в их отношениях динамики, ситуация могла бы трансформироваться. До этого она бы продолжила этот токсичный цикл.

Я спросила Элли: «Вы хотите изменить эту динамику?»

Она почти закричала: «Да! Почему иначе, думаете, я вся на нервах?»

Я продолжила: «Чтобы действительно изменить это, вам придется посмотреть на себя!»

Это ошеломило Элли. «Меня? Разве это моя ошибка? Бекка не слушается, не выполняет свои домашние обязанности, пропускает школу. Как я могу быть виновата в том, что она ленивая и непокорная?»

Я ответила: «Ваша с ней связь страдает, а не развивается. Это оказывает огромное влияние на ее ментальное благополучие. Вы являетесь частью этой динамики. Сфокусируйтесь на этой стороне проблемы, на вашей разобщенности».

Я повторила упражнение и попросила Элли закончить предложение: «Я нервничаю в отношении Бекки потому, что…» Она ответила: «Я чувствую себя неудачницей! Я ожидаю, что она будет вести себя определенным образом, а она всегда игнорирует это. Рядом с ней я чувствую себя никудышной. Словно я никто. Словно она меня ненавидит!» Наконец Элли сконцентрировалась на правильной точке динамики, на своих чувствах.

По мере продолжения терапии Элли смогла отследить, что ее ощущения берут свое начало из отношений с ее матерью. «Мамы никогда не было рядом. Она была руководителем компании и постоянно была занята. Я никогда не ощущала себя достаточно важной для того, чтобы заполучить ее внимание. Я пыталась быть самой послушной и трудолюбивой дочерью, но даже тогда я не была достаточно важна для нее, чтобы она уделила мне хоть немного своего времени. Мне всегда казалось, что я недостаточно хороша для нее, что я в какой-то степени дефектна». За время наших встреч Элли смогла понять, что она нуждалась во внимании и признании ценности со стороны своей матери и пыталась переложить эти потребности на собственную дочь. Когда Бекка не признавала авторитет матери или, что хуже, вообще игнорировала ее, как делают многие подростки, Элли воспринимала это на свой счет. Как и в детстве, она чувствовала недостаток внимания, признания и любви. Вместо того, чтобы понять, что Бекка проходит естественный этап развития, Элли сконцентрировалась на своей потребности в силе и значимости. По сути, она проецировала свои потребности на ничего не подозревающего ребенка. Она не видела, что Бекка просто пыталась быть собой и не несла ответственности за неудовлетворенные желания Элли, идущие из детства. Благодаря нашей совместной работе Элли начала понимать, что мать воспитывала ее не так, как ей было нужно, и теперь это блокировало ее способность воспитывать дочь. Элли начала понимать, что ее реакция на собственную дочь подпитывалась ее яростью в отношении матери. Когда она это увидела, то стала успокаивать свою внутреннюю ярость и меняться изнутри. Эта внутренняя трансформация повлияла не только на нее, но и на ее отношения с дочерью.

Теперь, когда вы лучше понимаете, как мы можем проецировать свою внутреннюю боль на детей, давайте попробуем еще раз. Закончите предложение и посмотрите, сможете ли вы переключиться с обвинения своих детей на себя и добраться до своих истинных чувств.

Я нервничаю в отношении своего ребенка потому, что…

_________________________________________________

_________________________________________________

_________________________________________________

Когда вы сможете принять, что вы испытываете те или иные чувства к своему ребенку из-за собственных нереализованных в прошлом фантазий и ожиданий, то начнете движение с той ноги. Теперь мы пришли к этому новому осознанию – «реальная» проблема заключается в нас самих. Вместо того, чтобы обвинять собственных детей или пытаться их починить, можно начать задаваться более саморефлексивными вопросами, например:

• Почему я так себя чувствую рядом с моим ребенком?

• Что внутри меня испытывает страх и недостаток рядом с моим ребенком?

• Каким образом этот момент с моим ребенком напоминает мне о чем-то из прошлого?

• Когда я чувствовал(а) себя подобным образом в других сферах моей жизни?

Когда вы тщательно укоренили осознание, что родительство – это в первую очередь о воспитании самого себя, ваша мышца саморефлексии становится натренированной. Вы способны быстро направлять прожектор внутрь себя и концентрироваться на своем состоянии, укрепляя тем самым свою мышцу саморефлексии. Именно так процесс осознанного воспитания детей помогает нам развиваться: используя возможности родительства, мы становимся более осознанными.

Я предлагаю вам в течение следующих нескольких дней отмечать все ситуации, когда вы обвиняете ребенка за свой стресс, и пытаться заменить обвинения на внутреннее самосознание. Задайте себе этот важный вопрос: «Как мое нынешнее или прошлое эмоциональное состояние влияет на оценку поведения моих детей?» Осознание наших внутренних проекций на детей – это огромный первый шаг на пути от автоматизмов и инстинктов к осознанности.

Когда вы тщательно укоренили осознание, что родительство – это в первую очередь о воспитании самого себя, ваша мышца саморефлексии становится натренированной.

Шаг 2
Уничтожьте фантазии

 
Сценарий был доведен до идеала.
Выбраны актеры и режиссер.
Съемочная площадка готова, свет зажжен.
Шоу было готово к началу.
А потом пришел ты и остановил производство.
Ты не хотел сниматься в моем фильме.
Ты отказался от ролей, которые я приготовила для тебя.
Разорвал костюмы и маски,
Разрушил сцену и декорации,
Ты уничтожил мои мечты о наградах и славе,
настаивая на том, чтобы быть собой.
Мне пришлось сделать невообразимое.
Пришлось отбросить мои ожидания
и разрушить мои фантазии.
Вместо того, чтобы писать идеальный сценарий для тебя,
И представлять твое идеальное будущее,
Мечтать о твоих идеальных целях,
Я сожгла все это дотла,
И произошло нечто неожиданное.
Я спасла кое-что, что, оказывается, потеряла…
мою душу.
 

Мы, родители, – образцовые режиссеры. Мы постоянно находимся в процессе создания, пишем сценарии и выбираем концовки для наших фильмов. Некоторые из них короткие и посвящены отдельному моменту или событию, а другие – эпичные и отражают годы. Мы даже не осознаем, сколько сценариев одновременно проигрываются в нашей голове. Эти фильмы очень мешают сознанию. Мысленные сценарии заставляют нас находиться в фантазиях и блокируют способность взаимодействовать с реальными личностями, которыми являются наши дети. Эти сценарии неизбежно приводят к несбывшимся надеждам и разбитому сердцу, потому что фильмы так и не снимают.

Существует очень много фильмов, которые мы, родители, придумываем:

 Мой особенно одаренный ребенок

 Наша идеальная семья едет в отпуск

 Величайший родитель спасает положение

Трилогии написаны, актеры отобраны, а наши имена написаны на режиссерских креслах – и все это еще до рождения ребенка. Мы точно решили, кем будут наши дети, как мы будем их воспитывать и какой будет наша семья. Но, увы, у нас, родителей, не слишком богатое воображение. Все мы в действительности хотим одного и того же: какую-то версию идеала, бесконечного счастья и большого успеха. Согласны?

Ребенок в нашем фильме – самый настоящий гений. Он «должен» быть тем, кто остановит мировую бедность, найдет лекарство от рака, будет бороться с наркотиками, решит проблемы климата или хотя бы станет следующим мировым лидером или суперзвездой – новым Нельсоном Манделой, Мартином Лютером Кингом или Опрой Уинфри, – маленьким богом.

В своих фантазиях мы заказываем совершенного ребенка, словно деликатес в ресторане. Две ложечки Альберта Эйнштейна, щепотку Махатмы Ганди, кусочек матери Терезы, горсть Барака Обамы и немного талантливой знаменитости: Адель, Тома Брэди, Леонардо Ди Каприо, Джулии Робертс или Бейонсе. Нет, мы не избирательны, если наш ребенок получит щедрую порцию кого-то из самых богатых, умных и успешных людей в мире. Не важно, что мы сами были далеки от них в собственной жизни, эта реальность не имеет ничего общего с детьми из наших фантазий.

