Kitobni o'qish: ««Дни науки» факультета социотехнических систем. Выпуск III»

От редактора

В рамках традиционной научной конференции ФСТС, проходившей с 21 по 24 апреля 2014 года, обсуждались самые различные вопросы, связанные с современными исследованиями проблем национальной, традиционной и современной культуры в России и Татарстане. С различных позиций освещались социологические и философские проблемы современного общества, культура и образ жизни человека в современном мире, психологические и педагогические проблемы современного человека, социальные, политические, экономические и культурные конфликты и пути их разрешения. Были предприняты попытки осмысления возможных перспектив развития культуры в современном мире.

В пленарном заседании конференции 23 апреля приняло участие более восьмидесяти аспирантов, специалистов, магистров и бакалавров кафедр социальной работы, педагогики и психологии, гуманитарных дисциплин, философии и истории науки, социальной и политической конфликтологии, логистики и управления, иностранных языков, а также ведущих преподавателей факультета. В конференции также принимали участие бакалавры механического, нефтяного и других факультетов КНИТУ.

Открывая конференцию, декан ФСТС, профессор Н.Ш. Валеева отметила важную роль НИРС в формировании современного профессионала в любой сфере деятельности, большое значение студенческих научных разработок в плане последующей научной работы в рамках диссертационных исследований. Н.Ш. Валеева предложила молодым ученым еще активнее участвовать в научной жизни факультета, региональных и международных конференциях, конкурсах и грантах. Она выразила уверенность в том, что данная конференция пройдет в плодотворном и деловом формате. С приветствиями к участникам конференции также обратились заместитель декана ФСТС по НИРС А.В. Морозов, ответственные за научную работу кафедр ЛиУ – В.Р. Медведева и ИЯПК – Г.В. Романова.

В ходе пленарного заседания были заслушаны доклады Моисеева Максима (бакалавр, гр. 3111-22) «Аполитичность российской молодежи XXI века: проблемы и перспективы» (каф. СРПП), Ахматкуловой Ферузы (бакалавр, гр. 3121-51) «Инновации в здравоохранении: совокупность и перспективы» (каф. ЛиУ), Абрахима Сехама Абдулжаббара (бакалавр гр. 4131-44) «Культура и история Месопотамии – взгляд изнутри» (каф. ИЯПК), Бортниковой Валерии (магистр гр. 313-М21) «Культурные аспекты реализации механизма социальной ответственности масс-медиа» (каф. СРПП), Абдуллиной Татьяны (аспирант каф. СПК) «Готическая субкультура как стиль и образ жизни», Галимова Фаиля (бакалавр гр. 223-М3) «Будущее глазами западных и отечественных фантастов» (каф. философии и истории науки).

Все выступавшие на пленарном заседании были награждены дипломами и памятными призами ФСТС и КНИТУ. Особо были отмечены выступления Татьяны Абдуллиной, Максима Моисеева и Абрахима Абдулжаббара.

Андрей Морозов

СЕКЦИЯ «СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОНФЛИКТОЛОГИЯ»

Абдуллина Т.С.
асп.каф.СПК, науч. рук. проф. Сергеев С.А.
Готическая субкультура как стиль и образ жизни

Первоначально понятие «субкультура» употреблялось для описания социальных сообществ, в основном, молодежных, ориентирующихся на иные ценности, нежели принятые в данном обществе, и находящаяся в состоянии конфронтации с социальной системой.

Одним из первых в западной социологии заявил о существовании феномена молодежной культуры Талкотт Парсонс. Он рассматривал молодежную культуру как специфическую часть системы социализации личности. С точки зрения Т. Парсонса, наличие молодежных субкультур позволяет решить проблему создания эмоциональной устойчивости молодого человека во взаимоотношениях с взрослыми, получить дополнительный набор актуальных знаний и навыков, к обязательному минимуму, полученным в системе официального образования.

Говоря о появлении молодежных субкультур, исследователи обращают внимание прежде всего на особенности развития социума в условиях позднего индустриального общества. Возникновение молодежных субкультур связывается с тем, что молодежь выделяется в особый социально-демографический слой из-за увеличения сроков подготовки к производительному труду, удлинения процесса обучения в специализированных учебных заведениях в связи, а также с тем, что представители молодого поколения осознают, что их интересы не во всем совпадают с интересами других социальных групп.

Большинство отечественных социологов считают, что молодежные субкультуры –результат деятельности молодежных сообществ, создающихся в результате самоорганизации. Все молодежные субкультуры имеют собственную систему символов, с помощью которых происходит узнавание «своих» – тех, кто принадлежит к данной культуре и является носителем ее ценностей.

Значительная часть существующих субкультур обладает ярко выраженной контркультурной доминантой. Это связано с такими социально-психологическими особенностями молодежи, как категоричность суждений, максимализм, неприятие жесткой нормативной регламентации, обостренное эмоциональное восприятие всего происходящего, повышенная возбудимость, идеализация новизны. Молодые создают собственную систему ценностей, следят за собственными ритуалами, присваивают себе определенные территории. Молодежная субкультура является идеальной отправной точкой стиля, который хочет сформировать коллективную идентичность и чувство принадлежности.

Одним из важных компонентов молодежных субкультур является музыка, либо создаваемая носителями данной субкультуры, либо заимствуемая из других субкультур.

На сегодняшний день одной из наиболее ярких, загадочных и мистических субкультур является готическая субкультура, распространенная преимущественно среди поклонников «мрачного, депрессивного искусства», поклонников готического рока и металла.

Слово «готика» происходит от названия германского племени готов, уничтоживших в IV в. н.э. Западную Римскую империю. «Готикой» приято называть стиль средневекового искусства, существовавший в XII-XV вв. (чаще всего это определение применяется к стилю архитектурных сооружений, иногда характеризующемуся как «устрашающе величественный»). Также на готическую субкультуру повлияло декадентское движение (фр. decadence – разложение, упадок).

В формирование особенного готического стиля внесли свой вклад литература декаданса конца XIX – нач.XX в. (О. Уайльд, Ш. Бодлер), философия экзистенциализма (А. Камю, Ж. – П. Сартр), и в особенности жанр «хоррор» в литературе и кинематографе, зачинателями которого были Б. Стокер, В. Мурнау, Ф. Ланг и др.

Готическая субкультура возникла в Англии на волне музыкальной эволюции 1970-х – начала 1980-х гг., когда музыкальный стиль «панк» постепенно трансформировался в постпанк. Панковский посыл показать обществу его лицо через «безобразность» и «испорченность» уже был неактуален. Панк стал своего рода «инкубатором» для различных постпанковских стилей, в том числе и для готики.

«Готика» сегодня – это обобщающее понятие, которым обозначают стиль жизни, мироощущение и жизненную философию, целый комплекс направлений искусства (музыка, литература, кино, фото, архитектура и т.д.) составляющих «готическую субкультуру».

Для описания образа жизни готической сцены можно использовать термин «романтический индивидуализм», который относится к достижению «самореализации», модели саморазвития через самопознание.

Общепризнанным отличительным стилем готов называют «естественный» черный цвет. Черный доминирует в одежде и аксессуарах, иногда даже в убранстве комнат. Он олицетворяет ощущение пустоты, отчаяния, смирения и ощущения безысходности. Готика выражает ощущение бессмысленности жизни и жалобы на крах человечества, против которого они бессильны и остается только место для скорби. Цвет здесь, как знак самоотрешенности, изоляции от мира подобно монашескому отчуждению, что включает аскетизм, приводящий к одинокому созерцанию себя, религии и мира.

Ключевым для развития готики и одновременно спорным элементом уже более 20 лет является свое понимание готики каждым готом. Закономерными результатами субкультуры на основе романтики и индивидуализма стали аксиомы: у каждого гота свои определения гота и готики, и каждый является готом по-своему. Именно подобный подход помог готик-сцене найти своих преданных сторонников и укрепиться в кругах людей постоянного духовного поиска, людей, которые сознательно называют себя готами. В системе ценностей готов парадоксальным образом сочетаются следующие жизненные принципы: жить каждый день как последний и при этом верить в себя, в настоящую дружбу и любовь.

Cамым известным международным символом всех готов является анх (египетский крест). Одно из значений анха– вечная жизнь. И внутри субкультуры несколько взглядов на символику – одни считали, что готика – это более «темная», мрачная, музыка и субкультура, связанная с сугубо темными сторонами жизни – мистикой, оккультизмом, и т.д. Другие же считали, что готика – это больше философия и мировоззрение, базирующееся на самопознании путем музыки и прилегающих областей.

Среди других символов – звезда, которая символизирует знание, к которому идет человек, и обгоревшая кожа на человеке, как символ того, что он должен продираться через общество и его принципы, чтобы дойти до своей цели. Этот символ предложен «крестным отцом» готического стиля, лидером группы THE SISTERS OF MERCY Эндрю Элдричем.

Различные музыкальные стили готики, характерные отличия сцен разных стран, модернизация стилей приводят лишь к приблизительной и осторожной типизации стиля. Отправной точкой готической сцены был и остается готик-рок, музыка, которая в основном была названа музыкальной прессой и музыкальными критиками в 1990-х гг. так называемой «индисценой». Здесьстоитназватьтакиегруппы: Sisters Of Mercy, Christian Death и Fields Of The Nephilim, Marionnettes, Inkubus Sukkubus, Rosetta Stone, Lacrimosa, Das Ich идр.

В готической музыке должна быть особая атмосфера, заставляющая задуматься, по-своему мрачная, печальная или же на грани этих эмоций, со скрытой грустью – ипри этом возвышенная. Поэтому даже у группы, не имеющей отношения к готике, может быть одна-две готических песни. При этом группа не является готической, но музыка некоторых песен передает готическую атмосферу и даже может быть готик-хитом. Яркие примеры – песня «Frozen» Мадонны, или же «Kiss me, kill me, thrill me» U2, из славянских исполнителей – песня Ирины Билык «А я пливу у човнi», песня «Де ти тепер» Марии Бурмаки, многие песни Линды и т.д. Музыка и имидж группы в указанных песнях (клипах) могут соответствовать «канонам» готики, но при этом эти песни являются всего лишь исключениями из творчества исполнителя.

