Kitobni o'qish: «Основы православной культуры: О чем рассказывает Библия. Православие – религия России»

Раздел I
О чем рассказывает Библия

Священное Писание и Священное Предание

Что такое Священное Писание и Священное Предание?

Главное Свое откровение Бог сообщает людям особым, сверхъестественным образом – непосредственно Сам или через Ангелов.

Так как не все люди могут сами принимать откровение от Самого Бога, по своей нечистоте греховной и немощи духа и тела, то Господь избирает особенных, праведных людей и пророков, которые могут принять это откровение.

В полноте же и совершенстве Божие откровение принес на землю Сам воплотившийся Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, и распространил его по всей земле через Своих апостолов и учеников.

Это Божественное откровение и теперь распространяется между людьми и сохраняется в истинной, Св. Православной Церкви двумя способами: посредством Священного Предания и Священного Писания.

Первоначальный способ распространения откровения Божия есть Священное Предание.

От начала мира до пророка Моисея не было священных книг, а учение о вере Божией передавалось устно, словом и примером, от одного человека к другому. Сам Иисус Христос Свое Божественное учение и установления передал ученикам Своим словом (проповедью) и примером Своей жизни, а не книгою (писанием). Таким же способом вначале и апостолы распространяли веру и утверждали Церковь Христову. Священное Предание всегда предшествовало Священному Писанию. В дальнейшем, чтобы Божественное откровение сохранилось вполне точно, по внушению Господа, некоторые святые люди записали самое главное в книги. Сам Бог Дух Святый невидимо помогал им, чтобы все, что в этих книгах написано, было правильно и истинно. Все эти книги, написанные Духом Божиим через освященных на то от Бога людей (пророков, апостолов и др.), называются Священным Писанием, или Библией. Слово «Библия» греческое и означает – «книги». Этим названием указывается, что Священные книги, как происшедшие от Самого Бога, превосходят все другие книги.

Книги Священного Писания написаны разными людьми и в разное время, но все они делятся на две части: на книги Ветхого Завета и книги Нового Завета.

Книги Ветхого Завета написаны до Рождества Христова. Книги Нового Завета написаны после Рождества Христова. Главное содержание Ветхого Завета состоит в том, что Бог обещал людям Спасителя мира и приготовлял их к принятию Его через постепенные откровения, через святые заповеди, пророчества, прообразы, молитвы и священнослужение.

Главное содержание Нового Завета состоит в том, что Бог действительно даровал людям обещанного Спасителя, Единородного Сына Своего, Господа нашего Иисуса Христа, Который и установил Новый Завет (новый союз или договор) с людьми.

Ветхозаветных книг – 50. По содержанию они разделяются на четыре отдела: законоположительные, исторические, учительные и пророческие.

I. Книги законоположительные, которые составляют главное основание Ветхого Завета, следующие:

Книга Бытия,

Исход,

Левит,

Книга Чисел,

Второзаконие.

Эти пять книг написаны через пророка Моисея. В них говорится о сотворении мира и человека, о грехопадении, об обетовании Богом Спасителя мира, о жизни людей в первоначальные времена. Они содержат в себе преимущественно изложение закона, данного Богом через Моисея. Сам Иисус Христос называет их законом Моисеевым (см.: Лк. 24, 14).

II. Книги исторические, которые содержат в себе преимущественно историю религии и жизни еврейского народа, сохранявшего веру в истинного Бога, следующие:

Книга Иисуса Навина,

Книга Судей,

Книга Руфь,

Первая, вторая, третья и четвертая книги Царств,

Первая и вторая книги Паралипоменон (т. е. дополнений),

Первая и вторая книги Ездры,

Книга Неемии,

Книга Есфирь.

III. Книги учительные, которые содержат в себе преимущественно учение о вере, следующие:

Книга Иова,

Псалтирь,

Притчи Соломона,

Екклесиаст (т. е. церковный проповедник),

Песнь Песней.

IV. Книги пророческие, которые содержат в себе пророчества или предсказания о будущем и главным образом о Спасителе, Иисусе Христе, следующие:

Книга пророка Исаии,

Книга пророка Иеремии,

Книга пророка Иезекииля,

Книга пророка Даниила.

Книги двенадцати пророков, называемых малыми: Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Софонии, Аввакума, Захарии и Малахии.

Все перечисленные священные книги Ветхого Завета называются каноническими, т. е. несомненно истинными как по происхождению, так и по содержанию. Слово «канонический» греческое и означает «образцовый, истинный, правильный».

Кроме канонических книг в состав ветхозаветных книг входят еще «неканонические». Это те книги, которые иудеи утратили и которых нет в современном еврейском тексте Ветхого Завета. Они взяты с греческого перевода ветхозаветных книг, сделанного семьюдесятью толковниками (учеными людьми) в 271 году до Р.Х., и с древности помещаются в Библии. Этот греческий перевод пользуется особенным уважением в Православной Церкви. С него сделан наш славянский перевод Библии.

К неканоническим книгам Ветхого Завета относятся:

Книга Товита,

Книга Иудифь,

Книга Премудрости Соломона,

Книга Иисуса, сына Сирахова,

Послание Иеремии,

Три книги Маккавейские,

Третья книга Ездры.

Священных книг Нового Завета двадцать семь, и все они канонические. По содержанию они так же, как и ветхозаветные, могут быть разделены на законоположительные, исторические, учительные и пророческие.

I. Книги законоположительные, то есть преимущественно составляющие основание Нового Завета:

Евангелие от Матфея,

Евангелие от Марка,

Евангелие от Луки,

Евангелие от Иоанна.

«Евангелие» – слово греческое, что значит «благая или добрая весть» о приходе в мир обещанного Богом Спасителя мира, Господа нашего Иисуса Христа, повествующая о Его земной жизни, Крестной смерти, Воскресении из мертвых и Вознесении на небо, а также излагающая Его Божественное учение и чудеса.

II. Книги исторические:

Книга Деяний святых апостолов, написана евангелистом Лукой. В ней рассказывается о сошествии Святого Духа на апостолов и о распространении через них Церкви Христовой.

III. Книги учительные:

Семь соборных посланий (письма ко всем христианам): одно апостола Иакова, два апостола Петра, три апостола евангелиста Иоанна и одно апостола Иуды (Иаковлева).

Четырнадцать посланий апостола Павла: к Римлянам, два к Коринфянам, к Галатам, к Ефесянам, к Филиппийцам, к Колоссянам, два к Солунянам (или, иначе, к Фессалоникийцам), два к Тимофею – епископу Ефесскому, к Титу – епископу Критскому, к Филимону и к Евреям.

IV. Книги пророческие:

Апокалипсис, или Откровение, написана апостолом евангелистом Иоанном Богословом. В этой книге содержится таинственное изображение жизни и будущей судьбы Церкви Христовой и всего мира.

Книги Священного Писания, как Нового Завета, так и Ветхого Завета, являясь Божественным откровением, написанные по внушению Духа Святого, называются богодухновенными.

В истине Божественного происхождения священных книг убеждают высота и чистота христианского учения в этих книгах, пророчества и чудеса. Особенным признаком богодухновенности священных книг является могущественнее действие слова Божия на человека. Всюду, где только раздавалась проповедь апостолов, она покоряла Христову учению сердца людей. Против христиан вооружались иудейский и языческий миры со всею силою человеческой злобы, христиане мученически умирали тысячами, а возвещенное слово Божие росло и утверждалось. Бывали примеры, что люди брались за Библию с желанием опровергнуть содержащееся в ней учение, а в результате делались искренними глубоко верующими. Все Божественное откровение: книги Священного Писания (т. е. Библия) и Священное Предание, т. е. то, что не было первоначально записано в эти книги, а передано устно и уже потом записано святыми людьми в ранние века христианства (IV и V вв.) и, следовательно, имеет глубокую древность и достоверность, – все это сохраняется в Церкви, которую основал Сам Спаситель, Господь наш Иисус Христос и поставил ее хранительницею Своего Божественного Откровения. Бог Дух Святой невидимо охраняет ее.

Св. Православная Церковь после кончины апостолов руководится Священным Писанием и Священным Преданием. Мы читаем там слова пророков и апостолов так, как если бы мы с ними жили и сами их слышали.

В особенных же случаях, для обличения лжеучителей или для разрешения различных недоразумений, на основании заповеди Самого Спасителя (см.: Мф. 18, 17) и по примеру св. апостолов (Апостольский Собор в 51 году – см.: Деян. 15, 1–35), собираются Соборы. Они бывают Вселенские, на которые собираются пастыри и учители Церкви по возможности со всей вселенной, т. е. из всех поместных Церквей, и Поместные, когда собираются пастыри и учители одной какой-либо области.

Вселенский Собор есть высшая на земле власть Св. Церкви Христовой, осуществляемая водительством Святого Духа, как и сказано было впервые в постановлении Апостольского Собора: изволися Духу Святому и нам (Деян. 15, 28). Вселенских Соборов было семь. На Первом и Втором из этих Соборов составлен наш Православный Символ веры.

Св. Филарет Московский. О Священном Предании и Священном Писании

16. КАКИМ ОБРАЗОМ БОЖЕСТВЕННОЕ ОТКРОВЕНИЕ СОХРАНЯЕТСЯ И РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ?

Божественное откровение распространяется между людьми и сохраняется в истинной Церкви двумя способами: посредством Священнго Предания и Священного Писания.

17. ЧТО МЫ НАЗЫВАЕМ СВЯЩЕННЫМ ПРЕДАНИЕМ?

Под Священным Преданием понимается то, что словом и примером истинно верующие и чтущие Бога люди передают друг другу и предки передают своим потомкам: учение веры, закон Божий, Таинства и священные обряды.

18. ГДЕ ХРАНИТСЯ СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ?

Все истинно верующие, соединенные Священным Преданием, по устроению Божию преемственно и в единстве, составляют Церковь, которая и есть хранительница Священного Предания, или по изречению апостола Павла, Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15).

Св. Ириней пишет: «Не следует у других искать истину, которую легко получить в Церкви. В неё, как в богатую сокровищницу, апостолы в полноте положили всё, что принадлежит истине. Каждый желающий может пить из неё воду жизни, она есть дверь жизни»¹.

19. ЧТО МЫ НАЗЫВАЕМ СВЯЩЕННЫМ ПИСАНИЕМ?

Священным Писанием называются книги, написанные Святым Духом через освящённых от Бога людей, называемых пророками и апостолами. Обычно эти книги называют Библией.

20. ЧТО ОЗНАЧАЕТ СЛОВО «БИБЛИЯ»?

Слово Библия в переводе с греческого означает книги. Этим названием выражено то, что священные книги по отношению к другим достойны особого внимания.

21. ЧТО ДРЕВНЕЕ: СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ ИЛИ СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ?

Древнейший и первоначальный способ распространения откровения Божия есть Священное Предание. От Адама до Моисея не было священных книг. Сам Господь наш Иисус Христос Божественное учение Своё и установления передал ученикам Своим словом и примером, а не книгой. Тем же способом и апостолы вначале распространяли веру и утверждали Церковь Христа. Книгами не все могут пользоваться, а преданием – все (в этом также состоит необходимость Священного Предания).

<…>

23. СЛЕДУЕТ ЛИ ПРИДЕРЖИВАТЬСЯ СВЯЩЕННОГО ПРЕДАНИЯ, ЕСЛИ ЕСТЬ СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ?

Мы должны соблюдать Священное Предание, согласное с Божественным откровением и Священным Писанием, как учит этому само Священное Писание. Апостол Павел пишет: Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим (2 Фес. 2, 15).

24. КАК В НАШЕ ВРЕМЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ СВЯЩЕННЫМ ПРЕДАНИЕМ?

Священное Предание нужно и в наши дни для руководства к правильному пониманию Священного Писания, для правильного совершения Таинств и для соблюдения священных обрядов в чистоте первоначального их установления.

Священная история Ветхого Завета

Сотворение мира

Сотворение Богом мира

Один Бог вечен: всегда был, есть и всегда будет. Кроме Бога все имеет начало, все сотворено Богом, и ничто не может быть без Бога. Бог один, но в трех Лицах. Он есть Пресвятая Троица единосущная и нераздельная. Три Лица Пресвятой Троицы: Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой.

В начале Бог сотворил из ничего²небо и землю. Небо и земля, вместе взятые, обыкновенно означают целое творение Божие. Под Небом понимают Небеса небес, т. е. мир невидимый, духовный, жилище Ангелов, а под землей – первоначальное вещество, из которого потом Бог создал мир вещественный.

Земля первоначально была безвидна и пуста (неустроенна). Это значит, что первоначальное вещество мира не имело определенных качеств, видов и форм. Оно занимало собой необъятное пространство и не имело никакой твердости и постоянных образов. Тьма была над бездной; и Дух Божий носился над водой.

Бог дал устройство миру вещественному в шесть дней Словом Своим.

В первый день Бог создал свет. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один³(Быт. 1, 3–5).

Во второй день Бог создал твердь, или видимое небо. И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так.] И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. И назвал Бог твердь небом (Быт. 1, 6–8).

В третий день Бог отделил воду от земли и создал собрания вод на земле, сушу и растения. И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. [И собралась вода под небом в свои места, и явилась суша.] И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями (Быт. 1, 9–10). Поскольку вода по своей плотности и тяжести занимает середину между воздухом и землей, то при первоначальном образовании земного шара, естественно, она должна была покрывать всю поверхность его. Но, по слову Творца, одни части земной поверхности понизились, а другие поднялись, вследствие этого вода собралась в низменные части земной поверхности, а возвышенные части земной поверхности осушились. Потом сказал Бог: «Да произрастит земля зелень⁴, траву, сеющую семя⁵, и деревья плодовитые⁶». И произвела земля зелень, траву и деревья.

В четвертый день Бог создал светила небесные: солнце, луну и звезды. Бог сказал: «Да будут светила на тверди небесной». И стало так.

В пятый день Бог сотворил животных и пресмыкающихся, рыб и птиц. Бог сказал: «Да произведет вода пресмыкающихся⁷, душу живую, и птицы да полетят над землей по тверди небесной». И сотворил⁸Бог рыб, и животных пресмыкающихся, и всякую птицу. И благословил их Бог, сказав: «Плодитесь и размножайтесь».

В шестой день Бог создал животных четвероногих, живущих на суше. Бог сказал: «Да произведет земля душу живую, скотов, гадов и зверей земных». И стало так.

Как для произведения рыб и водяных гадов Господь обращался к воде, так равно и для произведения четвероногих Он обращается теперь к земле, подобно тому, как к ней же обращался для произведения растений. Это надо понимать так, что Господь дал земле живительную силу, а не так, как думают некоторые естествоиспытатели, будто земля, согреваемая теплотою солнечных лучей, сама породила животных. Во всей обширной области природы нет ни малейшего намека на то, чтобы какой-нибудь один вид животных мог перейти в другой, например, травоядное животное в хищное. Тем более противоестественно представлять происхождение самой животной жизни из неорганических начал (из газов, минералов и т. п.). «Когда сказал Бог: да изведет земля, – говорит св. Василий Великий, – это не значит, что земля износит уже находившееся в ней; но Давший повеление даровал земле и силу извести»⁹).

В согласии с естественнонаучными изысканиями последнего времени можно представить себе историю шестого дня творения в следующем изложении. Вода и воздух наполнились жизнью, но оставалась еще пустынею третья часть земли – суша, та именно, которая представляется наиболее удобной для жизни живых существ. Но вот настал период и ее заселения. И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их: и стало так. И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо (Быт. 1, 24–25).

Появились на земле четвероногие громадных, теперь уже не существующих видов – динотерий, мастодонт и мамонт, и теперешние виды их – львы, тигры, медведи, рогатый скот и т. д. Глядя на это, наука невольно ставит вопрос: как образовались эти виды? Представляют ли они неизменяемые формы, получившие свое начало в творчески-образовательном акте, или постепенно образовались один из другого и все из одного первичного вида?

В XIX столетии, как известно, получила широкое распространение теория Дарвина, – теория так называемого трансформизма, или эволюции. Несмотря на то, что с научной точки зрения данная теория не выдерживает критики, она продолжает оставаться господствующей. Как справедливо отмечает современный исследователь проблемы происхождения мира в свете Православного вероучения, прот. Константин Буфеев, «дарвинизм несет в себе эволюционистскую философию, не только не совместимую с христианством, но агрессивную по отношению к Православной Церкви. В дореволюционном богословском «Энциклопедическом словаре» дарвинизм определяется как «учение Дарвина, по которому все разнообразие органических форм возникло на основании естественного подбора из нескольких первоначальных. Организмы, по Дарвину, размножаются в геометрической прогрессии; такое размножение приводит к тому, что для всех организмов не хватает пищи, происходит борьба из-за нее, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные – это и есть естественный отбор» <…> Мы не желаем смешивать область компетенции ученых и сферу религиозную. Отметим лишь, что теория Дарвина в ее научном аспекте получила исчерпывающую оценку со стороны естествоиспытателей, бывших вынужденными признать, что дарвинизм имеет в себе помимо научного также философское духовное содержание. Философ Карл Поппер утверждал: «Я пришел к выводу, что дарвинизм является не доказательной научной теорией, а метафизической программой исследований – возможным обрамлением для доказательных научных теорий». Еще в 1885 году Н.Я. Данилевский писал, что «теория эволюции не столько биологическое, сколько философское учение, купол на здании механического материализма, чем только и можно объяснить ее фантастический успех, никак не связанный с научными достижениями». В этом кроется причина того, что теория эволюции, несмотря на свою поразительную научную бесплодность, остается практически безраздельно господствующей в современном расцерковленном обществе».

Тем не менее теория эта не имеет для себя прочных оснований в науке, и в настоящее время ей нанесено жестокое поражение. Не будем приводить всех научных доводов, а укажем хотя бы на один. Американский ученый Крессм Моррисон говорит: «Чудо генов – явление, которое мы знаем, но которое не было известно Дарвину, – свидетельствует о том, что обо всем живущем была проявлена забота. Величина генов так невероятно незначительна, что, если бы все они, т. е. гены, благодаря которым живут все люди всего земного шара, были бы собраны воедино, их можно было бы уместить в наперсток. И еще наперсток не наполнился бы! И тем не менее эти ультрамикроскопические гены и хромосы имеются во всех клетках всего живого и являются абсолютным ключом к объяснению всех признаков человека, животного и растения. Наперсток! В нем могут уместиться все индивидуальные признаки всех человеческих существ. И о сомнении в этом не может быть речи. Если это так, то как же получается, что ген включает в себе даже ключ к психологии каждого отдельного существа, умещая все это в таком малом объеме? Вот где начинается эволюция! Она начинается в единице, являющейся хранительницей и носительницей генов. И вот тот факт, что несколько миллионов атомов, включенных в ультрамикроскопический ген, могут оказаться абсолютным ключом, направляющим жизнь на земле, является свидетельством, доказывающим, что обо всем живом проявлена забота, что о них кто-то заранее предусмотрел, и что предусмотрение исходит от Творческого Разума. Никакая иная гипотеза здесь не может помочь разгадать эту загадку бытия».

Прот. Константин Буфеев, исследуя данную проблему одновременно в научном и богословском плане, в русле святоотеческой традиции Православной Церкви и труда Н.Я. Данилевского, приходит к аналогичным выводам. «Фундаментальный труд Данилевского «Дарвинизм» представляет собой весьма солидную книгу объемом почти 1400 страниц, причем не оконченную из-за скоропостижной смерти автора. Это плотный и содержательный анализ учения Дарвина, насыщенный фактическим материалом и изложенный с большой логической сокрушающей силой. Фактически русский естествоиспытатель похоронил своего английского коллегу заживо, так что писать после Данилевского о дарвинизме уже просто нет необходимости. Ирония судьбы заключается в том, что не переиздававшийся капитальный труд Николая Яковлевича почти совсем неизвестен ни отечественному, ни западному читателю, в то время как имя Дарвина завоевало всемирную популярность. Всем содержанием своего труда «Дарвинизм» Н.Я. Данилевский аргументированно показал, что вопреки утверждениям Ч. Дарвина у животных и растений борьба за существование играет отнюдь не главную роль, что в исчезновении видов важное значение имели геологические катастрофы, а не межвидовая борьба, что изменения видов, трансмутация, происходят как внутривидовое явление, и поэтому в природе и селекционном опыте человека ни разу не было случая превращения одного вида в другой, что естественного отбора («подбора») в природе не существует, поскольку приобретенные якобы в результате борьбы за существование более совершенные свойства вида нивелируются из-за стихийного скрещивания, что если бы такой отбор происходил, то мы имели бы сейчас дело только с самыми совершенными представителями видов. «Скрещивание – и это главное – должно сглаживать все, что неопределенная изменчивость могла бы произвести, если даже допустить полную ее безграничность. Посему нет и не может быть никакой аналогии между искусственным подбором и подбором естественным. В ряду факторов, которые своим соединением и взаимодействием должны бы произвести этот последний, недостает именно того факта, который составляет всю сущность первого, недостает устранения скрещивания, в чем весь подбор собственно и заключается. Борьба за существование, без сомнения, существует, и обращение на нее внимания естествоиспытателей составляет действительную заслугу Дарвина; но подбирательных свойств она не имеет, она есть принцип биогеографический, определяющий во многом распределение организмов по лицу земли, но биологического значения не имеет и иметь не может». Отсюда вопрос о происхождении человека (как одного из видов) от обезьяны (как от другого вида) отпадает сам собой. Данилевский отмечал, что археологическая наука не смогла найти переходный вид, соединяющий человека с обезьяной. Справедливость требует заметить, что такой переходный вид (если не считать разоблаченных подделок Тейяра де Шардена) не найден до сих пор, несмотря на самые активные поиски. Вообще, вопреки прогнозам теории эволюции никаких переходных форм между видами и классами наукой не обнаружено. Известный исследователь-эволюционист Дэвид Рауп писал: «Со времен Дарвина прошло около 120 лет, и наши знания об окаменелостях значительно увеличились. У нас теперь есть останки миллиона ископаемых видов, но ситуация не слишком изменилась. Данные об эволюции поразительно противоречивы и, по иронии судьбы, мы располагаем еще меньшим количеством примеров эволюционных переходов, чем располагали наши коллеги во времена Дарвина. Я имею ввиду, что некоторые примеры эволюционных изменений, во времена Дарвина считавшиеся классическими, такие как эволюция лошади в Северной Америке, пришлось отвергнуть или переосмыслить в результате притока более точной информации – то, что раньше, когда нам было доступно сравнительно небольшое количество данных, казалось милой и простой последовательностью, теперь оказалось процессом более сложным и менее последовательным. Так что проблемы Дарвина разрешены не были». По мнению Данилевского, отдавая согласно учению Дарвина жизнь на земле во власть эволюции, то есть во власть случайностей, невозможно объяснить удивительную гармонию в природе и во всем мiроздании. Данилевский писал: «Из сказанного ясно, какой первостепенной важности вопрос о том, прав Дарвин или нет, не для зоологов и ботаников только, но для всякого мало-мальски мыслящего человека.

Важность его такова, что я твердо убежден, что нет другого вопроса, который равнялся бы ему по важности, ни в области нашего знания и ни в одной области практической жизни. Ведь это в самом деле вопрос “быть или не быть”, в самом полном, в самом широком смысле»¹⁰.

В шестой день творения земля уже во всех своих частях населилась живыми существами. Мир живых существ представлял стройное дерево, корень которого состоял из простейших, а верхние ветви из высших животных. Но это дерево было не полно, не было еще цветка, который бы завершал и украшал его вершину, не было еще человека – царя природы.

Сотворение Богом человека

Наконец, в шестой же день Бог сотворил¹¹человека – мужчину и женщину. Бог при самом сотворении человека благоволил показать особенное Свое попечение о нем. Прежде сотворения человека был совет между Богом Отцом, Сыном Божиим и Духом Святым. И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле (Быт. 1, 26).

После сего совета Бог сотворил человека по образу своему¹². Бог создал тело человека из праха земного¹³, и вдунул в лицо его дыхание жизни; и стал человек душою живой.

По сотворении мира Бог воззрел на все, что Он создал, и увидел, что все хорошо весьма.

В седьмой день Бог почил от всех дел своих¹⁴, благословил день седьмой и освятил его, т. е. назначил, чтобы разумные твари в этот день особенно прославляли Его (см.: Быт. 1, 1–2, 6).

В творении мира и человека равно участвовали все три Лица Пресвятой Троицы: Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух, как Триединый Бог, Единосущный и Нераздельный. Слово «Бог» по-еврейски в этом месте поставлено во множественном числе – «Эло-гим», т. е. Боги, а слово «сотворил» – «бара» – в единственном числе. Т. е. буквально текст можно перевести «в начале сотворил Боги (три Лица Св. Троицы) небо и землю». Это – прямое указание с первых же строк Библии на единосущие Лиц Св. Троицы.

Сотворив мир, Бог стал хранить его и управлять им. Такое действие Божие называется промыслом Божиим. Поэтому Бог называтся Вседержителем и Царем неба и земли.

Рай земной. Имена животных. Благословение Божие мужу и жене

Для человека Бог насадил рай (прекрасный сад) в Едеме¹⁵, на востоке; и произрастил в нем всякое дерево приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла¹⁶. И поселил Бог человека в этом раю с тем, чтобы он возделывал его и хранил.

И сказал Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему (Быт. 2, 18). Бог привел к человеку всех животных, чтобы он дал им имена. Человек нарек имена животным¹⁷, но для него не нашлось помощника, подобного ему.

Навел Бог на человека крепкий сон и, когда он уснул, Бог взял одно из ребер его, из этого ребра создал жену и привел ее к человеку. Тогда человек сказал: Вот, это кость от костей моих, и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо она взята от мужа¹⁸. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей, и будут два одна плоть (Быт. 2, 23–24)¹⁹.

Бог создал жену из ребра человека для того, чтобы она была всегда близка сердцу мужа, расположена была находиться с ним в согласии, чтобы весь род человеческий по своему происхождению был одним телом, и чтобы люди по природе расположены были любить и беречь друг друга. Бог благословил мужа и жену и сказал им: Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт. 1, 28). И назначил Бог в пищу людям траву с семенем²⁰и плоды дерев²¹, а зверям, птицам и пресмыкающимся – зелень травную.

Адам и жена его были наги и не стыдились.

Жизнь людей в раю была исполнена радости и блаженства. Совесть их была спокойна, сердце было чисто, разум был светлый. Не боялись они ни болезней, смерти. До грехопадения первые люди не носили одежды, потому что, будучи безболезненны и бессмертны, не имели нужды защищать себя от внешних влияний (например, от холода); будучи прекрасны, не имели нужды в украшениях; будучи невинны, ничего не имели скрывать.

Среди животных не было вражды – сильные не трогали слабых, жили вместе и питались травой и растениями, т. е. хищников в Раю не существовало. Никто из животных не боялся людей, и все любили и слушались их.