Идеальная съемочная площадка – это версия Диснейленда. Здесь дети всегда счастливы, постоянно любят своих родителей, все время послушны и благодарны. У них хорошие манеры, они подписывают открытки от руки, по своей воле навещают больных, моют посуду, смывают в туалете, заправляют кровати, едят овощи, учатся на одни пятерки и к тринадцати годам зарабатывают – и их не приходится упрашивать.

Я знаю, что у вас были фантазии. У каждого из нас их было достаточно еще до того, как у каждого появились дети. Именно поэтому мы вошли в родительство, словно это самый прекрасный закат, где в конце нас ждет миллион долларов и приятный пикник. Но после десяти часов вечера оказывается, что никакой это не пикник! Никакого заката, никакого миллиона долларов, никакой награды, ничего. Это пожизненный приговор, тяжелая работа. В городе новый хозяин, и за переработки не платят. Мы многозадачные работники, договором связанные с этими маленькими безжалостными бригадирами, которые не знают пощады.

Мы были так глупы. Позволили нашему пузырю фантазий так разрастись за девять месяцев ожидания, что он затмил наш разум. Мы на самом деле думали, что «производим» и «создаем» ангельских детей, которые будут полностью под нашим контролем, словно домашние животные или, еще лучше, куклы или марионетки. В конце концов, раз уж мы растим их 24/7, разве они не в нашей власти?

Мы заваливаем детей разнообразными занятиями не только потому, что хотим «показать» им лучшие возможности этого мира. Мы делаем это из желания хоть как-то реализовать собственные фантазии. Каждый из нас хочет посетить хотя бы один-единственный спектакль, где наш ребенок играет не просто дерево на фоне, один концерт, где не придется щуриться, чтобы разглядеть его в заднем ряду, или одну игру, где он не будет все время сидеть на скамейке запасных.

Никто не становится родителем, думая: «Я выращу ребенка-неудачника» или «Я проведу следующие восемнадцать лет, умоляя своего ребенка принять душ, сказать „спасибо“, прибрать за собой» или «Я буду плохим родителем». Не-а. Мы заводим детей из-за иллюзии собственного величия и величия наших детей. Мы станем великими родителями, и у нас будут великие дети.

Даже когда реальность уничтожила наши дородовые фильмы-фантазии, мы не перестаем придумывать их у себя в голове. Эти проекции и ожидания постоянно меняются и развиваются. Мы храним верность своим мечтам об идеале и величии. И хотя мы осознаем, что быть родителем нелегко, все равно держимся за мысль, что однажды в будущем, если мы будем достаточно контролировать своего ребенка, он выиграет конкурс на знание орфографии, или какой-нибудь региональный турнир, или даже, если все ингредиенты на месте, «Оскар» или олимпийскую медаль.

Вы знаете, что все сказанное мной в какой-то степени правда. Стоит вашему бедному ребенку обмолвиться, что ему нравится колотить по столу, и вы покупаете ему барабанную установку и записываете в музыкальную школу. Или ему нравится считать до десяти, и вы тут же отправляете его на дополнительные занятия по математике. Фантазия о том, что вы великий родитель, так сильна, что она незаметно выходит на свет и захватывает нас при малейшей провокации. Сами того не замечая, мы становимся тем прототипом ужасной «сценической мамы» или «футбольного папы», которые кричат из зала и выглядят весьма трагично.

Дети, которых заставляют играть роль в фильмах своих родителей, чувствуют себя вечно не в своей тарелке, непонятыми и стесненными. Они хотят закричать: «Эй, я просто хочу жить своей жизнью! Я не хочу играть в вашем фильме!» Но они не могут, потому что были отобраны на эту роль с детства, и от этого некуда деться. Возможно, вы помните сводящее с ума чувство безысходности из собственного детства, когда вам давали роль, которую вы не хотели играть, но риски были слишком высоки, и вы продолжали подыгрывать. Затем вы выросли с этим гнетущим ощущением фальши и вынужденности.

Так произошло потому, что нас не видели целиком и не ценили за то, кем мы на самом деле были. Сейчас у нас есть это сверлящее чувство нехватки чего-то внутри, звенящая пустота. Ее так много, что мы, словно пчелы, пытаемся заполнить это пространство чем-то, кем-то, какими-то достижениями, чтобы ощутить полноту. И хотя сила этого стремления идти на поиски различна, нас объединяет один фактор: отчаянное желание заполнить этот пробел. Мы входим в родительство с этим ощущением и проецируем его на своих детей. Они становятся нашим последним спасением, попыткой наконец почувствовать себя значимыми и стоящими. Это характерная черта неосознанного родительства, которую я пытаюсь исправить при помощи радикально нового подхода. Тот факт, что вы со мной на этом пути, демонстрирует ваше личное желание перейти в более осознанное состояние и самореализоваться.

Чем больше мы хотим идеального ребенка и безупречную жизнь, тем сильнее наше ощущение собственной ничтожности. Мы не осознаем, как взаимосвязаны эти два элемента нашей психики, но они глубоко переплетены. Если бы я читала сценарии фильмов всех родителей, с которыми когда-либо работала, то увидела бы, что они очень похожи. В каждом из них есть неосознанная жажда «идеальной жизни». А кто этого не хочет? Было бы здорово так жить. Но, как мы знаем, это иллюзия. Такой жизни не существует. Мы стремимся к этому внешнему чувству идеала, потому что нам нужен контроль. Когда все идет как по маслу, безукоризненно и предсказуемо, нам кажется, что мы управляем ситуацией. Почему нам нужен контроль? Он дает нам ощущение комфорта и безопасности, позволяет нам чувствовать себя успешными.

Дети, которых заставляют играть роль в фильмах своих родителей, чувствуют себя вечно не в своей тарелке, непонятыми и стесненными. Они хотят закричать: «Эй, я просто хочу жить своей жизнью! Я не хочу играть в вашем фильме!» Но они не могут, потому что были отобраны на эту роль с детства, и от этого некуда деться.

Успех повышает наше достоинство. Чем менее достойными мы чувствуем себя внутри, тем больше стремимся к контролю и идеалу снаружи. Внешне мы пытаемся держать под контролем все, что можем. А кого мы, на наш взгляд, способны контролировать лучше всего? Вы правильно подумали: наших детей. Мы знаем, что не можем управлять своими партнерами или ровесниками. Поэтому нацеливаемся на слабых и уязвимых – на наших детей. Мы начинаем с фантазий о том, как они будут выглядеть, как их будут звать, какие у них будут хобби, манеры, качества, мечты, на ком они женятся. Затем включаем себя. Как мы будем чувствовать себя с ними? Насколько хорошими, достойными, значимыми и успешными мы будем рядом с ними?

У каждого человека, который готовится стать родителем, есть эти фантазии. Чем больше он испытывает внутреннюю пустоту, тем детальнее эта фантазия и сильнее паника, когда она не реализуется.

Когда ребенок рождается, все уже спланировано до мельчайших подробностей. Мы красим стены в детской, покупаем игрушки и начинаем творить, контролировать и курировать. Мы подталкиваем детей к образам из наших фантазий. Когда они подчиняются, мы аплодируем. Когда они протестуют или сопротивляются, мы сердимся, вспыхиваем и хороним их характер.

Осознание того, что мы создаем эти фильмы из-за внутренней безысходности и пустоты, – это важный сигнал для родителей. Конечно, такое тяжело принять. Наше эго так крепко держит все эмоции, что мы не замечаем, как нас уносит. Отличным примером стала ситуация Лорен, одной из моих клиенток. Она позвонила мне, чтобы поговорить о ее сыне-подростке Брайане. Женщина жаловалась на его неспособность попасть в университетскую баскетбольную команду. Лорен рвала и метала. «Все лето я умоляла его тренироваться и поддерживать форму, но он меня игнорировал. Он предпочел проводить время с друзьями и заниматься ерундой. А теперь его не взяли в команду. Теперь он будет бездельничать после школы и точно найдет неприятности. Я так зла на него». Я слышала, насколько она была разочарована и как принимала все на свой счет.