Готическая музыка – независимо от того, насколько она является «тяжелой» – готический рок, готический метал или готик-электроника – всегда возвышенная, сверхэмоциональная, мрачная или холодная (печальная) музыка с «ангельскими» женскими бэк-вокалами, элементами хорового пения, колоколами, достаточно частым использованием драм-машин, и вставками «темной электроники». Основной вокал – это мощный или отстраненный «готический» голос (в большинстве случаев, мужской) или женский – вкрадчивый проникновенный, ведьмовский.

Из аксессуаров готы носят только серебро (как знак презрения к золоту, символу стандартных ценностей, цвету бессмысленно пролитой людской крови). У девушек ярко-выразительный стиль Вамп – тяжелая черная косметика, подводки, спектр цветов помады и ногтей – от ярко-красного (кровавого) до черного. Все броское, сексуальное и строгое. Девушка-гот (готесса) выглядит как монахиня-искусительница или средневековая королева. Сочетания старинных викторианских одежд, элементов кибер-сексуального фетиша, корсетов дало то, что стало отдельной веткой моды и, как ни парадоксально, стандартным видом готов.

У готов, работающих в среде, где нельзя себе позволить экстремальный или индивидуальный подход к имиджу, выработался стиль «корпоративный гот»: черная деловая одежда, ограниченные украшения.

В интернете множество готических групп в социальных сетях, у готов есть странички в живых журналах, собственные сайты. Обнаружить готическую направленность ресурсов Интернета можно также по готической символике, преобладанию темных, зачастую черно-белых цветов, загробной тематике и таких же сочинений в стихотворных и не только формах. Контекст очень разнообразен – от выкладки готических фото, видео рядов, комиксов, музыки и рассказов, до конкурсов стихов, конкурса лучшего фото, организации встреч и афиш приезда известных групп. Пожалуй, самое интересное – это наличие всегда творческой индивидуальной, нескучной и креативной наполняющей, обзоры книг, фильмов, множество форумов по различным вопросам. Очень сильно представлено эстетическое направление готики; готика всегда идет вместе с красотой и изяществом, начиная от готических соборов, старинных склепов и заканчивая изяществом костюмов и макияжей. Современные компьютерные программы позволяют любителям готики нанести таинственность и скорбь на обычный пейзаж. Готы неравнодушны к кладбищенской эстетике, старинным скульптурным надгробиям, передающим индивидуальные черты облика изображенного человека. Символами покоя всегда были мрак, ночь, кладбища, смерть (символы вечного покоя), отсюда и мрачность готов. Но это символы, а не прямой путь к покою. Смысл кладбищенской эстетики, как поясняют готы, не в самом покое, а в том, что этот покой дает возможность успокоиться, погрузиться в себя, в свои мысли, обрести гармонию с самим собой и внешним видом. Среди истинных готов тоже, разумеется, бывали самоубийства и есть люди с суицидальными наклонностями, но их не больше, чем в любых других культурных и идеологических сообществах (имею в виду не только субкультуры).

На сегодняшний день можно наблюдать коммерциализацию готики, она переходит в обыденное сознание, в мейнстрим. Сегодня на рынке огромное предложение готических товаров – начиная с аксессуаров (корсеты, длинные черные волосы-парики, длинные юбки, черные пальто, латекс, обувь, бижутерия и т.д.) и заканчивая фильмами про вампиров, готической музыкой, компьютерными играми. Взрослые люди привыкли к такой тенденции рынка, и моральных паник по поводу спроса на данный товар не возникает. Маркетологи оптимистично отмечают максимальный спрос на «готический» товар, особенно заметно вырос спрос на готические игрушки – именно готических кукол, готические мультфильмы, аксессуары и песни. Подобными товарами сегодня переполнены и прилавки детских магазинов. Наибольший интерес вызывает серия готических кукол. Выпуском кукол занимается фирма-гигант – компания Mattel, производящая куклу Барби. Ей выпущена коллекция кукол под названием «монстер-хай»; в серии такие куклы, как Дракулаура, Фрэнки Штейн, Кэтти Нуар, Скелита Калаверас, Оперетта, Вайперина Горгон, Пурсефона и Мяулоди. У кукл есть свои сайты продаж, истории и аксессуары. Придумал эту серию в 2008 г. Сандер Гаррет, задумка была поддержана и воплощена художником Гленом Хансоном, а также Келли Райли, вовремя почувствовавшие успех «готической» идеи на рынке игр, тем более что объем продаж Барби с 2000 г. рухнул на целых 50 % до 460 млн долларов. Популярные куклы Monster High начали свое победное шествие по планете в июле 2010 г. и моментально стали популярными в Америке; компании Mattel даже пришлось выпускать новую серию раньше запланированного срока, чтобы новоявленные поклонники кукольных персонажей не оставили прилавки пустующими. Каждая из игрушек, созданных на базе образов знаменитых героев мультипликационных и художественных фильмов, сказок и легенд имеет свои отличительные особенности. Фрэнки Штейн, дочь Франкенштейна, имеет бледный, почти голубой, цвет кожи. У Дракулауры, очаровательной дочери Дракулы, на щеке находится маленькое розовое сердечко. Клодин Вульф – дочка волка-оборотня и сестра Клода Вульфа. Клео де Нил и Нефера – дочери мумии. Куклы отличаются своей бледностью – кто с синюшными оттенками, кто с зеленоватыми, черными или другими неестественными цветами волосами, готическими аксессуарами, вплоть до укомплектованности комодами в декадентском стиле и кроватями-гробами. Как бы ни противоречили вкусы детей эстетическим и этическим представлениям взрослых, при оценке привлекательности игрушки необходимо учитывать ее современность и популярность в детской субкультуре.

Игра и игрушка – важнейшие составляющие любой культуры. Игрушка – культурное орудие, посредством которого в особой «свернутой форме» передается состояние современной культуры. Выходит, что даже на уровне детских игрушек мы наблюдаем некую борьбу с гламурностью общества, мейнстримом. В идее создания кукл-монстров выражены основные претензии к кукле Барби – насаждение сексистских стереотипов. Изначально это женщина, которая должна идеально выглядеть и правильно заботиться о семье – образцовая американская модница-домохозяйка, несущая в себе эротический компонент. И эта сексуализация детской игрушки вызывает неприятие. Таким образом, рынок игрушек также отражает актуальные проблемы гендерной асимметрии нашего общества. В то же время активное вовлечение детей в готическую эстетику следует считать тревожным моментом.

Готическая субкультура приносит в нашу жизнь новые идеи и ценности, и можно считать, что это свойство всех субкультур, без преувеличения, один из движущих факторов развития общества. Готика проникает во все сферы жизни, а также испытывает влияние общества, живет и развивается в соответствии с законами общества, в котором существует. Готы чаще вызывают негативное отношение у взрослых, чем менее мрачные и заметные представители других субкультур (к примеру, геймеры), но зачастую именно готика оказывается менее вредной для развития личности. Возможно, дело в том, что в готической субкультуре гораздо большее место занимает компонент, относящийся к «высокой» культуре. В то же время, поскольку, как и другие субкультуры, готическая субкультура выполняет функцию социализации молодежи, зачастую именно в готической субкультуре происходит формирование творческой личности. Наличие готики в нашей жизни – это отражение социально-психологического культурного облика нашего времени.

ВалеговаЕ.А.
КНИТУ, гр. 313-М41, науч.рук. ст.преп. Кузнецова А.В.
Взгляды российских левых партий на международный конфликт

Проблематикой международных конфликтов озабочены практически все международные институты и организации, поскольку региональные войны и столкновения выносятся на международную арену, вовлекая новых участников, создавая угрозу международной безопасности. Безопасность отдельно взятого государства определяется через взаимоотношения и безопасность соседних, то есть достижение безопасности в одной стране невозможно без обеспечения безопасности всей структуры мирового сообщества. Однако, как показывает практика, исходя из анализа конфликтов, распространено заблуждение, суть которого в отождествлении понятия «международная безопасность» с «бесконфликтным существованием».

Такие проекты обеспечения международной безопасности идеалистичны и невыполнимы вследствие природы самих международных отношений. Сомнительно, что существующая теория по выработке конкретных действий с целью снижения конфликтности в регионе окажется востребованной, если в неразрешимости какого-либо определенного регионального конфликта заинтересована одна из сторон.

Стремление ряда государств к созданию надежных механизмов обеспечения европейской и глобальной безопасности выразилось в образовании международных форумов: Организации Объединенных Наций, Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, а также в создании ряда региональных военно-политических организаций.

Многообразие типов внешнеполитических интересов различных государств в системе межгосударственных отношений предполагает и наличие многообразных форм межгосударственного взаимодействия, начиная от кооперации и сотрудничества и кончая различными видами политических конфликтов. По мере развития отдельных государств происходит и развитие всей системы межгосударственных отношений, она формируется как целостность, обеспечивая тесную взаимозависимость своих субъектов. И чем в большей степени эта целостность осознается на политическом уровне, тем более жесткими становятся «правила игры».

Всё это в определенной степени позволяет ограничивать использование крайних (вооруженных) форм в международных отношениях, даёт возможность выйти на решение конфронтационных интересов путём использования только цивилизованных форм взаимоотношений между странами и народами.

Все эти факторы и обусловили необходимость изучения международного конфликта. Особый интерес представляетисследование взглядов различных политических партий и групп на это явление, особенно тех, которые оказывают влияние на формирование внешней политики государства.

В политике левыми партиями называют те партии, которые отстаивают интересы народа, который удерживает власть за счет соборности, общности, социализма и коллективизма. К ним относят социалистические, социалдемократические, коммунистические и анархистские партии. В России к левым партиям можно отнести: партия «Справедливая Россия», КПРФ, «Патриоты России», Аграрная партия России «России – здравый смысл», «Трудовая Россия», Партия самоуправления трудящихся, Народная Социалистическая Рабочая Партия. Традиционно левые партии в отношении международных конфликтов придерживались позиций пролетарского интернационализма, т.е. общности, единства коренных интересов рабочего класса всех стран и наций. Сегодня некоторые левые в Европе склоняются к «гуманитарному» интервенционизму, иначе говоря, вмешательству мирового сообщества во внутренние дела суверенных государств в случаях угрозы геноцида и других серьезных нарушений прав человека.

