Kitobni o'qish: «Ступени к лучшей версии себя. Маленький принц и великий святой»

© Мата С., 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

* * *

Предисловие

Все помнят «Маленького принца» Экзюпери? В последние годы читать и перечитывать эту «детскую книгу для взрослых» стало модным. Как бы забавно это ни звучало, но «Экзюпери сегодня в тренде». Эта книга случайно вновь попала мне в руки во время поездки в Америку, и с первых слов автора я ощутила невероятный поток энергии и почувствовала, как на меня снизошло некое благословение! Дело в том, что только вчера мы закончили с моим учителем Пайлотом Бабой – известным просветленным сиддха-йогом¹, спустившимся к нам с гималайских вершин, – тур с лекциями по городам США. Вчера я посадила его на самолет и он улетел в Германию, оставив за собой шлейф бесконечной любви и безмерного покоя. Находясь две недели в каменных джунглях «угловатого молодого великана» Чикаго, а затем плавая в волнах Атлантического океана, омывающего ленивый Майами, мы много говорили с Пайлотом Бабой о жизни. И как-то я проговорилась ему:

– Бабаджи! Главный редактор крупного московского издательства связалась со мной и попросила написать книгу о вас, о моей встрече с вами, о путешествии души, о Любви и об Истине! Но такую, чтобы она была доступна пониманию каждого и стала популярной!

– Это хорошая идея, Сати! Пиши! Пусть Бог благословляет тебя!

С этого момента при любой возможности я записывала на диктофон его рассказы о своей жизни. Тогда я понятия не имела, какой должна быть книга, способная изменить сознание людей, и не только тех, кто уже находится в духовном поиске на пути любви и сострадания, для которых я всегда писала. Но целью создания этой книги было стремление затронуть сердца именно тех, кто далек от слов «Бог, Йога, Просветление, Душа».

Бабаджи улетел. Утром следующего дня я сделала свою практику, взяла в руки детскую книгу с картинками французского автора Экзюпери и спустилась вниз к бассейну. Отсюда хорошо был виден серо-зеленый океан, который немного штормило, и я, наслаждаясь его величественным видом, открыла для себя Антуана Мари Жан-Батиста Роже де Сент-Экзюпери с его увлекательной биографией и его «Маленького принца»!

Сколько же общего было у Экзюпери с Пайлотом Бабой! Сейчас вы все удивитесь этому! Взять хотя бы тот факт, что оба были военными летчиками, пилотировавшими скоростные самолеты во время войны. Оба отличились в бою и удостоились за это боевых наград: Экзюпери дали «Военный крест», а Пайлоту Бабе – орден «Гоа Планк». Один из них был французским графом, другой – индийским принцем. Первый жил в замке, второй – во дворце.

К слову, возможно, когда Экзюпери в 1923 году потерпел одну, а затем, в 1935-м, пытаясь поставить рекорд при перелете Париж – Сайгон, и вторую аварию в Ливийской пустыне, к нему так же, как и к Пайлоту

Бабе, в кабину пилота явился сиддха-йог по имени Хари Баба и помог посадить самолет. Кто знает? Кто знает? Ведь именно эти аварии послужили мотивом для написания его знаменитого «Маленького принца». Может быть, поэтому Маленький принц от начала и до конца – эзотерический персонаж, способный пробудить даже во взрослых дядях и тетях искорку улыбки, идущую из самой глубины сердца.

Экзюпери и Пайлот Баба оба были писателями, и одному лишь Богу известно, что еще ожидало смелого и экстраординарного Антуана Мари Жан-Батиста в будущем, если бы он не покинул свое тело в 44 года. Видимо, великие Святые дают нам только два шанса в жизни? Третья авария для Экзюпери была смертельной.

Но давайте уже начнем наше путешествие по Гималаям, ведь нас ожидают настоящие захватывающие истории одного из самых легендарных людей Вселенной, прожившего 16 лет в Гималаях, – сиддха-йога, или человека, обладающего сверхспособностями, Пайлота Бабы, который при физическом рождении был наречен Адвайтом Капилом, а после духовной инициации стал Сомнатхом Гири. Обещаю, будет высоко и жарко!

Итак, вперед!

Глава 1
Кто хочет барашка, тот, уж конечно, существует

Ах, этот Маленький принц! Такой маленький, что помещается в наше сознание, которое не видно взгляду простого смертного. Он живет там, глубоко в нашей памяти, скрываясь от нас веками. И лишь когда мы готовы к встрече с ним, он приходит и просит нарисовать барашка. Барашка, когда-то ушедшего из своего собственного дома, отбившегося от стада, но барашка, в природе которого заложено возвращение обратно.

Забыв свое истинное начало уже с первых лет жизни, человек вынужден стать пилотом, географом, математиком и Бог знает кем еще. И все лишь для того, чтобы, не выходя за рамки системы, в которой выросли его родители и родители родителей, удовлетворить их же потребности и попробовать состояться как взрослая личность. Маленькое существо ограничивают уже с пеленок, надевая на него подгузники, заполняя пустоту рта сосками и связывая руки пеленками. «Не трогай! Упадешь! Стой!» – эти три «волшебных» слова формируют будущее отношение малыша к жизни. И вот ведь парадокс – на повороте первого двадцатилетия его поджидают уже повзрослевшие вместе с ним и укоренившиеся «Не трогай! Упадешь! Стой!».

Ах, этот Экзюпери!

«Право же, взрослые очень странные люди!» – то и дело повторял он на страницах своей сказки, пытаясь убедить нас однажды сбросить с себя маску взрослого и вновь раствориться в энергии внутреннего ребенка. Посмотреть на себя со стороны и со слезами на глазах обнять своего внезапно нашедшегося малыша, который забился в дальний угол сознания и все время ждал, когда же этот наполненный до краев собственной важностью взрослый обратит на него внимание и начнет улыбаться.

Улыбаться не потому, что его похвалили, дали бонус материального мира или просто потому, что так принято, а оттого, что он вспомнил кое-что о себе.

И это воспоминание оживило настоящую, подлинную радость на его лице, которая заставила смеяться все внутренние органы и все внешние «указатели на пути» под названием «Осторожно! Люди!».

Ах, этот Пайлот Баба!

С первых звуков его слов растворяешься в давно забытом материнском поле любви, которое мы так явно чувствовали, когда были совсем маленькими. И в этот момент ты осознаешь, что означает тотальная сдача Всевышнему. Ибо видишь себя годовалым, улыбчивым и доверчивым, идущим рядом с любимой мамой, которая крепко держит тебя за руку. Вопрос: «Мама, куда мы идем?» – еще не возник в твоей голове, и ты бесконечно счастлив тому, что рядом с тобой сам Господь, оберегающий твой покой, заботящийся о твоем быте и утирающий слезы, когда тебе тяжело.

Сколько раз в своей жизни мы еще будем с грустью вспоминать этот момент, но никогда не сможем повторить его. Потому что наш ум крепко зажал наши чувства в тиски социальных догм, материальных условностей и бытовых проблем, тем самым лишив нас искренних ощущений и настоящей любви.

Как такое возможно, чтобы человек-легенда, полковник авиации, участвовавший в двух войнах и не на словах знающий, что такое смерть, учил Божественной Любви и единению со своим бесконечным началом, объясняя миллионам учеников по всему миру, что такое Божественная Любовь, Медитация, Кундалини и Самадхи?

Как такое возможно, чтобы Экзюпери на первых страницах своей книги пытался описать историю рождения нашей души, ее путешествия по разным планетам и телам и в течение всего повествования старался пробудить сознание человека, «погрузив слона в удава» или опустив спящий потенциал человека в Змею-Кундалини?²

Как говорят святые, в жизни есть два пути: «Идти и получать» – развивать свое физическое тело и следовать за вещами или «Быть и получать» – развивать свое сияющее тело так, что все само приходит к нам. Единственный, «кто» тебя поддерживает в жизни, – это твой позвоночник. По сути, без твоей энергии он – всего лишь пустой и неподвижный сосуд. Чем наполнить этот сосуд, ядом или нектаром бессмертия, зависит от тебя самого и от той дороги, которую ты когда-то выбрал сам. Кем тебе стать, возможно, когда-то и решили твои родители, но наступает такой момент, когда ты сам делаешь свой выбор быть тем, кто ты есть!

Можно сослаться на Экзюпери и сказать: «Взрослые мне посоветовали не рисовать больше змей ни снаружи, ни изнутри,побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием. Потерпев неудачу с рисунками 1 и 2, я утратил веру в себя…». Не правда ли, часто встречающаяся история, в которой старшие «всегда лучше знают, что надо делать»? О да! Дети должны быть снисходительны к ним! Но как важно однажды не попасться на ту же удочку, что и ваши родители, взяв и повзрослев!

Быть ответственным и быть взрослым – совершенно разные вещи! Зрелые люди оказываются на поверку не менее безответственны, чем дети! Они оправдывают свои поступки гораздо искуснее, больше опаздывают и врут по привычке гораздо чаще, чем дети! Чем старше человек, тем больше лжи он носит внутри себя! Она складируется годами в клетках его памяти, блокируя живот и голову, не давая дышать полной грудью и быть хоть минуту в день самим собой. Этот груз человек уносит с собой в могилу, уходя в небытие в полном забвении о своей истинной природе. И лишь избранным удается вернуть себе способность чувствовать, любить, радоваться, жить и быть просто счастливым!

Помню, в одной из последних лекций Пайлот Баба сказал: «Станьте детьми! Уберите с лица маску, которую надели когда-то, чтобы защититься от внешнего мира. Дети не держат в себе обид и печалей! Они готовы прощать! Они любят искренне и не умеют притворяться! Врать они учатся у взрослых!»