Жизнь первых людей в Раю с Богом. Заповедь Божия

Но самое высшее блаженство Адама и Евы было в молитве, то есть в частой беседе с Богом. Бог являлся им в Раю видимым образом, как отец детям, и сообщал им все нужное. Бог создал людей для того, чтобы они любили Бога и друг друга и наслаждались великой радостью жизни в любви Божией. Поэтому Он дал им полную свободу: любить Его или не любить. Без свободы не может быть любви. А любовь проявляется в радостном исполнении желаний того, кого любишь. Не желая приневолить людей, заставить их любить Себя силой, Бог стал учить Адама и его жену любви постепенно. Бог заповедал человеку: От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь; потому что в день, в который вкусишь от него, смертию умрешь²²(Быт. 2, 16–17). Исполняя это повеление, или желание Божие, они могли так проявить свою любовь к Нему.

Об Ангелах и бесах

В начале, когда еще не было ни мира, ни человека, Бог сотворил святых Ангелов. Ангелы – духи бестелесные (потому невидимые) и бессмертные, как и наши души, но одаренные умом, волей и могуществом. Бог сотворил их бесчисленное множество. Они всегда исполняют волю Божию, они безгрешны, и теперь благодатью Божией так утвердились в делании добра, что и грешить не могут. Все Ангелы были сотворены добрыми, чтобы они любили Бога и друг друга и от этой жизни в любви имели постоянную великую радость. Но Бог не желал насильно заставить любить, поэтому Он предоставил Ангелам свободно выбирать – желают ли они сами любить Его, или нет.

Один, самый высший и могущественный Ангел, по имени Денница, возгордился своим могуществом и силою, не захотел любить Бога и исполнять волю Божию, а захотел сам стать, как Бог. Он начал клеветать на Бога, всему противиться и все отрицать, и стал темным, злым духом – диаволом, сатаною. Слово «диавол» значит «клеветник», а слово «сатана» значит «противник» – противник Бога и всего доброго. Этот злой дух соблазнил и увлек за собою много и других Ангелов. За противление Богу все эти Ангелы лишились данного им света и блаженства (т. е. радости) и сделались злыми, темными духами. Они называются теперь бесами или демонами.

Против сатаны выступил один из высших Ангелов Божиих, архангел Михаил, и сказал: «Кто равен Богу? Никто, как Бог!» И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против сатаны и его бесов. Злая сила не могла устоять против Ангелов Божиих, и упал сатана вместе с бесами вниз – в преисподнюю, в ад. «Ад» или «преисподняя» – место вдали от Бога, где и пребывают теперь злые духи. Там они мучаются в своей злобе, видя свое бессилие перед Богом. Все они так утвердились в зле, что уже не могут быть добрыми. Они стараются коварством и хитростью соблазнить каждого человека, внушая ему злые мысли и желания, чтобы погубить.

Так возникло зло в Божием творении. Злом называется все, что делается против Бога, все, что нарушает волю Божию.

А все оставшиеся верными Богу Ангелы с тех пор в непрестанной любви и радости живут с Богом. Слово «Ангел» означает по-русски «вестник». Это потому, что Бог иногда посылает их возвещать людям Свою волю, для этого Ангелы принимают на себя видимый, человеческий образ.

Каждому из нас Бог дает при крещении Ангела Хранителя, который невидимо охраняет человека во всю его земную жизнь от бед и напастей, предостерегает от грехов, оберегает в страшный час смерти, не оставляет и по смерти.

Ангелы изображаются на иконах в виде красивых юношей, в знак их духовной красоты. Их крылья означают, что они быстро исполняют волю Божию.

Ад

Итак, из-за страшного поступка Адама и Евы, в мир, сотворенный Богом, проникли смерть, грех и болезнь. Смерть – это разлучение души и тела, распадение человека на части, из которых он был сотворен, и разрушение тела. Душа, отделенная от тела, должна была после смерти идти в Ад – место пребывания сатаны и других падших ангелов – демонов. Ведь душа больше не могла общаться с Богом из-за грехов, и подчинялась сатане.

Грех – это нарушение воли Божией, поступки, которые влекут за собой зло и ведут к смерти. Грех – это ненависть, вражда, зависть и гордость, и все последствия этих чувств. Адам и Ева не совершали таких дел, пока не нарушили волю Божию. А нарушив эту волю, они уже не могли удержаться и от других плохих дел.

Болезнь – это разрушение человеческого тела из-за грехов души. Душа потеряла власть над телом, потому что лишилась от Бога помощи и перестала общаться с Богом. Тело же, лишенное управления души и живительной помощи Божией, начало разрушаться.

Так через грех в мир вошли смерть и болезнь.

До спасительного пришествия и воскресения Господа Иисуса Христа, все души после смерти – разделения, как было уже сказано, попадали в ад.

Что же это такое – ад, и где он находится?

Ад – это место, в котором Бог не хочет присутствовать, и куда Бог отправил сатану и других падших ангелов. Часто говорят, что ад находится под землей. Конечно, это не надо понимать так прямо. Так говорят, чтобы как можно лучше выразить отдаленность ада от Неба – места пребывания Бога и Его Ангелов. Где находится ад, как и где находится Царствие Небесное – мы не знаем. Человек в этой жизни может узреть их только духовным зрением – душой, если это Бог позволит.

Души, попавшие в ад, мучаются от невозможности сделать то, что они привыкли делать при жизни: есть, пить, обижать других, гордиться, хвастаться, покупать вещи, веселиться и еще много чего другого. Еще они мучаются от невозможности общаться с Богом, и от того, что они сами, добровольно, всей своей жизнью, довели себя до пребывания в аду.

Бог желает помочь и таким душам, но сами души, привыкнув всю жизнь делать зло и не узнав Бога, уже не могут принять Его помощь и почувствовать Его любовь. Так что получается, что двери ада заперты изнутри.

Души праведников до Пришествия Христа тоже попадали в ад. Но там они страдали не от собственной злости и вредности, а от того, что были разлучены с Богом и должны были видеть, как мучаются грешники. После распятия, Христос сошел в ад и вывел оттуда души праведников в Рай. С тех пор в ад попадают только злые, никого не любящие души. Наверное, никому из вас не хотелось бы там находиться.

Рай

Рай – это Царствие Небесное, место, где Господь проявляет себя сильнее всего, и где находятся добрые Ангелы и души добрых людей.

Многие люди пытались описать, что будет в раю, и как там хорошо, но сделать это никому не удавалось. Апостол Павел, которому при жизни Господь позволил увидеть рай, так и сказал, что того «человеку нельзя пересказать».

Все, что можно сказать о рае – это то, что там каждый человек, наконец, узнает и ощутит то, ради чего он был сотворен. Каждый из нас почувствует силу Божественной любви и узнает настоящее счастье. Для каждого из нас у Бога приготовлено то, что именно нам и нужно, то, для чего и был он сотворен. Как ключ подходит к замку, так рай подходит к каждому из нас.

И все мы будем пребывать в радостном общении с друг другом и с Богом. И для каждого из нас у Бога найдется важное поручение – смысл вечной жизни, – исполняя которое мы будем восходить в беспредельную радость и приближаться к Богу. Бог ведь бесконечен, значит и счастье наше будет бесконечно, не так ли?

Иером. Серафим (Роуз). Душа после смерти (фрагменты)

Глава вторая. Православное учение об Ангелах

Мы знаем со слов Самого Христа, что в момент смерти душу встречают Ангелы: Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово (Лк. 16, 22).

Также из Евангелия мы знаем, в каком виде являются Ангелы: Ангел Господень… вид его был, как молния, и одежда его бела, как снег (Мф. 28, 2–3); юноша, облеченный в белую одежду (Мк. 16, 5); два мужа в одеждах блистающих (Лк. 24, 4); два Ангела в белом (Ин. 20, 12). На всем протяжении христианской истории явления Ангелов всегда имели вид БЛИСТАЮЩИХ ЮНОШЕЙ, ОБЛЕЧЕННЫХ В БЕЛОЕ. Иконографическая традиция явления Ангелов всегда на протяжении веков согласовывалась с этим: изображались только лишь такие блистающие юноши (часто с двумя крыльями, которые, конечно, являются символическими и при явлении Ангелов обычно не видны). Седьмой Вселенский Собор в 787 г. постановил, что Ангелы должны всегда изображаться только в одном виде, как мужи. Западные купидоны Ренессанса и последующих периодов вдохновлены язычеством и не имеют ничего общего с настоящими Ангелами.

И на самом деле, современный римско-католический (и протестантский) Запад далеко отошел от учения Священного Писания и раннехристианского предания не только в художественном изображении Ангелов, но и в самом учении о духовных существах. Понимание этой ошибки для нас существенно, если мы хотим действительно понять подлинное христианское учение о посмертной судьбе души.

Один из великих отцов недавнего прошлого, епископ Игнатий Брянчанинов, увидел эту ошибку и посвятил целый том собрания сочинений ее выявлению и изложению истинного православного учения по этому вопросу. Критикуя взгляды образцовой римско-католической богословской работы ХIХ века (аббат Бержье «Богословский словарь»), епископ Игнатий отводит значительную часть тома борьбе с современной мыслью, основанной на философии Декарта (ХVII в.), что все вне царства материи просто принадлежит царству чистого духа. Такая мысль, в сущности, помещает бесконечного Бога на уровень различных конечных духов (Ангелов, бесов, душ умерших). Эта мысль особенно широко распространилась в наше время (хотя придерживающиеся ее и не видят всех ее последствий), и во многом объясняет заблуждения современного мира в отношении «духовных» вещей: большой интерес проявляется ко всему, находящемуся вне материального мира, и в то же время часто почти не проводится различие между Божественным, ангельским, бесовским и просто результатами необычных человеческих возможностей или воображения.

Аббат Бержье учил, что Ангелы, бесы и души умерших – чисто духовные существа; следовательно, они не подвержены законам времени и пространства. Мы можем говорить об их форме или движении только метафорически, и «они имеют нужду облекаться в тонкое тело, когда Бог дозволяет им действовать на тела» (еп. Игнатий). Даже одна хорошо осведомленная во всех других отношениях римско-католическая работа ХХ века по современному спиритизму повторяет это учение, заявляя, например, что Ангелы и бесы «могут заимствовать требуемый (чтобы стать людям видимыми) материал из более низкой природы, будь она одушевленная или неодушевленная». Сами спириты и оккультисты подхватили эти идеи современной философии. Один такой апологет сверхъестественного христианства, К.С. Льюис (англичанин), должным образом критикует современное представление о небе как всего лишь о состоянии ума; но все же, он, по-видимому, частично подвержен современному мнению, что «тело, его нахождение и движение, а также время ныне для высших сфер духовной жизни представляются несущественными». Подобные взгляды являются результатом излишнего упрощения духовной реальности под влиянием современного материализма; произошла потеря контакта с подлинным христианским учением и духовным опытом.

Чтобы понять православное учение об Ангелах и других духах, надо сначала забыть излишне упрощенную современную дихотомию «материя-дух»; истина сложнее и в то же время столь проста, что тех, кто еще способен верить в нее, будут, возможно, повсеместно рассматривать как наивных буквалистов. Епископ Игнатий пишет: «Когда Бог отверзает (духовные) очи человеку, то он делается способным видеть духов в их собственном виде»; «Ангелы, являясь человекам, всегда являлись в виде человеков». Аналогично, из «…Писания явствует со всей очевидностью, что душа человека имеет вид человека в его теле и подобна прочим сотворенным духам». Он цитирует многочисленные святоотеческие источники, чтобы доказать это. Взглянем же теперь сами на святоотеческое учение.

Св. Василий Великий в книге о Святом Духе утверждает, что в «небесных Силах сущность их составляет воздушный, если можно так сказать, дух или невещественный огонь… почему они ограничены местом и бывают невидимы, являясь святым в образе собственных своих тел». Далее он пишет: «Верим, что каждая (из небесных Сил) находится в определенном месте. Ибо Ангел, представший Корнилию, не был в то же время и у Филиппа (ср.: Деян. 8, 26; 10, 3), и Ангел, беседовавший с Захариею у жертвенника кадильного (см.: Лк. 1, 11), не занимал в то же время свойственного ему места на небе».

Сходным образом св. Григорий Богослов учит: «Вторичные после Троицы светы, имеющие царскую славу, суть светлые невидимые Ангелы. Они свободно обращаются вокруг Престола, потому что они – умы быстроподвижные, огонь и божественные духи, быстро перемещающиеся в воздухе».

Таким образом, будучи духами и пламенем огненным (ср.: Пс. 103, 4; Евр. 1, 7), Ангелы и пребывают в том мире, где земные законы времени и пространства не действуют столь материальными (если можно так выразиться) способами. Поэтому некоторые из отцов без колебаний говорят о «воздушных телах» Ангелов. Прп. Иоанн Дамаскин, суммируя в VIII веке учение предшествовавших ему отцов, говорит: «Ангел есть сущность, одаренная умом, всегда движущаяся, обладающая свободною волею, бестелесная, служащая Богу, по благодати получившая для своей природы бессмертие, каковой сущности вид и определение знает один только Создатель. Бестелесною же она называется, а также и невещественною, по сравнению с нами, ибо все, сопоставимое с Богом, Который Один только не сравним ни с чем, оказывается и грубым, и вещественным, потому что одно только Божество поистине невещественно и бестелесно». И далее он говорит: «Они описуемы, ибо когда они находятся на небе, их нет на земле, и посылаемые Богом на землю они не остаются на небе; но они не ограничиваются стенами и дверями, и дверными запорами, и печатями, ибо они неограниченны. Неограниченными их называют потому, что они являются людям достойным, которым Бог пожелает, чтобы они являлись, – не таковыми, каковы они суть, но в измененном виде, смотря по тому, как могут видеть смотрящие».

Говоря, что Ангелы являются «не таковыми, каковы они суть», прп. Иоанн Дамаскин, конечно, не противоречит св. Василию, который учит, что Ангелы появляются «в образе собственных своих тел». Оба эти высказывания верны, как можно видеть из многочисленных описаний явлений Ангелов в Ветхом Завете. Так, Архангел Рафаил в течение нескольких недель был спутником Товии и никто ни разу не заподозрил, что это не человек. Однако, когда Архангел в конце открылся, он сказал: Все дни я был видим вами, но я не ел и не пил, – только взорам вашим представлялось это (Тов. 12, 19). Три Ангела, явившиеся Аврааму, также казались ядущими, и о них думали, что это люди (см.: Быт. гл. 18 и 19). Сходным образом св. Кирилл Иерусалимский в своих «Катехизических словах» поучает нас об Ангеле, явившемся Даниилу, что «Даниил при виде Гавриила содрогнулся и пал на лицо свое и, хоть он и был пророк, но не осмелился ответить ему, пока Ангел не превратился в подобие сына человеческого». Однако, в книге Даниила (гл. 10) мы читаем, что даже при первом своем ослепительном появлении Ангел имел человеческий облик, но только такой яркий (лице его как вид молнии, очи его – как горящие светильники, руки его и ноги его по виду – как блестящая медь), что он был невыносим для человеческих глаз. Следовательно, внешность Ангела такая же, как и у человека, но поскольку ангельское тело нематериально и само лицезрение его огненного, сияющего явления может ошеломить любого человека, все еще пребывающего во плоти, явления Ангелов по необходимости должны быть приспособлены к взирающим на них людям, представляясь менее сияющими и внушающими страх, чем это есть на самом деле».

Что же касается человеческой души, то блаженный Августин учит, что, когда душа отделяется от тела, сам человек, с которым происходит все это, хотя только в духе, а не в теле, видит себя все столь же похожим на собственное тело, что он вообще не может увидеть никакой разницы»²³. Эта истина теперь была многократно подтверждена личным опытом тысяч людей, возвращенных к жизни в наше время.

Но если мы говорим о телах Ангелов и других духов, мы должны поостеречься приписывать им какие-либо грубые материальные характеристики. В конечном счете, как учит прп. Иоанн Дамаскин, этой «сущности вид и определение знает только Один Создатель». На Западе блж. Августин писал, что нет никакой разницы, когда мы предпочитаем говорить «о воздушных телах» бесов и других духов или называем их «бестелесными»²⁴.

Сам епископ Игнатий был, возможно, несколько излишне заинтересован в объяснении ангельских тел в понятиях научных знаний ХIХ в. о газах. По этой причине возник некоторый спор между ним и епископом Феофаном Затворником, который считал необходимым подчеркнуть простую природу духов (которые, конечно, не состоят из элементарных молекул, как все газы). Но по основному вопросу – об «оболочке тонкой», которую имеют все духи, он был согласен с епископом Игнатием. Похоже, что какое-то сходное недопонимание по маловажному вопросу или из-за терминологии привело в V веке на Западе к полемике с учением латинского отца, св. Фавста Лиринского, об относительной материальности души, основанным на учении восточных отцов.

Если точное определение ангельской природы известно одному Богу, понимание деятельности Ангелов (по крайней мере, в этом мире) доступно каждому, ибо об этом имеется масса свидетельств как в Писании и святоотеческой литературе, так и в житиях святых. Чтобы полностью понять явления, которые бывают умирающим, мы, в частности, должны знать, как являются падшие ангелы (бесы). Настоящие Ангелы всегда являются в своем собственном виде (только менее ослепительном, чем на самом деле) и действуют только для того, чтобы выполнить волю и повеления Бога. Падшие же ангелы, хотя иногда и являются в своем собственном виде (прп. Серафим Саровский по собственному опыту описывает его как «гнусный»), но обычно принимают разный облик и творят многие «чудеса» властью, которую они получают в подчинении князю, господствующему в воздухе (Еф. 2, 2). Их постоянное место пребывания – воздух, а основное дело – соблазнять или запугивать людей и таким образом влечь их за собой к погибели. Именно против них и идет борьба христианина: наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных (ср.: Еф. 6, 12).

Блж. Августин в своем малоизвестном трактате «Определение бесов», написанном в ответ на просьбу объяснить некоторые из многочисленных бесовских явлений в древнем языческом мире, дает хорошее общее представление о делах бесов: «Природа бесов такова, что через свойственное воздушному телу чувственное восприятие они намного превосходят то восприятие, которым обладают тела земные, а также и по быстроте, благодаря лучшей подвижности воздушного тела, они несравненно превосходят не только движение людей и животных, но даже и полет птиц. Одаренные этими двумя способностями в той мере, в какой они являются свойствами воздушного тела, а именно, остротой восприятия и быстротой движения, они предсказывают и сообщают о многих вещах, о которых они узнали намного раньше. А люди удивляются этому из-за медлительности земного восприятия. Бесы к тому же за свою долгую жизнь накопили намного больший опыт в разных событиях, чем достается людям за короткий отрезок их жизни. Посредством этих свойств, которые присущи природе воздушного тела, бесы не только предсказывают многие события, но также совершают многие чудесные деяния».

Многие «чудеса» и зрелища бесовские описаны в пространной беседе прп. Антония Великого, включенной св. Афанасием в его житие, где также упоминаются «легкие тела бесов». Житие св. Киприана, бывшего колдуна, также содержит многочисленные описания бесовских превращений и чудес, сообщенные их действительным участником.

Классическое описание бесовской деятельности содержится в седьмом и восьмом «собеседованиях» св. Иоанна Кассиана, великого галльского отца V века, который первым передал Западу полное учение восточного монашества. Св. Кассиан пишет: «А злых духов такое множество наполняет этот воздух, который разливается между небом и землею и в котором они летают в беспокойстве и не праздно; так что Провидение Божие для пользы скрыло и удалило их от взоров человеческих; иначе от боязни нападения их, или страшилища лиц, в которые они по своей воле, когда захотят, превращаются или преобразуются, люди поражались бы невыносимым ужасом до изнеможения…»

А что нечистые духи управляются более злыми властями и подчинены им, этому, кроме тех свидетельств Св. Писания, которые читаем в Евангелии, в описании ответа Господа клеветавшим его фарисеям: если я силою веезельвула, князя бесовского изгоняю бесов… (Мф. 12, 27), – научат нас также ясные видения и многие опыты святых. «Когда один из наших братий путешествовал в этой пустыне, по наступлении вечера нашедши некоторую пещеру, остановился там и захотел совершить в ней вечернюю молитву. Пока он по обычаю пел псалмы, время прошло уже за полночь. По кончании молитвенного правила, желая немного успокоить утомленное тело, он возлег и вдруг начал видеть бесчисленные толпы отовсюду собирающихся демонов, которые бесконечною вереницею и весьма длинным рядом проходили, иные предшествовали своему начальнику, иные следовали за ним. Наконец пришел князь, который и величиною был выше всех и видом страшнее; и по поставлении престола, когда он сел на возвышенном трибунале (судейском месте), то с рачительным исследованием стал разбирать действия каждого, и тех, которые говорили, что еще не могли обольстить своих соперников, приказывал выгонять от своего лица с замечанием и бранью как недеятельных и нерадивых, с яростным рыком укоряя, что они напрасно потратили столько времени и труда. А тех, которые объявили, что они обольстили назначенных им, отпускал с большими похвалами при восторге и одобрении всех, как храбрейших воителей в образец для всех прославившихся.

Из числа их один злейший дух, приступив, со злорадством доносил как о знаменитейшей победе, что он хорошо известного монаха, которого он назвал, после 15 лет, в течение которых непрестанно искушал, наконец, преодолел – в эту самую ночь вовлек в блуд. При этом донесении произошла необыкновенная радость между всеми, и он, князем тьмы возвеличенный высокими похвалами и увенчанный большой славою, ушел. При наступлении зари… все это множество демонов исчезло из глаз».

Позднее брат, бывший свидетелем этого зрелища, узнал, что сообщение о падшем монахе действительно верно.

Подобное случалось со многими православными христианами вплоть до текущего столетия. Это, совершенно очевидно, не сны или видения, а встречи в состоянии бодрствования с бесами, как они есть, – но только, конечно, после того, как у человека откроются духовные глаза для того, чтобы видеть эти существа, которые обычно человеческому глазу невидимы. Вплоть до недавнего времени, возможно, лишь горстка «старомодных» или «простодушных» православных христиан могла еще верить в буквальную истину подобных рассказов; даже сейчас некоторым православным христианам трудно им поверить, столь убедительной была современная вера в то, что Ангелы и бесы – «чистые духи» и не действуют такими «материальными» способами. Только лишь из-за большого роста бесовской активности в последние годы эти рассказы начинают вновь казаться, по крайней мере, правдоподобными. Широко распространенные сейчас сообщения о «посмертных» опытах также открыли область нематериальной реальности многим простым людям, которые не имеют соприкосновения с оккультным. Ясное и правдивое объяснение этого царства и его существ стало одной из нужд нашего времени. Такое объяснение может дать только Православие, сохранившее даже до наших дней подлинное христианское учение.

Теперь посмотрим подробнее, как Ангелы (и бесы) появляются в момент смерти.

Глава третья. Явления Ангелов и бесов в час смерти

В этих случаях умершего обычно встречают два Ангела. Вот как описывает их автор «Невероятного для многих…»: «И едва она (старушка-сиделка) произнесла эти слова («Царство ему Небесное, вечный покой…»), как подле меня появились два Ангела, в одном из которых я почему-то узнал моего Ангела-Хранителя, а другой был мне неизвестен».

Позже один благочестивый странник объяснил ему, что это был «встречный Ангел». Св. Феодора, чей путь после смерти через воздушные мытарства описан в житии св. Василия Нового, рассказывает: «Когда я совершенно изнемогла, то увидела подходивших ко мне в образе красивых юношей двух Ангелов Божиих; лица их были светлые, глаза смотрели с любовью, волосы на голове были белые, как снег, и блестели, как золото; одежды были похожи на свет молнии, и на груди они были крестообразно подпоясаны золотыми поясами». Галльский епископ VI века св. Сальвий следующим образом описывает свой опыт смерти: «Когда моя келья сотряслася четыре дня назад и вы видели меня лежащим мертвым, я был поднят двумя Ангелами и отнесен на самую вершину небес».

Обязанность этих Ангелов – сопровождать душу умершего на его пути в загробную жизнь. Ни в их виде, ни в их поступках нет ничего неопределенного, – имея человеческий облик, они твердо схватывают «тонкое тело» души и уводят его. «Светлые Ангелы взяли ее (душу) к себе на руки» (св. Феодора). «Взяв меня под руки, Ангелы вынесли меня прямо через стену из палаты…» («Невероятное для многих…»). Св. Сальвий был «поднят двумя Ангелами». Подобные примеры можно было бы продолжать.

Поэтому нельзя утверждать, что «светящееся существо» из современных случаев, которое не имеет видимой формы, никуда не провожает душу, которое втягивает душу в разговор и показывает ей «обратные кадры» ее прошлой жизни, есть Ангел, сопровождающий в загробную жизнь. Не всякое существо, появляющееся как Ангел, действительно есть Ангел, потому что сам сатана принимает вид Ангела света (2 Кор. 11, 14). И поэтому о существах, которые и вида-то Ангелов не имеют, можно с уверенностью сказать, что это не Ангелы. По причине, которую мы постараемся объяснить ниже, в современных «посмертных» опытах, по-видимому, никогда не бывает несомненных встреч с Ангелами.

Тогда не может ли быть так, чтобы на самом деле «светящееся существо» было бесом, маскирующимся под «Ангела света», чтобы искушать умирающего, когда душа его покидает тело? Д-р Муди и другие исследователи действительно ставят этот вопрос, но лишь для того, чтобы отвергнуть эту возможность в связи с «хорошим» действием, которое производит это явление на умирающего. Разумеется, взгляды этих исследователей на зло наивны до предела. Д-р Муди полагает, что «сатана, по-видимому, велит слугам следовать путем ненависти и разрушения» и, похоже, совершенно не знаком с христианской литературой, описывающей настоящую природу бесовских искушений, которые неизменно представляются их жертвам как нечто «хорошее».

Каково же православное учение о бесовских искушениях в час смерти? Св. Василий Великий в своем толковании на слова псалма спаси мя от всех гонящих мя и избави мя: да не когда похитит яко лев душу мою (Пс. 7, 2–3) дает такое объяснение: «Думаю же, что о мужественных Божиих подвижниках, которые через всю свою жизнь довольно боролись с невидимыми врагами, когда избежат всех их гонений, находясь при конце жизни, князь века сего изведывает, чтобы удержать их у себя, если найдутся на них раны, полученные во время борьбы, или какие-нибудь пятна и отпечатки греха. А если найдены будут неуязвленными и незапятнанными, то как непобедимые, как свободные будут упокоены Христом. Посему Пророк молится о будущей и настоящей жизни. Здесь говорит: спаси мя от гонящих, а там во время испытания: избави мя, да не когда похитит яко лев душу мою. И сие можешь узнать от самого Господа, который перед страданием говорит: ныне князь мира сего грядет, и во Мне не имать нечесоже (Ин. 14, 30).

Действительно, не только христианским подвижникам приходится сталкиваться с бесовским испытанием в час смерти. Св. Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелиста Матфея» образно описывает, что случается с обыкновенными грешниками во время смерти: «Посему много услышишь рассказов об ужасах при последнем конце и страшных явлениях, которых самый вид нестерпим для умирающих, так что лежащие на одре с великою силою сотрясают оный и страшно взирают на предстоящих, тогда как душа силится удержаться в теле и не хочет разлучаться с ним, ужасаясь видения приближающихся Ангелов. Ибо если мы, смотря на страшных людей, трепещем, то какое будет наше мучение, как увидим приближающихся Ангелов грозных и неумолимые силы, когда они душу нашу повлекут и будут отторгать от тела, когда много будет она рыдать, но вотще и без пользы».