В свете результатов нашего исследования, стало понятно, что для исследуемых нами партий в отношении международных конфликтов характерны взгляды, присущие скорее правым партиям. В нашей работе мы рассмотрели только следующие партии – КПРФ и «Справедливая Россия»(далее «СР»). Учитывая то, что данные партии являются парламентскими, т.е. имеют большее влияние на внешнюю политику страны, мы считаем, можно говорить о том, что позиции внепарламентских партий учитывать не приходится и не имеет смысла. И в первом и во втором рассмотренных нами случаях мы увидели множество высказываний, призывающих вмешаться, и тем самым нарушить суверенитет, в политические дела других стран. Так же выявили много высказываний, противоречащих уставным документам партий, высказываний, призывающих страну использовать жесткие меры по отношению к другим странам, использовать армию, занять жесткую позицию и так далее.

В отношении партии «СР» можно сказать, что выражения, взятые нами за маркеры, встречаются реже, чем в случае с КПРФ, однако все же они имеют место быть. К примеру, такие выражения как внешняя агрессия, геноцид – встретились 11 раз в 15 статьях, о национальных интересах упомянуто дважды, также дважды встретились выражения «враг» и «внешняя угроза», обвинения в адрес других стран встретились 3 раза в 15 рассмотренных нами статьях, и 9 раз мы встретились с призывами к боевым действиям и использованию жестких мер.

Что касается исследования партии КПРФ, здесь поразительное множество раз встречаются выражения, которые нехарактерны для партий левого толка: о «внешней агрессии» со стороны других стран говорится – 27 раз, о «национальном интересе» – 6 раз, об угрозе со стороны других стран – 28 упомянуто 28 раз, с обвинениями мы столкнулись 13 раз, а так же призывы к использованию оружия и жестких мер нам встретились 59 раз в 18 рассмотренных статьях с официального сайта партии КПРФ.

В свете выше сказанного, можно сказать, что наша гипотеза о том, что взгляды российских левых парламентских партий на международный конфликт характерны, скорее, для идеологии правых партий и движений подтвердилась.

Воробьёва А.С.
КНИТУ, гр. 3101-42, науч. рук. Федяева Р.Х.
Влияние семьи на возникновение наркотической зависимости у детей

Рассмотрим основные сферы жизни семьи, при патологическом развитии которых повышается риск возникновения наркотической зависимости у вашего ребенка.

Детско-родительские отношения – это система разнообразных чувств родителей по отношению к ребенку, а также ребенка по отношению к родителям, особенностей восприятия, понимания характера личности и поступков друг друга.¹

Особенность детско-родительских отношений состоит в том, что они отличаются особой эмоциональной значимостью, как для ребенка, так и для родителей. Очевидно, что особенность родительского отношения изменяется в зависимости от возраста ребенка. Важнейшими проявлениями родительского отношения являются нежность, забота, чувствительность к потребностям ребенка, надежность, обеспечение безопасности, предсказуемость, последовательность. Эти отношения включают в себя две противоположные тенденции. Одна из них – стремление к познанию, риску, волнующим ситуациям, а другая – стремление к защите и безопасности. Одна тенденция побуждает ребенка к отделению от родителей и стремлению во внешний мир, в то время как другая возвращает его обратно. Умение родителя правильно поощрять эти тенденции определяет полезность родительского отношения для развития ребенка. В проблемных семьях преобладает одна из этих тенденций. В первом случае происходит эмоциональное отвержение ребенка, когда родители лишь формально играют роль воспитателей, на самом деле не интересуясь жизнью подростка. Тогда ребенок предоставлен самому себе, его потребность в любви и близких отношениях оказывается неудовлетворенной. Во втором случае, наоборот, родители следят за каждым шагом ребенка, не предоставляют ему никакой самостоятельности, считают его маленьким, берут на себя ответственность за всю его жизнь. Тогда ребенок, который раньше не пытался сопротивляться, в подростковом возрасте начинает протестовать весьма активно и разрушительно. Это явление А. Личко называл «отравлением свободой», когда подросток начинает делать все, что запрещали ему раньше, в том числе, употреблять наркотики. Для ребенка наркотик – это своего рода избавление от постоянной родительской (материнской) зависимости и приобретение в какой-то степени внутренней свободы². Дети могут использовать наркотик как аргумент в борьбе за собственную независимость. И против него родители, часто оказываются бессильны.

Рассматривая семью как источник тревоги, внутреннего напряжения, которое заставляет ребенка проживать подростковый возраст «под наркозом», нужно заметить следующее обстоятельство. Отношения родителей с детьми подросткового возраста неизбежно меняются. На протяжении всего детства у ребенка складывается идеализированный, почти волшебный, образ родителей. Но реальные родители полностью соответствовать этому образу не могут. В подростковом возрасте это противоречие становится для ребенка остро переживаемым. Но отказаться от идеальных представлений очень сложно, поэтому он начинает считать родителей плохими, приносящими разочарование. Такое несоответствие реальных людей идеальным представлениям вызывает внутреннее рассогласование, которое заставляет подростка ощущать чувство опустошения, болезненного отчуждения. Этой болью он не может поделиться с родителями, но она обязательно отражается на отношениях с ними (например, в виде агрессивности и непослушания).

Задача подросткового возраста – преодоление представлений об идеальных родителях, что проходит нелегко и всегда сопровождается кризисом. С пониманием отнестись к состоянию подростка, позволить его агрессии, растерянности и боли выливаться естественным путем – это единственная возможность для родителей не потерять контакт с ребенком подросткового возраста.

Важной особенностью детско-родительского общения в этот период является соответствие вербального (речевого) и невербального (чувственного) проявления отношений. Известно, что информация передается от человека к человеку не только при помощи слов. Смысл сообщения складывается из интонаций, мимики, жестов – всего того, что выражает истинные чувства и отношения.

В семьях наркозависимых быстро складывается некий скрытый подтекст в поведении и взаимоотношениях – недосказанность, неискренность, когда говорится одно, а подразумевается совсем другое. Эти «двойные послания», содержащие несоответствие между вербальными и невербальными сообщениями (между текстом и подтекстом), обращенными к ребенку, трудно понимать. «Затуманенный» смысл сообщений затрудняет ориентирование ребенка в семейной ситуации, искажает ответ на самый важный для него вопрос – любят ли его родители? Это вызывает тревогу, чувство неопределенности, причины которой вряд ли могут быть определены подростком самостоятельно. Подобная ситуация становится хронической, ведет к невротическому развитию личности ребенка, становится дополнительным источником отклонений в его поведении.

Семейная предрасположенность.

Дети, рожденные или воспитанные в семьях с алкогольными традициями, подвержены большему риску пристраститься к алкоголю и другим наркотикам. В этом свою роль, по-видимому, играют как генетические факторы, так и влияние непосредственного окружения. Например, мальчики, родившиеся в семье алкоголика, даже воспитываясь в семье, усыновившей их, подвергаются в 4 раза большему риску стать алкоголиками, чем мальчики, родившиеся в нормальных семьях. Употребление алкоголя и наркотиков родителями и позитивное отношение к алкоголю; в семьях, где родители для того, чтобы расслабиться, употребляют запрещенные наркотики или много пьют (не обязательно становясь алкоголиками) имеется большая вероятность, что дети начнут употреблять алкогольные напитки в подростковом возрасте. Если родители к тому же приобщают своих детей к употреблению наркотиков, включая, конечно, и алкоголь, риск возрастает. Чем больше членов семьи употребляют алкоголь и наркотики, тем выше риск³.

Неумелость и непоследовательность в воспитании.

В семьях, в которых родители не устанавливают четких норм поведения, в которых дети остаются предоставленными самим себе и где дисциплинарная практика чрезмерно сурова и непоследовательна, подростки подвергаются большему риску совершения правонарушений и частого употребления алкоголя и наркотиков. Здоровые, эмоционально насыщенные, отношения в семье чаще всего являются фактором, предотвращающим тягу ребенка к алкоголю и наркотикам.

Относительно влияния супружеских конфликтов на формирование отклоняющегося поведения у ребенка существуют различные точки зрения.

М. Боуен в своей теории семейных систем говорит о том, что при возникновении супружеского конфликта, дети могут быть относительно свободными в плане эмоций. Они оказываются вне «эмоционального треугольника» и ситуация не наносит им никакого вреда.

Данное утверждение представляется сомнительным, хотя бы потому, что в 17 % случаев наркоманы-подростки в качестве фактора, способствующего формированию наркотической зависимости, называли постоянные конфликты между родителями. Причин такому влиянию может быть много.

Во-первых, боясь потерять одного из родителей в результате развода, к которому могут привести повторяющиеся конфликты, ребенок добровольно становится «стабилизатором» семейной системы, то есть, использует для сплочения семьи собственное заболевание. Родители в такой ситуации бывают вынуждены «объединиться для спасения ребенка», и семья на какое-то время становится сплоченной.

Во-вторых, при хронических конфликтах между супругами, один из них может попытаться найти поддержку и близость у ребенка, что приводит к формированию симбиотической связи, то есть таких отношений между родителем и ребенком, при которой они становятся эмоционально полностью зависимы друг от друга. Освобождения от такой связи и приобретения, хотя бы подобия внутренней свободы, подросток часто ищет в наркотике.

В-третьих, если родители заняты выяснением отношений между собой, то ребенку уделяется гораздо меньше внимания, он оказывается на периферии семейной системы в ситуации эмоциональной отстраненности. Так, потребность подростка в любви и эмоциональной близости оказывается неудовлетворенной, и это воспринимается как трагедия. В этом случае могут появляться соматические заболевания, психологические нарушения, в том числе наркомания, как способ обратить на себя внимание родителей.

Перечисленные механизмы влияния супружеских конфликтов на психологическое здоровье ребенка не исчерпывают все их многообразие.

Воробьёва А.С.
КНИТУ, гр. 3101-42, науч. рук. Федяева Р.Х.
Современный портрет наркозависимого человека

Ряд ученых выделяют определенные черты личности человека, который склонен к наркозависимости. Основными чертами потенциального наркомана были определены следующие:

– Ранимость, обидчивость.

– Низкая способность к принятию, осознанию и выражению своих чувств, безуспешные попытки их контролировать и отказ принять себя таким, как он есть.

– Низкий уровень самозаботы, неспособность позаботиться о себе.

– Низкий уровень самооценки, чередующийся с завышенной самооценкой (как правило, во время приема наркотиков или после него).

– Нарушения взаимоотношений, низкая фрустрационная устойчивость, непереносимость отказов, отрицательных ответов, что чаще всего провоцирует либо грубое, либо попустительское отношение близких людей.