Вот и выбор будущей профессии часто бывает обманом, который длится всю жизнь. Однажды поддавшись на уговоры родителей стать тем, кто зарабатывает больше денег, в ком нуждается общество и чье название профессии престижней, – многие лишают себя индивидуальности и возможности жить своей собственной жизнью.

Так и герой Экзюпери, разочаровавшийся во взрослых и их суетном, полном жажды ощущений существовании, стал пилотом и однажды внепланово приземлился в Сахаре, где встретил Маленького принца, который попросил его нарисовать барашка! Маленького принца, который так долго ждал, когда же его наконец «заметят».

Насколько стать пилотом – был выбор Пайлота Бабы? Имея королевские корни, обладая всеми благами этого мира, он взлетел над облаками и стал Мастером пилотирования военного самолета-истребителя. В далеком 1966 году его самолет начал стремительно падать, и именно в этот момент он вновь встретил своего Гуру Хари Бабу. Тот чудом появился в кабине пилота и совершил экстренную посадку, спася таким образом жизнь молодому летчику Адвайту Капилу, впоследствии ставшему всемирно известным йогом Пайлотом Бабой.

Нет, он не просил Адвайта Капила рисовать ему барашка, он попросил у него две рупии³ и исчез! «Хоть и нелепо это было здесь, в пустыне, на волосок от смерти, я все-таки достал из кармана лист бумаги и вечное перо», – писал Экзюпери… Бабаджи вынул из кармана две рупии, и его вечная жизнь стала отчетливо проявляться на белом листе его судьбы!

Глава 2
Материнская любовь всегда дает силы

– Лаллан! Хридай! Милые! Идите домой! Ваша любимая каша кхечари готова! – позвала детей женщина, выйдя во двор из огромного дома с резными каменными барельефами и деревянными ставнями на окнах. Яркое розово-голубое с золотыми цветами шелковое сари одновременно подчеркивало ее статную фигуру и индивидуальность. Черные длинные волосы рассыпались по плечам мерцающим каскадом, обрамляя смуглое лицо с огромными глубокими, но грустными глазами и пухлыми алыми губами.

– Лаллан! Хридай! – крикнула она еще раз и посмотрела по сторонам. Сначала к ней подбежал мальчишка лет десяти – темноволосый, худощавый, в коротких штанах, свитере и с сияющей милой улыбкой, а через минуту подоспел его младший брат. Этот был как две капли воды похож на мать. Она бережно погладила его сначала по вьющимся, черным как смоль волосам, а затем дотронулась до щеки:

– Лаллан! Ты совсем замерз! Иди домой! Грейся!

Мальчишки вошли в дом. Разувшись у входной двери, они пробежали по длинному коридору, вдоль которого стояли огромные статуи, и вбежали в столовую. Во главе огромного деревянного стола сидел, читая газету, отец. Несмотря на то что он был еще достаточно молод, по его волосам уже пробежала седина. Черты его лица были жесткими, движения резкими, но уверенными, и весь его внешний вид говорил о благородном происхождении. Но при всей его видимой воле, в образе также прослеживалась некая уязвимость.

На столе уже стояли приборы, и мать, семеня маленькими шажками из кухни в столовую, начала выносить блюда с едой. Дети помыли руки и даже пригладили волосы, позвали сестру и, стоя в стороне, ожидали знак от отца, чтобы сесть за стол. Он никуда не торопился. И, лишь дочитав газету, не говоря ни слова, кивнул, что означало «я готов приступать к трапезе», помолился и взял в руки ложку. Пока все обедали, мама то и дело суетилась вокруг семейства, так и не присев ни на минуту, время от времени выбегая в другую комнату, чтобы посмотреть на спящего в кроватке ребенка лет двух-трех. Отец не сильно обращал на нее внимание, лишь при случае показывал молча пальцем, что ему еще положить. Когда все были сыты, женщина убрала посуду и положила себе еду.

Осознаем мы это или нет, но у человеческого существа – множество жизней. Какую-то из них человек проживает счастливо, а какая-то проходит в несчастье. Счастливая жизнь – это результат хорошей кармы, накопленной в прошлом. Несчастья и болезни, которые приходят в нашу жизнь, – это свидетельство совершённых невежественных поступков, выпадающих на долю человека, чтобы помочь ему что-то осознать, понять и исправить. Не все, конечно, способны принять болезнь как благословение, а смерть близкого как освобождение, потому что само принятие зависит от зрелости души, а зрелость души – от совокупности пройденного опыта в прошлом. И все-таки есть люди, чьи души уже поднялись достаточно высоко, чтобы играть высшие роли в этой божественной пьесе жизни, при этом принимая активное участие в судьбах миллионов людей. Так, прежде чем «подняться в небо» и слиться с космическим сознанием, Пайлот Баба – он же Адвайт Капил – родился, вырос и упал…

Счастье и благополучие в этом рождении начинается с семьи, воспитания и полученного образования. В нескольких часах езды от Бенареса⁴, в большом и пыльном городе Сасараме, почти на границе с Непалом, на рассвете 15 июля 1938 года в богатой и известной семье Чандарма Сингха и Радж Тапешвари Деви родился мальчик, которого назвали Адвайт Капил. Мама нежно называла его Лаллан, видимо глубоко в сердце ассоциируя сына с каплей нектара блаженства, который ведет к духовному пробуждению.

Лаллан был красивым, разумным и не по годам интеллектуально развитым ребенком. В остальном он мало чем отличался от других детей.

Разве что частыми состояниями глубокой задумчивости, в которые он впадал иногда по нескольку раз в день. Но этому было две причины. Первая из них – великая душа, которая с рождения обитала в этом хрупком теле. Вторая – неблагополучные отношения между родителями Капила, которые через два года после рождения сына стали совершенно невыносимыми, и в скором времени отец ушел из семьи к другой женщине. В сороковые годы развод в индийской семье был порицаем и запрещен законом, и порой Капилу-младшему было невыносимо больно осознавать трагедию, которая разворачивалась дома прямо на его глазах. Но, несмотря на этот печальный факт, мальчик регулярно посещал одну из шести лучших школ Индии, в которой учились дети из высшего общества, и получал очень хорошие отметки. Иначе и быть не могло, так как отец Адвайта – Чандарма Сингх – был на тот момент министром, важной персоной в административном центре округа Рохтас штата Бихар и достаточно жестким и категоричным человеком. Часто он был в плохом настроении, обижал мать, кричал на детей, но иногда как будто бы приходил в себя и баловал родных сладостями и скупой отеческой любовью.

– Капил! Ты должен получить хорошее образование и стать главой этого государства! – будучи в хорошем расположении духа, говорил ему отец, хлопая сына по плечу. Почему-то теплоты от этого жеста Капил-младший не ощущал и особой любви к отцу не испытывал.

Шли годы, но конфликт в семье не утихал, и его мать – благочестивая и очень добрая, но несчастная женщина – уехала в Бенарес и стала исполненной любви преданной⁵ Господа Шивы. Капил-младший, как ни старался следовать наставлениям святых писаний, не чувствовал уважения к отцу и часто приезжал к матери, открывавшей ему день за днем красивый духовный мир, в котором самой большой силой считалась Любовь. Бенарес-Варанаси, или Каши, – разные названия одного города – находился в четырех часах езды от родной деревни Адвайта Капила – Сасарама, и мальчик мог легко преодолевать это расстояние несколько раз в месяц.

По сей день этот древний город, которому более 3000 лет, называют «центром Вселенной», Меккой духовной силы, в которой даже самые темные стороны личности освещаются светом разума, поэтому его и величают «городом божественного света». Считается, что здесь происходили игры верховного Божества индуизма Шивы. В этом славном городе на рубеже XV–XVI веков жил религиозный мыслитель Кабир Дас, в честь которого на одной из улиц Бенареса был сооружен храм «Кабир чаура матх». Родился в Бенаресе и известный индийский поэт Тулсидас, написавший эпическую поэму «Рамачаритаманаса», или «Море подвигов Рамы», ставшую одним из самых знаменитых духовных произведений в Индии. Сам Будда свою первую проповедь для мирян произнес в Сарнатхе, всего в нескольких километрах от Бенареса. Воспетый мифами и легендами, освященный огнями всех религий, пробужденный сознанием великих святых, отшельников, поэтов и королей, Бенарес по сей день привлекает большое количество паломников, ищущих истину.

В Бенарес приезжают, чтобы умереть. 365 дней в году 24 часа в сутки у стоп «матушки» Ганги не потухают погребальные огни. Проходя сквозь центральную набережную этого древнейшего священного города, кажется, что попал в дорогой голливудский блокбастер с нереальными декорациями. Здесь одновременно рождаются, женятся, совершают различные обряды, молятся, едят и умирают. За пару километров очень сочных красочных оранжево-бордовых пейзажей, отражающих силу солнца, можно понять смысл жизни и смерти. Мы пришли в этот мир, чтобы умереть. Но, идя к конечной точке этого рождения, мы заходим на разные этажи своего сознания, в которых хранятся пестрые истории нашей памяти. Открывая комнату за комнатой, мы играем ту или иную серию своей жизни, принимая ее за реальные события, радуясь и страдая. Но однажды с улыбкой осознаем: актер наигрался и уходит на покой, а жизнь… продолжается! Продолжается благодаря благословению Небес и любви Божественной Матери.

Частичка Божественной Матери есть в каждой женщине, в каждой маме. В сердце матери Капила этой любви было очень много. Она буквально вибрировала в воздухе, когда он подходил к ней и, касаясь ее стоп, чувствовал благословение, снисходящее на его голову через ее руки. О, ее руки! Самые нежные руки в мире, которые он не забудет никогда! Руки, прижимавшие его к сердцу, когда он был младенцем.

