Faqat Litresda o'qing

Kitobni fayl sifatida yuklab bo'lmaydi, lekin bizning ilovamizda yoki veb-saytda onlayn o'qilishi mumkin.

Kitobni o'qish: «Обзор судебной практики. Антимонопольное законодательство. Выпуск 1»

Name: Обзор судебной практики. Антимонопольное законодательство. Выпуск 1
Author: Mualliflar jamoasi
ISBN: 9785392169894

Mualliflar jamoasi

Shrift:

Выпуск 1

Под общей редакцией

председателя

Арбитражного суда г. Москвы

С. Ю. Чучи

[битая ссылка] ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.2/.3

ББК 67.404.1

О-14

Под общей редакцией председателя Арбитражного суда г. Москвы С. Ю. Чучи

Ответственный редактор председатель 19 судебного состава Арбитражного суда г. Москвы Г. Н. Папелишвили

Составители: председатель 19 судебного состава Арбитражного суда г. Москвы Г. Н. Папелишвили, А. В. Устинова

В издании под общей редакцией председателя Арбитражного суда г. Москвы С. Ю. Чучи представлен обзор судебной практики Арбитражного суда г. Москвы по спорам, связанным с антимонопольным законодательством, за 2013 г.

УДК 347.2/.3

ББК 67.404.1

Практика применения антимонопольного
законодательства

Говоря о практике применения антимонопольного законодательства, следует отметить, что Конституция Российской Федерации 1993 года провозгласила право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (п. 1 ст. 34), охрану права частной собственности (ст. 35), принцип государственной поддержки конкуренции (п. 1 ст. 8), а также закрепила положение, в соответствии с которым не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (п. 2 ст. 34).

Гражданский кодекс Российской Федерации 1994 года признал равенство участников регулируемых им отношений; неприкосновенность собственности; свободу договора; недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела; необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты (п. 1 ст. 1), а также установил недопустимость использования гражданских прав в целях ограничения конкуренции и злоупотребления доминирующим положением на рынке (п. 1 ст. 10). На этих основных принципах базируются юридические условия существования и развития экономической состязательности на рынке.

Целью антимонопольного законодательства в различных странах мира является обеспечение такого состояния рынка, при котором нет угроз осуществлению нормальной хозяйственной деятельности. Несмотря на то, что законодательство каждой отдельно взятой страны имеет свои особенности, цель его едина – достижение конкуренции.

В России антимонопольное законодательство появилось при переходе к рыночной экономике. Оно является не только новым и важным для нашего государства, но и очень сложным, порождающим при применении ряд проблем.

При этом основное место как в зарубежном законодательстве, так и в российском законодательстве занимает проблема борьбы с монополизмом и защитой конкуренции.

И если американское законодательство о конкуренции направлено на защиту конкуренции как таковой, российское антимонопольное законодательство и действия антимонопольного органа направлены на защиту интересов конечного потребителя.

Антимонопольное законодательство в нашей стране является относительно молодым в сравнении, в частности, с западноевропейским и американским.

В 1991 г. был принят «Закон о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», который в настоящее время действует в части определения понятий аффилированных лиц.

В дальнейшем – в июле 2006 г. был принят Закон «О защите конкуренции», в который с начала его действия внесено уже 18 изменений тремя антимонопольными пакетами, а количество статей по сравнению со старым Законом увеличилось с 29 до 54.

Все вышесказанное позволяет говорить о том, что антимонопольное законодательство, да и антимонопольное право, как самостоятельная отрасль, только формируется и находится на этапе становления.

При этом действующий Закон уже позволяет специализированному органу в лице ФАС РФ, с ее регламентированными полномочиями претворять его положения в жизнь, механизм реализации Закона заработал.

Говоря о правовых позициях по делам о защите конкуренции, необходимо сказать, что ст. 4 Закона «О защите конкуренции» закреплено понятие конкуренции – соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Закон подразделяет действия хозяйствующих субъектов в конкурентной среде на правомерные (добросовестная конкуренция) и неправомерные, одновременно устанавливая запреты:

– на злоупотребление доминирующим положением;

– на ограничивающие конкуренцию соглашения;

– на согласованные действия, ограничивающие конкуренцию.

При рассмотрении дела в антимонопольной службе подлежит установлению ряд фактов, таких как, например, товарный рынок и его границы; наличие у хозяйствующего субъекта доминирующего положения на конкретном рынке и т. д.

Антимонопольная служба:

– устанавливает наличие либо отсутствие нарушения положений Закона, проводит соответствующую проверку, при необходимости анализ рынка;

– запрашивает необходимые документы, проводит иные необходимые мероприятия и в случае подтверждения выявленных нарушений принимает комиссионное решение о признании хозяйствующего субъекта нарушившим то или иное положение законодательства;

– при наличии оснований выдает соответствующее предписание об устранении совершенного нарушения, в случае неисполнения которого принимает решение о привлечении виновного лица к административной ответственности.

Принимаемые антимонопольной службой России ненормативные акты, как следствие, непосредственно затрагивают права и законные интересы хозяйствующего субъекта, в связи с чем могут быть обжалованы в арбитражном суде по правилам главы 24 АПК РФ.

Арбитражным процессуальным кодексом предусмотрен 3-месячный срок рассмотрения подобного дела судом, в течение которого суд должен принять законное и обоснованное решение по такому спору.

При этом законодатель установил два необходимых условия для удовлетворения заявленных требований:

– первое – несоответствие закону или иному нормативному правовому акту оспариваемого решения либо действия органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц;

– второе – наличие факта нарушения прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

И если нарушение прав и интересов заявителя устанавливается судом исходя из представленных, в том числе заявителем, доказательств, то бремя доказывания законности и обоснованности оспариваемого решения или предписания комиссии ФАС РФ полностью возложено на административный орган (п. 5 ст. 200 АПК РФ).

Данное положение коррелирует и отчасти раскрывает принцип состязательности, установленный ст. 9 АПК РФ.

С учетом вышеуказанных норм ключевым моментом в данном споре является вопрос доказанности выводов антимонопольной службы, содержащихся в оспариваемом решении, применительно к положениям ст. 9 в неразрывной связи с п. 5 ст. 200 АПК РФ.

В этой связи позиция антимонопольного органа должна формулироваться с учетом всех обстоятельств дела, каждый тезис и вывод, содержащийся в его решении, должен быть подтвержден соответствующими доказательствами, как этого требуют положения ст. 64–68 АПК РФ.

Следует также отметить, что на толкование и применение антимонопольного законодательства существенно влияет судебная практика, единообразие которой прежде всего обеспечивается постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Доктринальным в этой связи является постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2008 г. № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» с изменениями, внесенными в него постановлением от 14 октября 2010 г. № 52.

Большое влияние на практику применения антимонопольного законодательства оказывают также Обзоры практики по отдельным категориям дел и постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по конкретным делам.

Суд первой инстанции руководствуется всеми вышеперечисленными актами как практикообразующими.

В заключение можно отметить, что значимость деятельности арбитражных судов и антимонопольных органов, направленной на обеспечение конкуренции и ограничение монополистической деятельности хозяйствующих субъектов в Российской Федерации, не вызывает сомнения. В этой связи арбитражные суды, базируясь на законодательно установленных принципах арбитражного судопроизводства в целом и на принципе состязательности в частности, стоят на защите прав и законных интересов государства и хозяйствующих субъектов в сфере регулирования антимонопольного законодательства.

В данном обзоре приведена практика рассмотрения Арбитражным судом г. Москвы споров, связанных с применением положений ст. 10–14 Закона «О защите конкуренции», при оспаривании ненормативных актов антимонопольных органов.

