Faqat Litresda o'qing

Kitobni fayl sifatida yuklab bo'lmaydi, lekin bizning ilovamizda yoki veb-saytda onlayn o'qilishi mumkin.

Kitobni o'qish: «Основы философии. Учебное пособие»

Shrift:

Pluralitas non est ponenda sine necessitate.

Уильям Оккам

От автора

О философии сказано много и большей частью много лишнего, не имеющего отношения к сути ее предмета. Эта книга не о философии, это сама философия. Если мы любим жизнь, если мы любим мудрость, если мы ценим разумное и доброе человеческое общение, если мы заботимся об этих чистых чувствах, значит, мы настоящие философы. Философия всегда где-то рядом, философия живет в нас, следовательно, искать ничего не нужно, достаточно внимательно приглядеться и прислушаться к тому, что уже есть, познать огромный и неповторимый мир нашего Я.

Эта книга – диалог. На протяжении всех ее глав разговор с читателем будут поддерживать Ignorant (профан), Doctor (ученый) и Мыслители прошлого и современности, оставившие наиболее заметный след в философии. Разговор будет идти на равных, ведь самым главным философом для человека является он сам.

Для удобства восприятия материала текст учебного пособия сопровожден маргиналиями, содержащими пояснения специальных философских терминов и понятий, а также схемами и рисунками. В конце каждой главы представлены наиболее острые и дискуссионные вопросы по изучаемым темам, не имеющие однозначных ответов, а также список литературы для дальнейшего более глубокого проникновения в философскую проблематику.

Глава 1.
Что такое философия? Введение в предмет философии

Не следует делать вид, что занимаешься философией, но следует на самом деле заниматься ею: ведь нам нужно не казаться здоровыми, а быть поистине здоровыми.

Эпикур

Диалоги

1.1. Специфика философского мировоззрения

1.2. Предпосылки философии внутри нас

1.3. Основания философской рефлексии

1.4. Структура философского знания

1.5. Основной вопрос философии и его аспекты

Действующие лица

Ignorant — профан.

Doctor — ученый.

Дэвид Юм — шотландский философ XVIII в.

Иммануил Кант — немецкий философ XVIII в.

Хосе Ортега-и-Гассет — испанский философ ХХ в.

Готфрид Вильгельм Лейбниц — немецкий философ XVII–XVIII вв.

Николай Александрович Бердяев — русский философ XIX–XX вв.

Фридрих Ницше — немецкий философ XIX в.

Вильгельм Дильтей — немецкий философ XIX в.

Мераб Константинович Мамардашвили — советский философ.

Карл Ясперс — немецкий философ ХХ в.

Иоанн Дамаскин — византийский философ VII–VIII вв.

Бенедикт Спиноза — нидерландский философ XVII в.

Пьер Тейяр де Шарден — французский философ ХХ в.

Мартин Хайдеггер — немецкий философ ХХ в.

Рене Декарт — французский философ XVII в.

Августин Блаженный — средневековый философ IV–V вв.

Аристотель Стагирит — древнегреческий философ IV в. до н.э.

Николай Кузанский — немецкий философ XV в.

Иоганн Готлиб Фихте — немецкий философ XVIII–XIX вв.

Конфуций — китайский философ VI–V вв до н.э.

Фридрих Энгельс — немецкий философ XIX в.

Жюльен Офре де Ламетри — французский философ XVIII в.

1.1. Специфика философского мировоззрения

Doctor: Скажи, любезный, считаешь ли ты, что можно хоть в чем-то быть абсолютно уверенным?

Ignorant: А почему ты спрашиваешь? А-а, знаю. Ты хочешь опять выставить меня профаном, не так ли? Но у тебя ничего не получится. Да поможет мне его величество здравый смысл! Например, я абсолютно уверен (да и ты тоже), что завтра опять взойдет Солнце.

Doctor: А на чем основывается твое утверждение?

Ignorant: На простом ежедневном наблюдении. Изо дня в день, примерно в одно и то же время происходит одно и то же событие – восход Солнца. Природа единообразна.

Doctor: Однако из того, что раньше было так, логически не следует, что потом все повторится. В том, что Солнце завтра не взойдет, нет логического противоречия.

Ignorant: Я не понимаю тебя. Что ты хочешь этим сказать?

Doctor: Только то, что восход Солнца нельзя обосновать дедуктивно, а только индуктивно. Однако индукция всегда опирается на неоправданное допущение.