Всякий раз, когда мы остро реагируем на внешний триггер, особенно если это касается наших детей, это признак того, что происходит нечто более глубокое. Чтобы копнуть дальше, нужна смелость и готовность. Я, как терапевт, знаю это и могу направить своих клиентов в эту реальность. Они часто встречают обратную связь сопротивлением.

«Лорен, ваша злость исходит из чего-то более глубокого внутри вас. Это не только о вашем сыне и баскетболе. Вероятно, это связано с вашей фантазией о его жизни», – объяснила я.

Лорен была настолько шокирована, что не сразу подобрала слова. «Что значит моя фантазия? Я никогда не думала о том, что он станет спортсменом. Это была его идея. Я расстроена из-за того, что он стал полным неудачником. Он мог попасть в университетскую команду и даже получить стипендию! Настолько хорош он был раньше! Но он отказался от всего. Вот поэтому я зла!»

Родители всегда находят невероятные способы оправдать свою злость в отношении детей, не так ли? Я знаю, ведь я сама была такой. Я тоже использовала разумные объяснения, например, «Я накричала на нее потому, что переживала», в ситуациях, когда моя дочь не хотела выполнять задания, теряла кошелек или делала что-то еще. Мы никогда не хотим заглядывать в себя, чтобы увидеть реальные истоки нашей злости и паники.

Я объяснила Лорен, что, конечно, какое-то разочарование было естественным, но ее уровень злости исходил из чего-то внутри ее. Что это было? Почему она так злилась, что ее сын не захотел строить карьеру баскетболиста? Может, она сама уже поверила в это? Может, частично это было ее видение себя как мамы баскетболиста? Была ли ее злость частично вызвана разрушением ее фантазий о самой себе? Мне понадобилось время, чтобы пробиться через защиту Лорен и объяснить, что она злилась потому, что ей было это важно.

Я осторожно напомнила ей: «Если вам это важно, есть тысяча других способов показать это. Вы можете проявить эмпатию и сочувствие, но вы злитесь». Спустя несколько недель терапии она сдалась и призналась: «Мне так нравилось смотреть, как он играет. Это делало меня счастливой. У него так хорошо получалось. Я так им гордилась. Я видела его будущее, оно было светлым и успешным, и от этого чувствовала себя хорошим родителем. Я была счастлива».

В итоге она признала, что была расстроена из-за собственных чувств. Женщина осознала свою личную эгоцентричную заинтересованность: «Я хочу, чтобы мой ребенок был спортсменом, потому что так я буду чувствовать, что хорошо выполнила свою задачу». Постепенно Лорен стала делиться историями из своего детства, и картинка начала складываться. «Я всегда хотела быть актрисой, но мне это не давалось. Меня все время выбирали на дурацкие роли в школьных спектаклях, а я хотела быть звездой. Мои родители никогда меня не поддерживали. Они говорили, что я никогда не добьюсь успеха, так что я похоронила свою мечту и стала фармацевтом, чтобы они мной гордились. Но я так и не забыла ощущение отторжения и отсутствие поддержки в моих начинаниях».

Как только она произнесла это, она поняла, увидела связь. Ее лицо переменилось, и Лорен сказала: «О, господи! Так вы думаете, что я злюсь на сына потому, что это напоминает мне о моих детских чувствах и том, что у меня никогда не было шанса идти за мечтой? Может, он даже и не расстроен, но это напоминает мне обо всем, что я не смогла сделать, будучи ребенком?»

Лорен увидела, как на поверхность всплыли ее старые раны. Сама того не осознавая, она непроизвольно сделала ставку на спортивную карьеру своего сына. Не понимая, что была вовлечена в его выбор значительно больше. Когда он бросил спорт, она не смогла отделить свою реакцию от самой ситуации, чтобы быть рядом с ним осознанно.

Я уверена, что многие из вас узнали в Лорен себя. Возможно, вы необоснованно расстраиваетесь из-за решений ваших детей и не способны с пониманием относиться к их реакции на ваши решения. Я помню множество ситуаций, когда привязанность к моим собственным фантазиям выходила на передний план и запускала эмоциональные качели. В такие моменты я была не способна находиться рядом с ребенком в том состоянии, в котором была ей нужна. Я до сих пор помню, как Майя решила бросить конный спорт после первых же соревнований, где очень хорошо выступила. Я была опустошена. Я настолько ярко представляла себя матерью наездницы, разъезжающую в трейлере, запряженном прекрасными лошадьми. А теперь эта мечта разбилась. Она даже не дала мне шанса попробовать еще раз. Чертов ребенок! Единственное, что помогло мне не сорваться на нее, – осознанное родительство. К тому моменту я уже написала две книги на эту тему, так что я знала, что дело не в ней, а в моих огромных ожиданиях. Если бы не все эти годы работы с осознанностью, я бы спустила все свои фантазии на нее и заставила испытать чувство вины за нереализованные мечты, которые на самом деле были моими мечтами.

Когда мы начинаем отделять фильмы в нашей голове от реального положения дел, то оказываем детям огромную услугу. Мы не только перестаем играть в свои фантазии, но и снимаем с детей чувство вины и стыда за то, что наши представления не были реализованы. Мы освобождаем детей от придуманных нами ролей, не являющихся их добровольным выбором, и вместо этого помогаем им стать героями в подходящих им фильмах. Мы наконец отпускаем детей из цепких лап своих душных фантазий и позволяем им свободно взлететь в небо бесконечных возможностей, чтобы следовать за судьбой и обрести свою истинную сущность.

ВОПЛОЩАЕМ ЭТО В ЖИЗНЬ

Причиной большинства наших конфликтов является отличие ожиданий от реальности. Чем оно сильнее, тем интенсивнее выяснения отношений. Когда вы в следующий раз испытаете панику и несогласие с решениями ваших детей, не обвиняйте их. Скорее всего, конфликт происходит не между вами и ими, а между вашими фантазиями и действительностью.

Когда мы начинаем отделять фильмы в нашей голове от реального положения дел, то оказываем детям огромную услугу. Мы не только перестаем играть в свои фантазии, но и снимаем с детей чувство вины и стыда за то, что наши представления не были реализованы.

Что же делать? Вам нужно заглянуть в себя и стать честнее в своих фильмах. Чем больше у вас неосознанных ожиданий в отношении детей, тем сильнее разочарование, когда они не соответствуют тому, что вы себе придумали. Это несправедливо по отношению к ним, не так ли? Они не подозревают о ваших фантазиях и уж точно не знают, как им угодить. Когда мы бесосознанно руководствуемся в своем поведении этими сценариями, мы настраиваем детей и самих себя на провал. Уделите время тому, чтобы записать сценарий вашего фильма о ребенке:

• Как называется этот фильм?

• Кто главные герои?

• Какие у них роли?

• Как фильм заканчивается?

Вы можете сделать это здесь:

_________________________________________________

_________________________________________________

_________________________________________________

Ниже напишите все фантазии, которые у вас были в отношении ваших детей, в левой колонке, а в правой – реальность. Это может выглядеть так:

Заполните две колонки:

Вы видите, как большой разрыв между фантазией и реальностью может создавать тревожность и стресс? Представьте, что ни одно из описанных представлений не реализуется – это может разбить вам сердце. Вы можете начать стыдиться своего ребенка или, что не менее трагично, самого себя. Вы можете думать, что что-то не так с вашим ребенком или с вами. Если вы не осознаете свои ожидания, то начнете жить в состоянии хронического разочарования и тревожности, даже не понимая причины.

Когда вы записали и фантазии, и реальность, задайте себе следующие вопросы:

• Могу ли я красиво отпустить эти фантазии?