Руки, вытиравшие слезы с лица, когда его подстерегала неудача на пути. Руки, размахивавшие у лица указательным пальцем, обещая наказать проказника за непослушание. Руки, которые давали силу, где бы он ни находился. В этих руках был целый мир, целая Вселенная, наполненная до краев любовью.

– Мне тоже повезло в жизни, ведь я – мать, – говорила она постоянно своему сыну. Материнская любовь всегда дает силы. Пусть благословение матери пребывает с тобой, родной.

После насыщенных поездок в Бенарес и бесед с любимой матерью Капил оживал. По возвращении домой в Сасарам его привычная жизнь наполнялась смыслом, а встречи с друзьями становились более эмоциональными и радостными. У него было три верных друга, три брата. Вместе они запускали воздушных змеев с крыш домов, бегали по старому парку, играли в лесу, учились арифметике, истории и рассуждали о жизни и смерти.

Но несмотря на то что сердце матери было преисполнено любви и Адвайт мог утонуть в этом океане блаженства, мать все же была чем-то огорчена. Она как будто предчувствовала события, которые развернутся в жизни ее сына в будущем. Она почитала отшельников, давала им подаяние и готовила еду для них, но, вероятно предвидя неизбежное, оберегала сына от близкого общения с ними. Что было этому причиной? Сердце матери никогда не врет…

Однажды, зайдя глубоко в чащу леса, Капил впервые встретил отшельника по имени Хари Баба. В тот знаменательный день солнце заканчивало свой дневной обход и бородатато-облачный закат вступал в свои права. Несмотря на то что вечерело, птицы тихо продолжали свои трели, перескакивая с ветки на ветку. Оставшиеся лучи солнечного света ласково касались розовых щек Капила, падая на них кружевами теней от деревьев. В воздухе пахло одновременно свежей зеленью и сандалом, причем запах сандала преобладал над всеми лесными ароматами. Где-то недалеко послышался шум, и из тени зеленой сочной листвы выплыла фигура человека. И вроде бы не было в этом ничего особенного, но в тот момент Капилу показалось, что над пространством распространился яркий свет, и наступила оглушительная тишина.

Хари Баба был хрупкий, не более 45–50 кг веса, маленького роста отшельник, в оранжевых одеждах, с взлохмаченной бородой и волосами. Казалось, он не идет, а парит над землей. Капил его сразу узнал. Впрочем, слово «узнал» не совсем подходит к отношениям, которые пробудились между мальчиком и святым. Между ними была какая-то тонкая и очень глубокая «древняя нить», связывающая две жизни воедино. Их души танцевали, приветствуя друг друга и радуясь встрече. Таких отношений у Адвайта Капила никогда не было ни со своей кровной семьей, ни с друзьями детства. Это внутреннее мощное чувство, которое понять может лишь тот, кто связан прошлыми кармами, дхармами⁶, просветлениями и жаждой освобождения. Ведь отношения Ученика и Учителя самые крепкие из всех возможных в этом мироздании и длятся ровно до тех пор, пока оба не достигнут выхода из круга перерождений и смертей.

Их разговоры были немногословными. В основном они обменивались парой-тройкой фраз об общем положении дел. Иногда Хари Баба говорил какие-то слова, не совсем понятные Капилу, и исчезал, но каждый раз мальчишка знал, что этот странный человек вернется вновь. Капил давал ему одежду, еду и деньги, Хари Баба складывал их в суму, которая висела у него через плечо, но казалось, будто бы это все совершенно не интересует отшельника. Он всегда внимательно и с отеческой любовью, которой так не хватало Капилу в детстве, смотрел на мальчика и, улыбаясь, удовлетворенно качал головой.

– Я живу высоко в горах в Непале, – сказал как-то Хари Баба невзначай мальчишке с взъерошенными волосами, ясными глазами и полными губами, растянувшимися в открытой улыбке.

А однажды, гуляя по лесам и равнинам, отшельник прошептал на ухо мальчику:

– Ты – йог уже в трех воплощениях!

И, не промолвив больше ни слова, исчез.

Иногда они бродили совершенно молча, а порой смеялись. Тогда Хари Баба говорил:

– День, проведенный без смеха, как и без любви, – день без жизни.

Или произносил:

– Если ты начинаешь страдать, значит, ты не там, где должен быть!

Порой он учил Капила чему-то. Например, как плохие привычки трансформировать в хорошие:

– Единственный способ удалить старую привычку и закрепить новую – это все время направлять на нее столько энергии, чтобы старая была вынуждена незаметно удалиться, как гость, которого никто не ждал. Обычно, чтобы закрепить привычку, человеку необходимо около двадцати одного дня. Именно столько времени нужно, чтобы создать новые нейропсихические связи. Попробуй, и ты поймешь, как работает сила мысли и трансформации!

Были дни, когда Хари Баба что-то рассказывал об аскетах и правилах, установленных для них в Гималаях:

– Задача тех, кто отрекся от мира, – «вобрать» органы чувств внутрь, изолировав свой ум от желаний и соблазнов. Самая большая привязанность человека – это пища. Согласно закону монашества, садху⁷может попросить подаяние в течение дня, постучав в двери только трех домов. Если ему во всех трех откажут – он проведет свой день голодным. Если подадут какую-то снедь, то он соберет ее в один платок и, завязав все содержимое узлом, пойдет к реке и выполаскает присутствующий в пище вкус. Помни, мой мальчик, еда не для того, чтобы наслаждаться ею, а для того, чтобы поддерживать в теле жизнь!

На одной из встреч Хари Баба взволнованно заговорил с уже подросшим Капилом:

– Созданный Творцом безграничный мир населен бесконечным количеством живых существ. И человек должен что-то делать в этом мире. Важно не привязываться к своей деятельности. Иди и делай что хочешь, но постарайся не сбиться с пути! Не отягощай свою карму!

Это было как пророчество для юноши. Некий толчок искать свою миссию в этой жизни, и не просто искать, но и выполнить ее. Он осознавал, что все трепетнее ждет очередной встречи с отшельником, ведь только рядом с ним Капил чувствовал доселе неведомое ему чувство тишины.

Глава 3
Благословение Матери

Капил приехал в гости к матери в Бенарес и во время разговора с ней упомянул о последней встрече с садху-отшельником. Несмотря на глубокое понимание духовных истин, это знакомство с отшельником, их встречи и общение очень не нравились матери Капила. Пока он был мальчишкой, она просто ворчала, но когда он повзрослел, однажды завела с ним разговор о жизни:

– Сынок! Тебе уже пора задуматься о будущем и о своих желаниях! Кем ты хочешь стать? Что хочешь совершить в этой жизни? Чтобы чего-то достичь, ты должен чувствовать воспламеняющую душу страсть. Именно страсть является лучшим топливом для твоих желаний. Современные люди, живя в нашем обществе, утеряли страсть. Я не говорю сейчас о любовной страсти, я говорю о страсти к жизни.

Мама посмотрела на сына, который стоял возле двери, опершись на дверной косяк спиной и чуть запрокинув голову назад. Он внимательно слушал мудрые речи своей любимой матери, и она, убедившись в этом, продолжила:

– Как бы мне хотелось пробудить в себе радость утреннего пробуждения, полного энергии и свежести. Но с возрастом люди теряют способность наслаждаться каждым днем, пустые хлопоты и бытовые заботы поглощают их с головой и они становятся тяжелыми. У них напрочь отсутствует страсть жизни! Лаллан! Научись вдыхать огонь страсти во все, что ты делаешь. И ты быстро пожнешь богатый духовный и материальный урожай.

Мама остановилась и посмотрела на сына. Он выпрямился и готов был спросить что-то, но она перебила его:

– Начиная с сегодняшнего дня возьми свою жизнь под полный контроль. Никогда ничего не откладывай «на завтра». Помни, завтра не наступит никогда! Здесь и сейчас раз и навсегда прими решение быть хозяином своей судьбы. Веди свою собственную игру. Найди свое призвание, и ты испытаешь восторг вдохновенной жизни. И наконец, всегда помни: то, что находится позади тебя, и то, что впереди тебя,– ничто по сравнению с тем, что есть внутри тебя. Прошлого уже нет, будущего еще нет, есть только настоящее! Цени каждое мгновение своей жизни и не трать ее впустую!

Сын подошел к матери и крепко обнял ее. Она поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в макушку и, улыбнувшись, продолжила:

– Сынок, и самое главное – тебе пора перестать встречаться с этим йогом, который забивает тебе голову всякими глупостями об отречении от этого мира, и задуматься о карьере, о том, как стать полезным этому миру прямо сейчас!

Но куда уж! Душа мальчишки чувствовала покой там, где пребывал Хари Баба. Стоял ли он молча рядом, совершал ли агни-хотру (огненное подношение) возле костра, перебирал четки или просто гулял в лесу, Капил завороженно, а иногда даже жадно следил за ним, не отрывая глаз, буквально сливаясь с ним на уровне тонких тел. В эти моменты он испытывал прилив чувств, для описания которых очень подходит слово «любовь», но на санскрите есть более глубокое выражение – «бхава».

Бхава – это не просто чувство, сравнимое с безусловной любовью, преданностью, приводящими к божественному экстазу, его переводят как «состояние», «эмоция», «внутреннее психическое чувство», «становление», «рождение», «переход» или «бытие». Бхава – это поток божественной энергии, способный проявляться через каждого из нас. Бхава – это наше первоначальное, истинное чувство, в котором запечатлена «любовь в покое», или «покой в любви». Нужно только очиститься от всех остальных чувств и засветиться изнутри, как Солнце; засиять, как улыбка Божественной Матери. И пусть эта улыбка играет на ваших устах, этот луч озаряет ваше сердце, а те мягкость и лучезарность, исходящие от вас в этот момент, и будут высшей бхавой.

