Москва давно поделена не на районы, а на уровни. Систему принесло вместе с концом света, и с тех пор всё живое здесь ранжировано, взвешено и посчитано — кроме одного человека.

У Артёма Нулина нет уровня. Три года это было лучшей защитой, какая только бывает: Система не охотится на того, кого не может назначить целью. Он выжил в одиночку не потому, что так проще, а потому, что каждый, кто оказывался рядом, становился переменной, которую нужно просчитать. Так было, пока Краснов не начал забирать Серые пятна квартал за кварталом — и молчаливое правило «не высовывайся» перестало быть щитом даже для нуля.

У Артёма нет силы, чтобы остановить Краснова в бою. Есть другое: три года наблюдений за тем, как ошибается Система и как ошибаются те, кто ей служит. Чтобы этим воспользоваться, придётся впервые за три года подпустить кого-то ближе, чем на расстояние удара, — а он не умеет делать это бесплатно, даже когда выбора не остаётся.