Kitobni o'qish: «Ноосферное мышление. Или что такое нофукома в интеллекте ноосферянина»

Саратовским сподвижникам синергетики и нелинейной динамики Трубецкову Дмитрию Ивановичу¹ и Лёвину Юрию Ивановичу² посвящается

Автор выражает огромную признательность и низкий поклон своей матери Палагиной Наталии Сергеевне за поддержку и бесценную организационную помощь при работе.

Автор благодарит Гамаюнова Михаила Николаевича за помощь в работе над книгой.

* * *

Все права защищены. Исключительное право публикации этой книги принадлежит автору, Палагину С. В. Выпуск произведения без разрешения автора считается противоправным и преследуется по закону.

© C. В. Палагин, 2021

© ООО «Издательство „Родина“», 2021

* * *

От издательства

Читатель!

Ты открыл эту книгу и тебе надо сразу представить, с каким явлением ты столкнулся.

Любая серьёзная книга – это прежде всего соизмерение твоего таланта с талантом автора. Эта книга, выпущенная очень маленьким тиражом, исключительно для тех, кто своим талантом приближается к таланту автора, равен ему или превосходит его. Для остальных она просто интеллектуально непосильна. Для того, чтобы понять автора, разделить с ним его идеи, надо обладать не только интеллектом, но и пониманием того, что научная и культурная задача, поставленная здесь, предельно актуальна и её просто НАДО решить. К сказанному ты должен быть не только интеллектуально талантлив, ты должен быть рефлексивно талантлив.

А таких людей сегодня очень мало. Как ты считаешь, ты к ним относишься?

Методическое пособие – не концептуальный труд как предмет для научных дискуссий, это документ для прикладной работы и наиболее удобного и быстрого достижения нужного результата на практике. Задачу, которую поставил перед собой автор, пожалуй лучше всего выразить словами А. Эйнштейна: «Единственный стоящий способ чему-нибудь научить других – это самому выступить в качестве примера». И автор выступает этим примером.

Если тебе, Читатель, нужны концептуальные подробности для глубокого понимания того, что предложено сделать на этих страницах, то мы отсылаем тебя к его книгам. Они перечислены в приложении № 1. Там доказательно расписано, что, как и почему. Но это – отдельный разговор. Здесь тебе предложено быть в роли практика, а не в роли теоретика. Здесь написано о том, что надо делать, в необходимых рамках представлять, откуда что берётся и почему надо делать именно так, а не иначе. Теория в этом пособии тоже есть (а куда ж без неё?), но она изложена вторым планом и как бы невзначай «подпирает» то, что находится на плане первом.

Что для ноосферной интеллектуальной самоорганизации должно быть найдено – уже найдено, и тебе, Читатель, не надо заморачиваться этими поисками повторно. Надо просто брать и делать. Делать так, как написано. А делать в данном случае – это значит усваивать новые знания и накатывать в голове новые когнитивные навыки и когнитивные алгоритмы. Учиться думать так, как автор предлагает, доказывает и показывает. Усваивать новую когнитивную культуру.

Сознательно, с должным пониманием, ответственно и позитивно.

Это методическое пособие – новая, по своему характеру ноосферная, когнитивная технология, которая по своей сути есть прежде всего автотехнология. Ибо свои мозги человек на ноосферный лад может перековать только сам. Другое дело, если он не знает, но хочет, ему со стороны подскажут и покажут, как это сделать. Но если предложенное он не захочет взять – он не возьмёт. Но это будут уже его проблемы.

Это пособие написано для тех, кто сознаёт себя самоорганизованной Личностью, кто реально хочет быть ноосферянином и сам создавать ноосферный образ жизни. Тот образ жизни, которым только и можно выжить завтра в человеческой цивилизации с её раскрученными демографическими, экономическими, экологическими, энергетическими и военными перехлёстами.

В случае сомнения в предложенной автотехнологии у тебя, Читатель, путь к истине только один: ещё раз пройтись с автором от начальных догадок, сделанных более сорока лет назад, до научных утверждений, выверенных в самое последнее время. Если ты знаком с книгой Ли Яккоки «Карьера менеджера», то тебе известна раскрытая им управленческая истина: информации для единственно правильного масштабного решения всегда не хватает. Но жизнь не ждёт, и пока собираешь нужные сведения, ситуация меняется настолько, что всё собранное оказывается бесполезным. Для принятия решения не нужно, чтобы была ВСЯ информация, надо чтобы её было ДОСТАТОЧНО. У тебя есть эти сорок лет, чтобы ещё раз пройти проделанный автором путь исследований, сбора нужных знаний, озарений и наработки доказательств? Очевидно, что нет. При таком раскладе автору неизбежно придётся довериться. Но если ты начнёшь и увидишь, что у тебя будет получаться, как сказано, то в чём проблема? То, что практика – последний и самый нерушимый критерий истинности, ты убедишься и в этом случае.

В этом пособии есть всё, что нужно: ты узнаешь, что тебе предстоит сделать, от лица кого и зачем ты это будешь делать, из чего будешь делать, какими технологиями и как пользоваться, и что у тебя будет в результате.

Успеха тебе!

Главный редактор А. И. Колпакиди

1. Введение

1.1. Что надо знать и понимать с самого начала и с каким мышлением быть для этого готовым

Если ты, Читатель, ещё не дорос или не сподобился до того, чтобы понимать, что такое «процесс с обратной связью», что такое «самоорганизация» и «проточная диссипация», если ты ещё не умеешь мыслить в рамках постнеклассической научной рациональности, тебе пока к этим страницам подступаться рано.

Поскольку перед тобой перспектива совершить (или не совершить) ноосферный транскультурный переход в себе, то совершишь ты его не иначе, как через понимание того, что это такое. Ты сам со своим мозгом – самоорганизующаяся система с проточной диссипацией, и даже если эти слова тебе уже знакомы, то этого совершенно недостаточно. Необходимо глубоко и профессионально владеть всеми деталями и подробностями, как и в любом серьёзном деле.

Первое условие для претендентов на ноосферный транскультурный переход – быть интеллектуалом. То есть самоорганизованным человеком, живущим не только интеллектуальным трудом, но и умеющим систематически работать с интеллектом. Чтобы работать не только над интеллектом, но и над какой-либо системой вообще, надо знать:

– её природу, почему она от Логики Бытия нам дана именно такая, а не другая,

– её текущее состояние с необходимыми подробностями,

– её предвосхищаемое состояние, тоже с теми подробностями, без которых не обойтись,

– технологию её преобразования.

Так вот система, над которой ты будешь работать в этом пособии – это ты сам.

…Ты взял в руки это методическое пособие и открыл первую страницу.

А теперь спроси себя:

– знаешь ли ты, что такое мышление и что такое мозг?

– представляешь ли ты, на какой ступени развития находится как лично твой мозг, так и «мозг вообще» всего человечества?

– какими ты видишь перспективы его развития или совершенствования в будущем?

– какие когнитивные технологии тебе известны, и не просто известны, а тобою освоены, чтобы быть уверенным за результат своих усилий?

Насколько ты готов отвечать на эти вопросы?

А теперь прими во внимание, что ты не просто система, а самоорганизующаяся система. Над которой, чтобы работать, надо знать

– какова она «от Природы», как и по каким законам самоорганизуется;

– в каком состоянии самоорганизованности она находится в данный момент (как протекает в ней процесс самоорганизации: ламинарно или назрел фазовый переход, если назрел, то каков предфазово-переходный хаос, насколько система стала неустойчивой и т. д.)

– каким по своей природе должен быть пейсмекер в этой системе, который запустит процесс самоорганизации и будет им управлять. Созрел ли он или ещё нет, надо ли его «доделать», какими свойствами он должен обладать, чтобы выполнить свою миссию, созревает ли он внутри системы или его надо привнести извне;

– что и как нужно довести в системе, и какую неустойчивость и за счёт чего ей придать (или дождаться, когда система сама созреет до нужной кондиции), чтобы она конструктивно среагировала на воздействие пейсмекера;

– как возбудить, провести и проконтролировать пейсмекером самоорганизацию (фазовый переход) системы, чтобы в итоге был ожидаемый позитивный результат;

– от каких воздействий извне систему необходимо уберечь, чтобы постороннее влияние не сказалось негативным образом;

– каков будет итоговый результат самоорганизации и как им далее следует воспользоваться.

Ну так как, ты готов к такому повороту событий?

Тебе, Читатель, надо быть не просто интеллектуалом, а весьма подготовленным интеллектуалом, владеющим онтологическими моделями, выработанными в третьей научной парадигме – постнеклассической. Именно эти модели есть та концептуальная основа, на которую предстоит опираться в ноосферном транскультурном переходе. Таковы начальные условия: в данном случае надо иметь не только нужные знания, но и иметь соответствующий (как говорят) склад ума, с которым можно было бы реально рассчитывать на успех в этом весьма непростом предприятии.

1.2. О психологических барьерах усвоения ноосферного мышления

Не посолишь – вкуса нет,

Не захочешь – силы нет!

Тувинская пословица

За миллионы лет эволюции и борьбы за существование человек сформировался не просто устойчивой биологической системой со своим гомеостазом, но системой, активно самостабилизирующейся и активно защищающей свою когнитивную и психологическую организованность и самоорганизованность. Мало того, способность мозга защищаться есть его первая способность, через которую, как через «личностный панцирь», он строит свои взаимоотношения с внешним миром. Алгоритм его действий неизменно таков: «я сначала буду активно защищаться, а там посмотрим!» Мозг моментально срабатывает на встречную инициативу сначала своей рептильной частью, ставит блокировки, и только позже позволяет подключиться к ситуации неокортексу с его рассудительностью: «а может быть, то, что мне предлагают, действительно важно?»

В условиях борьбы за существование успешнее других выживал тот, кто умел экономить свои ресурсы. Поэтому мозг, как орган с исключительно высоким энергообменом, генетически настроен беречь силы и экономить на всём, на чём можно. Он приспособился создавать когнитивные и поведенческие штампы и при первой же возможности не тратиться на специальное обдумывание ситуации, а при минимальных усилиях применять накопленные заготовки. Чтобы мозг начал усваивать что-то новое, ему сначала надо убедить себя, что это действительно важно и необходимо. Что потратить силы на это надо, ибо это будет для него выгодно.

В-третьих, наш мозг очень большой конформист. Мы не живём в одиночку, и мозгу для нормальной жизни надо чувствовать и сознавать себя своим в своей идеократической или идеологической среде. Как говориться, ваши мнения очень важны для нас. Причём это совершенно не касается внешнего антуража, через который мы часто проявляем свою оригинальность. Выкрасить волосы в зелёный цвет и надеть джинсы с дырками на коленках – это не нонконформизм, это дешёвое позёрство. Настоящее противопоставление себя общественному мнению происходит на мировоззренческом уровне, который фундаментален для любой культуры. На нём люди для себя возвели идеологические и морально-нравственные нормы. Именно с мировоззренческого пересмотра и начинается настоящее неприятие устаревших жизненных ценностей.

Мы не то чтобы трусливы, но вполне законно очень опасаемся за результат того предприятия, которое по своей ли, по чужой воле затеваем впервые. Это четвёртый фактор. Даже если у нас перед глазами положительные примеры наших более отважных соотечественников, мы всё равно в себе сомневаемся: ведь идти по нехоженой тропинке придётся самим! А вдруг что не так?

Пятый фактор, через который ради успеха тоже придётся перешагнуть – это психологическая усталость. Мозг не любит ждать. Ему, как самому экспансивному явлению Вселенной, надо «всё и сразу». Мозг любит свои успехи и удачи немедленно подкреплять дофамином и такое эмоциональное действие считает для себя чуть ли не более значимым, чем осознание результата рассудком. Усвоение ноосферного мышления – это, мягко говоря, весьма нескоротечная эпопея, измеряемая не днями и неделями, а месяцами и годами. И здесь будет то, чтобы было при других аналогичных инновациях: многие поначалу «загоревшиеся» энтузиасты эмоционально «выгорают» и, что называется, сходят с дистанции.

То, что наш мозг консервативен и не хочет что-либо менять вокруг себя – это для психологов банальность и, как говориться, ещё полбеды. Чего особенно не любит мозг, и против чего особенно бурно восстаёт всем своим существом – это менять самого себя. Здесь как бы не самое главное препятствие для тех, кто задумается об усвоении ноосферного мышления. А кто сказал, что оно окажется доступно всем? Нет! Им смогут научиться жить только те, кто уже «с малых лет» привык к систематическим интеллектуальным усилиям и регулярной работе над собой. Кто высокоорганизован и уделяет личностному саморазвитию несколько часов каждый день. Ты, Читатель, способен на это? Если да, можешь начинать. Если же для тебя усилие подняться над каждодневной суетой запредельно – то сначала обстоятельно займись собой, и только потом возвращайся к этому самоучителю.

Седьмой фактор, который мы здесь примем во внимание – это фактор неоспоримой наглядности. Не думайте, что если вы сумели перешагнуть первые барьеры, то дальше всё пойдёт гладко: ваше консервативное «Я» будет упираться ещё очень долго, пока вы не переломите ситуацию «в свою пользу» и не получите первую реальную отдачу. Чтобы идти к цели не уставая, её очень ясно надо представлять в своём воображении. Одно дело, когда она материальна и предельно наглядна. Например, строительство нового дома, храма или дворца. Есть проект, эскиз, чертёж – на нём всё представлено в лучшем виде. А если запланированный результат – это новое знание, новая интроспективная самоорганизованность? Если это новое состояние ума, новое состояние души? Душа и так очень «хитрая» субстанция, про которую Александр Мень, протоиерей РПЦ, высказался так: «Душа – это то, что нельзя увидеть, взвесить и измерить». Да, какие-то вещи из нашего воображения мы можем изложить на бумаге кружочками, схемами, стрелками… В этом случае сопротивляющемуся новизне мозгу очень легко сказать, что это всё ерунда и на это не стоит тратить время и силы. Как объяснить вопрошающему, что такое ноосферное мышление? Ведь оно – не самолёт, который фактом своего существования убедит любого «Фому неверующего», что аппараты тяжелее воздуха могут летать. Легче всего заявить, что ноосферное мышление – это самое эффективное мышление из всех, которые когда-либо существовали. Что им можно решать те задачи, которые до последнего времени были непосильны для человечества. Но как действительно убедить? Чтобы у потенциального и пока законно сомневающегося Читателя были какие-то первые «реперные точки» для взвешенного решения, автор предлагает такие сравнения:

Человек с ноосферным мышлением принципиально более самоорганизован, чем человек с доноосферным мышлением.

Это как компьютер с операционной системой принципиально совершеннее компьютера без операционной системы.

Это как крылатая ракета с системой самонаведения принципиально эффективнее простой ракеты, у которой есть только реактивный двигатель и боезаряд.

Человек с ноосферным мышлением в интеллектуальном соперничестве всегда обойдёт противника с доноосферным мышлением.

Это как грамотный человек может сделать то, что не может неграмотный.

Это как человек с образованием может жить так, как не может человек необразованный.

Это как человек с хорошей специальностью зарабатывает больше, чем человек без специальности, способный только на низкоквалифицированный труд.

Это как человек со знанием хоты бы одного иностранного языка в чужом краю обходит человека, который знает только свой родной язык.

Это как человек с калькулятором в руках быстрее обсчитает человека, у которого в руках только бухгалтерские счёты с костяшками на проволочках.

Как работник, умеющий работать на компьютере, предпочтителен на рынке труда перед другим, совершенно незнакомого с информатикой.

Это как человек со связями может то, что недоступно человеку без связей.

Это как человек компетентный перед человеком незнающим.

Это как человек с Верой в душе выше человека неверующего.

Это как человек с объективным и доказательным научным пониманием мира и общества выше человека, живущего предвзятой и субъективной политической идеологией.

Это как человек, имеющий Цель, перед человеком, блуждающим без цели.

Это как человек, имеющий Свой Путь, живёт гармоничнее и эффективнее человека, который Свой Путь ещё не нашёл.

И самое главное: с ноосферным мышлением у нас есть возможность измениться и выйти из раскручиваемого нами же планетарного кризиса. С ноосферным мышлением мы ещё возможно сделаем своё будущее, а без ноосферного мышления – наверняка нет!

Задумайся над этими сравнениями, над этими психологическими барьерами и ещё раз спроси себя, Читатель, так хочу ли я, так надо ли мне иметь ноосферное мышление?

…Написал и задумался: все перечисленные здесь психологические барьеры – это какая-то фигня на фоне до боли назревшего в нашей жизни транскультурного перехода. Усвоить ноосферное мышление по силам только тому, кто предельно глубоко проникся пониманием серьёзности сегодняшних проблем, которые мы создали себе сами своей практически неосознаваемой экспансией. Это как в том случае, когда война, и объявлена мобилизация. Когда надо защищать Отечество, о каких-то психологических барьерах кого спрашивает? Если это понимание есть, то какие ещё барьеры?

Ты как, Читатель, относишь себя к таким людям, или, пока гром не грянет, ты не перекрестишься?

25.01.21.

1.3. Кто и как будет делать ноосферную интеллектуальную самоорганизацию

Если вы полагаете, что мир нельзя изменить, это лишь означает, что вы не из тех, кто его изменит.

Жак Фреско

Для того, чтобы жизнь шла своим чередом и чтобы каждый специалист не просто занимался своим делом, а делал это как следует, человечество написало само для себя просто огромное число всевозможных должностных инструкций, методичек и методических пособий. И вот ещё одно.

Когда методические пособия по радиотехнике, швейному делу или собаководству будущие специалисты берут в руки, они уже прекрасно представляют, кто они есть и кем будут в скором времени, когда проникнуться всей мудростью, изложенной в этих пособиях. Почему? Потому что в культуре уже есть аналоги, на фоне которых в принципе всё понятно и лишних, а тем более хитрых вопросов молодые специалисты не задают.

Но вот перед тобой, Читатель, методическое пособие по ноосферной интеллектуальной самоорганизации. Ты уже знаешь, что фишка современности – это целый вал предложений по развитию мышления, по укреплению психики, по личностному саморазвитию, по проведению коучингов на всевозможные темы, это курсы по знакомству с разными мудростями (китайскими, японскими, тибетскими…) На рынке спроса и предложения потреблять можно не только материальные товары и физиологические услуги, можно потреблять услуги для ума и для души. И все обещают самое лучшее за разумные деньги. И есть не только коммерческие предложения, но и государственные программы, которыми правительства стран хотят поднять интеллектуальный уровень своих граждан, чтобы быть более конкурентоспособными на международном рынке технологий. Например, программа «Клубы мышления» в «Точках кипения» Агентства Стратегических Инициатив в России.

Как тут не потеряться среди такого разнообразия?

Чтобы не потеряться, надо самому вдумчиво и точно осознавать, что тебе нужно.

Если ты, Читатель, хочешь хорошо жить и быть счастливым сегодня и сейчас, это методическое пособие тебе не интересно и не нужно. Оно транскультурное по своему характеру и в настоящем времени не работает.

Если ты, Читатель, хочешь выжить завтра, то оно как раз для тебя. Завтра выживут те, кто осилят ноосферный транскультурный переход и станут ноосферянами. То есть людьми с совершенно новой культурой, способными выживать в катастрофических условиях, которые неразумное, жадное и неосознаваемо-экспансивное человечество создало на своей планете. С прежней (то есть с сегодняшней) культурой завтра никто не выживет.

Уж поверь здесь мне на слово, что основа любой культуры – когнитивная культура. Какого уровня в познании мира достигли люди, как умеют мыслить, так они и живут. До последнего времени когнитивная культура по большей части развивалась как бы «сама по себе». Тех философов, учёных и просто мыслителей, которые делали свои вклады в когнитивную культуру, во все времена (начиная с Греции и Античности) было мало, и то, что усваивали из их достижений соотечественники, не позволяло говорить о том, что человечество развивает свою когнитивную культуру действительно специально, осознанно, системно и планомерно. А тем более с какими-то технологиями. Все жили с установкой: что в этой сфере случилось, то и хорошо. Кто что добавил благодаря своему таланту, тот и молодец.

Такой специальности, как «когнитивный технолог», до 70-х годов прошлого века не существовало. Хотя первые идеи такого плана умные головы высказали ещё в середине века³, реальный процесс пошёл только три десятилетия спустя. И после десятилетия стихийного роста и становления активности в этой сфере термин «специалист по когнитивным технологиям» («specialist of cognitive technology») был официально зарегистрирован в начале 80-х годов.

В 2013 г. автор выпустил свою книгу «Социальная роль: Ноосферный когнитотехнолог. Или к вопросу о субъектности в конце эпохи осознаваемой рефлексии». В ней глава № 2 посвящена диалогике рождения и становления Когнитотехнолога. Посмотри её, Читатель, ибо в работе с этим методическим пособием тебе эта книга понадобится. А историческую судьбу такого специалиста знать очень даже желательно: ведь тебе предстоит работать в этой интроспективной или социальной роли как никогда осознанно. И не просто осознанно, а научно осознанно.

Как там определено, кто такой Когнитотехнолог?

Чтобы ты, мой Читатель, не то чтобы не путался, а абсолютно ясно представлял, какие роли уже есть, какие новые роли тебя ждут, скажу сразу, что к роли ноосферного Когнитотехнолога ты придёшь через знакомство с ролью доноосферного Когнитотехнолога.

Начнём здесь с того, что определимся, кто такой доноосферный Когнитотехнолог.

Но здесь нам, Читатель, надо предварительно кое в чём уточниться.

В упомянутой только что книге семь лет назад автор дал такое определение:

Когнитотехнолог – это интроспективный теоретик или социальная роль, в которой мы работаем над исправлением и совершенствованием мышления, а так же над реализацией его организующих способностей (в сфере структурной рефлексии). Или когнитивный технолог – это специалист, организующий или дезорганизующий чей-либо интеллект.

Можно сказать так:

Когнитотехнолог есть прикладной пейсмекер в когнитивной самоорганизующейся системе с назревшей неустойчивостью. Другими словами – в мышлении человека, который в какой-то конкретной теме или «в сознании вообще» чувствует и сознаёт свою неустойчивость.

На этих страницах автор предложил более полное определение, так как в предыдущем он ещё не рассматривал отдельно когнитивную технологию по работе со структурированием контента и технологию по реорганизации мышления. Предыдущее определение тоже верное, но более общее. Так как эти два варианта технологии когнитивный технолог применяет на разных уровнях в интеллектуальной организованности субъекта, автор счёл лучшим их в определении разделить.

Вот последний вариант определения:

Когнитивный технолог – учёный-прикладник и специалист (интроспективный теоретик или социальная роль) который на основе имеющихся научных знаний о мышлении

– дополняет и структурирует информацию и знания в мышлении выбранного субъекта в соответствие с предвосхищаемыми результатами, а так же

– организует и/или реорганизует мышление выбранного субъекта в соответствие с заинтересованностью придать его мышлению нужные характеристики (сделать его правильным, более эффективным и избавить от патологий, девиаций, незрелостей или наоборот, расстроить мышление и внедрить в него разрушающие или деструктивные циклы).

В лице первых когнитивных технологов человек начал действовать «от себя».

То есть, считая себя людьми с самодостаточным мышлением, такие специалисты работали над мышлением других. Или над мышлением «вообще» как над природным явлением. Когнитивные технологи проводили эксперименты, привлекали добровольцев для своих опытов, разрабатывали методы и приёмы влияния на людей, а потом перепроверялись в полевых испытаниях. У первых, доноосферных технологов как-то ещё не было мысли, что когнитивные технологии человеку можно применять к себе самому. Они были ещё далеки от таких идей, что такое «ноосферная когнитивная самоорганизация», ибо решали свои, приземлённые прикладные задачи и этого на первых порах было вполне достаточно.

Когда речь заходит о технологиях (неважно каких), то для полного, метасистемного понимания их надо знать, кто их собирается применять или уже применяет, и в каких целях. Ведь технологий нет «самих по себе», если люди, которые эти технологии применяют. И применяют не просто так, а в чьих-то интересах. Либо в своих собственных, либо в интересах заказчика.

Первые когнитивные технологи работали в социальном пространстве естественного когнитивного неравенства. Это люди, полагая себя поумнее и пошустрее других, старались когнитивными технологиями повлиять на менее умных своих соотечественников. Человек становится технологом там и только там, где он видит выгоду. Собственно говоря, любая технология это есть процесс, создаваемый человеком для достижения нужного результата. Это справедливо и для когнитивных технологов. Когнитивные технологии можно применять в педагогике, чтобы эффективнее учить других. Когнитивные технологии можно применять в политике, чтобы «обрабатывать» электорат в свою пользу. Когнитивные технологии можно применять к больным, чтобы их лечить. А можно применять к отдельным гражданам, и так, чтобы подспудно заставлять их думать и делать что-то нужное не им самим, а заказчикам. Когнитивные технологии – это технологии влияния на мышление других, а вот кто, как и зачем будет влиять – это как бы уже другой вопрос.

Человек по природе есть существо с защитным от влияний извне «личностным панцирем» в своей психике. Психически человек от природы настроен так, что считает себя самодостаточным, и если добирается до когнитивных технологий, то в первую очередь думает о том, как применить их по отношению к другим, и в последнюю очередь – как применить их к себе самому. С такой установкой и работали первые когнитивные технологи. Они как специалисты ставили себя в этой сфере коммуникаций выше других и работали над теми людьми, которых видели ниже себя. Либо это были ученики, которых надо учить, либо это были больные, которых надо лечить, либо это были рядовые граждане, которыми можно манипулировать.

Чтобы иметь для себя фундаментально-научную базу, когнитивные технологи вполне законно и ожидаемо создали свою науку – когнитологию. И, конечно же, к ней такого субъекта, как Когнитолога. Таким образом, ролевое сообщество когнитивных технологов не просто расширилось – оно приросло новой научной дисциплиной, и эту научную дисциплину сочли очень перспективной. Появился термин «НБИК». Посмотри про него в Интернете, Читатель.

Вскоре когнитологи осознали, что здоровый человек, разумеется, цельная личность, но внутри, в своём воображении он живёт целым коллективом разнообразных реальных и придуманных персонажей. Или целым сообществом интроспективных ролей. По этому поводу Борис Митрофанович Величковский, первый президент Межрегиональной ассоциации когнитивных исследований, профессор и доктор наук сказал так: «Человек внутри – это маленькое королевство». Если сказать чуть иначе, человек в своём внутреннем мире – это полисубъектное существо.

Почему так? Потому что ему приходится исполнять разные социальные роли в общественных отношениях и в отношениях с природой. Каждая «внешняя» социальная роль имеет свою традиционную программную организованность и логическую цельность. Воплотить эту социальную роль «от себя» человек может только в том случае, когда эта роль есть в его воображении, в его сознании и он, «живя изнутри наружу» как бы превращает свою внутреннюю роль во внешнюю.

Смекалистый человек быстро схватывает, что только правильно создавая, логично выстраивая и хорошо репетируя внутренние роли, можно безупречно играть внешние. И это самым наглядным образом он продемонстрировал в профессиональной театральной культуре.

Однажды человек созрел для того, чтобы в роли когнитивного технолога полновесно обратиться к себе самому.

Обратиться можно, но вот что ещё: человек оказывается способен к интеллектуальному личностному саморазвитию не потому, что открывает в себе своего внутреннего Когнитотехнолога. А потому, что становится Личностью. Ведь что один Когнитотехнолог сам по себе? Почти ничего. Ведь чтобы он себя проявил, его надо организовать, дать ему задание, проследить, как он его выполнит, принять от него работу… И потом результаты этой работы употребить туда, куда следует. А это уже делает сам человек, а не его отдельная внутренняя роль. Человек силён своей полисубъектностью, в которой каждый персонаж профессионально делает своё дело, а потом из их усилий возникает нужный синергетический эффект. Кроме того, при обращении к себе надо иметь немалое духовное мужество, чтобы признаваться себе в собственных когнитивных слабостях, а потом начинать над ними работать.

В этом методическом пособии мы будем делать ноосферную самоорганизованность различными интроспективными персонажами: не только Когнитивным технологом, но ещё и Контентологом, Когнитологом… Роли ролями, но если посмотреть обще, то свою интеллектуальную самоорганизованность всегда делала Личность. С большой буквы. Которая без утраты своей внутренней целостности умеет жить и работать от лица любого воображаемого или реального персонажа.

Как писал автор раньше, свой интеллект человек совершенствует всей его рефлексирующей частью, в которой наравне трудятся его Сознаники: Контентник и Когнитотехнолог. Но это было в предыдущих книгах. Теперь же новый уровень владения материалом потребовал новых подходов, новых понятий и новых названий уже знакомым персонажам.

Да будет тебе известно, Читатель, что в нашем рефлексивном мышлении два измерения: рефлексия содержательная (в ней мы отвечаем на вопрос «что и о чём мы знаем?») и рефлексия структурная (в ней мы отвечаем на вопрос «зачем и как мы знаем?»). Следуя закону субъектности (ведь целенаправленные и осмысленные действия в чьих-то интересах можно проводить только от лица какого-либо субъекта), мы своё активное рефлексивное мышление представляем такими двумя персонажами, как Рефлексирующий Содержаник и Рефлексирующий Структурник.

Надо заметить, что поскольку до последнего времени мы в прикладной рефлексии не работали так обстоятельно, то и специальных субъектов для этого не создали. Мы подсознательно и адхократично отстранялись, рефлекторно рефлексировали «от предмета». То есть как бы предмет размышлений управлял нами, ибо мы были слабы. Теперь мы окрепли и от лица наших Рефлексирующих Сознаников сами выбираем предмет рефлексии. Ибо со своими новыми возможностями действуем «на опережение», ориентируемся во всём спектре рефлексивных проблем и развитием событий теперь управляем сами.

Человек так устроен, что он – экспансивное существо, и всегда хочет «дальше, выше, сильнее». Не только от своего гражданского или общественного лица, но и от лица каждой своей интроспективной роли. От лица своего Рефлексирующего Содержаника от хочет знать как можно больше, а от лица Рефлексирующего Структурника – знать как можно лучше. Или как можно удобнее и надёжнее.

Я знаю, Читатель, ты сейчас нашёл этих двух персонажей для тебя новыми и необычными. Но признайся, ты до настоящего момента и не рефлексировал себя так, чтобы эти персонажи были осознаны и востребованы. Если ты и рефлексировал, то рефлексировал «как все», по сложившимся когнитивным традициям, и если считал, что понимаешь, что такое рефлексия, то понимал её только как рефлексию содержательную. Ибо тебе часто приходилось спрашивать себя, что ты знаешь или не знаешь, но ты почти никогда не спрашивал себя, как ты знаешь. На бытовом уровне, вне философских или научных исканий тебе структурная рефлексия была практически не нужна.

Но сейчас наступает другое время и в нём без профессионально рефлексирующих Сознаников – Содержаника и Структурника – уже не обойтись. Привыкай к ним и учись жить их ролевой активностью.

Если мы обратим внимание на судьбу Рефлексирующего Содержаника, то увидим, что на заре активной рефлексии он проявлял простейшую экспансию – собирательную. Он усвоил, что «знание – сила», и потому стремился больше знать, чтобы большими возможностями обладать. Как поведенческий принцип поначалу годиться, но потом человек, входя в разум, его пересматривает и поднимается на ступень выше: проявляет экспансию в собирании не всех знаний подряд, а только нужных. И тут снова вопрос: а какие знания считать нужными? В своё время автор ответил себе на него в стихах: «Проникнись мудростью и к тем лишь приобщись, что обрести победу позволяют!» Эту принципу люди в лице Рефлексирующего Содержаника следуют и сейчас.

А какова складывалась судьба Рефлексирующего Структурника?

Примерно до середины прошлого века он был, можно сказать «простым» Структурником. Его роль была в том, чтобы не путать простейшие когнитивные структуры и когнитивные культуры между собой. Он по факту знал, что такие есть, что у каждой своё функциональное место или значение, и к этому надо относиться как к данности. Например, в каком-то контенте что-то может быть перечислено «кучей», или оформлено перечнем по номеру или перечнем в алфавитном порядке. Числа могут быть представлены числами, а могут быть и представлены словами. Слова можно написать обычными буквами, и их могут читать все. Но слова можно писать шифром, и тогда их прочитает только тот, кто знает ключ к расшифровке. То есть имел в силу своего «классического» образования представления о разных вариантах и способах структурирования информации и их не путал. Знал место азбуки Морзе на телеграфе, знал место шифрованию в шпионаже, знал особенности выражения слов буквами или иероглифами, а больше? Больше предлагали только философы в своих трансцендентных гипотезах, но кто их реально слушал?

Исключительный задел для интеллектуалов на заре активной рефлексии сделал Аристотель – создал свой труд «Органон», который позже Зенон переизложил в классическую логику. В ней человек осознавал наличие у себя в мышлении определённых форм, которым надлежит следовать, чтобы мыслить, как с тех пор стали говорить, логично. А кто мыслил нелогично, значит мыслил неправильно, плохо, нерезультативно. Словосочетание «мыслить логично» человечество сделало синонимом «мыслить правильно». Почти два тысячелетия в когнитивной культуре Логик (классический) был тем самым упомянутым Рефлексирующим Структурником…

…Но вот миновала середина прошлого века, и наши деды для себя открыли, что структура информации и знаний гораздо сложнее и разнообразнее, чем представлялось ранее. Наши ближайшие предки по сравнению с более далёкими стали более интеллектуально активными, а так как рефлексия – часть интеллекта, то стали более активными и в ней. Свою рефлексивную активность они выразили в двух уже упомянутых измерениях:

– от лица Рефлексирующего Содержаника они проявили большую экспансию в добыче новой информации и здесь своей заповедью сделали слова У. Черчилля: «Кто владеет информацией, тот владеет миром». При этом действовали с оглядкой на Рефлексирующего Структурника: а зачем мне это (конкретное) знание? Как я в будущем смогу с пользой им распорядиться? А ещё

– статус своего «простого» Рефлексирующего Структурника, как «заведующего» структурными аспектами мышления и контента, они начали дополнять возможностями Рефлексирующего Когнитивного Технолога. Или когнитивного технолога, работающего в рефлексии. От его лица человек не только сохранял своё прежнее умение не путаться в своих когнитивных структурах, но и обретал новое: умение их целенаправленно преобразовывать. В этом статусе для себя самого он стал одновременно и заказчиком, и исполнителем, и приёмщиком выполненных работ.

…Что же касается прежнего Когнитивного технолога, то его «между делом» оставили в пространстве общественных отношений таким, каким он исторически сформировался (когда один человек выступает таковым по отношению к другому, а не к себе самому).

Очевидно, что любой технолог работает в тех границах, в которых позволяет это делать его Картина мира. Так как в ноосферном транскультурном переходе человек свою Картину мира парадигмально меняет, то с этим он аналогично меняет и возможности своих технологов. Если он обзаводится научной Картиной мира, то и его технологи обретают научную основу.

Так как доноосферный Когнитивный технолог в нашей культуре уже есть, то имея его в своём представлении, идти от него в формировании своего ноосферного Рефлексирующего Когнитолога уже не так сложно. Серьезные перестройки будут позже – при усвоении нового качества в этой роли – ноосферного. И вот тут к транскультурным перестройкам надо быть готовым.

Ты, Читатель, как начинающий Когнитивный технолог, будешь менять свой статус, меняя Картину мира и одновременно самого себя, усваивая новые знания и навыки. Раскручивая суждённую тебе здесь положительную обратную связь Жизни. Внёс какое-то начальное ноосферное изменение в Картину мира – немного изменил свой статус, приблизил его к ноосферному. С изменённым статусом снова внёс изменение – поднял себя как технолога по ноосферной лестнице ещё на одну ступень. Как бы по некоей воображаемой восходящей спирали. И так пошагово до конца, до формирования в себе Ноосферного Разума, несущего в себе ноосферную Картину мира. В которой ты будешь осознавать себя уже ноосферным Когнитивным технологом.

Этот путь до тебя, исследовательски, творчески и потому во многом путано и сумбурно уже проделал автор. Теперь, когда все ошибки и тупиковые ходы осознаны и учтены, тебе предложен практически прямой путь к Ноосферному Разуму.

Сказали-прочитали, и сразу в бой: включай, теперь, Читатель, своего Рефлексирующего Содержаника и усваивай:

Только тот контент можно (органично и со смыслом) структурно перестроить, который к этому созрел и который несёт в себе зародыш назревшего переструктурирования. Только та обратная связь позитивно срабатывает, которую самоорганизующаяся система в себе «выносила» и которой дала состояться. Структурная обратная связь на совершенствование системы срабатывает только том случае, когда система для неё содержательно насыщена и даже немного перенасыщена. Возникает неустойчивость, которую с лаговой задержкой снимает новая обратная связь.

Пример: человек как логистик работает с перечнем каких-либо позиций. Пока перечень небольшой (всего 7–9 позиций), человек может схватывать его и так, на память, без специального структурирования. Но когда этих позиций существенно больше, человек выстраивает перечень в алфавитном порядке или присваивает позициям номера, а ещё при этом записывает его на бумагу. В разросшимся и ставшим для него неустойчивым информационном пространстве он сообразил применить к себе самому организующую обратную связь и таким образом вывел себя на новый уровень самоорганизованности.