Индукция (от лат. inductio – наведение) – способ рассуждения, при котором путём обобщения нескольких частных случаев выводится одно общее правило.

Дедукция (от лат. deductio – выведение) – способ рассуждения, при котором из общего правила делается вывод для частного случая.

Ignorant: Почему же мое допущение о том, что «так было и будет всегда, ибо природа единообразна», неоправданное?

Doctor: Потому что данное допущение о единообразии природы ты можешь полагать только независимо от опыта, так как ты ведь не можешь наблюдать всю природу в ее прошлом и будущем. Однако пытаясь оправдать предположение о единообразии природы, ты опять будешь ссылаться на свой опыт, а потом опять будешь утверждать, что так было везде и всегда. Ты попадаешь в порочный круг. Например, барон Мюнхгаузен рассказывал небылицы, а в подтверждение своих слов приводил «аргумент», что всегда говорит только правду.

Ignorant: Значит, ты хочешь сказать, что моя уверенность в восходе Солнца столь же неоправданна, как уверенность барона Мюнхгаузена в том, что он поднял себя за волосы?

Дэвид Юм: Наше мышление устроено таким образом, что, когда нам удается обнаружить некоторую регулярность, мы вынуждены верить в то, что эта регулярность сохранится в будущем. Каузально (индуктивно) эту веру обосновать невозможно, она у нас просто есть1.

Юм Дэвид (1711–1776)


Иммануил Кант: Да, нельзя не признать скандалом для философии и общечеловеческого разума необходимость принимать лишь на веру существование вещей вне нас и невозможность противопоставить какое бы то ни было удовлетворительное доказательство этого существования, если бы кто-нибудь вздумал подвергнуть его сомнению2.

1.2. Предпосылки философии внутри нас

Ignorant: Теперь мне хочется понять, что же побуждает людей философствовать. Откуда берется сама потребность к этому?

Doctor: Позволь мне прочитать тебе одно стихотворение. Оно хотя и наивное, но в нем очень глубокий смысл и, как мне кажется, в нем заключается ответ на твой вопрос.

 

Мудрейший мудрец

Когда темно и страшно,
Он входит в темноте…
И что темно – неважно!
Не страшно с ним нигде!
Он самый – самый – самый
Удалый – удалец!
Он храбрый – храбрый – храбрый,
Мудрейший он мудрец.
И если надо, горе
Он может победить!
И если надо, горы
Он может своротить!
Искать его не нужно
Вблизи или вдали,
Он не живет снаружи,
Он живет внутри…13
 

Ignorant: Кажется, я начинаю что-то понимать, но ясно выразить это не могу.

Doctor: Сейчас разберемся. Всю нашу жизнь можно сравнить с путешествием от определенного начала к установленному концу. Мы вправе спросить себя, что в этом путешествии будет зависеть только от нас?

Ignorant: Видимо, те ориентиры, которые мы выбираем в пути, те цели, которые ставим перед собой.

Doctor: Правильно. От этой нашей способности к ориентированию зависит качество нашей жизни. Более того, мы понимаем, что в самом главном и существенном мы должны полагаться только на себя, потому что у каждого из нас свой собственный уникальный и неповторимый путь жизни.

Ignorant: Однако с детства человека ориентируют разные люди и многие с готовностью берут нашу ориентацию на себя, тем самым облегчая нам груз ответственности.

Doctor: Но при этом необходимо помнить, что все равно самое важное для человека зависит только от него самого, от его свободного выбора.

Ignorant: Но всегда ли у человека есть свободный выбор?

Doctor: Не будем спешить с ответом, прибегнем к иносказанию. Вот тебе притча. Две вольные и свободные собаки были пойманы и привязаны к двум телегам. Они попали в одинаковые условия внешней несвободы, но вести они себя стали по-разному. Одна собака смирилась со своей судьбой и приняла ее. Телега ехала быстрей – собака бежала быстрей, телега ехала медленнее – собака шла шагом, телега остановилась – собака получила возможность лечь и отдохнуть. Другая же собака оказалась «свободолюбивой». Она грызла свой поводок, кидалась на телегу, упиралась лапами, лаяла и скулила, но телега неумолимо влекла ее за собой. И вот собака, совсем обессилев от неравной борьбы, кинулась под колеса телеги и погибла. Так какая из этих двух собак оказалась более свободной: первая или вторая?

Ignorant: Мне кажется, что вторая. Она не смирилась со своей ситуацией, пыталась противостоять ей. В этом ее свобода.