Г. Н. Папелишвили,

председатель 19-го судебного состава

Решение Арбитражного суда г. Москвы
от 4 июня 2013 года по делу № А40-25487/2013

Юридически значимым фактом является, применительно к взаимосвязанным положениям п. 8 ст. 4 и ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, не возможность заключения договора с иным лицом, но поведение соответствующего хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на том или ином рынке, как дискриминационное по отношению к обратившемуся за заключением договора лицу.

Заявителем не доказано нарушения оспариваемым актом его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, равно как и не конкретизировано, какое его право подлежит восстановлению путем удовлетворения требования о признании решения недействительным, поскольку предписание, выданное на основании этого решения, им исполнено.

ФГУП «Канал имени Москвы» (далее – заявитель, предприятие) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС по г. Москве (далее – заинтересованное лицо, Управление) о признании незаконным решения от 28.11.2012 по делу № 1-10272/77-11.

Как следует из материалов дела, 01.12.2010 в Московское УФАС России поступила жалоба ООО «Речфлот» на действия ФГУП «Канал имени Москвы» при предоставлении судам причалов.

На основании указанной жалобы Московским УФАС России возбуждено дело № 0701/10-24/11 о нарушении антимонопольного законодательства.

По результатам рассмотрения дела Московским УФАС России принято решение от 28.10.2011.

В рамках дела о нарушении антимонопольного законодательства № 07–01/10-24/11 поступила информация, указывающая на наличие в действиях заявителя признаков нарушения ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, выразившихся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке оказания услуг по предоставлению мест для межнавигационного отстоя в границах Северного речного порта г. Москвы путем непредставления судам ООО «Речфлот» мест для межнавигационного отстоя с последующим заключением договора на межнавигационный отстой.

На основании этих данных Московским УФАС Приказом от 24.10.2011 № 1142 возбуждено дело № 1-10-272/77-11 в отношении Федерального государственного унитарного предприятия «Канал имени Москвы» по признакам нарушения ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее по тексту – Закон о защите конкуренции), выразившегося в злоупотреблении хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке оказания услуг по предоставлению мест для межнавигационного отстоя, в ущемлении интересов ООО «Речфлот» путем уклонения от заключения договора на межнавигационный отстой.

28 ноября 2012 г. Комиссией УФАС по г. Москве вынесено решение по делу № 1-10272/77-11 о нарушении антимонопольного законодательства в отношении Федерального государственного унитарного предприятия «Канал имени Москвы», которым в действиях заявителя установлен факт нарушения ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

На основании указанного решения УФАС России по г. Москве вынесено предписание № 1-10-272/77-11, которым заявителю предписано:

1) в месячный срок прекратить нарушение ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившееся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке оказания услуг по предоставлению мест межнавигационного отстоя в границах Северного речного порта г. Москвы путем непредставления мест для межнавигационного отстоя судам в период 2009–2010 гг., что привело к ущемлению интересов ООО «Речфлот»;

2) предоставить места для межнавигационного отстоя судов субъектам, обратившимся за данной услугой в ФГУП «Канал имени Москвы», на недискриминационных условиях;

3) представить в адрес Московского УФАС России сведения о предоставлении мест для межнавигационного отстоя судам в 2012–2013 и 2013–2014 гг. не позднее 10 рабочих дней со дня окончания соответствующего периода межнавигационного отстоя, согласно указанной в предписании таблице;

4) о выполнении настоящего предписания ФГУП «Канал имени Москвы» сообщить в антимонопольный орган не позднее пяти дней со дня выполнения.

Не согласившись с решением Управления от 28.11.2012, заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с настоящим заявлением.

Судом проверено и установлено, что заявителем соблюден установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок на обращение в суд с указанными требованиями.

В соответствии с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200, ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Однако при рассмотрении настоящего дела такая совокупность условий судом не установлена.

Оспариваемый ненормативный акт принят уполномоченным органом в пределах компетенции, определенной указанными нормативными правовыми актами.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Речфлот» обратилось в адрес ФГУП «Канал имени Москвы» с письмом от 26.10.2009 № 07–10/09 о заключении договора на межнавигационный отстой у причальной стенки Северного речного вокзала. ООО «Речфлот» не получило ответа на данное письмо от ФГУП «Канал имени Москвы».

Письмом от 19.11.2009 № 04–11/09 ООО «Речфлот» обратилось в адрес ФГУП «Канал имени Москвы» с требованием ускорить заключение договора межнавигационного отстоя у причальной стенки Московского Северного речного вокзала для т/х «Император» и т/х «Советский Союз».

Комиссия Управления установила, что проект договора в адрес ООО «Речфлот» предприятием не направлялся. Доказательств обратного заявителем в материалы дела не представлено.

Между тем предприятие указывает, что по заявкам иных судовладельцев оно подготавливало проекты договоров, а также заключило с ними договоры на отстой судов в межнавигационный период: с ООО «Судоходная компания Дюна», с ООО «ЦЕЗАРЬ ТРЭВЕЛ», с ООО «РИКОН ПРОЕКТ».

Согласно п. 8 ст. 4 Закона о защите конкуренции под дискриминационными условиями понимаются условия доступа на товарный рынок, условия производства, обмена, потребления, приобретения, продажи, иной передачи товара, при которых хозяйствующий субъект или несколько хозяйствующих субъектов поставлены в неравное положение по сравнению с другим хозяйствующим субъектом или другими хозяйствующими субъектами.

Бездействие ФГУП «Канал имени Москвы», выразившееся в нерассмотрении заявки ООО «Речфлот» о заключении договора на межнавигационный отстой судов у причальной стенки Северного речного вокзала, фактически создало для общества дискриминационные условия доступа на рынок предоставления причалов для отстоя судов в межнавигационный период, поскольку иные хозяйствующие субъекты такой доступ получили.

При этом наличие у ООО «Речфлот» возможности заключения договора на отстой судов и его заключение с ОАО «Северный порт» не влияют на квалификацию действий предприятия, поскольку юридически значимым фактом является, применительно к взаимосвязанным положениям п. 8 ст. 4 и ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, не возможность заключения договора с иным лицом, но поведение соответствующего хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на том или ином рынке, как дискриминационное по отношению к обратившемуся за заключением договора лицу. Кроме того, факт заключения договора с иным лицом не препятствовал обращению ООО «Речфлот» к предприятию.

Само по себе несогласие Заявителя с содержащимся в оспариваемом решении выводом комиссии о том, что фактическое предоставление иным контрагентам мест для межнавигационного отстоя до заключения с ними соответствующих договоров соответствовало требованиям ч. 2 ст. 425 ГК РФ, не влияет на законность решения, поскольку является лишь констатацией этого обстоятельства.

При этом законность действий ФГУП «Канал имени Москвы» в части исполнения договора до его заключения, то есть соответствие такого поведения требованиям ГК РФ, о соответствии требованиям Закона о защите конкуренции, применительно к рассматриваемому случаю, не свидетельствует.

Специфика услуги по предоставлению мест для осуществления отстоя судов в межнавигационный период заключается в том, что она оказывается в определенный период времени – во время отсутствия навигации, т. е. с осени до весны следующего года.

В связи со спецификой услуги антимонопольный орган при проведении анализа состояния конкуренции на рынке по оказанию этой услуги исходил из того, что ФГУП «Канал имени Москвы» оказано таких услуг в межнавигационный период 2009–2010 гг. на сумму 3 152 277,81 руб., между тем как ОАО «Северный речной порт» – на сумму 2 510 691 руб. за тот же временной период.

Исходя из положений Порядка проведения анализа и оценки состояния конкурентной среды на товарном рынке, утвержденного приказом ФАС России от 28.04.2010 № 220, оценка объема рынка услуг по предоставлению судам мест для межнавигационного отстоя осуществляется на основании объема услуг, оказанных покупателям, измеряемого в стоимостном выражении в географических границах территории Северного речного порта, чем и руководствовался антимонопольный орган при составлении соответствующего аналитического отчета и установлении положения предприятия как доминирующего.