Исследование и описание специфических для наркоманов черт личности и поведения имеют особую важность, так как позволяют отделить индивидуально-психологические характеристики молодого человека от сформированных наркоманским образом жизни, эффективно планировать и осуществлять мероприятия по первичной и вторичной профилактике наркомании среди молодежи.

Аспектам личностной динамики при наркомании посвящено много исследований, которые позволяют создать обобщенный психологический портрет наркомана:

1. Слабый или смешанный тип высшей нервной деятельности; преобладает астеническое телосложение.

2. Гипотимный (пониженное настроение) или эмотивный тип реагирования.

3. Характеристика – пассивность, мягкость характера, уступчивость, развитое чувство вины; добродушие и кротость, совестливость, высокая моральность, верность; высокая чувствительность к средовым воздействиям, нерешительность, боязливость, застенчивость, склонность перекладывать принятие решений и ответственность на плечи окружающих, тревожность, мнительность, настроение в значительной мере зависит от отношения окружающих к нему, впечатлительность, склонность к глубокой привязанности, интровертированность, пессимистичность, необщительность, склонность к фантазированию, поиск признания, стремление к сотрудничеству; лживость, капризность, скрытая повышенная страсть к самодемонстрации и склонность к драматизации имеющихся проблем, стремление потакать своим слабостям.

Обобщение характеристик создает образ человека, лишенного азарта экзистенциального творчества.

Структуре личности наркомана свойственны:

– сниженная интегративная функция «Я», мотивационная и эмоциональная неустойчивость, эмоциональная незрелость;

– аффилиативная ведущая потребность, т.е. поиск покровителя;

– высокий уровень мотивации избегания неуспеха, преобладание страха перед неуспехом над надеждой на успех;

– ярко выраженные пассивно-страдательная позиция, сильное «Супер-эго»;

– отсутствие потребности в признании; выраженное стремление прятать душевные и сексуальные переживания;

– пассивно-зависимый стиль межличностного поведения; выраженное стремление уйти от конфронтации с жестким противостоянием сильных личностей в мир идеальных отношений, в мир фантазий, приспособиться к коллективу, а также к отречению и деструкции своего «Я»;

– стиль мышления, сочетающий в себе вербально-аналитические и художественные наклонности; в стрессе происходит блокировка и нерешительность;

– защитные механизмы: вытеснение или навязчивость, отказ от самореализации.

В силу ослабленного самоконтроля и нарушения сбалансированности противоположностей у наркоманов наблюдается болезненная деформация влечений, которая выражается в сужении спектра их проявления и заостренных характеристиках: высокая тревожность, болезненно выраженная инертность превращается в алчность, агрессивность, высвобождаясь из-под контроля сознания, проявляется вспышками разрушительной враждебности, интроверсия трансформируется в аутичность, пассивность – вмазохизм, пессимистичность преобразуется в депрессию, мнительность и сензитивность – випохондричность, эмотивность – вимпульсивное поведение. Это свидетельствует о том, что наркоманы по сути дела находятся в состоянии дезадаптации.

Обнаруженная деформация влечений и базисных свойств личности связана с формой их реализации в социально-культурной жизни испытуемых. Деформация может быть лишь обострена употреблением ими наркотиков, т.к. эти тенденции обнаруживаются уже в детстве, а стаж наркотизации у них составляет всего несколько лет. «Уход» от настоящего и будущего с помощью наркотиков способствует снижению тревоги и имеет защитный характер.

По мере углубления и развития наркотической зависимости личность начинает изменяться. Внутренние конфликты обостряются, а слабая психическая адаптация становится все более очевидной. Развитие наркомании сопровождается снижением психосоциальной адаптированности молодых людей.⁴ Наблюдаются неустойчивость мнестической функции (не запоминание материала), колебания из-за недостаточности волевых усилий активности познавательной деятельности.⁵ Е.Л. Милютина обнаружила у наркоманов со стажем употребления опиума более пяти лет существенное снижение волевой активности, что проявляется «в неспособности прекратить наркопотребление, преодолеть обычные жизненные затруднения». Н.С. Курек, изучая целенаправленную активность больных опийной наркоманией, выявил у них следующие нарушения⁶:

– повышенный уровень установки на волевую активность и числа способов достижения цели (особенно антисоциальных) в ситуации приобретения наркотиков; сниженный интерес к приобретению предметов домашнего обихода;

– адинамия уровня притязаний в ситуации определенности и повышение частоты неадекватных успеху-неуспеху изменений уровня притязаний в ситуации неопределенности;

– чем ниже уровень интеллекта и настроения, тем выше уровень установки на волевую активность в ситуации приобретения наркотиков.

Н.С. Куреком выявлены особенности эмоциональной активности наркозависимых: снижение точности восприятия эмоций другого человека по мимике, жестам и позам; нормальный или повышенный уровень собственной эмоциональной экспрессии; нивелировка половых различий в эмоциональной сфере между юношами и девушками⁷.

Т.И. Букановская изучала эмоциональные переживания у больных опийной наркоманией в различных ситуациях. Она обнаружила у них снижение уровня мотивационной деятельности. Однако в состоянии наркотической интоксикации происходит значительная активация мотивационной деятельности, проявляющаяся в переживании интереса; осуществлении безболезненного переживания горя-страдания⁸. Актуальность последнего для больных наркоманией определяется высокой напряженностью аффекта, низкой способностью к переживанию, наличием эмоций гнева-отвращения (протеста-неприятия). Высказано предположение, что защитная роль опийной интоксикации заключается в том, что она позволяет пережить эмоциональное состояние горя-страдания на качественно ином уровне, дающем чувство удовлетворения (приятия).

Приведенный портрет наркомана периода взросления дает представление о всей сложности проблем, с которыми он неизбежно сталкивается при отказе от употребления наркотиков. На практике не известны случаи, когда эти проблемы были эффективно решены наркоманами без интенсивной внешней поддержки. Вот почему так необходимы специализированные центры для лечения наркомании, укомплектованные опытными специалистами.

Гаранина С.В.
К(П)ФУ, гр. 18-948, науч. рук. проф. Сергеев С.А.
Ксенофобские настроения в современной России

Ксенофобия является одним из основных источников агрессивного национализма и экстремизма в современном обществе, в том числе и российском. Для понимания такого объемного явления необходимо разобрать его различные трактовки, сравнить со смежными понятиями, выявить причины и факторы появления ксенофобских настроений.

Под ксенофобией понимают враждебность к «другим», в первую очередь определяемым в расовых, этнических и религиозных терминах (хотя толкование ксенофобии может быть значительно шире). Определения целого ряда авторов близки по сути – все они описывают ксенофобию как феномен психологический, связанный со страхом и (или) агрессией, искажающими для индивида восприятие иного и непонятного, в результате чего образ «чужого» субъективируется и наделяется мифологизированными чертами.

В качестве примера можно предложить определение ксенофобии, данного М.В. Крозом и Н.А. Ратиновой: «Ксенофобия – это негативное, эмоционально насыщенное, иррациональное по своей природе (но прикрывающееся псевдорациональными обоснованиями) отношение субъекта к определенным человеческим общностям и их отдельным представителям – «чужакам», «иным», «не нашим»⁹.

Существует и ряд социологических концепций ксенофобии. Так, Фридман выделял так называемый «веймарский синдром»¹⁰. Примечательна теория относительной депривации, разработанная Т.Гарром, которая может послужить объясняющей моделью ксенофобии¹¹.

Наряду с ксенофобией распространенными понятиями являются «национализм» и «расизм». Эмоциональной и психологической подпиткой национализма всегда является ксенофобия. В современном дискурсе по проблеме ксенофобии все активнее используется и термин «расизм», который фактически становится синонимом «ксенофобии».

Основой ксенофобии многие исследователи называют стереотип. Большинство национальных стереотипов построены по формуле: представители какого-либо народа наделены определенными неизменными чертами.

Условно можно выделить три направления ксенофобии, которые одни исследователи считают правомерными, другие же подвергают критике. Так, некоторые считают формами ксенофобии этнофобию, мигрантофобию и исламофобию. Но по своей природе ксенофобия многовекторна. Она, как правило, не зациклена на каком-то одном объекте и может быть направлена на несколько объектов одновременно или же менять направление в зависимости от ситуации.

Стоит отметить, что ксенофобия не может рассматриваться как нечто только положительное или отрицательное. Хотя ксенофобия часто оказывается препятствием для межгруппового взаимодействия, одновременно она выполняет полезную для группы функцию поддержания позитивной идентичности и даже сохранения целостности и специфичности группы.

Что касается России, то в качестве основных причин распространения ксенофобских настроений выделяют распад СССР, чеченские кампании, социально-экономическая неудовлетворенность, а также отсутствие национальной объединяющей идеи.

Примечательно, что всплеск ксенофобии пришелся на период, когда идея актуального российского государства становится все более непривлекательной. Она все больше и больше подвергается критике, причем в этой критике объединяются представители всего оппозиционного спектра. Люди объединяются вокруг этнической принадлежности как вокруг некоего бренда, поскольку эта единственная идея способна объединить людей на локальном уровне¹².

В современном обществе, по мнению ряда ученых, «козлами отпущения» часто становятся мигранты, пытающиеся адаптироваться в чужом городе. На них обыватель сваливает свои беды и неудачи¹³.

Не всякие виды этнонациональных антипатий или этнофобий приводят к агрессивному поведению. Например, при весьма высокой степени латентного антиамериканизма или антизападничества практически не известны случаи открытого уличного выражения ксенофобии в отношении американцев или европейцев (хотя распространены случаи нападения на иностранцев африканского или азиатского происхождения). Явное ощущение благополучия, развитости западных стран, превосходства социально сильных сообществ нейтрализует и подавляет любые возможные вспышки агрессии в отношении граждан этих стран.

В России проблема ксенофобии и национализма берет свое начало, прежде всего, в виртуальном пространстве. Именно средства массовой информации (телевидение, газеты, интернет) формируют у обывателя представление об усилении националистических манифестаций в последние годы, росте ксенофобских настроений в обществе, натуралистично выписывают образы националистов-ксенофобов и их жертв¹⁴.

Примечательно, что ксенофобские настроения играют на руку политическим силам, которые подстраивают по них свои заявления, программы и лозунги. Процесс политизации конфликтов, рассмотрение этничности в качестве основного фактора, их разжигающих, лучше всего иллюстрируют конкретные «громкие примеры». К ним можно отнести события в Кондопоге в 2006 году, беспорядки на Манежной площади в 2010 году, волнения в Пугачеве и Бирюлево в 2013 году.