Doctor: Хорошо, но тогда возникает другой вопрос: а что дала ей эта свобода? А может, просто эта собака оказалась недостаточно умна и рассудительна и поэтому не смогла реально оценить ситуацию? У притчи есть продолжение. Первая собака увидела на телеге человека и поняла, что телега движется не сама по себе, а управляется им. Этот же человек, оказалось, был намерен проявлять заботу о собаке; он давал ей еду, причем такую обильную и питательную, о какой раньше, будучи свободной, она и не мечтала. Прошли годы, собака служила человеку верой и правдой, и вот человек решил подарить ей свободу и снял с ее шеи поводок. Но как только телега тронулась, собака, не раздумывая, побежала за ней. Возникает вопрос, можно ли эту собаку назвать свободной?

Ignorant: Мне кажется, что нет. Это просто зависимость от хозяина.

Doctor: Но ведь у этой собаки был выбор, она его сделала, то есть получается, реализовала свою свободу. Чтобы смысл притчи был ясен, нужно задуматься вот над чем: ставит ли нас жизнь в ситуации, когда мы не в состоянии противиться внешней необходимости? Возможна ли вообще «внешняя» свобода? В чем тогда проявляет себя наш свободный выбор?

Бенедикт Спиноза: А может, в том, что если мы изменяем свое отношение к тому или иному событию, тем самым мы и реализуем свою свободу? А если свобода – это лишь наше отношение к событию или «осознание необходимости» того, что с нами происходит, то в таком случае наша свобода всегда в наших руках и она безгранична?

Спор о свободе

Тезис: Строгий детерминизм. Мир управляется строгими и безусловными законами природы. Зная состояние мира в определенный момент времени и законы природы, мы можем утверждать, что будущее предопределено. Все объекты мира (включая людей) подчиняются тем же природным закономерностям, они не могут быть от них свободны. Следовательно, у человека нет никакой свободной воли.

Антитезис: Объективной свободы нет, но свобода переживается субъективно. Мы в состоянии почувствовать себя свободными. Кроме того, мы имеем возможность поступать по-разному. Если даже мы не можем не подчиняться внешней несвободе, у нас есть внутренняя свобода выбора (например, способа действия или отношения к происходящему)14.

Спиноза Бенедикт (1632–1677)


Doctor: Мне кажется, что каждое философское учение есть система ориентирования в жизни, следовательно, знакомство с этими системами расширяет пространство нашего выбора.

Ignorant: Однако у меня есть право соотносить любое философское учение со своим собственным жизненным опытом, рассматривать его с точки зрения практической ценности, полезности для меня. Ведь в конечном счете самым главным философом для каждого человека является он сам. Все дело в том, хорошим он будет для себя философом или плохим.

Doctor: О, кажется, ты уже начинаешь улавливать суть дела! Давай рассуждать дальше. Итак, мы целиком и полностью погружены, по сути, в одну реальность – жизнь как историю, временность. Данная реальность дана нам посредством различных форм «отражения».

Ignorant: За что?!

Doctor: А я не буду объяснять причину. Может быть, я несправедливый человек, сужу предвзято, но у меня есть возможность сделать это. Как ты себя при этом чувствуешь?

Ignorant: Мне непонятно и обидно. И обидно оттого, что непонятно. Я разочарован.

Doctor: Может быть, тебе хочется, чтобы этой «двойки» не было, и тогда бы твое мироощущение было бы гораздо оптимистичнее?

Ignorant: Конечно.

Doctor: Но нет! Это невозможно! Это уже случилось! «Двойка» у тебя есть! Вот она «красуется» в ведомости… А теперь давай подумаем, почему это для тебя так важно? Почему для тебя имеет такое большое значение и смысл цифра «2», выставленная на странице такой-то ведомости? Как это может повлиять на твою дальнейшую жизнь? Как от этого изменишься ты сам? Ты станешь лучше или хуже? С тобой случится что-то непоправимое? Представь себя через 10, 20, 30 лет. Вспомнишь ли ты вообще когда-нибудь об этом эпизоде твоей жизни?

Ignorant: Скажем так: этот эпизод может радикально изменить мою жизнь. Но я сейчас уже начинаю сомневаться, возможно, это будут изменения к лучшему. Как с той собакой из притчи. Я, например, могу сказать себе: «Ну что же, пускай, если так случилось, значит так надо. Во всяком случае, это не заставит меня стать хуже, ведь чтобы жизнь имела смысл, я должен доверять ей и учиться у нее. Я должен учиться быть лучше, совершеннее, ведь в этом заключается главная цель моей учебы».