Бхава – это психическая энергия, с которой мы уже приходим в этот мир. Она хранится в ячейках нашей памяти, и, рождаясь, мы тут же начинаем транслировать ее окружающим, что также запечатлено в домах нашего гороскопа. С возрастом мы либо утрачиваем это чувство, становясь буквально «бесчувственными» и пустыми, подпитываясь лишь новыми ощущениями, получаемыми искусственным способом от внешней жизни, или приумножаем ее, молясь с чувством тепла в сердце, пребывая в молитве и действии, которое совершаем, и черпаем чувство благости внутри себя. Именно бхаву чувствовал Капил, пребывая рядом с отшельником и наблюдая за его лишенными мирской суеты мыслями и движениями.

В тот день, когда его мама попросила не встречаться с отшельником, Капил понял, что впервые в жизни пойдет против ее благословения. Он вышел из дома затемно и, сев на ночной автобус до Сасарама, все время думал о ее словах, о своей цели в жизни и в конце концов осознал, что желание встретить Хари Бабу было выше, чем все остальные.

Глава 4
Низко упасть, чтобы высоко подняться

«Маленький принц» у Экзюпери родился как раз после падения самолета, которым пилотировал сам автор одноименного произведения. И, пребывая в каком-то интересном состоянии, приближенном к коме, выйдя за пределы тела и ума, а возможно, находясь в здравом уме и при памяти, он встретился со своим внутренним Маленьким принцем, «маленьким гуру». Этот волшебный человечек и раскрыл ему иной смысл бытия, где процветает истинная любовь. И Экзюпери, и Пайлот Баба пережили кораблекрушение, но эта авария была связана не только с материальными ценностями, но в первую очередь с крушением ложного представления о нашем бренном мире и о человеческом Эго. Каждому из нас нужен «маленький друг», способный вывести нас из бетонного панциря нашего сознания и указать свет в конце туннеля…

Экзюпери писал: «Что-то сломалось в моторе моего самолета. Со мной не было ни механика, ни пассажиров, и я решил, что попробую сам все починить, хоть это и очень трудно. Я должен был исправить мотор или погибнуть. Воды у меня едва хватило бы на неделю. В первый вечер я уснул на песке в пустыне, где на тысячи миль вокруг не было никакого жилья. Человек, потерпевший кораблекрушение и затерянный на плоту посреди океана, – и тот был бы не так одинок. Вообразите же мое удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то тоненький голосок…»

Время шло. Получив хорошее образование, Капил выбрал военную профессию и стал летчиком. Он служил в военно-воздушных силах, носил красивый мундир, был лучшим из лучших, но при этом непокорным, дерзким и очень спесивым солдатом. На все претензии и приказы своих командиров он отвечал, что служит государству, а не им и награду ему вручал сам президент, а не они. Он всегда был готов спорить и конфликтовать – ох уж этот непокорный ум! Видимо, поэтому уже к 32 годам он был награжден высшими государственными наградами и носил звание полковника авиации. Но та коррупция, которую он видел в военно-воздушных силах, не давала ему покоя, ибо его внутренний стержень не шел на компромиссы и не искал «мягкой посадки». Он требовал справедливости ко всем, кто окружал его, и не поддавался на лесть и угрозы.

В 1961 году обострились отношения Индии с Португалией, которая к тому времени уже 450 лет управляла территорией нынешнего индийского штата Гоа как своей колонией. В военной операции под кодовым названием «Виджай», означавшей в переводе «победа» и продолжавшейся всего полтора дня, были задействованы воздушные, морские и сухопутные войска, и в результате Индия вернула себе управление этой областью.

В один из дней к Адвайту Капилу снова явился Хари Баба. «Пришло время стать известным! – сказал он. – Тебе необходимо будет сделать то, что до тебя еще никто не делал. Стать лучшим!» Он больше не сказал ни слова и растворился в облаках, нависающих над аэродромом.

В тот день Адвайт Капил был на военной базе в Гоа и сыграл в победе Индии решающую роль. Он знал, что португальские военные каждую ночь ходят в церковь, чтобы помолиться, и понимал, что если они не вернутся оттуда, то индийская сторона будет иметь большое преимущество перед противником. Никому не сказав, Адвайт Капил сел в свой самолет, через 12 минут был уже над церковью и сбросил на нее бомбу. Историческая индийская территория была освобождена от португальских захватчиков. Ради своей страны Адвайт Капил рисковал жизнью и был награжден в 1961 году орденом «Гоа Планк».

Никто не может избежать последствий своих действий! Святые говорят: «За рождение, жизнь и смерть человека отвечает карма (закон причины и следствия). Карма руководит всеми стадиями человеческой жизни как верховное божество. Она в ответе и за печаль, и за радость».

Всякая война – беда для обычных людей; темная ночь души, полная печали и страдания. Хоть Аристотель и писал, что «целью войны является мир», мы с вами прекрасно знаем, что достичь мира через борьбу невозможно. Ведь воевать ради мира – это все равно что кричать ради тишины. И вот ведь парадокс: неизвестно еще, что быстрее выйдет из моды – войны или люди. Любые сражения – это признак падения нравственности и отсутствия внутренней силы и мудрости со стороны тех, кто их затевает. Согласно духовным истинам, родителей должны хоронить их дети, но, если родители начинают хоронить своих детей, значит, нация и сам мир находятся в глубоком невежестве, что является предзнаменованием начала Эпохи Темноты.

И даже если я попытаюсь объяснить причину гибели того или иного солдата на поле боя с точки зрения кармы, станет ли это утешением тому, кто потерял отца, мужа или сына? Тем не менее, если боец погиб с честью, сражаясь за женщин и детей своей страны, – он обретает определенные заслуги и имеет хорошее рождение в следующей жизни. Для того чтобы убить кого-то на поле боя, тоже нужна невероятная сила духа и отвага. Собственно, взять на себя такую ответственность могут лишь избранные… Аесли к человеку, который виновен во многих смертях и в страданиях их родственников, приходит осознание его деяний и искреннее раскаяние – это может послужить мощным толчком на пути к духовной реализации.

«Каждый человек, кем бы он ни был, должен столкнуться с последствиями своих действий. Никто не знает, что случится в будущем. Но каждый человек, несомненно, должен будет пожать плоды своих действий»

Прошло еще несколько лет, прежде чем Адвайт Капил вновь заявил о себе. В 1965 году Индия вела войну с Пакистаном, где он принимал активное участие, получив звание полковника и еще одну боевую награду. Но в 1966 году, летая на русском военном самолете-истребителе, он попал в неординарную ситуацию, изменившую всю его жизнь. Неожиданно самолет, которым он пилотировал, исчез с радаров и начал падать.

Закрыв глаза и попрощавшись с жизнью, Капил готов был умереть, но в кабине неожиданно появился тот самый отшельник, который приходил к нему в Сасараме, – Хари Баба. Он пронзительно посмотрел на Адвайта Капила. Посмотрел так, что у молодого пилота «сердце остановилось». Казалось, это мгновение длилось целую вечность. Это был тот самый момент, называемый многими «Здесь и Сейчас», – когда мир вокруг замирает в одной точке, из которой видно все прошлое, настоящее и будущее. Эта точка и есть дверь в бесконечность.

– Твоя жизнь очень важна для этого мира! – Хари Баба сказал только одну фразу. После чего сделал несколько манипуляций руками в воздухе, пробормотал какие-то мантры, и самолет начал набирать высоту, затем выпустил шасси и вскоре сел на запасном аэродроме.

Он спас жизнь пилоту Капилу, попросив за это всего две рупии. Но то переживание «нахождения в моменте», которое он испытал в воздухе, изменило летчика навсегда.

Хари Баба исчез на два года из поля зрения молодого пилота, не оставив ему выбора.

Приземлившись, Адвайт Капил наконец-то осознал, что тот человек, кого он видел с первых лет своей жизни, был не таким простым и обычным, как ему казалось. И если неожиданные встречи с ним в разных городах не вызывали у молодого солдата удивления, то появление Хари Бабы в воздухе во время крушения заставило его серьезно задуматься. Задуматься о смысле жизни, прежде всего! В тот момент он осознал, что его душа больше ему не принадлежит! Он вверил ее в руки Хари Бабе, но тот внезапно исчез…

Существовать как прежде не представлялось возможным, а в голове постоянно звучали слова Хари Бабы: «Твоя жизнь очень важна для этого мира!» Эти слова спровоцировали следующий вопрос Адвайта Капила к самому себе: «Что мне еще необходимо сделать для мира, чтобы стать его лучшей частью?», затем трансформировавшийся в один-единственный маленький вопрос: «Кто Я?»

Очень скоро Адвайт Капил ушел из армии и переехал в Болливуд. Конечно, чиновники с неохотой отпускали в отставку героя двух войн. Но он, применив чудеса обаяния и убеждения, уговорил их, пообещав, что, если не достигнет просветления в течение трех лет, обязательно вернется в армию снова и будет служить государству до конца карьеры. Каждый день он ждал встречи с Хари Бабой, но тот не приходил. Он отправлял ему мысленные волны, иногда посещал места, где встречался с Хари, но тот молчал. Так Адвайт Капил начал работать в кино, снимать фильмы и участвовать в съемках. Собирался жениться, но по странной случайности не успел – его невеста вышла замуж за его лучшего друга.