Гирфанов А.Р.
КНИТУ, гр. 3101-41, науч. рук. проф. Сергеев С.А.
Терроризм в Республике Татарстан

Терроризм является очень сложным и опасным явлением. Он представляет серьезную угрозу современному обществу. Террористические организации или отдельные радикально настроенные личности, преследуя определенные цели, пытаются достичь их методами угроз, устрашения или насилия, что естественно мешает нормальной жизни общества. На сегодняшний день изучение проблемы терроризма более чем актуально. Продолжают совершаться террористические акты, которые сотрясают общество и чаще всего являются причиной гибели многих ни в чем неповинных людей. Террористические группировки с каждым годом становятся более тщательно организованными и жестокими, они используют самое современное оружие и технику. В качестве прикрытия своей деятельности у них существует система фирм, компаний, банков и фондов.

Говоря о причинах терроризма в современной России, следует упомянуть, что после развала СССР начались этнополитические конфликты в бывших его республиках. В особенности сильно это проявилось на территории республик Северного Кавказа. Терроризм стал для них наиболее продуктивным и доступным способом привлечения внимания властей и достижения своих корыстных целей. В последнее время на территории Поволжья также заметно влияние радикально настроенных исламских группировок. Они уже осуществляют свою деятельность и представляют потенциальную угрозу. Актуальность изучения проблемы терроризма обусловлена тем, что зная причины возникновения, особенности проявления, социальные последствия, методы, можно если не предотвратить, то смягчить следствия проявления этого опасного явления.

Религиозный терроризм проявляется в крайней нетерпимости к представителям различных конфессий, либо непримиримом противоборстве в рамках одной конфессии. Зачастую используется в политических целях, в борьбе религиозных организаций против светского государства или за утверждение власти представителей одного из вероучений. Наиболее ярые экстремисты ставят своей целью создание отдельного государства, правовые нормы которого будут заменены нормами одной, общей для всего населения религии. С начала 80-х годов ХХ в. религиозный терроризм связывается в общественном сознании прежде всего с радикальным исламизмом. Терроризм, прикрывающийся исламскими лозунгами, стал результатом исламизации социального и национального терроризма на Ближнем и Среднем Востоке. Сегодня он представляет собой мощное интернациональное сообщество, охватывающее все исламские регионы планеты.

Новейшая история исламского терроризма в Татарстане началась с первых терактов на газопроводах в 2003-2005 годах в сельских районах. Затем в республике появились свои «лесные» – боевики в Нурлатском районе Татарстана, где вооруженная банда фундаменталистов постаралась организовать подполье в местном лесу по типу северокавказского. В январе 2012 года в дер.Мемдель Высокогорского района была обнаружена домашняя лаборатория по производству взрывчатки и «поясов шахида». Теперь вот теракты происходят в самой Казани. К сожалению, не видно, что ситуация улучшается. Наоборот, ваххабизм, о проблеме которого так долго и упорно говорил Валиулла Якупов, теперь перешел к милитаристской стадии. Сегодня в республике реализуется ваххабитами ингушско-дагестанский сценарий: то, что происходило на Северном Кавказе 10-15 лет назад, сейчас осуществляется в Поволжье. Первый муфтий Дагестана был убит в 1998 году. После этого было убито свыше 50 муфтиев, их заместителей и известных имамов, придерживавшихся традиционного для Северного Кавказа ислама. В Татарстане ваххабиты похоже что перешли к такой же тактике: и был впервые убит имам-ханафит. Причем удар нанесли как по мозговому центру традиционного для татар ислама ханафитского мазхаба, каким был Валиулла Якупов, богослов уровня классика татарской религиозной мысли Шигабутдина Марджани (1818-1889), так и по организационному центру в лице муфтия Ильдуса Фаизова, впервые за 20 лет постсоветского Татарстана начавший осуществлять политику деваххабизации. Главное – чтобы муфтий сейчас чисто по-человечески не испугался крикливых визгов ваххабитского лобби в информационном пространстве.

За 2012 в республике было зарегистрировано 27 преступлений экстремистской направленности и террористического характера. 14 уголовных дел были возбуждены в о тношении сторонников "радикального ислама", остальные – в отношении у частников неформальных молодежных движений экстремистской направленности.

В данный момент также такая ситуация сохраняется. И террористические группировки в Татарстане представляют не потенциальную, а реальную угрозу. Специалисты МВД отмечают, что ответственность организаторов, участников и сторонников «радикальных объединений» не адекватна опасности, которую они представляют для общества. В связи с этим МВД по Татарстану уже направило в Госсовет республики предложения о внесении изменений в Уголовный кодекс РФ в части ужесточения наказания за преступления экстремистской направленности, а в Уголовно-исполнительный кодекс РФ – об отделении отбывающих наказание лиц за экстремизм от остальных заключенных, чтобы они не распространяли свою идеологию.

Добрынина К.А.
КНИТУ, гр. 3101-42, науч. рук. Каштанова О.В.
Переговоры как способ разрешения политических конфликтов

Конфликты являются неотъемлемой частью общественной жизни. При всем их многообразии, большинство из них имеют политическую направленность. Политика, с одной стороны, – деятельность по предупреждению и разрешению конфликтов. С другой стороны, она выступает как средство провоцирования конфликтов, поскольку связана с борьбой за обладание властью. Политические конфликты представляют собой столкновения противоположных сторон, причинами которых являются несовместимые политические интересы, цели и ценности, непосредственно или опосредованно связанные с политической (государственной) властью. Субъектами политического конфликта могут быть государство, классы, социальные группы, политические партии, личности.

В последние годы социально-политические реалии в нашей стране, изменение роли и статуса России на международной арене и некоторые другие факторы – заставляют нас обращаться все чаще именно к переговорам как главному средству разрешения конфликтов мирным способом. Становится понятным, что без переговоров не обойтись – это мощнейший инструмент, изобретенный человечеством для согласования интересов сторон и организации сотрудничества.

Переговоры являются наиболее оптимальным и конструктивным средством урегулирования политических конфликтов, способствуя предотвращению вооруженных столкновений и войн, поскольку общей целью переговоров является достижение согласия сторон. Поддержание международных отношений невозможно без переговоров, к тому же в последнее время происходит количественное увеличение и качественное усложнение характеристик и типов международных переговоров и интернационализация международных проблем.

Переговоры продолжают играть существенную роль и в урегулировании внутриполитических конфликтов, в особенности в демократических государствах, где достижение консенсуса между ветвями власти возможно только в рамках переговорного процесса. Только в ходе переговоров возможно достижение договоренности о правилах взаимодействия сторон, о нормах их взаимоотношений.

Существует множество способов разрешения политических конфликтов, к которым относятся арбитраж, посредничество, разъединение сторон, использование силы и другие. Но, как свидетельствует практика, одним из наиболее эффективных инструментов разрешения политического конфликта являются переговоры. А в связи с тем, что конфликты в современном мире являются реальной угрозой выживанию человечества, изучение переговоров как средства мирного урегулирования политических конфликтов весьма актуально.

Политические переговоры всегда считались не просто традиционной формой политической коммуникации, а древнейшим способом взаимодействия и разрешения конфликтов в сфере политики. Они сопровождали войны, создания коалиций и альянсов, революции, распады государств и многие другие политические процессы. Несомненно, политические переговоры на современном этапе развития представляют собой наиболее эффективный инструмент разрешения политических конфликтов, как внутригосударственных, так и международных.

От других видов политического общения переговоры отличает существование у договаривающихся сторон общей проблемы, которую необходимо решить совместными усилиями. Направленность на совместное решение проблемы одновременно является и главной функцией переговоров, а ее реализация зависит от степени заинтересованности участников в поиске взаимоприемлемого решения.

Практически на всех переговорах по урегулированию конфликта наряду с главной присутствуют и другие функции. Использование переговоров с различными функциональными целями возможно в силу того, что переговоры всегда включаются в более широкий политический контекст и служат инструментом при решении целого комплекса внутриполитических и внешнеполитических задач. Соответственно, они могут выполнять различные функции. К таким функциям можно отнести информационно-коммуникативную, регуляционную, пропагандистскую и даже маскировочную, которая используется для «отвода глаз».

Оценивая функции переговоров, следует иметь в виду весь политический контекст и то, насколько целесообразно осуществляется их главная функция совместного решения проблемы, в противном случае переговоры становятся«квазипереговорами», напоминая переговоры лишь внешне, по форме.

Немаловажную роль в политических переговорах, как и в любых других, играют их стадии, каждая из которых имеет свои особенности и выполняет ряд задач по достижению частных целей общей части переговоров.

Стадии не могут рассматриваться отдельно друг от друга, поскольку составляют единый взаимосвязанный процесс, где происходит постепенное созревание того результата, который служит завязкой для последующей стадии. Чаще всего в переговорном процессе специалисты выделяют три стадии. Первая стадия – подготовка к переговорам, на которой решаются организационные вопросы и разработка переговорной концепции. Вторая стадия представляет собой сам процесс ведения переговоров и достижение участниками договоренностей. На третьей стадии осуществляется анализ результатов переговоров и выполнение достигнутых договоренностей.

Прибегая к переговорам, каждая сторона определяет для себя некоторую цель. Исходя из этих целей, сторонами выбираются стратегии поведения на переговорах. Основными стратегиями являются торг, в ходе которого каждая из сторон в значительной степени самостоятельно ищет решение и пытается навязать свое решение другой стороне, и совместный с партнером поиск решения, который предполагает ориентацию не только на то, чтобы вынудить или заставить партнера принять совместное решение, как в предыдущем случае, но и на совместный анализ проблемы и совместный поиск вариантов решения. В зависимости от ориентации на эффективность получения максимального результата в ходе переговоров, торг может быть жестким и мягким. Ряд экспертов, в частности М.А. Хрусталев, выделяют наряду с основными стратегиями ведения переговоров и другие, например, ультимативную, имитационную, неопределенную и т.п.

Подытоживая сказанное отметим, что в ходе переговоров их участники не обязательно ориентируются лишь на одной стратегии, они могут их менять, чередовать и совмещать в зависимости от целого комплекса различных исторических, политических, ситуативных и других причин. Это типичное явление практически для любого переговорного процесса, в том числе и политического.