Doctor: И вот мы видим, что Стена блекнет, теряет свои очертания и растворяется в воздухе; она перестает для нас существовать, исчезает как дым, и мы движемся дальше, проходя «сквозь» Стену.

1.3. Основания философской рефлексии

Ignorant: Все-таки, возвращаясь к нашему предыдущему разговору, можешь ли ты одним словом сказать, с какого самого простого и естественного свойства человека начинается философия?

Doctor: Пожалуй, с удивления. Об этом еще говорили такие прославленные философы, как Платон и Аристотель.

Ignorant: Я не совсем тебя понимаю. Я могу удивляться чему угодно, но это не значит, что у меня сразу же возникает потребность философствовать по этому поводу.

Хайдеггер Мартин (1889–1976)


Мартин Хайдеггер: Видишь ли, у Платона и Аристотеля речь идет не о случайном и поверхностном удивлении, не о какой-то мимолетной эмоции. Удивление всецело захватывает меня, является основанием моей мысли, присутствует и правит в каждом шаге философии. Удивление не дает мне потерять мою мысль, не дает рассеяться моему вниманию. Благодаря удивлению я «предрасположен» мыслить19.

Ignorant: Интересно, чему это я могу так удивиться?

Мераб Константинович Мамардашвили: А разве не удивительна сама возможность понять, что мы можем удивляться? Например, удивляться тому, что есть нечто, а не ничто.

Ignorant: В каком это смысле?

Мераб Константинович Мамардашвили: В том, что должно, казалось бы, быть ничто, а есть нечто. Таким образом, философия начинается с удивления, и это настоящее удивление не тому, что чего-то нет, а тому, что вообще что-то есть20.

Ignorant: Опять вы говорите загадками, господа философы. Вот, например, Я есть. И что же здесь удивительного?

Doctor: А ты подумай.

Ignorant: А что здесь думать. Я себя ощущаю и «изнутри», и «снаружи». Например, я каждый день вижу себя в зеркале. У меня есть свой неповторимый внешний облик, благодаря которому я отличаюсь от всех других. Короче, Я есть!

Doctor: Хорошо. Теперь представь, что ученые изобрели «универсальный дубликатор» УД-1. Ты заходишь в комнату, ее плотно закрывают, все твое тело сканируется до последнего атома и воссоздается с помощью нанотехнологий в другой комнате. Допустим также, что УД-1 может сделать несколько твоих копий. В принципе, все эти копии – это ты, они тождественны тебе, но они не тождественны друг другу, ведь их несколько, т.е. они тождественны тебе только качественно, но не тождественны количественно. Где же будешь подлинный ты? Или, став «многими», ты автоматически теряешь свою самотождественность?

Ignorant: Я даже представить себе не могу такую фантастическую картину!

Doctor: Хорошо. Подумай о чем-то реальном. Например, что происходит с тобой, когда ты меняешься с возрастом? Ведь меняется не только твой внешний облик, но и твое мировоззрение. Где же ты подлинный?

Ignorant: Я всегда был Я, сколько себя помню. У меня никогда не было ощущения «раздвоенности», «растроенности» или «раздесятиренности». Я – личность, и моя тождественность сохранялась всегда независимо от возрастных изменений. Я двухлетний и я сорокалетний неразрывно связаны. Эту непрерывную психическую связь хранит моя чувственная и биографическая память.

Doctor: В таком случае, дело не только в твоем внешнем облике. Например, когда ты спишь и видишь сон, где находится твое Я? Было бы неуместно ответить: мое Я лежит в кровати. В кровати лежит твое тело, которое в данный момент ты не чувствуешь и не осознаешь.

Ignorant: Неужели ты хочешь сказать, что мое Я во время сна «убежало» из моего тела, а когда я проснулся, то оно «вернулось»? Я всегда было во мне, потому что это продукт психической деятельности моего тела, точнее, моего головного мозга.

Doctor: Хорошо. Допустим, медицине удалось осуществить пересадку головного мозга, и твой мозг пересадили в тело другого человека. Что ты при этом будешь чувствовать?

Ignorant: Если тебе хочется фантазировать, так уж и быть, я поддержу твою игру. Наверное, у меня будет ощущение, что мне подменили тело, но ощущение моего Я не пропадет. Следовательно, не все биологическое тело существенно для личности, а только головной мозг, который и есть Я. Видишь, все просто.

Конфуций (552–479 до н.э.)


