Kitobni o'qish: «С любовью, Ошо. 120 писем об осознанности»

«Жажда познания – это желание, чтобы сама жизнь стала музыкой, закатом солнца. Чтобы жизнь стала присутствием неведомого, окружающего тебя, испускающего волшебный аромат»

ОШО

«Все, что я имею, все, чем являюсь, я хочу передать вам семенами мудрости, божественной осознанности. Все, что я приобрел благодаря знанию, я с избытком отдаю посредством любви. В знании человек познает бога, в любви он становится богом. Знание – это духовное учение, любовь же – его воплощение».

Ошо

Дорогой Читатель!

Искренне признателен, что Вы взяли в руки книгу нашего издательства.

Наш замечательный коллектив с большим вниманием выбирает и готовит рукописи. Они вдохновляют человека на заботливое отношение к своей жизни, жизни близких и нашей любимой Родины. Наша духовная культура берёт начало в глубине тысячелетий. Её основа – свобода, любовь и сострадание. Суровые климатические условия и большие пространства России рождают смелых людей с чуткой душой – это идеал русского человека. Будем рады, если наши книги помогут Вам стать таким человеком и укрепят Ваши добродетели.

Мы верим, что духовное стремление является прочным основанием для полноценной жизни и способно проявиться в любой области человеческой деятельности. Это может быть семья и воспитание детей, наука и культура, искусство и религиозная деятельность, предпринимательство и государственное управление. Возрождайте свет души в себе, поддерживайте его в других. Именно это усилие создаёт новые возможности, вдохновляет нас на заботу о ближних, способствуют росту как личного, так и общественного благополучия.

Приглашаю Вас принять участие в деятельности Центра сознательного развития «Автор Жизни»: www.av-z.ru

Искренне Ваш,

Владелец Издательской группы «Весь»

Пётр Лисовский

Перевод с английского языка М. С. Коротиной (Ma Sambodhi Varuni)

Ранее книга выходила под названием «Семена мудрости. 120 писем Ошо»

OSHO является зарегистрированной торговой маркой и используется с разрешения Osho International Foundation.www.osho.com/trademarks

Публикуется на основе Соглашения с Osho International Foundation, Banhofstr/52, 8001 Zurich, Switzerland, www.osho.com

Я настоящий фермер. Я посеял семена – и они взошли… Сейчас эти всходы принесли цветы. Вся моя жизнь наполнена благоуханием этих цветов, их аромат перенес меня в другой мир, дал мне новое рождение – и теперь я уже не тот, кого можно увидеть обычным зрением.

Невидимое и неизвестное настежь распахнуло свои двери… Теперь я вижу мир, который невозможно увидеть глазами, и слышу музыку, которую не могут услышать уши. Раскрытое и познанное мною жаждет движения, так же как бурлящие горные источники и водопады спешат соединиться с океаном.

Помните: тучи, наполненные водой, обязательно прольются дождем. Цветы, исполненные благоуханием, отдают его ветру. И если лампа зажжена, из нее обязательно льется свет. Что-то похожее случилось и со мной – и теперь ветры разносят семена моей внутренней революции. Я не знаю, на каких полях они осядут, и кто будет ухаживать за ними. Единственное, что я знаю, – из таких же семян я вырастил божественные, бессмертные цветы – цветы жизни. И в какую бы почву они ни попали, даже самая сухая земля покроется цветами вечности. В смерти прячется бессмертие, в смерти таится жизнь – так и цветы ждут своего часа в земле. Но потенциал земли никогда не будет исполнен без семян. Семена проявляют непроявленное и вскрывают сокрытое.

Все, что я имею, все, чем являюсь, я хочу передать вам семенами мудрости, божественной осознанности. Все, что я приобрел благодаря знанию, я с избытком отдаю посредством любви. В знании человек познает бога, в любви он становится богом. Знание – это духовное учение, любовь же – его воплощение.

Ошо

Отречения не существует

Однажды в деревне я услышал, как кто-то сказал: «Религия – это отречение, а отречение – это жесткое и требующее большой силы воли обязательство перед самим собой».

Услышав эти слова, я вспомнил случай из раннего детства. Меня привезли на природу к берегу реки. Это была небольшая река, но ее берег был огромен и весь покрыт песком. На берегу было разбросано много разноцветных камешков. Я почувствовал себя так, будто нашел сокровища. К вечеру я насобирал столько камешков, что их все невозможно было забрать домой. И когда мне пришлось оставить камешки там, где я их нашел, на мои глаза навернулись слезы, и я был поражен, увидев, что мои спутники не проявляют никакого интереса к этим камням.

В тот день они показались мне настоящими «отречителями». Но когда я думаю об этом сейчас, то вижу, что вопрос об отречении отпадает, если ты знаешь, что камни – это просто камни.