Добрынина К.А.
КНИТУ, гр. 3101-42, науч. рук. Каштанова О.В.
Разрешение конфликтов в организации

Сегодня организация, как и общество в целом, постепенно выходят из кризиса и переходят в качественно новую фазу своего существования – фазу развития. Интенсивность развития в организации может быть обусловлена более высокой степенью взаимодействия различных сил. Это, в свою очередь, неизбежно приводит к расширению базы конфликта и сокращению времени его вызревания.

В ходе поиска и внедрения новых организационных форм конфликт может принимать вид организационного конфликта. Такой конфликт является необходимым для развития любой организации. Подобные конфликты чаще всего проявляют себя в виде несоответствия между стоящими перед коллективом задачами и устаревшими формами организации, призванными обеспечить их решение. Их субъектами могут выступать как группы работников, так и отдельные личности; как рабочие или служащие, так и представитель администрации. Следовательно, организационный конфликт – столкновение противоположно направленных организационных позиций индивидов или групп безотносительно целей друг друга.

Проблема профилактики конфликтов в организациях постоянно привлекает внимание исследователей и практиков управления. Однако ее решению часто мешает недостаточное понимание целей деятельности по предупреждению и профилактике конфликтов и порождаемая этой неоднозначностью противоречивость позиции. Многие видят цель профилактики в недопущении конфликтов как таковых, хотя конфликты бывают конструктивными, полезными и даже необходимыми.

Целями профилактики конфликтов скорее должны быть повышение эффективности организации в целом, улучшение психологического климата (взаимоотношений) путем обеспечения неразрушающего протекания конфликтов. Следовательно, работа по профилактике конфликтов будет органически вписываться в любую управленческую деятельность в качестве одного из ее постоянных компонентов.

В зависимости от того, насколько эффективным будет управление конфликтом, его последствия могут стать функциональными или дисфункциональными, что в свою очередь повлияет на возможность будущих конфликтов: устранять причины или создавать новые.

Имеется несколько функциональных последствий конфликта. Одно из них заключается в том, что проблема может быть решена таким путем, который приемлем для всех сторон. Это в свою очередь сводит к минимуму или устраняет трудности в осуществлении решений. Важное функциональное последствие состоит в том, что стороны будут больше расположены к сотрудничеству, а не к противостоянию в будущих ситуациях, чреватых конфликтом. Конфликт может также уменьшить возможности группового мышления и синдрома покорности, когда подчиненные не высказывают мнений, которые могут не понравиться руководителям. Это может повысить качество принимаемых решений, так как позволяет использовать новые идеи и разрабатывать дополнительные альтернативы и критерии их оценки.

В случае уверенности в функциональных последствиях конфликта следует не только избегать, но и провоцировать, создавать условия для его возникновения.

Если не найти эффективного способа управления конфликтом, образуются деструктивные последствия, которые мешают достижению цели. Существуют следующие дисфункциональные последствия конфликта.

– дестабилизация организации, порождение хаотических и анархических процессов, снижение управляемости;

– отвлечение персонала от реальных проблем и целей организации, смещение этих целей в сторону групповых эгоистических интересов и обеспечения победы над противником;

– неудовлетворенность участников конфликта пребыванием в организации, рост фрустраций, депрессий, стрессов и т.п. и, как следствие, снижение производительности труда, увеличение текучести кадров;

– нарастание эмоциональности и иррациональности, враждебности и агрессивности поведения, недоверия к руководству и окружающим;

– ослабление возможностей общения и сотрудничествас оппонентами в будущем;

– отвлечение участников конфликта от решения задач организациии бесплодная растрата их сил, энергии, ресурсов и времени на борьбу друг с другом.

Разрешению организационного конфликта предшествует его анализ, начинающийся с изучения и определения степени конфликтности участников. Если конфликтность является чертой характера или достигла порога, когда индивид становится постоянным инициатором напряженности (независимо от того, предшествуют ли этому проблемные ситуации), то конфликт далее не анализируется.

Конечный этап развития организационного конфликта – его разрешение, мнимое или реальное. При мнимом разрешении конфликта не устраняется основание его возникновения: конфликт завершается либо отстранением одного из участников, либо достижением компромисса, либо подавлением конфликта силой власти или авторитета. При этом у участников конфликта остаются неудовлетворенность и недовольство, что может привести к новой вспышке конфликта.

Реальное разрешение организационного конфликта может осуществляться по двум направлениям: 1) устранение и разрешение организационной проблемной ситуации; 2) нахождение форм движения конфликта и содействие всемерному ускорению объективного процесса его развития, благодаря коему сохраняется и развивается рациональное и содержательное обоснование позиций конфликтующих индивидов или групп и, наконец, находится решение, полностью удовлетворяющее участников конфликта.

Руководителям не следует считать причиной конфликта только простое различие в характерах. Конечно, это решение может явиться причиной конфликта, но оно является лишь одной из возможных причин возникновения конфликта. Поэтому руководитель должен начать с анализа источников возникновения конфликтной ситуации, а затем использовать соответствующий метод разрешения конфликта.

К структурным методам разрешения конфликта можно отнести четыре метода разрешения конфликтов.Разъяснение требований к работе является одним из основных методов управления, предотвращающих дисфункциональный конфликт. Задание всегда должно включать разъяснение того, какие результаты ожидаются от каждого сотрудника и подразделения. Для исключения субъективности оценок устанавливаются такие параметры как уровень результатов, который должен быть достигнут; кто получает и кто предоставляет различную информацию; система полномочий и ответственности, а также различные процедуры и правила.

Координационные и интеграционные механизмы – важные инструменты в процессе управления конфликтной ситуацией. Один из самых распространенных координационных механизмов – цепь команд. Установление иерархии полномочий упорядочивает взаимодействие людей, принятие решений и информационных потоков внутри организации. Принцип единоначалия облегчает использование иерархии для управления конфликтной ситуацией, так как каждый работник знает, чьим решениям он должен подчиняться.

Подытоживая сказанное, отметим, что для эффективного разрешения подобных конфликтов необходима разработка общеорганизационных комплексных целей, которые помогут сплотить коллектив, сгладить возможные трения между отдельными его членами и подразделениями. Идея, которая заложена в эти высшие цели – направить усилия всех участников на достижение общей цели. Установление четко сформулированных целей для всей организации в целом также способствует тому, что руководители подразделений будут принимать решения, благоприятствующие всей организации, а не только их собственной функциональной области. Систему вознаграждений следует использовать как метод управления конфликтной ситуацией, оказывая влияние на поведение людей, чтобы избежать дисфункциональных последствий. Люди, которые вносят свой вклад в достижение общеорганизационных комплексных целей, должны поощряться. При этом система должна включать не только материальное, но и моральное вознаграждение. Работник должен быть уверен, что его вклад в общее дело будет оценен как руководством, так и коллегами по работе. Систематическое скоординированное использование системы вознаграждений для поощрения тех, кто способствует осуществлению общеорганизационных целей, помогает работникам понять, как им следует поступать в конфликтных ситуациях, чтобы это соответствовало направлению, выбранному руководством.

Добрынина К.А.
КНИТУ, гр. 3101-42, науч. рук. Каштанова О.В.
Конфликты и особенности их проявления в организации

Понятие «конфликт» характеризуется множеством определений и употребляется в разнообразных значениях. Существуют различные определения конфликта, но все они подчеркивают наличие противоречия, которое принимает форму разногласий. Самым общим образом конфликт понимается как предельный случай обострения разногласий. Существует отдельная наука, посвящённая конфликтам – конфликтология.

Конфликт– это наиболее острый способ разрешения значимых противоречий, возникающих в процессе взаимодействия, заключающийся в противодействии субъектов конфликта и обычно сопровождающийся негативными эмоциями.

Организационный конфликт – конфликт, в котором сталкиваются противоположно направленные организационные позиции индивидов или групп безотносительно к целям друг друга. Действия субъектов данного конфликта регламентированы сложившимися нормами, отражают логику развития организации, носят внеличностный, деперсонифицированный характер. Однако это не всякий конфликт, происходящий на территории организации, а лишь такой, который вызван специфическими свойствами организации, ее структурными особенностями, взаимодействиями с другими организациями, организационной динамикой и т.п. Поскольку организации существовали, существуют и будут существовать, имеется глубокая потребность в изучении теории организационных конфликтов.

Организация – это целенаправленное объединение людей, обладающее социальной структурой, нормативной регуляцией поведения, специализацией по функциональному признаку и системой социального контроля. Таким образом, организация представляет собой сложное целое. В условиях перехода российского общества к новым способам управления даже в успешно действующих организациях возникают ситуации повышенной напряженности и социального конфликта. В этих ситуациях многие организации оказываются конфликтными по своей сути, вследствие чего, в итоге не достигают организационных целей.

Возникновению конфликтов в организации неизбежно предшествует социальная напряженность. Изучение этого феномена имеет важное значение для дальнейшего развития конфликтологии, для развертывания ею исследования различного рода конфликтов, для поиска возможностей их диагностики и регулирования.

Особенности организационного конфликта определяются тремя моментами:

1. Различия в объемах социальных систем. В сравнении с обществом организация более локальная и простая система, это система скоординированного поведения, где правила, регуляторы, стандартные процедуры и т.п., это всего лишь механизмы скоординированного поведения. Это позволяет говорить об управляемости, возможностях прогнозирования конфликтных ситуаций.

2. Ролевая структура организаций. Важным является тот факт, что люди в процессе вхождения в организацию жертвуют частью своей свободы и делают это с целью достижения личных и организационных целей, т.е. на первый план выдвигаются профессиональные качества и должностное положение, а также определенная «несвобода» исполнения своих ролей.

Роль работника в организации – это набор ожидаемых поведенческих стереотипов, связанных с выполнением конкретной работы. Эти ожидания зависят, прежде всего, от положения, занимаемого индивидом, а не от его личных характеристик, и будут одинаковыми для всех индивидов, занимающих эту позицию.

Понимание ролей дает возможность узнать о том, как люди осознают, что они должны делать в какой-то конкретной ситуации. Этим ролям свойственны несколько характеристик. Во-первых, рабочие роли независимы, они выполняются каждым, кто занимает конкретную социальную позицию. Во-вторых, они имеют прямое отношение к трудовому поведению, связанному с выполнением задания. В-третьих, рабочие роли могут быть трудно совместимы друг с другом. Проблема заключается в определении того, кто определяет, что от кого ожидается. Наконец, роли быстро выучиваются и могут оказывать значительное влияние, как на социальные позиции, так и на трудовое поведение работников. Большая часть того, что мы думаем и делаем, определяется нашими ролями.