Ignorant: Кажется, я начинаю понимать, в чем заключается «загадка» восточной мудрости. Во-первых, эти суждения образные и в них много метафор, что обращено к нашим чувствам и создает благоприятный эмоциональный настрой. Во-вторых, эти суждения об обычных, житейских вещах и делах, т.е. они близки жизненному опыту каждого человека. И, в-третьих, в них есть логика, строгий порядок.

Doctor: Думаю, ты правильно мыслишь. Философствование – это ведь, по сути, исследование. Его «пусковым механизмом» является проблемная ситуация. Она заставляет работать память, прошлое соотносится с настоящим, ситуация получает качественную оценку. Тем самым начинается процесс творчества новых смыслов, рефлексия и саморефлексия, поиск критериев, выдвижение «рабочих гипотез» и проверка их на состоятельность. И результатом работы, неотделимым от всего процесса, является неповторимое мудрое суждение.

Ignorant: А можно, объединив всю философскую мудрость, сформулировать самые главные проблемы философии, к которым, как ручейки к реке, стекаются все остальные?

Критерий (от греч. kriterion – средство для суждения) – признак, на основании которого производится оценка, средство проверки, мерило оценки.

Метафизика (от греч. meta ta physika – то, что за физическим) – это суть философских дисциплин, которая делает темой изучения существующее как таковое, подвергает исследованию элементы и основные условия всего существующего вообще и описывает значительные, важные области и закономерности действительного. Метафизика во всей смене явлений и выражений ищет постоянное и связь.

Doctor: Думаю, можно. Например, Платон выразил это в своей знаменитой триаде «Истина – Добро (Благо) – Красота». Когда достигаешь одного, сразу же понимаешь смысл второго и третьего, ибо как основы бытия они неразрывно связаны между собой. Немецкий философ Иммануил Кант свел все многообразие философских проблем к четырем главным вопросам: что я могу знать? (метафизика); что я должен делать? (этика); на что я смею надеяться? (религия); что есть человек? (антропология). При этом последняя проблема, по Канту, включает в себя все другие (рис.3).


Рис. 3

1.4. Структура философского знания

Ignorant: Теперь меня интересует вопрос: что представляет собой само философское знание, какова его структура?

Doctor: Основными элементами структуры философского знания являются его разделы, которые суть различные философские дисциплины, обладающие своим предметом, категориальным аппаратом и методами исследования. Наиболее авторитетной считается «лейбнициано-вольфовская система» представления философского знания, сформировавшаяся в эпоху Просвещения (XVIII век). Она выступает как система, основу которой составляет онтология. Задача онтологии как «первой теоретической рациональной науки» – дать непротиворечивое обоснование возможности существования предметов и их порядка. Центральными проблемами этой «школьной» философской системы являются Бог, душа и мир.

Ignorant: А что изучает онтология?

Doctor: Онтология — это учение о бытии. В числе первых онтологических учений была философия представителя элейской школы Парменида, автора трактата «О природе». В онтологии исследуются проблемы бытия и мышления; бытия и небытия (ничто); бытия и становления; бытия и сущности; качества и количества; возможности и действительности; движения и развития; пространства и времени; материального и идеального и др. Нетрудно заметить, что в рамках онтологии исследуются вопросы, касающиеся предельных оснований мира28.

Ignorant: Хочется поговорить об этом подробнее.

Doctor: Всему свое время, не будем спешить. Слушай дальше. С онтологией неразрывна гносеология, или теория познания. Чтобы познать бытие, надо знать, что такое знание вообще и знание о бытии в частности. Возможно ли познание бытия? Каковы вообще возможности познания, есть ли предел и границы познания? Что есть истина и каковы ее критерии? Какие виды познания существуют? Как оценить роль научного познания? Эти и многие другие вопросы составляют предмет гносеологии29.

Ignorant: Мне кажется, что онтология и гносеология по своим проблемам как бы «перекликаются» между собой.

Doctor: Это действительно так. Гносеологическая проблематика вышла на первый план в Новое время, когда в связи с промышленной революцией стала бурно развиваться наука, и остро встал вопрос о достоверности знания и критериев его истинности. В ХХ столетии получила развитие эпистемология, раздел теории познания, посвященный закономерностям развития знания как такового, главным образом, научного.

Ignorant: А какие еще есть разделы философии?

Doctor: Этика (философия морали). Она оформилась в самостоятельную философскую дисциплину еще в античности. Термин «этика» ввел в философию Аристотель, написавший несколько трудов с этим названием: «Никомахова этика», «Евдемова этика», «Большая этика» и др. В Новое время этику называли практической философией, поскольку полагали, что именно через нее философия становится руководством к правильной жизни.