Технологические возможности вчерашнего Рефлексирующего Структурника – это смекалка, опыт, знание возможностей своих предшественников, можно сказать, скромных технологических приёмов. Но это самый минимальный, можно сказать «ремесленнический» уровень в мышлении. Настоящий преобразующий талант Когнитивного технолога, подкреплённый фундаментально-научными знаниями Когнитолога, мы открываем только в ноосферном транскультурном переходе.

Если один человек хочет поднять другого на новый уровень организованности в мышлении, то он в любом случае начинает как Рефлексирующий Содержаник и спрашивает партнёра: «А это (или об этом) ты знаешь?» Бессмысленно начинать структурные перестройки человека как информационной системы, если для этого он не созрел в своём содержании, в своих знаниях. Человек САМ должен проявить инициирующий запрос на структурные преобразования, и только в этом случае с ним можно рассчитывать на успех. Нет запроса – нет движения. Это давнишнее правило коучей: «Нет запроса – нет коучинга».

(В чём один из секретов гениальных людей? В том, что когда они растут в своей сфере творчества, они умудряются соблюдать баланс между своим содержательным и своим структурным ростом. Посмотри их биографии, Читатель: как они росли и как метались между содержательными и структурными достижениями… Когда чувствовали и видели, что содержательно перерастают сами себя, уходили в структурные поиски…)

Сегодня Рефлексирующий Структурник научился работать на уровне целых логико-поведенческих когнитивных культур, и настолько сознаёт себя их технологом, что из доноосферной когнитивной культуры берётся сделать ноосферную. А его «подпирает» Рефлексирующий Содержаник: у него знаний о когнитивных культурах уже наработано и накоплено так много, что эти знания представляют собой прекрасный материал для назревших структурных инициатив.

Когда мы возводим компетентность Когнитивного технолога на метасистемный уровень, то видим, что его ролевая самоорганизация является продолжением самоорганизующегося мира. Мы видим, что пентапараметрально самоорганизующаяся Природа научно отражает себя в человеке пентамодальностно организованным мозгом. Который созревает в системе из пяти доноосферных ЛПКК.

…Однажды человек в роли Когнитолога вырастает настолько, что раскрывает для себя целиком явление мышления. Или биологическую функцию мозга. Целиком – это значит на метасистемном уровне, с момента эволюционного зарождения. Когда мы оцениваем сегодняшнюю культурную обстановку, то вполне законно находим: мало быть Когнитивным технологом и Когнитологом, надо самому как Личности быть созревшим к ноосферному транскультурному переходу.

Передовые интеллектуалы человечества сегодня сознают, что мозг человека – это такая самоорганизующаяся система, которая наконец-то собрала достаточно научной информации для ноосферной самоорганизации, и самые передовые интеллектуалы эту самоорганизацию уже начали и добились в ней первых успехов.

Ноосферный транскультурный переход уже идёт!

В этом переходе интеллектуальная самоорганизация – это самоорганизация не «по прямой и вверх», это растущая своими циклами спираль. И Личность, самоорганизуя свой интеллект, постепенно «подкручивает» разные циклы в нём «то тут, то там», чтобы интеллект рос сбалансированно, и чтобы ни одна его ролевая часть в своём развитии не отрывалась от остальных.

Это относится прежде всего к тандему Рефлексирующий Содержаник / Рефлексирующий Структурник. Они по своим возможностям должны соответствовать друг другу.

У Содержаника тоже свои технологии: наработка когнитивных и поведенческих навыков до автоматизма и усвоение их подсознанием. Когнитивный технолог предлагает новое структурное решение когнитивного навыка – а Содержаник должен проследить, как кто его усвоит.

Или так: человек

– сначала от лица своего Рефлексирующего Содержаника сознаёт, что ему неплохо бы усвоить новый когнитивный навык, потому что он содержательно перспективен и эффективен,

– от лица своего Рефлексирующего технолога усваивает этот новый навык и делает его частью своего мышления, а

– далее опять предоставляет инициативу Содержанику: тот распространяет его применение ко всему имеющемуся знанию. Другими словами, корректирует Картину мира.

Поэтому для тебя, Читатель, в этом методическом пособии и много новой информации, новых знаний, и ждут тебя необычные ноосферные структурные решения.

Начинай, а дальше дело покажет: как потопаешь, так и полопаешь.

Если будешь топать исправно, то через обретение в своей рефлексии ноосферного Когнитотехнолога обретёшь ноосферный интеллект с Ноосферным Разумом. С которым будешь не только ноосферным Когнитивным технологом и Когнитологом – будешь Ноосферянином.

Итак:

Ноосферный когнитивный технолог – учёный-прикладник и специалист (интроспективный теоретик или социальная роль) который на основе имеющихся ноосферных фундаментально-научных знаний о мышлении от своего коллеги – Когнитолога

– дополняет и структурирует информацию и знания в мышлении выбранного субъекта в соответствие с предвосхищаемыми результатами,

– организует и/или реорганизует мышление выбранного субъекта в соответствие с заинтересованностью придать его мышлению нужные характеристики (сделать его правильным, более эффективным и избавить от патологий, девиаций, незрелостей или наоборот, расстроить мышление и внедрить в него разрушающие или деструктивные циклы),

– реорганизует мышление выбранного субъекта из доноосферного в ноосферное. Или формирует у выбранного субъекта ноосферную когнитивную культуру.

Видишь, в чём различие?

Ноосферный когнитотехнолог опирается на ноосферные научные знания и поэтому он умеет делать не только то, что в компетенции доноосферного Когнитотехнолога, а ещё и то, что может способствовать желающему (разумеется, не любому, а достаточно подготовленному) реорганизовать чьё-то мышление до ноосферного совершенства.

Не смешивать роли «простого» Когнитотехнолога от ноосферного нам приходится потому, что это не просто разные фазы одной ролевой судьбы. Первый по своей природе принадлежит к доноосферной науке, а второй – к ноосферной. Ролевые судьбы наших героев определяют такие события и процессы, которые мы не имеем права путать и сваливать в одну кучу.

Рождение – это самое начало. Роль из своего не-бытия переходит в своё бытие. Она появляется как явление и заявляет о себе. После рождения ей надо подрасти, набраться сил, окрепнуть…

Становление роли – это её вхождение в полную силу. Это переход от юности к зрелости.

Так вот доноосферный Когнитотехнолог – это ещё юноша.

Ноосферный Когнитотехнолог – это уже зрелый муж.

Это методическое пособие создано для того, чтобы ты свой путь в будущее начал сознательными усилиями доноосферного Когнитотехнолога, а потом постепенно совершал тот самый транскультурный переход и превращал себя в ноосферного Когнитотехнолога. Ты обратил внимание, что в определении когнитотехнолога есть слова «выбранного субъекта»?

Так вот в настоящем методическом пособии «выбранный субъект» – это ты сам. Можешь рассматривать это как иллюстрацию того, что ноосферные когнитивные технологии – это во многом автотехнологии, которыми мы самосовершенствуемся и интеллектуально растём.

Усилиями Рефлексирующего Когнитивного технолога (при содействии Рефлексирующего Содержаника или Контентника) ты поднимешь на ноосферный уровень сначала своё рефлексивное мышление…

А потом своим ноосферным рефлексивным мышлением сможешь сделать ноосферным и всё своё остальное нерефлексивное (директное) мышление.

1.4. О когнитивных технологиях как технологиях выращивания

 
Сама садик я садила,
Сама буду поливать…
 

Создать любой ансамбль, а тем более новый ансамбль интроспективных ролей нельзя ни одномоментно, ни методом механической сборки. Такой ансамбль можно только вырастить. Ведь человек – живое существо, а живое проявляет себя только рождаясь, вырастая и набираясь сил. Это относится и к когнитивной природе человека. Очевидно, что когнитивные технологии в сути своей принадлежат к тем технологиям, которые называются «технологии выращивания».

Так как в сфере когнитивного развития и саморазвития мы отвечаем на вопрос «как?», то когнитивные технологии принадлежат к сфере структурной рефлексии. Применяя их (при необходимом информационном обеспечении) мы организуем когнитивную культуру партнёра (как относительно менее активного и компетентного) нужным нам образом или самоорганизуемся сами автотехнологиями. При этом организуем – как выращиваем. Постепенно, начиная с малого и с подготовки нужных условий.

Внутри этого множества в зависимости от зрелости и активности партнёров, а так же от масштабности решаемых задач есть разные варианты технологической активности:

– технологии ситуационного (разового) воздействия;

– технологии системного выращивая при стороннем управлении и контроле (коучинг);

– технологии саморазвития, или автотехнологии.

Отношение к когнитивным технологиям как к технологиям выращивания заставляет нас соблюдать технологические фазы, аналогичные фазам в сельском хозяйстве:

– сначала необходимо подготовить благодатную почву,

– потом подготовить «племенные» или «сортовые» зёрна, из которых мы планируем что-то вырастить,

– затем поместить их в почву и дать им прорасти,

– а уже «на выходе» следить за их ростом, направлять его, оберегать его и в известной мере ждать, пока созреют плоды и

– и в итоге предусмотреть, как этими плодами наилучшим образом распорядиться.

Так как всё живое – растущее, разрастающееся явление, то чрезвычайно важно обеспечивать необходимое или желаемое качество в самом начале. Если брошенные в почву зёрна окажутся «с брачком», то выращивай – не выращивай, поливай – не поливай, нужного результата уже не будет. В самоорганизующейся системе важно всё, но особенно важно состояние пейсмекера. Ибо он направляет основные процессы и контроль за его состоянием первостепенен.

Технологии выращивания особенны тем, что контролируемый процесс, если он пошёл «не так», спохватиться и «подремонтировать», подправить «задним числом» практически невозможно. Говоря языком третьей научной парадигмы, постнеклассики, если процесс после точки бифуркации пошёл по определённому руслу, то потом «перезапустить» его в другое русло уже нельзя. Если при оплодотворении яйцеклетки гены сложились так, что будет мальчик, то потом из них сделать девочку нельзя никаким образом.

Поэтому в когнитивных технологиях есть такие параметры и факторы, которые должны быть соблюдены с самого начала, а если они не были обеспечены, считай будет брак, неудача, отсутствие нужного результата. По тому, как начался и пошёл процесс «взращивания», можно с уверенностью судить, что будет в итоге. И часто можно даже не дожидаться результатов, как говорят в народе, «от худого семени не жди доброго племени».

В когнитивных технологиях в первую очередь важно качество идей и качество информации, которые заложены в их основу. Если идеи «с душком», а информация отцензурирована по чьему-то усмотрению, то и результат «обработки мозгов» такой технологией будет соответствующий.

Вторым условием успешности можно назвать зрелость самого человека, того самого «выбранного субъекта» когнитивным технологом. Он – как почва, на которой предстоит «взойти и заколоситься» занесённым в его сознание идеям. И не всякую идею можно вложить во всякое сознание. Каждому зерну (какого-либо биологического вида) требуется своя почва. Почва должна быть не только соответствующей, но и не истощённой, содержать в себе потенциал для роста.

1.5. Циклы и гиперциклы – основа структурного строения Жизни
(первое, что должен знать начинающий ноосферный Когнитотехнолог)

Афоризм завершает циклы раздумий для писателя и открывает – для читателя.

Илья Шевелев

Подступаясь к ноосферной интеллектуальной самоорганизации, любой претендент на её освоение должен знать, что Жизнь (которой он как человек является частью) по своей природе (кроме всего прочего) циклична и гиперциклична. Четыре миллиарда лет назад автокаталитическая реакция в гидросфере Земли только потому превратилась в биологическую эволюцию, что первые органические макромолекулы проявили свойства не только к редубликации, но и к образованию молекулярных гиперциклов. Таким образом, они положили начало воспроизводящимся особям с принципиально более высокими проточно-диссипативными⁴ характеристиками.

Это прекрасно показали в своих исследованиях нобелевские лауреаты (1972 года) Мартин Эйген и Питер Шустер. Они ввели термин «гиперцикл» в научный лексикон, для того чтобы им отразить сложноподчинённую и уровневую структуру образующихся предбиологических цикличных макромолекулярных структур.

Рисунок 1.5.1. Вот обложка книги, на которой термин «гиперцикл» – определяющий. Здесь же и определение к этому термину:

Гиперцикл – это многоуровневая диссипативно-проточная цикличная структура, в которой циклы разной масштабности соподчиняются между собой так, что это придаёт системе в целом новые широкие и гибкие свойства к адаптации и самоорганизации.

Можно сказать, что гиперцикл – это сложившаяся в эволюции иерархия функциональных циклов, которой живёт любая биологическая особь.

Гиперцикл – основа структурного строения Жизни.

Пытливый читатель может при желании детально проследить эволюцию Жизни – от самых её простейших форм до самых сложных: человеческого интеллекта. И везде он найдёт гиперцикличное строение и гиперцикличное функционирование живых организмов. То, что Жизнь – это цикличное явление, мы с этим соглашаемся с первого раза. Это предельно просто и наглядно. А вот что жизнь на порядок сложнее и по своей природе гиперциклична – в это надо вникнуть, приложив соответствующие интеллектуальные усилия.

Почему к термину «гиперцикл» биологи обратились в последнее время? Всё просто: они в познании Жизни вышли на новый уровень её охвата и обобщения, что и повлекло необходимость в использовании новых понятий. И эти понятия были предложены, проверены на рациональность и научное сообщество приняло их в научную культуру как необходимые, логичные и разумные.

Что такое гиперцикл, можно представить графически. Вот схема трёхуровневого гиперцикла:

Рисунок 1.5.2

Из этого примера мы видим, что самый масштабный гиперцикл состоит из гиперциклов меньшего размера. Это соответствует фрактальной⁵ организованности многих сторон Жизни и, в том числе когнитивных механизмов у животных. В том числе и у человека. Автор просит тебя, Читатель, сразу принять к сведению, что мы, люди, мыслим гиперциклами, и потому наше мышление такое фантастически гибкое и разностороннее.

«Гиперцикл вообще» – это единая общая модель, которая позволяет нам правильно начать познание нашего предмета – когнитивной организованности и самоорганизованности мозга. Но начав, мы должны двигаться дальше, и в своём познании переходить к конкретным гиперциклам и учиться их различать, что называется, «на раз-два». Для этого нам надо выявить неповторимые особенности каждого конкретного вида гиперциклов, охарактеризовать этот вид по этим его особенностям, в последующем никак не путать с гиперциклами других видов.

Как можно охарактеризовать гиперциклы?

– по их масштабности

– по выполняемой ими функции

– по их строению

– по их природе (физиологической, нейрофизиологической, информационной, когнитивной…)

– по скорости и частотности их циклов и т. д.

Создавая что-либо для своей жизни, мы задаёмся вопросом: как предмет нашего интереса либо должен, либо может быть устроен. Устроен с соответственно нужными нам свойствами (параметры, характеристиками). И мы либо создаём этот предмет «с нуля», либо, взяв его в Природе, «выжимаем» из него эти свойства. Но при этом мы начинаем с того, что пытаемся понять законы Природы, по которым этот предмет может существовать в том виде, в каком мы этого хотим.

Например, мы «с нуля» создаём автомобили. Они не существуют в природе сами, без человека. Но мы познаём законы физики и химии, а потом в мастерских и на заводах создаём себе такие игрушки. И чем больше познаём новых технологий, тем делаем автомобили более экономичными, управляемыми, комфортабельными, мощными и шикарными.

Но вот сельскохозяйственные культуры мы «с нуля» не создаём. Мы берём их в природе и путём селекции выводим конкретный вид с нужными нам свойствами. Урожайный, терпеливый к засухам и устойчивый к вредителям. И чем больше мы знаем об этой культуре, чем лучше знаем биологию, тем эффективнее добиваемся желаемого. В последнее время – даже вмешиваемся в генотипы видов и делаем генетически модифицированные организмы.

Наше мышление в работу мы берём тоже «не с нуля». Оно для нас есть, мы им живём и хотим в него вмешаться, чтобы сделать более эффективным и результативным. И здесь, как и везде, у нас два пути: идти либо опытным путём, либо, концептуально понимая природу мышления, целенаправленно видоизменять его в нужную сторону. Мышление разнообразно и с ним можно работать по-мичурински, по факту: брать лучшее и выбраковывать худшее. Но при этом не очень-то хорошо понимать, почему лучшее – лучшее, а худшее – худшее. Просто так устроено в человеке, и всё. Есть таланты, есть середнячки, есть бездари.

В мире не только всё движется циклами. Мир и Жизнь как его часть циклам и гиперциклами самоорганизуется. Когда мы создаём нужную нам вещь, то чего добиваемся? Чтобы в её структуре крутились нужные нам циклы. Чтобы у наших моторов туда-сюда исправно ходили поршни, циклично щёлкала коробка передач, а колёса в цикличном вращении наматывали мили и километры. Чтобы наши породистые бурёнки каждое утро выходили на пастбище, туда-сюда по нему бродили, щипали травку, а к вечеру исправно давали ожидаемое ведёрко вкусного молока. Работа селекционера – это тоже работа циклами. Долгая, системная, кропотливая, не всегда приятная. Когда одного собачника спросили, как ему удаётся выводить такие хорошие породы собак, он ответил просто: «Я много развожу, но много и вешаю».

Когда тебе приятель на вопрос: «Как живёшь?» – в шутку отвечает «Регулярно!», – ты прекрасно понимаешь что регулярность – синоним стабильной цикличности. И если жизнь течёт регулярно, значит, в ней всё более-менее благополучно.

Мы поработали и устали – потом отдохнули и восстановили силы. Мы проголодались – пошли пообедали. Мы заболели – потом выздоровели. Мы поссорились – потом помирились. Мы легли спать – утром проснулись. Мы пришли утром на работу – вечером вернулись домой и пропустили с устатку пивка: один жизненный цикл. Повстречали на улице знакомого – другой жизненный цикл. Истёрся носок и на пятке дырка – третий жизненный цикл. И так во всём. Мы рождаемся, живём и умираем. И это всё тоже жизненные циклы.

Наш мозг – не исключение из этого правила. Он тоже функционирует циклами и гиперциклами, целыми иерархиями сложноподчинённых циклов. Циклично правильно работающий мозг обеспечивает циклично правильное поведение своего субъекта. Кто в конце концов выживает в конкурентной борьбе? Тот, у кого мозг своими циклами и гиперциклами «крутится» наиболее быстро и эффективно.

Чтобы я тебе, Читатель, как автор был более понятен, могу сказать, что исповедую в своей когнитологической деятельности структурно-цикличный подход. Понять работу (или функцию) мозга – это значит понять, какими циклами он работает и что при этом обеспечивает. Вот если это удастся в полной мере, то тогда можно говорить, что в цикличности мозга интересно и можно изменить, чтобы он работал быстрее и ещё эффективнее. И не просто эффективнее, а на порядок качественнее и лучше. Какие циклы в нашем мозге надо устроить и настроить так, чтобы мы его работой были сегодня удовлетворены?

Наше мышление устроено так, что все существенные и серьёзные циклы в нём мы начинаем с онтологических моделей. Моделей самого общего, абстрактного характера, с которыми ориентируемся в Логике Бытия принципиально. А потом «навешиваем» на исходные модели нужные нам детали – и пожалуйста – можно действовать. В этом методическом пособии мы идём тем же путём. Мы берём мозг как циклично («вообще циклично и гиперциклично») работающий орган и эту его цикличную природу кладём в основу нашего постижения. Положили?

Что такое гиперцикл, понятно?

Если да, то дальше будем уточнять, какие конкретно циклы с гиперциклами и как в мозге крутятся, «тикают» и «щёлкают».

От онтологического представления того, что такое «гиперцикл», мы с тобой, Читатель, дальше переходим к тому, какой конкретно гиперцикл тебе предстоит сформировать в своём интеллекте, чтобы стать ноосферянином.

2. Общее строение главного гиперцикла ноосферного интеллекта и комментарии к нему

2.1. Наш интроспективный Менеджер…

…Важно понять, что управление, менеджмент – это самостоятельная область знаний, требующая вдумчивого освоения. Это отдельная дисциплина, а точнее – междисциплинарная область, которую правильнее всего назвать «управленческая мысль», сочетающая в себе науку, опыт, «ноу хау», преумножаемые управленческим искусством.

Евенко Л. И., профессор, ректор Высшей школы международного бизнеса при Академии народного хозяйства

Когда нас рожает мать, мы выходим в свет с генетически заданным императивом: «жить, обязательно жить, жить во что бы то ни стало!..» Вырастая, мы сознаём, что самая главная для нас неустойчивость – это неустойчивость нашего существования. Её гениально выразил Шекспир в гамлетовском «быть или не быть?» Ответив однажды на этот вопрос решительно и положительно, мы потом к нему не возвращаемся. Зачем, если все идёт своим чередом?.. Но вот когда над нами начинают сгущаются тучи, мы вспоминаем, что можем и «не быть»! Если мы все же хотим «быть», то ещё раз осознаём: за это надо бороться! Надо напрягать свои силы, реализовывать всю энергетику на своё воспроизводство и на его защиту. Но кто будет командовать нашими внутренними силами, кто отдаст приказ об обороне или наступлении? Ведь все наши волеизъявления идут «из души», а что там, или кто там? При самоорганизации интеллекта мы сталкиваемся с потребностью специального учреждения этого самого «царя в голове», мы находим, что нам нужен внутренний командир, нужен выразитель нашей активности. Тот самый из песни – «вечный двигатель, вечный дёргатель, вечный прыгатель…»

Оттолкнёмся от аксиом:

1. Человеку нужно самим собой умело управлять.

2. Управлять как единой системой.

3. Управление должно быть только активным.

4. Активно управлять может только субъект.

5. Управлять можно только самоорганизованной системой.

6. Управлять надо гибко, умело реагируя на все возможные ситуации.

7. Управлять можно только от одного лица.

И этим лицом мы учреждаем в нашей душе такого интроспективного субъекта, как Менеджер. По-русски – это командир, управленец, руководитель, начальник… Мы его незримое присутствие в себе не всегда осознаем, но когда его у кого-то нет, то констатируем почему-то сразу: «…тот человек „без царя в голове“».

Ты можешь возразить, Читатель: «Но у меня „царь в голове“ вроде бы есть!» – тогда встречный вопрос: а удовлетворяет ли он требованиям ноосферного совершенства?

…То-то и оно!

Ещё от Евенко Л. И.:

«Немного о понятиях. Возникает вопрос – можно ли считать, что английское понятие „менеджмент“ и русское „управление“ и, соответственно, „менеджер“ и „руководитель“ – это одно и то же? И да, и нет. В общем смысле, или, так сказать, с высоты птичьего полета, пожалуй, – да. Вместе с тем есть и отличия в трактовке и применении этих понятий, интересные в основном специалистам. Однако два отличия представляются существенными. Во-первых, говоря о „менеджменте“, американцы почти всегда подразумевают фигуру „менеджера“ – человека, субъекта управления, действующего в некоторой организации… Во-вторых, когда говорят „менеджер“, то, по большому счёту, имеют в виду профессионального управляющего, осознающего, что он представитель особой специальности, а не просто инженер или экономист, занимающийся управлением. К тому же менеджер – это человек, прошедший, как правило, специальную подготовку»⁶.

«Менеджером можно назвать человека, принимающего организационные решения или реализующего их через других людей»⁷.

Как понять, почему Менеджер как специальный интроспективный субъект нам необходим?

Только через диалогику происхождения и становления его как явления. Возникновение Менеджера – это возникновение управляющей подсистемы в активной системе.

Это возникновение пейсмекера в самоорганизующейся системе.

Сложная самоорганизующаяся система – сложный менеджер (пейсмекер).

От лица Психолога вспомним, что у человека 5 фундаментальных поведенческих установок:

1. Выживай

2. Плодись и размножайся

3. Максимально самореализуйся

4. Сохраняй, что имеешь

5. Сознавай, что делаешь

Этими установками руководствуется наш интроспективный Менеджер. Мы при транскультурном переходе к ноосфере нашли, что свою когнитивную активность нам логичнее и эффективнее всего выражать субъектно. Почему?

Первое. В реальной жизни человек субъект, и, чтобы гармонично жить «изнутри наружу», ему в своём внутреннем мире надо тоже жить субъектно. Да и как иначе, если мы себя в своём воображении представляем субъектами?

Второе. С развитием самопознания мы находим, что субъектная форма интеллектуальной самоорганизации – самая функционально совершенная и продуктивная. Вникая в науки о человеке, мы понимаем, что он – фантастически сложная самоорганизующаяся система, высший уровень которой представлен «от него» как от Личности. Но вот из чего, из каких «деталей» этот высший уровень складывается? Из множества подсистем, которые по своей природе тоже самоорганизующиеся, но самоорганизующиеся в исполнении каждая своей интроспективной ролевой функции. Совокупность этих подсистем Личности уже предстала перед твоими глазами, Читатель: это гиперцикл интеллекта из пяти нофуком и в общей сложности из семидесяти интроспективных субъектов. Личность в своём строении – тоже уровневая система, как и сам материальный мир, и человек как самоорганизующаяся биологическая система состоит из большого количества самоорганизующихся систем. Есть системы физиологические, есть нейрофизиологические, есть психические, а есть и система интеллектуальная. От природы она имеет фантастическую гибкость, а это есть следствие того, что гибкость эту проявляет весь ансамбль интроспективных субъектов, весь ансамбль из пяти нофуком. У него все возможности конструктивно откликаться на любую возникающую проблему. Каждый интроспективный субъект – профессионал своего дела, он – локальный и ситуационный пейсмекер, которому Менеджер делегирует полномочия «разруливать» какую-то «структуру момента».

Третье. В человеке не одна фундаментальная программа поведения, а можно сказать целый комплекс из пяти фундаментальных программ. Как ими распоряжаться, какую «включать» в какой момент, осознанно и профессионально может только субъект, со своей сложной психикой, ибо только в его возможностях проявлять необходимую гибкость. Какая-то более простая система «досубъектного» уровня сложности на это просто не способна.

Все остальные интроспективные субъекты-теоретики нашего интеллекта работают «по заказам» Менеджера. Поэтому «сферы влияния» у них у всех – частные, и только у Менеджера – общая. Он один «отвечает за всё и за всех». Менеджер в отличие от своих коллег никогда не отдыхает. Он обеспечивает эффективность работы своих подчиненных. В любой момент, пока человек бодрствует, Менеджер «задействует» хотя бы одного какого-то теоретика из какой-то нофукомы. А отдыхает лишь тогда (да и то частично), когда его человек-хозяин спит.

На Менеджере как бы «сходится» подчинённое ему разделение труда всех его коллег.

Говоря о Менеджере как об интроспективном субъекте, надо прежде всего сказать, что в его лице мы выражаем то самое наше главное внутреннее «Я», от которого идет воспроизводственный императив по отношению ко всей внешней (не-нашей, не-живой) Логике Бытия: «БЫТЬ!» От лица нашего интроспективного Менеджера мы диалогически сплавляем одномодальностную логику нашего желания жить и быть счастливыми с виртуальной логикой нашего мышления, с логикой нашего Выбора. (Никакой другой субъект этого не делает!) Поэтому мы можем сказать, что Менеджер – это своеобразный привратник у дверей из интеллекта в психику и обратно.

Принятие решения – это сложный психологический процесс.

Майкл Мескон

Менеджер владеет в каждый конкретный момент тем самым единым «расчётным параметром» нашей когнитивной самоорганизации, который мы закладываем в основу алгоритма каждого своего конкретного поступка. Он «воспроизводственную цель вообще», выражающуюся в самоорганизации и продолжении Жизни, профессионально интерпретирует в конкретные цели, которыми приходится руководствоваться не то что каждый день, а каждое мгновение! От лица Менеджера мы и выстраиваем эту иерархию от «единого смысла Жизни вообще» и от «текущей на данный момент ситуации» к каждому конкретному поступку в частности. От монологичности Идеи Жизни и желания жить до полилогичности всех внешних девяти фронтов, на которых нам суждено бороться и работать, искать и творить. Менеджер – это теоретик наших Желаний и нашей Воли. От его лица мы вычисляем достойную цель и, приняв решение, всё подчиняем её достижению.

Процесс принятия решений – центральный пункт теории управления.

Майкл Мескон

Вот этим «центральным пунктом» принятия решений и является Менеджер.

Менеджер через своих коллег собирает для управления все факторы с самой разной логикой. Все константы состояний (КС), параметры движения (ПД), параметры порядка (ПП), параметры хаоса (ПХ). Чтобы выработать из них единый на данный момент расчётный параметр (РП). Профессиональный Менеджер «отрабатывает» расчётные параметры с любой логикой: экономические, физические, военные, психические… В этом он опирается на специализированные возможности своих коллег-теоретиков.

В менеджменте есть такое понятие: «делегирование». Оно означает передачу задач и прав сотруднику, который принимает на себя ответственность за них. Менеджер не решает все задачи – для этого есть специалисты: Физик, Биолог, Психолог, Социолог… И он делегирует им задачи так, чтобы каждый решал проблемы в соответствии со своими возможностями, а потом «отчитывался за них». Менеджер полифункционален как организующий центр всего гиперцикла из ноосферных фундаментальных когнитивных команд. Менеджер силён своей командой.

Четвёртое. Пока наше рефлексивное мышление было неразвито, мы просто мыслили все управленческие проблемы «от себя» и о том, что нам нужен специальный субъект, мы как-то не заморачивались… Теперь, когда рефлексия у нас не только осознанная, а ещё и научная, мы понимаем, что субъектность Менеджера нам необходима для правильной его рефлексии! Только рефлексируя его как субъекта (и себя в его лице) с его функциональными правами и обязанностями, мы можем «отладить» его для исполнения и им его интроспективно-ролевой миссии.

Пятое. Менеджер – это наш предприниматель. Мы живём в неустойчивом, меняющемся мире, и успеха добиваемся только тогда, когда действуем максимально быстро и с опережением. В борьбе нельзя дожидаться изменений и затем на них реагировать. Развитие событий надо предупреждать и стараться от них не зависеть. Это может делать только тот, у кого развито научное прогностическое мышление, кто может предвидеть развитие ситуаций.

Для максимального опережения Менеджер готовит модели незапрограммированных решений. Таких решений, у которых готов общий алгоритм, который по ситуации максимально быстро уточняют и конкретизируют. Другими словами, имеющуюся основу детально программируют. На этом тоже удаётся выиграть время.

Шестое. Сознавать, что он делает, может только субъект, Личность.

Историческая справка: слово «предприимчивость» ввёл в начале XIX в. в наш лексикон Пеншо Мишель-Робер, французский архитектор.

Психологическая справка: мотивированный человек работает своим мозгом гораздо эффективнее, чем немотивированным. Мотивированный мозг работает когерентно, то есть синхронно, согласованно, всеми своими областями, частями. («Химия и жизнь» № 5, 2004. С. 7.)

2.2. Научное предвосхищение нофукомного гиперцикла в интеллекте

Научное предвосхищение нофукомного гиперцикла – это результат понимания тенденций и законов в созревании Ноосферного Разума. Понимания тенденций и простейшего их пролонгирования до нового качественного состояния.

В своих научных исследованиях человек в лице Когнитолога открывает почти созревшее явление научной когнитивной самоорганизации мозга и потом в лице Когнитивного технолога выстраивает «недостающие» организующие обратные связи, которыми превращает доноосферный разум в ноосферный. Почему выстраивает именно он? Потому что он осознаёт себя этой вчера «недостающей», а сегодня уже организующей активной и субъектной обратной связью.

Рассматриваемый здесь нофукомный гиперцикл – это созревшая в веках когнитивная структура, необходимость сознательной научной и логичной доделки в транскультурном переходе мы осознали. Или увидели необходимость дооплодотворения её персонифицированной когнитологической обратной связью в лице Когнитолога. При срабатывании этой обратной связи происходит транскультурный переход, в процессе которого человек осознаёт религию, мистику и философию когнитивными рудиментами и от них отказывается.

То, что мы совсем не имели представление о том, что такое нофукомный гиперцикл, сказать нельзя. Имели, но очень приблизительное и расплывчатое. Весьма незрелое. Мы не представляли его ещё настолько, что многие режимы (или функции?) трактовали как бессубъектные или неявно-субъектные. Да ещё не видели себя в будущем освободившимся от когнитивных рудиментов.

Главной незрелостью нофукомного гиперцикла перед транскультурным переходом является незрелость Когнитолога. Персонифицирующего фундаментально-научную структурную рефлексию. Но как только со сбором последних и самых «свежих» научных знаний о мозге человек поднимает Когнитолога до профессиональной зрелости, как только в лице Когнитолога он

– упорядочил все «ступени» в развитии рефлексии,

– догадался, как устроен универсальный мыслительный код,

– раскрыл для себя гиперциклическую и полисубъектную природу мышления, то ему дальше как бы и делать ничего не пришлось. С Когнитологом родившийся Ноосферный Разум (4-я нофукома) сам обрёл свою состоятельность. Человек лишь с позиции Стороннего Наблюдателя только смотрел, как эта состоятельность воплощается созревшими обратными связями. Как внутренняя когнитивная информационная среда переживает назревший фазовый переход в более упорядоченное состояние. Это как самореализация Логики Бытия. Когнитолог как Наблюдатель только констатирует рождение Гиперцикла Фундаментально-Научного Отражения Мира (ГФНОМа), а после этого рождения находит себя в новом, ноосферном качестве. Человек в лице Когнитолога осознаёт эту тенденцию созревания и как бы способствует ей в себе сработать. При этом в лице Когнитолога человек ещё раз сознаёт, что его мозг – это концептуально не только работающий, но и самоорганизующийся орган. Отсюда очевидно: если ему предоставить все правильные и полные начальные условия, он просто так же правильно самоорганизуется – и всё. Человека в лице Когнитолога можно назвать служителем открытых и обоснованных им идей. Он добывает новые знания, творчески генерирует всевозможные идеи, а из них те, что жизнеспособны, логичны и адекватны, как подготовленные обратные связи, срабатывают как бы сами собой.

С созревающем нофукомном гиперцикле Когнитолог – это субъектная и научно-осознанная срабатывающая обратная связь, которую генерирует в своём интеллекте Учёный для упорядочивания и организации в себе собранного фундаментально-научного знания. Или точнее так: для упорядочивания самого себя так, чтобы ноосферно-упорядоченно владеть всем собранным научным знанием. О мире, о Жизни, об обществе и о себе.

Ещё раз вспомним, кто такой интеллектуал. Это умственно развитый и активный человек, который своим интеллектом не только старается обеспечить оптимальность своей жизни (о чём пишет профессор Лиза Баррет⁸), но и старается саморазвиваться. То есть ещё и живёт рефлексивно замкнутым своим интеллектом на самого себя для своего саморазвития. При таком самозамыкании в глубинах своего интеллекта человек начинает выращивать Разум как организованное фундаментально-научное знание. Эта эпоха «выращивания» Ноосферного Разума есть эпоха активной рефлексии и/или эпоха существования философии. В летоисчислении примерно 26–27 веков. От первых философов в Древней Греции до современности. Сначала, не имея представления о природе и устройстве зрелого разума, человек выращивал его полидисциплинарно, отдельными областями знания и отдельными науками. Где в рамках философии, где относительно самостоятельными научными дисциплинами. Когда все фундаментальные науки (кроме когнитологии) более-менее созревают и определяются, человек, как никогда, начинает нуждаться в их интеграции, ибо он сознаёт, что единый мир должно отражать только единым научным знанием. Когнитолог (со своей когнитологией) закономерно созревает последним, ибо для осознания того, что такое мозг и как он работает, требуются самые глубокие и обширные знания. Что такое мозг на метасистемном уровне (уровне настоящего полного познания) человек познаёт только тогда, когда раскрывает себе, что такое Жизнь. Как планетарное явление. Но мало того. К познанию мозга человек приходит только в третьей научной парадигме, парадигме о самоорганизующихся системах, диссипативных структурах и нелинейных процессах. Когда в ключе этой парадигмы обучается размышлять о мире, и Жизни и о себе. Сначала обучается, потом осваивается, а когда добирается до секретов работы головного мозга, создаёт и четвёртую научную парадигму – осознанную постнеклассику. Именно в этой парадигме он открывает и научно обосновывает Ноосферный Разум.

Структурно работающий по нофукомному гиперциклу.

2.3. Общее строение интеллекта ноосферянина

Система учит, о чём думать, свободные люди учат, как думать.

Дэвид Лэйн

Когда мы не то что собираемся с чем-то познакомиться, а пытаемся во что-то вмешаться, то, если не совсем тупые, всегда задаёмся вопросом: а как ОНО УСТРОЕНО?

В нашем случае этот вопрос звучит так: а как устроен ноосферный интеллект?

Оставим пока научные объяснения, а обратимся к ноосферному интеллекту как к состоявшемуся факту. Я просто напишу, а ты, Читатель, просто прочитаешь:

Ноосферяне в своих интеллектах осознанно живут гиперциклом из пяти НОосферных ФУндаментальных КОгнитивных коМАнд. Или из пяти нофуком.

Вот рисунок (2.3.1.), чтобы было предельно ясно и наглядно:

Итак, Читатель, ты познакомился со словом «нофукома». Что же это такое?

Структурно это тоже гиперцикл, но состоящий уже из субъектов. Из определённого числа интроспективных субъектов или теоретиков (ведь человек концептуально мыслящее существо), объединённых в команду заданной им фундаментальной идеей или функцией.