Специфика оказываемых услуг предопределила, таким образом, временной интервал исследования товарного рынка, как того требуют положения п. 2.1 Приказа ФАС России № 220.

Согласно ч. 1 ст. 5 Закона о защите конкуренции доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам.

При этом согласно постановлению Правительства Москвы и Правительства Московской области от 12.08.1997 № 584-67 «О порядке предоставления мест отстоя судам, иным плавательным средствам на акваториях водных объектов и прибрежных территориях в границах города Москвы и Московской области» отстоем судна в межнавигационный (зимний) период является стоянка судна, иного плавательного средства возле оборудованного причала или в специально отведенном месте на якоре (на рейде) в соответствии со Схемой в межнавигационный (зимний) период. В силу п. 3.8 указанного постановления отстой судов в межнавигационный период (в зимнее время) в местах отстоя судов, определенных Схемой, допускается в исключительных случаях только по договору со специализированным предприятием или организацией водного транспорта, осуществляющими эксплуатационно-техническое содержание места отстоя, согласованному с ФГУП «Канал имени Москвы».

В силу ч. 2 ст. 10 Закона о защите конкуренции хозяйствующий субъект вправе представить доказательства того, что его действия (бездействие), указанные в ч. 1 настоящей статьи, могут быть признаны допустимыми. Однако доказательств отсутствия у предприятия доминирующего положения предприятием не представлено, а обратного антимонопольным органом не установлено.

Отклоняя довод заявителя о несоответствии текста оспариваемого решения требованиям ч. 3 ст. 41 Закона о защите конкуренции, суд отмечает, что оспариваемый акт отвечает требованиям ясности, четкости, определенности, конкретности, предъявляемым к актам органов публичной власти. Антимонопольное дело рассмотрено Управлением полно, всесторонне, как того требует положение ст. 49 Закона «О защите конкуренции», всем доводам и доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Довод заявителя о неисполнимости выданного на основании решения предписания опровергается письмом предприятия от 22.01.2013 № 01–09/110, поступившим в Управление 24.01.2013, согласно которому предписание по делу № 1-10-272/77-11 предприятием исполнено.

Согласно ст. 41.1 Закона «О защите конкуренции» дело о нарушении антимонопольного законодательства не может быть возбуждено и возбужденное дело подлежит прекращению по истечении трех лет со дня совершения нарушения антимонопольного законодательства, а при длящемся нарушении антимонопольного законодательства – со дня окончания нарушения или его обнаружения.

Нарушение предприятием требований ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, выразившееся в непредставлении судам ООО «Речфлот» мест для межнавигационного отстоя с последующим заключением договора на межнавигационный отстой является длящимся нарушением.

Так, ООО «Речфлот» 26.10.2009 обратилось в адрес ФГУП «Канал имени Москвы» с письмом о заключении договора на межнавигационный отстой. Указанное письмо общества, а также письмо от 19.11.2009 об ускорении заключения договора на межнавигационный отстой оставлены предприятием без рассмотрения.

Для длящегося правонарушения характерны такие признаки, как продолжающееся противоправное поведение вопреки указанию правовой нормы и непрекращающееся причинение вреда общественным отношениям, являющимся объектом соответствующего правонарушения, а также непрерывное осуществление объективной стороны правонарушения в течение определенного периода времени и актуальность исполнения соответствующего требования законодательства.

Возможность отстоя судна в межнавигационный период (с ноября по апрель следующего года) представляет собой длящуюся во времени, неоднократную возможность использования причальной стенки речного вокзала после заключения соответствующего договора с уполномоченным на оказание таких услуг контрагентом (ФГУП «Канал имени Москвы»), а невозможность пользования такой услугой характеризуется длительной неопределенностью в материальных интересах общества.

Поскольку вмененное предприятию нарушение является длящимся, срок давности вынесения антимонопольным органом решения подлежит исчислению либо со дня окончания нарушения антимонопольного законодательства, либо с момента обнаружения нарушения.

При этом, в силу альтернативного характера гипотезы нормы ст. 41.1 Закона о защите конкуренции, исчисление срока давности при длящемся нарушении – от даты окончания нарушения или от даты его обнаружения – является исключительно прерогативой антимонопольного органа.

Таким обнаружением, применительно к ст. 41.1 Закона о защите конкуренции, явилось выявление комиссией Управления в рамках дела № 07–01/10-24/11 обстоятельств, указывающих на нарушение ч. 1 ст. 10 Закона в продуктовых границах товарного рынка услуг по предоставлению мест судам в межнавигационный период, что отражено в определении комиссии от 14.10.2011 (исх. № ДТ/25227 от 18.10.2011).

В силу ч. 1 ст. 47.1 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган вправе выделить в отдельное производство одно или несколько дел. При этом согласно ч. 2, 3 этой же статьи Закона о выделении дела в отдельное производство антимонопольным органом выносится определение, а состав комиссии по рассмотрению объединенных или выделенных дел определяется приказом антимонопольного органа.

Возбуждение дела № 1-10-272/77-11 оформлено приказом Московского УФАС России от 24.10.2011 № 1142.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в п. 10.1 постановления от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства», датой принятия антимонопольным органом решения является дата изготовления его в полном объеме.

Поскольку оспариваемое предприятием решение по делу № 1-10-272/77-11 принято 28.11.2012, а нарушение обнаружено 14.10.2011 комиссией по делу № 07–01/10-24/11, установленный ст. 41.1 Закона о защите конкуренции трехлетний срок давности, за пределами которого антимонопольный орган утрачивает право на принятие решения о нарушении антимонопольного законодательства, Управлением не пропущен.

В силу ст. 2, 4 АПК РФ целью обращения в суд является защита или восстановление нарушенного или оспариваемого права. Так, ст. 201 АПК РФ предусмотрена необходимость указания в резолютивной части решения суда на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Поэтому избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и быть направлен на его восстановление.

Вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ заявителем не доказано нарушения оспариваемым актом его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, равно как и не конкретизировано, какое его право подлежит восстановлению путем удовлетворения требования о признании решения недействительным, поскольку предписание, выданное на основании этого решения, им исполнено, что подтверждается письмом от 22.01.2013 № 01–09/110.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение Управления о нарушении антимонопольного законодательства принято в соответствии с действующим законодательством, не нарушает прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Решение Арбитражного суда г. Москвы
от 4 июня 2013 года по делу № А40-67952/2012

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку ранее вступившим в законную силу решением суда установлен факт нарушения заявителем ч. 1 ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции», а именно ущемление хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение, интересов других лиц, то требования заявителя о признании незаконным Предписания Управления Федеральной антимонопольной службы не подлежат удовлетворению.

ОАО «МОЭСК» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы, третье лицо – Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, о признании недействительным предписания № 1-10-66/77-12.

В обоснование заявленного требования заявитель указывает на обстоятельство того, что указанное предписание незаконно и не подлежит исполнению.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Московского УФАС России при рассмотрении жалоб третьих лиц установлен факт нарушения ОАО «МОЭСК» ч. 1 ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции», а именно ущемление хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение, интересов других лиц, которое выражено

1) в нарушении порядка и сроков рассмотрения заявок на технологическое присоединение энергопринимающих устройств;

2) навязывании невыгодных условий договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям;

3) нарушение установленного нормативными актами порядка ценообразования на услуги по технологическому присоединению;

4) уклонении от осуществления технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям, в том числе от заключения договора;

5) уклонение от оформления документов, подтверждающих технологическое присоединение и разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики.

На основании указанного Решения Московского УФАС России ОАО «МОЭСК» выдано предписание № 1-10-66 77–12 о прекращении злоупотребления хозяйствующим доминирующим положением и совершении действий, направленных на обеспечение конкуренции, и об устранении последствий нарушения антимонопольного законодательства.