Ignorant: Я думаю, это название вполне справедливо, поскольку этика, насколько я понимаю, занимается нормотворчеством и предписывает определенные правила поведения на основе сформулированных ею общественных и личных идеалов.

Doctor: Однако следует добавить, что делает это она благодаря теоретическому обоснованию моральных понятий: добра и зла, долга и совести, чести и достоинства. История этики знает множество учений, в которых с разных позиций обосновываются мораль и цели нравственной жизни человека. Гедонизм, эвдемонизм (этика счастья), стоицизм, утилитаризм, ригоризм (этика долга), перфекционизм (нравственное совершенствование), теономная (религиозная) этика и др.30

1.5. Основной вопрос философии и его аспекты

Ignorant: А теперь меня интересует, в каких формах существует философское знание, иными словами, как можно упорядочить все многообразие философских концепций, взглядов, направлений.

Doctor: Разные формы философского знания существуют в истории и культуре в виде различных традиций, школ и направлений, полемизирующих друг с другом и несущих на себе отпечаток той или иной культуры, исторической эпохи и личности мыслителей. Философская традиция — это определенный тип философствования, характерный для той или иной культуры, культурно-исторической эпохи или широкого сообщества мыслителей. Каждая философская традиция обладает своим набором излюбленных тем, проблем и вопросов, а также неким общим алгоритмом их решений.

Ignorant: А какие существуют философские традиции?

Doctor: На самом деле их очень много. Вот один пример философской традиции, представленной широким сообществом мыслителей, – позитивизм. Позитивизм, поставивший задачу «онаучивания» философии, придания ей статуса строгой и эмпирически достоверной дисциплины, несомненно, является философской традицией, объединившей в своих рядах мыслителей и ученых разных стран и имевшей в своей истории несколько теоретических школ (например, «первая волна позитивизма», «вторая волна позитивизма» (эмпириокритицизм), неопозитивизм, постпозитивизм)33.

Ignorant: Ты упомянул философские школы. Поясни, что это такое.

Doctor: Что касается школ, то каждая значительная философская традиция объединяет школы, которые суть концептуально различные способы осмысления и решения тех или иных мировоззренческих проблем в рамках единой для данной традиции мыслительной и духовной парадигмы (от греч. paradeigma – пример, образец).

Ignorant: Наверняка представители разных философских традиций и школ ведут между собой споры по ключевым философским проблемам.

Doctor: В рамках современной культуры, пожалуй, уже нет места для ожесточенных философских диспутов. Но теоретическая и духовная борьба внутри одной мыслительной традиции и между традициями – одно из основных условий развития философской мысли. Вследствие этого философия подразделяется не только на традиции и школы, но и на различные направления и течения. Философские направления оказываются как бы сквозными: как правило, они выходят за рамки традиций и школ. К примеру, материализм и идеализм есть наиболее известные и широкие направления в философии, борющиеся друг с другом в различных культурах и эпохах. Могут выделяться и более мелкие философские группировки, объединяющие мыслителей по какому-либо концептуальному критерию. Сенсуализм (эмпиризм) и рационализм представляют собой разные течения в теории познания, отличающиеся друг от друга решением вопроса об источнике познания и критерии истины. Автономная и гетерономная этика по-разному решают вопрос об основаниях морали и источнике морального сознания.

Ignorant: А можно ли в философии выделить одну стержневую проблему, которая является неким водоразделом между философскими направлениями и течениями?

Doctor: Таким водоразделом может служить самая большая многоплановая проблема «мир – человек». Она, по сути, универсальна и может рассматриваться как всеобщая формула, абстрактное выражение практически любой философской проблемы. Вот почему она может быть в определенном смысле названа основным вопросом философии.

Ignorant: А что включает в себя этот «определенный смысл»?

Фридрих Энгельс: Основной вопрос философии имеет две взаимосвязанные стороны. Первая – это ответ на вопрос, что первично, а что вторично: бытие или мышление, природа или дух. Вторая – вопрос о познаваемости мира, т.е. может ли дух, мышление, сознание без остатка, без границ постичь материю, природу бытия, отразить в понятиях все многообразие универсума. Многие отвечают на этот вопрос положительно, в той или иной форме признавая возможность познания бытия. Те же, кто отрицает принципиальную возможность познания бытия, называются агностиками34.