Терминологическое отступление.

Когда в работе над новым материалом вживаешься в него и мыслишь только для самого себя, то как-то не замечаешь терминологических проблем. Ну назвал и назвал. Гиперцикл такой, гиперцикл сякой. Ведь все нофукомы – гиперциклы, но менее масштабные, и каждая из них по-своему специфична. Обозначил эту специфичность – и дальше.

Изначально нофукомы были названы так:

1. ГСС – гиперцикл сознательного сознания

2. ГВД – гиперцикл видов деятельности

3. ОРСГ – общеролевой социальный гиперцикл

4. ГФНОМ – гиперцикл фундаментально-научного отражения мира

5. ГХВиП – ГЦ художественного восприятия и преобразования (мира и человека).

А вот когда готовишь контент для других и смотришь на него уже по-другому, то замечаешь, что обращаться с кучей «гиперцикличных» терминов просто неудобно. Да, иерархия когнитивных гиперциклов в работающем мозге такова, что с полным основанием её можно охарактеризовать в известной шутливой манере: гиперцикл на гиперцикле сидит и гиперциклом погоняет. Но нам мало в гиперциклах ориентироваться, нам надо это делать быстро и удобно! А значит термины, которыми мы их обозначим, мы должны применить исключительно односложные, максимум в три слога. Да, для удобства придётся придумать новые слова, но одно новое слово (к которому мы в конце концов привыкнем), всё же лучше, чем два-три, а то и четыре слова старых, которые придётся длинно каждый раз не только произносить, но и писать.

Чтобы новое явление однозначно обозначить, надо задействовать достаточно большой объём лингвистической информации. В нашем случае как минимум три-четыре слова:

ОРСГ – общеролевой социальный гиперцикл – три слова.

ГФНОМ – гиперцикл фундаментально-научного отражения мира – пять слов.

И что, при обращении с этими когнитивными моделями их такие длинные названия каждый раз проговаривать? Или прописывать?

Но это их так сказать, «индивидуальные» названия, а что же общее?

Сначала (как уже было сказано) они были названы так:

НОосферные ФУндаментальные Когнитивные структУРЫ – НОФУКУРы.

Но слово «структура» уже и так часто встречается в научных текстах, поэтому употребление его при разработке нового термина – опять не лучший вариант.

Что делать?

Автор принял во внимание то, что эти «НОФУКУРЫ» состоят из интроспективных субъектов, из воображаемых во внутреннем мире персонажей.

А когда субъекты-персонажи собираются вместе, чтобы дружно что-то делать или сделать, то что они образуют? Правильно: команду.

Тогда вместо онтологически-безликого термина «структура» лучше употребить термин с гуманитарной глубиной: «команда»!

Если нет возражений, то меняем «шило на мыло», и у нас вместо НОФУКУРЫ – НОФУКОМА. НОосферная ФУндаментальная КОгнитивная коМАнда.

Вроде бы ничего особенного, но всё же существенно лучше.

А как тебе, Читатель?

Чтобы не путаться в гиперциклической иерархии, мы за ГЛАвным ГИперциклом ИНТеллекта («ГЛАГИИНТ»?) его название «гиперцикл» так и оставим, а вот нофукомы изначально будем называть не гиперциклами (хотя они по структуре гиперциклы), а командами. Ведь они образованы хоть и интроспективными, но всё же субъектами. Или персонажами. Будем так называть, но всегда при этом будем помнить, что команда эта по своей структурной природе – гиперцикл.

Если так, то определимся:

Нофукомы – интроспективно-фундаментальные субъектные команды, которые мы циклично «крутим» в своём мышлении как. Их всего пять.

Ну хорошо, общее название «нофукома» этим субъектным командам придумали. А как быть для них с конкретными наименованиями?

Что, возвращаться к «гиперцикличной» терминологии?

Очень не хотелось бы.

А если без неё, то, может быть, так:

– фронтовая нофукома

– деловая нофукома

– общеролевая нофукома

– нофукома учёных-фундаментальщиков (нофукома ноосферного разума) и

– рецепторно-сенсорная нофукома.

Доводя до зрелости ноосферный интеллект как явление человеческой цивилизации, автор изначально строил нофукомы как субъектно представляемые структуры. Почему? Это диктовал закон субъектной организованности. Человек – это гипопостема⁹ III уровня организации Жизни (субъект), он эволюцией сформирован так, что свою поведенческую самореализацию осуществляет от субъектно организованного внутреннего мира. Выбранный под нужный и предвосхищаемый поступок интроспективный субъект – это когнитивная модель поведения самого человека как природного и социального субъекта мгновением позже в самом поступке. Внутренний мир любого интеллектуально зрелого человека – это прежде всего субъектный мир, это ансамбль интроспективных теоретиков (фундаментальщиков, прикладников и конкретных персонажей). Нофукомный гиперцикл интеллекта – это выражение ноосферно зрелой внутренней полисубъектности человека. Благодаря ей такой человек фантастически гибок и эффективен в своём мышлении и поведении.

Но это не всё. Мыслить «от субъекта» нам предписывает закон субъектной ответственности. Кто что сделал – тот за то и отвечает. Ответственность – это формирующая и дисциплинирующая обратная связь, и в реальном обществе людей она начинается с ответственности интроспективных персонажей. Размышляя от лица своих внутренних, воображаемых героев, человек несёт ответственность за правильность размышлений прежде всего перед собой, а когда необходимо, то ему есть с кого конкретно спрашивать. Обратные связи любой ответственности работают эффективно только тогда, когда они правильно структурированы. А в нашем случае правильно – это в соответствие с законом субъектной организованности.

Если нофукомы логично представить командами со своей профессиональной направленностью, состоящими из специалистов соответствующего профиля, то гиперцикл интеллекта ноосферянина можно назвать главным ансамблем. Объединяющим пять команд. И в этом главном гиперцикличном ансамбле у ноосферянина есть все специалисты, необходимые ему «по жизни».

Интеллект, несущий в себе пять нофуком, – это ансамбль из примерно семидесяти интроспективных субъектов или теоретиков, которыми ноосферянин живёт в своём воображении и от лица которых сначала интеллектуально самоорганизуется, а потом поведенчески самореализуется. Итак, нофуком (как ГПП в самоорганизованной системе) в ноосферном интеллекте пять. Рассмотрим, какие интроспективные субъекты или персонажи в них входят.

I. «Фронтовая» нофукома.

Именно ею человек обращён в свою борьбу за существование и успешное выживание. Поэтому её можно считать первой. В ней 9 субъектов по количеству разных по своей природе фронтов (сфер деятельности):

1. Личный медик/повар/тренер

2. Семьянин

3. Гражданин

4. Общественник

5. Собственник материальных активов

6. Рабочий или служащий

7. Мыслитель

8. Игрок

9. Эколог

II. «Деловая» нофукома.

Эта нофукома дополняет первую, ибо на каждом фронте человек может проявлять качественно разную деловую активность. В ней 9 субъектов:

1. Борец

2. Творец

3. Работник

4. Исследователь

5. Игрок

6. Молящийся

7. Медитирующий

8. Отдыхающий

9. Расслабившийся (Слабак)

III. Общеролевая нофукома.

В ней около 40 субъектов, представляющих все «стволовые» социальные роли. Благодаря этому ролевому гиперциклу человек концептуально-прикладным образом сознаёт себя участником социального ансамбля и видит своё место среди своих сородичей или соотечественников. Как в данный момент, так и вообще, ибо нам дано и менять социальные роли, и жить одновременно несколькими социальными ролями. Вот эти роли:

1. Агротехник

2. Актёр

3. Безработный

4. Больной

5. Бродяга

6. Воин

7. Гражданин

8. Дизайнер

9. Дипломат

10. Друг

11. Враг

12. Зритель

13. Игрок

14. Инженер

15. Информатик

16. Историк

17. Когнитивный

18. Конкурент (соперник)

19. Коуч

20. Личность

21. Медик

22. Общественный деятель

23. Организатор

24. Педагог

25. Пенсионер

26. Повар

27. Политик

28. Полицейский

29. Предатель

30. Преступник

31. Предприниматель

32. Президент

33. Психотерапевт

34. Режиссёр

35. Ребёнок

36. Родитель

37. Секс-игрунья

38. Скотовод

39. Социорежиссёр

40. Спортсмен

41. Страховщик

42. Турист

43. Учёный-прикладник

44. Финансист

45. Чиновник

46. Эколог

47. Экономист

48. Эстетик

49. Юрист

IV. Нофукома фундаментальщиков. В ней 8 субъектов:

1. Сторонний Наблюдатель (пейсмекер нофукомы)

2. Онтолог

3. Физик (+ Химик)

4. Биолог

5. Психолог (+ Социальный психолог?)

6. Социолог

7. Контентолог

8. Когнитолог

(Ещё раз отметим, что эта нофукома и есть Ноосферный Разум!)

V. Рецепторно-сенсорная нофукома.

В ней 5 главных субъектов (так как у человека от Природы пять органов чувств), но со своими профессиональными специализациями:

1. Визуал (Художник «вообще», Портретист, Натюрморист, Пейзажист, Анималист, Маринист, Скульптор, Дизайнер…)

2. Слухач (Музыкант, Композитор, Аранжировщик, Звукорежиссёр, Звукооператор, Диджей, Музыковед…)

3. Кинестетик (Тактильщик, Мануальный терапевт, Массажист (?)…)

4. Одоролог (Нюхач, Запаховед, Флейворист, Парфюмер)

5. Вкусовщик (Дегустатор, Кавист, Сомелье…)

Теперь, когда мы представляем «кадровый состав» нофуком практически поимённо, мы можем представить гиперцикл интеллекта ноосферянина графически:

Рисунок 2.3.2. Главный гиперцикл интеллекта ноосферянина

На рисунке 4-я нофукома показана внутри 3-й. Это размещение отражает тот факт, что вместе эти нофукомы образуют общенаучную ноосферную команду.

Ещё один важнейший интроспективный субъект – это Менеджер. Он особенный субъект тем, что наполовину принадлежит интеллекту, а наполовину – психике (эмоционально-волевой сфере). Менеджер – главный пейсмекер человека, так как в его ведении фундаментальные поведенческие установки. На рисунке 2.3.2 он специально не показан, но его незримом присутствии знай, пожалуйста, Читатель!

Весь этот главный гиперцикл интеллекта ноосферянина можно назвать личностным ноосферным когнитивным ансамблем, состоящим из пяти команд (нофуком).

Ещё раз специально оговорим: предложенный здесь нофукомный гиперцикл ноосферной когнитивной культуры – это всего лишь первая рабочая модель, которая в последующем будет доосмыслена и доработана. Кроме того, нофукомный гиперцикл – это гибкая структура, допускающая индивидуальное преломление.

В соответствие с экспансивной или адаптивной общей природой человека, все его интроспективные субъекты тоже экспансивны или адаптивны. Когда у субъекта нет сил и возможностей на активную экспансию, он адаптируется. (Хотя, оглядываясь на уровневую природу субъекта, адаптироваться можно и активно). Либо человек приспосабливается под обстоятельства, либо как цельная Личность, заинтересованно соизмеряет свои амбиции с обстоятельствами и живёт так, чтобы все его субъекты вели себя уважительно как участники одного слаженного и сбалансированного ансамбля, реализующего одну общую цель. Имея слаженный и сбалансированный ансамбль в себе, человек в социальных отношениях и в своём экологическом поведении гармоничен. В каждый момент и в каждом цикле ситуационной самоорганизации он дозировано выступает от того субъекта, логика которой востребована либо обстоятельствами извне, либо эту логику задаёт он сам своим активным и опережающим концептуальным мышлением.

Но это в идеале. Обычно на одних фронтах борьбы человек активен и экспансивен, а на других – выжидателен и адаптивен. Как часто говорят, трудно быть «затычкой в каждой дырке». Активность энергозатратна. Поэтому разумно где-то экономить и выжидать, а где-то концентрировать усилия и наступать.

Ещё до ноосферного перехода мы начали сознавать, что у каждого субъекта или у каждой роли (если человек творческая и активная натура, если он действительно интеллектуал), есть своя ролевая концепция. Существования, развития и самореализации.

Все ролевые концепции своего интроспективного ансамбля человек перенимает либо от педагогов при воспитании и образовании, либо по «факту» восприятия своей национальной культуры, либо с личностным становлением разрабатывает сам. Там, где человек по ситуации адаптируется, у него нет ролевых концепций, ибо концепция – это когнитивная модель для прогностичного мышления и активного опережающего поведения. При поведенческой адаптации человек пользуется всего лишь накопленными и усвоенными поведенческими штампами, которыми реагирует на вызовы «с отставанием». Эти штампы он просто перенимает от своих предшественников в рамках существующей культуры или вырабатывает на своём горьком опыте.

Да, в личностном ноосферном ансамбле около семидесяти пяти интроспективных субъектов. И каждый субъект должен проявлять себя как минимум грамотно, а ещё лучше – профессионально. Ведь у каждого интроспективного субъекта своя специализация и её надо как минимум хорошо знать. Если сказать чуть шире – то надо знать и субъектный (ролевой) психотип и когнитотип. Каждый субъект реализуется своими профессиональными алгоритмами. Начинает он это со своей Картины мира, применяет свои технологии и дисциплинируется своей рефлексией. А там с полученным результатом торопится добиться своего. Ещё раз подчеркнём, что ноосферянин – это человек, живущий ноосферно зрелой полисубъектной и полиролевой активностью. Доноосферный человек живёт соответственно незрелой субъектной и ролевой активностью, хотя пытается в рамках осознаваемой рефлексии это для себя раскрыть и осознаваемые незрелости устранить.

Дорогой Читатель!

Представленный тебе гиперцикл интеллекта ноосферянина в твоей голове уже есть, и ты им мыслишь и живёшь. Так дано от Природы. Но он существует у тебя пока только в очень незрелом виде, да к тому же ещё и обременённым когнитивным рудиментами в виде философии, религии и мистики. Да и в художественном мышлении у тебя вряд ли полный порядок.

В этой главе с самого начала показано, как этот главный гиперцикл интеллекта ноосферянина выглядит, и к чему тебе предстоит в итоге прийти. В каком незрелом состоянии находится твой гиперцикл, ты знаешь и сам. Сопоставь разницу между тем, что есть, и что тебе предстоит иметь в своей голове как ноосферянину (если ты всё же решился им быть). Так бери свой незрелый гиперцикл в работу и доводи его в буквальном смысле «до ума». Доводи, а там и начинай им пользоваться. То есть другими словами, приноравливайся мыслить и жить по-ноосферному.

Становись ноосферянином!

Мозг – это единственный орган, да что там говорить, единственная система во Вселенной, которая может работать и творить в режиме научной автотехнологии. Для этого в твоём гиперцикле интроспективных ролей есть твой собственный Когнитотехнолог, владеющий не только когнитивными технологиями, но автотехнологиями. Благодаря такому интроспективному персонажу твой мозг, Читатель, может совершенствовать сам себя. И не просто может совершенствовать, а именно научно, «со знанием дела». Если он обнаружит, что чём-то профессионально не дотягивает, ему есть у кого поучиться.

Теперь ты представляешь, от чего в твоём мышлении есть смысл уйти, а вместе с тем уже видишь, к чему тебе есть смысл прийти.

Как происходит перерождение гиперцикла ноосферного интеллекта от отживших когнитивных рудиментов – можно посмотреть в книгах автора.

А здесь удобно считать, что эти рудименты уже отпали и мы работаем над тем, что имеет настоящую, можно сказать, живую ценность и перспективу.

Ты, Читатель, ещё задумался о и том, а насколько рискованно предлагаемое путешествие?

Минимально. Этот путь уже преодолён первопроходцами, а тебе предстоит только повторить то, что они уже совершили.

Так в чём же можно сомневаться, если «ЭТО» у других уже работает, а твои мозги что, хуже?

2.4. Что конкретно нужно сделать в нофукурном гиперцикле при ноосферном транскультурном переходе. Дорожная карта

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

Вначале, как и везде – необходимая организационная подготовка. Чтобы осуществить любое дело, его надо не только само подготовить, но и позаботиться об условиях.

О подготовке – с третью по пятую главы.

Далее – суть перехода буквально в двух словах:

1. Доводим до ноосферной зрелости Когнитолога и знакомимся с теми явлениями в мышлении, которые относятся к девиантным, к патологичным, к незрелостям и недоделанностям. Подтверждаем профессионализм Когнитолога формулой: «надо знать, как НАДО мыслить и надо знать, как НЕ НАДО мыслить».

2. «Разыгрываем» его ролевую самореализацию в 4-й нофукоме среди учёных-фундаментальщиков. При своей ноосферной самореализации Когнитолог объединяет фундаментально-научное знание и тем делает Картину мира ноосферянина интегрированной, единой и практически идентичной настоящей реальности. Другими словами – делает её полностью адекватной.

Происходящая при ноосферном транскультурном переходе интеграция научного знания – это наработка знания и соответствующих когнитивных алгоритмов по трансдисциплинарным переходам. От Онтолога к Физику, от Физика к Биологу, от Биолога к Психологу… И так далее по всему гиперциклу фундаментально-научного отражения мира (ГФНОМ’у) или по всей 4-й нофукоме. Последний переход – от Когнитолога опять к Онтологу. Но уже ноосферному.

Это разными словами и с разных позиций:

– ноосферное и метасистемное созревание всех учёных-фундаментальщиков в 4-й нофукоме,

– рождение научно самозамкнутого и научно сознающего себя Ноосферного Разума,

– ноосферная реализация принципа фундаментализации научного знания и

– достижение полной (ноосферной) когнитивной мобильности в фундаментально-научном знании.

Как и в любом деле, здесь тоже надо «набить руку». Или точнее – «набить мышление».

Это – самое главное.

После этого ты, Читатель, с единой и ноосферно преображённой фундаментально-научной Картиной мира от лица всей 4-нофукомы как от лица единого Ноосферного Разума обращаешься ко всем остальным нофукомам и транскультурный переход совершаешь в них. Транскультурный переход во всех остальных нофукомах, кроме 4-й, – это транскультурный переход в научно-прикладном знании.

(Здесь специально отмечу переход к пониманию государства особью IV уровня организации Жизни и «перетряхивание» на новый лад всего доноосферного гуманитарного знания).

О ноосферном транскультурном переходе автор уже писал в своих книгах

– «Социальная роль: Ноосферный Когнитотехнолог или к вопросу о субъектности в конце эпохи сознаваемой рефлексии» (2013),

– «Когнитологический коучинг. Сценарии транскультурного перехода» (2016) и

– «Борющийся Ноосферянин и Человечество. Воюющее и самоуничтожающееся. К сценариям транскультурного перехода» (2020).

Оборотной (субъектной) стороной «доделывания» гиперцикла нофукур является доделывание человеком самого себя как ноосферянина или ноосферно мыслящей Личности. Усвоение человеком новых знаний есть личностное саморазвитие с целью нравственно жить этими знаниями. Знания без умения ими пользоваться – ничто. Мало знать, надо достойно уметь.

Кратко дорожную карту ноосферного транскультурного перехода (или усвоения ноосферного мышления) можно представить так:

0. Совершаем все подготовительные мероприятия (в 1, 2 и 3 нофукоме).

1. Доделываем «своего» ноосферного Когнитолога как ключевого персонажа. Для этого

1.1. Усваиваем, что такое мышление в 4-й научной парадигме.

1.2. Дорабатываем свою рефлексию до научно-осознанной и знакомимся с её функциональным наполнением.

1.3. Учимся мыслить правильно по универсальному мыслительному коду (по УМК)

1.4. Знакомимся с фрактальной природой мышления.

1.5. Вникаем в то, что такое ЦСС – цикл ситуационной самоорганизации.

1.6. Узнаём, что такое МКОС в арсенале Когнитолога.

1.7. Учимся абстрагировать и конкретизировать.

1.8. Обживаемся на позициях Участника и Наблюдателя.

1.9. Ориентируемся в том, какие концепты и логики бывают в нашем мышлении.

1.10. Выясняем, что такое «транссамоорганизационный концепт».

1.11. Получаем представление о всех патологиях и незрелостях мышления, чтобы знать «как не надо» мыслить.

1.12. Все наработанные когнитивные навыки доводим до подсознательной компетентности (загоняем их в подсознание и начинаем пользоваться ими «автоматически»).

Далее:

2. От лица профессионально созревшего Когнитолога «запускаем» 4-ю нофукому как единый гиперцикл, прорабатывая в своём сознании все междисциплинарные, транскультурные и транспарадигмальные переходы:

1. 0-й трансдисциплинарный переход – от Онтолога к Физику (Химику).

2. 1-й трансдисциплинарный переход – от Физика и Химика – к Биологу.

3. 2-й трансдисциплинарный переход – от Биолога к Нейрофизиологу.

4. 3-й трансдисциплинарный переход – от Нейрофизиолога – к Когнитологу.

5. 4-й трансдисциплинарный переход – от Нейрофизиолога и Когнитолога – к Психологу.

6. 5-й трансдисциплинарный переход – от Психолога к Социологу и Контентологу.

7. 6-й транскультурный переход – внутри социологического знания от гоминида к первобытному человеку.

8. 7-й транскультурный переход – от древнего человека к человеку философствующему. Зарождение интеллекта, а в интеллекте – 4-й нофукомы.

9. 8-й транскультурный переход – отслеживаем научно-философское возрождение интеллектуализма.

10. 9-й транснаучный переход – от Учёного-прикладника к Учёному-фундаментальщику

11. 10-й транспарадигмальный переход – от Фундаментальщика-классика к Фундаментальщику-неклассику.

12. 11-й транспарадигмальный переход – от Фундаментальщика-неклассика к Фундаментальщику-постнеклассику.

13. 12-й транспарадигмальный, транснаучный и транскультурный переход – ноосферный В итоге добиваемся полной (ноосферной) когнитивной мобильности в 4-й нофукоме или создаём Ноосферный Разум.

И наконец

3. С ноосферным качеством 4-й нофукомы (Ноосферного Разума) доводим до ноосферной зрелости все остальные нофукомы в нашем интеллекте.

Вот и всё. Если это мы можем охватить своей мыслью, значит, это не так много.

Афоризмы и мысли к теме:

На переломе тысячелетий выдающийся российский мыслитель А. А. Зиновьев первым предложил науку «интеллектологию». Субъект этой науки – Интеллектолог. По сфере своего охвата это есть специализировавшийся на постижении мышления с активной рефлексией Когнитолог.

Или так: в Интеллектологе есть смысл увидеть осознающего самого себя Когнитолога (Рефлексирующего Структурника).

Прекрасное предложение, но достаточно ли у нас оснований для того, чтобы выделить интеллектуальную самоорганизованность в «когнитивной вообще» и говорить о ней от лица Интеллектолога?

При Интеллектологе заявил о себе свой Рефлексирующий Информатик (рефлексирующий Содержаник или Контентник), от лица которого человек начал постигать свою активную информационную или контентную деятельность (содержание своего мышления).

Интеллектолог объединяет рефлексирующего Когнитолога и Контентолога?

* * *

Я никогда не почувствую себя обязанным верить, что тот самый бог, который наградил нас чувством, разумом и интеллектом, предназначил нам отказаться от использования всего этого.

Галилео Галилей

Интеллект, в сущности, – страсть, и это стремление к познанию намного интереснее и устойчивее, чем, скажем, эротическое стремление мужчины к женщине.

Джордж Бернард Шоу

3. Начальная самоорганизация в первой нофукоме – фронтовой

3.1. Почему сознательность у ноосферян сознательная?

Наш царь – это душа. В том и наш грех, что жизнь по частям обдумывают все, а целиком – никто.

Луций Анней Сенека (4 г. до н. э., Кордуба – 65 г. н. э., Рим). «Нравственные письма к Луцилию»

Читатель!

Я, как автор самоучителя, не знаю и не могу знать, насколько развито у тебя сознание и с какой рефлексивной квалификацией ты вникаешь в написанное на этих страницах.

Очень возможно, что весьма подготовлен и слово «рефлексия» тебе хорошо знакомо и ты профессионально им пользуешься. Если так, то эту главу можешь и пропустить.

Если незнакомо совсем, то, прежде чем читать эти страницы дальше, тебе нужно этот пробел в образовании закрыть. Обратись к специальной литературе, а потом возвращайся.

Если слово «рефлексия» знакомо, но больше в виде синонима «сознательность», то тогда я хочу утрясти здесь некоторые организационные детали, чтобы мы понимали друг друга полностью.

Умение сознательно относится к своему сознанию – это тот рубеж, который легко преодолеет настоящий интеллектуал, а тот, кто только мнит себя таким, серьёзно споткнётся.

Умение сознательно относится к своему сознанию – это признак разума в человеке, а неумение – признак всего лишь рассудка.

Что такое сознание?

Самый простейший ответ такой: это состояние психики, при котором человек может себя спросить и сам себе ответить. Или его могут спросить другие, и он может в ответ сказать что-то дельное.

В чём разница между «быть в сознании» и «быть сознательным»?

В том, что «быть сознательным» – это не только находиться сознании, но и сознательно жить.

Может ли человек одновременно быть в сознании, но жить несознательно?

Может. Человек, который живёт несознательно, живёт поведенческими условными и безусловными рефлексами. Он не задумывается, почему он так живёт. Он просто живёт, и всё. То, что он живёт сознательно, ему только кажется.

«Быть в сознании» и «жить сознательно» – разные вещи.

Сознательный человек тот, кто сознаёт, что он делает, зачем он делает, для кого делает, почему делает, где делает, в какое время делает, насколько системно и профессионально делает, какова вероятность успеха или неудачи будет в его деле, достаточно ли у него ресурсов для его дела (знаний, навыков, времени, денег, сил…), подведёт ли он кого-то в случае неудачи, какова ответственность за то, что он сделает или не сделает…

Определимся:

Сознание есть наше умственное состояние, при котором мы адекватно и контролируемо воспринимаем себя частью окружающей реальности с полной уверенностью в том, что способны эффективно добиваться желаемого.*

Чтобы мы понимали друг друга, ты, Читатель, немного с моей помощью сознательно сформулировал это определение сознания.

Очень возможно, что, как и подавляющее большинство наших соотечественников, ты к уровневости сознания до этого относился рефлекторно. То есть рефлекторно-рефлексивно, «от проблемы», подразумевал актуализируемый уровень сознания условно единственным. Тебя никто не учил тому, что сознание – это не одноуровневое явление.

Теперь времена другие, и, что быть им адекватным, надо уметь сознательно относится к своему сознанию.

А это как?

Очень просто – в работе над своим субъектно представляемым интеллектом.

Сознавай: каждый твой интроспективный субъект или теоретик, от лица которого ты готов действовать – это ведь сознательный персонаж. И ты соответственно от его лица действуешь сознательно. Но ведь он у тебя не один! В твоём интеллекте, претендующим на ноосферность, более 70-ти разных теоретиков, и все они должны жить не порознь, а единым ансамблем! А ведь гармонию этого ансамбля надо сознавать, и сознавать можно только с более высокого уровня! И сознательно направлять сознательную деятельность своих отдельных персонажей в нужное время и в нужное место! Сознание субъектно, и если ты можешь представить себя руководителем, лидером, даже Вождём ансамбля своих теоретиков, то у тебя – второй уровень сознания, а у них – первый.

Только со второго уровня сознания ты начинаешь по-настоящему целиком обдумывать свою жизнь. Потому что с первого уровня сознания ты не видишь себя частью своей жизни, а значит и целиком её обдумать принципиально не можешь.

Есть такое представление, что разум – это рассуждающий сам над собой рассудок. В этом есть доля истины. Там, где человек живёт действительно сознательно – значит, там у него есть и достойная цель. Когда мы поднимаемся на второй уровень сознания, мы с него сознаём, что сознавать что-либо надо достойно. Системно, последовательно, ответственно. И тогда уже никогда не спутаем людей, живущих в таких похожих, но в совершенно разных режимах:

– можно жить рефлекторно контролируемым сознанием и

– можно жить сознательно рефлексируемым сознанием.

Первый живёт рассудочно организуемой жизнью, второй – разумно организуемой.

Если вы не знаете, что у вас есть интеллект, значит, его у вас нет.

Артур Шопенгауэр

3.2. Личностно-фронтовая ноосферная грамотность и закон Парето

В нашем мире простые линейные зависимости типа S = v × t занимают довольно малое место. В мире царствуют зависимости, которые мы математически отражаем параболами, гиперболами, сукцессиями… В том числе и такой зависимостью, как «принцип Парето»…

Эта глава о том, с какой минимальной грамотностью ноосферянин должен уметь бороться на каждом фронте своей фронтовой нофукомы. Грамотность – это (согласно словарю Ушакова) умение бороться с известным мастерством и знанием дела. Минимальная грамотность – это умение как минимум не проигрывать, не допускать принципиальных ошибок и не ухудшать ситуацию. К этому умение вести борьбу на своих фронтах сбалансировано – это тоже личностно-фронтовая грамотность.

1 фронт. На нём человек выступает по отношению к самому себе как личный медик, повар и тренер. Потому что организм надо лечить, кормить и тренировать.

Организм – это биологическая и физиологическая «оболочка» нашей души. Нашего активного психического состояния, нашего сознания. Благодаря организму, телу, мы существуем, живём, дышим, чувствуем, мыслим. Мы со своими организмами – это особи III уровня организации Жизни. А раз особи, то в соответствии со смыслом Жизни мы сотрудничаем и соперничаем с другими организмами (абстрагируясь пока от психической составляющей).

Мы не вольны в том, какой качественности организм нам достался по наследству от наших родителей. Насколько у нас здоровая наследственность, насколько мы породисты, каковы у нас врожденные способности. Что есть, то уже есть. Но нам дано совершенствовать свой организм в очень широких границах, и здесь мы можем добиться впечатляющих успехов.

В современной научной парадигме мы для себя открыли, что наш организм – высокосовершенная биологическая самоорганизованная система. Что называется «от природы» она может себя в очень многом себя сохранять, восстанавливать, приспосабливать, самообучаться… Надо лишь научиться чувствовать свой организм и по большей части ему не мешать. Не мешать и умело помогать. Не эксплуатировать его в запредельных режимах, и тогда он может прослужить «верой и правдой» очень долго.

Чтобы умело обращаться со своим организмом и в случае необходимости оказывать ему грамотную помощь, его надо знать. Знать как «вообще», знать анатомию и физиологию, но и знать конкретно, знать собственный организм со своими конкретными плюсами и минусами.

Когда человек при взрослении выходит на уровень полной, зрелой сознательности, то одним из условий этого является то, что он исследует свой собственный организм и его возможности. Знать свой организм – это значит осознавать его на метасистемном уровне. То есть уметь видеть свой организм среди других организмов и знать его возможности на фоне возможностей других. Насколько по сравнению с другими ты здоров или болен, силен или слаб, вынослив или нет, красив или не красив, тренирован или ослаблен… Это называется осознанием своего места в полидисперсном диапазоне своей эволюционирующей единицы.

Жизнь – борьба, и для того, чтобы в ней победить, надо хорошо знать возможности своего организма и умело ими распоряжаться. Ты не доволен возможностями своего организма? – ничто не мешает тебе их увеличить, расширить, изменить в лучшую сторону. Возьми пример с параолимпийцев – как они мастерски используют то, что имеют. А если ты просто здоров и у тебя всё на месте, – каких результатов ты можешь добиться? Но даже если у человека большие проблемы с организмом, проблемы на I фронте, то чаще всего это не мешает ему жить полноценной духовной жизнью. Пример Стивена Хокинга тебя не вдохновляет?

Для того, чтобы быть грамотным борцом на I фронте, надо знать анатомию, физиологию, нейрофизиологию, немного психологию, технику безопасности, гигиену, профилактику…

Техника безопасности – это культура обращения со своим организмом, позволяющая предупреждать возникновение травмоопасных ситуаций и тем более их травматического развития. Не создавайте травмоопасных ситуаций – и у вас не будет травм.

Гигиена для нашего организма – это та же техника безопасности на молекулярно-биологическом уровне. Мы живём в биосфере и находимся под постоянным прессингом различных биохимических воздействий. Здоровый организм может и умеет им противостоять, но только в том случае, когда эти воздействия имеют «средние фоновые значения» и не зашкаливают вследствие каких-то чрезвычайных обстоятельств (например, при эпидемии). В соответствии с этими обстоятельствами мы должны уметь применять адекватные меры и различать характер эпидемии: это химически ядовитые вещества, вирусные атаки или бактериальные.

Профилактика – это комплекс мер обслуживающего характера, которым мы поддерживаем свой организм в активном, работоспособном, боевом состоянии. Профилактика – это самоорганизующие обратные связи организма, которые мы пропускаем через свое сознание и которые воплощаем на уровне активной деятельности. Профилактика – это сознательная помощь нашему организму в сохранении и поддержании его высоких боеспособных качеств.

Стремясь добиться часто надуманных преимуществ, мы подвергаем свой организм чрезмерным нагрузкам и истязаниям. Женщины стесняют свою грудь корсетами, уродуют ноги высокими каблуками, а кожу чрезмерным употреблением косметики сомнительного качества. Мужчины добавляют в пищу анаболики, чтобы при бодибилдинге быстрее росла мышечная масса… Да мало на какие ухищрения мы пускаемся, чтобы «пустить пыль в глаза» окружающим.

Мы не только забываем, а часто просто не хотим знать, что наш организм создан для борьбы за существование, и его нельзя баловать комфортными и искусственными условиями – он детренируется и заболевает. Особенно мы балуем свой организм вкусной и обильной пищей. А уж когда мы заедаем свой психический дискомфорт сдобными булочками, то тут уж нашему желудку приходится совсем не сладко…

Мало кто представляет, насколько тесно физиология организма тесно связана с его психическим состоянием. Допуская излишнюю нервозность в своей жизни, мы расшатываем нормальное функционирование своих органов: сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта и других. Для восстановления нормы мы принимаем разные порошки, пилюли и таблетки, но этим только заглушаем и ухудшаем положение.

Ещё одна беда, которую мы придумали для своего организма – это различные стимуляторы, которыми мы переводим свой организм в состояние форсажа, чтобы добиться нужного от него эффекта. Тот же допинг, легальный и нелегальный. Те же энергетики. Но это тоже так просто не проходит: после того, как форсаж проходит, организм вынужден долго и трудно восстанавливаться. Тот, кто употребляет допинг, безумно расшатывает здоровье и просто самоуничтожается.

Академик, кардиохирург Николай Михайлович Амосов писал: «Не надейтесь на медицину, она не может научить человека как стать здоровым. Страшитесь попасть в плен к врачам! Чтобы стать здоровым, нужны собственные усилия, постоянные и значительные. Человек, к счастью, столь совершенен, что вернуть здоровье можно почти всегда».

Академик Федор Григорьевич Углов: «Индивидуальное бессмертие недостижимо, но продолжительность твоей жизни в очень многом зависит от тебя самого».

2 фронт. Семьянин.

Быть членом известного рода, носит известную фамилию – это честь. Всегда было и есть величайшим правом и обязанностью продолжать и преумножать заслуги и могущество своего рода. Тех, кто шел против родовых традиций, не поддерживал их, того называли выродками и изгоняли из членов рода. Кличка или прозвище «безродный» является одним из самых презрительных.

Издавна полноценное духовное формирование после рождения человек получал, как правило, только в семье. С эпоху осознаваемой рефлексии семью стали называть «ячейкой общества». Неспособность продолжить свой род считается одной из величайших трагедий в жизни человека.

Жизнь течёт циклами, и семейный цикл – один из самых значимых: сначала семья вкладывает свои ресурсы в нового человека, потом, когда он вырастает, должен уже свои ресурсы вложить в следующее поколение. В семье ресурсы не возвращаются как в обычной экономической сделке встречной стороне, человек должен направить их в будущее. И как он это сделает, настолько и приобретает вес и уважение в обществе. Свадьба, создание семьи – одно из самых радостных событий в жизни человека. Наоборот, развод, распад семьи – одно из самых больших несчастий.

Для того, чтобы мужчина и женщина хотели продолжить себя в детях, чтобы создавали устойчивые пары, Природа придумала Любовь. Любовь – как волшебное состояние встречной психической самоорганизованности мужчины и женщины. Такой, когда партнер ищет себе «половинку», которая по духу подходила к нему более всего и вызывала бы наибольшее желание продолжить свой род именно с ним. Желание любить и быть любимым Природа «зашивает» в наследственность, и когда человек созревает, в нем просыпается то, что древние греки называли «эрос». Запомни, Читатель: любить – это значит жить жизнью того, кого любишь.

3 фронт. Гражданин своего государства.

«Быть бессмертным не в силах, но надежда моя – если будет Россия, значит, буду и я!». Как всегда, всё созданное Природой сбалансировано, и право быть членом своей державы уравновешено обязанностью своей державе служить.

Но служба своему государству – дело не простое. Наша служба своему «государству вообще» представлена службой конкретным людям, которые в этой службе в соответствие со своими явными или скрытыми интересами могут помогать, содействовать, а могут мешать и даже вредить. Служение государству протекает в правовом пространстве, а кроме него есть ещё и пространство морально-нравственное. Чтобы в этом пространстве выжить, его надо знать и быть в нём не только Гражданином, но и Личностью.

4 фронт. Общественная жизнь. Член общества.