• Могу ли я принять своего ребенка и реальность как есть, без фильма в своей голове?

• Какие чувства появляются, когда я отпускаю свои ожидания?

• Что в моей реальности вызывает во мне боль и страх?

• Могу ли я найти радость и изобилие в моих детях, таких, какие они есть?

Отпускать свои фильмы-фантазии может быть больно. Но когда мы перестанем бороться с действительностью и примем ее, то обретем спокойствие. Вместо того, чтобы обвинять детей в том, что они не играют по правилам фильмов в нашей голове, мы можем найти способы отметить то, что есть в наших детях, без чувства стыда и вины.

Наши дети, как и мы сами, заслуживают жить в собственных фантазиях, а не в тех, что созданы их родителями или внешним миром. Когда людям позволяют создавать свой собственный жизненный опыт, основанный на их истинных мечтах и воображении, они становятся выносливыми и успешными. Они видят себя «достаточно хорошими». Так и с нашими детьми. Вместо ощущения, что им нужно жить в соответствии с нашими фантазиями и ожиданиями, они должны чувствовать привязанность к самим себе. Когда мы избавляемся от фантазий в отношении наших детей и позволяем им идти своим путем, мы дарим им неизмеримое чувство собственной важности и самопринятия. А начинается все это с нашей готовности принять то, кем на самом деле являются наши дети, вместо того чтобы вылеплять из них фантазийную версию нашего идеального ребенка.

Шаг 3
Отдайте контроль!

 
Балансировать на границе заботы, но не контролировать —
Это сложная задача.
Как быть рядом, но не везде?
Как любить, но не душить?
Как идти рядом, но не переходить границы?
Как сонастроиться, но не приставать?
В этом искусство и сердце родительства.
В этом драма и магия,
Непередаваемая загадка.
Нет формулы, нет предсказаний, нет комфорта,
Только бесконечный канат над бездной неизвестности.
 

Мы, родители, лицемерно заявляем, что любовь, которую мы испытываем к своим детям, редкого вида, и мы единственные, кто так их любит. Мы часто говорим, что все, что мы делаем, делается ради детей, и наши намерения всегда чисты. Я здесь, чтобы разрушить это. Ай, сейчас будет больно.

Во-первых, я успокою вас: вы действительно неизмеримо любите своих детей. Возможно, вы любите их сильнее, чем кого-либо в своей жизни. Но вот и ловушка: значительная часть вашей любви подпитывается вашей жаждой – сейчас будет неприятно – контроля и обладания. Вы думаете, что ваша любовь – настоящая и безусловная, но это не так. Она в большей степени связана с контролем. И пока вы не признаете эту истину, ваши отношения с детьми будут страдать. Гарантирую.

Именно с детьми наша потребность в контроле и обладании проявляется ярче всего. У нас есть подосознанное убеждение, что поскольку мы растим их 24/7, они «наши». А раз они наши, их мысли, чувства и поведение тоже принадлежат нам, и больше нам, чем им. Мы подосознанно ожидаем, что дети будут вести себя так, как мы хотим, и жить по нашему плану. Когда они этого не делают, мы становимся одержимы контролем и используем всевозможные виды манипуляций, чтобы заставить их следовать придуманному нами пути. Самые распространенные тактики? Злость и наказание. Когда это не работает, мы начинаем их игнорировать, эмоционально отдаляться или даже пренебрегать ими.

Подумайте об этом. Пытаетесь ли вы управлять взрослыми в своем окружении так же, как контролируете своих детей? Разве со взрослыми вы не подумаете дважды? Разве с ними вы не более милые, прощающие и терпеливые? Если бы ваш друг опоздал на ужин, забыл ключи дома, не достал посуду из посудомоечной машины или просто не проводил с вами время, когда вы этого хотите, вы бы злились? Если бы он потерял вашу любимую книгу или цепочку, вы бы стали кричать на него? Стали бы вы стыдить или наказывать его, или забирать у него что-то, что для него важно? Сомневаюсь, что вы бы сделали что-то из перечисленного с такой же готовностью. Вы бы взяли паузу и серьезно оценили последствия.

Почему же, когда мы становимся родителями, мы не ведем себя столь же благосклонно в отношении своих детей? Если ребенок забыл рюкзак, почему мы кричим? Если он потерял кофту или телефон, почему наказываем и стыдим его? Единственная причина в том, что мы думаем, что владеем своими детьми, а значит, можем так делать. Все дело в чувстве собственности и контроле. Знаете, в чем трагическая ирония? Мы верим, что именно так правильно показывать детям любовь. Мы даже называем это «из лучших побуждений».

Но разве любовь должна быть жестокой? Разве жестокая любовь ощущается как правильная? Мне точно так не кажется. Хотели бы вы получать такую любовь от друзей или партнера? Почему любовь должна подразумевать наказание и надзор? Почему она не может иметь под собой эмпатию, сострадание, общность и связь? Любовь не должна быть синонимом контроля, но именно в этом и состоит большая часть нашего родительства. Родительская любовь традиционно не является чистой и искренней. Это любовь + обладание + контроль.

Осознание контролирующей природы нашего самого светлого чувства глубокое. Без него мы так и останемся со своими манипулятивными тактиками, которые принижают ощущение внутренней защищенности и ценности наших детей. Дело в том, что дети, какими бы маленькими они ни были, знают, что, чтобы это чувство росло и укреплялось, нужна сонастройка. Как мы помогаем? Мы убираем свое желание контролировать их и заменяем его безусловным принятием и пониманием. Достаточно задать себе вопрос: «Кем на самом деле являются мои дети и какие у них потребности?» вместо «Кем я хочу, чтобы мои дети были, основываясь на моих потребностях?»

Возможно, вы возразите: «Как же я заставлю своего ребенка поступать правильно, если не буду контролировать и наказывать его?» Это типичный родительский военный клич. Как будто контролировать – это единственное, что мы умеем, или словно единственной альтернативой контроля является полное пренебрежение: если мы дадим детям свободу исследования своего голоса и судьбы, они окунутся в экстремальное реалити-шоу с сексом, наркотиками и рок-н-роллом (почетное первое место любого оппозиционного поведения). Знаете, почему мы так думаем? Потому, что мы привыкли к традиционной модели страх-вина-стыд, которая заставляет нас подавлять собственные рок-н-ролльные фантазии. Поскольку мы не реализовали эти подавленные модели, то проецируем их на своих детей. Нас растили под надзором и в подавлении, и наш самый большой страх – жить без чужого управления. Поэтому мы контролируем и подавляем наших детей.

Любовь не должна быть синонимом контроля, но именно в этом и состоит большая часть нашего родительства. Родительская любовь традиционно не является чистой и искренней. Это любовь + обладание + контроль.

Я не пропагандирую пассивное родительство и невмешательство. Я лишь говорю о контролирующем образе мышления и его негативном влиянии на наше взаимодействие с детьми. Подход осознанного родительства помогает осознать свой контролирующий образ мышления и то, как мы навязываем детям свои планы.

Почему это осознание важно? Когда наши дети протестуют, вместо того, чтобы заставить их чувствовать себя виноватыми из-за их действий, стоит проявить эмпатию, поскольку мы теперь понимаем, что сами пытаемся заставить их следовать нашим планам. То, как мы заставляем детей играть на пианино, а не тромбоне, как подталкиваем их к тому, чтобы они стали лыжниками, баскетболистами в юном возрасте, пели, танцевали, рисовали или занимались актерским мастерством, может быть связано не с тем, кем являются наши дети, а с тем, что факт выполнения нашими детьми всего этого дает нам чувство контроля и значимости.