Энгельс Фридрих (1820–1895)


Doctor: Ответом на основной вопрос философии можно считать четыре главных направления философской мысли. Это материализм, идеализм, дуализм и философия тождества. Сразу отмечу, что данная классификация весьма условна, и у нее только одна «школьная» цель – удобство систематизации философского знания. На самом деле любая по-настоящему глубокая философская концепция универсальна, и ее трудно «ограничить» четко определенными рамками философского направления. Об этом необходимо помнить всегда, обращаясь к творчеству того или иного философа.

Ignorant: Хорошо. Начнем с материализма.

Doctor: Понятие материального является одним из важных философских понятий. Материальное в философии – это все то, что воспринимается нашими органами чувств, а также имеет физические качества или свойства. Совокупность всего материального называется в философии материей.

Ignorant: Я не совсем тебя понимаю. Означает ли это, что материя – это некое «первовещество», из которого состоят все материальные объекты?

Doctor: Раньше действительно считалось, что материя и мировое вещество – это одно и то же. Материю, конечно же, можно назвать веществом, но это не совсем точно. Поэтому правильнее говорить, что материя – это все, что существует вне нас и независимо от нас, т.е. объективно, а также воспринимается или нашими органами чувств, или какими-либо техническими приспособлениями (приборами) и при этом имеет физические качества и свойства.

Советуем подумать:

Почему философию можно определить как специфическую форму духовной культуры, не сводимую ни к одной из других ее форм?

Почему философские вопросы называют вечными?

Раскройте содержание понятия «метафизика». Почему оно является одним из наиболее важных философских понятий?

Какие вопросы и проблемы, на ваш взгляд, вытекают из противоречий субъекта и объекта?

Советуем прочитать:

Бердяев Н.А. Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения // Н.А. Бердяев. Философия свободного духа. – М., 1994.

Вольф Р. О философии. – М., 1996.

Декарт Р. Рассуждение о методе, чтобы верно направлять свой разум и отыскивать истину в науках // Р. Декарт. Соч.: В 2 т. – М., 1989. – Т. 1.

Мамардашвили М.К. Как я понимаю философию. – М., 1992.

Ортега-и-Гассет Х. Что такое философия? – М., 1991.

Ясперс К. Введение в философию (любое издание).

Глава 2.
Что я могу знать? Введение в онтологию

Бытие… Таким именем существительным именуется то, что мы имеем в виду, когда говорим «есть», «было», «будет»… И все же, едва заслышав слово «бытие», мы уверяем, что за ним невозможно ничего себе представить, в нем невозможно ничего помыслить.

Мартин Хайдеггер

Диалоги

2.1. Всеединство бытия

2.2. Множественность форм бытия

2.3. Пространство и время

2.4. Креационная и эволюционная модели мира

Действующие лица

Ignorant — профан.

Doctor — ученый.

Фома Аквинский — средневековый философ XIII в.

Парменид из Элеи — древнегреческий философ VI–V вв. до н.э.

Зенон Элейский — древнегреческий философ V в. до н.э.

Аристотель Стагирит — древнегреческий философ IV в. до н.э.

Гераклит Эфесский — древнегреческий философ VI–V вв. до н.э.

Плотин — древнегреческий философ III в.

Авиценна — арабский врач и философ XI в.

Ибн Араби — арабский философ XII–XIII вв.

Сергей Николаевич Булгаков — русский религиозный философ ХХ в.

Майстер Экхарт — немецкий философ-мистик XIII–XIV вв.

Николай Кузанский — немецкий философ XV в.

Джордано Бруно — итальянский философ XVI в.

Бенедикт Спиноза — нидерландский философ XVII в.

Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг — немецкий философ XIX в.

Демокрит из Абдер — древнегреческий философ V–IV вв. до н.э.

Готфрид Вильгельм Лейбниц — немецкий философ XVII–XVIII вв.

Рене Декарт — французский философ XVII в.

Пьер Абеляр — французский философ XII в.

Уильям Оккам — английский философ XIV в.

Вернер Гейзенберг — немецкий физик ХХ в.

Пифагор — древнегреческий философ VI в. до н.э.

Рене Фредерик Том — современный французский математик, философ.

Платон Афинский — древнегреческий философ V–IV вв. до н.э.

Алексей Федорович Лосев — российский философ и филолог ХХ в.

Иммануил Кант — немецкий философ XVIII в.

Николай Александрович Бердяев — русский философ XIX–XX вв.

Августин Блаженный — средневековый философ IV–V вв.