Общественная жизнь – эта та сфера человеческих отношений, которую называют ещё гражданским или частным обществом. Если государство – это сфера официальных, правовых отношений, то общественная жизнь – это сфера неофициальных, морально-нравственных отношений. В общественной жизни тоже есть свои сотрудничество и соперничество, но они лежат как бы в более глубокой, духовной плоскости. В государственной жизни историю и минувшие события хранят документы, а в общественной жизни – преимущественно человеческая память. Природа государственной самоорганизованности такова, что можно справить себе документ, придумать легенду, устроиться на работу и начать жить. И вроде бы всё будет нормально. Природа общественной жизни такова, что в неё вписаться нельзя, если тебя не хранят в своей памяти люди, среди которых ты по идее должен вырасти. И культуру которых должен в себя впитать.

5 фронт. Материальная собственность. Хозяин и собственник.

С тех пор, как человек стал активной метасистемно самоорганизующейся системой, он начал организовывать вокруг себя все, что было ему по силам. А уж неживую природу – в первую очередь. Он начал создавать то, что сегодня мы называем «техносферой». Хотя в свою материальную собственность человек зачислял и прирученных животных, взращиваемые сельскохозяйственные культуры, порабощённых людей, территорию с природными ресурсами… Владение материальной собственностью давало свои огромные преимущества, но и требовало от хозяина соответствующих знаний, навыков и владения многими технологиями. Материальную собственность мало создать, её надо суметь сохранить, удержать и отстоять. Если человек сделал материальную собственность своей «оболочкой», то эта оболочка претерпевала все те превратности судьбы, какие выпадали на долю её хозяина. Дружил с кем-то хозяин, создавал семью – происходило объединение собственности. Ссорился хозяин или разводился с женой – делили и собственность. Как только человек стал хозяином своих вещей, он начал нарабатывать и культуру пользования своими вещами. Он создал для себя этот фронт со своими особыми законами. И главный закон был таков: умей жить так, чтобы вещи служили тебе, а не ты служил своим вещам. Тот, кто не умел подчинить вещи себе или избавиться от свалившегося на голову непосильно большого наследства, как правило, погибал. С течением времени люди накопили огромные материальные ценности и сами того не заметили, как сфера материальных отношений стала особенно неустойчивой сферой сотрудничества и соперничества. Богатство позволяло иметь совсем другое качество жизни, и поэтому многие слабые головы сочли наличие богатства эквивалентом счастья. И ради обладания богатством часто ввязывались в такую борьбу, которая есть «борьба без правил».

Обладание материальной собственностью напоминает обладание огромным пирогом, который хозяин несет по жизни и следит за тем, чтобы с пирогом ничего не случилось. Но жизнь устроена так, что всегда есть желающие этот пирог за спиной хозяина либо с края откусить, либо вообще отхватить кусок и убежать. И чем пирог больше, тем труднее его уберечь и тем больше охотников поживиться. Стремясь защитить свой пирог, свою собственность от любителей лёгкой наживы, хозяин привлекает для этого свои силы от других фронтов, и тем самым как бы ввергает их в запустение. Владение материальной собственностью таково, что оно требует чуть ли не ежеминутного внимания. Стремясь сохранить свою непосильную для себя собственность, недалёкий человек разбалансирует свой гиперцикл личных фронтов и погибает. Погибает, потому что на одном из запущенных, оставленных без внимания фронтов терпит решающее поражение. Погибнуть человек может не в прямом смысле, не умереть, но его здоровое общество отторгнет из себя и с ним никто не захочет поддерживать нормальные отношения. Человек, проигравший на этом фронте, превращается в изгоя. Как было сказано классиком, «люди гибнут за металл».

6 фронт. Рабочий, служащий.

В этой социальной роли мы добываем себе средства к существованию. Взяв эту роль на себя, начав её исполнять, человек включается тем самым в поток жизненных ресурсов Эти ресурсы мы либо производим, либо распределяем, либо ими управляем. Работающий человек – это структурная часть государства или гражданского общества, через которого течёт своя энергия. И он должен обеспечивать это протекание энергии через себя, ибо это есть условие его жизни. Человек без работы – это потенциальный мертвец, утрата работы ставит человека на грань его существования. Без работы человек может продержаться какое-то время за счёт своих ресурсов, за счёт ресурсов близких ему людей, но это время весьма скоротечно. И важно не просто продержаться, важно не опуститься при этом с обжитого социального уровня. На этом фронте нам нужна не просто работа, но такая, чтобы соответствовала способностям и образованию, была стабильной, давала социальные гарантии… А для этого опять же приходится создавать вокруг себя такую метасистемную организованность, чтобы она работала на своего творца, обеспечивала максимальную организационную отдачу. Чтобы на работе уважали, хорошо платили, ценили…

Есть люди, которые умеют работать только на других. Они выработали у себя психотип наёмного работника и на этом остановились. Часто потому, что более сложный психотип предпринимателя оказался не по их психическим и умственным силам. Но есть и люди, которые научились работать на себя. Эти люди с психотипом предпринимателя организуют своё дело, становятся руководителями, работодателями, бизнесменами…

7 фронт – «Внутренний мир». Мыслитель.

Основа этого фронта – мировоззрение. Или своя Картина мира. Абсолютно адекватной она может быть только в ноосферно-научном качестве. Все остальные варианты (мистический, религиозный, философский, доноосферно-научный) – это условно-адекватные варианты. Обладание ноосферно-научной Картиной мира – это высший уровень интеллектуальной самоорганизованности. Но это доступно пока далеко не всем. У подавляющего большинства – совокупность прикладных знаний по «направлениям» и проблемам.

Мы живём «изнутри наружу», и поэтому порядок в «фронтовых знаниях» обеспечивает 7-й фронт, а порядок на 7-м фронте мы обеспечиваем его рефлексией. Отсюда 7-й фронт – это рефлексивный фронт, это пространство проявления нашей сознательности. Здесь мы начинаем с понятия «рефлексивная грамотность».

Человек должен знать, что он знает и как он знает. Различать содержательную рефлексию от структурной. До тех пор, пока не станешь хозяином своих знаний и освоишь умения ими распоряжаться, на успех на этом фронте можешь не рассчитывать. Рефлексия своего Внутреннего мира – начало начал личной самоорганизации. Сознательно организуя свои знания по фронтам и отслеживая их качество, человек приводит в порядок свою личностно-фронтовую самоорганизованность. И иначе – никак. Порядок в знаниях – первая предпосылка к успешной борьбе на фронтах.

Осознание состояния своего сознания – это результат усилий на 7-м фронте.

Будь, Читатель, когнитотехнологом самого себя! В Интернете сейчас огромное количество всяких знаний и практических рекомендаций о деятельности мозга! Поройся в этой информации и насобирай самых востребованных знаний и советов для самого себя. В одних статьях ты узнаешь, как надо мыслить, в других – как не надо мыслить… Это, что называется, элементарная когнитотехнологическая грамотность. Ведь этому пока ещё нигде специально не учат, и мы, по сути, до сих пор остаёмся когнитотехнологически безграмотными!

Чем лучше ты будешь знать свой мозг, тем на более эффективную работу сможешь его настроить! Или так: чем лучше твой мозг будет знать сам себя тем на более продуктивную отдачу он сможет самоорганизоваться!

8 фронт. Игрок.

Смотри разработки в Когнитотехнологе.

У каждого человека есть свои игрушки. Если дано – играй, но не заигрывайся. Есть такая болезнь у современного человечества – игромания. Её, как и любую болезнь, легче предупредить, чем вылечить.

9 фронт. Личный эколог.

Экологом человек становится, начав собирать информацию об экологической обстановке вокруг себя: чем в месте своего нахождения он дышит, какого качества местные пищевые ресурсы, какие рядом конкретные источники экологической опасности… Борьба – это прежде всего проявление высокой поисковой активности. Человек ведь не просто хочет выжить, он хочет жить и жить гарантированно стабильно. Это невозможно, если не учитывать экологическую обстановку в месте своего нахождения или пребывания. Кроме того, на место своего пребывания надо уметь смотреть во всех масштабах: района, города, своей страны, всего человечества.

Привыкай к мысли, Читатель, что ты – Гражданин Мира.

Ибо мышление ноосферянина – это мышление Гражданина Мира.

Вести борьбу на фронтах в 1-й нофукоме сбалансировано позволяет знание закона Парето.

Математическую зависимость, которая позже получила название «Принцип 80/20», обнаружил в 1897 году итальянский экономист Вильфредо Парето (1848–1923). Позже его открытие называли по-разному: «принципом Парето», «законом Парето», «правило 80/20», «принцип наименьшего усилия», «принципом дисбаланса» и т. п.

«Принцип 80/20» гласит, что небольшая доля причин, вкладываемых средств или прилагаемых усилий отвечает за большую долю результатов получаемой продукции или заработанного вознаграждения. Количественно это выражается в том, что на получение 80 % результатов у нас уходит 20 % всего затраченного времени. На практике 80 % приложенных усилий (и это основная доля!) имеют к получаемому результату второстепенное, не очень значительное отношение.

Рисунок 3.2.1. График Принципа Парето

Пионером реального использования «Принципа 80/20» был американский инженер Джозеф Юран, стоявший у истоков революции качества в начале 1950-х годов. Юран сделал принцип Парето (или, как он иногда его называл, «принцип немногого, имеющего решающее значение») способом повысить качество продукции. Он предложил использовать Принцип 80/20, наряду с другими статистическими методами, для искоренения выпуска бракованной продукции, для повышения надежности и полезности производимых товаров.

Одной из самых первых корпораций, взявших на вооружение Принцип 80/20 и наиболее успешно использовавших его, была IВМ. Её специалисты в 1963 году обнаружили, что примерно 80 % компьютерного времени тратится на обработку всего 20 % команд программы. Компания немедленно переделала системное программное обеспечение так, чтобы наиболее используемые 20 % были наиболее доступны и удобны для пользователя, что сделало компьютеры IВМ более эффективными и быстрыми в большинстве приложений, чем машины конкурентов. Разработчики персональных компьютеров и программного обеспечения таких кампаний, как «Эппл», «Лотус», «Майкрософт» эффективно применяли Принцип 80/20. Благодаря этому они своими наиболее дешевыми и простыми в работе машинами эффективнее опередили соперников и завоевали рынок.

Особенно внимание на принцип Парето обращаешь тогда, когда ставишь перед собой задачу добиться сбалансированности фронтов в 1-й нофукоме. Не просто так народная мудрость гласит: хочешь жить – умей вертеться! Это значит, надо уметь вовремя переключаться на тот фронт, на котором наибольшая напряжённость, который наиболее проблемный.

Нам, Природа, как своим детям, здесь приходит на помощь: нелинейный характер отдачи от наших усилий позволяет «отбиваться» от наседающих на фронтах проблем с достаточно высокой эффективностью. С настолько достаточной, что надо быть просто тупицей, чтобы проиграть там, где выигрыш или победа чуть ли не сама плывёт к нам в руки.

На фронтах нашей 1-й нофукомы мало выиграть и победить: фишка в том, что надо выиграть и победить сбалансировано! Можно сказать, что фронта 1-й нофукомы в своей комплексности – это наш единый фронт, только полилогичный и многомерный. Проигрыш на одном участке фронта приводит к поражению вообще. Знание закона Парето позволяет вести борьбу на наших фронтах наиболее эффективно. Кроме того, знание этого закона способствует проявлению психологической гибкости при «перескакивании» с фронта на фронт.

Отсюда рекомендации для всех: руководствуйтесь принципом Парето, ищите и вкладывайте в дело те 20 % усилий и средств, которые обеспечат вам 80 % результата! Не распыляйтесь на перфекционизм! Не засиживайся на том фронте, на каком пока относительно благополучно или на том, который у вас самый любимый «по игрушкам».

3.3. Освобождение времени для 7-го фронта: «Мыслитель». Не только для организованного обслуживания всех остальных фронтов, но и для личностного саморазвития

Однажды вечером Резерфорд зашел в лабораторию. Хотя время было позднее, в лаборатории склонился над приборами один из его многочисленных учеников.

– Что вы делаете так поздно? – спросил Резерфорд.

– Работаю, – последовал ответ.

– А что вы делаете днем?

– Работаю, разумеется, – отвечал ученик.

– И рано утром тоже работаете?

– Да, профессор, и утром работаю, – подтвердил ученик, рассчитывая на похвалу из уст знаменитого ученого.

Резерфорд помрачнел и раздраженно спросил:

– Послушайте, но когда же вы думаете?

В настоящий момент для тебя, Читатель, просто нет другого выбора: хочешь иметь в разумные сроки ноосферный интеллект – добейся такой сбалансированности 1-й нофукомы, чтобы для размышлений и интеллектуальных занятий времени было по 2–3 часа в день.

У тебя просто должен быть такой специально настроенный жизненный баланс!

Жаворонки могут предпочитать раннее утро, когда ЕЩЁ никто не беспокоит, а совы – поздние вечера, когда УЖЕ никто не беспокоит. Отключайте все каналы связи – и работайте своими мозгами над своими мозгами.

Пожалуй, это своеобразный решающий, переломный рубеж от неорганизованного (или стихийно-организованного) образа жизни к организованному.

В своё время, лет тридцать назад, мне выпала удача познакомиться с книгой учёного с мировым именем, Ганса Селье «От мечты к открытию». Я многое почерпнул из его жизненного опыта и, в частности, его пример самоорганизации в работе. В главе «Время для раздумий» он пишет:

«Как бы ни был активен учёный и как бы ни стремился к практической работе, он должен выделять время для размышлений. Казалось бы, это очевидно, и всё же многие исследователи в такой степени поддаются стремлению быть всё время в деле, что у них не остаётся времени для правильного планирования экспериментов и для осмысления наблюдений. Типичный „работяга“ – обычно молодой человек – переоценивает значение „делания“ конкретных вещей; он не ощущает себя работающим, если спокойно сидит на месте, погружённый в свои мысли или даже просто в мечты. Это великое заблуждение. Мы уже видели, что некоторые самые лучшие идеи рождались в полудрёме или в фантазиях, между тем как одна хорошая идея может освободить нас от многодневной рутинной работы.

Но нет ничего хуже, если, размышляя, вы были вынуждены прервать ход своих мыслей как раз в тот момент, когда идея была готова родиться. Вот почему, желая на чём-либо сосредоточиться, я скрываюсь в своём кабинете под защитой таблички „Просьба не беспокоить!“ и отключаю телефоны. Чтобы сделать этот закон действенным, потребовалось немало времени. Всегда появлялось что-нибудь экстренное – эксперимент ли, который сорвётся без моего немедленного вмешательства, неотложный ли междугородный звонок, внезапное посещение какой-либо важной персоны, – и я был вынужден признать, что для таких случаев должно делаться исключение. В результате исключения превращались в правило, и у меня никогда не оставалось времени для себя. Тогда мне пришла в голову простая мысль: порой я отсутствую неделями, совершая лекционное турне, но лаборатория при этом функционирует вроде бы нормально; отсюда вывод – она должны быть в состоянии обходиться без меня в течении нескольких часов в день, даже если я и в городе. Это умозаключение придало мне силы сделать решительный шаг, и теперь, когда на дверях виси табличка „Просьба не беспокоить!“, действительно никто не имеет права войти, за исключением секретарши, да и то лишь в случае смертельной опасности.

Пусть же те, кто сомневается в целесообразности применения подобных драконовских мер, учатся на моём опыте: лаборатория прекрасно работает, несмотря на моё периодическое отсутствие. Мои помощники научились в экстренных случаях принимать самостоятельные решения (фактически такие случаи крайне редки), а человек, звонивший по междугороднему телефону, звонит снова, и как правило, звонок оказывается не таким уж и срочным. Даже важный гость не обижается, ибо знает, что о встрече надо было договориться заранее, а секретарша просто говорить ему, что меня „тут нет“ (умалчивая о том, что я есть „там“ за закрытой дверью). Как бы то ни было, сделать вывод о моём оскорбительном к нему безразличии никак нельзя раз уж я не был поставлен в известность о его прибытии»¹⁰.

Когда мне возражают, что «на ЭТО нет времени», я обычно парирую замечательной русской присказкой: «Был бы дружок, сыщется и часок» и известной мудростью: «Тот, кто хочет, ищет методы, а кто не хочет ищет причины». Человек так устроен, что если он чего-то хочет, то времени для этого всегда находит. Если кто-то себя обманывает – я его не уговариваю. Хочешь – делай! Не можешь – никто тебя за уши не притягивает. Вот только ещё триста лет назад Мишелем Монтенем было прекрасно сказано: «Тот, кто хочет, делает больше, чем тот, кто может».

Освоение ноосферного мышления – задача исключительно индивидуальной самоорганизованности. Если у претендента она недостаточна с самого начала, то какое может быть продолжение?

Освобождение времени для борьбы самого с собой на 7-м фронте и начало систематической работы на нём – это своеобразный вступительный экзамен. Если ты его сдашь сам себе, то после это можно говорить о том, что ноосферное мышление для тебя реально достижимо. Если же не сумел подняться над жизненной суетой, то ты не для ноосферянства, а ноосферянство не для тебя. Осознай ограниченность своих возможностей и займись тем, на что способен. Если же с таким раскладом не согласен – готовься, учись, тренируйся и сдавай вступительный экзамен с новыми силами.

Выделение для своих занятий на 7-м фронте по 2–3 часа в день – это выделение времени для существования управляемого хаоса саморазвития. Именно через этот «белый» хаос ты Читатель, и будешь расти как самоорганизованная и самоорганизующаяся система. Интеллектуальное перепрограммирование – это не только сложный, но и весьма канительный и небыстрый процесс, ибо в нём мы работаем главным образом со своим подсознанием. Которое уже запрограммировано в предыдущей, доноосферной части нашей жизни. И нам, чтобы выжить, надо достойно и упорно отвечать вызовам эпохи Делать то, что мы никогда не делали и мыслить так, как мы никогда не мыслили. Ноосферный транскультурный переход – это прежде всего когнитивное самоперепрограммирование нашего подсознания.

На эти 2–3 часа в день ты, Читатель, «уходишь в себя» и становишься крутым интровертом, чтобы после возвращаться каждый раз немного другим человеком. Ты же знаешь, что когда происходит перезагрузка компьютера, он недоступен каким-либо операциям с ним. Так и с тобой: пока ты делаешь свой очередной шаг в ноосферном транскультурном переходе, никто и ничто не должно тебя отвлекать.

Но для этого надо создать условия!

Создать в системе своей жизни подсистему, в которой ты будешь добиваться более высокой самоорганизованности, а потом «по выходу» с более высоким личным самоорганизационным потенциалом повышать организованность и остальной части своей жизни.

Почему надо выделять время для умственных занятий таким крупными «блоками» – по 2–3 часа? Почему нельзя в течение дня позаниматься четыре раза по полчаса? Потому что так работает мозг: чтобы «въехать» в рассматриваемую (разумеется серьёзную и глубокую тему), ему надо час-полтора. Это ещё называется «собраться с мыслями». Да ты сам знаешь, Читатель, загрузка любой программы в компьютерные «мозги» тоже требует времени. Тем более, если работа творческая, мысли неординарные, то почву для инсайта надо подготовить. На «ровном» месте хорошая мысль сама не приходит. Кроме того, по недавно проведенным исследованиям, если человека отвлекли, то он возвращается «в тему» в среднем за 23 минуты. Поэтому и советуют опытные мыслители: если занялись серьёзной работой не отвлекайтесь! И не позволяйте никому себя отвлекать!

Если трудно представить наносимый вам ущерб в минутах, пересчитайте его в денежном эквиваленте. Сколько стоит ваше время на работе? Предположим у вас оклад 45 000 рублей в месяц. 22 рабочих дня по 8 часов – это примерно 250 рублей стоит 1 час вашего времени Так вот если отвлекли вас на 1–2 минуты, а вы потом тратите на возвращение в тему 23 минуты – считайте, что за эти 1–2 минуты вас ограбили рублей так на 80. За волосок не постоишь – всей бороде пропасть!

4. Настройка души на борьбу, поиск, творчество и работу

Бороться и искать, найти и не сдаваться!

Девиз главных героев из любимой с детства книги «Два капитана» В. Каверина

Мы так устроены, что наша фронтовая деятельность, реализуемая через первую нофукому, неодномерна, и может протекать с разной интенсивностью и с разными для достижения успеха поведенческими технологиями. Это выражается в том, что нам дано выступать на своих фронтах от лица следующих девяти персонажей, которые объединяет 2-я нофукома – деловая:

1. Борец

2. Исследователь

3. Творец

4. Работник

5. Игрок

6. Отдыхающий

7. Молящийся

8. Медитирующий

9. Расслабившийся

Первый вид деятельности – это борьба, и ведёт её Борец.

Борьба – это максимально интенсивная, на пределе возможностей субъекта вид деятельности, в которой обычно решаются вопросы жизни и смерти. Выживания или гибели. Спрос за каждый шаг, удар, рывок – максимально ответственный, ибо ставкой в борьбе часто бывает не только личная жизнь, но судьба социальной общности, за которую Борец сражается. Так как результаты борьбы наиболее значимы для чьего-то выживания, то и признание победы в борьбе наиболее велико. Никакие другие соотечественники не пользуются таким уважением своих сограждан, как победители в схватках с врагами, с завоевателями. Борьба как вид деятельности настолько околопредельный и запредельный, что не каждый способен быть Борцом. К тому, чтобы новобранцы могли быть настоящими Борцами и Воинами, их специально готовят, закаляют идеологически, морально, психически и физически.

Вторым по интенсивности в нашем перечне идёт исследование. Этим видом деятельности занимается Исследователь.

Исследование – это тоже околопредельная и запредельная деятельность, ибо его можно представить формулой «пойду туда, не знаю куда, сделаю то, не знаю что, при этом так, не знаю как». Исследование не так напряжённо и скоротечно, как борьба. Темп исследованию обычно задаёт сам Исследователь, но вот как оно пойдёт в будущем, он предвидеть не может, ибо внедряется со своим интересом в «terra incognito», Исследователь общается с чем-то запредельным, причём часто настолько масштабно и интенсивно, настолько рискованно и непредсказуемо, что часто гибнет. Пример первопроходцев к полюсам нашей планеты – как бы не самая наглядная тому иллюстрация.

Третий вид деятельности – творчество, и его субъектный представитель – Творец.

Творец создаёт то, чего раньше не было. Создаёт по своей инициативе, по договорённости с кем-то или по заданию «сверху». Создаёт и несёт за это ответственность. От Творца ждут результата, и если этого результата нет, то единственным оправданием ему может быть доказательство того, что добиться поставленной задачи объективно невозможно. Кроме того, творчество часто зависит от результатов необходимых исследований, а это заставляет Творца перевоплощаться и становиться на некоторое время Исследователем со всеми сопутствующими рисками. Так же Творец рискует тем, что его творение могут не понять, не признать, категорически осудить и подвергнуть опале. В творчестве тоже есть своя борьба – борьба за новое и за утверждение этого нового в культуре.

Четвёртым в этом списке числится Работник, выполняющий работу. Работа – дело тоже ответственное, напряжённое, но напряжённое не запредельно, если это только не подневольный рабский труд под угрозой физического уничтожения. Работа по сравнению с предыдущими видами деятельности – размеренная, планомерная, экономически просчитываемая. Этим она принципиально отличается от борьбы, исследования и творчества, ибо первые три экономически просчитать нельзя.

Пятый субъект – это Игрок, увлечённый игрой. Человечество устроена так, что оно выживает ещё и играми, в которых тоже есть своя запредельность. И из-за этой запредельности Игроки часто гибнут. Считается, что игровой экстрим – явление относительно редкое, и если в играх кто-то гибнет, то это списывают на несчастный случай. Автомобильные и мотоциклетные гонки – тоже разновидность игр, а о том, насколько часто в них случаются трагедии с гибелью гонщиков, говорить не надо. Но участие в больших игрушках приносит большие деньги, и многие идут на риск, чтобы оторвать благодаря удаче свой кусок побольше. Но проигравших всегда больше, чем победителей. Почему человек играет и часто облачается в костюм Игрока? Потому что он высокоэнергичное существо и ему бьющую через край его проточную диссипацию надо куда-то (если уж не результативно, но обязательно красиво) выплеснуть. Кроме диссипации, у человека есть свой темп психической жизни, и выпадение из этого темпа оборачивается для него скукой. Если человек не может (или не хочет) найти себя в предыдущих видах деятельности, он уходит в игру. Игра – это как бы отдушина для людей, которые не могли самореализоваться с бóльшим смыслом для себя и для других. Так как игра – это искусственная и условно упрощённая интенсификация жизни, то часто, привыкнув к такой искусственности и посильной упрощённости, человек находит в игре свою зону психологического комфорта, из которой выбираться по своей воле уже не хочет. Возвращение в реальный мир для него болезненно и временно. Если Игрок заболевает игроманией серьёзно, то истощает свои силы и погибает. Игра хороша, когда она безопасна, когда ею распорядились уместно и в рамках разумного времени.

На 6-й позиции в перечне – Отдыхающий.

Жизнь в своих циклах весьма неравномерна, и то, что мы живём урывками – вполне естественно. Урывками по ситуации максимально напрягаемся в борьбе и творчестве, а потом урывками расслабляемся в ничегонеделании и отдыхе. Напряжённость жизни в разные моменты разная, и потому мы устроены так, чтобы в нужные моменты могли максимально самореализовываться, а между этими моментами отдыхать и собираться с силами. В зависимости от отношения к отдыху, человек может отдыхать активно, а может и пассивно. Часто к смене рода деятельности относятся как к отдыху. Как у Маяковского в поэме «Хорошо!»: «Землю попашет, попишет стихи…». Отдыхаем мы, когда физически, когда психологически – ибо человек есть не только тело, но и душа. Если не давать душе отдыхать, человек «выгорает» и просто «сходит с дистанции».

Пока человечество будет жить такой логико-поведенческой когнитивной культурой, как религия, в его 2-й нофукоме будет такой персонаж, как «Молящийся». Или «Богомолец». Ведь человек творит молитву не просто «в пространство», а своему Богу, и потому он – Богомолец. Молитву можно рассматривать как особую деятельность, в которой человек, отключившись «от мирской суеты» пытается настоять на своём перед лицом своих субъектно представляемых сверхъестественных сил. В политеизме или монотеизме. Или в каком-либо другом варианте национальной религии.

Так как в молитве человек отстаивает перед Богом свои интересы, то в зависимости от масштаба своего запроса к Господу человек может отправлять молитву на пределе своих психических и физических сил, а может пробормотать как дежурную фразу, которая похожа на отдачу мелкого долга, – отдал и забыл. Для Истинноверующего молитва – тоже своеобразная борьба за своё будущее перед лицом Господа. Такая борьба, которую он старается провести с максимальной эффективностью, а для этого ходит в те места, которые называет «богомольными». Где, по его представлениям, он ближе всего к Господу и где Он услышит его с наибольшей вероятностью. Предпринимая путешествие к богомольному месту, верующий становится паломником. Так, хадж – это паломничество к святым местам в Мекке, Медине и их окрестностях, связанным с историческими событиями в исламской культуре. Для верующего человека молитва – это своеобразная духовная самореабилитация, самоорганизация, в которой он восстанавливает свои духовные силы. Совершив молитву, верующий сознаёт, что сделал то, что должен был сделать и этим как бы снимает определённый груз со своей души. Совершив молитву, верующий восстанавливает свою надежду на то, что в будущем всё будет хорошо. Ибо он попросил Господа об этом позаботиться. («Блажен, кто верует, тепло ему на свете!» (Грибоедов)).

Молитвы верующие могут отправлять как индивидуально, так и сообща, группами. Совершая тот же Крестных ход.

Близко к молитве по своей функции находится такой вид деятельности, как медитация. Для уточнения того, что такое медитация, обратимся к Викисловарю:

Медитация (от лат. meditatio – «размышление») – 1. Психические упражнения, используемые в составе духовно-религиозной или оздоровительной практики. 2. Особое психическое состояние, достигаемое в этих упражнениях (или в силу иных причин).

Медитацию можно рассматривать как вид созерцания и как состояние расслабленной сосредоточенности, в котором человек отрешенно наблюдает за происходящим, как оно развивается во всей своей полноте. Медитирующий ничего не оценивает, предоставляет свободу мыслям, чувствам и всем протекающим в нём и вокруг него процессам.

В разных школах в медитации есть два общих компонента: 1) шаматха, что можно перевести как «безмятежность, мир, внутреннее спокойствие, умственное или физическое» и 2) випассана (випашьяна), что можно перевести как «осознанность, видение мира таким, какой он есть, а не таким, каким мы хотели бы или не хотели бы его видеть».

В разных национальных культурах выработано множество медитаций. Во время медитации обычно принимают определённую позу. Объектом концентрации почти всегда служат ощущения внутри организма, внутренние образы, реже эмоции, а ещё реже – какие-то серьёзные размышления. Иногда объектом концентрации может быть внешний физический предмет или событие. Медитацию сочетают с дыхательными упражнениями.

Словари и энциклопедии дают много определений этого термина, ибо, наработав многообразие медитаций, человечество в разных национальных культурах и в разных ЛПКК накопило и многообразие их определений. В них медитация есть

– особая разновидность углублённого размышления о каком-либо предмете, духовной истине, иной идее, сопровождаемое отвлечением «от внешне-случайных обстоятельств», устранением «всех факторов, рассеивающих внимание, как внешних (звук, свет), так и внутренних (физическое, эмоциональное, интеллектуальное и другое напряжение)»;

– как состояние внутреннего сосредоточения или как действие для его достижения;

– как «изменённое состояние сознания», обусловленное как внешними, так и внутренними причинами;

– как «тип психотехники, продуцирующий изменённое сознание» (вариант: как форму психической активности с целью погружения «в особые трансовые состояния»);

В существующей доноосферной когнитивной культуре нет единого научного понимания медитации, а потому и нет точно очерченных её границ. Споры о том, является ли та или иная практика медитативной или нет, продолжаются. Споры идут, а приёмы медитации продолжают использовать для психотерапии и психотренинга. В них медитации рассматривают как

– психофизические упражнения в комплементарной и альтернативной медицине;

– практики, предназначенные для расслабления;

– как упражнения, выполняемые для достижения более отдалённых целей, например таких, как усиление ощущения благополучия;

Поэтому в силу многообразия практик важно конкретно указывать рассматриваемый в исследовании тип медитации.

Замыкает наш перечень персонаж, которого мы назвали «Расслабившийся». В русском языке есть такое слово «расслабон». Жаргонное, но удобное слово. В Викисловаре расслабон определён как состояние удовлетворённой расслабленности. Расслабон – это не отдых, ибо на отдыхе человек не расслабляется полностью, а сознательно восстанавливает свои силы. На планомерном и законном отдыхе человек продолжает нести ответственность за будущие свершения, которых он добьётся, когда восстановит свои силы. Духовные и физические. При расслабоне человек отключается от реальности и не думает ни о какой ответственности. Если при расслабоне и происходит какое-то восстановление работоспособности, то больше «по инерции» физиологически и рефлекторно. Организм человека создан самовосстанавливающимся, и многие ленивые души этим «нахаляву» и совершенно бесстыдно пользуются. Расслабившийся человек – для сотрудничества буквально никто а для врага, соперника, конкурента – он самая лакомая добыча. Ибо никакая другая победа не даётся так быстро и легко, как победа над расслабившимся противником. Ведь слово «расслабон» образовано от слова «слабость». А слабак – это не противник, это так, даже не статист. Через него легко перешагивают и идут дальше. Быть слабаком – самое унизительное и презираемое состояние. Расслабившийся – это человек, позволивший себе превратиться в слабака а значит в потенциального пораженца.

Слабак полярен Борцу и потому замыкает список видов деловой активности последним.

Жизнь фрактальна, и проявлять себя от лица кого-либо персонажа из 2-й, «деловой» нофукомы мы можем как в самых больших своих проектах, так и в самых малых поступках. Но жизнь не только фрактальна – она самоорганизуется из своих структурных глубин, и наши большие успехи есть результаты сложения сотен и тысяч маленьких дел И чтобы мы не делали, формула «жизнь есть борьба за существование» всё объединяет и всё подытоживает. Хочешь быть победителем? Поменьше молись и побольше борись. И Борцом, и Слабаком можно быть на любом фронте. Я не призываю здесь тебя, Читатель, проявлять лучшие духовные и боевые качества. Если ты захочешь, ты проявишь их сам. Если нет, что толку тебя увещевать и агитировать? Да, есть какие-то пределы влияния, в них можно работать и добиваться своих результатов но где и на кого? По-большому счёту человек – самостоятелен и независим. Если хочет – живёт и борется, если не хочет, насильно не заставишь. В коучинге говорят так: «Формула „догнать и осчастливить“ – это не для нас».

Во второй нофукоме человек проявляет свою настроенность на успех и на желание быть победителем. Этой нофукомой в своей душе человек живёт уже очень давно, и долго ещё будет жить. При транскультурном переходе, при усвоении ноосферного мышления она принципиально не меняется. Ну разве что в ней не будет Молящегося, ибо религия как рудимент уйдёт в историю. А медитирующие ещё будут и среди ноосферян…

5. Начальная (тактическая) самоорганизация в 3-й нофукоме – ролевой

Считается ли уход в себя уходом с рабочего места?

Станислав Ежи Лец

Почему здесь нужна начальная самоорганизация?

Потому что тебе, Читатель

– интеллектуальную самоорганизацию интересно провести наиболее быстро и эффективно. Чтобы стать ноосферянином и постараться незамедлительно занять в новом культурном статусе новое общественное положение. А значит на этом сконцентрировать свою активность;

– для этого на время самоорганизации ты уйдёшь «в себя» и все свои общественные, гражданские и даже семейные отношения сведёшь к дежурному минимуму. Можно сказать, что ты на этот период станешь своеобразным «затворником»;

– на то время, которое ты будешь посвящать себе, сделайся недоступным никому. Отключи мобильник, закройся в своей комнате, попроси домочадцев тебя не беспокоить, возможно, даже запрись, что наверняка не помешали. Ты будешь создавать свой личный творческий управляемый хаос, который «со стороны» очень легко разрушить;

– тех близких людей, которые понимают и поддерживают тебя, стоит оповестить о своих намерениях, чтобы они знали, почему ты так изменил свой образ жизни. Чтобы не только не беспокоили, а если любят – даже содействовали;

– тех людей, которые не входят в твоё ближайшее окружение (коллеги по работе, знакомые, соседи), тех можно просто поставить «перед фактом». Специально не предупреждать, но по мере проявления инициативы с их стороны просить обратиться позже. Мягко, уважительно, так, чтобы отношения практически не пострадали или пострадали минимальным образом. Здесь нужно проявить твёрдость характера, так как есть люди, назойливые до наглости, и только решительный отказ их останавливает.

Таким образом, Читатель, ты должен как бы «законсервировать» все свои общественные отношения и свести их к такому минимуму, чтобы быстрее сделать главное дело твоей жизни на этот период: совершить ноосферную самоорганизацию своего интеллекта. Сравни: когда компьютер загружается или перезагружается, он как бы «в отключке» от своего интерфейса. Пока он не перезагрузится, с ним ничего нельзя сделать, он тоже «ушёл в себя».

Особенность вышеупомянутого затворничества в том, что оно проявляется в информационном, интеллектуальном и духовном смысле. При таком затворничестве не значит безвылазно сидеть у себя дома. Нет. Можно ходить куда угодно, здороваться с кем угодно, видеться с кем угодно, но при этом самое главное: постоянно оставаться в себе и не позволять никому вторгаться в твой переживающий трудный, но чрезвычайно творческий период внутренний мир.

Ведь на этот период ты с работы не уволишься? Скорее всего, нет. Значит, общение с коллегами сохраняется. Но и здесь надо организоваться так, чтобы не приходить с работы совершенно вымотанным, иначе самоорганизовываться на ноосферный лад ты будешь очень понемногу и очень долго. Наилучший вариант: взять отпуск. Или, на крайний случай, поднять резервы и уволиться. Ибо после ноосферного перевоплощения ты увидишь себя способным к совершенно новой работе или службе.

Ноосферной самоорганизации очень будет способствовать и то, если ты свой образ жизни сделаешь максимально аскетичным. Зачем тратиться на то, на что можно не тратиться и не отвлекаться? Есть такой стиль жизни – минимализм. А к нему хорошее выражение: «Тот, кто во многом себе отказывает, может многое себе позволить». В жизни всё взаимосвязано: если хочешь чего-то значительного добиться, то осмотрись: не надо ли для этого в чём-то для себя значительном отказаться? Или воспринимать это как значительное, чтобы было отказаться легче?

На такую перестройку своего образа жизни нужна серьёзная психологическая настроенность. Интеллект не перестроить без серьёзных волевых усилий и целенаправленности.

Ноосферная интеллектуальная самоорганизация – это серьёзная перестройка не только твоего ума, но всего твоего образа жизни, Читатель. И начинается она с первого же часа твоих серьёзных занятий.

Приложение 5.1. Как строить отношения с доноосами

Говори с людьми в соответствие с их разумом.

Саади

Ничего особенного, как с малыми детьми.

Сотрудничать «от проблемы», в рамках их разумения, и не вступать в какие-либо мировоззренческие или идеологические дискуссии. Бесполезно. Они неизменно остаются при своём. Остаётся только оставить их самих делать свою судьбу. Не лезть в их жизни и не пускать в свою.