Он обладал всеми благами этого мира, но по-прежнему был не удовлетворен своим бытом и окружающим его пространством. Хари Бабы нигде не было, что приводило его в состояние глубокой грусти и к чувству бессмысленности этой жизни, и тогда он принял решение бросить все и уехать в Непал. Почему Непал? То ли он слышал о местах силы в Непале от Хари Бабы, то ли где-то читал о святых, обитающих в Гималаях, то ли это было записано на подкорке его головного мозга, но за один день он свернул всю свою жизнь в Болливуде и уехал в Непал, решив уйти в горы…

Глава 5
История несчастной Любви Капила и Лакшми

Лакшми была красивой молодой девушкой, олицетворявшей для молодого Капила энергии и духовную мощь трех Богинь индийского пантеона – решительной и сильной Дурги, мудрой и красноречивой Сарасвати и добродетельной и процветающей Лакшми. Наверное, индийские поэты обязательно бы описали ее глаза, сравнив с «томным взглядом коровы», грациозные движения – с бегом лани, и, конечно же, нарекли бы луноликой. В ее гладко причесанные, длинные до пояса волосы был вколот букет ароматного жасмина, а само гибкое юное тело пахло кокосом и нежностью. Какого бы цвета сари она ни надевала, было очевидно, что не платье украшает ее, а она его.

Радость молодости девушки была настолько сладкой, что оторваться от нее было практически невозможно. Капил упивался этим вкусом и каждый раз, расставаясь, чувствовал себя опьяненным от послевкусия благоухающей любви. Она была из семьи богатого промышленника господина Эй. Ке. Сингха, переехавшей после признания независимости Индии из Непала в Чатгао, потом в Калькутту, а затем в городок на востоке штата Ассам – Тинсукия. Служа в армии, Капил посвящал ей все свои подвиги и трепетно ждал приближения дня, когда они смогут назвать друг друга мужем и женой. Но однажды Лакшми позвонила ему и взволнованно заговорила в трубку:

– Мой отец хочет выдать меня замуж за другого!

Адвайт Капил был в оцепенении. Он не мог поверить в происходящее и коротко спросил ее:

– Почему?

Она, сбиваясь от собственных слез, пыталась объяснить ему сложившуюся дома ситуацию, от чего все ее слова еще больше казались ему непонятными.

– Он хочет продать нашу с тобой плантацию и продать меня подороже! – кричала она в трубку. – Но я хочу быть с тобой!

Капил молчал. Он чувствовал, что земля будто уходит из-под его ног, но ничего не мог изменить. В бою он был героем, лишенным страха, но сейчас он ощущал, как с каждым словом любимой, доносившимся издалека, становится слабее и слабее. Вот-вот, и он упадет, сломается, исчезнет. Он смотрел в пол и видел бездну под собой. Он чувствовал невыносимую боль, которая постепенно сменялась внутренней агрессией, но по-прежнему не двигался с места и молчал.

– Оставайся там! Я скоро приеду к тебе! – крикнула Лакшми ему в трубку, и их разговор внезапно оборвался. В тот момент оборвалась и его жизнь.

Она не приехала ни через день, ни через два, ни через неделю и даже месяц. И Капил начал осознавать, что их расставание неминуемо, и все глубже и глубже погружался в свой внутренний мир. Более ничего не приносило ему удовольствия в этой жизни, несмотря на ее внешнюю пестроту и эмоциональность. Он ушел из армии и переехал в Болливуд снимать кино. Свои военные награды отдал друзьям. Китель сменили модные леопардовые пиджаки и цветные шейные платки. Короткую стрижку и строгую бороду – бакенбарды, начесанные чубы и стильные усики. Тяжелые сапоги – туфли на платформе, а для пущей важности в зубах появилась курительная трубка. Но все эти имиджевые штучки не радовали его. Так же как не доставляло удовольствия и количество вьющихся возле него юных красивых актрис. Взгляд молодого продюсера был отстраненным, скучающим и пустым. Часто в общении он ограничивался несколькими фразами или обычным кивком.

Летним вечером в его дом кто-то постучал. Открыв тяжелую кобальтово-синюю дверь, он замер от неожиданности. Перед ним стояла тонкая и прозрачная фигура Лакшми: глаза ее впали, создавалось впечатление, что два синих озера опустошила засуха. Ее щеки потеряли свою упругость, а тело было слабым. Она буквально упала ему в руки и произнесла:

– Я пришла к тебе! Я устала от этого фарса и лжи! Останься со мной навсегда!

Он ничего не ответил ей, просто крепко прижал к себе, пытаясь отогреть эту маленькую птичку, замерзшую на ветру жестокой жизни, своей любовью.

Несколько дней они провели вдвоем, разговаривая о прошлом и будущем, но что-то в воздухе не давало им расслабиться. Возможно, предчувствие трагедии?

Жизнь – это драма, трагикомедия, в которой каждый из нас играет свою роль. Все мы обречены на страдания и именно благодаря им имеем шанс подняться над своими привязанностями и терзаниями и выйти за пределы видимого мира, погрузившись в мир внутренний. Чаще всего именно боль является той самой отправной точкой, с которой может начаться иной путь. По сути, боль – это плата за неверно сделанные когда-то шаги. Но при этом боль – это и освобождение от своего прошлого.

– Не стоит бояться боли! – произнес Капил и внимательно посмотрел в огромные глаза Лакшми. – Не стоит убегать от нее! Любому человеку стоит войти в ее объятия полностью, испить до последней капли, но быть при этом осознанным.

– Почему ты говоришь о боли? – спросила его девушка.

– Потому что я чувствую, как она подступает к порогу этого дома, лезет в окна и затягивает нас в свои сети. Мы с тобой хоть и гоним ее мысленно прочь, но она, как карма, сильнее нас.

Они сидели на диване, и молодой мужчина нежно держал ее руки в своих, заглядывая через озера-глаза ей в душу. За эти несколько дней, проведенных вместе, она расцвела и вновь превратилась в восточную пряную красавицу. Неожиданно их покой прервал резкий мужской голос, доносившийся с улицы:

– Откройте сейчас же!

В дверь барабанили в четыре руки. Лакшми испугалась и с мольбой в глазах прошептала:

– Они пришли за мной! Не открывай им, прошу тебя!

Но Капил давно осознал, что их будущее предопределено и расставание неизбежно. Он отпустил ее за несколько секунд похолодевшие руки, спокойно встал и открыл дверь. В нее ввалилось несколько мужчин и женщин, которых он хорошо знал. Все они заговорили одновременно. В доме звучала какая-то какофония криков. Лишенное всякого благозвучия сочетание звуков разносилось по всему району. Негармоничное, режущее слух и бессмысленное нагромождение слов одновременно обрушилось на головы молодой пары. Капилу захотелось закрыть глаза и уши. Но остановить этот спектакль не представлялось возможным, и пришлось доигрывать свою роль до конца.

Дом огласил отчетливый мужской крик.

– Где же твоя мораль, девочка? – вбежав в комнату, закричал отец Лакшми, замахиваясь на нее руками.

Мгновение… Это длилось всего одно мгновение. Но Капилу тогда показалось, что за эту бесконечную секунду пролетели целые годы его жизни. Он наблюдал за происходящим – одни люди пытались найти оправдание поведению Лакшми, другие возмущенно ссылались на целомудрие женщины, которым она должна обладать во время бракосочетания. Лучший друг Капила стоял в стороне, опустив глаза, и молчал – вчера он был другом, а сегодня хотел жениться на его возлюбленной. Лакшми, рыдая, схватила за руку того, кого любила больше жизни, и просила его: «Если они все не уйдут сейчас, я обожгу свое лицо или убью себя! Не молчи! Скажи что-нибудь!»

Казалось, будто присутствующие в комнате замерли, и Капил наблюдал все как будто со стороны. Он отчетливо видел, как пошел в другую комнату и взял в руки револьвер, вернулся обратно и внимательно еще раз посмотрел на всех, а затем произнес:

– Я могу сейчас убить вас всех! Я могу сначала выстрелить в моего друга, затем в отца моей возлюбленной, а потом и во всех присутствующих. Зная, что она не будет после этого счастлива, я убью ее, а затем выстрелю себе в голову! Но я оставлю вас всех в живых, чтобы вы осознали, как ошибались в своем выборе. Ибо он был основан на материальной выгоде и всячески противостоял истинной первой любви и честным отношениям между мужчиной и женщиной! Я не боюсь ничего! И поэтому я просто убью себя!

В комнате повисла тяжелая пауза. Все были в оцепенении. Раздался выстрел… А затем все услышали, как падает тело, тяжело, неконтролируемо, безысходно, притягиваясь к земле со своей скоростью. Бездыханное. Свободное от страданий.

Капил поднял глаза на оцепеневшую в панике публику и понял, что выстрел был сделан, но по иронии судьбы пуля застряла в потолке. Лакшми потеряла сознание и лежала на полу. Сам молодой человек был в странном состоянии.

Он отчетливо понимал, что его организм отреагировал на стресс выбросом глюкозы в кровь, дал реакцию на «схватку с тигром», а затем, дав выход неконтролируемой агрессии, достиг состояния истощения и покоя. Но это было не просто состояние покоя. Это была настоящая медитация, во время которой он отчетливо увидел перед собой появившегося в пространстве Хари Бабу, взявшего из руки Капила пистолет и строго, с легким назиданием в голосе, произнесшего:

– Разве я не говорил, чтобы ты слушал то, что диктует тебе само время? Время все расставит по своим местам. Нельзя отвергать истину. Тебе суждено быть одиноким странником на дорогах жизни. В будущем ты станешь настоящим йогом, истинным отшельником, отрекшимся от материального мира. Если ты не прислушаешься к своим истинным желаниям, то будешь несчастен. Пусть Лакшми не останавливает тебя, если хочет, чтобы ты был жив. Пусть отпустит из плена своей женской любви. Тебя ждет встреча с любовью другого уровня, которой нет равных в этом мире. Я покинул тебя на долгое время, и ты, пребывая в одиночестве, нашел свой путь, так иди же по нему один, не останавливаясь, не размениваясь, не растрачивая свою энергию, и ты достигнешь того, зачем пришел в этот мир.