Православные жития святых полны рассказов о подобных бесовских зрелищах в момент смерти, цель которых обычно запугать умирающего и заставить отчаяться в собственном спасении. Например, св. Григорий в своих «Собеседованиях» рассказывает об одном богаче, бывшем рабом многих страстей: «Незадолго до смерти увидел стоящих перед ним гнусных духов, свирепо грозящих унести его в глубины ада… Вся семья собралась вокруг него, плача и стеная. Хотя они и не могли, по словам самого больного, по бледности его лица и по дрожанию его тела понять, что там были злые духи. В смертельном страхе перед этими ужасными видениями он метался на постели из стороны в сторону… И теперь почти обессиленный и отчаявшийся в каком-либо облегчении, он кричал: «Дайте мне время до утра! Потерпите хоть до утра!» И на этом его жизнь прервалась». Св. Григорий рассказывает и о других подобных случаях, также и Беда в своей «Истории Английской Церкви и народа». Даже в Америке ХIХ века подобные случаи не были редкостью; недавно опубликованная антология содержит истории, имевшие место в прошлом веке, которые носят заголовки вроде: «Я в огне, вытащите меня!», «О, спасите меня, они меня утаскивают!», «Я иду в ад!» и «Дьявол идет, чтобы утащить мою душу в ад».

Однако д-р Муди ничего подобного не сообщает: в сущности, в его книге все опыты умирающих (за достойным внимания исключением самоубийства) приятные – будь то христиане или нехристиане, люди религиозные или нет. С другой стороны, д-ра Осис и Харалдсон в своих исследованиях нашли нечто не столь далекое от этого опыта.

Эти ученые нашли в своих исследованиях американских случаев то же, что и д-р Муди: явление потусторонних посетителей воспринимается как нечто положительное, больной принимает смерть, этот опыт приятен, вызывает спокойствие и душевный подъем и часто – прекращение боли перед смертью. В исследованиях же индийских случаев не менее одной трети больных, видевших явления, испытали страх, угнетение и беспокойство в результате появления «ямдутов» («вестников смерти», хинди), или других существ; эти индийцы сопротивляются или пытаются избежать потусторонних посланников. Так, в одном случае умирающий индийский конторский служащий говорил: «Кто-то здесь стоит! У него телега, наверное, это ямдут. Он, должно быть, заберет кого-то с собой. Он дразнит меня, что он хочет взять меня!.. Пожалуйста, держите меня, я не хочу!» Боли его возросли, и он умер. Один умирающий индиец внезапно сказал: «Вот идет ямдут, чтобы забрать меня. Снимите меня с постели, чтобы ямдут не нашел меня». Он показал наружу и вверх:

«Вот он». Больничная палата была на первом этаже. Снаружи у стены здания было большое дерево, на ветвях которого сидело множество ворон. Как только больному представилось это видение, все вороны внезапно покинули дерево с большим шумом, как если бы кто выстрелил из ружья. Мы были удивлены этим и выбежали через открытую дверь комнаты, но не увидели ничего, что могло бы потревожить ворон. Обычно они были очень спокойны, поэтому всем нам, присутствующим, очень запомнилось то, что вороны улетели с большим шумом как раз тогда, когда у больного было видение. Как будто бы и они тоже почувствовали что-то ужасное. Когда это случилось, больной потерял сознание и через несколько минут испустил дух. Некоторые ям-дуты имеют страшную внешность и вызывают в умирающем еще больший страх.

Это самое большое различие между американским и индийским опытами умирания в исследованиях д-ров Осиса и Харалдсона, но авторы не находят ему объяснения. Естественно, возникает вопрос: почему в современном американском опыте почти совсем отсутствует один элемент – страх, вызываемый ужасными потусторонними явлениями, столь общими как для христианского опыта прошлого, так и настоящего индийского опыта?

Нам нет необходимости точно определять природу явлений умирающим, чтобы понять, что, как мы видели, они в какой-то мере зависят от того, что умирающий ожидает или что готов увидеть. Поэтому христиане прошлых веков, которые имели живую веру в ад и чья совесть в конце жизни обвиняла их, часто перед смертью видели бесов… Современные индусы, которые, конечно, более «примитивны», чем американцы, в своих верованиях и своем понимании, часто видят существа, которые соответствуют их все еще очень реальным страхам относительно загробной жизни. А современные «просвещенные» американцы видят явления, согласующиеся с их «комфортабельной» жизнью и убеждениями, которые, в общем, не включают реального страха ада или уверенности в существовании бесов.

В действительности сами бесы предлагают такие искушения, которые согласуются с духовным сознанием или ожиданиями искушаемых. Тем, кто боится ада, бесы могут явиться в ужасном виде, чтобы человек умер в состоянии отчаяния. Но тем, кто не верит в ад (или протестантам, которые верят, что они надежно спасены, и поэтому не боятся ада), бесы, естественно, предложили бы какие-то другие искушения, которые не обнаруживали бы столь ясно их злые намерения. Подобным же образом уже достаточно пострадавшему христианскому подвижнику бесы могут явиться в таком виде, чтобы соблазнить его, а не запугать.

Хорошим примером такого рода является искушение бесами в час смерти мученицы Мавры (III век). После того, как она была распята на кресте в течение девяти дней вместе с мужем, мучеником Тимофеем, дьявол искушал ее. В житии этих святых повествуется, как сама мученица Мавра рассказала о своих искушениях своему мужу и соучастнику в страданиях: «Ободрись, брат мой, и отгони от себя сон; бодрствуй и уразумей то, что я видела: мне показалось, что предо мною, находившейся как бы в восхищении, был человек, имевший в руке своей чашу, наполненную молоком и медом. Человек этот сказал мне: «Взявши это, выпей». Но я сказала ему: «Кто ты?» Он же ответил: «Я Ангел Божий». Тогда я сказала ему: «Помолимся ко Господу». Потом он сказал мне: «Я пришел к тебе для того, чтобы облегчить твои страдания. Я видел, что ты сильно хотела есть и пить, так как до сего времени ты не вкушала никакой пищи». Снова я сказала ему: «Кто побудил тебя оказать мне эту милость? И какое дело тебе до моего терпения и пощения? Разве ты не знаешь, что Бог силен сотворить и то, что невозможно людям?» Когда я помолилась, то увидела, что человек тот отворачивал лицо свое на запад. Из этого я поняла, что это было обольщение сатанинское; сатана хотел искусить нас на кресте. Затем вскоре видение то исчезло. Потом подошел другой человек, и мне показалось, что он привел меня к реке, текущей молоком и медом, и сказал мне: «Пей». Но я отвечала: «Я уже сказала тебе, что не буду пить ни воды, ни какого другого земного пития до тех пор, пока не испию чашу смерти за Христа, Господа моего, которую Он Сам растворит для меня спасением и бессмертием жизни вечной». Когда я говорила это, тот человек пил из реки, и вдруг исчез и он сам, и река с ним». Ясно, какую осторожность должен проявлять христианин, получая «откровения» во время смерти.

Итак, час смерти – это воистину время бесовских искушений, и те духовные опыты, которые люди получают в это время (даже если кажется, что это происходит «после смерти», о чем речь будет идти ниже), должны быть оценены по тем же христианским меркам, что и любые другие духовные опыты. Аналогичным образом духи, которые могут встретиться в это время, должны быть подвергнуты всесторонней проверке, которую апостол Иоанн выражает следующим образом: … испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире (1 Ин. 4, 1).

Некоторые из критиков современных «посмертных» опытов уже указывали на сходство «светящегося существа» с «духами-руководителями» и «духами-друзьями» медиумического спиритизма. Поэтому рассмотрим вкратце спиритическое учение в той его части, где говорится о «светящихся существах» и их сообщениях. Один классический труд по спиритизму (Дж. Артур Хилл. Спиритизм. Его история, явления и учение. Нью-Йорк, 1919) указывает, что спиритическое «учение всегда или практически всегда согласуется с высокими моральными нормами; в отношении веры оно всегда теистическое, всегда почтительно к ней, но не слишком-то интересуется такими интеллектуальными тонкостями, которые интересовали отцов церковных соборов». Затем в книге отмечается, что «ключом» и «центральной доктриной» спиритического учения является любовь, что от духов спириты получают «славное знание», которое обязывает их вести миссионерскую работу по распространению «знания о том, что жизнь после смерти действительно есть» и что «совершенные» духи теряют «ограничения» личности и становятся более «влияниями», чем личностями, все более и более наполняясь «светом». Действительно, в своих гимнах спириты буквально призывают «светящиеся существа»:

 
«Служители света блаженные,
От смертных очей сокровенные…»
«Вестников света пошли среди ночи,
Чтобы отверзть нам сердечные очи…»
 

Всего этого достаточно, чтобы усомниться в «светящемся существе», которое сейчас появляется людям, ничего не знающим о природе и коварстве бесовских ухищрений. Наша подозрительность только увеличивается, когда мы слышим от д-ра Муди, что некоторые описывают это существо как «забавную личность» с «чувством юмора», которая «развлекает» и «забавляет» умирающего («Жизнь после жизни»). Подобное существо с его «любовью и пониманием» на самом деле удивительно похоже на тривиальных и часто добродушных духов на сеансах, которые, без всякого сомнения, являются бесами (если сами сеансы – не жульничество).

Этот факт привел к тому, что некоторые отрицают как бесовский обман вообще все сообщения о «посмертном» опыте. В одной книге, написанной евангельскими протестантами, утверждается, что «существуют новые и неизведанные опасности во всем этом обмане о жизни и смерти. Даже смутная вера сообщениям о клинических опытах, по нашему убеждению, может иметь серьезные последствия для тех, кто верит в Библию. Не один искренний христианин полностью поверил тому, что светящееся существо есть не кто иной, как Иисус Христос и, к несчастью, этих людей можно очень легко дурачить» (Джон Уэлдон и Зола Левит «Есть ли жизнь после смерти», 1977). Помимо указания на тот несомненный факт, что ряд исследователей «посмертного» опыта также интересуется оккультизмом и даже имеет контакт с медиумами, авторы книги в поддержку этого утверждения цитируют ряд замечательных параллелей между современным «посмертным» опытом и опытом медиумов и оккультистов недавнего прошлого.

В этих наблюдениях, конечно, много истины. К сожалению, без полного христианского учения о загробной жизни даже самые благонамеренные «верующие в Библию» заблуждаются, отвергая вместе с опытом, который может оказаться бесовским обманом, и подлинный посмертный опыт души. И, как мы увидим, сами эти люди способны поверить обманчивому «посмертному» опыту.

Д-ра Осис и Харалдсон, которые оба имели «непосредственный опыт общения с медиумами», отмечают некоторое сходство между явлениями умирающим и опытом спиритизма. Однако они отмечают существенное, «бросающееся в глаза расхождение» между ними: «Вместо продолжения мирской жизни (которую описывают медиумы), пережившие смерть предпочитают начать совершенно новый образ жизни и деятельности» («В час смерти»). На самом деле царство «посмертного» опыта не представляется полностью отличным от царства обычного медиумизма и спиритизма, но это все же царство, где бесовские обманы и внушения не только возможны, но положительно их следует ожидать, особенно в те последние дни, в какие мы живем, когда мы являемся свидетелями все новых и более тонких духовных искушений, даже великих знамений и чудес, чтобы прельстить, если возможно, и избранных (ср.: Мф. 26, 24).

Поэтому нам следует быть, по крайней мере, очень осторожными со «светлыми существами», которые как будто появляются в момент смерти. Очень уж они похожи на бесов, представляющихся «ангелами света», чтобы соблазнить не только самого умирающего, но и тех, кому он впоследствии расскажет свою историю, если будет возвращен к жизни (о возможности чего, конечно, бесы хорошо осведомлены).

Однако в конечном счете наше суждение об этом и других «посмертных» явлениях должно основываться на учении, которое вытекает из них, – будь оно или дано каким-то духовным существом, увиденным в момент смерти, или просто подразумевается, или выводится из этих явлений.

Некоторые из «умерших» и возвращенных к жизни – обычно те, кто был или стал очень религиозным – отождествляли встреченное «светящееся существо» не с Ангелом, а с невидимым присутствием самого Христа. У этих людей такой опыт часто связан с другим явлением, которое для православных христиан является, возможно, самым загадочным на первый взгляд явлением, встречаемым в современных посмертных переживаниях – видением «рая».

Глава пятая

Воздушное царство духов

Чтобы понять, в какую же область входит душа после смерти, мы должны учесть все особенности человеческой природы. Мы должны понять природу человека до его падения, затем, изменения, происшедшие после падения, наконец – способности человека вступать в контакт с духовными существами.

Возможно, самое ясное православное рассмотрение этих вопросов можно найти в книге епископа Игнатия (Брянчанинова), которую мы уже цитировали, говоря о православном учении об Ангелах (том III собрания его сочинений). Одну из глав этой книги владыка Игнатий посвятил рассмотрению «чувственного восприятия духов», т. е. ангельских и бесовских явлений людям. Ниже мы будем цитировать эту главу, которая излагает православное святоотеческое учение, трезвенно и точно переданное одним из величайших православных отцов нашего времени (подзаголовки автора).

Первоначальная природа человека

«До падения человека тело его было бессмертно, чуждо недугов, чуждо настоящей его дебелости и тяжести, чуждо греховных и плотских ощущений, ныне ему естественных» (прп. Макарий Великий, Слово 4). Чувства его были несравненно тоньше, действие их было несравненно обширнее и вполне свободно. Облеченный в такое тело, с такими органами чувств, человек был способен к чувственному видению духов, к разряду которых он принадлежал душою. Он был способен к общению с ними, а также к тому Боговедению и общению с Богом, которые сродни святым духам. Святое тело человека не служило для сего препятствием, не отделяло человека от мира духов. Человек, облеченный в тело, способен был для жительства в рае, в котором ныне могут пребывать одни святые и одними душами своими, с которыми по воскресении соединятся их тела. Тогда эти тела оставят в гробах свою дебелость, усвоившуюся им при падении; тогда они соделаются духовными, даже духами, по выражению Макария Великого, явят в себе те свойства, которые им были даны при сотворении. Тогда человеки снова вступят в разряд святых духов и в открытое общение с ними. Образец тела, которое одновременно было и тело, и дух, мы видим в теле Господа нашего Иисуса Христа по Его воскресении.

(Однако существует различие в тонкости между телом человека в раю до его падения и его телом на Небе по воскресении. – Прим. автора).

Падение человека

Падением изменились и душа, и тело человеческое. В собственном смысле падение было для них вместе и смертию. Видимая и называемая нами смерть, в сущности, есть только разлучение души с телом, прежде того уже умерщвленных отступлением от них истинной жизни, Бога. Мы рождаемся уже убитыми вечною смертию! Мы не чувствуем, что мы убиты, по общему свойству мертвецов не чувствовать своего умерщвления! Недуги нашего тела, подчинение его неприязненному влиянию различных веществ из вещественного мира, его дебелость – суть следствия падения. По причине падения наше тело вступило в разряд с телами животных; оно существует жизнию своего падшего естества. Оно служит для души темницею и гробом. Сильны употребляемые нами выражения, но они еще недостаточно выражают ниспадение нашего тела с высоты состояния духовного в состояние плотское. Нужно очищение себя тщательным покаянием, нужно ощутить хотя бы в некоторой степени свободу и высоту состояния духовного, чтобы стяжать понятие о бедственном состоянии нашего тела, о состоянии его мертвости, причиненной отчуждением от Бога. В этом состоянии мертвости, по причине крайней дебелости и грубости, телесные чувства не способны к общению с духами, не видят их, не слышат их, не ощущают. Так, притупленная секира уже не способна к употреблению ее по назначению. Святые духи уклонились от общения с человеками, как с недостойными такого общения; души падшие, увлекшие нас в свое падение, смесились с нами, и чтоб удобнее содержать нас в плену, стараются сделать и себя, и свои цепи для нас незаметными. Если же они и открывают себя, то открывают для того, чтобы укрепить свое владычество над нами. Всем нам, находящимся в рабстве у греха, надо знать, что общение со святыми Ангелами несвойственно нам по причине нашего отчуждения от них падением, что нам свойственно по той же причине общение с духами отверженными, к разряду которых мы принадлежим душою, – что чувственно являющиеся человекам, пребывающим в греховности и падении, суть демоны, а никакие не святые Ангелы.

«Душа оскверненная, – сказал св. Исаак Сирский, – не входит в чистое царство и не сочетается с духами святых». Святые Ангелы являются только святым человекам, восстановившим с Богом и с ними общение святой жизнью. (Однако в редких случаях для особых целей Божиих св. Ангелы являются грешникам и даже животным, как отмечает ниже епископ Игнатий. – Прим. автора). «Хотя демоны, являясь человекам, наиболее принимают вид светлых Ангелов для удобнейшего обмана; хотя и стараются иногда уверить, что они человеки, а не бесы; хотя они иногда и предсказывают будущее; хотя открывают тайны, но вверяться им никак не должно. У них истина перемешана с ложью, истина употребляется по временам только для удобнейшего обольщения.

Сатана преобразуется во Ангела светла и служители его преобразуются, яко служители правды, – сказал св. ап. Павел (2 Кор. 11, 14–15)».

«Общее правило для всех человеков состоит в том, чтобы никак не вверяться духам, когда они являются чувственным образом, не входить в беседу с ними, не обращать на них никакого внимания, признавать явления их величайшим и опаснейшим искушением. Во время этого искушения должно устремлять мысль и сердце к Богу с молитвою о помиловании и об избавлении от искушения. Желание видеть духов, любопытство узнать что-нибудь о них и от них есть признак величайшего безрассудства и совершенного незнания нравственных и деятельных преданий Православной Церкви. Познание духов приобретается совершенно иначе, нежели как то предполагает неопытный и неосторожный испытатель. Открытое общение с духами для неопытного есть величайшее бедствие или служит источником величайших бедствий.

Боговдохновенный писатель Бытейской книги говорит, что по падении первых людей Бог, произнесши приговор над ними, еще до изгнания их из рая, сотвори им ризы кожаны и облече их (Быт. 3, 20). Ризы кожаные, по объяснению святых отцов (св. Иоанн Дамаскин) означают нашу грубую плоть, которая при падении изменилась: утратила свою тонкость и духовность, получила настоящую свою дебелость. Хоть начальною причиною изменения и было падение, но изменение совершилось под влиянием Всемогущего Творца, по неизреченной Его милости к нам, к нашему величайшему благу. Между прочим, полезными для нас последствиями, истекающими из состояния, в котором ныне находится наше тело, мы должны указать то, что через попущение дебелости нашему телу мы сделались неспособными к чувственному видению духов, во власть которых ниспали… Премудрость и благость Божия положили преграду между человеками, низверженными на земные правительства, отделяют темничною стеною злодеев от общества человеческого, чтоб они по произволу не вредили этому обществу и не развращали прочих человеков (св. Иоанн Кассиан). Духи падшие действуют на человека, принося им греховные помыслы и ощущения; до чувственного видения духов достигают весьма немногие человеки».

Душа, облеченная в тело, закрытая и отделенная им от мира духов, постепенно образует себя изучением закона Божия, или, что то же, – изучением христианства, и стяжает способность различать добро от зла. Тогда даруется ей духовное видение духов и, если то окажется сообразным с целями руководствующего ею Бога, чувственное, так как обман и обольщение для нее уже гораздо менее опасны, а опытность и знание полезны. При разлучении души от тела видимою смертию мы снова вступаем в разряд и общество духов. Из этого видно, что для благополучного вступления в мир духов необходимо благовременное образование себя законами Божиими, что именно для этого образования и предоставлено нам некоторое время, определяемое каждому человеку Богом для странствования по земле. Это странствие называется земной жизнию.

Открытие чувств

«Человеки делаются способными видеть духов при некотором изменении чувств, которое совершается неприметным и необъяснимым для человека образом. Он только замечает в себе, что внезапно начал видеть то, чего доселе не видел и чего не видят другие, слышать то, чего доселе не слышал. Для испытавших на себе такое изменение чувств оно очень просто и естественно, хотя необъяснимо для себя и для других; для неиспытавших – странно и непонятно. Так, всем известно, что люди способны погружаться в сон; но что за явление – сон, каким образом незаметно для себя мы переходим из состояния бодрости в состояние усыпления и самозабвения – это остается для нас тайною. Изменение чувств, при котором человек входит в чувственное общение с существами невидимого мира, называется в Священном Писании отверзением чувств. Отверзе же Бог, – говорит Писание, – очи Валааму, и узре Ангела божия противостояща на пути, и меч извлечен в руце его (Числ. 22, 31). Окруженный врагами Елисей, чтобы успокоить устрашенного слугу своего, помолися и рече: Господи, отверзи ныне очи отрока, да узрит. И отверзе Господь очи его, и виде: и се, гора исполнь коней, и колесница огненна окрест Елиссеа (4 Цар. 6, 17–18) (см. также Лк. 24, 16–31).

Из приведенных мест Священного Писания явствует, что телесные чувства служат как бы дверями и вратами во внутреннюю клеть, где пребывает душа, что эти врата отворяются и затворяются по мановению Бога. Премудро и милосердно пребывают эти врата постоянно заключенными в падших человеках, чтоб заклятые враги наши, падшие духи, не вторглись к нам и не погубили нас. Эта мера тем необходимее, что мы по падении находимся в области падших духов, окружены ими, порабощены ими. Не имея возможности ворваться к нам, они извне подают нам знать о себе, принося различные греховные помыслы и мечтания, ими привлекая легковерную душу в общение с собою. Непозволительно человеку устранять смотрение Божие и собственными средствами, по попущению Божию, а не по воле Божией, отверзать свои чувства и входить в явное общение с духами. Но и это случается. Очевидно, что собственными средствами можно достигнуть общения только с падшими духами. Святым Ангелам несвойственно принимать участие в деле, не согласованном с волею Божиею, в деле, неблагоугодном Богу. Чем влекутся человеки к вступлению в открытое общение с духами? Легкомысленные и не знающие деятельного христианства увлекаются любопытством, незнанием, неверием, не понимая, что вступив в такое общение, они могут нанести себе величайший вред».

«Мысль, что в чувственном видении духов заключается что-либо особенно важное, ошибочна. Чувственное видение без духовного не доставляет должного понятия о духах, доставляет одно поверхностное понятие о них, очень удобно может доставить понятия самые ошибочные и их-то наиболее доставляет неопытным и зараженным тщеславием и самомнением. Духовного видения духов достигают одни истинные христиане, а к чувственному наиболее способны люди самой порочной жизни…

Весьма немногие способны к нему по естественному слежению (т. е. по медиумическому таланту, который может быть унаследован. – Прим. автора); весьма немногим являются духи по поводу какого-либо особенного обстоятельства в жизни. В последних двух случаях человек не подлежит порицанию, но должен приложить все тщание, чтобы выйти из этого положения как весьма опасного. В наше время многие позволяют себе входить в общение с падшими духами посредством магнетизма, спиритизма, причем падшие духи обыкновенно являются в виде светлых ангелов, обольщают и обманывают различными интересными сказками, перемешивая правду с ложью – всегда причиняют крайнее душевное и даже умственное расстройство».

Да не мнят о себе что-либо увидевшие чувственно духов, даже святых Ангелов: это видение одно, само по себе, нисколько не служит свидетельством о достоинстве видевших: к нему способны не только порочные человеки, но и самые бессловесные животные (Числ. 22, 23).

Опасность контакта с духами

«Видение чувственными очами духов приносит всегда больший или меньший вред тем человекам, которые не имеют духовного видения. Здесь на земле образы истины перемешаны с образами лжи (св. Исаак Сирский. Слово 2), как в стране, в которой перемешано добро со злом, как в стране изгнания падших ангелов и падших человеков».

«Видящий чувственно духов легко может быть обманут в свое повреждение и погибель. Если же он при видении духов окажет доверенность к ним или легковерие, то он непременно будет обманут, непременно будет увлечен, непременно будет запечатлен непонятною для неопытных печатию обольщения, печатию страшного повреждения в своем духе, причем часто теряется возможность исправления и спасения. Со многими, с весьма многими это случалось. Случалось это не только с язычниками, которых жрецы были по большей части в общении с демонами; случалось это не только со многими христианами, не знающими тайн христианства и по какому-то обстоятельству вступившими в общение с духами; случалось это со многими подвижниками и иноками, не стяжавшими духовного видения духов и увидевшими их чувственно.

Одним только христианским подвижничеством доставляется правильный, законный вход в мир духов. Все прочие средства незаконны и должны быть отвергнуты как непотребные и пагубные. Истинного Христова подвижника вводит в видение духов Сам Бог. Когда руководит Бог, тогда отделяются призраки истины, в которые облекается ложь, от истины, тогда даруется подвижнику, во-первых, духовное видение духов, подробно и с точностью обнаруживающее пред ним свойства этих духов. Уже после этого даруется некоторым подвижникам чувственное видение духов, которым пополняются познания о них, доставленные видением духовным».

Некоторые практические советы

Владыка Игнатий извлекает из рассуждения св. Антония в его житии, написанном св. Афанасием (оно уже упоминалось как основной источник нашего знания о деятельности бесов) практические советы для христианских подвижников относительно того, как вести себя в отношении чувственного восприятия духов, если таковое кому приключится. Они имеют огромное значение для всех желающих вести истинно духовную христианскую жизнь в наши дни, когда (по причинам, которые мы попытаемся объяснить ниже) чувственное восприятие духов стало куда более распространенным, чем ранее. Святой Антоний учит: «И следующее нужно знать вам для вашей безопасности. Когда представится какое-либо видение, не допусти себе испуга, но каково бы ни было это видение, мужественно спроси его, во-первых: «Кто ты и откуда?» Если это будет явление святых, то они успокоят тебя, и страх твой обратится в радость. Если же явление – диавольское, то оно, встретив в душе твердость, немедленно придет в колебание: потому что вопрос «кто ты и откуда?» служит признаком неустрашимой души. Сделав такой вопрос, Иисус Навин (см.: Нав. 5, 13) удостоверился в истине, а от Даниила не скрылся враг (см.: Дан. 10, 20)».

Поведав о том, как даже прп. Симеон Столпник однажды чуть было не был обманут бесом, явившимся ему в виде Ангела на огненной колеснице, епископ Игнатий предупреждает современных православных христиан: «Если святые находились в такой опасности быть обманутыми лукавыми духами, то для нас эта опасность еще страшнее. Если святые не всегда узнавали демонов, являвшихся им в виде святых и Самого Христа, то как возможно нам думать о себе, что мы безошибочно узнаем их? Одно средство спасения от духов заключается в том, чтобы решительно отказываться от видения и от общения с ними, признавая себя в таком видении и общении неспособным».

Святые наставники христианского подвижничества «…заповедуют благочестивым подвижникам не вверяться никакому образу или видению, если они внезапно представятся, не входить с ними в беседу, не обращать на них внимания. Они заповедуют при таких явлениях ограждать себя знамением креста, закрывать глаза и в решительном сознании своего недостоинства и неспособности к видению святых духов, молить Бога, чтоб Он покрыл нас от всех козней и обольщений, злохитро расставленных человекам духами злобы, зараженными неисцельною ненавистью и завистью к человекам».