Когда я расстроилась и накричала на свою дочь из-за того, что она бросила занятия по конному спорту после того, как я все эти годы столько за них платила, причиной этому была моя любовь к ней или то, что я потеряла контроль и была так зла, что мое представление о том, кем она должна была стать, не реализовалось? А когда я разозлилась на нее в пятом классе за то, что она не получила пятерки? Тогда я тоже разозлилась потому, что так сильно ее любила, или потому, что все пошло не по моему плану о гениальном ребенке? И каждый раз, когда я злилась на нее из-за своих нереализованных ожиданий, был ли мой гнев вызван любовью к ней или потребностью в контроле?

Правда в том, что каждый раз, когда я расстраивалась из-за своей дочери, это происходило из-за моей потребности управлять и желания казаться сильнее, а не из-за моей любви к ней. Когда я ожидаю одно, а события происходят иначе, я теряю спокойствие. Я могу притворяться, что это происходит из-за моей любви и заботы по отношению к ней и что злость вызвана беспокойством и опекой, но это абсолютная ложь. Правда в том, что любое наше ожидание, любое «должен», которое мы предъявляем нашим детям, и любая потребность исходят в первую очередь из нашего желания контролировать.

Вы можете сказать: «А что насчет ситуации, когда мой ребенок делает ужасный выбор? Когда он бьет братьев и сестер, ворует у учителя или, еще хуже, принимает опасные вещества?» Мой ответ не изменится: почему злость и контроль являются решением? Эти эмоции исходят из наших неоправданных ожиданий и разбитых фантазий и не решают проблему. Решение в чем-то другом. Оно не в том, чтобы вызвать у детей страх, чтобы они больше не делали неправильный выбор, а в том, чтобы заглянуть глубже, в корень проблемы и спросить: «На чем основывается плохое поведение?» Существуют три основные причины проблематичного поведения детей: (1) недостаток информации, потому что у них мало жизненного опыта, чтобы знать столько же, сколько известно нам; (2) недостаток навыков, потому что их мозг еще не до конца развит, чтобы они могли принимать решения так же, как мы; (3) недостаток чувства самоценности, поскольку они боятся, что мы можем отвергнуть их или посчитать несостоятельными.

Все наши проблемы с детьми можно исправить, если мы отойдем от злости и контроля и начнем сочувствующе и глубоко исследовать, что с ними происходит. Они создают разобщение, и точка. Если вы родитель, который хочет создавать связь, эти две токсичные черты должны уйти из вашего эмоционального репертуара.

Наша потребность в контроле прячется так хорошо, что ее порой сложно заметить. Она прикрывается заботой, обеспокоенностью, поддержкой и родительской защитой. Как родители, мы так давно не смотрели на себя в зеркало, что можем называть любовью что угодно.

• Я хочу, чтобы ты занимался скрипкой, даже если тебе не нравится, потому что я люблю тебя.

• Я подталкиваю тебя к тому, чтобы стать врачом, потому что люблю тебя.

• Я хочу, чтобы ты отрастил волосы, потому что люблю тебя.

• Я недавно назвал тебя толстым, потому что люблю тебя.

• Я недавно накричал на тебя, потому что люблю тебя.

И знаете что? Мы действительно верим в то, что говорим. Мы ни на секунду не задумываемся о том, что наши намерения основаны на чем-то, кроме любви. В конце концов, откуда еще они могут исходить?

Заглянуть за свою «любовь» в глубину контроля и манипуляции может быть больно. Это требует от нас саморефлексии и грубой честности с самими собой. Мы можем списать все на любовь, но лишь самые смелые готовы встретиться лицом к лицу со своим подосознанным стремлением управлять и желанием ощутить значимость. Когда мы сможем посмотреть сквозь нашу «любовь» на тень контроля, качество наших отношений значительно изменится от иерархии и доминирования до связи и взаимности.

Когда мы не взаимодействуем со своими внутренними контролирующими демонами, происходит весьма ироничная вещь. Мы, родители, чувствуем себя жертвами своих детей, когда они не следуют придуманному нами плану. Нам остается только удивляться, как же мы оказались в таком положении. Но правда совершенно противоположна. Это наши дети являются жертвами нашего стремления управлять и планов. Они зачастую не делают ничего назло нам или против нас. Они просто дети. Конечно, они могут сделать неверный выбор или вести себя незрело, но они редко делают это, чтобы сделать нам больно. Но поскольку мы не осознаем свою ненасытную внутреннюю потребность в контроле, мы воспринимаем реальность перевернутой с ног на голову и считаем себя преследуемой жертвой!

Перестать контролировать – это наиболее сложное, что должны сделать родители. Позвольте продемонстрировать важное разграничение между руководством и жаждой управлять. Перестать командовать не означает, что вы прекратите руководить. Вы просто перестанете навязывать контроль в моменты, когда все идет не по вашему сценарию. Это критично: руководить и контролировать – совершенно разные функции. Первая подразумевает заботу и ответственность за безопасность ваших детей, а вторая – перекладывание на них ответственности за то, как они заставляют вас чувствовать себя. Руководство не требует никаких условий, а контроль кишит ими. Это разграничение станет понятнее далее.

ВОПЛОЩАЕМ ЭТО В ЖИЗНЬ

Чтобы внедрить в свою жизнь новое осознание в области контроля и любви, вам нужно быть честным с собой. Каждый раз, когда вы негативно реагируете на своего ребенка криком, злостью, наказанием или эмоциональным отдалением, вы делаете это не из любви. Как бы вы ни оправдывали свою реакцию, это не является любовью. Вы можете любить своего ребенка, но в этот момент вы не выражаете любовь. Вы проявляете желание контролировать. Так что в следующий раз, когда вы сделаете что-то из этого, остановитесь и подумайте:

• Почему я испытываю потребность, чтобы все было по-моему? Могу ли я отпустить это?

• Почему я испытываю потребность быть правым? Могу ли я отпустить это?

• Почему я чувствую угрозу, когда мой ребенок ведет себя не по моему плану? Могу ли я отпустить это?

Когда мы контролируем своих детей и не даем им права голоса, мы сильно подрываем их чувство значимости. Мы непреднамеренно лишаем их прав и создаем сомнения. Они начинают думать: «Может, я недостаточно хорош или значим, чтобы следовать своему голосу» или «Может, я настолько плохой, что заслуживаю подобного отношения».

Вместо крепкой связи мы создаем дисфункцию в динамике наших с ними отношений. Помните: всякий раз, когда возникает страх, присутствует некое разобщение. Для истинного контакта необходима безопасность и свобода самовыражения.

По мере того, как мы осознаем, что наше взаимодействие с детьми основано на контроле, мы не только перестаем навязывать им свое мнение, но и начинаем испытывать эмпатию к тому, как они сдерживались нашим контролем.

Как вы узнаете позже, эмпатия – это ключ к связи и основа крепких отношений с детьми. Она может развиваться лишь тогда, когда нет контроля.

Понимание условной природы нашей любви тяжело для родителей. Однако осознав это, мы можем перестать навязывать эту условность нашим детям. Есть сильное упражнение, которое позволит обнаружить, на чем основана наша любовь:

• Если мой ребенок ведет себя как _______________, то я испытываю гордость.

• Если мой ребенок ведет себя как _______________, то я испытываю грусть.

• Если мой ребенок ведет себя как _______________, то я испытываю злость.

• Если мой ребенок ведет себя как _______________, то я испытываю разочарование.

Выполнение этого упражнения поможет понять, на чем базируется ваша любовь. Я предлагаю посчитать, сколько раз в день вы используете утверждения «если – то» в отношении своих детей. Наверное, вы прибегаете к ним минимум десять раз в день. Такой вид условного контроля создает в детях ощущение, что их ценность основана на удовлетворении нас и подчинении. Когда они хорошо себя ведут, мы хвалим их и повышаем их чувство значимости. Когда они этого не делают, мы забираем похвалу.

Не ругайте себя, если вы обнаружили условную природу вашей любви. Это не делает вас плохим родителем, вы просто человек. На самом деле я бы даже сказала, что большинство из нас знают только такую любовь. И лишь немногие способны достичь безоговорочного чувства.