Хари Баба растворился в воздухе, как будто его и не было никогда. Несмотря на то что через несколько дней Капил сам передал свою любимую в руки лучшего друга, борьба между материальным и духовным внутри него еще продолжалась. Одна часть его ума неслась вперед, за горизонт собственных пределов, но другая мечтала о том, чтобы все оставалось по-прежнему. Он разрывался между очарованием этого мира и разочарованием в нем. С одной стороны, была любовь Лакшми, слава и уважение в обществе, а с другой, – полное отречение от всего этого и путь одинокого странника, не привязанного более к этому миру. Так, следуя наставлениям отшельника, заменившего ему семью, пережив невыносимую боль расставания с единственной любовью его жизни, он вырвался из оков иллюзии, в которой погрязло человечество, и дал себе шанс познать свое истинное начало.

Глава 6
Поиск Учителя

«– Нарисуй мне барашка! Мне не надо слона в удаве… –сказал Маленький принц».

Барашек или овца? Перед моим взором предстал Иисус. Нет, он не шел по воде, он брел во главе стада овец и говорил: «Истинно, истинно говорю вам: я – дверь овцам».

Учитель, или гуру, – это человек, способный пробудить наше сознание от сна невежества, снять шоры с наших глаз и помочь нам открыть в себе вселенский потенциал божественной любви. Пройдя свой путь, наполненный различными материальными и духовными опытами, он способен помочь каждому узреть мудрость в истоках собственного начала. В его силах помочь барану стать человеком, перейти из животного мира в мир человеческий. Ибо, пока в «рожденном женщиной» доминируют животные инстинкты – желание поесть, поспать, заняться сексом, – он все еще не стал человеком. Гу переводится с санскрита как «тьма», ру – «свет», то есть гуру – тот, кто ведет нас от тьмы к свету, показывая на собственном примере чудеса человеческого тела, ума и сознания.

«– Нарисуй мне барашка! Мне не надо слона в удаве… – сказал Маленький принц…

Когда мне было шесть лет, взрослые убедили меня, что художник из меня не выйдет, и я ничего не научился рисовать, кроме удавов – снаружи и изнутри».

Свойство «маленьких принцев», как и великих учителей, заключается в том, что они ломают нашу программу, заложенную в нас родителями, школой, друзьями, социумом; они рушат все стереотипы, нарисованные жирными чернилами материального мира в нашей голове. Эти «маленькие принцы» настолько открыты, чисты, лаконичны, целеустремленны и свободны, что порой не верится, что еще остались такие существа во Вселенной. И именно они способны спасти наше сознание от воздействия высокотехнологического прогресса, наступающего на мозги человечества, которое тонет в бурных волнах страсти и новых ощущений.

Эти «маленькие, но великие гуру» приходят в нашу жизнь, когда мы готовы наконец проснуться и обратить свое внимание внутрь. Тогда мы начинаем понимать, что внешний успех начинается с успеха внутреннего.

И если человек действительно хочет улучшить свой внешний мир, будь это работа, здоровье, взаимоотношения с другими людьми или финансовое положение, он должен в первую очередь улучшить мир внутри самого себя. Самый эффективный способ сделать это – практика постоянного самосовершенствования и строгая дисциплина во всем.Овладение самим собой – суть жизненного мастерства.

Адвайт Капил, еще будучи ребенком, встретил своего гуру. Но лишь после того, как тот явил ему чудо в кабине падающего самолета, Капил осознал, что это был всего лишь «знак на пути». Сам же этот путь был тернист – насыщенная жизнь молодого человека постепенно переросла в насыщенную смерть, ибо из состояния живого ему необходимо было научиться намеренно переходить в состояние мертвого, а затем осознанно проделывать этот путь обратно. В момент принятия решения Адвайт Капил еще не осознавал, что за выбор он сделал.

Потеряв всякий интерес к внешнему миру, он решил уйти в горы, чтобы попробовать жить по-другому. В тот день он ехал по серпантинным дорогам Непала. В один момент ощутив прилив невероятной энергии, он попросил остановить водителя в глухом, неведомом ему ранее месте. Почти на ходу он выпрыгнул из машины и побежал вверх. Он мчался по горам, ловко перескакивая с камня на камень, пробираясь сквозь прутья деревьев и небольшие ручьи, стекающие сверху. И с каждым прыжком ему становилось легче дышать! В воздухе пахло свободой, и этот запах завораживающе действовал на него, пробуждая новые, доселе неизвестные ему чувства. Казалось, почва под ногами вибрирует, а пространство становится шире… Вскоре перед его взором открылся новый мир. Мир, в котором господствовала энергия Гималаев и вибрации святых.

– Что такого в Гималаях, – спросите вы, – и зачем туда стремиться?

– Чтобы послушать тишину. Не безмолвие ночных улиц города, когда машины останавливают шумное движение и люди засыпают в своих кроватях, а тишину пространства, в котором отсутствует ум.

Мир, в котором мы живем, пронизан мыслями. Мысли материальны и, по сути, создают эффект происходящего с нами. В урбанистическом угаре мирской суеты нет покоя. Поскольку мы не прекращаем думать никогда, то наш ум не отдыхает, но при этом вибрирует на достаточно низких частотах. Люди продолжают размышлять даже во сне. Сон – это своего рода проживание кармы, эмоциональных состояний и подсознательных рефлексов. Думать о Боге 24 часа в сутки у нас не хватает энергии! Наши мысли связаны с людьми, вещами, желаниями, ситуациями приятными и не очень, выяснением отношений, эмоциональными всплесками и жаждой новых ощущений. Многие из нас даже не могут поверить в то, что каждое живое существо пришло сюда не для того, чтобы удовлетворить собственные изначальные потребности в еде, сне, сексе, а также заработать на машину и дом, а в первую очередь для того, чтобы вспомнить о Божественной Искре, живущей внутри, и помочь ей разгореться в вечное божественное пламя.

Так, низкий материальный мир любого города – это своего рода плацдарм для роста Эго. Человек потчует его неэкологичными «продуктами», что впоследствии отражается на здоровье его тела и ума и приводит к быстрой смерти.

Энергия Гималаев иная. Чем выше мы поднимаемся в горы, тем более разряжен воздух, тем комфортнее себя чувствует человек. Его тело расслабляется и автоматически расслабляется ум. Людей в высших точках Гималаев мало, да и те, кто там живет, чаще всего практикуют йогу и медитацию. Их ум пребывает в покое, созерцании и блаженстве. Поглощен познанием Истины. Отказываясь от мирских удовольствий, высвобождая материальную энергию, они начинают получать энергию психическую. Так их сила возрастает в тысячи раз и заполняет собой пространство горных хребтов. Именно там живут великие йоги, которые с помощью древней науки кайа-кальпы сохраняют молодым свое физическое тело на протяжении сотен и даже тысяч лет.

Попадая в их поле, ум даже самого неверующего и «толстошкурого» человека останавливается, а энергии в теле начинают двигаться в обратном от смерти направлении. Да, у обычного человека энергия движется сверху вниз, опуская его сознание из высшего к низшему, а у человека духовного – снизу вверх, позволяя ему отрываться от низменных инстинктов и постоянно помнить о своей истинной природе. Будучи в Гималаях, мы находимся под воздействием духовной энергии святых, незримо окружающих нас со всех сторон, и становимся подобными им, минута за минутой позволяя своему сознанию уйти от мысли «я есть тело, я есть ум» и поверить в то, что «Я есть нечто большее». Даже не так – «Я есть нечто большое или даже великое», «Я есть То»!

Адвайт Капил стоял на обочине широкой дороги и решительно смотрел вперед. Там, где-то за деревьями, начинались густые зеленые джунгли, а за ними виднелись гималайские вершины. Их таинственная энергия так манила его. Жажда самопознания была настолько велика, что он не пошел, а побежал по узкой тропе вверх и быстро достиг небольшого открытого пространства на берегу реки Нармады, которая огибала своей любовью огромные серебристо-серые валуны. Он увидел один из самых крупных камней и сел рядом с ним. Что-то не давало ему покоя, и он быстрыми движениями сорвал с себя все, что на нем было.

«Отречение от этого мира должно быть абсолютным! – подумал он. – Одежда – это тоже ограничение ума, привязанность. Мы носим одежду, скрывая под ней свои тайны! Я не хочу больше тайн! Я буду сидеть здесь до тех пор, пока Всевышний не обратит на меня свое внимание и не даст мне умереть от голода и холода!»

Ветер пронизывал его тело до костей, но он дал себе слово не сходить с места, пока не произойдет чудо.

И чудо произошло! Ему навстречу вышел человек и позвал его по имени. Там, в глухих джунглях, был тот, кто знал его имя?! Присмотревшись, он узнал в знакомых очертаниях Хари Бабу, который тихо произнес: «Я тебя два года ждал! Ты, должно быть, устал, но не от ходьбы, ты устал от внутренней борьбы. И это хорошо», – и он указательным пальцем показал на камень, на который Капил тут же безоговорочно сел. Он всегда был непокорным и дерзким, сопротивляясь системе и ее прислужникам, но в тот день он склонил голову с почтением и принял решение о тотальной сдаче йогину, стоявшему перед ним.