Если позволяют этические представления, неосознанно для доноосов использовать их в своих целях. Если им не хватает мозгов работать полноценно на себя, пусть поработают на других. Немного хитрости в отношениях с ними не помешает.

Если все же в каких-то ситуациях их потребуется «поставить на место», то им как недостаток надо в первую очередь вменить их устаревшую культуру мышления. Пусть это они не осознают (это им не по интеллектуальным силам), но пусть хоть знают и особо не воображают.

Возможен такой подход: мышление – это инструмент. Причём сложнейший. А как можно что-либо толковое и значительное делать сложным инструментом, если не знать, как он устроен и работает?

Или сразу внедряться в структуру их мышления и ставить на вид их когнитивные незрелости, патологии, девиации и слабые места. Если человек упирается и прячется за своим личностным панцирем – отказывать в серьёзном общении. Пусть со своими проблемами разбирается сам.

На уровне бытовых отношений – все милые, все хорошие, все добрые…

В общем, пока где-то в глубинах зреют новые правила, внешне играем по старым.

При попытке оппонента выстроить взаимопонимание «от контента» – отказывать сразу: каков контент, такова и срабатывающая от него обратная связь на осознание. Предложение «я тебе сейчас всё, что надо расскажу (поясню, раскрою, сообщу…) и ты сам всё поймёшь» – отвергать, что называется, с порога. В доноосферном информационном пространстве ноосферное будущее не создашь.

При необходимости вступить с доноосом в сотрудничество идти от чисто прикладных задач, жёстко «привязываться» к практике и не лезть в высокие теории. Тем более в гуманитарных вопросах. Если всё же где-то без этого не обойтись – жёстко рефлексировать. Договариваться о методах. Договариваться об ответственности за свои решения. Договариваться о рисках: каждый берёт свои риски на себя. Следить, насколько партнёры отрабатывают цельность своих ЦСС не только в поступках, но и в мышлении. Где потребуются организационные или какие другие обратные связи (экономические, юридические, моральные) – заключать договора и отражать сотрудничество на бумаге. На фото или видео. Создавать информационную среду сотрудничества (и соперничества) так, чтобы держать всё под контролем.

Мягко настоять на своём интеллектуальном лидерстве и сотрудничать так, чтобы было максимально выгодно. А будет ли сотрудничество выгодно доноосу, который напросился – об этом он пусть заботится сам.

Доноос в длительном сотрудничестве почти всегда меняется. В начале он один, довольный и сговорчивый, в конце он другой: недовольный и несговорчивый. Поэтому здесь сотрудничать только под письменные обязательства, чтобы он за свои риски отвечал сам.

Как и любое другое сотрудничество, сотрудничество с доноосами завершать так, чтобы потом никакие «хвосты» не всплывали. Как подписание акта о сдаче-приёмке: если принял работу, – какие потом вопросы?

6. Ноосферная самоорганизация в 4-й нофукоме – фундаментальной

Наиболее важным представляется установить иерархию наук – не то как они могут быть упорядочены, но как они должны быть упорядочены, вне зависимости от чьих-либо пристрастий… Конт делает это, используя критерий «позитивности», или степени определённости наблюдаемых феноменов. Это также является мерой относительной сложности, поскольку точность науки обратно пропорциональна её сложности. Более того, степень этой точности или позитивности, соответственно которой предмет науки может быть описан математически, является индикатором её положения на общей шкале. Обобщая это правило, Конт выделяет пять групп феноменов в порядке уменьшения их позитивности. Эти группы он называет: астрономия, физика, химия, биология и социология.

Лестер Уорд, Очерки социологии (1898)

6.1. 4-я нофукома – наш Ноосферный Разум

Каждая нофукома в нашем мышлении – особенная.

4-я нофукома особенна тем, что в ней мы несём (содержим, храним, реализуем) у кого ещё созревающий, а у кого уже созревший Ноосферный Разум. Ноосферный Разум – это наша способность понимать практически всё и быть объективными.

Ноосферный Разум – это ещё и наша способность строить абсолютное взаимопонимание. Между теми, кто тоже им обладает. Ибо, чтобы любой социум был жизнеспособен, у образующих его людей в их когнитивной культуре должна быть общая для всех одинаковая глубинная упорядоченность. И мир устроен так, что эта упорядоченность не может быть иной, как фундаментально-научной упорядоченностью. Только когда у людей одинаковые научные взгляды на мир, на Жизнь, на общество и на самих себя, только тогда они, выработав на этой основе единые программы поведения, (а прежде всего единую нравственность) могут по-настоящему и эффективно сотрудничать.

4-ю нофукому мыслящий человек начал вырабатывать, создавать, вынашивать в себе с того исторического момента, когда

– проявил первые интеллектуальные способности,

– начал любить и собирать мудрость, а значит, стал философом,

– когда у него появилась активная мировоззренческая рефлексия,

– когда он свои знания начал максимально обобщать и выделять из них то, чему вскоре дал название «Логика Бытия»,

– эту «Логику Бытия» он начал оформлять в виде собранной мудрости как Философ, а потом и в виде фундаментальной науки как Учёный. В этой Логике Бытия он старался объективно систематизировать и упорядочивать самые общие знания о мире, о Жизни, об обществе и о себе.

В исторический период до ноосферы 4-я нофукома есть рождающийся Ноосферный Разум, а родившись, он своим фактом уже знаменует эпоху существования самого себя.

Всего на созревание Ноосферного Разума у человечества ушло примерно 26–27 веков.

Ноосферный Разум – это общее название. Название, которым мы обозначили для себя Ноосферный Разум как явление. А что же конкретнее?

Ноосферный Разум – это нофукома, в которой мы гиперциклично и фундаментально-научно мыслим от лица целой команды теоретиков:

1. Онтолога

2. Физика/Химика

3. Биолога

4. Психолога

5. Социолога

6. Контентолога

7. Когнитолога.

И мыслим не просто так, а мыслим с позиции Стороннего Наблюдателя.

Почему? Потому что с позиции Стороннего Наблюдателя мы мыслим максимально непредвзято и объективно. У Стороннего Наблюдателя нет интереса вмешаться в ход событий и изменить его как хотелось бы. Позицию Стороннего Наблюдателя в 4-й нофукоме мозг выработал в себе специально, чтобы мыслить непредвзято, а значит правильно. Человек в целом очень тенденциозно мыслящее существо: ведь ему надо выжить и победить, он этого очень-очень хочет добиться, и делает это от лица прикладных ролей в остальных нофукомах. Мозг – цельное явление, и в нём как в реальном мире, всё связано со всем. Природа человеческих эмоций такова, что они и очень помогают, и очень мешают. Кроме того, мозг постоянно настроен на самозащиту, на самосохранение, он часто боится воспринять новое, и это тоже мешает ему мыслить правильно.

Человек – самоорганизующаяся система, которая в опоре на имеющуюся в себе упорядоченность создаёт своими силами белый, управляемый творческий хаос, которым живёт и выживает. Если имеющаяся внутренняя упорядоченность не адекватна реальности, то и создаваемый творческий хаос тоже будет неадекватен. Чтобы эту проблему решить фундаментально, раз и навсегда, Природа (или Эволюция?) «придумала» для человека фундаментально-научное знание, своеобразным хранителем и распорядителем которого сделала интроспективного Стороннего Наблюдателя. Можно сказать, что именно благодаря бесстрастному и объективному Стороннему Наблюдателю Разум называют «холодным». Он вне каких-либо страстей и эмоциональной разгорячённости.

К этому надо сказать, что Сторонний Наблюдатель в 4-й нофукоме – это собирательный персонаж. В 4-й нофукоме сторонние наблюдатели все: Физик, Биолог, и далее по кругу. Когнитолог – тоже сторонний Наблюдатель, но наблюдатель, как и другие, в рамках своей науки. Именно он помогает отдельным учёным-фундаментальщикам понимать друг друга, а от их лица человек понимает Логику Бытия в целом и единой. Сторонний Наблюдатель в 4-й нофукоме может быть как полисубъектным, так и моносубъектным.

Каков функциональный статус в этой нофукоме Стороннего Наблюдателя?

Это статус своеобразного бесстрастного хранителя знаний, который по запросу коллег из других нофуком предоставляет нужные сведения для моделирования непрекращающихся ЦСС, для неостанавливающейся практики. От лица Стороннего Наблюдателя (как «вообще», так и конкретного учёного-фундаментальщика) мы не строим поведенческие модели, но предоставляем всем другим прикладным теоретикам «информацию (контент) к размышлениям».

Состоявшийся Ноосферный Разум, отражая самого себя с позиции Стороннего Наблюдателя, сознаёт себя как явление Природы самодостаточным. Ноосферный Разум в лице семи учёных-фундаментальщиков научно замкнут сам на себя по принципу самообосновывающейся самоорганизованной субъектной структуры. В своём самозамыкании Ноосферный Разум не просто научно сознаёт сам себя, а сознаёт научно упорядоченным научным знанием, к которому и в котором приложил свои усилия состоявшийся учёный-Когнитолог.

Чтобы тебе стать ноосферянином, Читатель, тебе предстоит в 4-й нофукоме усвоить фундаментально-научное знание в таком объёме, чтобы ты смог сознательно пройтись с ним по гиперциклу всех теоретиков и доказательно проследить, как возникла Жизнь из физико-химического мира, как она проэволюционировала до человека с самоорганизующимся мозгом и как в этом мозге появился осознавший сам себя Ноосферный Разум.

Самый главный культурный сдвиг, переход, который тебе предстоит сделать, Читатель – здесь, в 4-й нофукоме. Освоить ноосферное мышление – это значить выстроить на уже имеющемся образовательном заделе в достаточном объёме фундаментально-научное знание у всех учёных-фундаментальщиков, а потом «замкнуть» в нём своё полностью научное осознание реальности. Особенность транскультурного перехода к ноосфере в том, что для того, чтобы стать ноосферянином, надо совершить весьма серьезную и большую самостоятельную интеллектуальную работу. Это работа называется «научная самоорганизация мышления». Запомнить нужные знания для самоорганизации мышления – это одно, а вот научить мозг активно жить этими знаниями – дело совершенно другое. Есть такое понятие: внутренняя когнитивная мобильность¹¹. Она высокая, когда мозг умеет активно обращаться сам с собой, быстро вспоминать нужную информацию, быстро соображать, быстро воспринимать и осмысливать новое. Вот эту высокую когнитивную мобильность при усвоении ноосферной когнитивной культуры мы «накатываем» не только в прикладном знании, чтобы шустрить на практике, но и в фундаментально-научном, чтобы нести в себе полное научное осознание того, кто мы есть и почему мы такие. Ибо только в этом случае мы окажемся способны к прогностическому мышлению на том же фундаментально-научном уровне, с которым только и сможем выжить. Мало добиться глубокого научного понимания происходящего, это понимание должно быть фундаментом для творчества и созидания.

Для строительства нашего будущего.

Рисунок 6.1.1.Строение 4-й нофукомы или Ноосферного Разума

Когнитолог в 4-й нофукоме созревает последним и именно он со своими профессиональными знаниями помогает коллегам дозреть, а потом замыкает их всех в гиперциклическую структуру. В которой у каждого фундаментальщика своя роль, и в которой они все вместе создают новое синергетическое качество.

4-ю нофукому как самоорганизованную систему образуют самоорганизующиеся субъекты.

Почему такая специализация учёных-фундаментальщиков в 4-й нофукоме?

Потому что при эволюции Жизни «с нуля» до разумного человека ей пришлось освоить столько разных обратносвязевых и/или самоорганизационных Логик Бытия, и настолько эти Логики оказались внешне качественно непохожими, настолько «встроенными» друг в друга, что для их отражения и познания человеку потребовались разные науки и к ним разные теоретики.

При доведении «до ума» лично в твоём мышлении 4-й нофукомы тебе, Читатель, предстоит уточнять и доводить до необходимого объёма профессиональные знания каждого учёного-фундаментальщика. Доводить, а потом от лица Стороннего Наблюдателя, но в сотрудничестве с Контентологом и Когнитологом проторивать для себя все междисциплинарные переходы, а с этим добиваться высокой когнитивной мобильности во всём фундаментально-научном знании.

Добьёшься – будет у тебя Ноосферный Разум.

Так как 4-я нофукома и возникает в интеллекте, и интеллект с ней становится сам собой, и живёт интеллект «наружу» прикладным знанием, то вполне естественно 4-ю нофукому (или Ноосферный Разум) представлять внутренней частью 3-й нофукомы. Как бы её более глубинной частью. Тем более в нашей культуре есть словосочетание «глубокие знания».

Вспомним определение того, что такое процессы с обратными связями. Обратные связи в них – это структурно более глубокие процессы, определяющие собой общую диссипацию системы. И если мы посмотрим на судьбу 4-й нофукомы в этом ключе, то увидим её как самую глубинную часть информационных и когнитивных обратных связей, которыми живёт созревающий ноосферный мозг. В 4-й нофукоме мозг в своих прикладных когнитивных циклах опирается на другие, абсолютно стабильные когнитивные циклы: познанные законы Природы, по которым она существует, движется и самоорганизуется. Поэтому можно сказать, что 4-я нофукома (Ноосферный Разум) – это носительница абсолютной стабильности в ноосферном интеллекте человека. Причём стабильности научной, а потому так же абсолютно одинаковой для всех.

Это основа для ноосферного взаимопонимания и сотрудничества.

6.2. Доноосферная судьба учёных-фундаментальщиков и Когнитолога
Определение учёного-фундаментальщика

Тот, кто хочет говорить разумно, должен опираться на всеобщее.

Гераклит

Доноосферная судьба Когнитолога – это судьба рождения и становления последнего учёного-фундаментальщика среди своих коллег по 4-й нофукоме.

Методологический момент: пришло время понять, что работать следует не с фундаментальными науками «самими по себе», а с фундаментально-научно мыслящими теоретиками.

Почему так?

Потому что со становлением осознанной рефлексии учёные, работающие в 3-й научной парадигме, «протрезвели» от незрелости собственного мышления и вернули человеку (и параллельно себе самим) ранее убранный в своих заблуждениях статус субъектности. Пойми, Читатель, что фундаментальная наука – это не самостоятельный предмет познания, она не существует без своего субъекта. Без своего теоретика. Только теоретик владеет теорией, осознаёт в ней необходимость, её создаёт, разрабатывает, ею пользуется, ею живёт. Если ты найдёшь какую-либо теорию неверной, к кому ты будешь предъявлять претензии? К ней самой? К культурному (информационному) пространству, в котором она существует? Или к теоретику, её выдвинувшему?

Чтобы раскрыть себе доноосферную судьбу нашего главного героя (и раскрыть, естественно, метасистемно), ты, Читатель, рассмотришь в этой главе в общих, но главных чертах доноосферную судьбу всех остальных учёных-фундаментальщиков, родившихся и определившихся до него.

Начнём здесь с той исторической эпохи, в которой человек в своём умственном развитии поднялся до когнитивной культуры с познаваемой рефлексией. Он обрёл на фоне привычного рассудка уже простейший разумный интеллект и свою пассивную когнитивную самоорганизацию «от опыта» дополнил активной рефлексией. Человек стал Философом. Это было в Древней Греции, в VII–VI веках до нашей эры.

Активная рефлексивная самоорганизованность (с появлением философии) становится не просто важнейшей а ведущей частью ментальности и культуры. С этого исторического момента интеллектуальный человек уже не просто рассудочно и ситуационно организуется. Он организуется «вообще» и разумно. Выделять из создаваемых «наук вообще» фундаментальные положения мыслители начали практически сразу, как начали сознавать себя философами и учёными. Здесь приоритет за Аристотелем: он первый осмыслил науку как особенный вид деятельности, назвав её формой и способом духовного освоения мира.

Философы Древней Греции первыми осознали в себе внутреннюю потребность понять и постичь мир в его собственной, объективной логике существования и движения. Поэтому они, «деятели умственного труда», начинают жить особой, совершенно новой духовной установкой: поиском «чистой истины». Казалось бы, что с такой установкой человек ничего не приобретёт в материальном, экономическом смысле (даже, скорее, наоборот – как скажет Екклесиаст, «многие знания – многие печали»). В большинстве случаев бывший душевный «покой» будет безвозвратно утерян – человек поймёт всю ограниченность себя прежнего, несовершенство себя нынешнего, неопределенность будущего, заглянув в бездну бытия испытает «метафизический ужас» (как скажет потом М. Хайдеггер), оказавшись один на один с Абсолютом и Пределом Всего Но человек – поскольку он ЧЕЛОВЕК (именно так объяснит потом этот феномен сам Аристотель, начавший свой главный трактат тезисом «Все люди от природы стремятся к знанию»¹²) уже не может остановиться в этом поиске. Для своей духовной и интеллектуальной экспансии человек как главный ориентир, как особую самоценность, открыл объективную истину.

Как пишут многие современные философы, в это «осевое время» (по Карлу Ясперсу) происходило рождение человека нового культурного типа… А если конкретнее, если посмотреть на это с позиции 3-й научной парадигмы?

Со своим разумным интеллектом и экспансивной самоорганизацией человек становится той природной самоорганизующейся системой, которая начинает активно организовывать сама себя уже не «вообще» (по всей фронтовой нофукоме), а специально во Внутреннем мире, в интеллекте.

Человек осознал свой интеллект как особый фронт борьбы, от побед на котором зависит всё остальное. В «доосевом времени» человек ещё не осознаёт особенность своего фронта «Внутренний мир» во фронтовой нофукоме – он для него пока такой же, как и все, и на его потребности наш предок откликается по мере необходимости. В «осевое время» человек делает для себя буквально эпохальное открытие: от совершенства его Внутреннего мира зависит совершенство всей его жизни. И он как культурную норму усваивает новые поведенческие алгоритмы, важнейшим из которых является сознательное стремление к мудрости. Человек понимает, что чем большую соответствующую реальности и более богатую упорядоченность он создаст в себе, тем большего добьётся в жизни Именно в эту эпоху Марк Аврелий произносит свои знаменитые слова: «Главенствующее – внутри». И в лице своих древнегреческих а потом и античных мудрецов человечество начинает активно работать над этим «главенствующим». Свою поисковую активность и творческую экспансию человек уже направляет не только «от себя», но и «в себя». С этого момента он в своих планах на величие и преуспевание представляет себя не только знаменитым вождём и завоевателем, но и почитаемым всеми мудрецом и философом.

С современных позиций начало эпохи когнитивной культуры с активной рефлексией можно обозначить тем, что созревшая до интеллектуальной деятельности часть человечества начала активно «вываривать» ноосферный разум по мере добывания всё новых и новых знаний. Она ещё этого не знает и не представляет (хотя в лице Аристотеля догадывается), но на путь, ведущий к этому, передовые мыслители вступили твёрдо и бесповоротно. Став философом, человек перестал представлять, как он мог им не быть!

Ещё раз привыкни, Читатель, видеть человека, а в нашем случае интеллектуала, активной самоорганизующейся личностью. И самоорганизующейся не только «здесь и сейчас» по бытовым обстоятельствам, но и вообще «по жизни» Интеллектуал по своей природе не просто самоорганизуется, он концептуально и идейно самоорганизуется. Позже, в эпоху осознаваемой рефлексии, это будет отражено в организации идеологией – то есть системой собранных, либо привитых ему наставниками, либо им самостоятельно выношенных Идей или Убеждений.

А пока до эпохи когнитивной культуры с осознаваемой рефлексии ещё далеко, и «на древнегреческом дворе» эпоха с познаваемой рефлексией, на переднем «кипящем слое» интеллектуального развития бал правят философы. По Аристотелю, «философия – „главенствующая“ из всех наук (см. там же, I 2, 982 b 5), высшая из них, так как её целью является познание ради познания, то есть постижение науки (episteme)»¹³.

Человек по своей природе экспансивен, и экспансивен везде, в том числе и в интеллектуальном развитии. Интеллектуал стремится не только больше знать, он ещё стремится знать более упорядоченно и более обстоятельно. Знать лучше. Знать правильно. В начале эпохи активной рефлексии интеллектуалы (независимо от рода своей деятельности) быстро поняли, что есть «просто знания», а есть «вечные знания». И что человек наиболее эффективно по жизни самоорганизуется тогда, когда «просто знания» перепроверяет и согласует с «вечными знаниями» или абсолютными истинами. Мало того, человеку суждено по жизни самоорганизовываться не только одному, но и в обществе. И что социальная самоорганизация оказывается успешной только тогда, когда партнёры имеют общую культурную и идейную базу из «вечных знаний» или абсолютных истин.

Если говорить языком Онтолога, то человек – это самоорганизующаяся система, он старается найти и выделить в себе абсолютную упорядоченность, чтобы затем самоорганизовываться с опорой на неё, ибо он хочет, чтобы его самореализация вследствие этого тоже приближалась к абсолютной. У человека в его экспансии есть стремление активизироваться не только вширь, но и поступать единственно правильно, а этого можно добиться только тогда, когда единственно правильно знаешь, какова Картина мира и ты её часть.

Давайте глянем на человека ещё глазами Кибернетика и увидим его как кибернетическую систему II порядка. Естественно, со своими обратными связями. А что такое обратные связи?

Обратные связи – это возникающие в закрытой и структурно неустойчивой системе подструктурные единоразовые или цикличные нелинейные процессы стабилизирующие, максимализирующие или минимизирующие её диссипацию. Если же эти процессы оказываются неустойчивыми, то обратные связи возникают на подуровень глубже и так далее, пока поуровневое «снисхождение» не дойдет до устойчивых форм движения. Тогда эти последние и определят собою всю динамику диссипации на высших уровнях в данной структурно неустойчивой системе¹⁴.

Смекаешь, Читатель?

Человек – это не только закрытая и структурно неустойчивая система, это ещё и информационная система, которая активно самоорганизуется обратными связями своих знаний. И там, где человек не находит нужной ему стабильности или максимальной отдачи, он копает глубже! От прикладного знания идёт к фундаментальному. И только когда находит, что на такое знание можно опираться абсолютно, он возвращается «вверх» к прикладным построениям, к прикладным теориям. И он сознаёт, что с этого момента в его прикладной теории, в выдвигаемой им идее есть элемент вечности и абсолютной истинности, которые не оспорит и не опровергнет никто и никогда.

…Обратные связи не возникают сразу, а возникают только в соответствующих условиях и со своей лаговой задержкой. Чтобы человек осознал запрос на фундаментальное знание, он должен был наработать сначала прикладное в таком объёме, чтобы столкнуться с его неустойчивостью, неопределённостью, а потом догадаться сделать обратносвязевый «запрос вглубь».

Образ жизни с постоянной ориентацией на абсолютные и всеобщие истины был вскоре и безоговорочно признан разумным или рациональным. В эпоху осознаваемой рефлексии эти «абсолютные истины» и «вечные знания» были названы фундаментально-научным знанием.

Аристотель, как величайший мыслитель того времени, нам здесь интересен тем, что первым проклассифицировал науки на теоретические, практические и творческие. В этой классификации самые важные науки – это теоретические: 1) математика; 2) теоретическое естествознание – рациональное исследование основополагающих элементов и структур эмпирического мира и, конечно же, 3) философия – теоретическое моделирование бытия как такового.

По Аристотелю человек стремится к знанию «ради самого знания», ради удовлетворения чисто своей специфически человеческой потребности к познанию и осмыслению окружающего мира, ради реализации «природы человека». Но так ли это, если мыслить точнее?

Человек ничего не делает «просто так». Даже если он идеалист и делает что-то «ради высокой идеи». Он может обманывать себя самого и тем самостабилизироваться, чтобы не страдать от неуверенности в себе и своей неполноценности. Научившись прикасаться к вечности, человек начинает чувствовать свою значительность, а это в изменчивом мире дорогого стоит.

Допуская местами красивые декларативные утверждения, на деле в своих трудах Аристотель показал, что изучение математики, естествознания и философии необходимо человеку. С ними человек обретает полноценную ориентацию в мире, гармонию с самим собой (= со своей сущностью культурного существа), приближается к осмысленному существованию в мире, формирует у себя целостную Картину мира, а в итоге – адекватно живёт как человек разумный.

Согласимся, что Аристотель первым осмыслил науку как таковую и предложил её первое определение, но методологически (а для этого уже потребовалась осознаваема рефлексия) обоснованное различие прикладного и фундаментального знания принадлежит (как традиционно принято считать) основоположнику экспериментальной науки Фрэнсису Бэкону. В своём учении о светоносных и плодоносных опытах он писал: «Надежду же на дальнейшее движение наук вперёд только тогда можно хорошо обосновать, когда естественная история получит и соберёт многочисленные опыты, которые сами по себе не приносят пользы, но содействуют открытию причин и аксиом. Эти опыты мы обычно называем светоносными в отличие от плодоносных»¹⁵.

Естественно, что поначалу будущее системное фундаментальное знание философы и учёные собирали из отдельных фрагментов, но, тем не менее по отношению к нему, они сразу обозначали себя другим теоретиком!

Почему? Поначалу подсознательно, но человек находил у него совсем другой статус в своём познании мира. Фундаментальное знание можно было лишь иметь, наблюдать представленную в нём Картину мира, ориентироваться на неё, но напрямую пользоваться таким знанием на практике было нельзя. Только через прикладное знание.

Почему так?

Чтобы разобраться в теме, у нас нет другого пути, как фундаментально (а как иначе?) понять механизм человеческого (нашего) теоретизирования и механизм абстрагирования, позволяющий выделять «в чистом виде» главные идеи какой-либо научной дисциплины. То есть двигаться в направлении фундаментализации.

(И опять: от лица какого теоретика будем это делать? Конечно же, Когнитолога!)

Человек мыслит концепциями и концептами. Которые от природы имеют пять модальностей, и которые в мышлении фрактально соподчинены. Мозг – это фрактально работающий орган.

Любой прикладной концепт характерен прежде всего тем, что он (как главный структурный элемент) «обвешан» большим количеством сопутствующих деталей, параметров и элементов, которые (как второстепенные концепты) делают его конкретным для своих конкретных условий и тех задач, которые на него возлагают. Все входящие в конкретный концепт детали и параметры относятся и к его модальностям.

Что происходит, когда теоретик находит возможным фундаментализировать обдумываемый концепт? Он убирает из него всё случайное, ситуационное, абстрагируется от второстепенного. Оставляет только самое главное. То, что мы называем «сутью». Из структуры прикладной теории он убирает все второстепенные и ситуативные концепты, а сам главный концепт раскрывает в его модальностях:

1. Какое это тело и/или система тел;

2. Под действием каких напряжённостей оно/она двигается;

3. В каких условиях существует и двигается;

4. По каким законам двигается и в чём её характерные особенности;

5. Как двигается (меняется, перемещается, трансформируется, переструктурируется…).

Освобождённость от второстепенного позволяет наглядно работать с самой сутью концепта и ясно видеть его взаимоотношения с другими такими же «чистыми» концептами. И если такие концепты теоретик находит «близкородственными», он сводит их в одну науку.

Сводит, а потом перепроверяет, насколько фундаментальны и вечны выделенные им «чистые» концепты. Действительно ли они неизменны всегда, везде и для всех.

Хотя все модальности в концепте важны, при фундаментализации знания ключевой модальностью оказывается закон. Именно потому, что в разных природных явлениях царят разные законы, учёные начали формировать и разные фундаментальные науки.

Сегодня, когда мы уже открыли в себе и создали Ноосферный Разум, мы можем оглянуться назад и в полной мере проследить и уже упорядоченно представить, как он созревал. Мы новыми глазами увидим, как учёные, пока философы спорили, чья Картина мира истинная – материалистическая или идеалистическая, добывали всё новые фундаментальные знания и создавали фундаментальные науки. Создавали так, как это диктовала их внутренняя логика. А внутренняя логика каждой фундаментальной науки – это логика законов в отражаемых явлениях. Физических, химических, биологических, психических, социальных… До момента своего ноосферного созревания человек не знал, как эти совокупности законов соподчиняются между собой и потому проблема научной интеграции научного знания для него была неразрешимой задачей. Внутри научного сообщества существовали междисциплинарные барьеры, которые никто не знал, как преодолеть. И пока учёные не создали 3-ю научную парадигму, постнеклассику, пока не научились мыслить категорией «самоорганизация», пока не поняли, что материя не только существует, не только движется, но ещё и самоорганизуется, тайна научной интеграции фундаментально-научного знания оставалась для них тайной за семью печатями. Для того, чтобы фундаментально-научно (а как иначе?) объединить фундаментальные науки, их сначала надо фундаментально-научно познать. А это можно сделать только с позиции нового рефлексирующего учёного-фундаментальщика, предмет которого по-своему исключительный – мыслящее человечество. Такое, которое при своём историческом и культурном развитии вырабатывает фундаментально-научное знание.

А это кто? Опять Когнитолог!

…Каждая фундаментально-научная дисциплина имеет своего учёного.

Каждый учёный со своей фундаментальной наукой имеет свою судьбу.

Каждая фундаментально-научная дисциплина особенная, так как учёный в ней концептуально отражает и познаёт объекты, процессы и явления, которых нет в других дисциплинах.

Но в судьбах наших учёных-фундаментальщиков и их науках есть много общего.

Ещё начиная с эпохи появления философии и активной (познаваемой) рефлексии у человека в его воображении зародился интроспективный, ещё не осознаваемый Когнитивный технолог, от лица которого он начал заинтересованно и целенаправленно собирать и системно выстраивать свои знания. Поначалу любые, ибо «знание – сила». Но так как всё же одни знания существенно отличаются от других, он начал осознавать их различия и соблюдать их дифференцированность.

Чтобы из какой-либо науки выделить фундаментальную часть, мыслители должны собрать в неё значительный фактический материал, и не только собрать, но суметь отделить от знания прикладного, обобщить на фундаментальном уровне. Фундаментальном – это таком, на котором собранные знания максимально абстрагированы и в них на мировоззренческом уровне выделено самое главное с сохранением дисциплинарной неповторимости.

Историки нам с удовольствием расскажут, как происходило становление фундаментального знания. Все фундаментальные науки мыслители сначала закладывали в недрах философии и алхимии, оформляли обобщающими догадками и положениями в структуре прикладного знания, а когда специалисты накапливали свой, дисциплинарный арсенал знаний, то находили разумным выводить его «из-под юрисдикции» философии как самостоятельную науку. Выводить и независимо работать, а если и обращаться к философии, то лишь по необходимости.

Первой от философии и от прикладного знания в XVII веке отделилась и стала самостоятельной наукой физика. Усилиями Г. Галилея, И. Ньютона, Х. Гюйгенса, В. Лейбница и других.

Второй фундаментальной наукой можно считать биологию, название которой впервые был предложено в 1802 г. французским натуралистом Ж. Б. Ламарком и независимо от него немецким ботаником Г. Р. Тревиранусом. Ч. Дарвин своё знаменитое открытие, которое укрепило биологию как фундаментальную науку, сделал в середине XIX века (опубликовал в 1858 г.).

На место третьей самостоятельной фундаментальной науки претендует социология (первая треть XIX века), основателем которой числится французский философ Огюст Конт. Термин «социология» был введен в 1839 г.

Что касается фундаментальной части психологии, то у неё очень неоднозначная судьба. Про неё российский психолог С. Л. Рубинштейн сказал так: «Психология и очень старая, и совсем ещё молодая наука, – она имеет за собой 1000-летнее прошлое, и, тем не менее, она вся ещё в будущем. Её существование как самостоятельной научной дисциплины исчисляется лишь десятилетиями, но её основная проблематика занимает философскую мысль с тех пор, пока существует философия. Годам экспериментального исследования предшествовали столетия философских размышлений, с одной стороны, и тысячелетия практического познания людей – с другой».

Первым психологом есть все основания считать Аристотеля, написавшего трактат «О душе». После него философы и учёные, занимавшиеся психологией, внесли в неё сравнительно немного. Своеобразным «прорывом» в развитии этой науки можно считать трактат Р. Декарта о ней в XVII веке. Но и после него мыслители, уделявшие время этой дисциплине, работали в рамках философии и, что самое главное, о психике человека мыслили не научно, а на философский манер.

XIX век стал для фундаментальной психологии веком рождения и становления. Её служители осознали необходимость разделения предмета и метода, подняли значение эмпирических способов познания, с позиций естествознания принципиально пересмотрели роль эксперимента, сделали нормой математическую обработку результатов опытов. Многое они взяли от набирающей силы физиологии, сочтя разумным рассматривать зависимость некоторых аспектов поведения человека от его физиологии, а не только от духовных факторов. Значительно на профессионализм Психологов повлияли Биологи своими естественнонаучными идеями, особенно после утверждения дарвинизма. Характерной чертой фундаментальной науки является присутствие в ней экспериментального направления. Такое направление в психологии было создано в 1879 году немецким психологом Вильгельмом Вундтом. После этого фундаментальная психология вошла в ХХ век как состоявшаяся наука.

Последней фундаментальной наукой о себе заявила информатика. И хотя теория информации «от Клода Шеннона» с претензией на фундаментальность появилась в 1939 году, по-настоящему фундаментализировать её начали только после середины ХХ в., после появления кибернетики, ближе к 60-м годам, когда с началом компьютеризации человечество осознало себя «информационным обществом». Но так как оно живёт не только информацией, но и знаниями, то для объединения этих терминов стали употреблять термин «контент». Отсюда название фундаментальной науки об использовании человечеством контента – контентология и к ней – Контентолога.

Почему такими путями шло становление прикладного и фундаментально-научного знания?

Всё просто: между мыслителями во всех областях знания назревал конфликт логико-поведенческих когнитивных культур (ЛПКК). В философской ЛПКК от знаний одна практическая отдача, а в научной ЛПКК – совсем другая. На философское знание можно опираться только условно, а на научное (с его созревающей методологией) – безусловно. В человеке всё больше взрослел и набирался сил Технолог, а ему для созидания нужны только безусловные знания. А ещё лучше – те, которые можно математизировать, ибо расчёт – основа любой серьёзной технологии. Естественно, что с такими запросами Технолог будет сотрудничать с Учёными и откажется от сотрудничества с Философами.

Почему ещё мыслители следовали Гераклиту и выделяли в массивах своих знаний всеобщее и фундаментальное? Потому что им нужно было находить взаимопонимание в сотрудничестве, сопоставляя индивидуальные Картины мира. И они обращали внимание в этих Картинах мира на то, что общее и единое для всех. Что объективно и что можно перепроверить независимыми научными исследованиями, опытами и экспериментами. Что одинаково для всех, везде и всегда.

Заметь, Читатель: выделив из научного знания его фундаментальную часть как особенную, учёный как человек не утратил такую черту своей натуры, как экспансивность. Определившись при фундаментально-научном знании Сторонним Наблюдателем, он остался активным рачителем своего научного хозяйства, постоянно проявляющим заботу о том, чтобы в нём всё было «в лучшем виде».

Принимая новое знание под свой контроль, любой Сторонний Наблюдатель оценивает его с точки зрения его адекватности, логичности, объективности. И принимает сначала как гипотезу, которую он проверяет на готовность быть настоящим научным знанием. Он ещё и «доработчик» принимаемого к себе научного знания. Но доработчик только своими технологиями: доведением собранной Логики Бытия до полной логичности и новыми запросами к прикладникам, чтобы добывали недостающие фрагменты. У него здесь своя первая положительная производная…

А сам Когнитолог, с какого момента, с какого концептуального достижения становится «полновесным» фундаментальщиком, а свою науку делает действительно фундаментальной? Видимо, с того же: когда обучается мыслить о мышлении не как философ, а как учёный на концептно-модальностном уровне. Когда оказывается способным не объяснять, а понимать. Стремясь понять мышление метасистемно, он однажды вычислил ключевой концепт своей науки «в чистом виде», и не просто вычислил, а доказательно его представил и начал с ним работать. Научно осознав, что такое мышление как нейрофизиологическая и когнитивная способность субъекта, он сделал первый шаг к тому, чтобы быть учёным-фундаментальщиком. Для одного конкретного Когнитолога это неформально случилось в апреле 1984 года, а формально – в октябре 1991-го после защиты диссертации.

С этого момента Когнитолог обрёл моральные и методологические права работать как фундаментальщик с фундаментальщиками.

И с этого момента, можно сказать, начинается его ноосферная судьба.

…А пока она действительно только начинается и на дворе начало ХХI века, Когнитолог, как рефлексирующий учёный-фундаментальщик, даёт определение тому, кто такой учёный фундаментальщик вообще.

Учёный-фундаментальщик – это учёный, который

– берёт от учёных-прикладников для своей науки претендующие на всеобщность концепты, абстрагирует их до «чистого» состояния, математически перепроверяет их на «профпригодность» и «зачисляет» их к себе как соответствующие по модальностному устройству;

– имеет дело с максимально «чистыми» концептами своих знаний;

– занимает по отношению к представленной в этих знаниях Картине мира позицию Стороннего Наблюдателя. Или субъекта, относящегося к своим знаниям абсолютно объективно;

– предоставляет по запросу учёных-прикладников свои знания для них;

– сознаёт свои знания универсальными, общеобязательными, максимально абстрагированными и обобщёнными, а так же всеобщими, вечными и неизменными, ибо в них он хранит отражённую Вечную и Неизменную Логику Бытия. Если с развитием своей науки он находит, что какие-то её концепты перестали этому соответствовать, он их удаляет;

– свою ролевую экспансию и свой ролевой интерес проявляет в том, что отслеживает внутреннюю логичность всей своей фундаментальной науки и если находит в ней «чёрные дыры» и «белые пятна», то работает над их устранением;

– стремится осознать преемственность и логическую включённость своей дисциплины во всю систему фундаментально-научного знания, и потому особенно задирист и дотошен на междисциплинарных границах с другими фундаментальными дисциплинами.