Далее епископ Игнатий цитирует святых Ксанфопулов: «Ты никак не прими, если увидишь что чувственно или умом, вне или внутри себя, будет ли то образ Христа или Ангела, или какого Святого, или возмечтается и изобразится воображением в уме свет: ибо самому уму свойственна по естеству мечтательность, и он удобно составляет образы, какие желает, что обычно не внимающим себе строго, и чем они наносят вред самим себе…».

Заключение

В заключении епископ Игнатий учит: «Единственный правильный вход в мир духов – христианское подвижничество. Единственный правильный вход к чувственному видению духов – христианское преуспеяние и совершенство».

«В свое время, назначаемое единым Богом и известное единому Богу, мы непременно вступим в мир духов. Недалеко от каждого из нас это время! Всеблагий Бог да дарует нам так провести земную жизнь, чтобы мы еще во время ее расторгли общение с духами падшими, вступили в общение с духами святыми, чтоб мы на этом основании совлекшись тела, были причислены к святым духам, а не к духам отверженным».

Это поучение епископа Игнатия (Брянчанинова), составленное сто лет назад, вполне могло бы быть написано и сегодня – столь точно оно передает духовные искушения нашего времени, когда «двери восприятия» (мы используем фразу, пущенную одним из экспериментаторов в этой области, Олдосом Хаксли) стали открыты так широко, как и не мечтали во времена епископа Игнатия.

Вряд ли нужен комментарий к этим словам. Восприимчивый читатель, может быть, уже начал прикладывать их к «посмертным» состояниям, которые мы описываем на этих страницах, и тем самым начал понимать устрашающую опасность этих опытов для человеческой души. Тот, кто знаком с этим православным учением, не может не взирать с изумлением и ужасом на легкость, с которой современные «христиане» доверяют видениям и явлениям, становящимся сейчас все более распространенными. Причина этой доверчивости ясна: римо-католицизм и протестантизм, уже многие века оторванные от православного учения и практики духовной жизни, потеряли всякую способность к ясному различению в царстве духов. Им стало совершенно чуждо самое существенное христианское свойство – недоверие к собственным «добрым» мыслям и чувствам. В результате «духовные» опыты и явления духов стали сегодня, возможно, более распространенными, чем в любое другое время христианской эры, а легковерное человечество готово к принятию теории «нового века» духовных чудес или «новому излиянию Духа Святаго», чтобы объяснить этот факт.

Человечество духовно обнищало, считая себя «христианским» даже тогда, когда оно готовится к веку бесовских «чудес»; это является знамением последних времен (ср.: Откр. 16, 14).

Следует добавить, что и сами православные христиане, теоретически обладающие истинным христианским учением, редко осознают это и зачастую столь же легко поддаются обману, как и неправославные. Настало время, чтобы те, кому это учение принадлежит по праву рождения, вернули его себе!

Те, кто описывает сейчас свои «посмертные» опыты, показывают, что они так же доверяют своему опыту, как и любой сбитый с толку человек в прошлом; во всей современной литературе по этому вопросу имеется чрезвычайно мало случаев, когда серьезно задаются вопросом, не могла ли хотя бы часть пережитого быть от дьявола. Православный читатель, конечно, задаст этот вопрос и попытается понять эти случаи в свете духовного учения православных отцов и святых.

Глава восьмая. Подлинный христианский опыт Неба

Место нахождения неба и ада

Мы уже видели из многочисленных повествований свв. отцов и житий святых, что после смерти душа сразу входит в поднебесное воздушное царство, свойства которого мы подробно рассмотрели. Мы также видели, что продвижение души через это воздушное царство после того, как тело действительно умерло и душа развязалась со всем земным, описывается как восхождение через мытарства, где начинается Частный Суд, чтобы определить, достойна ли душа обитать на небе. Души, обвиненные в нераскаянных грехах, ввергаются падшими духами в ад, а успешно прошедшие испытания на мытарствах свободно восходят на небо, руководимые Ангелами.

Что же представляет собой небо? Где оно? Занимает ли оно какое-то место? Находится ли оно вверху?

Как и во всех вопросах, касающихся жизни после смерти, мы должны спрашивать не из любопытства, а только лишь для того, чтобы лучше понять то учение по этому вопросу, которое Церковь вручила нам, и избежать путаницы, которую современные идеи и некоторые медиумические опыты могут вызвать даже у православных христиан.

Так получилось, что вопрос о месте нахождения неба (и ада) стал в наше время одним из вопросов, повсеместно понимаемых неправильно. Не так давно Хрущев насмехался над верующими людьми, которые еще верили в небо, – он, видите ли, послал космонавтов в космос, и они не встретили Его!

Ни один мыслящий христианин, конечно, не верит в атеистическую карикатуру рая в облаках, хотя и есть некоторые наивные протестанты, которые готовы поместить небо на дальней галактике или в созвездии; все видимое творение пало и испорчено, и в нем нигде нет места для невидимого Божия неба, которое является реальностью духовной, а не материальной. Но многие христиане, чтобы избежать насмешек неверующих и не впасть в материализм, бросились в другую крайность и объявили, что «небо нигде не находится». Среди римо-католиков и протестантов имеются изощренные апологии, утверждающие, что небо – это состояние, а не место, что «вверху» – это только метафора, что Вознесение Христово (см.: Лк. 24, 50–51; Деян. 1, 9–11) не было на самом деле «вознесением», а только изменением состояния. В результате подобных апологий небо и ад стали весьма расплывчатыми и неопределенными понятиями, и чувство их реальности начинает исчезать – с губительными последствиями для христианской жизни, потому что это именно та реальность, к которой направлена вся наша земная жизнь.

Согласно учению епископа Игнатия, все эти апологии основаны на ложной идее философа нового времени Декарта, что все нематериальное является «чистым духом» и не ограничено временем и пространством. Но это не учение Православной Церкви. Владыка Игнатий пишет: «Мечта Декарта о независимости духов от пространства и времени – решительная нелепость. Все ограниченное, по необходимости, зависит от пространства»; «Многочисленные цитаты… из богослужебных книг и из творений отцов Православной Церкви… со всею удовлетворительностью решают вопрос относительно того, где помещаются рай и ад. С какою ясностью (православная) восточная Церковь указывает место рая на Небе и место ада во внутренности земли!». Здесь мы только укажем, как следует понимать его учение.

Несомненно верно, как указывают многочисленные цитаты из сочинений епископа Игнатия, что все православные источники – Священное Писание, богослужение, жития святых, творения святых отцов – говорят о рае и небе как находящихся «вверху», а об аде – как находящемся «внизу», под землей. И так же верно, что, поскольку Ангелы и души ограничены в пространстве (как мы видим из главы «Православное учение об Ангелах»), они должны быть всегда в одном определенном месте – будь то небо, ад или земля. <…>

Поэтому несомненно, что небо – это место и оно выше любой точки на земле, а ад находится внизу, во внутренности земли; но люди не могут видеть эти места и их обитателей, пока не откроются их духовные очи, в чем мы могли убедиться раньше, говоря о воздушном царстве. Кроме того, эти места находятся вне координат нашей пространственно-временной системы; авиалайнер не пролетает невидимо через рай, и спутник Земли – через третье небо, а с помощью бурения нельзя добраться до душ, ожидающих в аду Страшного Суда. Они не там, но в пространстве другого рода, начинающемся непосредственно здесь, но простирающемся в другом направлении.

Имеются указания или, по крайней мере, намеки на эту другую реальность и в повседневном посюстороннем опыте. Например, существование вулканов и большого количества тепла в центре Земли рассматривалось многими святыми как указание на существование ада во внутренности Земли (см. Житие св. Патрикия Прусского, «Собеседование» св. Григория, труды еп. Игнатия (Брянчанинова)). Конечно, ад не «материален» в том смысле, в каком материальна лава, вытекающая из земной коры, но здесь, по-видимому, имеется наложение двух видов реальности – наложение, которое прежде всего можно видеть в самой природе человека, который даже в этой жизни способен в определенных обстоятельствах или по Божьей воле воспринимать оба вида реальности. Сами современные ученые вынуждены были признать, что они больше не уверены ни в конечной природе и границах материи, ни в том, где она исчезает и начинается «душевная» реальность.

Многочисленные примеры в житиях святых показывают, как это другого рода пространство «прорывается» в «нормальное» пространство этого мира. Часто, например, видят, как возносится к небу душа новопреставленного, как было, когда св. Бенедикт увидел душу св. Германа Капуанского, относимую ангелами на небо в огненном шаре, или жители острова Еловый видели душу прп. Германа Аляскинского, восходящую на огненном столпе, или старец Серафим Глинский видел восходящую душу прп. Серафима Саровского. Пророк Елисей видел, как пророк Илия был взят на небо в огненной колеснице (см.: 4 Цар. 2, 11). Часто также видят, как души проходят через мытарства; такие случаи особенно многочисленны в житиях прп. Нифонта, епископа Констанции Кипрской и св. Колумбы Ионского, – некоторые цитаты из последнего жития были приведены выше, в главе о мытарствах. В житии блаженного Феофила Киевского рассказывается, что один из свидетелей его праведной кончины увидел, как «вдруг перед ним что-то промелькнуло, и в лицо пахнула струя прохладного воздуха. С изумлением взглянул Димитрий вверх и остолбенел: в келии медленно стал подниматься покров, и голубое небо, точно простирая свои объятия, приготовилось принять святую душу умирающего праведника».

Наше любопытство не должно простираться дальше общего знания о том, что небо и ад действительно «места», но не места в этом мире, в нашей пространственно-временной системе. Эти «места» настолько отличаются от наших земных понятий «места», что мы безнадежно запутаемся, если попытаемся свести воедино их «географию». Некоторые жития святых ясно указывают, что «небо» находится над «раем»; другие говорят о том, что есть, по крайней мере, «три неба», – не нам определять границы этих мест или пытаться установить их характеристики. Подобные описания даны нам по Божьему Провидению, чтобы побудить нас стремиться туда путем христианской жизни и смерти, но не для того, чтобы мы прилагали к ним мирские категории логики и познания, которые к ним неприложимы. Св. Иоанн Златоуст справедливо призывает не любопытствовать при исследовании неба и ада: «Ты спрашиваешь, где ад, но к чему тебе это знать? Тебе следует знать, что ад существует, а не то, где он находится… По моему мнению, он где-то вне этого мира… Потщимся же узнать не где он, а как его избежать».

В этой жизни нам мало что дано узнать о потусторонней реальности, хотя мы знаем достаточно, чтобы ответить рационалистам, говорящим, что небо и ад нигде не находятся и не существуют, потому что они не могут их видеть. На самом деле эти места находятся «где-то», и некоторые из живущих на земле побывали там и вернулись, чтобы рассказать о них; но во плоти мы видим эти места больше верою, чем знанием. Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан (1 Кор. 13, 12).

Христианский опыт неба

Истинный христианский опыт неба всегда несет на себе один и тот же отпечаток потустороннего опыта. Те, кто видел небо, не только путешествовали в другое место, они также переходили в совершенно другое духовное состояние. Мы, не испытавшие этого лично, должны удовлетвориться описанием некоторых внешних свойств, которые в совокупности позволяют отличить этот опыт от всякого другого опыта воздушного царства, рассмотренного выше.

В житиях святых есть описание того, как с земли были видны восхождения душ на небо. В житии св. Антония Великого читаем: «Еще однажды, пребывая в горе и возведя взор, видит Антоний, что возносится некто по воздуху, к великой радости встречающих его. Потом, дивясь и ублажая таковый сон, начинает он молиться, чтобы открыто ему было, что это значит. И вдруг приходит к нему глас: «Это душа Амуна, нитрийского инока». Амун же до старости пребыл подвижником».

Авва Серапион следующим образом описывает смерть св. Марка Фраческого: «Взглянувши, увидел я душу святого, уже освободившегося от оков плоти, – она была покрыта ангельскими руками белосветлою одеждою и возносилась ими на небеса. Я созерцал воздушный путь к небу и отверзшиеся небеса. При сем я видел стоящие на этом пути полчища бесов и слышал обращенный к бесам ангельский голос: – Сыны тьмы, бегите и скройтесь от лица света правды!

Святая душа Марка была задержана на воздухе около одного часа. Затем послышался с неба голос, говоривший Ангелам: – Возьмите и принесите сюда того, кто посрамил бесов.

Когда душа преподобного прошла без всякого для себя вреда чрез бесовские полчища и приближалась уже к отверстому небу, я увидел как бы подобие простертой с неба правой руки, принимавшей непорочную душу. Затем это видение скрылось из глаз моих, и более я ничего не видел».

Из этих рассказов мы уже можем видеть три особенности подлинного христианского опыта неба – это восхождение, сопровождение души Ангелами, приветствие ее обитателями неба, к которым она и присоединяется.

Опыт неба бывает разный. Иногда душу отводят туда до смерти, чтобы показать его чудеса или уготованное ей место. Так, св. Мавра, которая не поддалась во время своего мученичества двум ложным видениям падших духов (описано выше в качестве примера искушений, которые могут быть в час смерти), так описывала последовавший за тем Богоданный опыт: «Также я видела и третьего мужа, прекрасного видом; лицо его сияло на солнце. Взяв меня за руку, он возвел меня на небо и показал мне престол, покрытый белою одеждою, и венец, прекрасный видом. Удивившись этой красоте, я спросила того мужа, который привел меня на небо: – Чье это, господин? – Он же сказал мне: – Это воздаяние за подвиг твой… Но теперь возвратись в тело твое; утром же в шестый час приидут Ангелы Божии, чтобы взять ваши души и вознести их на небо».

Есть также опыт видения Неба издалека, как в случае со св. первомучеником Стефаном, который видел небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога (Деян. 7, 56). Здесь, однако, мы рассмотрим только тот опыт, который легче всего сравнивать с современным «посмертным» опытом – восхождение на небо, будь то после смерти или в богоданном опыте в теле или вне его.

Св. Сальвий Альбийский, галльский иерарх IV века, вернулся к жизни после того, как был мертв большую часть дня, и рассказал своему другу Григорию Турскому следующее: «Когда келья моя сотрясалась четыре дня тому назад, и ты увидел меня, лежащего мертвым, я был поднят двумя Ангелами и отнесен на высочайшую вершину неба. Меня несли до тех пор, пока под моими стопами не оказалась не только эта жалкая земля, но были также Солнце и Луна, облака и звезды. Затем меня провели через ворота, которые сияли ярче Солнца, и ввели в здание, где все полы блестели золотом и серебром. Свет тот описать невозможно. Место это было наполнено множеством людей – и мужчин, и женщин; толпы, заполняющие пространство были так велики, что ни конца, ни края им не было видно. Ангелы расчистили передо мною путь сквозь эту толпу, и мы вошли в то место, на которое наш взгляд был направлен еще тогда, когда мы были далеко. Над этим местом висело облако ярче всякого света, а в то же время не было ни Солнца, ни Луны, ни звезды; воистину облако своим блеском сияло ярче любого из них. Из облака изшел голос, подобный голосу вод многих. Меня, грешного, с большим почтением приветствовали некие существа, одни из которых были облачены в священнические одежды, другие в обычное платье; мои сопровождающие сказали мне, что это были мученики и другие святые, которых мы почитаем здесь, на земле, и которым мы молимся с большим усердием. Когда я стоял здесь, надо мной повеяло такое сладкое благоухание, что, напитанный им, я не ощущал потребности в еде или питье до этого самого момента. Затем я услышал голос, сказавший: «Пусть этот человек идет обратно на землю, ибо он нужен нашим церквам». Я услышал голос, но не мог видеть, кто говорит.

Затем я пал ниц на землю и заплакал. «Увы, увы, Господи, – сказал я. – Зачем ты показал мне все это только для того, чтобы снова отнять у меня?..» Голос, говоривший мне, сказал: «Иди с миром. Я буду призирать на тебя, пока не возвращу тебя вновь в это место». Тогда мои сопровождающие оставили меня, а я, плача, пошел обратно через врота, в которые вошел».

Этот опыт добавляет несколько еще более важных характеристик: яркость небесного сияния, невидимое присутствие Бога, чей голос слышен; благоговение и страх святых перед Богом, ощутимое чувство Божией благодати в виде неописуемого благоухания. Кроме того, уточняется, что множество встреченных на небе «людей» (помимо Ангелов, сопровождающих души) – это души мучеников и святых.

Монах из Уэнлока после того, как он был вознесен Ангелами и прошел мытарства, «увидел также место дивной красоты, где множество очень красивых людей наслаждались небывалым счастьем, и они позвали его разделить с ними это счастье, если ему позволят. И от дыхания ликующих вместе блаженных душ до него донеслось дивной сладости благоухание. Святые Ангелы сказали ему, что это преславный рай Божий». Далее «он увидел великолепные сияющие стены удивительной длины и необычайной высоты. И святые Ангелы сказали: «Это тот святой и славный град, небесный Иерусалим, где души святых пребывают в радости во веки». Он сказал, что эти души и стены этого славного города… были такой ослепительной яркости, что его глаза никак не могли взирать на них» (Письма св. Бонифация).

Возможно, что самый полный и удивительный опыт неба, описанный в христианской литературе, принадлежит св. Андрею Христа ради юродивому Константинопольскому (IX век).

Этот опыт был описан со слов самого святого его другом Никифором. Здесь мы приводим лишь отрывки из рассказа святого: «Однажды во время суровой зимы, когда св. Андрей лежал на улице замерзший и близкий к смерти, он внезапно ощутил в себе внутреннюю теплоту и увидел прекрасного юношу с лицом, светящимся, как солнце, который отвел его в рай и на третье Небо. «По Божественному изволению я пребывал в течение двух недель в сладостном видении… я видел себя в прекрасном и дивном рае… умом и сердцем удивлялся я несказанной прелести рая Божия и услаждался, ходя по нему. Там находилось множество садов, наполненных высокими деревьями, которые, колыхаясь своими вершинами, веселили мои очи, и от ветвей их исходило великое благоухание… сих деревьев нельзя уподобить по красоте ни единому земному дереву… В тех садах были бесчисленные птицы с золотыми, белоснежными и разноцветными крыльями. Они сидели на ветвях райских деревьев и так прекрасно пели, что от сладкозвучного их пения я не помнил себя… После сего на меня напал какой-то ужас, и мне казалось, что я стою наверху небесной тверди, передо мной же ходит какой-то юноша со светлым, как солнце, лицом, одетый в багряницу… Когда я ходил по его стопам, то увидел Крест, большой и прекрасный, по виду подобный радуге, а кругом его стояли огневидные, как пламень, певцы и воспевали сладостное пение, славословя Господа, некогда распятого на Кресте. Шедший передо мною юноша, подойдя к Кресту, облобызал его и дал знак и мне, чтобы я облобызал Крест… Лобызая его, я исполнился несказанной духовной сладости и обонял благоухание сильнее райского. Пройдя мимо Креста, я посмотрел вниз и увидел под собою как бы морскую бездну… Мой путеводитель, обратившись ко мне, сказал: «Не бойся, ибо нам необходимо подняться еще выше». И он подал мне руку. Когда я ухватился за нее, мы уже находились выше второй тверди. Там я увидал дивных мужей, их упокоение и непередаваемую на языке человеческом радость их праздника…

И вот мы поднялись выше третьего неба, где я видел и слышал множество сил небесных, воспевающих и славословящих Бога. Мы подошли к какой-то блистающей, как молния, завесе, перед которой стоя и великие и страшные юноши, видом подобные как бы огненному пламени… И сказал мне водивший меня юноша:

«Когда отверзнется завеса, ты увидишь Владыку Христа. Поклонись же престолу славы Его».

Услыхав сие, я радовался и трепетал, ибо меня объял ужас и неизреченная радость… И вот какая-то пламенная рука отверзла завесу, и я, подобно пророку Исаии, узрел Господа моего, седяща на престоле высоце и превознесенне и Серафими стояху окрест Его (ср.: Ис. 6, 1). Он был облачен в багряную одежду; лицо Его было пресветло, а очи Его с любовию взирали на меня. Увидев это, я пал пред Ним ниц, поклоняясь светлому и страшному престолу славы Его. Какая радость объяла меня при созерцании лица Его, того нельзя словами выразить. Даже и теперь при воспоминании о том видении я преисполняюсь неизреченною радостию. В трепете лежал я пред моим Владыкою. После сего все небесное воинство воспело предивную и неизреченную песнь, а затем – не понимаю и сам, как – снова очутился я ходящим по раю».

Когда св. Андрей подумал, что на небе он видел Божию Матерь, Ангел сказал ему: «Пресветлейшую небесных сил Царицу хотел ты увидеть здесь? Но Ее нет здесь. Она удалилась в много-бедственный мир – помогать людям и утешать скорбящих. Я показал бы тебе Ее святое место, но теперь нет времени, ибо тебе надлежит опять возвратиться». Этим еще раз подтверждается то, что Ангелы и святые в любой момент времени могут находиться только в одном месте.

Даже в XIX веке сходное истинное видение неба имел ученик старца Паисия Величковского (ныне причисленного к лику святых. – Прим. пер.) схимонах Феодор Свирский. На закате своих дней он испытал очень сильное влияние Божией благодати. Вскоре после одного такого случая он заболел и три дня был в бессознательном состоянии. «Когда с ним началось состояние исступления, и он выступил из самого себя, то ему явился некий безвидный юноша, ощущаемый и зримый одним сердечнымчув-ством, и юноша этот повел его узкою стезею в левую сторону. Сам о. Феодор, как потом рассказывал, испытал чувство, что уже умер, и говорил: – Я скончался. Неизвестно, спасусь я или погибну.

«Ты спасен!» – сказал ему на эти помыслы незримый голос. И вдруг какая-то сила, подобная стремительному вихрю, восхитила его и перенесла на правую сторону.

«Вкуси сладость райских обручений, которые даю любящим Меня», – провещал невидимый голос. С этими словами о. Феодору показалось, что Сам Спаситель положил десницу Свою на его сердце, и он был восхищен в неизреченно-приятную как бы обитель, совершенно безвидную, необъяснимую словами земного языка. От этого чувства он перешел к другому, еще превосходнейшему, затем к третьему; но все эти чувства, по собственным его словам, он мог понимать только сердцем, но не мог понимать разумом.

Потом он увидел как бы храм и в нем близ алтаря как бы шалаш, в котором было пять или шесть человек.

«Вот для этих людей, – сказал мысленный голос, – отменяется смерть твоя. Для них ты будешь жить».

Тогда ему был открыт духовный возраст некоторых его учеников. Затем Господь возвестил ему те искушения, которые должны были обуревать вечер дней его… Но Божественный голос уверил его, что корабль его души не может пострадать от этих свирепых волн, ибо невидимый правитель его – Христос» (Из рукописного жития старца Феодора в книге: Жизнеописание Оптинского старца иеромонаха Леонида. М., 1876).

Можно привести и другие случаи из житий святых и подвижников, но они лишь повторяют уже сказанное здесь. Однако было бы поучительно – особенно для целей сравнения с современными «посмертными» случаями – дать опыт современного грешника на Небе. Так, автор «Невероятного для многих…» (чье свидетельство уже приводилось несколько раз), избежав бесов на мытарствах благодаря заступничеству Божией Матери, описал, как все еще сопровождаемый Ангелами, он продолжал подниматься вверх… Внезапно он «увидел над собой яркий свет; он походил, как казалось мне, на наш солнечный, но был гораздо сильнее его. Там, вероятно, какое-то царство света».

«Да, именно царство, где владычествует один свет», – предугадывая каким-то особым чувством еще не виданное мною, думал я, – потому что при этом свете нет теней. «Но как же может свет быть без тени?» – сейчас же выступили с недоумением мои земные понятия.

И вдруг мы быстро внеслись в сферу этого света, и он буквально ослепил меня. Я закрыл глаза, поднес руку к лицу, но это не помогало, так как руки мои не давали тени. Да и что значила здесь подобная защита?

«Боже мой, что же это такое, что за свет такой? Для меня он ведь та же тьма. Я не могу смотреть, и, как во тьме, не вижу ничего…»

Эта невозможность видеть, смотреть увеличивала для меня страх неизвестности, естественный при нахождении в неведомом мне мире, и я с тревогой думал: «Что же будет дальше? Скоро ли мы минем эту сферу света, и есть ли ей предел, конец?»

Но случилось иное. Величественно, без гнева, но властно и непоколебимо раздались слова: – Не готов!

И затем… затем мгновенная остановка в нашем полете вверх – и мы быстро стали спускаться вниз».

В этом случае еще яснее видно качество небесного света: он такой, что тот, кто не приготовился к видению его путем христианской жизни и подвига, как св. Сальвий и Андрей, не может вынести его.

Свойства истинного опыта неба

Подытожим теперь основные характеристики этих истинных опытов неба и посмотрим, чем они отличаются от описанных в предыдущих главах опытов воздушного мира.

1. Истинный опыт неба неизменно имеет место в конце процесса восхождения, обычно через мытарства (если душа должна заплатить там некую «пошлину»). С другой стороны, в современных «внетелесных» и «посмертных» состояниях мытарства и бесы никогда не встречаются, и только иногда описывается процесс восхождения.

2. Душу на небо всегда сопровождает Ангел или Ангелы, и она никогда не «забредает» туда, если ходит по своей воле или своими силами. Это, конечно, одно из самых удивительных различий между подлинным опытом неба и современными опытами пятидесятников и других, кто описывает «посмертные» переживания «рая» и «неба». Последние, в сущности, идентичны светскому и даже атеистическому опыту «рая», которые мы уже рассмотрели, за исключением интерпретации несущественных моментов: они могут быть легко добавлены для «астральной плоскости» человеческим воображением; но в этих опытах Ангелы душу фактически никогда не сопровождают. Об этом писал св. Иоанн Златоуст в толковании Евангелия от Луки (Лк. 16, 19–31): «Лазаря тогда отвели Ангелы. Напротив, душу онаго (богача) взяли страшные некие Силы, может быть, посланные для этого; ибо душа не сама собою отходит к оной жизни, потому что это и невозможно. Если мы, переходя из города в город, имеем нужду в руководителе, то кольми паче нуждаться будет в путеводителе душа, исторгнутая из тела и представляемая к будущей жизни».

Этот момент может, действительно, использоваться как один из пробных камней подлинности опыта неба. В современных опытах душе чаще всего предлагается выбор – остаться в «раю» или пойти обратно на землю. Подлинный же опыт неба никогда не достигается по выбору человека, а только по велению Божию, исполняемому Его Ангелами. Обычному в наши дни «внетелесному» опыту «рая» не требуется руководитель, ибо все происходит непосредственно здесь, в воздухе над нами, все еще в этом мире, а присутствие Ангелов-руководителей необходимо, если опыт имеет место вне этого мира, в реальности иного рода, где душа не может ходить сама по себе. (Это не означает, что бесы не могут замаскироваться также и под «Ангелов-руководителей», но они это редко делают в современных опытах.)