Моя встреча с Пайлотом Бабой также была предопределена свыше. Рассказав о ней однажды на лекции, он услышал удивленное восклицание из зала: «Как такое возможно – увидеть человека и вспомнить, кем вы были другу другу в прошлых жизнях?» И он ответил: «Это знание, которое приходит изнутри, и его ни с чем не спутаешь».

Глава 7
Я тебя год ждал!

Впервые я увидела Пайлота Бабаджи в Киеве в 2007 году. Юная, только что пережившая свой первый духовный опыт и готовая к приключениям своей «новопознанной» Души. В те дни я принадлежала к другой духовной линии преемственности, в которой был свой учитель – гуру из Швейцарии, благодаря которому я встала на путь йоги. Он не был просветленным, но был очень хорошо знаком с йогой. В июле 2007-го я должна была ехать к нему в Швейцарию, но за день до этой поездки я случайно попала на встречу с незнакомым мне тогда еще Пайлотом Бабой, изменившим в будущем всю мою жизнь. В тот вечер я располагала всего часом свободного времени. Я была «одета не по протоколу», а дома на плите на медленном огне варился овощной суп.

Я вошла в спортивный зал какого-то техникума, полностью заполненный людьми. 300–400 человек шумно ждали маха-йога-фокусника, по словам присутствующих, сидящего под водой по три дня и показывающего смертельные номера перед толпами взбудораженной публики. Время шло, а его все не было и чудес не происходило. Особо суетливые в зале начали возмущаться, требуя йога на сцену. И вот наконец, опоздав на час, Пайлот Баба вошел в зал.

Ему была уготована красная дорожка посреди зала, но он, вопреки всему, повернул влево и пошел по той стороне, где стояла я. Волной прокатился трепетный шепот: «Пайлот Баба… ш-ш-ш». И вот, поравнявшись со мной, девочкой в облегающем черном платье с декольте, он соединил руки перед грудью в индийском знаке приветствия «намасте», повернулся ко мне и поклонился. Я, вежливо и широко улыбаясь, поклонилась в ответ. Люди начали косо поглядывать на меня, не понимая, кто я.

Он прошел, не торопясь, к сцене и сел на свое место, прикрыл глаза, и, о чудо, все люди замерли! Их ум, казалось, остановился. Минута-две-три-пять… и тишина была настолько мощной, что слышалось биение пульса каждого.

И вот он заговорил: «Я приветствую вас, великие души! Все мы существа человеческие! Все мы пришли на эту Землю людьми, говорящими на множестве языков, имеющими различные культуры и традиции. Все мы развиваемся и пытаемся понять происхождение многих вещей, но только не себя. У нас есть тело, ум и душа – это известный факт. Также мы предполагаем, что у нас есть внешняя и внутренняя личности и что существует огромная Вселенная вокруг нас. Но каждый из нас видит лишь одно Cолнце и одну Луну, хотя на самом деле их тысячи. Вся наша система, видимая и невидимая, но всегда поддерживающая одна другую, циклично движется по кругу. Несмотря на то что тело человека является малой Вселенной, а вокруг него существует Большая Вселенная – и то и другое есть Бог. Поэтому осознайте, что Его тело – это и наше тело. А видение своего тела как тела Божьего есть самая великая эволюция, которая может произойти с нами в этой жизни. Порой нам хочется узнать все о Вселенной, которая имеет свои углы, впадинки, глубину и высоту, но не проще ли начать со своего тела и с путешествия вглубь себя? Ведь если каждый из нас поймет, что он и есть такой же механизм, как и Вселенная вокруг, мы сможем узнать даже самые сокровенные секреты мироздания…»

– Он говорит то же, что знаю я! – пролетело у меня в голове, ибо тот опыт, который произошел со мной в Индии в 2006 году, открыл мне знание о моей истинной природе и божественной любви.

Я, замерев от восторга, смотрела на этого человека без возраста и понимала, что его энергия опьяняет меня и возвращает туда, откуда я когда-то пришла. Он продолжал говорить, но я, глянув на часы, встрепенулась: «Мой суп явно уже сварился!»…

В момент, когда этот великий святой говорил об истине, я была вынуждена встать, поклониться ему и, демонстративно пройдя по всему залу, уйти.

Я улетела в Швейцарию. Год пролетел незаметно, и моя ежедневная практика, казалось, не приносила никакого результата. Я молилась Всевышнему, Божественной Матери, а также великим душам святых мудрецов, прося их послать мне в наставники реализованного йога. Одно из имен святых я повторяла ежедневно: «Алакх Нираджан», – произносила я в своей молитве, призывая родоначальника йоги, маха-сиддха и основателя ордена аскетов – Горакхнатха. И вот однажды, после медитации, в которой я просила об истинном гуру, я открыла глаза и увидела перед собой буквально клочок бумаги, где было написано: «Пайлот Баба в Киеве». Через день я сидела перед ним на коврике и внимала каждому его слову. Он проводил семинар, на котором говорил вроде бы простые и известные истины, но в этот раз они имели свойство проникать в мое сознание своей энергией, преобразовывая мою природу. В один момент я провалилась в необычайно глубокое состояние света. Когда я открыла глаза, он стоял надо мной и улыбался. Я улыбнулась в ответ и произнесла: «Я еду с вами в Индию!» И он спокойно ответил: «Я знаю! Я тебя год ждал!»…

Глава 8
Как, ты упал с неба?

– Как! Ты упал с неба? Значит, ты тоже явился с неба! – воскликнул Маленький принц после рассказа о том, что автор умеет летать.

Упал с неба и каждый из нас! Однажды! И по велению Души мы рано или поздно встречаем Маленького принца, который способен открыть перед нами врата домой. Экзюпери пишет: «Так я сделал еще одно важное открытие: его родная планета вся-то величиной с дом!»

Но ведь Дом находится внутри каждого из нас! В святых писаниях сказано: «Сахасрара чакра⁸ – ваша предельная граница, за которой заканчиваетесь вы как личность, или Эго, и из этой отправной точки начинается путешествие домой».

В очень далеком прошлом мы вышли за порог «своего дома», оставив там в заложницах свою Душу. И день за днем, удаляясь от нее, теряемся в поисках новых Чакра изображается как тысячелепестковый лотос светло-фиолетового цвета с сорока тремя пересекающимися между собой треугольниками, обращенными вершинами вверх и вниз, – символ Шри Чакры – чакры силы и благости.

ощущений и удовольствий. Душа, запертая в темнице нашего Ума, томится от того, что мы вспоминаем о ней реже и реже. А наш Ум, вовлекаясь в новые игры, отходит все дальше от Дома и забывает о том, что где-то его ждет Душа. Человек забывает о Душе, отождествляя себя с телом и умом, что неизбежно приводит к страданию. Вспомнить, что за внешней оболочкой находится великий Дух, – большое благословение, посылаемое нам свыше.

В течение миллионов лет Гималаи являются главной духовной горной грядой мира, обителью богов и домом великих святых. В них сосредоточена энергия мироздания и хранятся великие истины. Как роса испаряется под утренним солнцем, так и грехи человечества исчезают под взглядом Гималаев.

Адвайт Капил сидел на камне возле реки и пристально смотрел на человека, которого уже неоднократно видел в своей жизни. Хари Баба был все такого же маленького роста, очень худой, с пронзительными ясными глазами, в которых отражалась Вселенная. Как и когда-то много лет назад, его волосы были спутаны, борода завязана в узел, на лбу виднелись три линии, нарисованные пеплом, а посредине – красная точка, тилака⁹. Из одежды на нем было розовое короткое дхоти, или кусок ткани, повязанный на бедрах, который, несмотря на отсутствие стиральной машины в пещере, казался слишком чистым. Плечи аскета были чуть приподняты вверх, ребра на грудной клетке выпячены вперед, на шее висело несколько ниток из бусин рудракши¹⁰ и какие-то камни. От него исходил свет, который, казалось, имел даже приятный аромат. Этот аромат накрыл Адвайта Капила с головой, и тот погрузился в легкий экстаз.

История Хари Бабы уходила далеко в прошлое, и есть немного людей на земле, способных в ярких красках нарисовать его жизнеописание. Внешне ничем не приметный небольшой человечек, он принадлежал семье великих сиддха-йогов, чья цепь преемственности вела к лотосоподобным стопам самого Бога Шивы¹¹, от него – к Нараяне Бабе¹² и другим просветленным мастерам, последними из которых и стали Аватар Баба, Хари Баба и впоследствии Пайлот Баба.

Сиддха-мастера были и остаются редким исключением в этом бренном мире, так как их возможности всегда выходили далеко за пределы человеческого понимания. Они редко появлялись перед людьми и, тем более, демонстрировали им свои силы. Они могли передвигаться по воздуху и появляться в различных местах по своему желанию, уменьшаться до микроскопических размеров или, наоборот, увеличиваться до размера Вселенной. Умели в любое мгновение стать твердыми, как гора, мягкими, как река, легкими, как перо, и даже при необходимости вернуть мертвого с того света, сходив за ним туда самостоятельно. Они были способны влиять на умы живых существ, подчиняя себе людей, животных и духов. Их абсолютное и естественное единение с первоэлементами – водой, землей, огнем, воздухом и эфиром – давало им способность вызывать или останавливать дождь. Но самое главное заключалось в их способности умирать еще до прихода естественной смерти, иными словами – входить в самадхи – в состояние соединения с Истиной или экстатического духовного сна, в котором все процессы жизнедеятельности отсутствуют. И именно такой великий человек, обладавший всеми этими способностями, в тот момент стоял напротив Адвайта Капила и просто говорил с ним.

– Сиди здесь, пока я не вернусь! – сказал Хари Баба. Он легко дотронулся до макушки Капила рукой, повернулся на 180 градусов и растворился в свете уходящего солнца.