К судьбе Когнитолога.

Учёные, как и философы, давно интересовались такой способностью человеческого мозга, как мышление, но вот только фундаментальные факты для особой науки о нём они начали действительно системно собирать только с середины прошлого века. И только с середины прошлого века среди всевозможных специальностей человечества появляется Когнитивный технолог. После этого когнитивная технология как прикладная наука как бы «потребовала», чтобы при ней была и своя фундаментальная область знаний. Однако самостоятельный статус Когнитолога в научном мире определился далеко не сразу. Сначала его около трёх десятилетий держали в статусе когнитивного психолога. Вроде как подмастерья у Психолога. И только к 80-м годам о нём заговорили как о самостоятельном специалисте, который занимается фундаментальными исследованиями и постижением именно мышления, а не других психических явлений.

В немалой степени ноосферному созреванию Когнитолога способствовали учёные и мыслители, занимающиеся научной методологией. Чтобы осознанно взойти на метасистемный уровень познания в науке, надо представлять, что это такое и зачем это нужно. На метасистемном уровне познания мы понимаем диалогику возникновения своего предмета, его превращение из небытия в бытие, условия его существования и отмирания, прекращения. Только метасистемный уровень познания позволяет разрабатывать настоящие технологии. Такие, которыми можно создавать то, чего раньше не было. Напротив, технологии, опирающиеся на системный уровень познания, позволяют лишь восстанавливать или повторять то, что уже есть.

Когнитолог – это рефлексирующий теоретик, и поэтому особенность его научной судьбы в том, параллельно с познанием своего предмета он раскрывает историческое становление самого себя. Чтобы его осознание своей судьбы в контексте всех научных судеб было полным, он отвечает себе на вопрос: «Откуда и почему я взялся как особенная интроспективная (и социальная) роль? Каков мой ролевой статус на сегодня? Каковы у меня ролевые перспективы в будущем? Почему я взялся из рефлексивной потребности человека ответить себе на вопрос: „Зачем и как я мыслю?“»

На все эти вопросы в полной мере Когнитолог оказывается способен ответить только тогда, когда станет ноосферным Когнитологом. Или состоявшимся особым ноосферным учёным-фундаментальщиком. А пока он, как и любой другой учёный, проходит все ступени в познании своего предмета: бессистемный, досистемный, псевдосистемный, системный и метасистемный.

На первых трёх он взрослел в роли Философа, начиная с Античности и до наших дней.

На системный уровень Когнитолог к концу ХХ века поднимался не только сам, во многом ему помогали подняться его коллеги – Когнитивные технологи, создавшие своё прикладное и экспериментальное направление.

На самый высший, метасистемный уровень в понимании мышления Когнитолог смог взойти только в начале XXI века, когда передовая часть научного сообщества научилась мыслить понятиями и теориями постнеклассической научной рациональности. Когда в этом же понятийном пространстве Биологи на метасистемном уровне познания догадались, что такое Жизнь, когда уяснили себе, что такое гиперциклы и гипопостемы, а так же сколько в Жизни структурных уровней организации. Немало способствовал становлению Когнитолога его ближайший коллега – Нейрофизиолог. Именно к нему начал набрасывать первые серьёзные междисциплинарные мостики наш герой, когда стремился взойти на метасистемный уровень в своей науке.

…С этого началась ноосферная полоса в судьбе Когнитолога, о которой будет рассказано в следующей главе.

Естественно, что и в доноосферной части своей исторической судьбы Когнитолог знает, что такое «рефлексия». Но знает ещё плохо, псевдосистемно, ибо ещё не перерос ролевую «шкуру» Философа. Если ты хочешь, Читатель, представить, что такое «псевдосистемное знание рефлексии», посмотри, что говорит и пишет о рефлексии доктор психологический наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института Философии РАН, Владимир Евгеньевич Лепский, организатор и держатель сайта www.reflexion.ru. Там есть международный научно-практический междисциплинарный журнал «Рефлексивные процессы и управление». Вот в него и можно заглянуть.

Прочитав эту главу о доноосферной судьбе Когнитолога и его коллег, настроившись на «когнитологический лад», теперь, Читатель, приготовься усваивать знания, с которыми сам будешь Когнитологом. Настоящим, ноосферным Когнитологом, которому грядёт судьба организовывать твою личную 4-ю нофукому и переводить её из незрелого состояния в зрелое, ноосферное. Или, другими словами, осуществлять в себе рождение Ноосферного Разума. Для того, чтобы ты в итоге состоялся Ноосферянином.

Мысли к теме:

Как мыслят современные учёные-гуманитарии?

Ковыряются незрелым и неорганизованным мышлением в непричёсанных философских и научных знаниях…No comments.

6.3. Судьба Когнитолога как пейсмекера 4-й нофукомы. Определение Когнитолога как особенного учёного-фундаментальщика. Когнитивная культура

Кто может быть самим собой, пусть не будет никем другим.

Парацельс

Ноосферный перелом в судьбе Когнитолога знаменуют несколько принципиальных достижений, которые поднимают его научный статус на новую высоту.

Это:

– создание и расцвет постнеклассической научной рациональности, в рамках которой статус Когнитолога (впрочем, как и других его коллег) начинает смотреться существенно иначе. Эта научная рациональность – своеобразная благодатная почва для бурного роста Когнитолога;

– в рамках этой научной рациональности (третьей научной парадигмы) учёные добиваются осознания мышления как субъектной когнитивной пространственной самоорганизации и чем делают существенный шаг в сторону создания четвёртой научной парадигмы. От объяснений когнитивных явлений они переходят к их пониманию;

– занимающееся когнитивной тематикой научное сообщество окончательно осознаёт различия между рефлексией содержательной и рефлексией структурной. После этого учёные «разводят их в стороны» через учреждение каждой своего субъекта теоретизирования;

(Человек в лице ноосферного Когнитолога перестаёт исследовать «мышление вообще», ибо такое исследование мы ведём на досистемном уровне, а когда поднимаемся до системного, то «берём в работу» конкретных субъектов мышления и образуемые ими ансамбли…)

– научное сообщество сознательно и по общей договоренности отводит Когнитологу статус учёного-фундаментальщика с предоставлением в его распоряжение всех обобщённых знаний о мозге и о когнитивных явлениях. И в соответствие с дисциплинарной тематикой окончательно утверждают его ролевое имя. Другими словами, он созревает сам и в сотрудничестве с коллегами становится учёным-фундаментальщиком среди других таких же учёных в 4-й нофукоме.

Чтобы логично и осознанно двигаться дальше, определимся:

Когнитолог – это учёный-фундаментальщик, который

– для своей науки выбирает безусловные концепты из прикладного знания, абстрагирует их до «чистого» состояния, перепроверяет их на «профпригодность» и «зачисляет» их к себе как соответствующие по внутреннему модальностному устройству;

– осознаёт свои знания фундаментальными, которые соответствуют объективно представленной Логике Бытия, законам существования, движения и самоорганизации материи;

– имеет дело с «чистыми» концептами своих знаний, в которых отражена генеральная линия развития мышления субъекта от самого зарождения до ноосферного самоосознания;

– занимает по отношению к представленной в этих знаниях Картине мира позицию Стороннего Наблюдателя. Или субъекта, относящегося к своим знаниям абсолютно объективно;

– предоставляет по запросу учёных-прикладников свои знания для них;

– свою ролевую экспансию и свой ролевой интерес проявляет в том, что отслеживает внутреннюю логичность всей своей фундаментальной науки и если находит в ней «чёрные дыры» и «белые пятна», то работает над их устранением. Собирает дополнительные знания от эмпирических наук или перепроверяется во внутренней логике своей науки; а так же в том, что реализует логическую включённость своей науки во всю систему фундаментально-научного знания, сотрудничая с коллегами по созданию научных междисциплинарных отношений.

Учёные, считающие себя Когнитологами, работают над его научным статусом не иначе как метасистемно, а это значит в полном историческом контексте и на фоне (или в ансамбле) других интроспективных и социальных ролей. Чтобы человек мог «родить и выносить» в себе Когнитолога, он должен иметь широкий научный кругозор и уметь мыслить междисциплинарно! Ведь Когнитолог не исполняет свою ролевую функцию сам по себе, он исполняет её как член своего ролевого ансамбля. И на результаты его ролевой активности есть спрос от каждого теоретика. Можно сказать, что 4-я нофукома в своём созревании как бы сама вынашивает в себе Когнитолога. Но из-за особенности познания мышления как сложнейшего биологического и социального явления человек открывает и формирует в себе Когнитолога последним (из всех учёных-фундаментальщиков). Однако, когда всё же его открывает и доводит до профессиональной зрелости, и Когнитолог «говорит своё веское слово», в 4-й нофукоме (не в самом предноосферном фундаментально-научном знании, а в теоретиках, владеющих этим знанием), происходят чрезвычайно разительные изменения! В лице Когнитолога человек даёт каждому своему теоретику-фундаментальщику полную научную рефлексию, и эта научная рефлексия оказывается общей для всех! Когнитолог и до ноосферного транскультурного перехода знает, что мышление рефлексивно изначально. Он в своей науке исторически прослеживает развитие рефлексии вместе с развитием директного мышления. Но когда приходит время и он совершает ноосферный переход, то открывает тот факт, что его когнитология – это фундаментально-научная структурная рефлексия всего фундаментально-научного знания!

Когнитолога можно считать субъектным системообразующим фактором в 4-й нофукоме. Тем самым упомянутым в названии главы пейсмекером. Он даёт каждому учёному-фундаментальщику, каждому теоретику осознание его метасистемности. Благодаря Когнитологу в 4-й нофукоме возникает полилогичное, поликонцептное, обратносвязево-иерархизированное, синергетическое сотрудничество теоретиков, и так рождается Ноосферный Разум. В его лице человек осознаёт единство траекторности и не-траекторности по потокам информации, единство 4-й нофукомы, Ноосферного Разума.

Выше мы говорили о субъектности Стороннего Наблюдателя.

Почему 4-я нофукома самоорганизуется, хотя в ней Сторонние Наблюдатели?

Потому что в ней самоорганизуется Логика Бытия, которую они представляют!

Сторонний Наблюдатель – это самоорганизующийся Сторонний Наблюдатель! Он тоже часть самоорганизующегося мира, и поэтому по своей природе активен.

При полисубъектности мышления Стороннего Наблюдателя ноосферно созревший Когнитолог придаёт мышлению новое, теперь ноосферное междисциплинарное качество. До ноосферного транскультурного перехода в 4-й нофукоме был целый ансамбль относительно самостоятельных Сторонних Наблюдателей от каждой (или при каждой?) фундаментальной науки. Родившись, Когнитолог осознал себя новым самоорганизующимся Сторонним Наблюдателем с неизвестными ранее возможностями.

Со своим профессиональным становлением Когнитолог постигает не «мышление вообще», а то, как конкретно мыслят все теоретики в Ноосферном Разуме, и в том числе он сам. А потом от лица Когнитолога человек-мыслитель старается всех своих теоретиков между собой междисциплинарно подружить. Вывести их дисциплинарное познание на метасистемный уровень, а потом на пограничных областях выстроить взаимопонимание. На ноосферном уровне настоящий интеллектуал это тот, кто сам оказывается способен сделать свою 4-ю нофукому – свой Ноосферный Разум!

Разобравшись с мышлением в себе, Когнитолог находит, что он разобрался с мышлением «вообще», ибо у других теоретиков оно структурно такое же, и ту доноосферную культуру мышления (несросшуюся френию), которую со своим созреванием Когнитолог обнаруживает в 4-й нофукоме, он находит, что может принципиально доработать. Он смотрит на структуры мышления своих коллег «со стороны» и сознаёт свои новые возможности…

Ещё один характерный момент начала ноосферного становления Когнитолога: в его лице мы понимаем, когда можно мыслить «явлениями», а когда – нет. В явлении мы не выделяем модальности универсального мыслительного кода, ибо работаем с ним как с когнитивной моделью целиком. И именно такое обращение в работе не позволяет мыслить глубже. А если нам надо глубже, а тем более детальнее, то нам приходится вспоминать, что нет мышления «вообще», а есть субъект, есть человек, владеющий мышлением, или так: человек мыслящий, который и есть модальность «тело/система тел» в наших концептуальных раскладах. Нельзя конструктивно рефлексировать «мышление вообще», можно рефлексировать только мыслящего субъекта! А этим мыслящим субъектом может быть как реальный живой человек, так и воображаемый интроспективный субъект, как прикладной теоретик, так и фундаментальщик.

(Пример. Когда В. И. Вернадский начал работать над биологической тематикой, он ввёл понятие «живое вещество», как модальностно-означенное альтернативно понятию «жизнь», которое есть понятие-явление без акцента модальностей.)

То, что рефлексия двумерна, ты, Читатель, познакомился уже во Введении и знаешь, что есть рефлексия содержательная, и есть структурная. До учреждения Когнитолога мы привыкли считать рефлексию почти исключительно рефлексией по содержанию, и на её фоне рефлексию по структуре видели какими-то не очень значимыми интеллектуальными изысками, которыми занимаются исключительно философы. Но с середины ХХ века нам на это точку зрения пришлось изменить. Структурной рефлексией профессионально должны владеть не только философы, ею профессионально должны владеть все!

Вместе с Когнитологом Контентолог образует рефлексирующий тандем, который разумно и удобно назвать «Сознаники». Такой тандем – это своя метасистема для каждого из них. Мы так устроены от Природы, что если уж наше рефлексивное мышление имеет два измерения, то в каждом мы должны уметь и профессионально ориентироваться, и профессионально работать.

И Когнитолог и Контентолог, и Контентник и Когнитивный технолог – всегда работают в паре. Ибо, если есть информационная структура, она должна нести какую-то информацию, иначе в её существовании нет смысла. А если есть информация, то она обязательно как-то структурирована, ибо неструктурированная информация – это не информация, а какой-то физический или химический процесс.

Ибо, как было уже сказано, мы мыслим полисубъектно, и если в какой-то момент и выделяем одного субъекта из остальных, то только для того, чтобы отследить и отработать выполняемую им ролевую функцию.

В этой главе, Читатель, мы работаем с тобой в области структурной рефлексии и наши главные герои – Когнитолог и Когнитивный технолог. Но параллельно, «по умолчанию», мы работаем и с Информатиком, и со Контентником, и с Контентологом, потому что от их лица знаем, о чём мы говорим, рассуждаем, договариваемся… А так же знаем, что мы знаем, и что нам надо знать, чтобы добиться поставленных целей.

Ноосферную судьбу своего личного Когнитолога, ты, Читатель, будешь выстраивать аналогично. Это – азы когнитологии, они подобны знанию азбуки и грамматики для любого образованного специалиста.

Выстраивая свои размышления субъектно (= правильно) от лица Когнитолога, ты будешь фундаментально-научно рефлексировать всех остальных учёных-фундаментальщиков. Ты откроешь в себе Когнитолога как фундаментально-рефлексирующего пейсмекера в такой самоорганизующейся системе, как 4-я нофукома или Ноосферный Разум. И, чтобы эта система была действительно САМОорганизующейся, такой пейсмекер должен родиться в ней и быть её органичной частью. И когда ты создашь в себе самоорганизовавшегося Когнитолога, то тогда начнёшь создавать и Ноосферный Разум!

Поскольку человек экспансивен, он при учреждении своего Когнитолога часть своего жизненного напора отводит и ему. Когнитолог – он, конечно, хранитель фундаментально-научных знаний, но от его лица мы ещё и заинтересованы в том, чтобы эти знания были «в лучшем виде». А значит, максимально полны и логически безупречны. Там, где учёный-фундаментальщик находит в своих знаниях «белое пятно», противоречивость, недоработанность, неадекватность – он тут же старается эту проблему снять, ибо в его лице мы сознаём не только профессионального, можно сказать безупречного Стороннего Наблюдателя, но и активного в своей научной позиции исполнителя. В его компетенции ещё и неусыпно заботиться о том, чтобы заведуемая им Картина мира практически полностью соответствовала реальности. Однако до сотрудничества с Когнитологом каждый отдельный учёный-фундаментальщик может это делать только монодисциплинарно, а значит не так совершенно, как надо.

Вжившись в роль Когнитолога, мы сознаём, что материя не прекращает свою самоорганизацию как в его лице, так и в лице всех учёных-фундаментальщиков! И Когнитолог в ноосферном транскультурном переходе играет ключевую роль!

Да и как иначе? Любую, открытую в когнитологии идею о мозге мозг её первооткрывателя сразу же примеряет к себе. Срабатывает авторефлексивная обратная связь, с которой мозг выходит на более высокий уровень самоорганизованности. Он, принимая во внимание всё происходящее в себе и вокруг себя, тут же оценивает это с точки зрения возможного вреда или с точки зрения безопасности. В том числе и информацию+идеи о самом себе. Кроме того, применяя новые найденные идеи к самому себе, мозг меняется, становится другим! Он самоперепрограммируется! (Чаще всего далеко не сразу, но перепрограммируется!)

Всё полнее познавая принципы своей работы, мозг всё увереннее меняет сам себя в сторону всё большей самоорганизованности. Качество и полноту добытого и усвоенного когнитивного знания человек проверяет прежде всего на себе, когда в рефлексии пытается что-то сделать с собственным мозгом. Как настоящий врач-иммунолог испытывает созданную им вакцину прежде всего на себе, так и Когнитолог сделанные в когнитологии открытия применяет прежде всего к себе, к своему мышлению.

Когнитолог дорабатывает себя как состоявшегося учёного-фундаментальщика, как профессионала ноосферного уровня, когда

– начинает разбираться в том, как возникло мышление в эволюции нервной системы на нейрофизиологических предпосылках и как сформировался универсальный мыслительный код, даёт научное определение мышлению;

– понимает, как информационно самоорганизуется мозг «по ситуации», какими нейрологическими моделями и как он это делает;

– представляет, как мозг разрабатывает поведенческие алгоритмы для воспроизводственного поведения своего животного как своей метасистемы;

– познаёт все основные фазы (этапы, ступени) развития, которые мозг прошёл за всю свою эволюцию и в чём смысл этих этапов. Или какими когнитивными преимуществами обладали субъекты, сумевшие на этих фазах сделать свой «рывок вперёд»;

– доказательно раскрывает свою способность рефлексивно мыслить и для научного осознания самого себя показывает все ступени развития рефлексии с их смысловым и функциональным наполнением;

– научно сознаёт, какими когнитивными культурами (вообще или логико-поведенческими) живёт тот или иной субъект (отдельный человек, отдельный социум, какое-либо ролевое сообщество (богословов, философов, ремесленников, учёных…) и всё человечество в целом);

– какими возможностями с этой культурой обладает тот или иной субъект или ролевое сообщество (экстравертивное или интровертивное) в своей воспроизводственной экспансии;

– в каких пределах, почему и как можно изменить когнитивную культуру того или иного субъекта или ролевого сообщества, стимулировав его самого или сделать это «со стороны», и

– осознаёт свою собственную ролевую судьбу, судьбу персонального научного становления, её обоснованность и законность.

При этом он вырабатывает свою особую ролевую когнитивную культуру. И так как в профессиональные обязанности Когнитолога входит определять все рефлексируемые им когнитивные явления, то от его лица мы здесь в первую очередь определимся и с тем, что такое «когнитивная культура». Исследуя какую-либо когнитивную культуру конкретного социума конкретной эпохи, Когнитолог прежде всего оценивает, насколько она ноосферно зрелая. Поэтому он может давать точные оценки того, на что с такой когнитивной культурой рассматриваемый социум (и образующие его отдельные люди) способен (способны) и чего от него (от них) можно ожидать.

Когнитивная культура в разные рефлексивные эпохи разная, так как её определяет уровень знаний и рефлексии. До появления философии когнитивная культура росла при узнаваемой (рефлекторной, пассивной) рефлексии, подсознательными достижениями. После, при познаваемой, активной рефлексии, когнитивную культуру совершенствовали философскими и научными достижениями. Поэтому когнитивную культуру для этих двух эпох надо определять по-разному:

Когнитивная культура эпохи рефлекторной, пассивной рефлексии – это способность людей мыслить (самоорганизовываться) исторически и подсознательно наработанными когнитивными моделями на базе имеющихся у них знаний о мире и о себе.*

Когнитивная культура эпохи активной рефлексии – это способность людей мыслить (самоорганизовываться) как исторически и подсознательно наработанными когнитивными моделями на базе имеющихся у них знаний о мире и о себе, так и теми знаниями и моделями, которые добыты сознательными философскими и научными усилиями.*

Если свести эти определения в одно, то только при условии отвлечения от информационных и рефлексивных формирующих факторов. Тогда оно будет такое:

Когнитивная культура – это способность людей мыслить (самоорганизовываться) имеющимися у них когнитивными моделями на базе имеющихся у них знаний о мире и о себе.*

Живя своей наукой, человек как Когнитолог понимает, что он – часть социума, что он несёт в себе важнейший фрагмент когнитивной культуры социума, и что в силу своей профессии может творчески на неё влиять и её изменять. Улучшив свою ролевую когнитивную культуру, человек как активный мыслитель (от лица своего Когнитолога) может агитировать за такие же улучшения своих соотечественников. Ибо, как патриот, он (вроде бы как само собой разумеющееся) заинтересован в том, чтобы его соотечественники жили более высокой когнитивной культурой, а значит, его социум был бы более конкурентоспособен в международных отношениях.

Очевидно, что Когнитолог работает не один, а в сотрудничестве с другими социальными ролями. И первая роль, с которой изначально сотрудничает – это прикладная роль Когнитивного технолога. Находясь как бы «за плечами» своего коллеги, Когнитолог предоставляет ему фундаментально-научные знания для его технологий. И одновременно анализирует и перерабатывает на свой фундаментальный лад весь прикладной контент от Когнитивного технолога. Ведь научное сообщество не останавливается в добыче всё новых научных знаний, и это правило справедливо для всех.

И вот здесь, Читатель, когда ты знакомишься с судьбой Когнитолога и готовишься утверждать личного ноосферного Когнитолога в своём сознании, тебе пришло время познакомиться с тем, что такое «когнитивная мобильность» и какая она бывает. Когнитивная мобильность в самом расхожем определении – это умение ловко «вращать» в голове разные мысли и эдак сноровисто ими распоряжаться. Но сделаем здесь ещё один шаг к профессиональному пониманию нашего предмета. На высшем (или фундаментальном) уровне мышления, на уровне нофуком ведь мы мыслим как? От лица наших интроспективных ролей! От лица «живущих» в нашем воображении субъектов. Теоретиков. Практиков, вообще всевозможных персонажей, даже фантастических и сказочных. Так вот о настоящей когнитивной мобильности в своём мышлении мы можем говорить тогда, когда профессионально от лица одного (самого активного, взявшего на себя роль пейсмекера) субъекта будем рассуждать о других субъектах, способствовать им становится лучше, а потом незамедлительно переназначать пейсмекером другого субъекта и уже что-то делать от него. Наш мозг – это удивительная многопейсмекерная система, которая умеет самоорганизовываться от лица того субъекта, от которого эффективнее всего это сделать в данный момент. Самый общий и самый главный, неизменный пейсмекер в нашей душе есть всегда, это наше «Я», это наш интроспективный Менеджер, от него мы строим наше желание жить и это желание мы никому и никогда не делегируем. Но это стратегия. А тактические решения мы принимаем оперативно и «по месту» от лица наших внутренних субъектов. Гиперциклично, в каждый момент времени привлекая того субъекта, с которым (как предполагаем) достигнем наибольшего эффекта. Ведь мы полисубъектно мыслящие существа! И эту полисубъектность прокручиваем в гиперциклах своего мышления как на каруселях. Когда надо – повернулись одной стороной, одним субъектом, когда надо – другой стороной, другим субъектом. И эти субъекты – ситуационные пейсмекеры.

Осознание этого тоже входит в компетенцию Когнитолога и Когнитотехнолога, ибо они – такие же участники в наших гиперциклических хороводах, как и все остальные. Когда нам надо – мы мыслим ОТ лица Когнитолога, а когда надо – мыслим (с какой-то стороны, от какого-то другого лица) О Когнитологе. И чем ловчее мы в своём мышлении прокручиваем калейдоскоп наших теоретиков и чем эффективнее мыслим от лица каждого в данный момент, тем выше наша та самая когнитивная мобильность. А когда мы «накатываем» её в сознании и начинаем относиться к ней как к чему-то само собой разумеющемуся, то навыки когнитивной мобильности «опускаются» в наше подсознание и мы в этом плане переходим в фазу подсознательной компетенции.

Прими как научный факт, дорогой Читатель, что наш Когнитолог как профессионал растёт только в среде высокой когнитивной мобильности. Ибо он созревает не только сам, ему помогают в этом все остальные коллеги-теоретики. И эти теоретики уже весьма активны и компетентны, они во многом готовы к тому, чтобы открытие и утверждение Когнитолога общими усилиями в 4-й нофукоме состоялось. Почему так? Потому что понять Когнитологу, что такое мышление, помогают все его коллеги. Ведь мышление – это явление живого мира, а значит, в этом Когнитологу помогает Биолог. Но мышление ещё и способность психики, поэтому Когнитологу без консультаций Психолога никак. Мыслящий человек живёт в социуме, общается с другими людьми на своём языке, а значит опять «при делах» Социолог и Лингвист. Контролируют нужные знания Информатик и Контентолог. Если Когнитолог – рефлексирующий субъект, то его коллеги предоставляют ему те когнитивные модели, которые ему судьба рефлексировать и понимать. Ведь без предмета рефлексии нет самой рефлексии. Для Когнитолога как субъекта его коллеги по 4-й нофукоме – это его объекты, которых в полной мере он должен исследовать и понять.

В ноосферном качестве тандем «Когнитолог – Когнитивный технолог» набирается всё новых творческих и созидательных возможностей и, работая над собой, он при подходе к ноосферному рубежу опережает в ноосферной зрелости мышления всех других субъектов, которым специально заниматься мышлением просто не судьба. С этим опережением когнитологический тандем приступает к работе с мышлением всех остальных своих коллег. Как интроспективных, так и социальных ролей. А так как ключевое понятие при работе с мышлением это «самоорганизация», то значит «от себя» такой тандем чьё-то мышление организует (или дезорганизует). Открыто или скрытно, сознательно или подсознательно. Со злым умыслом или в добром пассионарном служении. Но эти измерения уже из области этики, а не когнитологии.

Определимся:

Когнитивная культура эпохи научно-осознанной (ноосферной) рефлексии или просто:

Ноосферная когнитивная культура – способность людей мыслить (когнитивно самоорганизовываться)

– моделями, выявленными и доказательно выстроенными в когнитологических научных исследованиях, завершившихся научным осознанием своего научного осознания и

– научно перепроверенными исторически и подсознательно ранее наработанными когнитивными моделями на базе имеющихся у них научных знаний о мире и о себе, как его части*.

В следующей главе ты, Читатель, рассмотришь, какими компетенциями обзаводится Когнитолог, когда становится специалистом ноосферного уровня. Они как главные параметры порядка, зная которые, и отталкиваясь от которых, можно совершать ноосферный переход.

Остальное приложится.

Свой личный транскультурный переход к ноосферной культуре ты, Читатель, только тогда сможешь совершить, когда у тебя будет свой личный Когнитолог. За тебя твой мозг никто не самоорганизует, а чужую самоорганизованность «со стороны» перенять и усвоить НЕЛЬЗЯ!

6.3.1. Ноосферное понимание мышления (= когнитивной самоорганизации)

Когниция вдвойне интерактивна: она связана с воспринимаемым миром и с волей человека.

В. З. Демьянков

Для человека в лице Когнитолога человеческое мышление – главный предмет познания. Но человеческое мышление «вообще» – это и его собственное мышление. Когда человек (в лице Когнитолога, Философа или другого Мыслителя) обращается к собственному мышлению – он рефлексирует. При этом у Когнитолога чисто научная рефлексия, и её никак нельзя путать с рефлексией бытовой или философской. Если Когнитолог работает на метасистемном уровне, как настоящий профи, то он представляет, какие ещё бывают варианты мышления: у животных, у вымерших предков, у инопланетян… Если у человека пять модальностей в универсальном мыслительном коде (УМК), то Когнитолог может промоделировать такие варианты мышления, в котором у универсального мыслительного кода четыре или шесть модальностей… И Когнитолог знает, почему у человека именно пять модальностей в УМК, а не больше или меньше. Знает потому, что раскрыл для себя законы возникновения и формирования этих модальностей в УМК.

Здесь, в методическом пособии, когда все муки творческих исканий позади, ты, Читатель, познакомишься с уже найденным и научно утверждённым определением мышления. Тебе не надо будет самому искать ответ на вопрос «Зачем и как мы мыслим?» Усваивая его, ты сразу встаёшь на ноосферный уровень в когнитологии и начинаешь быть если пока не профессиональным, то уже ноосферно грамотным Когнитологом. Но встать на нужный уровень в познании мало, на этом уровне надо научиться жить и работать. А для этого предстоит не просто узнать, что такое мышление (определение зазубрить просто), а понять, то есть доказательно представить в эволюционной и исторической динамике, почему оно именно такое, а не другое, и благодаря пониманию просматривать перспективы его развития, хотя бы ближайшего.

Мышление – как явление. Один понятийный подход.

Мыслящий мозг субъекта – другой понятийный подход.

Их особенности и переход от одного к другому.

Чтобы правильно, диалогично понять, что такое мышление вообще и как в нём работают отдельные когнитивные обратные связи, как он обеспечивает поведенческую самоорганизацию субъекта, надо прежде всего осознать, что мы в данном случае имеем дело с неодноуровневым явлением и, следовательно, его можем отразить только в неодноуровневом определении. То есть в таком определении, которое задаём не одной формулировкой («Наш предмет – это та хреновина, которая круглая и красная»), а целым комплексом предложений. Процессы, имеющие прямое отношение к когнитивной самоорганизации, имеют место быть и на нейрофизиологическом уровне, и на уровне экологической ниши. Когнитивные обратные связи – это органичная часть целого многоуровневого нейрофизиологического обратносвязевого комплекса, не обозначив который как метасистему, мы должным образом не увидим и не поймем сам предмет нашего разговора.

Именно поэтому мы и работаем здесь с целым комплексом предложений.

Первая часть комплекса касается обстоятельств, в которых проявляются срабатывающие через центральную нервную систему обратные связи. По отношению к животному это надуровневая, надсистемная часть. В предложении, заключающем эту часть, мы внутренние когнитивные обратные связи выражаем предельно обще:

Когнитивные обратные связи – такие воспринимаемые ЦНС воздействия из окружающей среды, которые она перерабатывает как оперативную информацию и предоставляет мозгу для управления энергетикой организма через локомоторные органы. Благодаря этому мозг не просто активно, а алгоритмированно-целенаправленно управляет перемещением своего организма в экологической нише. Или полнее: как физическое тело пространственно самоорганизуется в ней.

Благодаря когнитивным обратным связям животные в эволюционном развитии обрели новые экологические аттракторы, к которым они стали стремиться через управление своими локомоторными органами, через управление своей индивидуальной проточной диссипацией. Например: аттрактор оптимальной освещенности, аттрактор оптимальной температуры воды, антиаттрактор потенциальной опасности…

Теперь о второй части комплекса. Она касается самой оперативно-информационной природы. По отношению к животному это подуровневая часть: информационные процессы мыслительных обратных связей протекают в подсистеме животного – в его нервной системе, в его мозге. В этой части уже сами внешние обстоятельства, в которых проявляются мыслительные обратные связи, выражены предельно обще, а главное внимание сконцентрировано на процессах в мозге:

Когнитивные обратные связи – это такие нейрофизиологические процессы в мозге, которыми животное отражает внешние обстоятельства, виртуально моделирует их изменяющимися в пространстве и во времени, выбирает лучшую поведенческую модель (ту же идею) и на её основе траекторно алгоритмирует свою активную поведенческую самоорганизацию экологической нише.

Суммируя все сказанное воедино, мы определяемся:

Мышление – это нейрофизиологическая способность животного к активной оперативно-информационной и траекторно-прогностической самоорганизации в окружающем пространстве (своей экологической нише).

Мышление возникает благодаря способности нервной системы и мозга все воспринятые микровоздействия извне представлять как системно-уровнево структурированную оперативную информацию. Причем в достаточно большом объеме. Это системно-уровневое структурирование для нашего мозга выразилось в создании пентамодальных нейрологических моделей отраженной реальности (идей), алгоритмированная обработка (развертывание) которых и обеспечивает активную траекторно-прогностическую пространственную самоорганизацию.

Таким образом,

Мозг (естественно, мыслящий) – это орган активной и оперативно-информационной траекторно-прогностической пространственной самоорганизации животного.

Данные здесь определения мышления и мозга простейшие, так как отражают их суть на момент возникновения и первоначального становления. Применять эти определения к человеческому мозгу, который несравненно более развит, нельзя. Наш мозг не сразу стал таким, какой он есть, но своё развитие он получил с простейшей формы, как и всё живое в биологической эволюции.

Все модели и программы, которыми функционирует нервная система с мозгом, созданы для одного – обеспечивать выживание её субъекта в естественном отборе. Единая цель (объект), единый субъект, единая экологическая ниша и единое окружающее его информационное пространство – всё это закономерно привело к тому, что работа мышления была фрактально построена на едином универсальном мыслительном коде (УМК). (Как в основе всей Жизни лежит единый универсальный генетический код – ДНК.) Поэтому все мыслительные модели (какими бы они ни были разнообразными), которыми владеет индивидуальный мозг, структурированы по единому мыслительному коду. Как сегодня просматривается – пентамодальному.

Знание принципов работы мозга позволяет как бы внедряться в него и изменять его работу в нужную сторону. Качество и полноту этого знания человек проверяет прежде всего на себе, когда в рефлексивном мышлении пытается изменить собственный мозг. Как настоящий врач-иммунолог испытывает созданную им вакцину прежде всего на себе, так и Когнитолог сделанные в когнитологии открытия применяет прежде всего к себе, к своему мышлению.

Да и как иначе? Любую, открытую в когнитологии идею о мозге мозг её первооткрывателя сразу же «примеривает» к себе. Срабатывает так называемая авторефлексия. Мозг принимает во внимание всё происходящее в себе и вокруг себя и тут же оценивает это с точки зрения возможного вреда или с точки зрения безопасности. В том числе и информацию и идеи о самом себе.

Когнитолог познаёт мыслящий мозг в двух пространственно-временных измерениях:

– его функционирование «здесь и сейчас», его секреты в обработке информации и принятии оптимальных решений (или способность оперативно и ситуационно самоорганизовываться) и

– его эволюционное и историческое развитие в планетарном масштабе. Тенденции его развития в прошлом, состояние этих тенденций в настоящем и по возможности продолжение этих тенденций в будущем. В этом исследовательском измерении когнитолог оперирует таким понятием, как «когнитивная культура».

Принципиальным моментом в познании мышления является то, что мы сознаём: мышление рефлексивно изначально. Рефлексия – обязательная часть мышления и насколько развито директное мышление, настолько развито при нём и рефлексивное. Ибо одной важной части мышления без другой никуда. Между ними своё синергетическое единство. Но об этом в следующей главе.

Мысли к теме:

Если вопрос поставить так: из чего же состоит мышление? (Мышление как явление!)

Из когнитивных циклов и гиперциклов. Если чуть обстоятельнее, то из нейрофизиологических обратносвязевых циклов и гиперциклов концептного уровня структурированности.

Если мозг находит возможным вмешиваться в свою собственную деятельность, то это значит, он находит себя способным менять свою цикличную природу. Значит, какие-то когнитивные циклы в себе убирать, а какие-то другие (какие надо) – добавлять. Значит, мозг дорос до такой способности, что он может выделить в себе организующую часть и организуемую. Или так: мозг дорос до такой степени развитости, что в нём появилась подсистема, которая осознала себя высокоразвитой организующей подсистемой и замахнулась на «доведения до своего уровня совершенства» всех остальных подсистем мозга.

Соблюдается закон эволюционной самоорганизации в когнитивной эволюции: в самоорганизующейся системе созревает более высокоорганизованная подсистема и она, «захватив власть», своей более высокой организованностью начинает влиять на выносившую её систему.

6.3.2. Научно-осознанная рефлексия. Её функциональное наполнение

Отойдем да поглядим, хорошо ли мы сидим.

Присказка

Ты уже познакомился, Читатель, с тем, что в нашей рефлексии два измерения: содержательное и структурное.

Пойдём дальше.

До последнего времени термин «рефлексия» был почти исключительно прерогативой представителей интеллектуальной элиты. Философов, психологов, писателей, ученых… Редкие политики и видные общественные деятели пользовались им свободно и с пониманием сути. В своем повседневном лексиконе его употребляли всего несколько процентов людей. Употребляли, потому что сравнительно осознаваемо отражали то, что за этим термином стоит. И это для эпохи осознаваемой рефлексии является нормой.

