Kitobni o'qish: «Погружение в эскизы»

Вступление

Я думаю, сотворить нестандартный мир может каждый, в изобилии мыслей можно вырвать гениальный концепт. Если представить масштабы человеческих помыслов, то вообразите безмерность поэмы, сложенных из этих мотивов. Детская плавающая непосредственность, подростковая дерзкая спонтанность, взрослая нагнетающая ответственность – способна сложить единую целостную картину для понимания этого мира. Абстрактную, иррациональную, но многогранную и полнящуюся неординарными красками.

Читатель, я даю тебе уникальную возможность – вдохновиться поэтичным проникновенным монологом, который ты лицезришь после завершения этой своеобразной прелюдии. В каждом произведении, включенном в этот сборник, вложена особая душевная история. Сквозь кладезь творческих бриллиантов и уже написанных филигранных сюжетов, я буду пробивать себе эволюционный путь в суровых шаблонных реалиях.

Вознаграждение из обломков

Морской бриз отразит ночное небо,

О скалы разобьется судно в мраке.

Также как и о вечности людское кредо,

В пучине океанской блеснет якорь.

На нескончаемых полотнах въелись звёзды,

Они подобно человеку, их количества не счесть.

Полнятся уникальностью, намеренья их твёрды,

За ликом бесподобным кроется животная жестокость, лесть.

Мы сами держим курс фрегата жизни,

И слепо верим, что морской прибой – наш друг.

Шторм бурный поглотит корабль живописный,

Поставив на места сброд человеческих заслуг…

В заливе размокает звездный парус,

Там мачту треснутую омывают волны.

Трагически погиб последний людской ярус,

Души их навсегда будут свободны…

Мечты воскреснут в небесах

Песчинок перелив взмывает ласковый прибой,

Штиль наступил, синь мутная морская затихает.

Тот камень одинокий омывает небольшой волной,

Этот прекрасный миг мне о тебе напоминает.

Немыслимо, что все вокруг – невечно,

Хочу хранить твою ладонь в своей всегда.

Но не взирая, что жизнь наша скоротечна,

Мы стерли себя сами с тех просторов, без следа.

Бриз подмывает водорослей сплетенные узоры,

Нежное солнце восходящее ослепит очи.

Свершилось то, к чему вели все разговоры

Мы вместе на века, остались звездами в сиянии ночи…

Вспышками яркими мы воздадимся в небе,

Прольемся музыкой вешних ручьев и пением птиц.

Пускай наши надежды в людском мире столь слепы,

Отныне окружение абстрактно, можно не искать границ.

Терзания пленника

В ущелье каменном в стены впиталась сырость,

Ветви колючего плюща сковали легкие мои.

Без солнечных лучей я обрела бескрылость,

Слепо надеясь, что освободят подземные покои.

Эмоциональный голод скручивает мое тело постепенно,

От жажды социальной головокружения пытают.

Я поддаюсь всем жизненным мучениям смиренно,

С каждой минутой силы меня безнадежно покидают.

Сквозь трещины окаменевшие – капли подземных вод пробились,

Как слезы охладевшие, жалость в себе таят.

В этой тесной пещере мои ненависть, злоба и боль ютились,

Храню надежду, что поток решимости и стойкости во мне огонь души возобновят.

Мерцающий свет всполохнул в сумрачной тьме,

Пронизывая мое тело, душа растворяется в экстазе.

Целитель, чем же могу отплатить взамен?

Отныне, нежный блеск во мраке – мой придел фантазий.

Ключ к освобождению

Порабощают принципы мои черствые своды,

Жизнь в кандалах невыносимо истощает разум,

Любое благо в этом мире не заменит мне свободы,

Взглянув на прыткий свет во мгле – я расцветаю сразу.

Вскружился в танце мотылек, пыльцою окропляя мою плоть

Оковы постепенно ослабляют каменную хватку,

Словно переродившись, нахожу в себе усилия боль побороть,

Цветок крылатый наложил на сердце аккуратную заплатку.

Ущелье жуткое покинув безвозвратно,

Моя душа освобожденная от счастья тихо плачет.

Каким бы мазохистом не была, страдания нелицеприятны,

Целебный мотылек судьбу теперь переиначит.