3. Опыт имеет место при ярком свете и сопровождается явными знамениями Божественной благодати, в частности, дивным благоуханием. Подобные знамения, правда, иногда также отмечаются в современном «посмертном» опыте, но здесь имеется фундаментальное различие, которое вряд ли можно переоценить. Современные опыты поверхностны, даже чувственны; в них нет ничего, что бы отличало их от аналогичных опытов неверующих, не считая христианского декора, который наблюдатель видит (или добавляет от себя): это не более чем просто естественное наслаждение «вне тела» с тонким «христианским» налетом. (Возможно также, что в некоторых случаях падшие духи добавляют сюда свои обманы, чтобы еще больше вовлечь наблюдателя в гордость и утвердить его в поверхностном понимании христианства; но здесь нет нужды вдаваться в это.) С другой стороны, в подлинно христианских опытах глубина их подтверждается воистину чудесными событиями. Св. Сальвия благоухание так напитало, что более трех дней ему не требовалось ни пищи, ни питья, и только когда он рассказал о том, что с ним было, благоухание исчезло, а его язык покрылся язвами и распух; св. Андрей отсутствовал две недели; К. Икскуль был в состоянии клинической смерти 36 часов.

Разумеется, в современных опытах иногда бывают «чудесные исцеления» в близких к смерти или похожих на смерть состояниях, но никогда ничего столь необычного, как в вышеописанных случаях. Ничто никогда не указывает на то, что эти люди действительно были на небе, а не просто испытали наслаждение от выхода из тела (в «астральную плоскость»). Различие между современными опытами и истинным опытом неба в точности такое же, как различие между современным поверхностным «христианством» и подлинным православным христианством. Например, «мир», который может испытать человек, «принявший Иисуса как своего личного Спасителя», или имевший столь обычный ныне опыт «говорения языками», или видевший «Христа» (тоже сейчас не редкость), но не знающий ничего о жизни в сознательном христианском подвиге покаяния и никогда не приобщавшийся истинны Тела и Крови Христовых в Святых Таинствах, установленных Самим Христом, – просто никак нельзя сравнивать с тем миром, о котором говорится в житиях великих православных святых. Современные опыты – это в буквальном смысле «подделки» подлинного опыта неба.

4. Истинный опыт неба сопровождается таким чувством благоговения и страха пред Божиим величием и чувством такого недостоинства созерцать Его, какие редко можно сейчас встретить и у православных христиан, не говоря уж о тех, кто находится вне Церкви Христовой. Идущее из глубины сердца св. Сальвия чувство своего недостоинства, поклонение св. Андрея в трепете перед Христом, даже ослепление К. Икскуля от света, который он был недостоин созерцать, – все это вещи неслыханные в современном опыте. Те, кто ныне видят «рай» в воздушном царстве, «рады», «счастливы», «довольны» – редко что-нибудь большее; если они и видят «Христа» в каком-либо виде, то только для того, чтобы доставить себе удовольствие от «беседы» с ним, что характерно для опыта «харизматического» движения. Элемент Божественного и страх человека перед ним, страх Божий в подобных опытах отсутствуют.

Можно привести и другие характеристики истинного опыта неба, описанного главным образом в православных житиях; но сказанного уже достаточно, чтобы четко отграничить его от современных опытов. Будем только всегда, когда бы мы ни говорили о таких возвышенных потусторонних опытах, помнить, что они намного выше нашего низкого уровня восприятия и понимания и что они даются нам больше как намеки, чем как полные описания того, что на человеческом языке вообще не может быть описано соответствующим образом. Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9).

Замечания о видении ада

Для православного верующего ад столь же реален, как и небо. Сам Господь неоднократно говорит о тех, кого за непослушание Его заповедям Он пошлет в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (ср.: Мф. 25, 41). В одной из Своих притч Он дает яркий пример богача, осужденного на адские мучения за неправедные деяния во время этой жизни, взирающего на рай, который он потерял, и просящего патриарха Авраама позволить нищему Лазарю, которым при жизни он пренебрегал, чтобы тот омочил конец перста своего в воде и прохладил язык его, ибо он мучается в пламени. Но Авраам ответил, что между ними утверждена великая пропасть и что между спасенными и проклятыми нет никакого общения (см.: Лк. 16, 24–26).

В православной литературе видения ада столь же обычны, как и видения неба и рая. В отличие от видений неба, подобные видения и опыты даются чаще всего обычным грешникам, а не святым, и цель этого ясна. В своих «Собеседованиях» св. Григорий утверждает: «В Своей неизреченной милости благий Бог позволяет некоторым душам после смерти вернуться в тело, чтобы вид ада мог бы наконец научить их бояться вечного наказания, поверить в которое одни слова заставить их не могли». Затем св. Григорий описывает несколько опытов ада и рассказывает о впечатлении, которое они произвели на видевших. Так, некий испанский отшельник Петр умер и увидел «ад со всеми мучениями и бесчисленные озера огня». Вернувшись к жизни, Петр рассказал об увиденном, «но даже если бы он и хранил молчание, его покаянные посты и ночные бдения были бы красноречивыми свидетельствами его ужасающего пребывания в аду и глубокого страха жутких мучений. Бог явил Свое безмерное милосердие, не дав ему умереть и испытать это все после смерти».

Английский летописец VIII века Беда Достопочтенный рассказывает, как некий житель провинции Нортумбрия вернулся после того, как всю ночь пробыл «мертвым», и рассказал о своем опыте как рая, так и ада. В аду он очутился в непроглядной темноте; «часто перед нами внезапно возникали клубы тусклого пламени, поднимающегося как бы из огромной ямы и вновь туда спадающего… По мере того, как языки пламени разрастались, они наполнялись человеческими душами, которые, подобно искрам, разлетающимся в дымом, то оказывались иногда высоко в воздухе, то падали обратно в глубину по мере уменьшения огненных паров. Более того, неописуемое зловоние изливалось с этими парами и заполняло все это мрачное место… Вдруг позади я услышал звук самого ужасного и отчаянного стенания, сопровождаемого грубым смехом… Я увидел толпу злых духов, влекущих за собою в глубины пять душ, которые выли и стенали во то время, как бесы смеялись и ликовали… Тем временем из огненных глубин появились темные духи и стали окружать меня, пугая своими сверкающими глазами и отвратительным пламенем, исходящим из их ртов и ноздрей…».

В повести о воине Таксионе рассказывается, как на мытарствах его остановили бесовские «мытари»: «Злые духи, взяв меня, начали бить и свели затем вниз; земля расступилась, и я, будучи веден узкими ходами через тесные и смрадные скважины, сошел до самой глубины темниц адовых, где во тьме вечной заключены души грешников, где нет жизни людям, а одна вечная мука, неутешный плач и несказанный срежет зубов. Там всегда раздается отчаянный крик: «Горе, горе нам! Увы, увы!» И невозможно передать всех тамошних страданий, нельзя пересказать всех мук и болезней, которые я видел. Стонут из глубины души, и никто о них не милосердствует; плачут, и нет утешающего; молят, и нет внимающего им и избавляющего их. И я был заключен в тех мрачных, полных ужасной скорби местах, и плакал я, и горько рыдал от третьего часа до десятого».

Аналогичную сцену монах из Уэнлока видел в «преисподней» земли, где «он слышал ужасные, страшные и невыразимые стенания и рыдания несчастных душ». И Ангел сказал ему: «Ропот и крики, которые ты слышишь там внизу, исходят от тех душ, до которых никогда не достигает любящее милосердие Божие, но огонь неумирающий мучает их во веки» (письма св. Бонифация).

Конечно, нас не должны слишком зачаровывать буквальные подробности таких опытов, и даже меньше, чем в случае рая и неба, должны мы пытаться сводить воедино географию ада на основе таких сведений. Западные понятия «чистилища» и «лимба» это как раз и есть попытки создать такую «географию», но православное предание знает в преисподней только одну реальность – ад. Более того, как учит св. Марк Эфесский (см. его «Второе слово о чистилищном огне»), то, что видят в опытах ада, – это часто опыт будущих мучений, а не буквальное описание нынешнего состояния ожидающих в аду Страшного Суда. Но будь ли то действительное зрелище нынешних реальностей или видение будущего – опыт ада, как он представлен в православных источниках, является мощным средством пробудить человека к жизни христианского подвига, который служит единственным путем к тому, чтобы избегнуть вечного мучения; вот почему Бог и дарует такой опыт.

Есть ли в современной «посмертной» литературе какой-либо аналогичный опыт ада?

Д-р Моуди и большинство других современных исследователей, как мы уже видели, почти не обнаруживали такого опыта. Ранее мы объяснили, что этот факт связан с «комфортабельной» духовной жизнью современного человека, который часто не имеет страха адских мучений или познания бесов и поэтому не ожидает увидеть такое после смерти. Однако в одной недавней книге о жизни после смерти предлагается другое объяснение, которое представляется равноценным; из этого сообщения следует, что опыт ада на самом деле не так редок, как кажется. Здесь мы вкратце рассмотрим открытия этой книги, озаглавленной «За дверьми смерти».

Д-р Морис Роулингс, врач из Теннеси, специализирующийся на терапии сердечно-сосудистых заболеваний, сам реанимировал многих людей, которые были клинически мертвы. Опросы этих людей показали ему, что «вопреки большинству опубликованных случаев жизни после смерти, не всякий опыт смерти приятен. Ад тоже существует! После того, как я сам осознал этот факт, я начал собирать рассказы о неприятных случаях, которые другие исследователи пропустили. Это случилось, я думаю, потому что эти исследователи, как правило, психиатры, никогда не реанимировали пациента. Они не имели возможности быть на месте происшествия. В моем исследовании неприятный опыт, как оказалось, по крайней мере, столь же част, как и приятный…». «Я установил, что большинство неприятных опытов вскоре вытесняется из сознания пациента. Эти тяжелые опыты, по-видимому, столь болезненны, неприятны, что они удаляются из сознательной памяти, и поэтому люди помнят только приятные опыты или ничего не помнят».

Д-р Роулингс так описывает свою модель этих опытов ада: «Подобно тем, кто имел приятный опыт, сообщавшие о тяжелом опыте тоже могут лишь с трудом осознать, что они умерли, когда они смотрят, как врачи возятся с их трупом. Они также по выходе из комнаты могут попасть в темный проход, но вместо того, чтобы попасть в светлое окружение, они попадают в темную, тусклую обстановку, где встречают странных людей, которые могут таиться в тени или вдоль горящего огненного озера. Ужасы превосходят всякое описание (включая сделанные «постоянными членами Церкви», которые были удивлены, оказавшись в таком состоянии) появлений бесенят и странных гигантов, спуска в черноту и огненный жар, ям и океанов огня.

В общем, эти опыты – как по своей краткости, так и по отсутствию ангельских и бесовских руководителей – не обладают характеристиками подлинного потустороннего опыта, а некоторые из них напоминают приключения Роберта Монро в «астральной плоскости».

Но они все же вносят важную поправку в широко известный опыт «приятности» и «рая» после смерти: «внетелесная сфера» ни в коем случае не есть приятность и свет, а те, кто испытал в этом «адскую» сторону, ближе к сути вещей, чем те, кто испытал в этом состоянии только «наслаждение». Бесы воздушного царства несколько приоткрывают свою истинную природу этим лицам, давая им намек на мучения, ожидающие тех, кто не знал Христа и не исполнял Его заповедей.

Образ Божий в человеке

Из Библии мы знаем, что Господь сотворил человека по Своему образу и подобию. Образ Божий в человеке – это то, чем человек похож на Бога. Это и свободная воля – мы ведь сами решаем, что нам делать, а что нет; это и ум – ведь такого ума, как у людей, больше нет ни у одного живого существа на земле, это и способность человека творить – создавать и придумывать то, чего еще никогда не было. Даже наша способность к смеху и радости – тоже от Бога. Но самое главное – это наша способность общаться с Богом и любить истину. Где же «находится» образ Божий? Он заключен в человеческой душе. Человеческая душа – это бессмертная умная сила, которая управляет телом. В душе и заключено наше «я» – неповторимая единственная в мире личность. Душой мы осознаем себя, хотя пользуемся для этого одной из ее сил – разумом.

Душа человека создана не из материи, как все в мире физическом, и поэтому ее невозможно обнаружить никакими инструментами и приборами. Душа человека принадлежит миру духовному – миру Бога и Ангелов. Тело человека, как и тела всех живых существ, состоит из материи, и когда после смерти душа покидает тело, тогда оно разрушается на свои составные элементы.

Получается, что человек живет одновременно в двух мирах – духовном и физическом. Благодаря этому мы можем радоваться миру, который нас окружает, но и не должны забывать, что наш настоящий дом – в мире духовном.

О грехе. Грехопадение первых людей

Грех, или зло есть нарушение закона Божия и Божией воли. Кто первый нарушил волю Божию? Сатана, диавол. Он научил и людей не слушаться Бога – грешить. Он соблазнил, то есть хитростью и обманом научил первых, сотворенных Богом, людей – Адама и Еву – нарушить волю Божию.

Грех – это наш отказ от жизни по Божией воле. Поэтому он уже несет в себе наказание – совершая его, мы наносим себе вред. Как мы помним, человек был создан Богом и устроен по определенным законам. Если мы сравним организм человека с какой-нибудь вещью, то поймем, что и человек, и, например, компьютер, сотворены и работают по определенным правилам. И если мы, нарушив правила работы компьютера, вдруг начнем поливать его водой или ронять на пол, то, конечно, он сломается. То же самое произошло и с людьми. Адам и Ева, поверив дьяволу, нарушили запрет Бога и тем самым навредили себе, а не Ему. И повредив себе, они уже не могли себя «починить» и снова стать такими, как были.

Но Бог по милосердию Своему помог людям в этом, послав на землю Своего Сына, Спасителя нашего, Иисуса Христа.

Диавол завидовал райскому блаженству первых людей и задумал лишить их райской жизни. Для этого он вошел в змия и спрятался в ветвях дерева познания добра и зла. И когда Ева проходила недалеко от него, диавол начал внушать ей, чтобы она поела плодов от запрещенного дерева. Он с хитростью спросил Еву: «Правда ли, что Бог не позволил вам есть ни от какого дерева в раю?»

«Нет, – ответила змию Ева, – плоды со всех деревьев мы можем есть. Бог сказал: «Только плодов с дерева, которое среди рая, не ешьте, и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть».

Но диавол начал лгать, чтобы соблазнить Еву. Он сказал: «Нет, вы не умрете; но знает Бог, что если вы вкусите, то сами будете, как боги, и будете знать добро и зло».

Соблазнительная диавольская речь змия подействовала на Еву. Она посмотрела на дерево и увидела, что дерево приятно для глаз, хорошо для пищи и дает знание; и захотелось ей узнать добро и зло. Она сорвала плоды с запрещенного дерева и ела; затем дала мужу своему, и он ел (см.: Быт. 3, 1–6).

Люди поддались искушению диавола, нарушили заповедь Божию – согрешили, пали в грех. Так совершилось грехопадение людей.

Этот первый грех Адама и Евы, или грехопадение людей, называется первородным грехом, так как именно этот грех потом явился началом для всех последующих грехов в людях.

Последствия грехопадения и обетование Спасителя

Когда первые люди согрешили, им стало стыдно и страшно, как это и бывает со всеми, кто дурно поступает. Они тотчас же заметили, что они наги. Чтобы прикрыть свою наготу, они сшили себе из листьев смоковницы одежду в виде широких поясов. Вместо того, чтобы получить совершенство, равное Божиему, как они того хотели, получилось наоборот, разум их помрачился, совесть стала их мучить, и они лишились душевного спокойствия.

Все это произошло потому, что они познали добро и зло против воли Божией, то есть через грех.

Грех настолько изменил людей, что, когда они услышали голос Бога в раю, то в страхе и стыде спрятались между деревьями, сразу забыв, что от вездесущего и всеведущего Бога нигде и ничего скрыть нельзя. Так всякий грех удаляет людей от Бога.

Но Бог, по милосердию Своему, стал призывать их к покаянию, то есть чтобы люди поняли свой грех, признались в нем перед Господом и попросили прощения.

Господь спросил: «Адам, где ты?»

Адам ответил: «Голос Твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрылся».

Бог снова спросил: «Кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты плодов с дерева, от которого я запретил тебе есть?»

Но Адам сказал: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне плод и я его ел». Так Адам стал сваливать вину на Еву и даже на самого Бога, давшего ему жену.

И сказал Господь Еве: «Что это ты сделала?»

Но и Ева вместо раскаяния ответила: «змий соблазнил меня, и я ела».

Тогда Господь возвестил последствия совершенного ими греха.

Еве Бог сказал: «В болезнях будешь рождать детей и должна повиноваться мужу».

Адаму сказал: «За твой грех земля не будет плодотворна, как прежде. Терние и волчцы произрастит она тебе. В поте лица твоего будешь есть хлеб», то есть будешь добывать пропитание тяжелым трудом, «пока не возвратишься в землю, из которой ты взят», то есть пока не умрешь.

«Ибо прах ты и в прах возвратишься».

А диаволу, который скрывался в змее, главному виновнику человеческого греха, сказал: «Проклят ты за то, что ты сделал это…» И сказал, что между ним и людьми будет борьба, в которой люди останутся победителями, а именно: «Семя жены сотрет тебе главу, а ты будешь жалить его в пяту», то есть от жены произойдет Потомок – Спаситель мира, Который родится от девы, победит диавола и спасет людей, но для этого Сам должен будет пострадать. Это обетование или обещание Божие о пришествии Спасителя люди приняли с верою и радостью, потому что оно давало им великое утешение. А чтобы люди не забыли этого обещания Божия, Бог научил людей приносить жертвы. Для этого Он повелел закалывать тельца, ягненка или козла и сжигать их с молитвою о прощении грехов и с верою в будущего Спасителя. Такая жертва была знаком для людей и изображала Спасителя, Который должен был в будущем пострадать и пролить Свою кровь за наши грехи, то есть Своею пречистою кровью омыть души наши от греха и сделать их чистыми, святыми, снова достойными рая.

Тут же, в раю, и была принесена первая жертва за грех людей. И сделал Бог Адаму и Еве одежды из кожи животных и одел их.

Но так как люди стали грешными, то не могли уже больше жить в раю, потому что грех изменил их природу и они стали не такими, как были. И Господь изгнал их из рая. И поставил Господь при входе в рай Ангела-Херувима с огненным мечем, чтобы охранять путь к древу жизни. Первородный грех Адама и Евы со всеми его последствиями путем естественного рождения, перешел на все их потомство, то есть на все человечество, – на всех нас. Вот почему мы рождаемся уже грешными и подлежим всем последствиям греха: скорбям, болезням и смерти.

Итак, последствия грехопадения оказались огромными и страшными. Люди лишились райской блаженной жизни. Мир, испорченный грехом, изменился: земля с тех пор стала с трудом давать урожай, на полях вместе с добрыми плодами стали расти сорные травы; животные стали бояться человека, стали дикими и хищными. Появились болезни, страдания и смерть. Но, самое главное, люди через свою греховность утеряли способность общаться с Богом лицом к лицу, как общались с Ним в раю Адам и Ева. Бог уже не являлся людям видимым образом, так как для поврежденной грехом человеческой души, узнавшей, что такое зло, вид Бога сделался невыносим, как не выносит тьма света. Даже молитва стала для людей трудным делом, потому что люди больше не видели Того, к Кому обращались с просьбами.

Как Бог спас людей от греха и смерти

Грехопадение первых людей – Адама и Евы – испортило в людях ум и волю, внесло в тела людей болезни и смерть. Все мы происходим от согрешивших Адама и Евы, и потому мы рождаемся в состоянии греха. Постоянно передаваясь из поколения в поколение, грех завладел всеми людьми и всех подчинил себе. Все люди – одни больше, другие меньше – все грешны. Грех же, как вы помните, есть нарушение воли Божией. Поэтому грех всегда удаляет человека от Бога и ведет к страданиям, болезням и вечной смерти. Сами люди, своими силами, уже не могли победить в себе грех и его последствия: исправить ум, волю, сердце, не могли уничтожить смерть.

Это мог сделать только Сам Бог – Творец всего. И Он, по милосердию Своему, исполнив данное Адаму и Еве обещание, помог людям, послав на землю Своего Сына, Спасителя нашего, Иисуса Христа.

Когда настало время спасения, Сын Божий вселился в пренепорочную Деву Марию и при помощи Святого Духа, принял от Нее человеческую природу – родился сверхъестественным образом «от Духа Свята и Марии Девы». Пресвятая Мария называется Девою, потому что Она из любви к Богу дала обет (обещание) никогда не выходить замуж. Святая Православная Церковь называет Деву Марию Богородицею и почитает Ее выше всех сотворенных существ, не только людей, но и Ангелов, – как «честнейшую херувим и славнейшую без сравнения Серафим», – так как она Матерь Самого Господа.

Наше спасение Иисус Христос совершил учением Своим, жизнью Своею, смертью Своею и воскресением Своим. Учение Его бывает для нас спасительным, когда мы принимаем его всею душою и поступаем согласно этому учению, когда мы своей жизнью стараемся подражать жизни Спасителя. Как ложное слово диавола, принятое первыми людьми, сделалось в людях семенем греха и смерти, так истинное слово Христово, усердно принимаемое христианами, становится в них семенем святой и бессмертной жизни.

Чтобы мы могли ощутить действие веры во Христа и действительно спастись, мы должны всеми силами поверить, что Христос есть истинный Бог наш, и принять Таинство Святого Крещения. Если вы читали Евангельскую историю, вы помните, как Иисус Христос принял Крещение от Иоанна Крестителя и заповедовал всем людям тоже креститься для очищения от грехов. Подробнее о Крещении мы еще расскажем.

Христос воскресе!

Великое событие – Светлое Христово Воскресение – празднуется Св. Православною Церковью, как величайший из всех праздников, потому что именно Своим воскресением из мертвых, после Своего распятия и смерти, Христос совершил небывалое – Он победил смерть, которую не могли победить люди.

Светлое Христово Воскресение – это праздников Праздник и Торжество из торжеств. Если бы не было Воскресения Христова, то не только не было бы христианства, но и самая ве-ра в Бога, в силу добра и правды была бы подорвана, утрачен был бы и смысл жизни. Истина Воскресения Христа Спасителя состоит в том, что воскрес Богочеловек. Он воскресил воспринятую на Себя плоть человеческую и таким образом преобразил человеческую природу в природу духовную, божественную, для вечной жизни с Богом. В этом и заключается победа Спасителя над смертью для всего рода человеческого.

Праздник Воскресения Христова называется еще Пасхою, то есть Днем, в который совершилось наше перехождение от смерти к жизни и от земли к небу. Праздник Пасхи продолжается целую неделю (7 дней) и служба в храме совершается особенная, торжественнее, чем во все другие праздники и дни. В первый день Праздника утреня начинается в полночь. Перед началом утрени священнослужители, облачившись в светлые одежды, вместе с верующими, при колокольном звоне, с зажженными свечами, крестом и иконами идут вокруг храма (совершают крестный ход), в подражание женам-мироносицам, шедшим рано утром ко Гробу Спасителя. Во время крестного хода все поют: «Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангелы поют на небесах: и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити». Начальный возглас утрени делается перед затворенными дверями храма, причем много раз поется тропарь: «Христос Воскресе…», и с пением тропаря входят в храм. Богослужение совершается во всю неделю при открытых Царских Вратах, в знак того, что теперь, Воскресением Христовым, открыты для всех врата Царствия Божия. Во все дни этого великого праздника мы приветствуем друг друга братским целованием со словами: «Христос Воскресе!» и ответными словами: «Воистину Воскресе!» Христосуемся и обмениваемся крашеными (красными) яйцами, которые служат символом новой, блаженной жизни, открывшейся из гроба Спасителя. Всю неделю звонят во все колокола.

Кроме того, день Воскресения Христова вспоминается нами на каждой неделе – в воскресенье.

Священная история Ветхого Завета. Книга Бытия (фрагменты)

Смешение племен. Развращение людей. Ной. Построение Ковчега

Когда люди умножились на земле, сыны Божии (потомки Сифа) стали прельщаться красотой дочерей человеческих (дочерей потомков Каина) и брать их себе в жены. От этого все люди развратились. Тогда Бог сказал: «не вечно людям этим пренебрегать Духа Моего; они заблудились и сделались плотскими. Дам им сроку на покаяние 120 лет». В то время были на земле исполины (великаны), которые особенно стали рождаться с того времени, как сыны Божии стали жениться на дочерях человеческих. Эти великаны еще более увеличили нечестие, развращение и злодеяние на земле. Когда Бог увидел, что велико развращение людей и что земля наполнилась от них злодеяниями, восскорбел и положил истребить людей, а с ними и животных, и птиц.

Через продолжительное время нечестие между людьми дошло до того, что из всех людей на земле остался верным Богу только один потомок Сифа – праведный Ной со своим семейством. Надо сказать, что Ноя так огорчало всеобщее нечестие, что он даже не хотел жениться, полагая, что не сможет найти для себя праведной жены. Но затем, по повелению Бога, желавшего произвести именно от Ноя новый человеческий род, все-таки женился. У него родилось три сына: Сим, Хам и Иафет. Тогда Бог сказал Ною: «земля наполнилась от людей злодеяниями. Я истреблю их с земли. Сделай ты себе ковчег с отверстием вверху и с дверью сбоку. Устрой в нем нижнее, второе и третье жилье. Осмоли его смолою внутри и снаружи. Вот Я наведу на землю потоп водный, чтобы истребить на земле всякое живое существо.

Но с тобою Я поставлю завет Мой: и войдешь в ковчег ты, и сыновья твои, и жена твоя, и жены сыновей твоих с тобою. Введи также в ковчег животных всех родов, чистых²⁵по семи, мужского пола и женского, а нечистых по два, мужского пола и женского²⁶. Запаси и всякой пищи». И сделал Ной все, что повелел ему Бог.

Ковчег Ноев не был подобен судну, а имел простую правильную фигуру. Он построен был из дерева гофер, т. е., по мнению большинства Свв. Отцов, из кипариса, который в те времена обыкновенно употреблялся для кораблестроения. Он имел 300 локтей (ок. 140 м) в длину, 50 локтей (свыше 23 м) в ширину и 30 локтей (ок. 14 м) в высоту. Под крышей Ковчега во всю длину, т. е. по периметру, было устроено отверстие для воздуха и света в локоть (ок. 0,5 м) шириной.

Всемирный потоп. Спасение Ноя с семейством

В конце шестисотого года жизни своей Ной со своим семейством и с животными вошел в ковчег. Это случилось в 2262 году от Сотворения мира. Свв. отцы вычисляют эту дату следующим образом. Адам жил до рождения Сифа 230 лет. Сиф до Еноса – 205 лет, Енос до Каинана – 190 лет, Каинан до Малелеила – 170 лет, Малелеил до Иареда – 165 лет, Иаред до Еноха – 162 года, Енох до Мафусаила – 165 лет, Мафусаил до Ламеха – 187 лет, Ламех до Ноя – 188 лет. В конце 600 лет жизни Ноя начался потоп (см.: Быт. 5, 3–29; 7, 6–11).

Бог затворил за ними Ковчег, сделав его недоступным и безопасным от воды, людей и зверей. В этот же день полился на землю сильный дождь и лился сорок дней и сорок ночей; и воды бездны морской устремились на сушу. Вода покрыла все горы и поднялась на 15 локтей над самыми высокими горами.

Со стороны неверующих существует возражение против потопа, которое заключается в том, будто невозможно, чтобы вся земля оказалась под водой в одно и то же время, как говорится в Библии. Происхождение всеобщего потопа ученые стараются объяснить: а) перемещением точки равновесия земли; б) замедлением обращения земли около своей оси; в) действием проходившей близ земли кометы на ее атмосферу. На вопрос, откуда взялось столько воды, что она покрыла всю землю, нетрудно ответить: а) всеобщий потоп можно представлять перехождением воды с одной половины земного шара на другую; б) до третьего дня творения мира, когда воды еще не были собраны в свои места, вся земля была покрыта водой; в) одна атмосфера может дать воды более, нежели сколько нужно для потопления всей земли.