Сейчас наступает эпоха научно-осознанной рефлексии. Наши когнитивные возможности растут, и среди них важнейшая – владение рефлексией. И, разумеется, не просто поверхностное как «умным словом», а целой рефлексивной культурой со своим функциональным наполнением.

Эпоха осознанной рефлексии особенна тем, что в ней мы научно рефлексируем свою рефлексию. Как научную, так и до-научную, философскую. Мы осознаем свою рефлексию, а осознание и есть рефлексия. Рефлексия рефлексии означает, что мы в своем обратносвязевом кольце мышления сначала от него осознанно отстраняемся, а потом осознанно к нему возвращаемся. Фундаментальной базой для рефлексивной культуры является понимание процессов с обратными связями. Рефлексирующий человек – это человек охвативший своё мышление рефлексивной обратной связью.

Умение рефлексировать, как и любое другое, не даётся сразу, а приходит только после тренировки. Для рефлексии нужна своя мыслительная ловкость, сноровка, которая, как езда на велосипеде, усваивается только после целого цикла специальных занятий или тренировок.

Как явление когнитивной и духовной культуры общества, рефлексия тоже не возникает сразу, а вызревает как результат постепенного эволюционного и исторического развития.

Рефлексия есть не просто умение только наблюдать свое собственное мышление «со стороны». Рефлексия есть способность нашего мыслящего мозга самоорганизовываться. Собственно говоря, мы со своим мышлением начинаем целенаправленно работать только потому, что в рефлексии осознаём его способность к рефлексии. (В эпоху осознаваемой рефлексии).

Рефлексия – это организующая и развивающая подсистема нашего мышления. Она существовала в мышлении всегда, только у животных она работала и работает на рефлекторном уровне.

Чтобы через рефлексию превратиться в хозяев и творцов своего Разума, нам надо хорошо знать свой «предмет». И для этого к ХХI веку мы добились поразительных успехов: 95 % всех имеющихся на сегодня знаний о мозге и о мышлении ученые собрали за последнее десятилетие¹⁶.

Вдумчиво вглядываясь в свою историю, мы сознаём, что культура есть продукт творчества рефлексирующего человека. Есть точка зрения, что культурным водоразделом является умение пользоваться огнем, но это не так. Огнем может пользоваться и некультурный человек. Пользоваться неумело, злонамеренно и при этом натворить много бед. Да, огонь это благо. Но пользоваться им безопасно и эффективно может только культурный человек. Культурный человек – это прежде всего ответственно думающий человек. Человек отдающий себе отчет а что же он делает? Поэтому только с того момента, когда наш далекий предок оказался способен сначала размышлять над результатами своих умственных усилий, а только потом действовать, он стал культурным. Он стал понемногу собирать, накапливать знания и стремился их сохранить. Разумеется, несколько десятков тысяч лет назад это у него получалось, мягко говоря, не очень хорошо, но принципиальное начало было положено.

Сегодня наступило время ноосферного транскультурного перехода, и одно из условий его успешного преодоления является умение жить культурой мышления с осознанной рефлексией. Можно сказать, что наши перспективы стать ноосферянами прямо определяются тем настолько мы сумеем развить в себе научную рефлексию.

Так как активная рефлексия есть высшая организующая способность интеллекта, то в развитии когнитивных эпох именно характеристика рефлексии является основополагающей. За историческими пределами культуры рефлексия тоже существует, но она работает за счет врожденных и приобретенных рефлексов Безусловных и условных. В рамках истории рефлексия уже рассудочна. Она есть явление культуры и как любое явление культуры его передают при воспитании и образовании. Но в каких первоначальных рамках рефлексия рассудочна? В простейших: будучи первоначально пассивными в своем познании, наши далекие предки могли рассуждать только о том, правильно или нет они узнали нужный им предмет, событие или явление. Ведь мышление – это наша способность делать нужный выбор. И вот насколько этот выбор на основе накопленного опыта в каждом данном случае люди делают правильно – они и сотрудничают между собой. Сотрудничают совещаясь и на время отвлекаясь от предмета. Поэтому исторически первая отвлеченно-рассудочная форма рефлексии – узнаваемая.

Развивая свою культуру, совершенствуя свои хозяйственные и производственные навыки, добиваясь новых достижений, в VII–VI веках до нашей эры человек открыл в себе новые, более высокие рефлексивные возможности. Он стал философом и начал активно познавать мир, самого себя в нем, свой Разум и потому рефлексия с этого рубежа является познаваемой.

Прошли целые эпохи и к XVII–XVIII столетиям человек собрал уже довольно много научных знаний о самом себе. В эпоху Просвещения он выяснил, что у него есть кровообращение, что сердце – это не орган размышления, хотя его и щемит от дурных мыслей, а всего лишь кровяной насос. Что думает человек именно мозгом, а не какой-то другой частью тела. Кроме того, он открыл, что может мыслить не просто «вообще», а может мыслить о самом себе, о своей самой загадочной способности – о мышлении. Чтобы далее не путаться в формах мышления, английский философ Джон Локк в своём «Опыте о человеческом разуме» (от 1692 г.), дал рефлексии чёткое и однозначное определение: это наблюдение, «которому ум подвергает свою деятельность и способы ее проявления, в результате чего в разуме возникают идеи этой деятельности»¹⁷. С этого исторического момента человечество стало дискурсивно, рельефно, наглядно осознавать, что у него есть способность к рефлексии, и настолько продуктивно размышлять о себе и своём мышлении, что сделал своё мышление осознаваемо-рефлексивным. Или обрёл когнитивную культуру с осознаваемой рефлексией.

…Осознавание любого предмета, а тем более такого сложнейшего, как мышление – далеко не единомоментный процесс. К тому, чтобы превратить свою осознаваемую рефлексию в более высокую – осознанную, человечество шло более трех столетий. Это стало возможным как на основе богатейшего опыта всевозможных размышлений, так и на основе добытых научных знаний. За эти три столетия своё умение думать человек выделил как главное и на основании этого определил себя как вид в биологической классификации: Homo Sapiens – человек разумный.

Завершив описание главных эпох в развитии мышления, представим все сказанное графически, обозначив каждую рефлексивную эпоху ступенью, за время которой происходило накопление знаний и интеллектуальных способностей для следующего скачка. Здесь показано, что с возникновением высшей рефлексии низшая, более простая, не «пропадает». Она остается, и мы пользуемся ею, когда нет необходимости пользоваться высшей.

На рисунке раздельно обозначены философская и научная осознаваемая рефлексии. Чтобы представить, чем это вызвано, ознакомься Читатель, с таблицей.

Таблица. Функционально-структурное сопоставление рефлексивных культур

Переходя к осознанной рефлексии, мы отдаем себе отчёт в том, что если чётко обозначено рефлексивное мышление, то должно быть так же чётко обозначено и не-рефлексивное мышление. Такое мышление было названо директным. От английского direct – прямо непосредственно, направлять, управлять. Вам же хорошо знакомо слово «директор»? Наше мышление директно, когда мы его направляем на внешние по отношению к своему собственному мышлению предметы. Когда мы с помощью этого мышления управляем какими-либо объектами: собственными мышцами, зажатым в руке инструментом, автомобилем… Или когда делаем какие-либо физические, химические, технические расчёты.

Когнитивной культурой с осознанной рефлексией ты, Читатель, начнёшь мыслить не тогда, когда выучишь слова «осознанная рефлексия», а когда наполнишь её должным функциональным содержанием.

Это значит, что ты должен усвоить всё то, что изложено в этом методическом пособии!

Во «Введении 1.3.» ты уже познакомился с такими персонажами, как рефлексирующий Содержаник и рефлексирующий Структурник. Их ролевое пространство – работать на прикладном уровне. На фундаментально-научном уровне, в созревающем Ноосферном Разуме трудятся их коллеги – Контентолог и Когнитолог.

Мышление как предмет познания и осознания оказалось не таким одномерным, как представлялось поначалу. Поэтому и изучение его пошло всё отчетливее с разных сторон: тот, кто делал упор на содержание мыслей, все более утверждал в себе Контентолога. А тот, кто от содержания абстрагировался и больше интересовался секретами мышления, структурой мыслей, их принципиальными отличиями одних от других, кто пытался понять, как возникло мышление, зачем оно и как работает – тот превращался в Когнитолога. Ведь нам мало познать, нам надо еще и осознать! А осознавать – значит знать свой предмет на фоне чего-то более общего. Осознавать – это значит уверенно ориентироваться и в самом предмете, и «вокруг него». Закон совместного созревания предмета преобразования и «его» специалиста непреложен не только в материальном, но и в духовном производстве: ведь это явление самоорганизации со структурным накоплением!

Контентолог контролирует объёмы и качество конкретного контента, которым пользуется любой другой теоретик в 4-й нофукоме. Контролирует совершенство его содержания, выявляет его неполноту, ошибочность, ложность, противоречивость. Всё это «на фоне» ожидаемого результата, спрогнозированного, вычисленного или ожидаемого. Проиллюстрировать позицию Контентолога можно хорошо известным историческим персонажем. Сократ – это один из первых мыслителей, который спросил сам себя: «Что я знаю? А что я не знаю?» И если кто-то задавал себе подобные вопросы и раньше, то Сократ велик тем, что он первым поставил этот вопрос на мировоззренческом, философском, онтологическом уровне. Контентолог контролирует наличие, достаточность (метасистемность), чёткость и правдивость (достоверность) знаний по любой осмысляемой проблеме. Первый вопрос, на который Контентолог всегда отвечает, это: «а действительно ли мой подопечный знает нужное или не знает?»

Наше мышление полилогично изначально, и мы, отражая любую сложную проблему, так или иначе активизируем в себе прежде всего Контентолога. Без его профессионализма нам не разобраться, с каким содержанием мы имеем дело. Контентолог не работает «сам по себе» – ведь он рефлексирует других теоретиков! Он рефлексирует содержание мышления своих коллег. Тех, с которыми ему по своему культурному и интроспективному статусу приходится иметь дело. От лица Контентолога мы не просто контролируем знания, которые нужны для действий другим теоретикам, мы организуем эти знания. Без него КПД других теоретиков оказывается непозволительно низким. «Младшие» коллеги Контентолога на социально-прикладном уровне нам хорошо известны: Библиотекарь, Работник справочной службы, Архивариус, Держатель базы данных, Диспетчер, Референт, частично менеджер по PR, Следователь, Разведчик, Журналист… Это те социальные роли, в которых мы работаем с конкретной информацией. У себя же в 4-й нофукоме Контентолог, как и Когнитолог, – активный теоретик: он следит за фундаментально-научным контентом своих коллег и помогает им его содержательно организовывать. Главная обязанность Контентолога – контролировать компетентность своих коллег.

Когнитолог тоже контролирует качество и правильность работы мышления, но уже в другом измерении – в структурном. Оно тоже виртуально и имеет огромное количество «степеней свободы». Когнитолог знает законы и правила информационной самоорганизации и следит за тем, чтобы при работе с контентом другой теоретик эти законы и правила не нарушал. Когнитологу известно, какими параметрами порядка и как мы самоорганизуемся в мышлении. Его главные профессиональные вопросы «Зачем мы мыслим?» и «Как мы мыслим?» Он тоже выявляет совершенство контента, его ошибочность, ложность, противоречивость – но уже с позиции структурного подхода. Когнитолог не обращает внимания на содержание контента, но зато сосредотачивается на том, соблюдены ли в нём законы мышления и логична ли его структура. Та самоорганизованность, за которой «присматривает» Когнитолог, находятся внутри мышления. Поэтому он может не дожидаться результатов использования добытых знаний, а сразу оценить ложность или истинность мысли по её структуре. Когнитолог следит за правильностью структурирования контента от самого мелкого уровня её использования – модальностного до самого масштабного – мировоззренческого.

Работа Когнитолога напоминает работу инспектора ГАИ: оба они следят за правилами движения. И если второй следит за правилами на дорогах, то первый следит за правилами движения мысли. Если правила в рассуждениях нарушены – можно не дожидаться, когда произойдет мыслительная «авария» – а предупреждать о неуспехе заранее.

Когнитолог, как и Контентолог сотрудничает со всеми коллегами по 4-й нофукоме. Если логика Контентолога – это логика исключенного третьего (логика поведенческого выбора: либо «0», либо «1»), то логика Когнитолога – это логика с включенным третьим. (То есть в этой логике есть «0», есть «1» и есть, например, «ошибка».) (В шуточной форме: есть правильное решение проблемы, есть неправильное, и есть армейское. См. «Законы Мерфи».)

Можно сказать, что логика Когнитолога – это логика обеспечения правильного поведенческого выбора. А выбор мы можем делать как в директном, так и в рефлексивном мышлении. Контентолог опирается на СО-знание, а Когнитолог – на О-СО-знание.

За целый век до Джона Локка, французский мыслитель Мишель Монтень (1533–1592) утверждал, что «Ум, хорошо устроенный, стоит больше, чем ум, хорошо наполненный». Если от лица Контентолога мы следим за хорошей наполненностью нашего мозга, то от лица Когнитолога – за его хорошим устройством.

Но что значит хорошее устройство? Это прежде всего правильное устройство, отвечающее природе. Отвечающее, несмотря на возможную виртуальную неоднозначность. Оказывается, что знать – это ещё не все. Надо ещё и разуметь. А разумен тот, кто не просто владеет знаниями, а владеет ими системно и умеет быстро и результативно их применять.

Одними из первых и наиболее успешно на когнитологическую стезю встали такие великие мыслители, как Аристотель и Кант. Аристотель создал предтечу когнитологии – аналитику, в которой описаны первые правила безошибочных рассуждений. Позже его последователи назвали эту науку логикой и под этим именем она и вошла в историю. Иммануил Кант первым в эпоху осознаваемой рефлексии совершил один из самых важнейших принципиальных сдвигов: начал осваивать структурную рефлексию на теоретическом уровне. Как заметил по этому поводу его соотечественник, философ Вильгельм Виндельбанд, «бессмертная заслуга Канта – открытие им синтетического сознания». Кант создает трансцендентальную логику как фундаментальную теорию логики формальной, хочет преодолеть ограниченность последней, соединить ее с гносеологией, сделать ее способной к синтетическим суждениям, к «живой» работе над мышлением. «Поэтому-то в логике Канта возникает еще один этаж, своего рода „металогика истины“, ставящая под свой критический контроль и надзор уже не отдельные акты рассудочной деятельности, а весь рассудок в целом, так сказать, Мышление с большой буквы, Мышление в его высших синтетических функциях. Налицо полный переворот во взглядах на предмет логики как науки о мышлении»¹⁸. Это – очевидно громадный шаг в постижении мышления. «Разум приобретает не только методологические, (как до Декарта включительно!), но и начальные метатеоретические функции…»¹⁹

Особенный подъем в развитии культуры рефлексивного мышления произошел в последней трети прошлого века, когда перерождение осознаваемой рефлексии в осознанную пошло, что называется, семимильными шагами. А к началу XXI века в осознаваемой рефлексии учёный мир продвинулся настолько, что подошёл к полному пониманию мышления как способности к когнитивной самоорганизации в 3-й научной парадигме.

«Рефлексивный подход был сформирован и получил широкое развитие в России (в научном плане – начиная с 60-х годов прошлого столетия). В российской культуре проблемы сознания играют такую же ключевую роль, как проблемы поведения в американской культуре. В России исторически сложился повышенный интерес специалистов различных областей к проблематике сознания. Поэтому когнитивная наука начала развиваться не тем путем, как в Америке. Если в Америке основной аспект – техника решения задач, то в России это связано с отражением в моделях человеческого сознания.

Заметим, что именно на это время пришлось издание и последующая экранизация сказки Виталия Губарева „Королевство кривых зеркал“. В ней героиня на примере своего двойника училась в сказочных ситуациях рефлексии и, как прямое следствие этому, – правильному социальному поведению. Не только научное и философское, но и обыденное, массовое сознание жило тенденциями рефлексивного подхода.

Понятие рефлексии позволило выделить из проблемы сознания такой её важнейший аспект, как проблему самопрезентации. Был создан специальный профессиональный язык, лишенный идеологических побочных смыслов, разработаны модели рефлексии, в том числе и математические. Понятие рефлексии было расширено: рефлексия стала пониматься так же, как и моделирование некоторой системой другой системы вместе с включенными в неё моделями. Над расширением и углублением понятия рефлексии работали сотни исследователей. (Ваш покорный слуга защитил кандидатскую диссертацию по философии на тему: „Рефлексивное мышление: закономерности становления и структурные уровни“). Культура рефлексивного мышления оказала существенное влияние на систему понятий ученых и, более того стала входить в массовое сознание. Такие слова, как „рефлексия“, „ранг рефлексии“, „рефлексивное управление“ стали в России столь же распространенными как фрейдистская идеология на Западе.

В конце ХХ века в России сложилось междисциплинарное „рефлексивное движение“, которое оказывает существенное влияние на формирование концептуальных подходов различных областей знаний: философии, социологии, психологии, педагогики, проблематики искусственного интеллекта и компьютерных наук в целом, автоматизации организационного управления, военного дела и ряда других наук и практических направлений. Издаются журналы, выпускаются монографии и сборники трудов»²⁰.

Сегодня учёные, работающие в сфере рефлексии, вплотную не только подошли к созданию когнитивной культуры с осознанной рефлексией, но и создают её. Её создание – это одно из важнейших условий совершения ноосферного транскультурного перехода. Это методическое пособие по обретению ноосферного мышления, которое ты, Читатель, держишь в руках, есть документальное тому подтверждение.

С осознанной рефлексией человек умеет работать со своим интеллектом!

И насколько человек умеет эффективно работать со своим мышлением, насколько умело может его совершенствовать, настолько он и владеет осознанной (или ноосферной) рефлексией.

Дополнительно более полный материал по рефлексии можно почерпнуть из моих книг (смотри Приложение № 1).

Афоризмы и мысли к теме:

Тот, кто ищет учёности, растёт с каждым днём в глазах мира. Тот, кто ищет разума, с каждым днём умаляется Он умаляется всё больше и больше, пока не достигнет полного смирения. Когда он достигнет полного смирения, нет вещи, которую он не мог бы совершить.

Лао-Тсе

Нельзя отогнать дурную мысль, когда она появилась в уме, но можно продумать эту мысль до конца, и если сделаешь это, то увидишь все то, что было дурного в мысли.

Мысль сама по себе есть уяснение истины, и потому дурные мысли есть только недодуманные мысли.

Л. Толстой, «Круг чтения» (1910:784)

6.3.3. Что такое УМК – универсальный мыслительный код

Концепт – это обобщённая мыслительная единица.

Д. С. Лихачёв²¹

Возникновение когнитивной самоорганизации с обработкой информации универсальным структурным кодом обусловлено прежде всего общей совокупностью факторов эволюции. Эти факторы сегодня хорошо описаны. Их применение преломляется в выборе мутантных вариантов Х-модальных отображений при развитии центральной нервной системы.

Внешняя самореализация животных есть результат внутренней, когнитивной самоорганизации, совершенство которой в конечном счете и определяет наилучшую выживаемость. Поведенческие реакции должны быть не только адекватными, но и возможно более быстрыми, оперативными. А это возможно только через параллельный обсчет, параллельную обработку важнейших нейрофизиологических параметров. Такой характер обсчёта определяет исходную полипараметральность, полимодальность информации, требуя от неё максимальной готовности для использования. Эволюционно это реализуется в способности мозга сразу дифференцировать, оценивать и упорядочивать информацию в соответствии с потребностями поведенческого управления.

Типизация поведения на воздействия разной масштабности есть следствие унифицированности нейрофизиологического отображения. Последнее позволяет повысить скорость обработки информации и, следовательно, скорость поведенческих реакций. Ведь с точки зрения теории функциональных систем мышление «представляет собой нейродинамическую функцию мозга, обеспечивающую процессы обобщения, целеполагания, принятия решения и оценки достигнутых результатов в процессе активной поведенческой деятельности субъектов»^{22 23}. Благодаря унифицированному отображению животное реагирует на ситуацию быстро, не вырабатывая нужную поведенческую модель заново, а по минимуму сигналов извне реализует сразу типовую, унифицированную, дорабатывая её конкретно, что называется, «по ходу дела».

Поведенческая самореализация животного в экологической нише есть перемещение физического тела относительно других. Оно описывается параметрами движения (ПД), выраженными всего физическими характеристиками. Строение мыслительного отображения оказывается подчинено строению отражённого мира и может быть адекватно выражено через моделирование физических характеристик среды: пространственных, временных, полярностных, структурных… Сочетание этих характеристик через соответствующие модальности для разработки программ поведения и служит тем образцом, соответствие которому и играет роль решающего фактора при эволюционном отборе оптимального механизма мышления. «Качество, определяющее скачкообразный переход в движении материи, остается философской категорией. Но мы вступили в эпоху развития науки, когда качество должно быть понято в параметрах точных математических, физических наук»²⁴. В конце концов среди возможных мутантных вариантов информационных моделей эволюция выбрала один – наиболее оптимальный.

Понять выход на эту оптимальность помогает идея о структурированности природы, о существовании сравнительно независимых уровней и сфер бытия. Один из вариантов концепции уровней развит известным физиком Ж. П. Вижье. По его словам, «в некоторых областях, характеризуемых определенными размерами пространства и интервалами времени, можно абстрагироваться от бесконечного числа параметров, необходимых для описания материи, и исходить из некоторой совокупности переменных, которые играют фундаментальную роль только для этого уровня и которые действительно объективно описывают его свойства»²⁵. Чем не предвосхищение более полувека назад комплекса ГПП в самоорганизующихся системах?

Для окончательного уточнения этого оптимального варианта учтём такие предпосылки, которые выражают собой единство «внешней» для нас логики функционирования мышления и ожидаемой «внутренней» логики структурирования знаний.

Первое. Так как любое мыслящее существо владеет всей своей информацией как единым целым, как единым множеством, то должен быть единый, универсальный принцип её структурирования. Именно благодаря этому принципу происходит сопряжение (непосредственное или опосредованное) любой мыслительной структуры с любой другой. И любого уровня охватываемой масштабности: от единичного образа или понятия (категории) до фундаментальной теории, до мировоззрения. Вследствие этого логического требования в нейрофизиологии, в психологии и когнитологии «особую актуальность представляет выяснение характера взаимоотношений между системной организацией мозговых нейродинамических механизмов, носящих кодовый (выделено мною. – П. С.) характер, и отражением действительности в мышлении…»²⁶.

Второе. Любые информационные структуры можно отличать, классифицировать и использовать только по их внутреннему строению. Следовательно, структурирование знаний опирается на единый принцип внутреннего устройства всех мыслительных и теоретических структур. Для любого единого множества информационных моделей «должна быть постулирована какая-то общая информационная модель, играющая роль каркаса (выделено мною. – П. С.), к которому могли бы быть упорядоченным образом привязаны количественные характеристики объекта»²⁷.

Третье. Так как принцип общего структурирования знания лежит в фундаменте организационных начал мышления, то он закладывался в «устройство» мышления (конкретного вида) с эволюционным возникновением самого мышления. (Как выбранный при зарождении Жизни механизм кодирования генетической информации в ДНК, который является единым для всего живого на Земле.) «Многое из того, что мы считаем специфически человеческим, приобретенным человеком после рождения, на самом деле содержится в нашей генетике, заготовлено в форме фиксированных соотношений нервных структур»²⁸.

Четвертое. Поскольку с любой мыслительной и теоретической информацией мы работаем через понятия и категории, то, следовательно, в нашем языке должна быть такая совокупность категорий, которая позволяла бы внедряться во внутреннюю структуру любого единичного понятия или образа, ибо кодирует собою это «внутреннее устройство», выражает его через себя. Только обращение к внутренней структуре понятий или образов позволяет иерархически сопрягать их с мыслительными образами и теоретическими положениями более высоких структурных уровней (с суждениями, умозаключениями, предложениями). Именно эта тождественность внутреннего строения любых информационных массивов любого масштаба давала В. С. Библеру основание говорить, что любое понятие есть своеобразная микротеория²⁹.

Пятое. Ожидаемая совокупность категорий, кодирующая внутреннее строение любой мыслительной или теоретической структуры, должна только характеризовать ее, но не касаться (исходно) преобразований в ней или сравнения ее с другими. (Если следовать терминологии И. Канта, иметь статус именно категорий, а не предикабилий (производных понятий).) То есть в своей совокупности быть схемой мыслительного операнда³⁰, а не оператора³¹. Или, словами программистов, выражать устройство мыслительного байта информации, которым оперируют.

Шестое. Так как есть все основания полагать, что принцип структурирования мыслительных образов сформировался в начале эволюции мышления, то, следовательно, должен выражаться в простых, нерефлексивных (директных) элементарно-рассудочных понятиях (категориях), через которые возможно характеризовать мышление животных.

Седьмое. Ожидаемый принцип структурирования знаний должен иметь статус «теоретической структуры всех теорий». Этот статус вытекает из дефиниции самой теории: она есть наиболее общее и полное выражение всех видов и форм описываемого явления. Согласно этой предпосылке применительно к системной модели теории рационально использовать выражение «структура теории». Обобщение же всех используемых в мышлении теорий дает право претендовать на употребление понятия «теоретическая структура теории»^{32 33}.

Восьмое. Так как в опоре на принцип структурирования знаний мы сопрягаем между собой понятия любой степени абстрактности, то выявление этого принципа должно позволить вывести все правила абстрагирования на уровень осознанного владения ими. Это тем более актуально, что «важнейшим условием удовлетворительного причинного объяснения на теоретическом уровне познания является соблюдение правил абстрагирования… В эмпирическом причинном исследовании наибольшие трудности связаны именно с соблюдением правил абстрагирования»³⁴.

С учетом этих предпосылок был проанализирован общенаучный понятийно-категориальный аппарат и выделено пять групп категорий, выражающих совокупность наиболее разнокачественных для процесса отражения физических параметров (или наиболее разнокачественных модальностей), которые своим единством наиболее близко соответствовали бы категории «теория теории».

После размышлений и оценки вариантов для теории теории было выбрано название «пентамодальный концепт» (ПМК). Почему пентамодальный – это ясно: модальностей пять.

Предпочтение такому сочетанию модальностей было отдано также вследствие:

– наилучшего соответствия синергетической особенности построения живой материи по пента-системе³⁵.

– существования оптимальных величин параметров порядка в самоструктурирующихся системах – порядка 5–7³⁶.

– показанных в главе 7.7.2. «Полилогических раскопок» закономерностей структурирования знаний³⁷.

– особенностей работы оперативной памяти, настроенной запоминать за один раз 7 ± 2 смысловых (структурных) элементов³⁸.

Но что такое модальность? Откроем философский энциклопедический словарь:

«Модальность – (от лат. modus – мера, способ), способ существования к.-л. объекта или протекания к.-л. явления (онтологич. М.) или же способ суждения об объекте, явлении или событии (гносеологич. или логич. М.). Понятие М. введено Аристотелем; его ученики и комментаторы Теофраст, Е. Родосский и др., а затем и схоласты признавали различие суждений по М.»³⁹.

Всем хорошо знакомо слово «мода» как эстетическая категория.

Понятие же «концепт» было выбрано вместо понятия «схема». Согласитесь, понятие «схема» мы употребляем очень часто. Кроме того, понятие «концепция» является практически синонимом понятия «теория». А тут разговор идет о теории теории. Что-то очень родственное. Изучение понятийного пространства показало что другие философы и ученые, работающие в этом же направлении, применяют такие понятия, как «фрейм» (М. Минский), «скрипт» (Р. Шенк)⁴⁰ и др.

Склониться к принятию такого решения способствовало и то, что в конце 20-х годов с идеей о концепте в статье «Концепт и слово» выступил С. А. Аскольдов. Задумываясь над «весьма загадочной величиной» – понятием, которое «молниеносно высвечивается в разуме человека, является почти неуловимым в чьем-то умственном кругозоре, неясным и одновременно приводящим к четким выводам», С. А. Аскольдов пришел к мысли о том, что функцию заместительства выполняет особая структура – концепт. «Концепт есть мысленное образование, которое нам замещает в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода»⁴¹.

Несмотря на пионерские высказывания Аскольдова, сам термин «концепт» в отечественной науке (в отличие от зарубежной лингвистики) прижился далеко не сразу. К середине 70-х гг. его толком не успели освоить как специальный термин и поэтому по-разному переводили. Иногда «concept» передавали как «понятие» (концепт от лат. conceptus – мысль, понятие).

К 80-х гг. с растущей численностью переводов англоязычных авторов на русский язык понятия «концепт», «концептуализация», «концептуальные сущности» и им подобные все же прижились на нашей почве. При этом к 90-м годам за понятием «концепт» так и не было закреплено однозначное толкование. Однако складывающееся здесь главное течение все же привело к тому, чтобы, как замечает П. В. Чесноков, считать «концепт единицей мышления, обладающей отдельным целостным содержанием и реально не разлагающейся на более мелкие мысли, т. е. элементарной стороной внутреннего слоя»⁴². Концепт – это «познавательная психическая структура, особенности организации которой обеспечивают возможность отражения действительности в единстве разнокачественных аспектов»⁴³. Концепты – это «смыслы, составляющие когнитивно базисные подсистемы мнения и знания»⁴⁴.

Интересно также подразделение концептов на лексические и фразеологические, в соответствии со способом их словарного представления⁴⁵, в равной степени, как и мысль о том, что концепты могут выступать в качестве строительных блоков для формирования новых концептов, которые выражаются сочетаниями слов⁴⁶. Метафорические словосочетания мы понимаем в переносном смысле именно потому, что имеем за ними заранее известные нам концептуальные конструкты⁴⁷.

Концепт является ментальной репрезентацией, которая определяет, как вещи связаны между собой и как они категоризированы. Принято считать, что главная роль, которую играют концепты в мышлении, – это именно категоризация, позволяющая группировать объекты, имеющие определенные сходства, в соответствующие классы. Мы способны отделять от несущественных деталей те свойства, которые важны для мысли. Стабильность нашего повседневного «ментального» существования зависит от способности категоризировать или подвергать концептуализации различные предметы, процессы или явления⁴⁸.

Отслеживая логику эволюционного выхода центральной нервной системы (ЦНС) на уровень работы концептом, мы видим, что она есть выход на уровень работы с универсальным мыслительным операндом. Изначальная потребность отражать окружающие события и конкретные объекты любой масштабности в логическом единстве сразу ведёт к формированию мыслительного механизма, позволяющего соподчинять между собой все нейрологические модели. В устройство этого механизма эволюция закладывает пентамодально-концептный принцип строения операнда, который шлифуется в естественном отборе сразу по двум генеральным направлениям-требованиям:

– как внутренняя оптимальная структура, позволяющая минимальным количеством модальностей моделировать происходящее в отраженном единичном событии и

– как функционально-универсальная информационная структура, позволяющая реализовывать единый оценочный подход к любому отраженному событию (явлению). Согласно этому требованию пентамодальный принцип организации оперативной информации закладывается на всех структурных уровнях мозга, которые могут быть заданы генетически. И уже в соответствии с этим принципом, как с универсальным операндом, организуется вся оперативная информация. Сначала в кратковременной, а потом и в долговременной памяти. Параллельно к нему «шлифуется» комплекс операторов, позволяющий обращаться с любыми необходимыми модификациями и инвариантами концепта: конкретными, прикладными, абстрактными.

Под пентамодальный концепт-операнд эволюция создает и весь мыслительный механизм. Поэтому можно говорить, что ПМК есть выражение мыслительного принципа работы центральной нервной системы. Или другими словами – универсальный мыслительный код (УМК).

Раскрывая уровневое строение концептов в мышлении, мы видим, что они организованы по фрактальному принципу. Это позволяет субъекту с мышлением ориентироваться в устройстве мира, в устройстве отраженной реальности.

(Мозг не единственный орган, в работе которого использован принцип фрактального построения. Лёгкие – орган дыхания, кровеносная система, нервная система – тоже структурированы как фракталы!)

Почему нам необходимо понимать концептную структурированность оперативной информации? Потому что в работе над любой информацией мы не проходим мимо её системной и уровневой интегрированности. Ознакомившись с концептом и с фрактальным принципом структурирования контента, мы сознаем, что теперь имеем представление об организации наших мыслей на всех важных структурных уровнях:

– на «подконцептном», отдельными модальностями;

– на концептном уровне, на уровне оперативно используемых понятий;

– на «надконцептном» уровне, уровне построения теорий и

– на мировоззренческом уровне.

Это представление настолько полное, что с ним можно осознанно совершать любые межуровневые переходы от минимальных мыслительных моделей к максимальным и обратно, а так же успешно самоорганизовываться в пространстве. Благодаря знанию УМК мы оптимально работаем с отражённой реальностью: среди всевозможных уровневых структур берем строго то, что нужно и не более того! Не упускаем ничего важного, но и не блуждаем в массиве контента.

Так как задача центральной нервной системы с мозгом в том, чтобы отражать нужную последовательность событий и на собранной оперативной информации осуществлять управление, есть основания полагать, что в строении УМК (ПМК) эволюция выделила (задала):

– входные модальности (Т, Н, У, З) и

– выходную модальность (Д).

Можно сказать так: выходная модальность «движение» стала своеобразным «выходным» параметром, от которого (по законам ОС-логики) и пошло построение логики пентамодальности. Выходная модальность стала представлять собой (в простейшем виде одномерный!) расчетный параметр (РП) (или какое-то важное изменение), в опоре на который ЦНС управляла поведением. Через входные модальности (сколько бы их поначалу ни было бы учтено) ЦНС собирала «информацию для размышления» в виде констант состояний (КС) и параметров движения (ПД) так, чтобы обеспечить однозначность РП. Как только меняются конкретные значения входных модальностей (КС и ПД) – ЦНС вырабатывает новый конкретный РП.

Входные модальности стали в самом общем виде теми комплексами главных параметров движения (ПД), на которые ЦНС стала опираться в своих размышлениях. (Не забыли: модальность – это полипараметральный комплекс сигналов (данных)?)

Если теперь с учетом всего сказанного применить фрактальный принцип построения структуры к пентамодальному механизму мышления, то графически это интерпретируется так:

Рисунок 6.3.3.1

Логически обобщая все рассмотренные теоретические положения к главному предмету нашего разговора, определимся:

Пентамодальный концепт (ПМК) или универсальный мыслительный код (УМК) – это возникший в эволюционном развитии мозга принцип строения единой универсальной мыслительной модели (или дискретных, квантованных порций внутренней информации) отображенной объективной реальности любого пространственного масштаба, в соответствии с которым мозг организует все содержащиеся в себе знания.

Можно сказать, что в соответствии с УМК мы так отображаем явления, что при этом наш мозг фиксирует, какие в них ТЕЛА и СИСТЕМЫ ТЕЛ, под действием каких НАПРЯЖЕННОСТЕЙ (СИЛ), в каких УСЛОВИЯХ и по каким ЗАКОНАМ ДВИЖУТСЯ. Но так, «впрямую» через УМК мы работаем только в директном, направленном непосредственно на отражаемую объективную реальность мышлении. В мышлении, которое «включаем» непосредственно сразу за онтологическим мышлением.

Зная УМК, мы можем осознанно и целенаправленно работать с внутренней структурой любых наших знаний и доказательно переходить от одной теории к другой. Что нам и потребуется ниже для трансдисциплинарных переходов в главе 6.4.

Очевидно, что свои представления о мире и о себе человек не может строить иначе, чем позволяет ему это делать механизм его мышления. Обобщая в своем сознании все явления по отдельным параметрам УМК (поочередно, в единичных актах мышления), человек в итоге обретает в своём представлении весь мир как бесконечную совокупность материальных ТЕЛ и СИСТЕМ ТЕЛ, которые под действием СИЛ (НАПРЯЖЕННОСТЕЙ) в УСЛОВИЯХ (в пространстве и во времени) ДВИЖУТСЯ по присущим им ЗАКОНАМ (свойствам). Отображая материальный мир «вообще» через механизм УМК, мы законно представляем его как один огромный, исходный, предельно абстрактный концепт. И это не происходит иначе, ибо на пределе абстрагирования мы не принимаем во внимание никакие второстепенные детали, а только главные. А последних – именно ПЯТЬ в соответствии с заложенным в нас принципом строения УМК.

Этими пятью ключевыми категориями УМК (в виде синонимических групп, комплексов) человек начал осознаваемо пользоваться в первых философских учениях, поднимаясь до всеобщего. Здесь, в первых попытках фундаментального теоретизирования, в попытках рационального объяснения строения мира в целом, нашему предку потребовались понятия предельной обобщенности, предельной степени абстрактности. Ему, чтобы сознательно и разумно ориентироваться в познаваемом мире, необходимо было отображать его «исходно вообще». Поэтому с началом философствования, с освоением Логоса человек вышел на фундаментальные пределы структурирования знаний в своем мышлении. Создав эти категории, он заложил в себе фундамент такого интроспективного теоретика, как Онтолог.

В дофилософский и натурфилософский периоды эволюции сознания ведущую роль играло директное мышление. Рефлексивное еще только поднималось вслед за директным сначала на уровень познания, а потом, с расцветом философии, и на уровень сознавания. Вследствие этого первыми предельно абстрактный характер элементов пентамодальной структурированности получают директные категории, категории «физического» характера. Именно в эпоху расцвета натурфилософии категории УМК обретают физически-фундаментальный статус в директном (то есть не рефлексивном, направленном прямо на объект) мышлении.