3. Организация – это «замкнутая община». Управление организацией включает в себя координацию человеческих и материальных ресурсов для достижения формальных целей организации. Организационная структура это общая сумма методов, которыми организация разделяет свой трудовой процесс на отдельные задания и, затем, добивается координации между этими заданиями.

Таким образом, исследование организационного конфликта как социального процесса предлагает подходить к конфликту как к неотъемлемой черте жизни организации. Поэтому нужно рассматривать конфликты как непрерывный процесс перерастания одной конфликтной ситуации в другую. Можно сказать, что организация – «живой организм», в котором протекают социальные процессы и столкновения между позициями.

Признание конфликта закономерным явлением в обществе и в организации расширяет и углубляет понятие «управление конфликтом». Управление конфликтом есть целенаправленное воздействие на процесс конфликта, обеспечивающее решение социально значимых задач, стоящих перед организацией. Управление конфликтами включает в себя: прогнозирование конфликтов, предупреждение одних и вместе с тем стимулирование других, прекращение и подавление конфликтов, регулирование и разрешение.

Поскольку многие конфликты в организациях не всегда могут быть разрешены, они нуждаются скорее в грамотном управлении, так как способны приносить пользу. Ведь конфликт сам по себе не является ни положительным, ни отрицательным: он – неотъемлемая черта жизни организации и должен оцениваться с точки зрения того влияния, которое он оказывает на эффективность ее работы.

Таким образом, сама проблема управления организационным конфликтом, вытекает из того, что конфликт, как правило, ассоциируется с негативными характеристиками и ситуациями, которые приводят к снижению производительности и эффективности труда и другим нежелательным последствиям. С этой точки зрения конфликт однозначно вреден для организации. Он рассматривается как нечто разрушительное и противоестественное, своего рода девиантное поведение, которое следует контролировать и искоренять. Безусловно, крайние формы проявления конфликта могут иметь весьма неприятные или даже трагические последствия для некоторых людей и в целом негативно сказываться на деятельности организации. При этом конфликт при должном управлении им, может иметь и положительные результаты. Конфликт в этом случае следует рассматривать как «конструктивную» силу, и при определенных обстоятельствах он должен приветствоваться и стимулироваться.

Закирова М.В.
КНИТУ, гр. 3193-41, науч. рук. ст. преп. Кузнецова А.В.
Технологии социальной работы в разрешении конфликтов на промышленном предприятии

Для выявления актуальности и способов разрешения конфликтных ситуаций на предприятии необходимо в первую очередь осмыслить их содержание. Одно из определений конфликта, наиболее подходящее в рамках исследуемой тематики, дает Л. Козер.

Л. Козер под конфликтом понимает борьбу за ценности и притязания на определенный статус, власть и ресурсы, в которой целями противника являются нейтрализация, «нанесение ущерба или устранения соперника»¹⁵.

А.Г. Здравомыслов, автор фундаментальной работы по проблемам социологии конфликта, определяет конфликт как «важнейшая сторона взаимодействия людей в обществе, своего рода клеточка социального бытия. Это форма отношений между потенциальными или актуальными субъектами социального действия, мотивация которых обусловлена противостоящими ценностями и нормами, интересами и потребностями»¹⁶.

Можно дополнить взятое определение следующим образом: конфликт на предприятии – противоборство сторон в виду неудовлетворительного социально-психологического климата в трудовом коллективе, за влияние, по поводу взаимных претензий, не толерантное отношение к характеру коллег, желания занять более высокую карьерную ступень и т.п.

В современной ситуации роста экономических показателей в нашей стране и устоявшейся стабильности, возникает достаточное количество новых фирм и организаций, которые стремятся занять определенное место на рынке, пытаются предложить клиентам новые услуги или их комплекс, предложить новый подход, повысить качество обслуживания, ищут все более и более качественные и новые подходы к организации сервиса и взаимодействия с клиентами.

Для того чтобы сохранять достигнутую стабильность, непрерывность производства необходимо предвидеть и устранять какие-либо конфликтные ситуации. На любом производстве трудовую деятельность ведут различные по характеру люди, со своими взглядами, предрассудками, претензиями, что неизбежно ведет к конфликтам.

Сразу надо отметить, что бесконфликтных организаций не существует. Более того, чем активнее и динамичнее организация, тем чаще в ее деятельности возникают основания для любых видах конфликтов.

Любая конфликтная ситуация является причиной отсутствия сплоченности трудового коллектива предприятия, она негативно отражается на командном духе, формировании корпоративной культуры. Это, в свою очередь, негативно отражается на достижении целей, задач трудового коллектива, что ставит под угрозу миссию предприятия.

Именно поэтому руководство любого производственного предприятия должно уделять особое внимание выявлению, устранению и профилактике конфликтных ситуаций. Руководство должно понимать причины конфликта и уметь управлять его течением и разрешением, что является неотъемлемой частью профессионализма. Всем руководителям на любом уровне необходимы знания о способах предупреждения и конструктивного разрешения конфликтов¹⁷.

Однако не каждый руководитель, к сожалению, учитывает в своем желании экономической стабильности и роста прибыли психологические показатели, особенно личностные качества сотрудников, которых нанимает на работу. Зачастую руководители считают, что все можно решить без современных методик устранения конфликтов, привлечения различных специалистов-психологов. Не проводятся и различные тренинги, корпоративные мероприятия. Аттестация персонала признается лишней тратой сил, времени и денег компании. Однако практика показывает, что подобные мероприятия приносят пользу и экономически выгодны компаниям, если проводятся с четко определенной целью, особенно, если такой целью является снижение напряженности и разрешение конфликтной ситуации в организации.

В целом, на предприятии целесообразно организовать отдельную социальную службу для устранения конфликтов или же назначить из коллектива, профсоюза специальных сотрудников.

Назначение сотрудников может проводиться путем выборов или выбираться руководством предприятия¹⁸.

При этом необходимо соблюдать несколько принципов: добровольность – назначаемые сотрудники должны желать заниматься деятельностью по устранению конфликтов; законность – при назначении сотрудников, отвечающих за разрешение конфликтов, руководство обязано соблюдать нормативы и правила; профессионализм – назначать сотрудника для данной деятельности следует с учетом его навыков, опыта и квалификации; эффективное стимулирование – назначаемый сотрудник должен получать вознаграждение за работу в сфере устранения конфликтов, как нематериальное, так и денежное.

Первоначальной задачей социальных работников по разрешению конфликтных ситуаций на предприятии должно быть выявление любой напряженности в коллективе. Так как именно она лежит в основе серьезных скандалов, споров, противоборстве и т.п. При этом следует учитывать, что любая конфликтная ситуация имеет четкие очертания. Так, социальные работники должны следить за наличием какой-либо неудовлетворенности среди персонала предприятия в отношении материального достатка, общения в коллективе, условий трудовой деятельности и т.п.

Необходимо отслеживать степень трудовой идентификации в коллективе предприятия. То есть, как люди соотносят себя с предприятием, с коллегами, чувствуют ли принадлежность к единой корпоративной культуре организации.

Можно исследовать наличие в трудовом коллективе предприятия протестных настроений, желаний организовать выступление против руководства, возможно даже и в отношении внешней среды, например государственных или муниципальных органов власти.

Для выявления таких условий и обстоятельств социальным работникам предприятия нужно применять специальные конфликтологические техники.

В первую очередь, имеет смысл проведение всевозможных опросов, тестов, бесед, консультаций. Тут необходимо выяснить возраст сотрудников, пол, удовлетворенность коллективом, условиями трудовой деятельности, кадровой политикой предприятия, системой оплаты труда. Возможно изучение мнения персонала о способах изменения сложившихся негативных ситуаций в лучшую сторону.

Если же уже наступила первоначальная стадия конфликтной ситуации, то социальные работники должны определить ее причины, круг вовлеченных лиц, предсказать возможные направления ее развития. После чего постараться примирить стороны при помощи компромисса, то есть посредством взаимной уступки конфликтующих сторон.

В данной ситуации социальный работник должен быть в качестве посредника. Ему рекомендуется проводить переговоры между конфликтующими сторонами, беседы, уговоры к прекращению вражды.

При взаимодействии социальных работников с руководством предприятия в разрешении конфликта можно предложить его модифицировать. То есть предмет конфликта искусственно меняет свои количественные или качественные характеристики, что устраняет интерес к нему со стороны конфликтующих сторон. В этом случае, прежде всего, нужно переструктурировать имеющиеся ценности, мотивы, установки, а также принять новые.

Когда конфликт не разрешается, соперники не идут на примирение, то можно предложить применение санкций. Например, перевести кого-либо из них в другой отдел, или повысить трудовую нагрузку, лишить премии и тому подобное.

При наличии ресурсов социальные работники совместно с руководством могут применять интегральную стратегию разрешения конфликтной ситуации. То есть попытаться удовлетворить требования конфликтующих сторон, при гарантиях того, что они изменят свое поведение и пересмотрят притязания.

Социальным работникам предприятия при разрешении конфликтных ситуаций следует учитывать, что конфликт порой имеет сложную структуру, множество источников и участников.

Взаимодействуя с конфликтующими сторонами, социальный работник оказывает на них влияние, которое может привести как к разрешению конфликта, так и к его усугублению или трансформацию.

Зарипова А.Р.
КФУ, гр. 18-140, науч. рук. проф.Зазнаев О.И.
Конфликт между центральными и региональными властями в условиях активизации сепаратистских настроений в Испании(на примере Каталонии)

Начало XXI века характеризуется стремлением региональных элит к максимальному расширению своих политических полномочий за счёт широкой децентрализации государства.

В европейском регионе процесс создания наднациональных институтов сопровождается противоположной тенденцией регионализации, которая в свою очередь ведет к усилению позиций этнорегиональных элит, защищающих свою национальную идентичность, культуру и экономическое благополучие региона. Именно региональные элиты становятся активными политическими акторами, способными навязывать свои решения центру, используя сепаратистские настроения населения как инструмент торга в отношениях с центральной властью.

Неэффективная модель взаимоотношений может привести к конфликту между центральной и региональной властью, затем к кризису всей системы государственно-территориального устройства, за которой может последовать угроза потери территорий или распада государства.