Открылись лучи солнца восходящего скорбному взгляду,

Ласковый спутник жизни научил меня греться в анабиозе.

Вместе мы воссияем, вклинившись в плеяду,

Приняв обличие звездное в метаморфозе.

Космическое вожделение

В земном обличии мы безрассудны и упрямы,

Гордости и пустому слову нет границ.

Станет всё человечество в безмерном космосе небесными телами,

На головокружительных высотах для людских глазниц.

Вакуум титанических пространств влечет своей загадкой,

Притупленность познания не позволяет уложить необъяснимое в себе.

Строим существование, купаясь в луже черствости необратимо гадкой,

Питая убеждение вечности небылицей, захлебнувшись в страхе.

В бездонной яме невесомости скрылись секреты мироздания,

Глубины временных просторов превратят смертные души в звездную орбиту.

В научных тупиках закончится абстрактного мышления система порицания,

Осознанность придет, узнав что знания теории неплодовиты.

Космические пустоши озарит множество светил,

Блеснет в мрачной дали сверхсветовой квазар.

Круговорот вселенских маяков рассудок затуманенный заворожил,

Амбиций необузданных воспламенив пожар.

Утерянная поэма

Старый путеводитель свел меня с намеченных маршрутов,

Тяжелый мрак в мыслях пролился тлеющей рекою.

В кризисных сетях все литературные концепты накрепко запутав,

Несвязных строк тревожный импульс проникает в сердце зыбкой тьмою.

Без образов абстрактных в легких моих иссякает воздух,

Лишь воодушевленным взглядом в удовольствие созерцать бренный мир.

Выискиваю свою музу я в далеких звездах,

Живительное вдохновение – навсегда мой неизменный ориентир.

Так думал недооцененный, тяжестью увешанный поэт,

Заблудший в тупиковом переулке, в поиске несчастной рифмы.

А может, он бы появился в крупных заголовках городских газет,

Не убивая свой талант, видя в поэзии сплошные романтизмы.

Размеры социальной катастрофы необъятны,

Они затмили собой непосредственность людей.

Думаю, что мотивы созидания по сей день вероятны,

Если творец готов встряхнуть мелочность жизни с белоснежных простыней.

Прозрение

Вдыхая терпкий дым жизненных цепких паутинок,

Промеж рутинных распорядков назревает любопытный парадокс.

Возможно, смысл спрятан в галерее акварельных глянцевых картинок,

А вероятно, он хранится в межгалактических вопросах, проникающих в наш мозг.

Так называемый абстрактный «смысл жизни»,

Воспет в каждой звенящей ноте, грубым штрихом на разрисованном холсте.

Благотворец найдет людскую суть в чистейшем альтруизме,

Влюбленные найдут ответ в сладостном плейлисте.

Средь будничных процессов, на оптическом прицеле юдоль плача,

Вводим поисковой запрос в космический простор.

Простолюдины разглядели содержание насущного в вечерней телепередаче,

Талантливый поэт – обыденному слогу двинется наперекор.

Стоит развеять прах своих ничтожных убеждений,

Вдыхая свежий воздух, проецировать на жизнь ментальную стабильность.

Разбить свой лик в зеркальном лабиринте отражений,

Искоренить в серьезных перспективах свою инфантильность.

Эпидемия

Контроль чужих мыслительных процессов неподатлив,

Как направление ветров, несущих в воздухе увядший лист.

Пейзаж нестройных грёз в кровавой луже реализма для глупцов красив,

В этих уродливых чертогах себя нашел иррационалист.

На гиблом перепутье разлагается мертвенный разум,

Сквозь галактическую червоточину в мой мозг проник неясный свет.

Абстракция затейливо вложила в подсознание очаговые метастазы,

Многострадальный организм не смог сформировать иммунитет.

В мрачной глуби рассудка ментальный импульс созидания пробился,

Тревожная прелюдия скорбно звенит в моих ушах.

Эффект побочный на моей судьбе незвано отразился,

От хлипкого психического механизма сбережется только прах.

Меж временной рассвет слишком недосягаем в ограниченном диапазоне,

Наша биосистема не готова преодолевать пространственный барьер.

Сознание ждет несколько световых лет состав прозрения на галактическом перроне,

Сквозь недостаток кислорода, погрузилась в мутную прострацию манящих гидросфер.