Заявитель, полагая, что нарушаются его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, обратился в арбитражный суд с вышеназванным заявлением.

В соответствии со ст. 13 Гражданского кодекса РФ, п. 6 постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным является одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов, входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ на основании исследования представленных лицами, участвующими в деле, доказательств в их совокупности и взаимосвязи суд также установил следующие фактические обстоятельства.

Как установлено судом, заявителем было обжаловано решение Московского УФАС России от 30.03.2012 № 1-10-66/77-12.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.10.2012 в удовлетворении заявленных требований полностью отказано ввиду отсутствия совокупности необходимых условий, предусмотренных ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом суд первой инстанции указал на то, что оспариваемое решение управления законно и обоснованно, не нарушает права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Решением установлен факт нарушения ОАО «МОЭСК» ч. 1 ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции», а именно ущемление хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение, интересов других лиц, которое выражено:

По первому виду выявленных нарушений антимонопольного законодательства, выраженных в нарушении порядка и сроков рассмотрения заявок, суд исследовал решение ответчика, а также представленные ответчику документы по жалобе Богомазовой Е. В.

В этой части выявленные нарушения нашли свое подтверждение. Исходя из даты подачи заявки, а также исходя из даты направления проекта договора, срок рассмотрения заявки нарушен. Данные обстоятельства подтверждены и в отношении указанных в решении заявителей, обратившихся в Московское УФАС России по данным обстоятельствам.

В связи с чем со стороны заявителя имеет место нарушение п. 15 Правил технологического присоединения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 21.03.07 № 168 (далее – Правил), ущемление прав третьих лиц.

По второму виду выявленных нарушений антимонопольного законодательства, выраженных в навязывании невыгодных условий договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям, суд исследовал текст оспариваемого решения, материалы проверки ответчика и пришел к выводу, что приведенные обстоятельства включения в технические условия дополнительных условий относительно заявителей, а именно выполнения технических условий «балансодержателя внутренней сети», наличие его согласия на технологическое присоединение, проектирование и прокладка кабеля, разработка проектной документации за границами участка организации-заявителя и т. д. нашли свое документальное подтверждение. По данным обстоятельствам суд исследовал материалы проверки ответчика в подлиннике по жалобам Богомазовой Е. В., ОАО ТПК «Моссахар». В данном случае со стороны ОАО «МОЭСК» имеет место нарушение п. 11, 18, 19, 25.1 Правил, возложение на заявителей дополнительных обязанностей, не предусмотренных нормами права, в отдельных случаях повлекло причинение дополнительных расходов, ущемление прав третьих лиц.

По третьему виду выявленных нарушений антимонопольного законодательства, выраженных в нарушении установленного нормативными актами порядка ценообразования на услуги по технологическому присоединению, суд исследовал текст оспариваемого решения, материалы проверки ответчика, материалы проверки по жалобе Куликова В. Н., иные материалы проверки, в том числе в отношении ОАО «МТК». Судом установлено, что выводы о применении недействующих тарифов при заключении договоров нашли свое подтверждение. Кроме того, имело место применение завышенной в 2 раза оплаты по договорам, приведенным в таблице 5 решения, в нарушение постановления РЭК Москвы от 28.12.10 № 270, а также иные приведенные нарушения, связанные с завышением стоимости оказываемых услуг.

По четвертому виду выявленных нарушений антимонопольного законодательства, выраженных в уклонении от осуществления технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям, в том числе от заключения договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям, суд также исследовал текст оспариваемого решения, а также материалы проверки ответчика в отношении ОАО «ОЭК», иных организаций и установил вину заявителя во вменяемых нарушениях.

По пятому виду выявленных нарушений антимонопольного законодательства, выраженных в уклонении от оформления документов, подтверждающих технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики суд исследовал оспариваемое решение, материалы проверки в отношении заявки ООО «Центр высоких технологий и электроники», а также заявку ООО «Билд». В этой части выводы ответчика суд принял как обоснованные и установил со стороны ОАО «МОЭСК» наличие уклонения от оформления документов, нерассмотрения заявок с учетом поставленных вопросов организациями.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-67952/2012 решение суда первой инстанции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба без удовлетворения.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В связи с чем требования заявителя о признании незаконным предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве № 1-10-66/77-12 не подлежат удовлетворению.

Решение Арбитражного суда г. Москвы
от 5 июня 2013 года по делу № А40-169346/12

Собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

ОАО «Проектмонтажавтоматика» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (далее – Управление, антимонопольный орган) от 23.11.2012 по делу № 1-10-676/77-12 о нарушении антимонопольного законодательства.

Как усматривается из материалов дела, ОАО «Проектмонтажавтоматика» является абонентом по договору № 37001901 от 26.12.2006 энергоснабжения, заключенному с ОАО «Мосэнергосбыт».

Между ОАО «Проектмонтажавтоматика» (организация) и ОАО «ЭЗСА» (пользователь) заключен договор от 01.01.2011, согласно которому организация принимает на себя обязательства по оказанию пользователю – собственнику нежилых помещений площадью 5068,9 кв. м своими силами и (или) силами привлеченных специализированных организаций комплекса эксплуатационных услуг для обеспечения жизнедеятельности здания, находящегося по адресу: г. Москва, проспект Маршала Жукова, дом 2, корп. 2, а пользователь обязуется принимать и оплачивать оказанные услуги организацией в порядке и сроки, установленные настоящим договором.

Согласно приложению № 1 к договору и другим приложениям в перечень услуг входит также обеспечение функционирования систем энергоснабжения и эксплуатация РП 925. Из имеющихся дополнительных соглашений следует, что ОАО «ЭЗСА» принимало участие в оплате электромонтажных работ, ремонта и наладке электрооборудования, что подтверждается приложенными платежными поручениями.

Письмом от 17.04.2012 № 32 ОАО «ЭЗСА» обратилось в адрес ОАО «Проектмонтажавтоматика» с просьбой о выделении электрической мощности для заключения прямого договора с ОАО «Мосэнергосбыт», однако общество отказало в выделении мощности и уведомило ОАО «ЭЗСА» о необходимости погашения задолженности по договору от 01.01.2011 № 127 в размере 964 094 руб., а также известило о прекращении энергоснабжения.

Акт от 25.04.2012 свидетельствует об отключении объекта, принадлежащего ОАО «ЭЗСА».

ОАО «ЭЗСА» обратилось в антимонопольный орган с жалобой от 28.08.12 (зарегистрирована 29.05.2012 за № 14892) на действия ОАО «МОЭСК», а также ОАО «Проектмонтажавтоматика», которое самовольно приостановило подачу электроэнергии и препятствует перетоку электрической энергии.

Комиссией Управления возбуждено и рассмотрено дело № 1-10-676/77-12 по признакам нарушения ОАО «Проектмонтажавтоматика» ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции в части злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке оказания услуг и препятствования перетоку электрической энергии через сети общества на энергопринимающие устройства ОАО «ЭЗСА».

Управлением 23 ноября 2012 г. принято решение по делу № 1-10-676/77-12 о нарушении антимонопольного законодательства и признано в действиях общества нарушение ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, выразившееся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии в границах присоединенной электрической сети, путем препятствования перетоку электрической энергии на энергопринимающие устройства нежилых помещений ОАО «ЭЗСА», расположенных по адресу: г. Москва, проспект Маршала Жукова, дом 2, корп. 2, а также нарушение порядка ценообразования на услуги по передаче электрической энергии, результатом которых явилось ущемление интересов ОАО «ЭЗСА».

На основании указанного решения выдано предписание № 1-10-676/77-12 от 23 ноября 2012 г. об устранении нарушений.