Некоторые скептики, пытаясь примирить непримиримое – собственное атеистическое сознание и Православное вероучение, иногда заявляют, что потоп мог быть и не в полном смысле слова всемирным. Это, разумеется, неверно, поскольку ни само Священное Писание, ни сочинения Свв. Отцов не допускают подобных толкований. Наиболее ясный, простой, современный, и вместе с тем наиболее последовательно придерживающийся святоотеческой традиции комментарий к главе о всемирном потопе был сделан выдающимся мыслителем и подвижником, иеромонахом Серафимом (Роузом). В своей книге «Бытiе: Сотворение мiра и первые ветхозаветные люди» о. Серафим писал: «Рационалисты имеют большие возражения против всемирного потопа; многие говорят: «Существуют письменные свидетельства о вавилонских наводнениях примерно за 3000 лет до Р.Х. Это, должно быть, наводнение местного значения в районе Вавилона. По всей земле наводнения не могло быть!» Но почему нет? Бог сотворил всю землю; Бог может и разрушить всю землю. Почему не могло быть потопа по всей земле? Из того, как описано в Писании, вполне ясно, что так оно и было <…> – это космическая катастрофа невероятного масштаба. В то же время, без сомнения, проявилась вулканическая активность, подземные воды выходили на поверхность, происходили всякого рода необычайные явления геологического порядка, что объясняет причину возникновения высоких гор, которые мы наблюдаем сейчас. <…> Писание говорит о водах потопа, возвышающихся метров на шесть над самыми высокими горами. Если бы это было наводнение местного значения, как могли бы так высоко подняться воды в окрестностях Вавилона, не затопив при этом всю землю? И если бы это был только потоп местного значения, почему же Бог не повелел Ною просто покинуть эту местность своевременно? Зачем же тогда Он повелел ему построить ковчег? Ной мог выйти из этой земли, обреченной на гибель, как Лот из Содома. Более того, по окончании потопа Бог обещает, что не допустит более такой всемирной катастрофы (Быт. 9, 11). Конечно же, после этого много было уничтожающих наводнений, но никогда не было всемирного потопа».

Известно, что в результате сбора фактических данных, проведенного светскими историками Р. Андре, Х. Юзнером и Дж. Г. Фрейзером, свидетельства о великом потопе присутствуют в древних культурах всего мира, на всех континентах. В большинстве случаев в этих историях потоп наступал вследствие греховности падшего человечества, старый мир погружался под воду, спасались только животные и всего несколько человек, и новый мир начинает существовать <…>. К наиболее интересным историям о потопе относятся истории австралийских аборигенов, которые полны поразительных параллелей, сходных с повествованием Книги Бытия. <…> Как пишет Джон Маккей в «Творении из ничего», почти всемирное распространение параллельных историй о потопе «предоставляет поразительные обстоятельные доказательства, что общие предки аборигенов были евреи, а всех современных рас человека – Ной».

Широкая же распространенность предания о потопе свидетельствует о том, что потоп был событием, охватившим все человечество, и оно сохранилось в памяти многих ветвей человеческого рода. Тот же исследователь Артур Гук сообщает, что халдеи, финикияне, вавилоняне, фригийцы, сирияне, персы, греки и даже армяне – все они имели более или менее согласные сказания о потопе. Повествование фригийцев, например, упоминает Еноха, как предвозвестившего потоп, и передает, что он плакал и молился об участи ожесточенных нераскаявшихся жителей допотопного мира. Найдена была древняя фригийская монета, с грубым изображением ковчега, и букв «N-О» на одной из ее сторон, несомненно, относящихся к Ною. Дальше мы обнаруживаем, что Индия и Китай имеют записи о потопе и что при потопе был спасен некто с семью человеками его семьи. Мексиканцы имели предание о человеке, который сделал судно, чтобы спастись при имевшей наступить катастрофе.

Несмотря на все эти свидетельства, о. Серафим (Роуз) отмечал, что «в римо-католических книгах некоторые современные ученые заявляют: “Должны были остаться люди в других частях мира. Ной является всего лишь своеобразным символом той стадии человечества”. Но если потоп не был всемирным, или, по крайней мере, были и другие люди, которые выжили кроме Ноя и его семьи, тогда нет смысла в библейском повествовании об этом. Весь смысл произошедшего здесь заключается в совершенно новом начале человеческого рода. За последние годы учеными, разделяющими взгляды о сотворении земли, успешно проведены геологические исследования, которые действительно указывают на всемирный потоп около пяти тысяч лет назад». Причем эти геологические данные продолжают постоянно дополняться и уточняться.

Ко всему следует указать, что на основании научных (геологических) раскопок установлено, что имеется в земле мощный слой глины, илистого наслоения, который не имеет в себе никаких остатков органической животной жизни. Этот слой резко отделяет слои каменного века (палеолита), от последующих слоев: неолита, бронзового и железного века. Французский ученый Мортилье назвал этот слой hiatus, т. е. перерыв. Это илистое наслоение со дна морского произошло, как полагают, под действием мирового катаклизма, т. е. суша опустилась ниже уровня океана, воды которого и затопили всю землю, все горы. Как и говорит о том Моисей: «и разверзлись все источники великой бездны» (Быт. 7, 11), а затем уже упоминает о дожде. Причем эти илистые наслоения покрывают мощным слоем всю Европу, Северную Африку и Западную Азию, до высоких гор. Ученый Кювье так и назвал эти отложения, этот мощный илистый слой, Deluge (Делюж) – потоп.

Конечно, для верующих людей все эти доказательства не нужны, т. к. они знают, что Всемогущий Господь Бог, сотворивши небо и землю, безусловно мог затопить всю сушу водами потопа²⁷.

Окончание Потопа. Жертвоприношение Ноя. Благословение Божие Ною и завет Божий с ним

Когда вода залила землю, все живущее на земле умерло. Остался только Ной и бывшие с ним в ковчеге, который плавал по водам. Воды поднимались над землей 150 дней. Тогда навел Бог ветер на землю, и вода стала убывать. Ковчег остановился на горах Араратских. Показались верхи гор. Через 40 дней после этого Ной открыл окно у ковчега и выпустил ворона. Ворон отлетал и прилетал на кровлю ковчега. Через семь дней Ной выпустил голубя. Голубь не нашел сухого места и возвратился в ковчег. Спустя еще семь дней Ной опять выпустил голубя. Голубь возвратился со свежим масличным листом во рту, и Ной узнал, что вода сошла с земли. Помедлив еще семь дней, Ной в третий раз выпустил голубя, и он уже не возвратился к нему. Когда земля высохла, Бог повелел Ною выйти из ковчега со всеми бывшими там с ним.

По выходе из Ковчега Ной устроил жертвенник, взял от всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес всесожжение Богу. Богу приятна была жертва эта, и Он сказал в сердце своем: «Я не буду больше проклинать землю за грехи человека и не буду более поражать всего живущего. Впредь, пока земля будет стоять, не прекратятся на ней посев и жатва, лето и зима, дни и ночи». И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал: «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю. Да страшатся и да трепещут вас все животные, и да будут в ваших руках. Все, что движется и живет, да будет вам в пищу, подобно как зелень травная; только не ешьте крови. Я взыщу и вашу кровь. Кто прольет кровь человеческую, того самого кровь прольется, ибо человек создан по образу Божию». После Потопа Бог разрешил людям кроме растений употреблять в пищу животных, потому что плодотворная сила земли уменьшилась, ослабление человеческого тела потребовало питательнейшей пищи, и люди еще до Потопа привыкли употреблять в пищу животных. Бог запретил только есть кровь животных, потому что жизнь животного находится в тесной связи с кровью его и потому что кровь предназначена была для жертвоприношений (см.: Лев. 17, 11).

И поставил Бог завет²⁸с Ноем и потомством его, что не будет более потопа, и знамением сего завета положил радугу в облаке.

Ной был прообразом Иисуса Христа, Спасителя мира, а Ковчег – прообразом Церкви Христовой, в которой одной спасаются люди.

Столпотворение Вавилонское, смешение языков и рассеяние людей

Через 2 года после Потопа родился Арфаксад. Арфаксад жил до рождения Каинана 135 лет, Каинан до Салы – 130 лет, Сала до Евера – 130 лет, Евер до Фалека – 134 года; Фалек (разделение) получил свое имя от того, что во дни его земля разделилась (см.: Быт. 11, 10–16; 10, 25). Значит, разделение народов последовало в 2793 г. от Сотворения мира или в 2716 до Р.Х. Случилось же это следующим образом.

Сначала все люди говорили одним языком и одним наречием²⁹. Распространяясь по земле, люди поселились на равнине в земле Сеннаар. Равнина эта, называемая также Месопотамией (Междуречьем), располагалась в низовьях Тигра и Евфрата и была чрезвычайно плодородна. Урожай пшеницы доходил здесь до сам-двести и даже до сам-триста. Будучи бедна строевым лесом, равнина Сеннаар была богата ивами и пальмами по берегам рек. Плодородие ее зависело от весенних наводнений Тигра и Евфрата. Разлив Тигра иногда превращал равнину в широкое море. Чтобы обезопасить свои жилища от наводнений, жители строили плотины, проводили каналы, рыли бассейны.

Здесь особенно усилились потомки Хама. Помня, что Ной предсказал им рабство, и не желая, чтобы исполнилось это пророчество, они сказали: «построим себе город и башню до небес и сделаем себе имя (прославимся), прежде нежели рассеемся по всей земле», и начали строить. Вместо камней, которых нет в земле Сеннаар, стали употреблять кирпичи, а вместо извести – земляную смолу. Вовлекли в это предприятие многих и из других племен. Построением каменного города и огромной башни они, конечно, хотели обезопасить себя от порабощения другими племенами и господствовать над ними вопреки воле Божией, определившей им быть рабами.

Но Бог сказал: «сойдем и смешаем язык их так, чтобы один не понимал речи другого»³⁰. И смешал Господь язык их и рассеял их по всей земле. Городу дано было имя Вавилон (смешение). Так произошли разные народы, говорящие разными языками.

Потомки Иафета двинулись на восток и север Азии, в Индию, преимущественно населили Европу и проникли в Америку. Потомки Хама частью остались в Средней Азии, а большей частью пошли на юг, основали свои поселения по юго-западному берегу Азии и заняли Африку и восточный берег Средиземного моря. Потомки Сима остались в Средней Азии и распространились только на восток, на запад и в Аравию.

Появление идолопоклонства

Рассеявшись по земле, люди мало-помалу стали забывать истинного Бога. Память, как и вся природа человеческая, после грехопадения стала несовершенна. В нашем сознании с течением времени постепенно искажается представление о любом предмете: мы забываем какие-то детали или, наоборот, нам начинает казаться, что в этом предмете или событии было что-то, чего на самом деле не было. А если то же самое происходит одновременно в сознании многих людей, то дело еще больше запутывается. Чем больше проходило времени, тем больше искажался в представлении людей образ Бога и знание о Нём. Постепенно люди вместо Бога-Творца стали почитать творение: солнце, месяц, звезды, людей, животных, растения. А также демонов и вымыслы своего воображения. Этим ложным богам стали делать изображения – идолов, и поклонятся идолам (зачастую очень страшым и безобразным), как Богу, приносить им жертвы, как Ему.

Вера в истинного Бога сохранилась только в потомстве сына Симова, Арфаксада.

От Арфаксада преемственно произошли патриархи, которые хранили и распространяли почитание истинного Бога: Каинан, Сала, Евер, Рагав, Серух, Нахор и Фара. После Потопа продолжительность жизни патриархов стала уменьшатся. Если Ной, родившийся до Потопа, жил 950 лет, то Сим – 600 лет, Арфаксад – 465 лет, Фара – 205 лет.

Патриарх Аврам. Переселение его в Харран и оттуда в землю Ханаанскую

Когда между людьми стало распространяться идолопоклонство, Бог для сохранения истинной веры в Него избрал Аврама, одного из потомков Сима.

Отец Аврама, Фара, жил в Месопотамии, в Уре Халдейском, на берегу высохшего ныне рукава Евфрата. У него были три сына: Аврам, Нахор и Аран.

Аран родил Лота и умер. Бог явился Авраму и сказал: «Выйди из земли твоей, и из родства твоего, и из дома отца твоего, и пойди в землю, которую покажу тебе. И Я произведу от тебя великий народ и благословлю тебя; и благословятся в тебе все племена земные»³¹. Поэтому Фара взял Аврама, жену его Сару и Лота и вышел с ними из Ура Халдейского, чтобы идти в землю Ханаанскую; но, дойдя до Харрана, остановился там и умер. По смерти Фары Аврам, по повелению Божию, с женой своей Сарой и племянником Лотом переселился в землю Ханаанскую. Это произошло ок. 3469 г. от Сотворения мира или 2040 г. до Р.Х. В это время Авраму было 75 лет.

Ханаанской землей называется в Св. Писании страна, простирающаяся от гор Ливана до Аравийской пустыни и от Средиземного моря до Иордана и Мертвого моря. Греки и римляне назвали Ханаанскую землю Палестиной (Филистиной), по имени Филистимлян, которые жили в ней по берегу Средиземного моря от Египта до Кармила. Так как Бог обещал Авраму и его потомству Ханаанскую землю, то она названа еще Обетованной землей.

Господь избрал и отделил Аврама и его потомков от прочих народов для сохранения и распространения между людьми истинной веры в Бога. Палестина, которую Бог отдал Авраму и его потомству, наилучшим образом соответствовала назначению народа Божия. Палестина огорожена с севера Ливанскими горами, с востока – Сирийско-Аравийской пустыней, с юга – каменистой Аравийской пустыней, с запада – Средиземным морем. Такой крепкой оградой народ Божий отделен был и защищен от влияния язычников и мог беспрепятственно служить Богу и выполнять свое назначение. Не менее соответствовала назначению народа Божия Палестина своим положением на границе Азии, Африки и Европы, в середине между древними народами (Иез. 5, 5). Народ Божий мог быть в общении со всеми могущественными, образованными народами древности и сообщать им откровения Божии. Когда настало время просвещения народов светом Божественного учения, проповедникам из Палестины открыты и близки были пути ко всем народам мира.

Когда Аврам дошел до дубравы Мамре, до места, где впоследствии был город Сихем, явился ему Бог и сказал: «Потомству твоему отдам Я землю эту». Аврам создал там жертвенник Богу. Другой жертвенник он поставил около того места, где потом был Вефиль. Отсюда Аврам пошел со своими стадами к полудню, затем, по случаю голода, отправился в Египет. Из Египта он возвратился к Вефилю.

Бог вступает в завет с Аврамом. Агарь. Рождение Измаила

Аврам, живя на чужой земле, среди Хананеев, которые завидовали его богатству и славе, боялся их. Бог явился ему ночью в видении и сказал: «Не бойся, Аврам! Я твоя защита, награда твоя весьма велика». Потом, указав на звезды, возвестил ему: «Столько будет у тебя потомков». Аврам поверил Богу, и Бог вменил ему это в праведность.

Но жена Аврама Сара не рождала детей и потому предложила Авраму взять в супружество служанку свою, египтянку Агарь, чтобы потом воспитать дитя служанки, как собственного сына. Аврам послушался Сары. Агарь, сделавшись женой его и видя, что скоро будет матерью, стала презирать Сару. Сара, с позволения Аврама, стала смирять дерзкую рабыню.

Тогда Агарь сбежала. На пути явился ей Ангел, велел возвратиться к госпоже своей и обещал ей сына Измаила (что значит «услышит Бог») и многочисленное потомство. Агарь возвратилась к Авраму и родила Измаила. Авраму в это время было 86 лет.

Бог подтверждает завет Свой с Аврамом и дает новое имя ему и Саре. Обрезание

Когда Авраму было 99 лет, Бог явился ему и сказал: «Я Бог Всемогущий; благоугождай Мне и будь непорочен, и Я поставлю завет Мой с тобою: ты будешь отцом множества народов, и не будешь ты больше называться Аврамом (отцом высоких), но Авраамом (отцом множества народов). Я буду Богом твоим и потомков твоих и дам тебе и потомкам твоим всю землю Ханаанскую. Знамением завета между Мною и вами пусть будет то, чтобы у вас мужеский пол был обрезан³². Сару, жену твою, не называй Сарою («госпожою моею»), но Саррою («госпожою множества»). Я благословлю ее и дам тебе от нее сына, и произойдут от нее народы и цари». Авраам, услышав, что от него и от Сарры должно произойти многочисленное потомство, рассмеялся и подумал: «Неужели от столетнего будет сын? И неужели Сарра в девяносто лет родит?» Бог сказал: «Именно Сарра, жена твоя, родит тебе сына, и наречешь ему имя Исаак (смех). С ним поставлю Я завет Мой». В тот же день Авраам совершил обряд обрезания над собой и над всеми мужчинами и мальчиками, жившими у него.

Явление Аврааму Бога в виде трех странников у дуба Мамврийского

Однажды Авраам сидел при входе в шатер свой у дубравы Мамре во время полуденного зноя. Подняв глаза, он увидел: три мужа стоят против него. (Это был Господь и с Ним два Ангела). Некоторые из Свв. Отцов полагают, что это были три Лица Св. Троицы. Поэтому в Церкви существует традиция представлять на иконах Св. Троицу в образе трех Ангелов, явившихся Аврааму.

Авраам любил принимать странников. Он сразу же встал и побежал навстречу им, поклонился до земли и сказал: «Владыка! Если я угоден Тебе, не пройди мимо раба Твоего. Принесут немного воды и омоют ваши ноги³³, и отдохните под этим деревом. А я принесу хлеба, чтобы подкрепиться вам на дорогу». Они согласились. Авраам же поспешил распорядиться, чтобы приготовили скорое, но вкусное и питательное угощение. Когда готовы были хлебы и теленок, он взял еще масла и молока, все это поставил пред гостями, а сам стал подле них под деревом, и они ели³⁴.

И спросили они его: «Где же Сарра, жена твоя?» Он отвечал: «Здесь, в шатре». Один из них (это был Господь) сказал: «Я опять буду у тебя в это же время в следующем году, и будет сын у Сарры, жены твоей». Сарра слушала это у входа в шатер и внутренно рассмеялась. Но Господь сказал Аврааму: «Отчего это рассмеялась Сарра? Есть ли что трудное для Господа?» Сарра испугалась и сказала: «Я не смеялась». Но Господь сказал: «Нет, ты рассмеялась».

Рождение Исаака. Изгнание Агари

Когда Аврааму было сто лет, а Сарре 90 лет, у них родился сын Исаак. Когда дитя подросло и отнято было от груди, Авраам сделал большой пир. И увидела Сарра, что Измаил, сын Авраама от Агари, насмехается³⁵над Исааком, и сказала Аврааму: «Выгони эту рабу и сына ее».

Это было неприятно Аврааму. Но Бог сказал ему: «Послушайся Сарры». И Авраам отпустил от себя Агарь с сыном ее. Они пошли и заблудились в пустыне. Когда у них не осталось воды и Измаил изнемог от жажды, Агарь оставила его под кустом, пошла, села вдали, чтобы не видеть смерти его, подняла вопль и плакала. И вот Ангел Божий с небес сказал ей: «Что с тобою, Агарь? Не бойся. Встань, подними отрока твоего. Я произведу от него великий народ». Тогда Бог, промышляющий обо всех Своих творениях, открыл глаза Агари, и она увидела колодезь с водой, пошла, наполнила мех водой и напоила сына.

Когда Измаил вырос, то стал жить в пустыне Фаран. От него произошли восточные народы, предки совремнных арабов и турок, которых в старину объединяли общим именем агарян или измаильтян. А по еврейскому преданию, от Измаила произошли бедуины, живущие в аравийской пустыне.

Принесение Исаака в жертву Богу

Когда Исаак вырос³⁶, Бог, испытывая Авраама, желая возвысить его веру и научить через него всех людей любви к Богу и послушанию воли Божией, сказал: «Авраам! Возьми единственного сына твоего, которого ты любишь, Исаака, пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на горе, о которой Я скажу тебе».

Авраам сильно опечалился: единственного сына он любил больше, чем самого себя. Но Бога любил еще больше и верил Ему совершенно. Поэтому Авраам повиновался Богу: встал рано, оседлал осла своего, взял Исаака, двух рабов и дров и пошел на место, о котором сказал ему Бог.

На третий день он увидел назначенное место издалека и сказал рабам своим: «Останьтесь здесь с ослом». Потом взял дрова и возложил их на Исаака, а сам взял в руки огонь и нож, и пошли оба вместе. И начал Исаак говорить отцу своему: «Отец мой!» Он отвечал: «Что, сын мой?» Он сказал: «Вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?» Авраам сказал: «Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой».

Когда они пришли на место, указанное Богом, Авраам устроил жертвенник из камней, разложил дрова и связал Исаака. Поскольку Авраам был стар, а Исаак молод и силен, нужно думать, что отец связал сына с его же согласия, по обряду, а не по необходимости. Согласно еврейскому преданию, Исаак даже сам просил отца связать его, дабы, убоясь смерти, не расстроить невольным движением порядка жертвоприношения. Исаак любил Бога не меньше, чем его отец, и радовался, что Господь желает принять его жизнь в жертву. Авраам положил сына на жертвенник поверх дров и взял нож, чтобы заклать его. Тогда Ангел Божий воззвал к нему: «Авраам! Авраам! Не поднимай руки твоей на отрока: теперь я знаю, что ты боишься Бога». Оглянувшись, Авраам увидел овна, запутавшегося в кустах. Он пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо сына своего.

После этого Ангел сказал Аврааму: «Мною клянусь, говорит Господь: за то, что ты не пожалел единственного сына твоего, Я благословлю тебя всеми благословениями, умножу семя твое, как звезды небесные, как песок на берегу моря, и благословятся в Семени твоем (чрез Спасителя, Который по человечеству произойдет от тебя), все народы земли».

Принесение в жертву Исаака было прообразом смерти и воскресения Иисуса Христа, предсказанием людям о Спасителе, Который, будучи Сыном Божиим, отдан будет Своим Отцом на крестную смерть в жертву за грехи всех людей. Исаак так же, как Иисус Христос, безропотно шел на место жертвы. Как Иисус Христос нес на Себе Крест, так и Исаак на себе нес дрова для жертвоприношения.

Гора, на которой Авраам приносил в жертву Исаака, получила название горы Мориа. Впоследствии на этой горе был построен царем Соломоном, по указанию Божию, Иерусалимский храм.

Священная история Ветхого Завета. Книга Исход (фрагменты)

Бедственная жизнь израильтян в Египте по смерти Иосифа

По благословению Божию потомки Иакова, или Израиля, в Египте чрезвычайно размножились, сделались народом и стали называться израильтянами и евреями. Народ этот был многочислен, но, к сожалению, многие израильтяне стали уклоняться в египетское нечестие – языческое многобожие, идолопоклонство, забыв истинного Бога.

По смерти Иосифа восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа. Боясь, чтобы израильтяне, в случае войны, не соединились с врагами Египта и не вооружились против египтян, он всячески стал препятствовать размножению их: изнурял их тяжелыми работами, заставлял делать кирпичи и строить крепости и города. Но чем более изнуряли израильтян, тем более они размножались. Поэтому фараон повелел всему египетскому народу всякого новорожденного сына у евреев бросать в реку, а оставлять в живых только дочерей.

Рождение и воспитание Моисея в Египте и удаление в землю Мадиамскую

В 3818 г. от Сотворения мира (или в 1691 г. до Р.Х.), когда фараон египетский повелел бросать в реку новорожденных сыновей евреев, у одного израильтянина родился сын, который был очень красив. Мать не могла допустить гибели ребенка и скрывала его три месяца. Когда невозможно стало долее скрывать, она взяла корзинку, осмолила ее, положила в нее младенца и поставила в тростнике у берега реки. А сестра младенца Мариам стала издали наблюдать, что с ним будет.

Вскоре вышла на реку купаться дочь фараона, заметила корзинку, велела принести ее, увидела в ней плачущего младенца, догадалась, что это еврейское дитя, и сжалилась над ним. Тут Мариам подошла к ней и спросила: «Не сходить ли мне, не позвать ли кормилицу из евреек, чтобы она вскормила тебе младенца?». Дочь фараона согласилась. Мариам призвала мать. Таким образом мать младенца взяла из рук дочери фараоновой свое дитя и стала кормить его. Когда младенец подрос, мать привела его к дочери фараона, и та усыновила мальчика, дав ему имя Моисей, что значит «взятый из воды». Моисей воспитаывался далее при дворе фараона и получил прекрасное по тем временам образование.

Когда Моисею исполнилось 40 лет, он однажды вышел к братьям своим израильтянам и увидел, как тяжелы были работы их. Случилось ему также увидеть, что египтянин бьет какого-то еврея. Моисей посмотрел туда и сюда, увидел, что нет никого, убил египтянина и скрыл в песке. На другой день Моисей опять вышел и увидел: дерутся два еврея, подошел к ним и сказал обижающему: «Вы – братья; зачем же ты бьешь его?» Но тот сказал: «Кто тебя поставил начальником и судьею над нами?

Не хочешь ли ты убить меня, как убил египтянина?» Моисей испугался и сказал: «Верно, узнали об этом деле». Между тем и фараон услышал об этом и хотел казнить Моисея смертью. Моисей бежал в землю Мадиамскую, на берегу Красного моря. Здесь он остановился у одного колодезя, куда пришли семь дочерей священника Иофора поить овец. Девушки начерпали воды, но пришли пастухи и отогнали их. Моисей заступился за девушек и напоил овец их. Узнав об этом, Иофор принял Моисея в дом свой, и потом выдал за него замуж одну из дочерей своих, Сепфору. Она родила Моисею двух сыновей, Гирсама и Елиезера.

Бог является Моисею в купине и призывает его вывести евреев из Египта

Моисей прожил у Иофора 40 лет и пас овец его. Однажды Моисей провел стадо тестя далеко в пустыню, к горе Хориву, и увидел: терновый куст горит огнем и не сгорает. Видение это изображало бедственное состояние евреев в Египте, где они в пламени гонения казались слабым и тленным тернием, но не должны были истребиться. Купина неопалимая прообразовала также Божию Матерь. Моисей стал подходить ближе, чтобы посмотреть, отчего куст не сгорает. И сказал ему Бог из среды куста: «Моисей! Моисей! Не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих; ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая»³⁷.

Моисей снял свою обувь, закрыл лицо свое, потому что боялся воззреть на Бога, и стал с благоговением. Господь сказал: «Я – Бог отца твоего, Бог Авраама, Исаака и Иакова. Я вижу страдания народа Моего в Египте, хочу вывести его оттуда в землю Ханаанскую, где течет молоко и мед. Поди к фараону и выведи народ Мой из Египта». Моисей сказал: «Кто я, чтобы идти мне к фараону и вывести сынов Израилевых из Египта?» Бог отвечал: «Я буду с тобою». Моисей сказал: «вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: Бог отцов ваших послал меня к вам. А они скажут: как имя Ему? Что мне сказать им?» Бог отвечал: «Я есмь Сущий (Иегова)³⁸; так и скажи сынам Израилевым: Сущий послал меня к вам». Моисей сказал: «А если они не поверят мне и скажут: не явился тебе Господь». Господь спросил его: «Что это в руке у тебя?»