Большинству из нас не знакома идея безусловной любви. Все потому, что многие никогда не получали такую любовь от родителей. Нас растили в «если – то» – любви и контроле, в модели страх-вина-стыд, и именно это мы передаем нашим детям. Чтобы перейти от жажды управлять к безоговорочной любви, требуется осознание и ясность. Для начала необходимо понять все моменты, когда мы стремимся контролировать, и затем сделать осознанное усилие, чтобы отпустить контроль. Чтобы растить своих детей так, как никогда не растили вас, требуется практика и самоотверженность. Вы ведь и в самом деле могли никогда не испытывать безусловную любовь.

Большинству из нас не знакома идея безусловной любви. Все потому, что многие никогда не получали такую любовь от родителей. Нас растили в «если – то» – любви и контроле, в модели страх-вина-стыд, и именно это мы передаем нашим детям.

Дэвид и Марсия боролись с решением их двенадцатилетней дочери Сони уйти из школьной команды по гимнастике. Соня была одной из лучших. Она занималась гимнастикой профессионально с начальной школы и принимала участие во всех местных соревнованиях. Ее комната была заполнена кубками, трофеями и медалями. Дэвид и Марсия знали всех родителей в команде, это была большая и дружная семья. Решение Сони было как гром среди ясного неба. Они пришли ко мне, когда оказались в тупике. Они перепробовали всевозможные манипуляции, но, кажется, ничего не работало. Соня полностью отдалилась от них, и у нее началась дерматилломания².

Когда они пришли ко мне впервые, меня шокировала хрупкость Сони. Она объяснила, что у всех участников команды была особая диета и режим физической нагрузки. Тут вклинилась Марсия: «Но это здоровая еда! Соня нас потом поблагодарит». Дэвид раздраженно перебил жену: «Нет времени на болтовню. Соня уже пропустила три недели тренировок. Если так и продолжится, ее выгонят из команды. Я даже не знаю, сможет ли она когда-то вернуться в форму. Мы просто теряем время!»

Когда я спросила Соню, почему она решила уйти, ее ответ был на удивление четким и ясным: «Я хочу быть обычным, нормальным ребенком. Я не хочу по шесть часов в день заниматься гимнастикой. Мне нравилось, пока было весело, но больше не весело, я постоянно на нервах. Я не вижусь с друзьями и не делаю то, что делают они. Я или учусь, или тренируюсь. Ненавижу это. С меня хватит!»

Дэвид снова заговорил: «Это и не должно быть весело, Соня! Речь о преданности и стойкости. Посмотри, как многого ты достигла! Если ты сейчас бросишь, все усилия пойдут насмарку!»

Очевидно, что родителям это решение давалось тяжелее, чем Соне. Они так привязались к ее роли гимнастки, что не видели, кем еще она была и что выражала. Я задала ее родителям всего один вопрос: «Почему вы не способны выслушать своего ребенка?» Дэвид и Марсия замерли. Они никогда не задавали себе этот вопрос: «Почему? Почему мы не могли бы выслушать своего ребенка?»

Большинство родителей, с которыми я работала, разделяют неосознанное убеждение, что они обладают властью над своим ребенком и должны принимать решения за него. Когда Соня воспротивилась их контролю, эта пара не подумала спросить себя: «Почему мы ее контролируем?» Вместо этого они попытались контролировать ее еще больше. Я сказала: «Видите, как сложно может быть просто ценить и принимать решения своего ребенка? Это не ваше решение, а ее! Разве она уже не сделала достаточно и не достигла достаточных успехов? Зачем вам все это? Неужели ей нужно заниматься гимнастикой еще десять лет, чтобы вы себя хорошо чувствовали, когда она соберется уйти? Когда будет достаточно?»

Эти родители меня очень вдохновили, ведь я видела, насколько они были закрыты. Их ребенку было очень больно, но они не могли отпустить свои убеждения. Отход от старых моделей поведения и принятие необходимости изменений может быть тяжелым. Дело в том, что, как и многие из нас, Дэвид и Марсия видели только плохое. Их захватил страх, что, если дочь бросит гимнастику, у нее будет меньше шансов при поступлении в колледж. Их фильму с дочерью, – талантливой гимнасткой, которая была исключительной, имела медали и хорошие отзывы, – не суждено было выйти. Им нравилось, что Соня – звезда, и нравилось быть родителями звезды.

Дэвид и Марсия верили, что контроль был единственной возможностью «спасти» их дочь от «неправильного» решения. Они думали, что продавят, если надавить сильнее. Они считали, что управлять и манипулировать – единственный способ взаимодействия с ребенком. Но они не видели, что в тот самый момент они причиняли ей больше боли, чем, возможно, когда-либо в будущем.

Видите, как сильно любовь окрашивается контролем и страхом? И только когда мы будем готовы заглянуть глубже в свои бесосознанные страхи, мы, возможно, захотим измениться. Когда Дэвид и Марсия наконец поняли, что их условная любовь причиняет Соне боль, они смогли отпустить контроль и посмотреть иначе на ситуацию, в которой оказался их ребенок.

Дэвид и Марсия узнали, что Соня хотела проводить больше времени со школьными друзьями и что девочка любила рисовать – хобби, на которое раньше не хватало времени. Но самое главное, они поняли, что их дочь не была безответственной спорщицей, она просто была верна себе. Разве это не хорошо? Как только родители увидели свою дочь через призму безусловного принятия, свободного от власти и доминирования, они смогли создать новую связь с ней. И их подход к родительству стал меняться.

Дэвид и Марсия переосмыслили решение Сони: теперь оно было не «неправильным» и «фатальным», а жизненным выбором, который дал их дочери возможность расправить крылья и найти что-то новое. Они увидели ценность предоставления Соне свободы для изучения себя и принятия собственных решений. Они заметили, как легко ей стало без этой ноши и как она расцвела, став аутентичной версией себя. У Сони стало больше друзей, она увлеклась другими видами искусства. И хотя девочка не выигрывала никаких наград, она испытывала больше радости, умиротворения, веселья и удовольствия от того, что была «обычным» ребенком. Разве не этого мы в итоге хотим для своих детей?

Как только мы отходим от условного подхода к своим детям, то знакомимся с ними на совершенно новом уровне: на уровне души. Вместо того, чтобы контролировать их соответствие нашим планам, мы лучше и глубже их узнаем. Такой вид связи может появиться, только когда родитель готов отказаться от метода «если – то».

Шаг 4
Закончите погоню за счастьем и успехом

 
Испытывая жажду чувства,
Я бежала мимо людей в могилах
И разбила многие стеклянные сердца,
Я прорывалась сквозь каменные мечты,
И все ради чувства…
Словно зависимая, роясь в мусоре,
Я преследовала счастье и успех словно наркотик,
Пока не добралась до вершины горы
И не смогла этим насладиться,
Потому что я выдохлась и потеряла душу,
А мое восприятие было окрашено кровью
Боли, которую я оставила на пути.
 

Одна из вещей, которая нарушает наше родительское счастье и умиротворение, – это идея, что наши дети должны быть и счастливыми, и успешными. Ничто не создает столько стресса и конфликтов между родителем и ребенком, как эти два понятия. Именно поэтому до тех пор, пока вы не осознаете потенциальную опасность такого настроя, вы не сможете принять осознанное родительство.

Спросите любого родителя, чего он больше всего желает своему ребенку, и он ответит: «Я хочу, чтобы мой ребенок был счастливым и успешным». Мы даже не задумываемся о глубинном смысле этого ответа. Мы ведем себя так, словно счастье и успех – это два священных грааля родительства. Я здесь, чтобы развеять этот миф и объяснить, что погоня за такими целями является основной причиной стресса и конфликтов в процессе воспитания детей.