Заявитель полагает, что указанные решение и предписания антимонопольного органа не соответствуют законодательству, в связи с чем обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Вынесенные по данному делу решение и предписания антимонопольного органа соответствуют законодательству о конкуренции и не нарушают права и интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности, поэтому не подлежат признанию недействительными по следующим основаниям.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства, а также предупреждает монополистическую деятельность, недобросовестную конкуренцию, другие нарушения антимонопольного законодательства.

В силу норм ст. 23, 39 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган в соответствии со своими полномочиями возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства и выдает хозяйствующим субъектам обязательные для исполнения предписания. В том числе согласно подпунктам «б», «е», «н» п. 2 ч. 1 ст.

23 Закона о защите конкуренции выдает хозяйствующим субъектам обязательные для исполнения предписания.

Согласно п. 4, п. 5.3.1.1 и 5.3.1.8 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, Федеральная антимонопольная служба осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями.

Пунктом 4.1.7 Положения о территориальном антимонопольном органе Федеральной антимонопольной службы, утвержденного приказом ФАС России от 15.12.2006 № 324, предусмотрены полномочия Управления по рассмотрению жалобы.

Следовательно, дело № 06–11/47-2011 о нарушении антимонопольного законодательства рассмотрено Управлением ФАС по Москве и оспариваемые акты приняты в соответствии с полномочиями.

В соответствии со ст. 1 и 3 Закона о защите конкуренции целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков, а сферой применения – отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции.

При этом запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции).

В силу ч. 1 ст. 5 Закона о защите конкуренции доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта (группы лиц) или нескольких хозяйствующих субъектов (групп лиц) на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту (группе лиц) или таким хозяйствующим субъектам (группам лиц) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам.

Согласно ч. 5 ст. 5 Закона о защите конкуренции доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта – субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии.

В силу абзаца третьего ст. 3 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» (далее – Закон о естественных монополиях) под субъектом естественной монополии понимается хозяйствующий субъект, занятый производством (реализацией) товаров в условиях естественной монополии.

К услугам, оказываемым в условиях естественной монополии, относятся услуги по передаче электрической энергии и услуги по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике (п. 1 ст. 4 Закона о естественных монополиях).

В соответствии с абзацем десятым ст. 3 Закона об электроэнергетике под услугами по передаче электрической энергии понимается комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями.

В силу п. 2 ст. 26 Закона об электроэнергетике оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным.

Обязательным условием оказания услуг по передаче электрической энергии покупателю является его участие в оптовом рынке или наличие у такого покупателя заключенного с производителем или иным поставщиком электрической энергии договора купли-продажи электрической энергии, исполнение обязательств по которому осуществляется надлежащим образом.

В силу п. 4 Правил потребителями услуг по передаче электрической энергии являются лица, владеющие на праве собственности или на ином законном основании энергопринимающими устройствами и (или) объектами электроэнергетики, технологически присоединенные в установленном порядке к электрической сети (в том числе опосредованно) субъекты оптового рынка электрической энергии, осуществляющие экспорт (импорт) электрической энергии, а также энергосбытовые организации и гарантирующие поставщики в интересах обслуживаемых ими потребителей электрической энергии. Услуги по передаче электрической энергии предоставляются сетевой организацией на основании договора о возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии.

Из названных нормативных положений следует, что лицом, непосредственно оказывающим услуги по передаче электрической энергии, является сетевая организация. Наряду с сетевыми организациями в отношениях по передаче электрической энергии между такой организацией и потребителем может участвовать и иное лицо – не оказывающее услуги по передаче энергии. Такому лицу принадлежат объекты электросетевого хозяйства, через которые опосредованно к сетям сетевой организации подключены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики.

В силу п. 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов, в том числе заключению в отношении указанных устройств или объектов договоров купли-продажи электрической энергии, договоров энергоснабжения, договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, и по требованию собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики в установленные законодательством Российской Федерации сроки обязаны предоставить или составить документы, подтверждающие технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики и ответственности сторон за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства. Указанное лицо в установленном порядке также обязано осуществлять по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) действия по введению полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии такими энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики и оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

Согласно п. 4 ст. 41 Закона об электроэнергетике организации, осуществляющие деятельность по передаче электрической энергии (сетевые компании) в пределах исполнения своих обязательств перед потребителями электрической энергии по договору оказания услуг по передаче электрической энергии, а также лица, владеющие объектами электросетевого хозяйства, к которым присоединены энергопринимающие устройства потребителей электрической энергии, и не осуществляющие деятельности по передаче электрической энергии таким потребителям в определяемом Правительством Российской Федерации порядке, обязаны урегулировать отношения, связанные с передачей электрической энергии, с иными сетевыми компаниями, электрические сети которых имеют последовательное взаимное соединение и используются для поставок электрической энергии (мощности) соответствующему потребителю электрической энергии.

В соответствии с п. 5 Правил в случае, если энергопринимающие устройства потребителя электрической энергии присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителей электрической энергии, объекты электросетевого хозяйства лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, или бесхозяйные объекты электросетевого хозяйства, которые имеют непосредственное присоединение к сетям сетевых организаций, такой потребитель заключает договор с той сетевой организацией, к сетям которой присоединены энергетические установки производителей электрической энергии, бесхозяйные объекты электросетевого хозяйства или энергопринимающие устройства (объекты электросетевого хозяйства) лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, к которым непосредственно присоединено его энергопринимающее устройство.

Пунктом 6 Правил установлено, что собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Указанные собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

Потребители услуг, опосредованно присоединенные к электрическим сетям, оплачивают услуги по передаче электрической энергии в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов.

Согласно выданному ОАО «ЭЗСА» разрешению на присоединение энергопринимающих устройств к электрической сети ОАО «МОЭСК» от 19.07.2012 № И-11-00-936424/105, ОАО «ЭЗСА» разрешено дальнейшее использование установленной мощности при условии согласия собственника (владельца) внутренней сети здания и по его ТУ, проект электроснабжения должен быть согласован с блоком по учету и транспорту электроэнергии МКС – филиала ОАО «МОЭСК», собственником и владельцем внутренней сети здания.

Таким образом, в силу приведенных правовых норм ОАО «Проектмонтажавтоматика» как организация, занимающая доминирующее положение на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии, в границах присоединенной электрической сети, а также п. 6 Правил не вправе препятствовать перетоку электрической энергии для такого потребления и требовать за это оплату, в связи с чем действия общества не соответствуют, в том числе положениям п. 4 и 5 Правил.

В соответствии с п. 5 ст. 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц.

В связи с вышеизложенным антимонопольный орган правомерно пришел к выводу о том, что в действиях заявителя по настоящему делу имеется нарушение ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, выразившееся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии в границах присоединенной электрической сети, путем препятствования перетоку электрической энергии на энергопринимающие устройства нежилых помещений ОАО «ЭЗСА», расположенных по адресу: г. Москва, проспект Маршала Жукова, дом 2, корп. 2, что ущемляет права ОАО «ЭЗСА».

Заявитель указывает на отсутствие у него доминирующего положения на рынке услуг по передаче электрической энергии в границах присоединенной электрической сети, а также на отсутствие надлежащего технологического присоединения объекта ОАО «ЭЗСА» к электрическим сетям сетевой организации.

Между тем данные доводы заявителя не соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на неправильном толковании норм права, в том числе ст. 5 Закона о естественных монополиях и п. 5 ст. 5 Закона о защите конкуренции.

Как подтверждается материалами дела, между ОАО «ЭЗСА» и ОАО «Проектмонтажавтоматика» заключен договор от 01.01.2011 № 127 об оказании эксплуатационных услуг. Согласно указанному договору ОАО «ЭЗСА» обязуется принимать и оплачивать оказанные услуги, а ОАО «Проектмонтажавтоматика» обязуется предоставлять эксплуатационные услуги, в том числе электрическую энергию для энергоснабжения объекта ОАО «ЭЗСА». Факт исполнения условий договора, в том числе в части оплаты электрической энергии и расходов по оплате дополнительных электромонтажных работ и ремонта и наладки оборудования подтверждается имеющимися в материалах арбитражного дела платежными документами за январь – август 2012 г. (л. д. 5—16, т. 30).