Каталонский сепаратизм, активизировавшийся в последние десятилетия, имеет глубокие корни. На протяжении своего существования в составе Испании вопрос о независимости для Каталонии оставался всегда актуальным, но в связи с нехваткой политических ресурсов чаще всего заменялся требованием расширения прав региона в составе испанского государства¹⁹.

Начало XXI века можно охарактеризовать, как поворотный момент в развитии отношений между центром и регионами в Испанском государстве. Возникли предпосылки создавшие базу для формирования сепаратистских настроений, как в обществе, так и среди региональной элиты.

1) Пересмотр центральными властями статей нового автономного статута Каталонии, предполагавших расширение полномочий региона, вызывал негативную реакцию среди населения Каталонии.«Многие каталонцы расценили это решение как оскорбительное, отнимающие у них право на самоопределение и попирающее национальное достоинство».

2) Проявления мирового экономического кризиса и курс, взятый центральными властями (меры жесткой экономии, сокращение бюджетных расходов на социальные программы), сыграли на руку сепаратистам, которым удалось внушить населению идею о том, что выход из Испании обеспечит региону и выход из кризиса.

3) Возврат к власти умеренных националистов из «Конвергенции и союз» был отражением недовольства политикой, проводимой до них социалистами. Правительству Артура Маса удалось не просто пропагандировать сепаратистские настроения среди населения, но и создавать новые условия для обострения отношений между центральными и региональными властями, поддерживая в регионе «дух борьбы за сецессию».

Деятельность каталонских властей можно рассматривать, как намеренное разжигание сепаратистских настроений с целью использовать их для реализации своих политических и экономических интересов. В условиях заинтересованности центра в сохранении целостности государства региональная элита использует сепаратизм в качестве инструмента шантажа центральных властей.

Для выявления специфики конфликтных взаимоотношений между испанским государством и автономной областью Каталония было решено воспользоваться методикой ивент-анализа, которая позволила детально проследить динамику изменения отношений между центральными и региональными властями. В ходе ивент-анализа была составлена база данных, включающая в себя действия каталонских и испанских властей касающаяся вопросов отделения Каталонии и расширения ее полномочий, а также выявлена линия позиционирования «конфликт-сотрудничество».

Вербальные и невербальные акции Каталонского правительства, направленные на развитие диалога с центром, демонстрируют попытки региональных властей договориться с властями Испании. В свою очередь правительство Испании и лично премьер-министр Мариано Рахой игнорирует акции Каталонского правительства. Данная позиция объясняется нежеланием центральных властей проявлять слабость и идти на уступки «региональным сепаратистам», а также приковывать внимание к данной проблеме и расширять ее масштаб из опасения «цепной реакции» со стороны других регионов Испанского государства.

Анализ взаимодействия между центром и регионом в условиях развития конфликтной ситуации показал, что на настоящий момент существует модель отношений торга в рамках, которого регион использует сконструированный сепаратизм в качестве инструмента расширения автономии и получения политической преференции.

Список литературы

1. Авилова, А.В. Испания: новая модель отношений между центром и регионами // Проблемы теории и практики управления. – 1997. – № 3. – С. 23– 26.

2. Орлов А.А. Национализм в Каталонии – фактор риска для Испании // Обозреватель-Observer. – 2010. – № 11(250). – С. 108-120.

3. Хенкин, С.М. Испания: испытание Каталонией [Электронный ресурс]/С.М. Хенкин// Перспективы–14.01.2013. – Режим доступа: http://www.perspektivy.info/oykumena/europe/ispanija_ispytanije_katalonijej_2013-01-14.htm, свободный. –Проверено:1.04.2014.

4. Хенкин, С.М. Потенциал регионального сепаратизма в Испании / С.М. Хенкин // Российский совет по международным делам: [веб-сайт]. – 2012. – 21 июня. –URL: http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=514.

5. Medrano, J.D.Nacionesdivididas: Clase, politica y nacionalismo en el Pais Vasco y Cataluna/ J.D. Medrano-Madrid.: SigloVeintiuno de EspanaEditores, 1999. – 266 p.

Зиннатуллин А.З.
КФУ, гр. 18-948, науч. рук. проф. Сергеев С.А.
Противоречия в отношениях федерального центра и субъектов РФ в условиях «вертикали власти»

Рассмотрение взаимоотношений федерального центра и субъектов Федерации в период, когда выборы глав исполнительной власти регионов непосредственно самим населением были отменены и не проводились, вызывает немалый исследовательский интерес. Этот период охватывает промежуток времени длиною в 8 лет – с января 2005-го по июнь 2012 гг. В экспертном сообществе отмена губернаторских выборов оценивается как наиболее важная среди путинских реформ, направленных на построение «вертикали власти». Данная реформа изменила конфигурацию властных отношений и заметно усилила централизацию власти в стране, не повстречав практически никакого сопротивления ни со стороны региональных политических элит, ни со стороны общества.

Подобная позиция субъектов политического процесса, интересы которых, казалось бы, в первую очередь ставятся под удар, резко контрастирует с ситуацией, имевшей место в первое десятилетие после крушения советской политической системы. Напомним, что положение федерального центра на всем протяжении 1990-х гг. в силу отсутствия у него соответствующих политических ресурсов и общего экономического спада, вызванного реформами начала десятилетия, характеризовалось практически полным отсутствием возможности вести отношения с рядом регионов с позиции силы. Более того, некоторые региональные политические лидеры в этот период рассматривались в качестве политиков, имевших значительный вес на федеральном уровне. Естественно, это порождало ряд весьма характерных особенностей отношений двух уровней власти, проявляющихся, например, в игнорировании требований федерального центра, в самовольном присвоении ресурсов регионами и т.д. С ликвидацией подобной самостоятельности региональных политических элит как в неформальном, так и в формально-правовом аспекте, в начале и середине 2000-х гг. федеральный центр, опираясь на существенно улучшенную экономическую ситуацию и благоприятную конъюнктуру на нефтегазовом рынке, стал выступать в качестве доминирующего субъекта, интересы которого должны быть первостепенны. Масштабная рецентрализация власти и управления, квинтэссенцией которой стала отмена губернаторских выборов в 2004 году, вкупе с усилением авторитарных тенденций на центральном и субнациональном уровнях федеративной системы представляют немалый исследовательский интерес, в том числе и в плане анализа отношений между разными уровнями власти.

В первую очередь стоит отметить, что выстраивание вертикали власти и связанной с ней модели отношений федерального центра и регионов, рассматриваемой сквозь призму принципал-агентской теории, ни в коей мере не устранили конфликтности как между этими двумя уровнями политико-административного устройства государства, так и внутри самих регионов. Более того, данные конфликты (имеются в виду внутри региона) обострились в условиях, когда благоприятная экономическая конъюнктура на фоне всплеска цен на энергоресурсы в начале и середине 2000-х гг. сменилась финансово-экономическим кризисом 2008-2009 годов. По мнению А.С. Ширикова, это связано главным образом с тем, что в условиях нивелирования политической составляющей конфликтов между различными внутрирегиональными акторами, произошедшей с построением «вертикали власти», на первое место выходит административный «торг» за перераспределение существующей экономической ренты²⁰. Подобная система отношений не могла не вызвать более острых противоречий и/или накалить существующие в условиях экономического кризиса, когда финансовые потоки в региональные бюджеты заметно поредели.

Примечательным примером в данной связи являются случаи внутрипартийных конфликтов на региональном и местном уровнях в рядах «Единой России»²¹. В условиях ограничения позитивного стимулирования в виде дотаций из федерального бюджета, а также усиливающегося требования обеспечения электорального господства правящей партии со стороны принципала породили ситуацию, когда происходит ожесточенная схватка различных групп за резко ограниченные ресурсы на региональном и местном уровнях. В результате подобного рода борьбы наблюдаются случаи избрания на пост мэра крупных городов различных субъектов федерации кандидатов, отошедших от «Единой России» и/или поддержанных оппозиционными партиями. Из последних примеров наиболее показательными являются выборы в Иркутске, Ярославле, Тольятти. Помимо этого, существенно осложнились отношения в тех регионах, где еще до отмены губернаторских выборов конкуренция между главой региона и мэрами крупных городов определяла весь политический процесс, например, в Волгоградской, Астраханской, Свердловской областях. При этом, как отмечается в литературе, вмешательство федерального центра посредством применения наказания для прекращения конкуренции только обострило и без того непростые отношения и в какой-то степени сыграло на руку тем или иным акторам²². Пример находящегося ныне под стражей мэра Ярославля Е. Урлашова является в данном случае наиболее показательным.

Кроме того, в рамках существующей ныне системы отношений между двумя уровнями власти, когда региональные политические субъекты направляют все свои усилия на овладение резко ограниченного в условиях экономического кризиса потока финансовых ресурсов из федерального бюджета, требование недопущения протестных выступлений не могло быть выполнено в полной мере. Прокатившаяся по всей стране протестная волна 2009-2010 гг., хоть и не нашла своего продолжения в выдвижении на политическую авансцену новых акторов во многом из-за отсутствия координации, стихийности и разобщенности акций протеста, тем не менее продемонстрировала, что даже в нестоличных регионах потенциал протеста может рассчитывать на значительную численность.

Следует отметить также тот момент, что при последующем ухудшении экономической ситуации убытки агентских отношений для федерального центра будут только нарастать. Уменьшение финансовых потоков из федерального бюджета неизбежно увеличит и без того достаточно высокую степень конфликтности между региональными группировками за их перераспределение (по сути, обладание). В таких условиях тяжело говорить об эффективности управления на субнациональном и местном уровнях и успешном выполнении требований принципала.

Подытоживая все вышесказанное, можно сделать следующий вывод. Совершенно очевидно, что федеральный центр, являющийся принципалом, заинтересован в совершенствовании регионального управления и выполнении собственных требований, поскольку в подобном случае повышается легитимность существующего политического режима. В связи с неблагоприятными внешними условиями, находящими свое выражение, в первую очередь, в финансово-экономическом кризисе 2008-2009 гг., проблема контроля за агентами приобретает еще большую степень сложности, поскольку издержки контроля при сокращении позитивного стимулирования возрастают многократно. Возникает закономерный вопрос о том, какие еще методы может предпринять федеральный центр для обеспечения лояльности и должного рвения агентов в отстаивании интересов принципала. В качестве подобных инструментов контроля могут выступать кадровые изменения, назначения, снятия с должностей глав исполнительных органов субъектов Федерации, которые являются методом, скорее, наказания, а не стимулирования.