Во-первых, сама идея хотеть чего-то для кого-то другого уже проблематична. Желать людям хорошего – это одно, но хотеть, чтобы они стали какими-то конкретными, например счастливыми или успешными, – это контроль. Представьте, что вы собираетесь получить ученую степень, но вам это тяжело дается. К вам подходит друг и вместо понимания, через что вы проходите, выражает разочарование. Он говорит: «Не могу поверить, что ты не счастлив! Хочу, чтобы ты был счастлив. Перестань грустить». Каково? Или он скажет: «Почему ты не получаешь пятерки? Почему все так плохо? Это неприемлемо!» Как вам такое?

Уверена, что подобное отношение очень задело бы вас. Вы бы закрылись от этого человека, не так ли? Что ж, именно так мы ведем себя со своими детьми. Мы так сильно привязаны к идее их счастья и успеха, что обесцениваем их, когда они этого не достигают.

Слышу ваши возражения: «А что плохого в желании, чтобы наши дети были счастливыми и имели возможности для успеха? Ведь это то же, чего мы хотим для своих партнеров, родителей и друзей, не так ли?» В случае с родительством разница заключается в следующем: когда мы желаем всего этого для детей, мы не просто пассивно хотим добра. Это активные желания и ожидания, которые мы проецируем на своих детей. Мы упаковываем их в наше видение успеха и счастья, не давая им свободы исследовать, ошибаться, грустить, злиться и получать ценный урок, что беспорядок и красота жизни идут рука об руку.

Давайте разбирать эту идею дальше. Первое, что нам нужно осознать, – насколько бы наши намерения ни были чистыми, желание счастья и успеха нашим детям попахивает эгоцентризмом. Мы хотим, чтобы они были счастливы и успешны, потому что тогда мы счастливы и успешны как родители. Мы чувствуем себя компетентными и значимыми. Наше желание на самом деле о том, как их успех и счастье влияют на нас. Откуда я знаю? Позвольте ребенку выразить удовлетворенность занятием, которое вы не одобряете, и вы будете раздражены, обеспокоены и несчастны. Конечно, мы хотим, чтобы наши дети были счастливы – до тех пор, пока это соответствует нашим ожиданиям. На самом деле мы хотим, чтобы дети подчинялись нам и были покорны. Это позволяет нам чувствовать себя счастливыми и верить, что мы контролируем происходящее и успешны в роли родителей.

Далее нам нужно понять, что идеи счастья и успеха – не больше, чем идеи. Попросите сто человек дать определение любого из этих понятий, и вы получите сто разных ответов. Почему? Это субъективные концепции, а не объективные феномены. Поэтому их внедрение в наше родительство создает нереалистичное давление и ожидания и настраивает нас и наших детей на разочарования и провалы.

Счастье, как мы знаем, мимолетно. Жизнь сложна и полна нюансов, поэтому смешно ожидать, что наши дети или кто-то другой будут счастливы постоянно. Успех – это мифические идея, определяемая многими сложными показателями. Для новоиспеченной мамы успехом может быть крепкий сон вместе с ребенком. А для ее подруги такого же возраста успехом станет отказ от сахара или алкоголя. Для ее сестры это может быть изучение нового языка, а для ее племянницы – решение уравнения, с которым она не справилась за день до этого.

К чему я веду? Счастье и успех – это идеи, к которым мы привязываемся, не осознавая, что в них нет долгосрочного значения. Но из-за нашей слепой привязанности мы теряем голову всякий раз, как видим наших детей несчастливыми или неуспешными. Когда мы видим, что они плачут, мы тут же хотим забрать их боль ради них и для самих себя. Когда мы видим их поражения в школе, то хотим наказать или починить их. Наша привязанность к этим двум понятиям – счастью и успеху – заставляет нас спотыкаться и вызывает ненужные страдания.

Первое, что нам нужно осознать, – насколько бы наши намерения ни были чистыми, желание счастья и успеха нашим детям попахивает эгоцентризмом. Мы хотим, чтобы они были счастливы и успешны, потому что тогда мы счастливы и успешны как родители.

Опять же, идеи счастья и успеха заложены в нас с детства и являются частью нашей культуры. Наше общество движется в их направлении, а мы от них зависим… Пока мы не осознаем пустоту, которую они в себе несут, то будем снова и снова попадать в эту ловушку, хотеть счастья и успеха для наших детей и страдать, что они не воплощают их в жизнь.

Я слышу ваши возражения: «То есть вы хотите сказать, что нас не должно волновать, что наши дети грустят или не успевают в школе? Это бессердечно!» Вот что вам нужно понять: забота о детях не означает, что они должны превратиться в счастливых и успешных людей или что вы будете виноваты, если этого не произойдет.

Забота о детях – принятие их такими, какие они есть. Если они грустят, позвольте им грустить. Если злятся, позвольте им злиться. Если у них проблемы с математикой, пусть будут. Конечно, мы задаем им вопросы и помогаем найти решения их проблем, но мы делаем это не ради достижения пункта назначения «Счастье и успех».

Родители, я призываю вас сойти с поезда, идущего в этом направлении. Нет такого пункта, и, если вы не сойдете сейчас, то застрянете в бесконечном квесте, где постоянно ищут, но не находят. Да, все мы хотим, чтобы наши дети радовались жизни, но нужно понять, что ни один человек в мире не может быть счастлив всегда. У каждого бывают периоды, когда он ошибается, испытывает страх, непонимание и грусть. И знаете, что? Это нормально. Это по-человечески. Это приемлемо.

Рассказать детям о неизбежном беспорядке жизни гораздо ценнее, чем научить их гнаться за недостижимой реальностью. Когда они примут идею, что жизнь хаотична, то станут более стойкими, чем если бы они придерживались мысли о том, что жизнь ведет к утопии, наполненной бесконечной радостью и достижениями. Когда ваши дети ожидают, что жизнь будет беспорядочной, они не настроены на разочарование, поскольку именно так и происходит в реальности. Но если ваш ребенок ждет, что какая-то утопическая фантазия воплотится в жизнь, он очень расстроится, когда этого не случится.

Настало время заменить идею счастья и успеха чем-то совершенно другим и новым. Нам нужно уйти от удовлетворения результатом к наслаждению процессом. Давайте сконцентрируемся на чем-то новом: присутствии и опыте. Когда мы фокусируемся на присутствии, то выбираем находиться в состоянии живости и единения с настоящим. Когда мы сосредотачиваем внимание на опыте, то фиксируемся на принятии того, через что проходим здесь и сейчас. Так что не важно, плачут наши дети или улыбаются, мы меньше концентрируемся на осуждении и больше на том, чтобы позволить им испытать аутентичные ощущения в этом состоянии. Какова их внутренняя связь с их жизненным опытом? Чему они учатся? Через какие внутренние трансформации проходят? Когда мы концентрируемся на таких качественных моментах, жизнь перестает сужаться до желанного исхода и фокусируется на нашем существовании. Больше нет «хороших» или «плохих» чувств, есть просто чувства.

Присутствие и опыт ориентированы на процесс. Счастье и успех нацелены на результат. Когда мы учим наших детей наслаждаться процессом жизни и игнорировать исход, они могут сбросить внутреннее напряжение и войти в состояние счастья и покоя. Родители тоже так могут.

Сконцентрируйтесь на присутствии. Ваши дети здесь? Если да, остальное не важно. Не важно, «счастливы» они или «рассержены». Важно, что они реальные и настоящие. Дело не в пятерках и не в состоянии банковского счета, а в том опыте, который получают наши дети. Если они исследуют жизнь своими путями, становится все равно, выглядит это так или иначе, ведь это в любом случае их опыт.

Почему этот подход так важен для родителей? Он освобождает их и детей от давления. Родители начинают легче принимать естественные состояния и способы самовыражения своих детей, не заставляя их постоянно быть веселыми или гениальными. Принятие происходящего – «Моему ребенку сейчас тяжело» или «Мой ребенок имеет склонность к математике» – снимает давление и облегчает существование и родителя, и ребенка.