Он отвечал: «Жезл». Господь сказал: «Брось его на землю». Он бросил, и жезл превратился в змея, и побежал Моисей от него. Бог сказал: «Возьми его за хвост». Моисей взял, и стал змей жезлом в руке его. Потом Бог велел Моисею положить руку в пазуху. Моисей положил, потом вынул и увидел, что она побелела от проказы.

Потом, по повелению Божию, опять положил ее в пазуху и вынул здоровой. «Эти знамения ты сделай, – сказал Бог, – чтобы поверили тебе, что явился тебе и послал тебя Господь. А если не поверят этим двум знамениям, то возьми воды из реки (Нила) и вылей на сушу, и вода сделается кровью». Моисей сказал: «О, Господи! Не речистый я человек; я тяжело говорю и косноязычен». Господь сказал ему: «Кто дал уста человеку? Не Я ли? Поди, Я буду при устах твоих и научу тебя, что говорить». Моисей еще сказал: «Господи! Пошли кого-нибудь другого».

Разгневался Господь на Моисея и сказал: «Вот, Аарон, брат твой, может говорить вместо тебя; он выйдет навстречу тебе. Ты будешь говорить ему слова Мои, а Я буду при устах твоих и при устах его и буду учить вас, что делать. Он будет говорить вместо тебя народу». Моисей не стал более возражать Богу и отправился домой.

Пасха. Избиение первенцев египетских

В 3899 г. от Сотворения мира, или в 1610 г. до Р.Х., вскоре после весеннего равноденствия, Бог сказал Моисею и Аарону: «Скажите всем израильтянам, чтобы в десятый день этого месяца каждое семейство взяло одного агнца мужеского пола, однолетнего, без порока, и хранило его до четырнадцатого дня этого месяца. Вечером в четырнадцатый день пусть заколют этого агнца³⁹, кровью его помажут косяки и перекладины у дверей, испекут его целого на огне и, не раздробляя костей его, съедят с пресными хлебами и горькими травами, а что останется, пусть сожгут на огне. Ешьте его, совсем одевшись в путь, с посохами. Это Пасха Господня (что в переводе означает «прохождение Господа мимо», «избавление», «пощада»). Я пройду по земле Египетской в эту ночь и поражу всякого первенца у египтян от человека до скота, а когда увижу кровь на домах у вас, пройду мимо вас». Агнец пасхальный должен был прообразовать Иисуса Христа распятого, кровью Которого мы спасаемся от вечной погибели⁴⁰.

Израильтяне сделали так, как повелел Господь. В полночь Господь поразил смертью всех первенцев в земле Египетской, от первенца фараонова до первенца узника, заключенного в темнице, и всех первородных из скота. И встал фараон ночью и все египтяне, и подняли великий плач; потому что не было дома, где бы не было мертвеца. Фараон призвал ночью Моисея и Аарона и сказал: «Выйдите из Египта вы и все израильтяне со всем скотом вашим, совершите служение Господу и благословите меня». И египтяне понуждали израильтян выйти, и давали им серебряные и золотые вещи и одежды.

Ветхозаветная еврейская Пасха прообразовала собою нашу новозаветную, христианскую Пасху. Как тогда смерть прошла мимо жилищ евреев, и они освобождены были от египетского рабства и получили обетованную землю, так в христианскую Пасху, Воскресение Христово, смерть вечная прошла мимо нас: Воскресший Христос, освободив нас от рабства диавола, дал нам вечную жизнь.

Христос умер на Кресте в день, когда закалывали пасхального агнца, и воскрес непосредственно после еврейской Пасхи; вот почему воскресение Христово празднуется Церковью всегда после еврейской Пасхи и называется также Пасхою.

Выход израильтян из Египта

На следующий день израильтяне вышли из своих домов с такой поспешностью, что не успели заквасить теста, понесли его в квашнях на плечах своих и уже в дороге напекли себе опресноков. Число евреев было очень велико – до 600 000 мужчин, не считая женщин и детей, т. е. около 2 млн. человек. Моисей взял с собой кости Иосифа и других патриархов⁴¹.

Израильтяне отправились к Чермному, или Красному морю. По прямой дороге евреи могли пройти из Египта в Ханаанскую землю за шесть дней. Но Бог не повел их этой дорогой, чтобы они, не отвыкшие еще от рабского духа, увидев врагов-хананеян, не устрашились войны с ними и не захотели возвратиться в Египет. Господь повел их к Красному морю, чтобы чудесами явить славу Свою перед египтянами и другими народами, укрепить веру евреев и странствованием по Аравийской пустыне воспитать их Себе в народ Божий.

Когда израильтяне на пути к Чермному морю остановились в Сокхофе, Бог дал заповедь в память избавления от смерти первенцев еврейских посвящать ему всякого первенца мужеского пола от человека до скота; первенцев от людей выкупать, первенцев от скотов чистых приносить в жертву, а от скотов нечистых заменять агнцами или выкупать.

Таким образом, евреи вышли из Египта спустя 430 лет после завета о Спасителе, утвержденного Богом с Авраамом, после 430 лет обитания израильтян и отцов их в земле Ханаанской, через 430 лет по пришествии Авраама в Ханаан и через 215 лет по переселении Иакова в Египет.

Во время путешествия евреев из Египта Господь шел пред ними днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью – в столпе огненном, светя им.

Переход израильтян чрез Чермное море

Когда донесли фараону, что народ Израильский бежал из Египта, фараон и рабы его сказали: «Что это мы сделали? Зачем отпустили израильтян, чтобы они не работали нам?» Собрал фараон войско и погнался за израильтянами. Израильтяне стояли у Красного моря, когда египтяне настигли их. Увидев египтян, они пришли в ужас и стали роптать на Моисея. Бог сказал Моисею: «Что ты вопиешь ко мне?⁴²Скажи сынам Израилевым, чтобы они шли. А ты подними жезл твой и простри руку твою на море, и раздели его». И двинулся Ангел Божий, шедший пред израильтянами, и пошел позади их: двинулся и столб облачный от лица их, и стал позади их, и отделил их от египтян. Для египтян он был мраком, а израильтянам светил.

Моисей протянул руку свою с жезлом на море. И поднял Господь сильный восточный ветер на всю ночь, и расступились воды. И пошли евреи по сухому дну, вода же была им стеною по правую и по левую сторону. Слыша в стане еврейском движение, египтяне погнались за евреями по дну морскому и уже достигли середины моря. В это время евреи вышли на другой берег. Моисей снова, по повелению Божию, простер руку свою с жезлом на море. Вода морская слилась и покрыла колесницы и всадников всего войска фараонова, и потопила фараона со всеми египтянами. Тогда Моисей и израильтяне воспели благодарственную песнь Богу. Она начинается так: «Поем Господу, ибо Он высоко превознесся: коня и всадника его ввергнул в море». Мариам, сестра Моисея, взяла тимпан, и вышли за ней все женщины с тимпанами⁴³и ликованием и пенли: «Пойте Господу, ибо Он высоко превознесся: коня и всадника его ввергнул в море».

Переход евреев через море прообразовал Крещение, через которое мы освобождаемся от власти дьявола и рабства греху.

Чудесные события на пути к Синаю и победа над амаликитянами

От Чермного моря Моисей повел израильтян в пустыню Сур (в каменистой Аравии). Три дня они шли по пустыне и не находили воды. Пришли в Меру, нашли здесь воду, но она была горька. Народ стал роптать на Моисея. Моисей помолился Господу, и Господь показал ему одно дерево. Моисей бросил дерево в воду, и она сделалась сладкой. Дерево, усладившее горькую воду, прообразовало Крестное Древо Христово, через которое услаждаются все горести жизни, и главная горечь – грех – исчезает, поскольку даруется нам вечное блаженство. Когда израильтяне пришли в пустыню Син, то стали роптать на Моисея и Аарона по причине недостатка пищи и говорили: «Лучше бы нам умереть в Египте, когда мы сидели у котлов с мясом, когда мы ели хлеб досыта». Господь сказал Моисею: «Скажи им: вечером будете есть мясо, а поутру насытитесь хлебом». Вечером налетели перепелы и покрыли стан, а поутру выпала роса около стана. Когда роса испарилась, на земле осталось что-то мелкое, похожее на крупу, как иней. Израильтяне, увидев это, спрашивали: «Что это?» Моисей отвечал им: «Это хлеб, который дал вам Господь в пищу». Израильтяне назвали этот хлеб манной. Бог повелел собирать ее каждому столько, сколько ему съесть в день. Кто оставлял манну до утра, у того она портилась, заводились в ней черви. Но накануне субботы собирали вдвое более, потому что в субботу она не выпадала, и запас ее не портился. Израильтяне мололи манну в жерновах или толкли в ступе, варили и делали из нее лепешки, которые походили вкусом на хлебные лепешки с медом и елеем.

Манна прообразовала Иисуса Христа, Который Сам называет Себя Хлебом Жизни, сшедшим с Неба; также предызображала наслаждение жизни вечной.

Близ горы Хорива (в Рефидиме) не было воды. Израильтяне стали роптать на Моисея и требовать воды. Бог велел Моисею жезлом ударить в скалу горы Хорива при старейшинах израилевых; Моисей сделал так, и из скалы потекла вода.

Камень, источивший воду, прообразовал также Иисуса Христа, Который из ребр Своих источил кровь и воду, спасительную для всех людей, и Который изливает обилие благодати Св. Духа всем, верующим в Него.

Тут же напало на евреев племя амаликитян. Враги побили всех израильтян, которые ослабели на пути. Моисей послал Иисуса, сына Навина, с выбранными храбрыми мужами, сразиться с амаликитянами. Когда Иисус сражался, Моисей, взойдя с чудодейственным жезлом на гору, молился Богу, поднимая руки. Когда Моисей поднимал руки, одолевали израильтяне, а когда от усталости опускал их, одолевали амаликитяне. Аарон и Ор, муж Мариам, сестры Моисея и Аарона, посадили Моисея на камень, поддерживая руки его до захождения солнца, и тогда победил Иисус Навин амаликитян.

Поднимая руки, Моисей представлял образ Распятого, почему и в образе оказывалась сила прообразуемого Иисуса Христа.

Воообще, во все время путешествия евреев по пустыне Бог не только постоянно заботился о Своем народе, но чудесно сохранял их здоровье и одежду: одежда их не ветшала, и ноги их не пухли от путешествия.

Синайское законодательство и вступление израильтян в завет с Богом при Синае

В третий месяц по выходе Израильтян из Египта, в день новолуния, они пришли к горе Синаю⁴⁴. Бог повелел Моисесю сказать израильтянам: «Если вы будете слушать Меня и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом, царством священников, святым народом». Моисей передал эти слова народу, и народ сказал: «Все, что сказал Господь, исполним». Тогда Господь повелел народу готовиться в чистоте⁴⁵и воздержании к вступлению в завет с Ним. После сего, на третий день, который был пятидесятым от выхода из Египта, утром Синайская гора покрылась густым облаком, заблистали над ней молнии, загремели громы, стал раздаваться трубный звук, который делался все сильнее и сильнее; от горы поднимался дым, как из печи, и вся гора сильно колебалась. Моисей привел трепещущий народ к горе. Вокруг горы проведена была черта, за которую переходить запрещено было под страхом смерти. Господь сошел на вершину горы Синайской, окруженный тьмами Ангелов. Моисей стал на горе между Богом и народом. Тогда Бог из среды огня вслух всего народа громогласно произнес:

1. Я Господь Бог твой, да не будет у тебя других богов, кроме Меня.

2. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им.

3. Не произноси имени Господа Бога твоего.

4. Помни день субботный, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай (в них) всякие дела свои; а день седьмой – суббота (покой) Господу Богу твоему (во славу Господа твоего).

5. Почитай отца своего и мать свою, чтобы тебе было хорошо и чтобы продлились дни твои на земле.

6. Не убивай.

7. Не прелюбодействуй.

8. кради.

9. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

10. Не желай жены ближнего твоего; не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякого скота его, ничего, что есть у ближнего твоего⁴⁶.

Народ слушал заповеди Божии с трепетом. Когда Бог изрек их, народ сказал Моисею: «Пусть не говорит к нам более Бог, дабы нам не умереть. Лучше ты один слушай, что скажет Он, и пересказывай нам; мы будем слушать и исполнять волю Божию». В ответ на это Господь сказал Моисею: «Хорошо то, что они говорили тебе. Я воздвигну им Пророка из среды братьев их такого, как ты. Он будет говорить им все, что Я повелю Ему; и кто не послушает слов Моих, которые он будет говорить именем Моим, с того Я взыщу»⁴⁷. Моисей отпустил народ в шатры, а сам вступил во мрак, в котором явился Бог, и выслушал от Господа нравственные, церковные и гражданские законы. Сойдя с горы, он пересказал все, что говорил ему Господь, и записал это в книгу⁴⁸.

Поутру Моисей поставил под горой жертвенник и двенадцать камней и созвал народ для принесения жертв Богу. Когда закалали тельцов, Моисей влил половину крови в чаши, а другой половиной окропил жертвенник. Потом прочитал народу книгу завета. Когда народ обещал исполнить все, что повелел Господь, Моисей окропил кровью из чаши как саму книгу, так и весь народ, и сказал: «Вот кровь завета, который Господь заключил с вами».

После этого Моисей возвел на гору Аарона, двух сыновей его, Надава и Авиуда, и семьдесят старейшин и показал им место явления Божия. Они поклонились Богу.

Последние наставления Моисея и смерть его

В конце сорокового года по исходе из Египта Моисей, по повелению Божию, стал приготовляться к смерти. Он несколько раз собирал евреев, повторял и изъяснял им Закон Божий. В этих беседах Моисей напомнил израильтянам о благодеяниях Божиих, оказанных отцам их и им самим, повторял и дополнял законы и повеления, данные Богом в различные времена, и убеждал их исполнять их. Моисей предсказал евреям благословение Божие и счастье за верность Богу, а за неверность страшные проклятия и бедствия, но в случае раскаяния – возвращение милости Божий. Пророк возвестил близкую кончину свою и обнадежил их и Иисуса Навина Божией помощью в покорении земли обетованной. Наконец, Моисей вписал в книгу слова Закона Божия и отдал ее для хранения при Ковчеге завета. После этого Бог призвал Моисея с Иисусом Навином к скинии, предвозвестил им, что народ израильский отступит от Него и подвергнется за это бедствиям, и повелел написать это в особенной обличительной песне и научить этой песне израильтян. Моисей исполнил это в точности.

Наконец, получив от Бога повеление взойти на гору Нево, Моисей пророчески благословил народ израильский по коленам, взошел на гору, посмотрел на обетованную землю и умер. Это случилось в 3939 г. от Сотворения мира. Моисею было тогда 120 лет. По его смерти начальство над народом израильским принял Иисус Навин, преисполненный духа мудрости.

Законы Моисеевы

Бог дал чрез Моисея законы нравственные, богослужебные и гражданские.

Нравственные законы кратко изложены в Десяти заповедях. Сущность этих законов выражается в следующих двух изречениях Закона Моисеева: «Люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всеми силами твоими» (Втор. 6, 5). «Люби ближнего своего, как само себя» (Лев. 19, 18).

В законах богослужебных Бог определил место, лица, времена и действия, посвященные богослужению. Местом общественного богослужения Бог назначил скинию и только при ней повелел приносить Себе жертвы. Лица, определенные Богом для служения при скинии, были: первосвященник, или иерей великий, священники и левиты.

Звание первосвященника после Аарона должно было принадлежать главе потомства Ааронова. Посвящение в первосвященника отличалось обильным излиянием освященного мира на главу посвящаемого. В полном облачении первосвященник мог, по вдохновению свыше, давать ответы вопрошающим о воле Божией. Он распоряжался священнодействиями, совершал жертвоприношения, в день очищения входил с кровью очищения во Святое Святых. Первосвященник не мог жениться на вдове, не мог оплакивать близких родственников умерших. Он был прообразом Великого Архиерея – Иисуса Христа.

Священниками были потомки Аарона, законнорожденные, не имеющие телесных недостатков, женатые на деве или вдове священника. Посвящение их отличалось окроплением священным миром, смешанным с кровью. Они обязаны были приносить жертвы, очищать священнодействиями проказу и другие нечистоты, наставлять народ в Законе Божием и трубить в трубы, сзывая народ на праздники и на войну. Священникам запрещалось пить вино перед священнодействиями, прикасаться к мертвым, исключая близких родственников, а также брить в знак печали голову, подстригать бороду и делать нарезы на теле своем.

Для исполнения низших обязанностей при скинии посвящены были, вместо первенцев израильских, левиты (потомки Левия за исключением рода Аарона). Они обязаны были служить и помогать священникам в исполнении их обязанностей, охранять и носить скинию со всеми ее принадлежностями.

Для содержания первосвященника, священников и левитов, которым отведены были в разных коленах города с выгонами для скота, но не было отведено полей для земледелия, Бог назначил части жертв, посвященное и обреченное Богу, начатки десятины.

К священным лицам причислялись еще назореи (посвященные Богу). Они обязывались или на всю жизнь, или на известное время не есть винограда, не пить ничего составленного из винограда и ничего опьяняющего, не стричь волос и не прикасаться к мертвым. По окончании обета назорейства назореи сжигали свои волосы на жертвеннике.

Священные времена, в которые должно было совершать богослужение, были: утро и вечер каждого дня, суббота, новомесячия, праздник труб, пасха, праздник опресноков, пятидесятница, день очищения, праздник кущей, субботный год и юбилей.

Суббота (покой), в память окончания творения Богом мира, праздновалась в седьмой день седмицы. Праздник этот, как и другие праздники евреев, начинался с вечера⁴⁹. В этот день запрещалось работать, даже зажигать огонь; но не запрещалось делать дела необходимости, и должно было совершать дела благотворительности и служения Богу, собираться к скинии и приносить жертвы Богу.

Новомесячия, или новолуния, праздновались в первый день каждого месяца приношением жертв. Торжественнее всех новолуний праздновалось седьмое новолуние, или первый день седьмого месяца – праздник труб, который назывался так потому, что в этот день, в воспоминание трубного звука на горе Синае, священники трубили в серебряные трубы. Этот день был первым днем нового гражданского года.

Пасха Господня («избавление»), в память спасения от смерти первенцев еврейских в Египте и в память освобождения евреев от рабства египетского, праздновалась вечером 14-го дня первого церковного месяца, сразу после весеннего равноденствия. В этот праздник евреи должны были вкушать пасхального агнца с горькими травами – в память горькой жизни в египетском рабстве и опресноками – в память поспешного выхода из Египта, когда они не успели приготовить себе квасного хлеба.

Пятидесятница, в память Синайского законодательства, праздновалась через 7 седмиц, т. е. на 50-й день после Пасхи. В этот праздник должно было, кроме жертвы, приносить Богу два кислых хлеба, в благодарность Ему за новые хлебные плоды.

День очищения был десятый день седьмого месяца. Это был день поста и покаяния. В этот день первосвященник приносил в жертву за свои грехи тельца, и с кровью его входил в Святое Святых, и кропил ею на очистилище и перед очистилищем. Потом ставил пред скиний двух козлов; по жребию, одного из них закалал в жертву за грехи народа, с кровью его также входил во Святое Святых и кропил ею на очистилище и пред очистилищем. Козел этот был сожигаем вне стана. Вхождение первосвященника с кровью животных во Святое Святых прообразовало предстательство перед Богом Отцом Иисуса Христа с собственной Кровью за грехи людей.

Над другим козлом первосвященник, возложив на голову его руки свои, исповедывал перед Богом грехи народа и повелевал изгнать его в пустыню. Изгнание в пустыню козла, над которым первосвященник исповедывал пред Богом грехи израильского народа (молился о грехах народа), означало, что Бог прощает и забывает грехи народа. Козел этот назывался козлом отпущения.

Праздник кущей совершался в память странствования евреев по пустыне и в благодарность Богу за плоды дерев и винограда и за все произведения земные.

Жертвоприношения соединялись с молитвой к Богу и оканчивались священническим благословением. Благословляя, священник говорил: «Да благословит тебя Господь и сохранит тебя! Да призрит на тебя Господь светлым лицом Своим и помилует тебя! Да обратит Господь лицо Свое на тебя и даст тебе мир!» В этих словах благословения усматривается молитва к трем лицам Св. Троицы.

Жертвоприношения были угодны Богу не сами по себе, но потому, что прообразовали Христа, имевшего принести Себя на кресте в жертву Богу за грехи людей, и выражали веру приносящих в Искупителя, сердечное сокрушение их о грехах и любовь к Богу. Каждый израильтянин должен был являться к скинии пред лицо Бога не с пустыми руками, а с даром в руке своей.

Кроме того, в законах Моисеевых подтверждался обряд обрезания, заповеданный Богом Аврааму. Обрезание предписано было совершать не только над потомками Авраама мужского пола в восьмой день по рождении, но и над иноплеменниками, если они желали вступить в завет с Богом и пользоваться правами народа Божия. Обрезание служило отличительным признаком людей, принадлежащих к народу Божию. Служа к очищению телесному, оно свидетельствовало о первородном грехе людей, передающемся от родителей к детям через рождение, напоминало вступившим в завет с Богом об очищении сердца и отсечении страстей, прообразовало христианское крещение. Устанавливались некоторые другие важные обряды: обряд очищения нечистых посредством жертв и кропления водой очищения; обряд очищения общества от подозрения в человекоубийстве (Втор. 21, 1–9) и др.; регламентировались обеты, зароки⁵⁰и заклятия⁵¹.

Законы, касающиеся семейственного состояния. Моисей определил степени родства, в которых нельзя вступать в брак, и объявил, что бездетными умрут те, которые решились бы вступить в брак в близком родстве, а если у них и будут дети, то будут признаны незаконными. Бездетность считалась у евреев самым тяжким несчастьем, поскольку каждый надеялся, что ожидаемый Спаситель мира родится именно в его потомстве. Моисей запретил брак и родство с иноверными, чтобы они не соблазняли к идолопоклонству; осудил многоженство (Втор. 17, 17), но, уступая закоренелым обычаям, чувственности и грубости народа, допустил жениться не на одной жене и разводиться. В случае развода с женой Моисей повелел давать ей положенное письмо и, если она выйдет в замужество и другой муж разведется с ней или умрет, то не брать ее опять в жену себе (Втор. 24, 1–4). Удовлетворяя сильному желанию евреев иметь потомство, Моисей утвердил древний закон ужичества, состоявший в том, что если женатый умирал, не оставив по себе сына, то вдова его могла требовать, чтобы брат или другой ближайший родственник ее мужа взял ее за себя и восстановил потомство умершему. Первородный из прижитых в таком браке должен был считаться сыном умершего.

Закон о пище. В пищу евреям Моисей назначил из животных только кротких и тех, употребление которых более полезно для здоровья; запретил под страхом смерти употреблять в пищу кровь, потому что она посвящена Богу (Лев. 17, 10–14). Из плодов запретил употреблять плоды молодых дерев до трех лет и сами деревья повелел до этого времени почитать необрезанными (Лев. 19, 23–25.).

Кроме того, Моисей установил законы об одежде, о волосах на голове, бороде и вообще о наружности – в предотвращение роскоши, охранение целомудрия и чтобы ни в чем не подражать язычникам, – и законы о чистоте телесной. Для сохранения чистоты и своего здоровья израильтяне обязаны были избегать прикосновения ко всему нечистому. Нечистыми признаны были недавно родившие женщины, прокаженные люди и вещи, мертвые люди и животные. Все мертвое и тлеющее Моисей признал нечистым, потому что смерть и тление есть действие греха, а проказу – потому что эта болезнь есть воплощенный образ греха и смерти. Нечистые не должны были сообщаться с людьми и прикасаться к чему-либо священному. По освобождении от нечистоты, нечистые являлись к священнику, и он очищал их узаконенными обрядами.

Гражданские законы. Образ правления. Образ правления, данный Богом чрез Моисея евреям, был теократический (богоправление). Бог, как царь еврейского народа, постоянно присутствовал среди Своего народа, имея Свой престол на херувимах Ковчега Завета, давал евреям законы и постановления, производил верховный суд, распоряжался миром и войной и поставлял Своему народу вождей. Бог открывал еврейскому народу волю свою чрез первосвященника и чрез пророков. Будучи невидимым царем, Бог заповедал евреям, чтобы они, когда займут землю Ханаанскую, поставили себе и земного царя из среды братий своих, по избранию Божию, дабы он был представителем Бога, сидя на престоле Господнем (Втор. 17, 14–20; 1 Пар. 29, 23).

Законы об имении и о бедных имели целью предотвратить в народе Божием нищету. Моисей заповедал, чтобы участок земли обетованной, по жребию доставшийся известному колену и роду, принадлежал навсегда этому колену и роду. Поэтому наследницы земли должны были выходить в замужество в своем колене. Запрещено было передвигать межу.

Законы о сострадании к животным. Чтобы евреи были добрее, мягче душой, Моисей заповедал дать особенные законы даже о сострадании к животным: заповедал не заставлять скот работать в субботу (Втор. 5, 14); поднимать чужого осла или вола, упавшего под тяжестью; не брать из гнезда птицу вместе с яйцами или птенцами (Втор. 22, 4. 6, 7); не кастрировать (не уродовать) животных (Лев. 22, 24) и др.

Законы о войне и мире. Начинать войну и заключать мир евреи должны были не иначе, как вопросив Господа. На войну должны были выходить все мужчины от 20 до 50 лет, способные носить оружие. В военном стане не должно было иметь нечистых и должно было соблюдать чистоту, чтобы Бог не отступил от стана (Втор. 23, 9–14). Во время выступления евреев против неприятеля священники должны были трубить тревогу в серебряные трубы, да будут воспомянуты Израильтяне пред Богом и спасены от врагов (Числ. 10, 8. 9.). При осаде неприятельского города запрещено было истреблять и портить плодовые деревья около города (Втор. 20, 19–20). Если неприятельский город был в пределах земли Ханаанской, то должно было истребить или изгнать всех жителей его, чтобы они впоследствии не соблазнили народ Божий к нечестию.

Законы о суде. Производство суда было весьма короткое. Местные старейшины или судьи, а в более важных случаях и священники вместе с ними, рассматривали дело на месте, по показаниям свидетелей, которых требовалось не менее двух, и по фактам (обстоятельствам дела) и произносили приговор. Осужденные немедленно при судьях подвергались определенному ими наказанию. Суд был один для всех: для еврея и для пришельца (Лев. 24, 22). Для производства суда священникам и старейшинам вручен был закон Моисеев (Втор. 31, 9).