В целом пентамодальная структурированность всего естественнонаучного или натурфилософского знания подтверждается также и тем, что любая позитивная наука есть отображение того, какая особенная совокупность вещественных тел (предметов) под действием каких сил (напряженностей), в каких условиях и по каким законам движется. (Абстрактная математика – исключение). Наука из сферы директного мышления оперирует образами реальных объектов, явлений, процессов. Рефлексивная наука оперирует отображениями отображений, оперирует либо конкретными, либо абстрактными идеальными образами, которые в мышлении человек также перемещает и преобразует по присущим им законам в определенных воображаемых условиях. Структурная идентичность любых – директных или рефлексивных – образов обеспечивает функциональную преемственность директных и рефлексивных знаний.

Сегодня, когда мы совершенствуем свои компьютеры семимильными шагами и понятие «байт» уже давно вошло в общеобразовательный минимум, на его фоне понятие «пентамодальный концепт» только-только закрывает ту логическую брешь, которая обозначается в наших подходах к пониманию секретов мышления. Оперируя понятием «байт», мы ставим себя по отношению к электронным «мозгам» в аналогичную когнитологическую позицию, как и ту, когда с понятием «УМК» подходим к собственным мозгам. Да, мы знаем сегодня, что для повышения производительности работы компьютеров инженерная мысль придумала не только 8-ми, но и 64-х разрядные шины, по которым сигналы из нулей и единиц с гигагерцовой тактовой частотой мчатся целыми «пачками». И как человеку, для того, чтобы что-то понять, надо услышать хотя бы одно ЦЕЛОЕ слово, так и компьютеру, чтобы сработать, надо как минимум один ЦЕЛЫЙ байт. Такой, который заложен в его конструкцию: 8-ми, 32-х или 64-х разрядный.

Мало того. Эти 32-х или 64-х разрядные байтовые комплексы в своей внутренней структуре изобретатели не оставили однородными. Давно уже принято выделять старшие или младшие разряды и придавать им разное функциональное значение. Таким образом создавать внутри байтовых комплексов свою логическую структуру и извлекать из неё преимущества.

Как известно из сказок, самые богатые клады всегда спрятаны в самых зачуханных ларцах, и самые хитрые секреты всегда находятся на самом виду. Чтобы их найти, их надо и всего-то уметь увидеть. Так и с нашим универсальным мыслительным кодом. Мы его долго искали, а он, можно сказать, лежит на самой поверхности нашего мышления и общения.

Теперь, зная пентамодальное строение слов, мы можем употреблять их более правильно и гибко, сознательно различая лексемы:

– либо как понятия-явления, не акцентируя в них ни один внутренний элемент и не выражая их временную соотнесенность с каким-либо другим явлением (как форма Indefinite в английском языке, настоящее неопределенное (простое) время);

– либо как понятия-события, в которых также не акцентируем ни один внутренний структурный элемент, но которые выражаем как конкретную точку на временной оси (как форма Perfect, завершенное время);

– либо как понятия с каким-либо акцентированным внутренним элементом ПМК:

1. понятия-тела (системы тел),

2. понятия-напряженности (силы),

3. понятия-условия (обстоятельства),

4. понятия-законы (характерности),

5. понятия-движения (процессы).

Эти семь форм понятий в зависимости от нужд и задач нашего мышления и общения мы употребляем, как бы «повернув» их к себе требуемой гранью ПМК (или УМК). Тем более, что для человеческого языка (в частности для начала нашего, русского) суть понятия заключается в таком морфологическом элементе, как корень. А за счет структурно значимых частей слова (морфем) и предлогов мы образуем нужную нам форму понятия.

Морфемы и предлоги в русском языке – своеобразные кодовые ключи к образованию различных мыслительных форм. Например:

До последнего времени, вследствие не до конца осознаваемых закономерностей структурирования понятий по их элементам УМК, мы далеко не всегда использовали понятия правильно (т. е. с соблюдением их внутреннего строения). Из-за удобства тех или иных вариантов, традиций, заимствований… Но если человек нащупает скрытую здесь закономерность, ему открывается интересное, что поражает и удивляет каким-то тайным, но уже смутно осознаваемым смыслом. Одним из тех, кому первым удалось это сделать, был поэт Велемир Хлебников. «Найти, не разрывая корней, волшебный камень превращения всех славянских слов одно в другое…» – писал он (1986:7). Обратим внимание на один из его поэтических экспериментов: «Заклятие смехом» (1909):

 
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!
Что смеются смехами,
Что смеянствуют смеяльно,
О, засмейтесь усмеяльно!
О, рассмешищь надсмеяльных
Смех надсмейных смеячей!
О, иссмейся рассмеяльно
Смех усмейных смехачей!
Смейево, смейево,
Усмей, осмей, смешики, смешики,
Смеюнчики, смеюнчики.
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!
 

Исходный мыслительный концепт один – «смех», но благодаря игре морфемами использован с большим разнообразием. Вышел как бы целый сюжет. А его стихотворение «Кузнечик»? «Крылышкуя золотописьмом тончайших жил…» Сталкиваясь с совершенно незнакомым словом в его стихе, мы, тем не менее, прекрасно его понимаем, потому что подсознательно владеем законами формирования понятий. Нам хорошо известно понятие «крыло». Но известно как понятие-тело. Традиционно мы его ни разу не поворачивали к себе той стороной, где оно выглядит как понятие-движение. А Хлебников повернул! И получилось удивительное: совершенно новое слово, но тем не менее также совершенно понятное.

Предельно наглядно пентамодальность УМК видна в классическом примере академика Л. В. Щербы: «Глокая куздра штеко будланула бокра и кудрячит бокренка». «Куздра», «бокр», «бокренок» – понятия-тела. «Глокая» – понятие-характерность. «Штеко» – понятие-напряженность. Или, как замечает Кондратов, это «признак интенсивности, нечто вроде крепко, ловко. В силу этого оно не может быть обстоятельством места, времени, цели, причины, а дает характеристику глагола будлануть». «Будланула», «кудрячит» – понятия-движения. Благодаря морфемам, мы, не понимая до конца смысла этого предложения, все же представляем себе целую сценку, в которой действительно что-то произошло и продолжает происходить. Представляем, потому что сценка создана с соблюдением пентамодального принципа нашего мышления и мы мимо этого принципа «пройти не можем». Здесь мы осмысленно стоим на позициях структурной рефлексии, хотя с позиций содержательной рефлексии здесь полный бред. Но что бы мы ни говорили, мы выражаем это только с соблюдением универсального мыслительного кода: ведь образовался в мышлении задолго до возникновения человечества, и он одинаков для всех людей на земле, и одинаково проявляется в любом словообразовании.

Такое разнообразие форм понятий произошло со становлением языка. Если в коммуникативных сигналах субъект выражал мыслительные образы без выделения в них элементов ПМК (или УМК), то в языке для создания и выражения сложных образов он уже дифференцирует понятия по одному акцентированному пентамодальному элементу. Такое Обращение к внутренней структуре образов позволило выражать их усложняющиеся преобразования, позволило употреблять их вербально в виде сложных комплексов: предложений, суждений, умозаключений. Создать как основу языка для насыщенного человеческого общения.

Например, в английском:

В немецком:

Во французском:

В испанском:

Но это мы рассмотрели приложение УМК к словам и понятиям, как к теоретическим структурам «атомарного», простейшего, минимального масштаба. Однако по УМК структурированы все наши теории, от самых маленьких, до самых огромных, мировоззренческих, фундаментальных. Задача дня – видеть глазами Когнитолога пентамодальность в структуре любого контента, любого знания, любой теории. Начиная от универбального понятия до поливербального – целого высказывания. От лексемы до синтаксемы. Видеть и ориентироваться в них для безошибочного распоряжения любой информацией, какой бы она не была: запутанной, ошибочной, лживой или сырой.

Знание гиперциклической природы самоорганизации Жизни позволяет считать, что пентамодальный концепт или универсальный мыслительный код – это тоже своеобразный гиперцикл! Каждая модальность в нём есть сравнительно свободное множество, замкнутое на все остальные. Таким образом, принцип строения нашего мыслительного операнда – пентамодально структурированной идее – позволяет ей быть удивительно гибкой и универсальной информационной моделью. Именно такой, какая и позволяет проявлять все разновидности интеллектуальной самоорганизации.

Рисунок 6.3.3.2

На заре эпохи познаваемой рефлексии, сделав свое мышление предметом своего мышления, философы практически сразу же попытались сделать его правильным, безошибочным, наиболее продуктивным. И для этого они создали такую науку, как логика. Не понимая ещё до конца всех законов мышления, они в своих усилиях шли по этому пути почти исключительно опытным путём. Можно сказать, «на ощупь». Выделяя различные мыслительные структуры, они пытались их формализовать, абстрагироваться от их содержания и в действиях над ними нащупать какие-то закономерности. И это им в огромной степени удалось. Но до последнего времени, вплоть до XX в. логика оставалась монологической дисциплиной предметоцентрического характера, а Логики так и не сумели занять в научном сообществе предвосхищаемого ключевого места.

Истинное место логики в когнитологическом знании открывается только с метасистемным познанием мышления как эволюционного явления. Только после этого логике отводят место как подразделу когнитологии. А в последней уже диалогично раскрывается суть мышления как функции нервной системы (с мозгом). В когнитологии мы открываем ПМК (или УМК) и тем подводим черту под целой эпохой в познании человеком своего мышления.

Эта эпоха – осознаваемо-рефлексивного мышления.

Открыв пентамодальный концепт (ПМК) или универсальный мыслительный код (УМК), или теорию теории, или, по Д. С. Лихачёву «обобщённую мыслительную единицу», человек сделал важнейший транскультурный шаг: от осознаваемо-рефлексивного мышления принципиально приблизился к другому, более высокому: осознанно-рефлексивному.

Открытие УМК является необходимым условием для рождения в нашей научной культуре такого учёного-фундаментальщика, как Когнитолог.

Такого учёного, который располагает в науке, согласно определению А. Эйнштейна, той самой «некоторой единой системой мышления»…

УМК – это наш компас самоориентации в любых когнитивных информационных системах, структурах, потоках и массивах!

Открыв УМК, мы подошли к решению проблемы теоретической интеграции всего научного знания. И это решение представлено здесь, в 6-й части.

…Подробнее об универсальном мыслительном коде – смотри в книгах автора.

Ещё, как ты знаешь, Читатель, в нашем языке существует слово «мем». Что это такое?

«Мем» – это единица культурной информации, которая может быть представлена в таких формах, как теории, пословицы, мелодии, шутки, жесты и другие формы, запавшие в память людей и передающиеся от одного человека к другому (как в устной форме, так и в письменной/визуальной). Определение слова «мем» достаточно широкое, так как оно охватывает большое количество культурных и социальных явлений.

Термин «мем» придумал известный биолог Ричард Докинз в 1976 г. Он выдвинул идею о том, что вся культурная информация человечества, состоит из базовых единиц – «мемов», словно биологическая информация, состоящая из «генов». Как и «гены», они могут быть подвержены некоторым мутациям, естественному отбору и искусственной селекции. На основе идеи Докинза была создана целая дисциплина – «меметика».

С точки зрения Когнитолога – прекрасное решение для структурной ориентации в культурном пространстве, позволяющее понимать его строение, тенденции и ту же фрактальность…

6.3.4. Осознание фрактальной природы мышления

Фракталом называется структура, состоящая из частей, которые в каком-то смысле подобны целому.

Определение, данное автором этого термина Бенуа Мандельбротом в 1975 г.

Понятие «фрактал» входит в лексикон учёного, умеющего мыслить в постнеклассической научной парадигме. При освоении ноосферного мышления, при ноосферной когнитивной самоорганизации совершенно необходимо представлять и понимать, что такое фракталы.

Фракталы (лат. fractus – дроблёный, разломанный, разбитый) – геометрические фигуры, обладающие свойством самоподобия, то есть составленные из частей, каждая из которых подобна всей фигуре целиком. Фрактал – это фигура, подобная себе самой на разных уровнях структурности или в разных масштабных размерностях.* Синоним: изоморфные структуры. Отсюда слово «фракция».

Фракталы в неживой природе: береговые линии, горные хребты, снежинки, облака, молнии, узоры, образующиеся на стёклах, кристаллы, сталактиты, сталагмиты, геликтиты.

Фракталы в живой природе: кораллы, кроны деревьев и листья растений, морские звёзды и ежи, морские раковины, плоды (ананас), цветы и растения (брокколи, капуста) и т. п. В человеке четыре органа, работающие по фрактальному принципу: лёгкие, кровеносная система, нервная система и мозг. Примеры фракталов:

Бронхи и альвеолы

Кровеносная система

Фрактальное дерево

Кривая дракона

Множество Коха

Треугольник Серпинского

Для ноосферной интеллектуальной самоорганизации понимать природу фракталов необходимо потому, что мозг работает по фрактальному принципу при отражении объективной реальности во всём её уровневом диапазоне: от мельчайших явлений до масштабов Вселенной. Именно благодаря способности мозга обрабатывать информацию фрактально, мы представляем, что из чего устроено, что из чего собрано, составлено и можем ориентироваться в строении мира и самих себя как его части.

Рисунок 6.3.3.1

Если условно изобразить структуру универсального мыслительного кода (УМК) пятиугольником, то графически фрактальную структуру мыслей можно представить так.

УМК уже по своему внутреннему строению устроен уровнево: в нём первая модальность «тело/система тел». Выход на более высокий уровень происходит через модальность «условия», «обстоятельства». Уход «вглубь» строения происходит через модальность «тело / система тел» которая может быть истолкована как «тело / детали, составляющие тело». УМК потому и универсальный код, что с ним мозг фрактально-пространственно отражает любое событие в структуре любых других событий, в том числе и себя и свой организм.

Если мы в реальности анализируем, «что устроено из чего», то для полного взаимопонимания должны отслеживать, в том числе и то, как «главная мысль устроена из других мыслей». То есть осознанно сопоставлять структуру реальности и структуру отражающих её мыслей (концептов, когнитивных конструкций, образов). Если творческий коллектив думает над одной проблемой, то и когнитивная структура этой проблемы у всех членов коллектива в их головах должна быть одинаковой. И она такая и есть, только эта одинаковость бывает осознаваемой или осознанной. В случае первом возможны расхождения во мнениях, а в случае втором коллеги, осознанно сопоставив структуры своих мыслей «по УМК», могут быстро выявить причины творческого непонимания и скорректироваться.

Понятие (термин) «фрактальное мышление» можно интерпретировать двояко:

– это мышление субъекта, работающее по фрактальному принципу (а оно по этому принципу работает у всех мыслящих животных на планете) и

– мышление человека, который осознаёт, что его мышление работает фрактально и мыслит с рефлексивным соблюдением этого принципа. Фрактально мыслящий человек – это человек, сознательно сам соблюдающий принцип фрактальности в своём мышлении и не позволяющий его нарушать своим собеседникам в их размышлениях.

Знание фрактального принципа работы мышления – это достижение научной структурной рефлексии. Без понимания этого принципа мы не осознаём наш мозг самоорганизующейся системой в необходимых деталях и, следовательно, не можем полностью интеллектуально самоорганизовываться. Можно сказать, что путь к ноосферному мышлению и к ноосфере лежит (в том числе) и через понимание фрактального принципа работы мозга.

6.3.5. Что такое ЦСС – цикл ситуационной самоорганизации

Принятие решения – один из самых интересных моментов в развертывании системных процессов. Тот факт, что само понятие принятия решения долгое время изгонялось так называемой «чистой наукой» из области научных исследований, – лучшее доказательство того, что оно происходит на основе комплексных процессов мозга.

П. К. Анохин

Включение ЦСС в инструментарий Когнитолога стало результатом осознания цикличности когнитивной и поведенческой самоорганизации животного (и человека).

При этом было рассмотрено, что

1. Самоорганизация особей идёт циклами, и обозначенная модель по своей структурной отграниченности есть цикл. Нам не дано работать с реальностью иначе, как выделяя для понимания из неё какой-то фрагмент, и вот этим выделенным фрагментом в данном случае является такой цикл.

2. Этот цикл универсальный потому, что он как модель по своей природе фрактален и (как и универсальный мыслительный код) работает во всем уровневом диапазоне отражения мозгом объективной реальности. На нижнем (простейшем) уровне субъектной самоорганизации структура этого цикла «зашита» в подсознание, мы по нему осуществляем наши рефлекторные поведенческие реакции. В простейших поведенческих ситуациях, где «включение» сознания необязательно и даже обременительно. На высшем уровне субъектной самоорганизации – мировоззренческом – по этому циклу мы решаем проблему смысла жизни и просчитываем транскультурный переход к ноосфере.

3. Этот цикл ситуационный, потому, что через него субъект самоорганизуется, когда возникает новая, очередная или следующая ситуация. Что-то существенно меняется в самом субъекте, в окружающей его экологической нише… И всё это субъекту надо оперативно отразить, учесть, чтобы самоорганизоваться и выжить.

4. Почему это цикл субъектной самоорганизации – пояснять не надо: он есть конкретное проявление существования и движения самоорганизующейся материи.

Как мы знаем, на третьем уровне организации субъекты для обеспечения своего воспроизводства постоянно самоорганизуются в своих экологических нишах потоками и циклами информационных обратных связей. Очевидно, что субъект успешно самоорганизуется только в том случае, когда все части циклов будут увязаны между собой комплексно, и не просто увязаны, а наилучшим образом. Естественный отбор, отдающий предпочтение наиболее жизнеспособным мутантам, не складывает своего формирующего влияния нигде и никогда. Каждый субъект самоорганизуется ЦСС с таким информационным наполнением, какое ему по способностям и так осознаёт соподчинённость этих циклов, насколько позволяет ему его рефлексия.

Когнитивная деятельность – это процесс самоорганизации, идущий, как и любой другой, с выделением главных параметров порядка (ГПП) в соответствии с законами Природы. Этих ГПП бывает 5 ± 2. Если нет хотя бы одного главного параметра – система уже не будет самоорганизующейся. Её развитие при такой «недоукомплектованности» пойдёт однобоко, ущербно, несбалансированно. Система либо «зависнет» в своём развитии и будет дожидаться, когда этот параметр созреет и заработает, либо, не дождавшись этого параметра, деградирует и погибнет.

Рассматривая нейрофизиологическую историю становления и развития ЦСС, мы сегодня учитываем, что отбор его оптимальной структуры шёл и продолжает идти по наилучшему сочетанию возможных ГПП в структуре самого цикла. То есть идёт эволюционная шлифовка на всех структурных уровнях функционирования ЦНС и мозга. Будь то этот субъект ланцетником, рыбой, динозавром, млекопитающим или человеком. Но если до настоящего времени это делала «невидимая рука естественного отбора», то теперь, в эпоху научной осознанности, пришла пора это сделать нам самим, разобравшись в происходящем.

Открывая для себя явление ЦСС в рамках осознанной постнеклассики, мы задаёмся вопросом: каким «по идее» должен быть ЦСС, если пришла пора его выстраивать? Сколько и каких ГПП «от Природы» должно содержаться в его структуре, чтобы его отработка как универсальной модели в фрактально самоорганизующемся мозге давала наибольший эффект?

Мы знаем, что наилучший синергетический эффект возникает там, где ГПП максимально независимы друг от друга и максимально друг друга дополняют. Ещё эти параметры соподчинены двумерно: гиперциклически (в условно замкнутой системе) и линейно, протяжённо во времени.

Работая со структурой тех или иных ЦСС, мы рефлексируем, что сам Когнитивный ЦСС есть структурная модель возможной поведенческой самореализации субъекта. Модель КЦСС – это не прямая программа действий – это модель оптимальной структуры алгоритма действий. Или модель оптимальной по структуре когнитивно-поведенческой самоорганизации, которая в законченном виде (на выходе) имеет свой конкретный вариант решения и наполнения.

Открывая для себя суть КЦСС на концептуальном уровне, мы открываем для себя и диапазон его выражения мозгом – от простейшего варианта до сложнейшего.

В простейшем случае – это модель конкретной ситуационной поведенческой пересамоорганизации, отрабатываемой когнитивными рефлексами. Но если мы возьмём максимальный масштаб, сложнейшую осмысляемую ситуацию, то это будет культурный транскультурный переход. Основанием для общности простейшего и сложнейшего ЦСС в данном случае является фрактальный принцип работы мозга. Этот цикл универсален тем, что мозг его отрабатывает на любом уровне масштабности отражённых ситуаций в объективной реальности или в воображаемой, предвосхищаемой реальности. Этот цикл универсален как для директного, так и для рефлексивного мышления. Почему? Потому что он универсален для мышления вообще.

Можно считать, что смысл ЦСС спрятан в понятии «ситуация». Которая может быть какой угодно, но субъект вследствие заложенной в него программы борьбы за существование должен выйти из этой ситуации с честью. Понятие «ситуация» входит в концепт ЦСС, а понятие «цикл ситуационной самоорганизации (субъекта)» входит в меконцему понятия «ситуация».

Говоря о ЦСС как цикле самоорганизации, нам надо учесть, что во многом это цикл пересамоорганизации. В постоянно меняющихся условиях субъект так же постоянно вынужден менять одно своё самоорганизованное состояние на другое. Он меняет устаревшее понимание ситуации на новое, актуальное, а старое забывает. С другой стороны, это цикл и самоорганизации, ибо материя всегда самоорганизуется заново, в каждый момент и в каждой точке пространства.

Понятие «ЦСС» – это понятие концептуальное и абстрактное. Его мы держим только в нашем мышлении. В реальности каждый ЦСС имеет свою конкретную форму.

Субъект – уровнево организующаяся биологическая система, в которой самый глубинный когнитивный цикл ситуационной самоорганизации (КЦСС) есть часть психического цикла ситуационной самоорганизации (ΨЦСС), а последний есть в свою очередь часть этического (поведенческого) цикла ситуационной самоорганизации (ЭЦСС).

Наиболее часто меняемы ЦСС – это когнитивные ЦСС, мы постоянно отражаем происходящие вокруг нас события и их осмысляем. Но, естественно, не на каждое событие реагируем, потому большинство из них события «проходящие», не стоящие внимания.

Следующие по частоте сменяемые ЦСС – это психические ЦСС. Мы в них реагируем своими эмоциями. Но если эмоция слабая, она так и остаётся эмоцией. Нервная система среагировала на ситуацию – но незначительно. Тем не менее, через такое «дежурное» и внешнее пассивное чувствование каждый субъект контролирует окружающую обстановку.

Выше уровнем поведенческие (этические) ЦСС. В них субъект самореализуется, когда хочет и «надо». Но и здесь нам хорошо знакома масштабность и значительность циклов – от рефлекторного переступания затёкшей ногой до спасения от осознанной опасности.

Мы, субъекты, как материя, но живая, организуемся уровнево: мы живём «изнутри наружу». Чтобы ориентироваться во всей уровневой структуре цикла, мы применяем понятия

– когнитивный ЦСС – ЦСС, разработанный и рефлексируемый в мышлении;

– психический ЦСС – ЦСС, пережитый, разработанный и утверждённый психикой (разумом, эмоциями и волей). ΨЦСС – это созданный эволюцией типовой нейрофизиологический алгоритм, который мозг отрабатывает раз за разом при постоянно сменяющихся ситуациях;

– поведенческий (этический) ЦСС – воплощаемый субъектом психический ЦСС, принимаемый или принятый к исполнению локомоторными органами.

Эти циклы надо знать, ибо мы живём, работаем, творим и отдыхаем всеми этими циклами.

Когнитивный цикл ситуационной самоорганизации (КЦСС) – такой линейный алгоритм с обратными связями и/или гиперцикл (из информационных потоков) самоорганизации мозга, в котором эволюционно объединены информационные главные параметры порядка (ГПП) и из которого как из глубинной модели субъект наиболее эффективно уровнево самоорганизуется в последовательно следующих друг за другом любых отражённых ситуациях.*

Психический цикл ситуационной самоорганизации (ΨЦСС) – такой алгоритм с обратными связями и/или гиперцикл самоорганизации психики, в котором объединены главные параметры порядка (ГПП) и в котором субъект вырабатывает установки для наиболее эффективной психической самоорганизации.*

Этический цикл ситуационной самоорганизации (ЭЦСС) – такой алгоритм с обратными связями и/или гиперцикл самоорганизации, в котором субъект учитывает выработанные нравственные установки для наиболее эффективной поведенческой самореализации.*

Наш мозг настолько гибкий инструмент, что он может импровизировать количеством используемых ГПП в разрешённых Природой пределах. То есть работать не строго через 5 параметров, а через 5 ± 2. В каких-то случаях увеличивать ГПП до 7, а в каких-то случаях обходиться тремя. Постигнув законы когнитивной самоорганизации, мы сами можем импровизировать количеством ГПП в создаваемых нами моделях. Но такие импровизации – это управляемые девиации от основного русла. Если нет этого русла, то и девиации бессмысленны. Поэтому, чтобы в нашем мышлении были эти самые ± 2, в основное русло самоорганизации заложено количество параметров равное 5, и это количество есть «классическое» для ЦСС. Научившись играть количеством ГПП в ЦСС под различные ситуации, мозг стал ещё более гибким органом самоорганизации. Осознание этого эволюционного достижения заставляет нас говорить о когнитивных структурных импровизациях и не искать единого шаблона там, где его нет.

Рассмотрим содержание параметров КЦСС:

Первый параметр КЦСС – мотивационно-целевой.

При линейной трактовке КЦСС – это начальный параметр. Субъект его для себя выявляет тем, что своим мозгом считывает очередные внешние и внутренние предпосылки и уровневые неустойчивости, а затем вырабатывает исходный посыл. Любой цикл жизнедеятельности субъекта начинается с возникновения у него в сложившейся ситуации конкретного интереса или мотива. Проголодался – оглянулся, кого бы съесть; увидел опасность – бросился спасаться. Устал – остановился отдохнуть. Здесь субъект со своим воспроизводственным интересом выступает с позиции Непосредственного Участника.

Параметр «цель» в классических моделях пришло время осознавать нашим уровневым и метасистемно работающим мышлением как «цель/сверхцель». Настоящее видение цели приходит только при наличии «оттеняющей» её сверхцели – это аксиома.

Второй параметр – «Картина мира», её постоянный мониторинг и корректировка.

Меняющиеся ситуации – это для нас каждый раз новые ситуации. Неизвестные. Следовательно, заботясь об адекватности и эффективности поведенческой реакции, мы должны каждую новую ситуацию заново изучать. Или, по крайней мере, постоянно уточнять. Отрабатывая этот параметр, мы собираем необходимую, достаточную и объективную информацию, актуализируем нужные знания из памяти, делаем это метасистемно с соблюдением принципа экологичности: «думай глобально, действуй локально».

Особенность этого параметра в том, что здесь мы со своим интересом выступаем с позиции Стороннего Наблюдателя. Со сбором необходимой информации мы уточняем возможные в реальности варианты достижения цели и выбираем наилучший. Возможно, при мониторинге мы сознаем необходимость перепостановки цели, но при этом вектор сверхцели не меняем.

Третий параметр – технологический.

Как только цель определена и уточнена, мозг начинает отрабатывать алгоритм её достижения со всеми необходимыми этапами, звеньями, деталями… Для этого он дособирает дополнительную информацию и актуализирует из памяти дополнительные знания. Мозг вырабатывает поведенческий алгоритм как единую сценарную и/или технологическую модель, в которой связывает исходные условия постановки цели и планируемые конечные результаты.

Четвёртый параметр – рефлексивный (содержательный + структурный).

Быть объективными и непредвзятыми в когнитивной (интеллектуальной) самоорганизации нам позволяет данная от Природы рефлексия. Структура КЦСС без рефлексивного параметра принципиально несовершенна. Мы этот параметр для себя всегда учитывали и учитываем, но только с разной степенью осознанности. Мы можем отражать его подсознательно, каждый индивидуально, а можем отражать и сознательно, согласовывая его в общении.

Пятый параметр – итогово-результатный. В нём мы должны ясно и чётко мы представлять свою цель, свой ожидаемый результат.

Уверенно к аттрактору приближаться можно только в том случае, когда он чётко определён. Поэтому хочешь приближаться к поставленной цели решительно и уверенно – обеспечь себе её ясность и чёткость.

Интеллектуальная самоорганизация – это не только одномерный линейный алгоритм, где этапы следуют друг за другом. Да, своя линейность в Когнитивном ЦСС есть, но когда мы поднимаемся до отвлечённого отражения многомерного и уровневого устроенного мира, мы открываем для себя обратносвязевость и многомерность этого цикла. Он как клубок, как гиперцикл информационных потоков, направляя и контролируя взаимодействие которых, мозг в итоге выдаёт наилучший результат. Мозг выдаёт его не сразу, так как для максимального насыщения, применения и внутреннего согласования всех параметров КЦСС требуется время. Мозг как бы «выращивает» КЦСС в себе по законам внутренней самоорганизации. Такое выращивание тоже идёт по сукцессии, и наша задача, осознавая это, правильно её отработать. Определить её аттрактор и максимально приблизиться к нему в отпущенных судьбой временных рамках.

Выразим всё здесь сказанное про КЦСС в графической интерпретации.

Рисунок 6.3.5.1

1 параметр – мотивационно-целевой

2 параметр – изученческий

3 параметр – рефлексивный

4 параметр – технологический

5 параметр – итоговый, результатный

При пяти параметрах ЦСС имеет вид пятиугольника. Его «параметральные» вопросы:

– что я хочу? какова моя цель? Какова моя сверхцель или «цель за целью»?

– правильно ли я всё (в том числе и самого себя) понимаю? Точна ли моя Картина мира?

– как я своего добьюсь? какие применю технологии и сценарии?

– всё ли я правильно делаю? в какой когнитивной культуре мыслю?

– каков будет мой результат, и как буду переходить к следующему циклу?

Линейную структуру КЦСС мы используем в том случае, когда все переменные, все параметры чёткие, неоднократно отработанные, не требующие промежуточной коррекции.

КЦСС – это своеобразный гибрид линейной и самоорганизационной структуры. Которую мы в зависимости от ситуации и сложности можем представлять как преимущественно линейную структуру, как алгоритм, или преимущественно как гиперциклическую, самоорганизационную.

Линейную структуру КЦСС, охваченную обратными связями, можно представить так:

Рисунок 6.3.5.2

Но, как уже было сказано, КЦСС не только линеен, он и гиперцикличен!

Ожидаю, что ты, Читатель, меня обязательно спросишь: как КЦСС может быть одновременно и линейной, алгоритмической структурой, и гиперциклической, замкнутой?

Может. Потому что мозг разворачивает его протяжённость в воображаемом времени. И пока эта воображаемая протяжённость длится, мозг сопоставляет различные фазы созревания параметров, их взаимовлияние, и благодаря этому делает его управляемым. Пока мозг готовит цикл «к исполнению» и изучает ситуацию, он следует установке на самосохранение. Мозг собирает новую информацию для всех параметров – и для Картины мира, и для рефлексии, и для технологии… Собранную информацию он постоянно сопоставляет и с исходным желанием, и с выдвинутой целью. Во время изучения обстановки субъект может добыть такую информацию, что из установки на самосохранение или выгоды вообще откажется от своего первоначального намерения. Или рефлексией внесёт серьёзные коррективы в построение цикла. Не только мозг, но и вся психика субъекта метасистемно следит за тем, чтобы КЦСС был логически целен, непротиворечив. И как только будет обнаружено неустранимое противоречие между отдельными параметрами цикла (когнитивный диссонанс), то субъект от цикла отказывается целиком, ибо такой цикл не даст адекватной поведенческой реакции. Он будет искать принципиально новое решение. Отработку этого цикла мы знаем по фразам «обдумать ситуацию со всех сторон», «всесторонне рассмотреть проблему», взвесить все «за» и «против» и т. п.

Гиперциклическую структуру КЦСС с внутренними связями можно представить так:

Рисунок 6.3.5.3

В этой графической интерпретации цикл представлен свёрнутым в кольцо, но в кольцо не замкнутое, ибо от одного цикла мозг потом переходит к другому циклу. Когнитивная самоорганизация циклична. Кольцо в нашем воображении – это образ идеального цикла.

Почему мы подошли к осознаванию КЦСС только в коучинге и только в последнее время? Почему за всю эпоху существования философии это не смогли сделать те же философы? Потому что только 35–40 лет назад уровень прикладного интеллектуального сотрудничества вырос настолько, что ушедшие вперёд интеллектуальные лидеры начали конкретно и «от опыта» организовывать своих партнёров. Созрели необходимые культурные условия. И в нас, и вокруг нас, в социуме. Первые коучи поставили перед собой задачу сделать интеллектуальную и психическую самоорганизацию клиента осознаваемой, управляемой, технологичной. И, идя от практики, идя от нарабатываемого опыта, в рамках созревающей постнеклассики они создали такие модели, как модель «GROW», модель «четырёх вопросов планирования + формат конечного результата», «ЦЦПРР» и другие. Работало правило: получить максимальный результат при минимальных затратах. Добиться максимальной самоорганизованности при опоре на минимальное количество контролируемых и взаимодополняющих переменных или параметров.

Что в итоге и было сделано.

Ещё не сознавая, что наше мышление фрактально, классические коучи стали использовать эти модели как универсальные на всех уровнях отражения: от минимального до максимального.

Минимальный уровень – это уровень поведенческих рефлексов (увидел, прочувствовал и с привлечением простейших моделей автоматически – сразу же отреагировал). Этот уровень – уровень работы нашего бессознательного и подсознательного, обеспечиваемый рептильным мозгом.

Максимальный уровень – это уровень мировоззренческий, уровень смысла жизни. Чтобы на этом уровне осмысленно осознанно отреагировать, а потом активно и целенаправленно действовать, надо иметь научно проработанную концепцию своей жизни. А это уже усилия неокортекса.

Диапазон масштабности ЦСС – от простейшего безусловного рефлекса, который организм исполняет бессознательно за доли секунды (например, моргание) до сложнейшего научного транскультурного ЦСС, которым по нашим расчётам мы должны организоваться в ноосферу. На подготовку и исполнение которого мы уже тратим не годы – десятилетия. Что же касается самого масштабного биологического ЦСС, то это планетарно-космический ЦСС самой Жизни продолжительностью более 4-х миллиардов лет. Но субъект этого ЦСС – уже вся Природа.

С того момента, как только мы до конца открываем и научно осознаём, что такое ЦСС, мы всё в своём понимании «ставим на свои места». Мы выявляем оптимальное сочетание параметров и их информационное и функциональное насыщение. Мы научно-осознанно оптимизируем свою интеллектуальную самоорганизацию, делаем её ещё более эффективной.

Фрактальность и вездесущность КЦСС теперь мы, осознанно рефлексирующие субъекты, видим теперь в каждом нашем шаге, независимо от того, делаем ли мы его в мышлении и натурально, ногами. Этот самоучитель ноосферного мышления, который ты держишь сейчас в руках есть мой очередной КЦСС, который я выстроил и изложил для того, чтобы у тебя тоже было ноосферное мышление.

Освоив умение видеть свою жизнь потоком циклов ситуационных самоорганизаций, мы тем самым открываем в себе способность контролировать их текущее структурное состояние. И не только контролировать состояние циклов, но и создавать их. На сменяющие друг друга и уровнево соподчинённые ЦСС мы теперь смотрим через «структурно-рефлексивные очки». И если находим, что где-то и что-то в нашем ЦСС идёт не так (или может пойти не так), мы уже принципиально представляем, куда надо «влезть», чтобы исправить положение.

Мысли к теме:

Обдумывая свои действия, вы должны учиться. Вы должны исследовать ситуацию и всё время задаваться вопросами…

Сунь-Цзы, «Искусство войны»

Если ЦСС в нашем мышлении такое важное и распространённое явление, то наверняка в нашей культуре должен быть выработанный в истории когнитивный и лингвистический аналог, который позволял бы нам рефлексировать свою активность?

Да! Такой аналог или синоним есть. Это слово (понятие) «дело».

Умение делать любое дело – это и есть умение совершать любой ЦСС.

Когда мы интуитивно или сознаваемо самоорганизуемся под идею какого-либо задуманного дела, мы действуем по всем правилам природной самоорганизации: мы смотрим, что для запланированного дела надо предусмотреть и приготовить, чтобы провернуть, «разыграть», совершить его наверняка и в итоге получить желаемое То есть мы в задуманный ЦСС, другими словами, собираем необходимые главные параметры порядка (ГПП). Собираясь делать дело, мы (вернись к эпиграфу, Читатель!) мы принимаем решение. И вот как его правильно принять, не только интуитивно для себя, но и доказательно для других, мы, благодаря Когнитологу узнаём только сейчас

Здесь ещё раз прислушаемся к мудрости М. К. Мамардашвили: «Если тебе не удалась мысль, то не удалось ничего!»⁴⁹ Теперь, когда мы понимаем, что такое «ЦСС» и «КЦСС», мы структурно представляем, что нам «должно удастся», чтобы после этого удалось всё.

Понятие «Цикл Ситуационной Самоорганизации» входит в лексикон учёного, мыслящего в осознанно-постнеклассической научной парадигме.