Антимонопольным органом верно установлено, что надлежащее технологическое присоединение энергопринимающих устройств ГПКИ «Проектмонтажавтоматика» к электрическим сетям сетевой организации подтверждается актом от 31.05.1989 по разграничению принадлежности и ответственности за эксплуатацию электроустановок и сооружений напряжением свыше 1000 В, заключенным между Мосэнерго и ГПКИ «Проектмонтажавтоматика», с установленной мощностью 2000 кВт и единовременной 1650 кВА от ТЭЦ № 16РП № 1925 (л. д. 11 антимонопольного дела), который заменен актом от 12.08.2010 № МКС/112.19/1691.

Наличие же технологического присоединения объекта ОАО «ЭЗСА» к электрическим сетям сетевой организации опосредованно через сети ОАО «Проектмонтажавтоматика» подтверждается письмом ОАО «МОЭСК» от 03.07.2012 № МОЭСК/145/4806 (л. д. 145 антимонопольного дела), а также актом по разграничению принадлежности и ответственности за эксплуатацию электроустановок и сооружений напряжением до 1000 В, заключенным ГУП ГПКИ «Проектмонтажавтоматика» и ОАО «ЭЗСА» (л. д. 7, антимонопольного дела).

При этом ссылки заявителя на то обстоятельство, что архивные данные ОАО «МОЭСК», а также материалы дела не содержат акта о технологическом присоединении и акта о разграничении балансовой принадлежности и ответственности эксплуатации электроустановок, подписанного заявителем, ОАО «ЭЗСА» и энергоснабжающей организацией подлежат отклонению, поскольку ст. 26 Законом об электроэнергетике установлена однократность технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям.

Также имеется между заявителем ОАО «ЭЗСА» договор от 01.01.2011 № 137 об оказании им услуг по электроснабжению, в связи с чем отсутствие надлежащего технологического присоединения не позволило бы заявителю осуществлять электроснабжение контрагента.

В конкретном случае ссылки общества на отсутствие технологического присоединения направлены на изыскание всевозможных способов ухода от ответственности за незаконное препятствование перетоку электроэнергии ОАО «ЭЗСА».

При этом споров, связанных с отсутствием надлежащего технологического присоединения объектов ОАО «ЭЗСА», не возникало до момента обращения последнего в адрес ОАО «Проектмонтажавтоматика» о согласовании выделения мощности для заключения прямого договора энергоснабжения с гарантирующим поставщиком в порядке п. 62 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530, действовавших на момент спорных правоотношений.

В этой связи ссылки заявителя на отсутствие у ОАО «ЭЗСА» надлежащего технологического присоединения являются необоснованными и связаны с неисполнением ОАО «Проектмонтажавтоматика» требований законодательства об электроэнергетике.

То обстоятельство, что ОАО «ЭЗСА» были представлены в антимонопольный орган только копии документов, подтверждающих надлежащее технологическое присоединение его объектов, не свидетельствует о недостоверности представленных сведений. Указанные документы были представлены в надлежащим образом заверенных копиях, что соответствует требованиям п. 3.13 Приказа ФАС России от 25.12.2007 № 447 «Об утверждении административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации».

Вопреки доводам общества ни упомянутый регламент, ни Закон о защите конкуренции не содержат положений о допустимости доказательств.

Сведения, содержащиеся в документах, представленных ОАО «ЭЗСА», заявителем документально не опровергнуты.

Как подтверждается материалами дела и не оспаривается заявителем, 25.04.2012 произошло отключение электроснабжения объекта ОАО «ЭЗСА», расположенного по адресу: г. Москва, проспект Маршала Жукова, дом 2, корп. 2, стр. 1, что не соответствует требованиям п. 6 Правил.

В обоснование заявления общество ссылается на положения ст. 308, 539, 545 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГКРФ).

Между тем данные нормы являются общими и не регулируют в полной мере правоотношений сторон.

В силу положений ст. 3 ГК РФ гражданское законодательство состоит помимо Кодекса из нормативных актов Президента, Правительства Российской Федерации, актов иных ведомств.

K спорным правоотношениям сторон применимы специальные нормы гражданского законодательства – Закона о естественных монополиях, Закона о защите конкуренции, Закона об электроэнергетике, положения постановления Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, постановления Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530, действовавшего на момент спорных правоотношений.

K рассматриваемым правоотношениям в части ограничения электроснабжения ОАО «ЭЗСА» применимы нормы п. 3, 6 постановления Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861.

Доводы общества о том, что подключение ОАО «ЭЗСА» к объектам электросетевого хозяйства заявителя и ОАО «МОЭСК» является несанкционированным, не свидетельствуют о законности ограничения электроснабжения помещений ОАО «ЭЗСА», поскольку право реагирования на несанкционированное подключение в силу положений постановления Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530 принадлежит исключительно сетевой организации, статусом которой заявитель не обладает. Со стороны ОАО «МОЭСК» такого реагирования на действия ОАО «ЭЗСА», которые общество полагает несанкционированным подключением, не последовало.

Более того, ОАО «МОЭСК» поддерживает позицию антимонопольного органа и ОАО «ЭЗСА», поэтому доводы заявителя в этой части подлежат отклонению.

Критическое отношение заявителя к заключенному и исполняемому им договору от 01.01.2011 № 127 фактическим обстоятельствам дела не противоречит, а наличия объективной стороны его правонарушения не опровергает.

Ссылки общества на то, что указанным договором не согласованы существенные условия (ст. 432 ГК РФ), и потому он является незаключенным, суд отклоняет, поскольку надлежащих доказательств признания договора от 01.01.2011 № 127 незаключенным, то есть судебного решения, заявителем не представлено, в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие об исполнении условий договора.

Действительно, заявитель не является сетевой организацией и гарантирующим поставщиком, однако это не освобождает общество от выполнения требований п. 4, 5 и 6 Правил.

Ссылки общества на отсутствие в его действиях нарушения порядка ценообразования при расчетах за потребление электроэнергии ОАО «ЭЗСА» также противоречат фактическим обстоятельствам и нормам материального права.

Так, в соответствии с приложением № 1 к договору от 01.01.2011 № 127 ОАО «ЭЗСА» оплачивает ОАО «Проектмонтажавтоматика», кроме прочего, расходы по обеспечению функционирования систем энергоснабжения, а также расходы по эксплуатации РП 1925, находящейся в ведении последнего.

В силу ст. 3 Закона об электроэнергетике услуги по передаче электрической энергии являются комплексом организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями.

Согласно ч. 4 ст. 23.1 Закона об электроэнергетике, государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках электрической энергии подлежат цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов).

Обязанность общества по обращению за установлением тарифа на оказываемые ОАО «ЭЗСА» услуги в уполномоченный государственный орган следует из п. 3, 6 постановления Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861.

Уполномоченным органом, осуществляющим государственное регулирование тарифов (цен) на продукцию (работы, услуги) организаций, осуществляющих регулируемую деятельность на территории города Москвы, является Региональная энергетическая комиссия в силу постановления Правительства города Москвы от 12.12.2006 № 963-ПП.

Обязанность по обращению в РЭК г. Москвы, как установлено комиссией антимонопольного органа и не оспаривается заявителем, им не исполнена.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 23, ч. 1 ст. 39, ч. 4 ст. 41 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган, по рассмотрении дела и принятии решения, выдает обязательные, в силу ст. 36 Закона, предписания об устранении нарушений антимонопольного законодательства.