Эдмунд Гуссерль — немецкий философ XIX–XX вв.

Освальд Шпенглер — немецкий культуролог ХХ в.

Иоанн Скот Эриугена — средневековый философ IX в.

Ансельм Кентерберийский — средневековый философ XI в.

Анри Бергсон — французский философ XIX–XX вв.

Пьер Тейяр де Шарден — французский философ ХХ в.

2.1. Всеединство бытия

Ignorant: Человек живет в мире, полном различных предметов и явлений. Они возникают и исчезают. Но при всем многообразии изменений что-то все-таки остается постоянным и неизменным?

Doctor: Это действительно так. Ведь если бы этого не было, мир бы представлялся нам хаосом событий и явлений, в которых невозможно ориентироваться. Действительно, каждый миг нашей жизни ставил бы перед нами массу новых проблем и загадок, и мы бы постоянно блуждали в лабиринтах бесконечности. К счастью, все не так страшно. Мир представляется нам как единая, целостная система, существование которой основано на определенных закономерностях. Философы всех времен пытались уяснить, что представляет собой эта основа, которая позволяет всем предметам существовать, взаимодействовать, соединяться и исчезать. Эту основу выражает понятие «бытие».

Ignorant: А данная основа мира материальна, вещественна или идеальна, духовна?

Doctor: А ты вспомни, что мы говорили по этому поводу, рассматривая «основной вопрос философии». Давай определимся с нашей позицией.

Ignorant: Я не хочу опять погружаться в дискуссию.

Doctor: А этого и не требуется. Достаточно сказать, что бытие может проявлять себя в разных формах. Бытие бывает материальным и идеальным. Материальное бытие называют существованием, идеальное – сущностью. Материальное бытие имеет пространственно-временные характеристики, оно индивидуально и неповторимо. Идеальное бытие не имеет пространственно-временных характеристик, с точки зрения материальных объектов оно неизменно и вечно.

Ignorant: Здесь все просто. Если, например, у меня в руках шариковая ручка, я ее вижу, ощущаю, и тем самым она имеет пространственно-временные характеристики, значит – это объект материального бытия. А если теперь эту шариковую ручку я положу в ящик стола, данный объект исчезнет из поля моего восприятия, но образ этого объекта сохранится в моей памяти; сам по себе этот мыслительный образ, конечно же, не имеет никаких пространственно-временных характеристик, следовательно, этот образ – объект идеального бытия.

Doctor: Хороший пример, но учти, что не все так просто. Как же тогда быть с виртуальностью? Ведь виртуальные объекты даны нам в чувственном восприятии, но тем не менее это не материальные объекты. Ведь существует и трехмерное изображение, и трехмерный звук. Виртуальность оказывает огромное воздействие на жизнь современного человека и, возможно, постепенно она заменит собой весь материальный мир. Ты только представь, вдруг все, что мы считаем материальным, – это уже виртуальность.

1.Юм Д. Трактат о человеческой природе, или Попытка применить основанный на опыте метод рассуждения к моральным предметам // Юм Д. Соч.: В 2 т. – М., 1965. – Т. 1. – С. 319.
2.Кант И. Критика чистого разума // Кант И. Соч.: В 6 т. – М., 1964. – Т. 3. – С. 101.
13.Э. Мошковская.
14.Подробнее об этом будет сказано в главе 4 «Что такое человек? Введение в философскую антропологию».
19.Хайдеггер М. Что это такое – философия? // Путь в философию: Антология. – М.; СПб., 2001. – С. 155–156.
20.Мамардашвили М.К. Введение в философию // М.К. Мамардашви-ли. Необходимость себя. – М., 1996. – С. 21.
28.Подробнее об этом см. в главе 2 «Что я могу знать? Введение в онтологию».
29.Подробнее об этом см. в главе 3 «Что есть истина? Введение в гносеологию».
30.Подробнее об этом см. в главе 5 «Что я должен делать и на что я смею надеяться? Введение в аксиологию».
33.Подробнее об этом см. в главе 3 «Что есть истина? Введение в гносеологию».
34.Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец немецкой классической философии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – 2-е изд. – Т. 21. – С. 283.

Bepul matn qismi tugad.

80 362,36 s`om
Yosh cheklamasi:
0+
Litresda chiqarilgan sana:
25 oktyabr 2010
Yozilgan sana:
2016
Hajm:
542 Sahifa 155 illyustratsiayalar
ISBN:
978-5-9765-0925-2
Mualliflik huquqi egasi:
ФЛИНТА