Законы о наказаниях. Наказания за преступления законом Моисеевым определены были нескольких степеней. За преступления против первых четырех заповедей: богохульников, совращающих поклоняться ложным богам и идолам, поклоняющихся ложным богам и идолам, волхвов, чародеев, обаятелей, знахарей, чревовещателей, прорицателей, гадателей, ворожей, вызывателей духов, вопрошателей мертвых повелено было побивать камнями до смерти. Причем за совращение в идолопоклонство должно было побивать всякого, хотя бы это был пророк, сновидец, чудотворец. Свидетели его преступления должны были первые бросать в него камень, хотя бы он был им ближайший родственник или дорогой друг; а за ними должно было совершать казнь все общество. Делалось это прежде всего для поддержания духовной дисциплины в народе Божием. Такая же смертная казнь определена была за нарушение субботы, за оставление обрезания, пасхального торжества, поста и покаяния в день очищения, за употребление крови, за употребление жертвенных животных и за другие нарушения обрядового закона, если эти нарушения делались по дерзости.

Достаточно жестокие наказания полагались и за нарушение остальных шести заповедей (против ближних). Например, если родители приводили сына своего к старейшинам и жаловались на него, что он непокорен, буен, злословит их, мот и пьяница, то все жители города должны были побить такого сына камнями. А за нарушение девятой заповеди ложно свидетельствовавшего на ближнего своего должно было подвергнуть тому наказанию, которому он умышлял подвергнуть ближнего.

С другой стороны, к совершившим нечаянные преступления – убийство или порчу чужого имущества по неосторожности, убийства из самозащиты или убийство вора, подкапывающего ночью дом, суд имел большое снисхождение. Например, тот, кто нечаянно убивал ближнего, должен был скрываться в городах убежища до смерти первосвященника, потому что родственники убитого имели право, как мстители за кровь, убить его. Смерть первосвященника, как всеобщее народное горестное событие, естественно, должна была прекращать личную вражду. Кроме того, прощение невольных убийц по смерти первосвященника было прообразом прощения кающихся людей ради смерти Великого Первосвященника, Иисуса Христа.

Иисус Навин. Переход израильтян через Иордан

По смерти Моисея Господь повелел Иисусу Навину перейти с народом израильским чрез Иордан. Посему Иисус послал двух разведчиков осмотреть землю за Иорданом и город Иерихон. Они отправились, пришли в Иерихон в дом одной женщины, Раав⁵², и остались ночевать. Царь Иерихонский узнал об этом и послал взять их. Но Раав, уверовав, что Бог израильтян есть истинный Бог, и что Он отдает Ханаанскую землю израильтянам, скрыла разведчиков, а после спустила их за городскую стену по веревке чрез окно своего дома, который был в городской стене. Разведчики, возвратившись к Иисусу Навину, сказали, что все жители земли за Иорданом в страхе от израильтян. В десятый день первого весеннего месяца, во время весеннего разлива Иордана, Иисус повелел священникам нести Ковчег Завета Господня чрез Иордан, а народу переходить эту реку. Лишь только ноги священников, несших Ковчег Завета, погрузились в воду Иордана, тотчас вода, текущая сверху, остановилась и стала стеной, а вода, текущая в море, ушла и иссякла. Народ стал переходить чрез Иордан по суше, а священники остановились среди Иордана на суше. Когда весь народ перешел через Иордан, перешли и священники с Ковчегом, и вода устремилась по своему месту и потекла выше всех берегов своих. Когда цари ханаанские услышали об этом, ужаснулись.

По переходе через Иордан по повелению Божию израильтяне совершили обрезание, которое не совершалось во время путешествия в пустыне (Иис. Н. 5, 6). После сего Господь сказал Иисусу Навину: «Ныне Я снял с вас посрамление египетское». Здесь израильтяне совершили Пасху, а на другой день Пасхи стали есть произведения земли Ханаанской. С этого времени манна перестала падать. Это случилось в 3941 г. от Сотворения мира (1568 г. до Р.Х.).

Отражение сюжетов Ветхого Завета в живописи, скульптуре, литературе и музыке

Гостеприимство Авраама: Икона Андрея Рублева «Троица»

Прот. Николай Голубцов. «Троица» Андрея Рублева

Икона Святая Троица не только великое произведение искусства, но и яркое проявление религиозного сознания в иконописи.

Выразителем этого сознания является инок Андрей, о жизни которого мы, к сожалению, мало знаем… Ко времени написания иконы Святая Троица Андрей Рублев был не только прославленным мастером, но и мужем, достигшим высокой духовной жизни. Современник свидетельствует о его даре созерцания, благодатном состоянии безмолвия. Образ святой Троицы созревал в чистой душе как жемчуг в жемчужнице. Верою постигал Андрей Рублев то, что, по слову св. Исаака Сирианина, открывается уму человеческому на пути благодатного духовного ведения. Он был и «живописцем преизрядным», и духоносным мыслителем, молитвенным созерцателем божественных тайн, который «богословствовал в красках». Летописцы называют его «смиренным» и «чудным» старцем, «в добродетели совершенным», «всех превосходящим в мудрости», преподобным.

На иконе Святая Троица изображены три ангела, облеченные равною силою и властию многою, восседающие на тронах… Единство их внутреннего состояния передано серьезностью выражения лиц с оттенком скорби, сосредоточенностью мысли, глубоким безмолвием и в то же время проявлением воли через движение десниц. Ангелов объединяет какая-то единая глубокая мысль, побуждающая к действию. Взаимным пристальным взором подтверждается общение мысли, взаимное обсуждение, единство восприятия. Единство мысли, действия и движения свидетельствуется положением десниц ангелов: направление движения их строго согласовано, оно выражает единое мнение, принятое определение… Непередаваемо первое впечатление от иконы Андрея Рублева: впечатление неземного величия и царственного достоинства божественных лиц. Состоянием безмолвия, внутреннего созерцания подчеркивается вечная, неизменная, всеблаженная жизнь святой Троицы. Отсутствием какого-либо стремительного движения выражается идея непоколебимости, постоянства, всемогущества божия…

Высочайший ум, божественное достоинство, единосущие, всемогущество, равенство, равночестие, непрестающее промышление о мире изображены тожественным образом в лице каждого ангела. Можно сказать, что здесь в живописном образе выражено определение святой Троицы, данное св. Григорием Богословом: «Слово Троица обозначает не счет вещей неравных, но совокупность равных и равночестных, причем наименование соединяет то, что соединено по естеству». Безмолвие, бесстрастие ангелов в ликах – это отражение созерцательной мысли божества, а всемогущая творческая деятельность ипостасей выражается во всем остальном, и прежде всего в символике красок. Каждый ангел облачен в одежду особого цвета, но с обязательным наличием «голубца». Основных цветов не так уже много, но благодаря искусному сочетанию тонов и яркости красок икона производит огромное впечатление.

Взоры ангелов не устремлены на зрителя или в сторону, как на большинстве других икон, изображающих Троицу, а друг на друга и в определенной последовательности. Взорами представлено взаимное обращение и постоянное общение ипостасей. На иконе средний ангел обращается к правому от него ангелу и взором и поворотом головы; правый ангел обращается к левому и левый ангел обращается тоже к правому.

Что это за удивительная последовательность или порядок, который так ярко выражен иконописцем и который, очевидно, имеет важное значение в композиции? Порядок общения ипостасей проистекает из единосущия (природы) и единоначалия, ибо Отец есть начало и источник и первый по изволению. «Бог Отец – изволение, Сын – совершитель, Дух святый – завершитель нашего спасения». Все акты исходят от Отца, исполняются Сыном, завершаются Духом святым. Все три лица действуют совместно в совершенном единении, что ясно подчеркивается взаимным склонением лиц. Ипостаси божества не только находятся в общении, но по единству божественной природы (вспомним символику «голубца») взаимно проникают друг в друга и в мысли, и в воле, и в действии. Бог един, и единство требует непрерывности и постоянства во взаимном общении и действии лиц…

Иконописное изображение лиц святой Троицы, находящихся в состоянии не только беседы, но и во взаимном общении и согласном действии, естественно возводит нашу мысль к …Совету Предвечному святой Троицы, положившему начало бытию мира и промыслу о человеке. Этот величественный момент… Совета, определяющего судьбы мира и путь спасения человека через умилостивительную жертву, и запечатлел в образах и символах смиренный инок Андрей. Через эту идею понятие о триипостасном божестве неразрывно соединяется с понятием «домостроительства» и раскрывается основная мысль композиции: «Триипостасный бог есть любовь». Сближением фигур и глав показывается собезначалие, сопрестолие, соучастие, то есть равенство лиц святой Троицы в Совете, а также единомыслие, единогласие и единоволие. Это наглядно выражено через взаимное воззрение ангелов, последовательное их обращение друг к другу лицом или жестами, а также и склонением глав в знак завершения Совета в полном единомыслии и согласии. Единовременность и согласованность движений говорят о принятом едином решении, единой воле, едином действии лиц святой Троицы: спасти человека ценою крестной жертвы Сына человеческого. Определение это кладет начало домостроительству спасения рода человеческого…

Три ангела тесным кольцом окружают трапезу и стоящую на ней чашу с таинственным содержимым. Хотя их взоры не устремлены на чашу, но движение десниц сосредоточено вокруг нее. Не указывается ли этим, что чаша является центральным объектом, объединяющим их мысль, завершающим их действия?

Содержимое чаши – это единственное на иконе темное, почти черное пятно, резко выделяющееся на белом фоне трапезы и находящееся в полном контрасте с оранжевой (золотистой) окраской самой чаши, с золотым фоном иконы и празднично яркими расцветками одежд ангелов. Самая чаша стоит на трапезе. Последняя – прямоугольной формы и походит больше на жертвенник или престол. Гладкая поверхность сверкающей белизны не похожа на скатерть обычного стола. Четырехугольное отверстие в передней стенке трапезы (обычное отверстие, оставляемое в мраморных престолах для вкладывания мощей) показывает значительную толщину стенки трапезы. Сопоставляя массивность стенки с ровными, прямыми, резко очерченными гранями, можно предположить, что трапеза сделана из мрамора (или из тесаного камня). Передними углами трапеза несколько «утесняет» фигуры ангелов, чем отчасти объясняется неудобное положение ног и ступней. Благодаря выпуклому очертанию колен ангелов трапеза кажется имеющей очертания большой чаши.

Изображение чаши, стоящей на трапезе, могло быть навеяно иконописцу библейским повествованием о трапезе Авраама, который поставил перед ангелами уготованного тельца. Но на данной иконе чаша, очевидно, имеет особое символическое значение. Так как трапеза очень похожа на жертвенник, то чаша может выражать идею жертвы, идею, тесно связанную с общей композицией иконы и составляющую не только композиционный, но и «догматический» центр иконы.

Лица ангелов задумчивы, серьезны, исполнены глубокой внутренней скорби…

Чаша по суду правды Божией поставлена перед Сыном человеческим, Отцом будущего века, как выражение воли Отчей – избрать его Спасителем мира. В таком освещении чаша – совокупность грехов всего человечества, символ страдания человека от греха и смерти…

Неужели мне не пить чаши, которую дал мне Отец? (ср.: Ин. 18, 11) – так отвечать может только любовь сыновняя на произволение Отца. Поэтому в догматическом освещении чаша напоминает о страданиях и крестной смерти Иисуса Христа и является символом искупления человека от греха кровию Агнца; она может быть и прообразом евхаристии, заменившей ветхозаветные жертвы. «Совет Предвечный и искупительная жертва» – такова мысль, выраженная композицией иконы. Бог Советом Отчим предопределяет чашу страданий. Сын возлюбленный послушно приемлет ее. Дух святой утверждает истину определения и непреложности жертвы… Так постепенно вводит иконописец в глубину тайны искупления, открывает миру, что любовь божественная есть любовь жертвенная: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 15, 13). Композиция иконы показывает, что ум иконописца то погружается в созерцание тайны святой Троицы, то изумляется премудрости божественной любви, изыскующей пути к спасению человека. Его религиозное чувство то открывает в догматах пленяющую разум красоту мысли, или вернее источник живой веры, то разрешает мучительную проблему греха и искупления. Художественный талант и зрелый опыт избирают самые доступные символы и образы для изображения предметов веры. Глубокие личные переживания, сострадание народу в его скорбях способствовали созданию глубоко православной по содержанию, дорогой верующему сердцу иконы Святая Троица.

Рублев как инок-созерцатель обладал исключительной способностью одухотворять образ. Он является в нашем представлении «духоносцем», «боговидцем» – лицом, отмеченным особой силой благодати. Краски и линии кисти Рублева «звучат» как струны или голос певца. Сила его творчества не только в его необычайном таланте как художника и мастера, но и в присущем ему благодатном даре наглядного раскрытия содержания православных догматов, способности запечатлевать в незабываемых образах вечную красоту божественной Истины. Символ веры для него – голос Церкви, наивысшее проявление просвещенного Духом святым соборного разума, объявившего сущность веры. Что провозгласил и написал на пергаменте за тысячу лет перед этим Афанасий Великий, то изобразил кистью Андрей Рублев. Выношенный в сердце, согретом любовью, образ святой Троицы заблистал яркими красками и сделался источником радости, духовного утешения и размышления для многих поколений. Поразителен самый факт возникновения этого гениального произведения, живого «гимна любви», на Руси в начале XV века, среди всеобщего мрака и угнетения, среди постоянной опасности уничтожения огнем и мечом. Но не менее поразительно и построение величественного каменного Троицкого собора на месте пожарища, оставленного Едигеем. Эти факты свидетельствуют, что в наших предках совершенная любовь изгоняла страх (1 Ин. 4, 18)…

Создать образ, достойный собора, воздвигаемого во имя святой Троицы, и притом «в похвалу преподобного Сергия», – вот стремление, воодушевлявшее благоговейного инока. Но мог ли думать «смиренный инок» Андрей, что образ, созданный им, переживет века, станет истинным мерилом красоты, будет провозглашен мировым произведением искусства, объявлен общенародным достоянием, а скромная обитель – Андрониев монастырь, место его погребения, – станет народным архитектурным памятником с присвоением ему имени Андрея Рублева!»

В.Н. Лазарев. «Троица» Рублева

Создавая Троицу, Рублев, несомненно, исходил от византийских образцов. Вероятно, он использовал какую-нибудь панагию, донышко которой украшалось изображением Троицы. Но если на греческих панагиях фигуры ангелов чисто механически вписывались в круглую форму блюдца, то у Рублева круг приобретает глубокий внутренний смысл, неотвратимо вытекавший из всего творческого замысла. Как мы увидим в дальнейшем, никакая иная композиционная формула была бы здесь невозможна, потому что только построение по кругу – этой идеальной по своей центрической уравновешенности фигуры – могло создать то настроение торжественного покоя и особой просветленности, к которому стремился художник.

В рублевской Троице хотели усматривать отголоски готического и итальянского искусства. Ее сближали с произведениями и Дуччо и Симоне Мартини, полагая, что грация рублевских ангелов навеяна образами сиенских живописцев. Такая точка зрения на икону русского мастера была довольно широко распространена как в нашей отечественной, так и в зарубежной литературе. В свете новейших исследований можно определенно утверждать, что Рублев не знал памятников итальянского искусства, а следовательно и ничего не смог из них позаимствовать. Его главным источником была византийская живопись Палеологовской эпохи и притом столичная, константинопольская живопись. Ее произведения он имел полную возможность изучить в Москве, где работы царьградского мастерства всегда высоко ценились.

Именно отсюда почерпнул он элегантные типы своих ангелов, мотив склоненных голов, трапезу прямоугольной формы. Но крайне характерно, что он не ограничился использованием константинопольской традиции. Он знал и восточные памятники, иначе трудно было бы объяснить такие детали его иконы, как более высокое положение среднего ангела или размещение боковых ангелов перед трапезой. На основе органического сочетания царьградских и восточных традиций сложилась иконография рублевской Троицы. И все же мы воспринимаем ее как вполне оригинальное решение, в такой мере удалось художнику вдохнуть новую жизнь в традиционный иконографический тип.

Библейская легенда рассказывает, как к старцу Аврааму явилось трое прекрасных юношей и как он вместе со своей супругой Саррой угощал их под сенью дуба Мамврийского, втайне догадываясь, что в них воплотились три лица Троицы. Византийские и восточнохристианские художники обычно передавали этот эпизод с большой обстоятельностью. Они изображали уставленную яствами трапезу и суетливо прислуживавших ангелам Авраама и Сарру, они даже вводили побочный эпизод с закланием тельца. Для них эта сцена была прежде всего историческим событием, произошедшим в определенном месте и в определенный час. Рублев сознательно отказывается от такого толкования. В его иконе отброшено все второстепенное и несущественное: опущены фигуры Авраама и Сарры, отсутствует эпизод с закланием тельца, отпали отягощающие трапезу многочисленные яства. Остались лишь три фигуры ангелов, трапеза, евхаристическая чаша, дуб Мамврийский, дом и скала. При подобной трактовке из иконы изгонялось всякое действие, всякий намек на исторический характер запечатленного в ней события. Фигуры трех ангелов воспринимались как символ триединого божества и как прообраз евхаристии.

В иконе Рублева, созданной для длительного созерцания, нет ни движения, ни действия. В полном молчании восседают на невысоких седалищах три ангела. Их головы слегка склонены, их взгляд устремлен в бесконечность. Каждый из них погружен в свои думы, но в то же время все они выступают носителями единого переживания-смирения. Композиционным центром иконы является чаша с головою жертвенного тельца. Поскольку телец есть ветхозаветный прообраз новозаветного агнца, постольку чашу следует рассматривать как символ евхаристии. Руки среднего и левого ангелов благословляют чашу. Эти два жеста дают ключ к раскрытию сложной символики композиции. Средний ангел – Христос. В задумчивой сосредоточенности, склонив голову влево, он благословляет чашу, изъявляя тем самым готовность принять на себя жертву за искупление грехов человеческих. На этот подвиг его вдохновляет бог Отец (левый ангел), лицо которого выражает глубокую печаль. Дух святой (правый ангел) присутствует как вечно юное и вдохновенное начало, как «утешитель». Таким образом, здесь представлен акт величайшей, по учению церкви, жертвы любви (Отец обрекает своего Сына на искупительную жертву за мир). Но этим художник не ограничивается.

Он запечатлевает одновременно и акт величайшего послушания – изъявление Сыном готовности на страдание и принесение себя в жертву миру. Рублев претворяет здесь традиционный иконографический тип в глубочайший символ, который заставляет нас по-новому воспринимать эту старую иконографическую тему.

Для произведения средневекового искусства типична символичность замысла. Рублевская икона не представляет в данном отношении исключения. И в ней моменты символического порядка играют немалую роль, причем символическая трактовка распространяется также на второстепенные детали иконы – здание, дуб Мамврийский и скалу. Эти три элемента композиции ничего не вносят в характеристику конкретной среды. Они ее не уточняют, а, наоборот, содействуют впечатлению вневременности и внепространственности. Дерево – это не столько дуб Мамврийский, сколько древо жизни, древо вечности. Светозарные палаты – это не только дом Авраама, но и символ Христа-домостроителя и символ безмолвия, то есть совершенного послушания воле Отца. Гора – это образ «восхищения духа» (именно так она обычно трактуется в Библии и Евангелии). Можно было бы без труда продолжить толкование символического содержания рублевской иконы. Однако сказанного вполне достаточно, чтобы уяснить исключительную сложность ее идейных истоков.

На современного зрителя, хотя он и не знаком со всеми тонкостями средневекового богословия, рублевская икона все же производит неотразимое впечатление. Чем это объяснить? Конечно, тем, что в рублевской Троице символизм чисто церковного типа перерастает в нечто несоизмеримо более значительное – в символ человеческой любви и дружбы. Вот почему икона исполнена такой неувядаемой свежести. Ее идейное содержание гораздо глубже и действеннее, нежели простая совокупность церковных символов.

Старые источники указывают, что Рублев написал икону Троицы в похвалу Сергию Радонежскому. Иначе говоря, икона была создана в память того человека, который всю свою жизнь призывал к прекращению подтачивавших силы Руси братоубийственных феодальных распрей, который принимал активное участие в идейной подготовке Куликовской битвы, который проповедовал дружбу и любовь к ближнему, который всегда был склонен протянуть руку помощи маленьким людям. Действительность лишь частично оправдала надежды Сергия. Несмотря на то, что Московское княжество встало на путь быстрого подъема и близился час освобождения от татарского ига, жизнь продолжала оставаться трудной, полной опасностей, необеспеченной… Не утихали княжеские междоусобия, мор и голод. «Насилие со стороны сильных, хитрость, коварство со стороны слабых, недоверчивость, ослабление всех общественных уз среди всех» – вот черты, господствовавшие, по мнению С.М. Соловьева, в русской жизни того времени. В этих условиях личность Сергия приобретала совсем особое значение. Он обладал неотразимым моральным авторитетом, с ним связывались мечты о национальном раскрепощении и социальном мире. В представлении людей XV века Сергий был не только великим «сердцеведом», но и великим человеколюбцем.

Вот почему в икону, написанную в его память, Андрей Рублев вложил идею мира, идею гармонического согласия трех душ. Для него ангелы, символизировавшие триединое божество, были живым напоминанием о заветах Сергия. Здесь оказалась воплощенной, в совершенных художественных формах, страстная мечта лучших русских людей о том социальном мире и согласии, которые они тщетно искали в современной им действительности и которые были неосуществимы в тогдашних исторических условиях. И как раз потому, что мечта эта была чистой, благородной и высокочеловечной, она приобрела такую широту звучания. Как и во всяком гениальном художественном произведении, в рублевской Троице все подчинено основному замыслу – и композиция, и линейный ритм, и цвет. С их помощью Рублев достигает того впечатления тихой умиротворенности, которое его икона порождает у любого непредубежденного зрителя. В ней есть что-то успокаивающее, ласковое, располагающее к длительному и пристальному созерцанию. Перед Троицей хочется «единствовати и безмолвствовати», она заставляет усиленно работать нашу фантазию, она вызывает сотни поэтических и музыкальных ассоциаций, которые, нанизываясь одна на другую, бесконечно обогащают процесс эстетического восприятия. После соприкосновения с рублевским творением зритель уходит внутренне обогащенным, что лишний раз говорит о ее исключительных художественных достоинствах.

Когда начинаешь всматриваться в рублевскую икону, то в ней прежде всего поражает одухотворенность ангелов. В них есть такая нежность и трепетность, что невозможно не поддаться их очарованию. Это самые поэтические образы всего древнерусского искусства. Тела ангелов стройные, легкие, как бы невесомые. На ангелах простые греческие хитоны, поверх которых наброшены ниспадающие свободными складками гиматии. Эти одеяния, при всей своей линейной стилизации, все же дают почувствовать зрителю красоту скрывающегося за ними молодого гибкого тела. Фигуры ангелов несколько расширяются в середине, иначе говоря, строятся по столь излюбленному Рублевым ромбоидальному принципу: сужаются кверху и книзу. Тем самым они приобретают изумительную легкость. В их позах, жестах, в их манере сидеть не чувствуется никакой тяжеловесности. Благодаря преувеличенной пышности причесок лица кажутся особенно хрупкими. Каждый из ангелов безмолвно погружен в себя. Они не связаны взглядами ни друг с другом, ни со зрителем. Легкая грация их поз так сдержанна, как будто малейшее колебание может расплескать ту внутреннюю драгоценную настроенность, счастливыми обладателями которой они являются. Среди всех созданий древнерусских художников рублевские ангелы представляются самыми бесплотными. Но в них нет и тени сурового аскетизма. Телесное начало не приносится к жертву духовному, а целиком с ним сливается. Это и есть причина того, почему при взгляде на рублевских ангелов так часто вспоминаются образы классического греческого искусства.

В иконе Троица мотив круга все время ощущается как лейтмотив всей композиции. Он звучит и в склоненной фигуре правого ангела, и в наклоне горы, дерева и головы среднего ангела, и в параболическом очерке фигуры левого ангела, и в придвинутых друг к другу подножиях. Но в отличие от итальянских тондо, с их несколько нарочитыми композиционными приемами, этот лейтмотив звучит тихо, ненавязчиво. Художник не боится нарушить круговой ритм вертикальным положением дома, прекрасно зная, что этим он внесет только большую гибкость и свободу в свою композицию.

И его не смущает склоненное положение головы среднего ангела, нарушающее симметрию в верхней части иконы, потому что он уверенно восстанавливает равновесие, сдвигая подножия несколько вправо. Вправо же сдвинута и евхаристическая чаша, чем создается еще больший противовес склоненной влево голове среднего ангела. Благодаря широкому использованию таких свободных асимметрических сдвигов композиция приобретает редкую эластичность. Целиком сохраняя свой центрический характер и отличаясь равновесием масс, она в то же время обладает чисто симфоническим богатством ритмов – в такой мере разнообразны отголоски основной круговой мелодии.

Положив в основу своей композиции круг, иначе говоря геометрическую, а не стереометрическую фигуру, Рублев тем самым подчинил композицию плоскости иконной доски. Хотя боковые ангелы сидят перед трапезой, а средний позади нее, все три фигуры кажутся расположенными в пределах одной пространственной зоны. Эта зона минимальна по своей глубине, и глубина ее находится в строгом соответствии с высотой и шириной иконной доски. Из этой соразмерности трех измерений рождается та законченная гармония, которая делает рублевскую икону столь совершенным произведением искусства. Если бы фигуры были более объемными, а пространство более глубоким, то гармония оказалась бы тотчас нарушенной. Именно потому, что Рублев трактует свои фигуры чисто силуэтно и делает линию и цветовое пятно главными средствами художественного выражения, ему удается сохранить тот плоскостный ритм, который всегда так привлекал русских иконописцев и благодаря которому его композиция обладает удивительной легкостью.

Строя свою композицию по кругу и подчиняя ее тем самым плоскости иконной доски, Рублев сознательно не пользуется светотеневой моделировкой. Последнюю ему заменяет линия, которой он владеет с большим искусством. В его линиях есть нечто столь певучее, столь мелодичное, они согреты таким глубоким чувством, что их воспринимаешь как переложенную на язык графики музыку. Чтобы убедиться в этом, достаточно проследить взглядом за плавным бегом линий, очерчивающих фигуры ангелов. Эти линии мягки и в то же время упруги, в них круговая мелодия повторяется в десятках отголосков, всегда неожиданно новых и чарующе прекрасных. Но Рублев не довольствуется одними закругленными линиями. Он умеет их чередовать и с прямыми линиями, и с диагонально направленными, и с образующими острые углы, благодаря чему он вносит необычайное богатство ритмов в свою композицию. И он умеет с помощью линий раскрыть идейное содержание образа и уточнить отдельные мотивы движения. Так, например, каскад прямых линий плаща среднего ангела влечет взгляд зрителя к его правой руке, указывающей на евхаристическую чашу (идейный и композиционный центр иконы). Косые складки гиматия правого ангела подчеркивают его склонение к центру. Изогнутый клав среднего ангела вторит наклону его головы. Параболические линии силуэтов правого и среднего ангелов, горы и дерева устремляются в левую сторону – к фигуре левого ангела, символизирующего бога. Ножки седалища, пилястры здания и прямо поставленный посох левого ангела заключают его фигуру в сферу прямых линий, что задерживает на ней внимание зрителя. Наконец, с тонким тактом обыгрывает художник линии посохов: наклоненный посох правого ангела указывает на исходную точку горы, более прямо поставленный посох среднего ангела фиксирует наш взгляд на дереве, вертикально стоящий посох левого ангела перекликается с прямыми линиями архитектуры. Таким образом, посох каждого ангела указывает на его эмблему.