Согласно п. 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» антимонопольный орган в соответствии с полномочиями, перечисленными в п. 2 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции, вправе включить в предписание указание на совершение конкретных действий, выполнение которых лицом, нарушившим антимонопольное законодательство, позволит восстановить права других лиц, нарушенные вследствие злоупотребления доминирующим положением в необходимом для этого объеме.

Таким образом, оспариваемое заявителем предписание направлено на восстановление законности в регулируемой сфере правоотношений и нарушенных прав ОАО «ЭЗСА».

С учетом изложенного следует вывод о том, что решение и предписание Управления о нарушении заявителем ст. 10 Закона о конкуренции правомерно и обоснованно, в связи с чем в силу ст. 198, 200 АПК РФ не имеется оснований для признания ненормативных правовых актов не соответствующими закону или иному нормативному правовому акту.

Решение Арбитражного суда г. Москвы
от 3 июня 2013 года по делу № А40-42950/13

Наличие на балансе Заявителя электросетей, через которые осуществляется подача электричества в помещения другого лица, обуславливает положение общества как субъекта естественной монополии.

ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, в котором просит признать незаконным решение Управления Федеральной Антимонопольной Службы по г. Москве от 07.02.2013 № ОМ/3443 по делу № 07–01/10-62/11 о нарушении антимонопольного законодательства о признании в действиях ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» факта нарушения ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите конкуренции», выразившееся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии в границах присоединенной сети, результатом которого явилось ущемление интересов Богомазовой Е. В., путем препятствования свободному перетоку электрической энергии опосредованно через электрические сети ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» на энергопринимающие устройства нежилых помещений Богомазовой Е. В., расположенные по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3, и выдаче предписания ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» о прекращении нарушения антимонопольного законодательства и передаче материалов дела № 07–01/10-62/11 о нарушении антимонопольного законодательства должностному лицу для проведения административного расследования и принятия мер административного реагирования в соответствии со ст. 14.31 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Как следует из материалов дела, 29.12.2010 в Московское УФАС России по принадлежности из ФАС России поступила жалоба Е. В. и В. Н. Богомазовых на действия ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» по отключению электроснабжения помещений по адресу: Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3.

На основании указанной жалобы Московским УФАС России в порядке ст. 23 и главы 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее по тексту – Закон о защите конкуренции) приказом от 04.07.2011 № 711 возбуждено дело № 07–01/10-62/11 о нарушении антимонопольного законодательства, по результатам рассмотрения которого было вынесено оспариваемое решение от 07.02.2013.

Из текста оспариваемого решения следует, что основаниями для его вынесения послужили следующие обстоятельства.

Как установлено антимонопольным органом и не оспаривается сторонами, Богомазова Е. В. владеет на праве собственности нежилыми помещениями общей площадью 107,6 кв. м, расположенными по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3.

27.07.2010 подача электрической энергии в нежилые помещения Богомазовой Е. В., расположенные по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3, была прекращена. По факту отключения электрической энергии в указанных нежилых помещениях Богомазовой Е. В. составлен акт от 27.07.2010 № б/н (вх. от 04.03.2011 № 3733).

В соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок и сооружений напряжением до 1000 В от 14.05.2003 между АО «Мосэнерго» и ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» является балансодержателем и ответственным за эксплуатацию кабельных линий и электрического ввода, посредством которых осуществляется электроснабжение помещений здания, расположенного по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3.

Богомазова E. В. обратилась в суд с исковыми требованиями к ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» о признании действий ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» по отключению электроснабжения нежилых помещений Богомазовой E. В. общей площадью 107,6 кв. м, расположенных на втором этаже здания по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3, незаконными. Решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 25.03.2011 по делу № 2-2675/2011, в удовлетворении исковых требований Богомазовой E. В. к ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» отказано в полном объеме, по причине того, что истица не доказала наличие у ответчика обусловленной каким-либо договором или требованиями законодательных актов обязанности по обеспечению электроэнергией принадлежащих ей помещений (отсутствует договор энергоснабжения, не установлен прибор учета электрической энергии, также отсутствуют документы, подтверждающие надлежащее технологическое присоединение к электрическим сетям сетевой организации).

4 августа 2010 г., с целью оформления надлежащего технологического присоединения, Богомазова E. В. обратилась в адрес ОАО «МОЭСК» с заявкой № И-10-00-919105/102 на осуществление технологического присоединения мощности в размере 15 кВт установленной и 15 кВА единовременной, для электроснабжения нежилых помещений расположенных по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3.

Во исполнение заявки от 04.08.2010 № И-10-00-919105/102 между ОАО «МОЭСК» и Богомазовой E. В. был подписан договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям от 19.11.2010 № ИА-10-302-5949(919105) и выданы технические условия (как неотъемлемая часть указанного договора) от 22.11.2010.

Согласно выданным 22.11.2010 техническим условиям, присоединение энергопринимающих устройств Богомазовой E. В. к электрической сети ОАО «МОЭСК» осуществляется от ввода 113821 до нового ВРЩ 0,4 кВ (ТП 24000) по шлейфовой схеме.

В ходе рассмотрения дела № 07–01/10-62/11 Комиссия Московского УФАС России установила в действиях ОАО «МОЭСК» признаки нарушения ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», а именно в возложении на Богомазову E. В. обязанности по согласованию технологического присоединения с балансодержателем электрической сети (ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ») и по его ТУ, что не предусмотрено п. 16.3 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861.

Определением от 10.11.2011 № ДТ/28151 дело о нарушении антимонопольного законодательства в отношении ОАО «МОЭСК» было выделено в отдельное производство.

Решением по делу № 1-10-66/77-12 от 30.03.2012 признан факт нарушения ОАО «МОЭСК» ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135 «О защите конкуренции», ОАО «МОЭСК» выдано предписание от 30.03.2012 № ДТ/6795, в котором ОАО «МОЭСК» предписывается прекратить нарушение ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135 «О защите конкуренции», а именно в возложении на Богомазову Е. В. не предусмотренной законом обязанности по согласованию технологического присоединения с балансодержателем электрической сети (ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ») и по его ТУ.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-78305/12 (147–743) от 03.10.2012 в удовлетворении требования ОАО «МОЭСК» о признании недействительным решения Московского УФАС России от 30.03.12 по делу № 1-10-66/77-12 отказано.

Во исполнения решения и предписания по делу № 1-10-66/77-12 от 30.03.2012 ОАО «МОЭСК» совершило действия, направленные на осуществление технологического присоединения энергопринимающих устройств нежилых помещений Богомазовой Е. В. к своим электрическим сетям.

3 марта 2012 г. между ОАО «МОЭСК» и Богомазовым В. Н. (представитель Богомазовой Е. В. по доверенности) составлен акт № 1/ИА-10-302-5949 (919105) о технологическом присоединении, в соответствии с которым стороны подтверждают исполнение обязательств по договору от 19.11.2010 № ИА-10-302-5949(919105).

Акт № 1/ИА-10-302-5949 (919105) от 03.10.2012 подтверждает технологическое присоединение энергопринимающих устройств Богомазовой Е. В. к электрическим сетям ОАО «МОЭСК» опосредованно через электрические сети ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», однако на момент 24.01.2013 электроснабжение нежилых помещений Богомазовой Е. В. не осуществляется.

Здание, расположенное по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3, в котором расположены помещения Богомазовой Е. В., образует собой комплекс помещений, объединенных общей электрической сетью, и имеет технологическое присоединение к электрическим сетям сетевой организации.

Наличие на балансе Заявителя электросетей, через которые осуществляется подача электричества в помещения Богомазовой Е. В., обуславливает положение общества как субъекта естественной монополии.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлении от 08.09.2009 № 6057/09, технологическое присоединение не образует отдельного вида экономической деятельности, является нераздельной частью рынка передачи электрической энергии, в связи с чем не составляет самостоятельного товарного рынка.