Капил опустился на камень и устроился поудобнее. Он не знал, как нужно правильно сидеть, как медитировать, о чем в этот момент думать, на чем концентрироваться. Какое-то время он ерзал и не находил себе места. Его ум то и дело перескакивал с мысли на мысль, как обезьяна, ужаленная скорпионом, с ветки на ветку. Казалось, тело начинало раскалываться пополам от жуткой боли, особенно сильно выворачивало коленные чашечки и тазобедренные суставы. Он зажмурил глаза еще сильнее и начал петь вслух мантру «Ом» так, как видел когда-то по телевизору. Внезапно он куда-то исчез.

Казалось, за несколько минут вся жизнь пронеслась в голове молодого и уже бывшего полковника авиации. Он видел своих родных и близких, вспоминал сложные отношения с отцом и невероятную любовь пребывавшей в постоянном страдании матери, видел дорогих сердцу братьев и сестру, разъехавшихся по миру. Перед его взором возникла Лакшми, которую он любил больше жизни и ради которой чуть не совершил преступление. Эта девушка была величайшей ценностью в его жизни, одновременно путем к цели и препятствием на этом пути. Всплыло воспоминание о том, как он мечтал о долгой и счастливой жизни с ней, но эта мечта в один момент оборвалась, а на ее место пришла невыносимая боль. Он увидел себя, сбрасывающего бомбы на людей, и сотни смертей, почувствовав в это мгновение внутренний холод и невыносимую боль.

Неожиданно воспоминания о прошлом прекратились, и он впал в состояние транса, уйдя куда-то далеко-далеко из материального, физического мира. Его тело растворилось, ум вышел за пределы самого себя и исчез в безграничном пространстве сознания. Ничего, кроме единения со всем сущим и невероятной сладости бытия, Капил не ощущал. Это было его первое быстрое самадхи, которое он получил благодаря благословению и шактипату¹³ от своего коренного гуру.

Когда он открыл глаза, перед ним стоял все тот же маленький аскет с чайником и металлическим стаканом горячего масала-чая в руках и удивленно спрашивал его:

– Чего ты здесь сидишь?

– Вы же сказали мне сидеть здесь и не уходить, пока вы не вернетесь! – нехотя возвращаясь из своего глубокого состояния, ответил Капил.

– Три дня прошло, а ты все сидишь, – не унимался йогин. – Идем со мной. Пора тебе дать новое имя, принять саньясу – обет монашества – и познакомиться с другими отшельниками и сиддхами, твоей будущей семьей. Они те еще шутники!

Медленно приходя в себя, Капил попытался встать. Казалось, с того момента, как он забрался на валун, прошло не более получаса. Осмотревшись по сторонам, он увидел, что даже солнце переместилось только на несколько градусов. Он обнаружил, что ноги затекли и не слушаются его. Поднимаясь с камня, он чуть не упал. Но, когда все-таки пришел в себя, обнаружил, что мир вокруг изменился. Точнее, его осознавание себя в этом мире поменялось.

Вместе с Хари Бабой они пошли вдоль реки. Органы чувств у Адвайта Капила обострились. Он ярко ощущал все запахи, наполнявшие Гималаи, видел и слышал, как вдалеке летит божья коровка и в нескольких метрах от него ползет муравей. Ему казалось, что он даже слышит голос своей матери, которая торгуется с продавщицей на базаре в Каши. Но что было удивительнее всего – ему казалось, что все это находится внутри него самого.

Бесконечная дорога по скалам то взлетала вверх, то спускалась вниз, а повороты сменялись один за другим. Несмотря на то что вечером сильно похолодало, ни Капил, ни Хари Баба не чувствовали этого. Неожиданно сердце Капила забилось быстрее. Он посмотрел вперед – на самой кромке горизонта виднелись белоснежные острые зубчатые горные хребты.

– Наконец-то я дома! – прошептал Капил в восторге от всей чистоты и красоты пейзажа.

Глава 9
Карма и баобабы

Нам кажется, что у нас всегда есть выбор. Возможно! Но, знаете, он заканчивается тогда, когда мы с вами однажды выбираем между красной и синей таблеткой, как в фильме «Матрица», и далее вынуждены неуклонно следовать выбранному маршруту кармы, написанной нами самими.

На планете Маленького принца было немного растений, тем не менее даже они делились на полезные и вредные, «красные и синие». Их семена спали под землей так же, как спят внутри каждого из нас наши хорошие и плохие качества. Орошая землю, удобряя ее, наверняка не знаешь, какое из семян даст плоды сегодня. Для того чтобы семени, способному в будущем дать ядовитые ягоды, не позволить прорасти, необходимо быть очень внимательным.

Как сказал Маленький принц: «Встал поутру, умылся, привел себя в порядок – и сразу же приведи в порядок свою планету. Непременно надо каждый день выпалывать баобабы, как только их уже можно отличить от розовых кустов: молодые ростки у них почти одинаковые. Это очень скучная, но совсем не трудная работа… Если дашь волю баобабам, беды не избежать».

Наша карма – это судьба, состоящая из самскар – рефлексов или глубоких эмоциональных привязанностей, которые с каждой жизнью дают семена и становятся огромными «баобабами» на карте нашей жизни.

Самскара, привычка прошлого, не уйдет сама собой. Сначала она станет небольшим росточком, затем укрепится в дерево, которое даст листья и плоды, после чего это «древо кармы» начнет увядать так же, как когда-то расцветало на солнце, и в конце концов исчезнет, стерев свои следы в нашей ментальной матрице и в сознании. И лишь не дав семенам кармы взойти на ниве своей нынешней жизни, мы можем достичь быстрой духовной реализации и успеха во всем.

Спустя два часа Хари Баба и его новый ученик наконец пришли в пространство, где их уже ждали пять других йогов. На вид они все были разными и одинаковыми одновременно – невысокими, худощавыми, бородатыми, некоторые из них с длинными волосами, заплетенными в дреды¹⁴, одни были без одежды, другие – в коротких набедренных повязках. Но при этом каждый из них обладал невероятной энергией, силой и внутренней красотой.

Капил сидел в стороне и, ожидая, когда его пригласят к «общему столу», рассматривал свое новое место обитания. Посреди густых деревьев с огромными столетними стволами были две-три пещеры, каждая из которых выходила во двор или на так называемую «летнюю террасу». Чуть выше в горах виднелось еще несколько «квартир отшельников», но их двери были закрыты на замок. Вход в каждую из пещер был не более одного метра высотой, поэтому пройти через него внутрь можно было, лишь хорошо пригнувшись. В каких-то жилищах были даже окна, но вместо стекол в них – доски. В центре общего двора горел огонь, возле которого, «завязав ноги в узел», сидел бородатый йог и помешивал большой деревянной ложкой чай, варившийся в котелке. Он зыркнул своим левым глазом на юного садхака¹⁵, при этом правым не переставал наблюдать за тем, чтобы молоко не сбежало из котелка. Капил еле скрыл улыбку.

– Ом намо нараяна! – донесся голос за спиной Капила.

– Ом намо нараяна! – ответили все присутствующие почти хором.

В сумерках было видно, как еще один садху, спускаясь вниз по горной узкой дорожке в расщелине, приближается к их костру. Подойдя к ним, он замахал приветственно рукой и достал из сумы, висевшей через плечо, бело-серый платочек, в котором был завернут гур. Гур, или, как его еще называют в Индии, сахараджа, тростниковый сахар, был настоящим деликатесом для садху.

Отшельник подошел к импровизированному столу, которым служил плоский камень, и, завязав еще лучше платочек, несколько раз стукнул им о поверхность. Затем развернул его, руками разделил сахар на несколько кусков и, положив их все на стол, присел к огню.

Через несколько минут чай был готов и все садху сидели вокруг костра с металлическими стаканами в руках, попивая горячий напиток вприкуску со сладким. Капил, сидя в их кругу, не мог поверить, что всего лишь спустя несколько дней после того, как он вырвался из каменных джунглей огромного города, пьет чай вместе со святыми, о которых он читал в книгах или слышал от кого-то и которые практически никогда не спускаются к людям.

Дальнейшие события происходили так быстро, что молодой отшельник не успевал опомниться. На следующий день он был наречен именем Сомнатх Гири, побрит наголо, завернут в набедренную тряпку оранжевого цвета, а на его груди появился плод дерева Шивы – рудракша.

Однажды вечером один из садху, живших с ними, подбрасывая дрова в огонь для приготовления масала-чая, сказал Пайлоту Бабе: «Хари Баба связан с тобой в течение нескольких воплощений. Он живет в этом мире уже очень давно. Сначала Баба ждал, когда в его жизнь придет Аватар Баба, а затем – ты. И вот он снова привел тебя к себе. Я тоже давно дожидался твоего появления. Наконец-то ты пришел! Конечно, мы бы сами тебя нашли уже давно, но ты постоянно преследовал святого. Пока ты находился в поиске и в ожидании встречи с ним, ты не мог его встретить. Но как только ты перестал это делать и решил погрузиться в самого себя, Хари Баба сразу же смог прийти за тобой.

Ум только тогда может вздохнуть с облегчением, когда его перестает привлекать материальный мир или какое-либо желание. Уму никто и ничто не принадлежит, но если он захочет, то ему будет принадлежать весь мир. Капил! Человек – это очень эгоистичное существо. Он всегда стремится к собственной выгоде. Если он в кого-то влюбляется,то эта идеалистическая любовь становится для него подобной миражу, за которым он гонится. Но вот его настигает разочарование, и именно тогдадают всходы семена отречения. Этои есть зов души, который не спутаешь с криком Эго».