Стейси было нелегко отпустить своего десятилетнего сына Джоша в летний лагерь. Это был его первый раз, и она с ужасом думала о трех месяцах без него. Женщина была так сильно привязана к его эмоциональному благополучию, что ее настроение постоянно смешивалось с его. Джош, со своей стороны, был в равной степени зависим от матери и хотел постоянно поддерживать с ней связь, каждый час отчитывался о своем состоянии и оставлял вожатых в недоумении, как же наладить с ним отношения. Когда Стейси получала радостное послание от вожатого или видела Джоша на фото в онлайн-альбоме группы, она сразу становилась счастливее. Когда этого не происходило, ее настроение падало. Она думала о своем сыне 24/7.

Как и многие родители, Стейси верила, что несет ответственность за хороший лагерный и детский опыт своего сына. Она считала, что ее родительской миссией было управление его эмоциями и настроением. Когда у него были проблемы, она забирала их и делала вид, что это ее проблемы. Его счастье означало ее счастье. Его грусть катапультировала ее в депрессию.

Я попыталась помочь Стейси увидеть недальновидность такого подхода. «Кто сказал, что дети постоянно должны быть счастливыми и успешными?» – спросила я. «Кто сказал, что наша задача – помогать им с их эмоциями каждую минуту? Все это неправда». Я объяснила: «Вы заставляете своего сына тревожиться о вашем настроении и чувствах. Поскольку вы сфокусированы на его счастье, то показали ему, что тревожность или грусть равняется анафеме. На самом деле это чувства, которые приходят и уходят, если мы им позволяем. Из-за того, что вы паникуете каждый раз, когда у него портится настроение, он тоже паникует. Вы научили его испытывать неприязнь к его нормальным чувствам. Это отвращение вызывает больше тревоги. Он сможет принять их как временные состояния, только когда это сможете сделать вы. До этого вы оба будете в таком адском слиянии».

Стейси была шокирована. «Я паникую каждый раз, когда он расстроен. Я не могу это принять. Я чувствую, что я плохая мама, ведь если бы у него была хорошая мама, он испытывал бы только положительные эмоции. Я помню, что никогда не видела свою маму искренне счастливой и всегда боялась, когда она уходила в свою темную комнату и просто лежала там. Казалось, что она проводила там годы, поглощенная депрессией. Как бы я ни старалась, я не могла сделать ее счастливой. Меня всегда пугают грустные лица, потому что я сразу вспоминаю, как была одна и напугана, думая о том, когда же моя „счастливая“ мама выйдет из своей комнаты». А вот и причина столь тесной связи Стейси и ее сына. Как и все мы, Стейси получила негативные ассоциации с большими эмоциями в детстве. Ее растила мама, которая не умела управлять своими чувствами, и эта тревожность передалась ее дочери, которая теперь транслировала ее своему сыну.

Благодаря нашей работе Стейси смогла увидеть, как сильно ее счастье и чувство значимости и успешности зависели от ребенка. Она очень зависела от него. Джош отвечал паразитарной зависимостью от мамы. У него не было выбора, поскольку динамика их отношений заставила его слиться с ней. Будучи маленьким, он удовлетворял ее потребности. Как хороший ребенок, он позволил себе потерять свою идентичность. Ее сын сейчас делал то же самое, что Стейси делала в детстве.

Когда мы считаем, что наши дети должны быть счастливыми и успешными, то думаем, что мы должны быть счастливыми и успешными. Это связано с нашей нехваткой внутреннего счастья и ощущения значимости, которые мы проецируем на детей. Когда мы работаем над своей внутренней связью, то перестаем использовать детей для удовлетворения собственных потребностей и позволяем им получать свой жизненный опыт без нашего вмешательства и контроля.

На понимание этого у Стейси ушло много времени, но она смогла отсоединиться от своего сына, когда увидела, что ее излишняя зависимость от его настроения ограничивала его свободу быть собой. Благодаря практике она перестала ежечасно проверять, как у него дела и как он себя чувствует.

Когда мы работаем над своей внутренней связью, то перестаем использовать детей для удовлетворения собственных потребностей и позволяем им получать свой жизненный опыт без нашего вмешательства и контроля.

Спустя несколько месяцев болезненного отрыва она стала смиряться с дискомфортом от того, что она не связана с ним 24/7. И, хотя Джош по-прежнему испытывает тревожность, он тоже учится другим стратегиям удовлетворения своих потребностей: друзья, терапевт и, что важнее всего, свое внутреннее Я.

Как бы мы ни хотели, чтобы наши дети испытали счастье и успех, мы настраиваем себя на поражение и разочарование, когда фокусируемся на этом желании. Жизнь сложна, и, как я уже говорила, хаотична. Счастье приходит и уходит, а успех эфемерен. Цепляться за желание чего-то из этого – верный пусть к грусти, если ожидания не оправдаются. Давайте отбросим эти идеи. Когда мы это сделаем, гарантирую, что мы испытаем великое наслаждение и освобождение, как и наши дети.

ВОПЛОЩАЕМ ЭТО В ЖИЗНЬ

В следующий раз, когда ваш ребенок несчастлив или испытывает трудности в школе, я хочу, чтобы вы понаблюдали за собой. Отметьте, как вы себя чувствуете. Способны ли вы сохранять дистанцию между собой и его чувствами или они являются для вас триггером?

Справиться с чувствами детей – одна из наиболее сложных вещей для родителя. Я буду говорить об этом в третьей части книги, а сейчас, на стадии создания четких установок, я приглашаю вас осознать, как сильно настроение детей влияет на вас и как сильно вы с ними сцеплены.

Мы ассоциируем чувство боли и борьбы с чем-то неприятным или «плохим» потому, что наши родители не знали, как справляться с ними. Нам тяжело проходить через это со своими детьми, поскольку наши родители не знали, как помочь нам пережить эти сложные чувства. Когда наши дети проходят через такие эмоциональные волны, мы тут же пытаемся заглушить их, как поступали с нами в нашем детстве за то, что мы испытывали это. Так что в следующий раз, когда ваш ребенок будет бороться с чем-то, скажите себе:

Мой ребенок – человек, который испытывает чувство боли и борьбы. Эти чувства естественны для человека. Они не являются плохими. Они ценны и позволят моему ребенку вырасти сильным человеком, способным к саморегуляции и самоуправлению. Если я отмету эти чувства, мой ребенок потеряет возможность быть аутентичным. Чтобы хорошо себя чувствовать, мне не нужно, чтобы мой ребенок был счастливым или успешным. Моя ценность исходит не из его оценок, настроений или опыта, а из меня самого. Я оставлю место для всего, что естественно появляется в жизни моего ребенка, и через мое принятие существования я научу своего ребенка принимать существование.

Давайте уберем «счастье» и «успех» с наших карт желаний и заменим их на «присутствие» и «опыт». Таким образом наши дети могут жить свои жизни так, как они разворачиваются перед ними, без осуждения. Это прекрасный дар, который мы можем передать нашим детям.

У нас есть глубокие убеждения не только о счастье и успехе, но и других концепциях, например о хорошем и плохом, красивом, любящем. Все эти убеждения окрашивают наше восприятие детей и влияют на наше поведение. Полезно выполнить упражнение на раскрытие ваших внутренних убеждений касаемо описанных концепций, чтобы вы могли заметить, в какой момент они начнут мешать вашему родительству. Когда вы будете выписывать эти ассоциации, то поймете, как эти идеи были сформированы людьми вокруг вас и как ваши отношения с детьми были им подвержены. В таблице ниже я уже заполнила одну строку в качестве примера. Попробуйте заполнить остальные.

Что вы заметили по мере заполнения таблицы? Видите, насколько ваши родители и культура повлияли на вас? Понимаете, как ваши убеждения влияют на воспитание детей? Когда вы осознаете, как эти убеждения сформировали вас, то увидите, сколько стресса и тревожности они принесли. Исцеление происходит не только благодаря этому пониманию, но и через замену описанных убеждений на новые, более вдохновляющие и осознанные.