Согласно ст. 4 Закона о естественных монополиях, услуги по передаче электрической энергии относятся к сфере деятельности субъектов естественных монополий.

В соответствии с ч. 5 ст. 5 Закона о защите конкуренции доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта – субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии.

Таким образом, применительно к упомянутым нормам материального права ЗАО «Агенство недвижимости Московско-Парижского КБ» является организацией, занимающей доминирующее положение на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии, в границах присоединенной электрической сети.

В соответствии с п. 19 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, по окончании осуществления мероприятий по технологическому присоединению стороны составляют акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей эксплуатационной ответственности сторон, акт технологического присоединения.

Согласно письменным пояснениям ОАО «МОЭСК», для подтверждения надлежащего технологического присоединения энергопринимающих устройств нежилых помещений Богомазовой Е. В., расположенных по адресу: г. Москва, Серпуховский пер., д. 1-3-5, стр. 3, к электрическим сетям ОАО «МОЭСК», а также для возможности Богомазовой Е. В. в свои нежилые помещения по названному адресу на законных основаниях получать электрическую энергию опосредованно через электрические сети, находящиеся на балансе ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», сторонам, а именно Богомазовой Е. В. и ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» необходимо оформить акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности (вх. от 08.11.2012 № 29739).

Богомазовой Е. В. письмом от 04.04.2011 № б/н в адрес ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» направлен трехсторонний акт по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности.

Письмом от 21.06.2011 № б/н ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» ответило отказом в подписании указанного акта, так как, по мнению ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», данный акт должен согласовываться и подписываться с сетевой организацией (вх. от 09.08.2011 № 18281).

ОАО «МОЭСК» письмами от 08.02.2012 № МОЭСК/187/978 и от 14.08.2012 № б/н, также направляло в адрес ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», акт по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок и сооружений напряжением до 1000 В для подписания. Согласно информации, имеющейся в Московском УФАС России, со стороны ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» ответа на указанные письма не последовало.

Доводы Заявителя о ничтожности договора от 19.11.2010 № ИА-10-302-5949(919105), заключенного между ОАО «МОЭСК» и Богомазовой Е. В., признаются судом несостоятельными по следующим основаниям.

Параграфом 2 главы 9 ГК РФ установлен ряд оснований ничтожности сделок (ст. 169172), не являющийся исчерпывающим в силу ст. 168 ГК РФ. Заявитель, исходя из требований ст. 65 АПК РФ, должен доказать ничтожность договора от 19.11.2010 № ИА-10-302-5949 (919105), поскольку такие основания, на которые общество ссылается в заявлении, как отсутствие на первом листе договора наименования заказчика (между тем как он указан), а также проставленная на пятой странице договора дата «15.11.2010», о ничтожности данного договора не свидетельствуют, поскольку не противоречат закону в том смысле, в котором это необходимо в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

Доводы Заявителя о том, что со стороны ОАО «МОЭСК», Богомазовой Е. В. не поступали письма в адрес ЗАО «Агенство недвижимости Московско-Парижского КБ», не принимаются судом как противоречащие фактическим обстоятельствам дела, поскольку, согласно материалам дела, Богомазова Е. В. неоднократно обращалась в адрес общества, в том числе путем телеграфной связи. ОАО «МОЭСК» также обращалось в Агентство письмами с описью вложения, содержащими акт по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок. Кроме того, представители Заявителя неоднократно участвовали в заседаниях по делу № 07–01/10-62/11, знакомились с его материалами. Обществу были известны как доводы жалобы, так и наличие конкретной правовой неопределенности в материальных интересах Богомазовой Е. В., устранение которой зависело от действий Заявителя.

Обоснованность претензий Богомазовой Е. В. к ОАО «МОЭСК» подтверждена вступившим в законную силу решением по делу № А40-78305/12, поэтому довод Заявителя о несоблюдении Богомазовой Е. В. требований, предусмотренных Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), признается судом несостоятельным.

Согласно ч. 4 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов, в том числе заключению в отношении указанных устройств или объектов договоров купли-продажи электрической энергии, договоров энергоснабжения, договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, и по требованию собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики в установленные законодательством Российской Федерации сроки обязаны предоставить или составить документы, подтверждающие технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики и ответственности сторон за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства. Указанное лицо в установленном порядке также обязано осуществлять по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) действия по введению полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии такими энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики и оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

В силу действия п. 6 Правил № 861 собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Общий запрет на злоупотребление правом предусмотрен ч. 1 ст. 10 ГК РФ. Частью 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции установлен запрет на злоупотребление хозяйствующим субъектом доминирующим положением.

Суд соглашается с выводами ответчика о том, что действия ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» по уклонению от согласования акта по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок, препятствовании свободному перетоку электроэнергии опосредованно через свои электрические сети на энергопринимающие устройства нежилых помещений Богомазовой Е. В. таким образом нарушают права последней и антимонопольное законодательство (ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции).

Ссылаясь на обязательность вступившего в законную силу решения Замоскворецкого суда по делу № 2-2675/11 по иску Богомазовой Е. В. о восстановлении подачи бесперебойного электроснабжения помещений, общество не учитывает, что отказом в иске Богомазовой Е. В. к обществу, со ссылкой на ст. 56 ГПК РФ, послужило то, что истица не доказала наличия у ответчика обусловленной каким-либо договором или законом обязанности по обеспечению электроэнергией принадлежащих ей помещений ввиду отсутствия договора энергоснабжения, приборов учета электроэнергии. Из текста решения Замоскворецкого районного суда не следует, что действия ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» проверялись судом на соответствие антимонопольному законодательству. Выводов о соответствии действий общества Закону о защите конкуренции, с учетом положений Закона о естественных монополиях и применительно к ст. 10 ГК РФ, предусматривающей общий запрет на злоупотребление правом, решение районного суда не содержит. Кроме того, п. 1 ч. 1 ст. 29 АПК РФ установлено, что оспаривание актов государственных органов в сфере антимонопольного регулирования относится к компетенции арбитражных судов.

Доводы Заявителя о том, что Управление было не уполномочено рассматривать жалобу Богомазовой Е. В. ввиду того, что последняя одновременно обратилась за защитой своих прав в суд, признаются судом несостоятельными, как основанными на неправильном толковании ст. 11 ГК РФ, предусматривающей способы защиты гражданских прав, осуществляемые посредством деятельности уполномоченных государством юрисдикционных органов, судебная защита и защита гражданских прав в административном порядке. Обращение в суд не ограничивает в праве выбора альтернативного способа защиты и является усмотрением соответствующего лица.

Полномочия органа, принявшего оспариваемое решение, установлены п. 5.3.1.1 постановления Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331 «Об утверждении положения о Федеральной антимонопольной службе России», Приказом ФАС России от 26.01.2011 № 30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы».

Судом установлено, что оспариваемое решение 07.02.2013 № ОМ/3443 по делу № 07–01/10-62/11 о нарушении антимонопольного законодательства, принятое Управлением Федеральной антимонопольной службы по Москве, соответствует требованиям Федерального закона от 26.11.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Кроме того, 15.03.2013 ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» сообщило антимонопольному органу об исполнении предписания № 07–01/10-62/11 от 07.02.2013, выданного на основании оспариваемого решения, 14.03.2013 между заявителем и Богомазовой Е. В. подписан акт по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электрических сетей и электроустановок между Богомазовой Е. В. и ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ», подписан акт от 14.03.2013 о подключении электрической энергии, опосредованно через электрические сети ЗАО «Агентство недвижимости Московско-Парижского КБ» на энергопринимающие устройства нежилых помещений, принадлежащих Богомазовой Е. В.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В настоящем случае заявителем не доказаны обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав и законных интересов оспариваемым решением.

Согласно ч. 3 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований.

Bepul matn qismi tugad.