Незнание – это милость.

Знание – это отречение.

Отречение не является действием, это не то, что требуется сделать, оно просто происходит. Это побочный результат знания. Милость тоже случается сама собой и так же не является действием, она – естественный результат незнания.

Поэтому представление о том, что отречение – трудная задача, ошибочно. Во-первых, это не действие. Действие – это напряжение, это усилие. Отречение – это следствие. Во-вторых, в отречении то, что отбрасывается, ничего не стоит, а то, что приобретается, – бесценно.

В действительности отречения как такового не существует, потому что приобретаем мы гораздо больше, чем теряем. Мы теряем свое рабство – и получаем свободу, теряем раковину – и получаем жемчужину; оставляем смерть – и достигаем бессмертия; покидаем темноту – и приходим к свету, вечному и безграничному.

Тогда где же здесь отречение? Когда ничего не теряется, но приобретается всё, – это нельзя назвать отречением.

Смерть – это не друг и не враг

Прошлой ночью человек испустил последний вздох. Сегодня люди скорбят у его двери.

В такие моменты я вспоминаю случай, произошедший со мной в детстве, когда я впервые попал в место, где устраивается погребальный костер. Костер разожгли, и, разбившись на небольшие группы, люди переговаривались между собой. Деревенский поэт сказал: «Я не боюсь смерти. Смерть – это друг».

С тех пор я слышал это же утверждение в различных формулировках и от разных людей. Я также заглядывал в глаза тем, кто это говорит, – и находил, что эти бесстрашные слова возникают из страха.

Если просто красиво говорить о смерти, ничего не изменится. В сущности, этот страх возникает не из-за самой смерти, он возникает из-за неизвестности. Неизвестное порождает страх. Очень важно встретиться лицом к лицу со смертью. Это знакомство приводит человека к бесстрашию. Почему? – Потому что благодаря этому столкновению приходит понимание, что то, что существует, не может умереть.

Умирает, разрушается только личность, которую мы считаем своим «я». Она разрушается, потому что ее не существует. Это просто набор, сумма определенных частей, и, если их разъединить – личность разрушается. Вот что такое смерть. Поэтому смерть существует лишь до тех пор, пока личность воспринимается как единственное истинное «я».

Двигайтесь глубже за пределы личности, и как только вы достигнете истинного «я», вы обнаружите бессмертие.

Это путешествие, это проникновение от поверхности личности к глубочайшим слоям существа и есть религия.

Встреча со смертью происходит в самадхи, в просветлении. Точно так же, как темнота исчезает с восходом солнца, смерть прекращает свое существование в самадхи.

Смерть – это и не друг, и не враг, ее просто не существует. Не нужно ее бояться, не нужно перед ней храбриться, нужно лишь познать ее. Незнание ее порождает страх, знание порождает бесстрашие.

Опустошите ум – и она здесь

Однажды я отправился в храм. Люди поклонялись божеству. Преданные молились перед идолами. Пришедший со мной пожилой человек сказал мне: «В наши дни у людей нет веры в Бога. Так мало людей ходит в храмы!»

Я ответил: «Где же в храме Бог?» Насколько этот человек обманывает сам себя! Он обманывает себя, принимая идола, созданного его же руками, за Бога. Он принимает священные писания – продукты своего ума – за истину.

Что сотворено руками и умом человека, не может быть религией. Идолы, сидящие в храмах, это образы не Бога, а самого человека. И все, что написано в писаниях, есть просто отражение желаний и мыслей самого человека, а не истины, которую он познал внутри себя. Истину невозможно выразить словами.

Невозможно создать идола истины, потому что истина безгранична, бесконечна и бесформенна. У нее нет формы, названия, символа. В момент облачения в форму она исчезает. Чтобы постичь ее, все идолы и физические представления нужно отбросить; вся эта паутина созданных нами подделок должна быть уничтожена.

Несотворенная истина проявит себя только тогда, когда человеческое сознание освободится из тюрьмы, построенной его же собственным умом.

В действительности, вместо того чтобы строить храмы для постижения истины, мы должны их разрушить; вместо того чтобы создавать идолов, их нужно уничтожить. Нужно отбросить одержимость формой, чтобы могло проявиться то, что не имеет формы. В тот момент, когда то, что явно, покидает наш ум, – входит непроявленное. Оно уже внутри нас, но оно скрывалось за идолами и видимым. Это так же, как невозможно увидеть пространство в комнате, заставленной вещами, – уберите вещи, и появится свободное пространство; оно всегда было там.

То же самое и с истиной: опустошите ум – и она здесь.

Лишь в почве бесстрашия

Сегодня утром я стал свидетелем одной беседы. Это произошло случайно. Говорил так называемый святой, а я, проходя мимо, услышал, как он сказал: «Быть религиозным – значит быть богобоязненным. Только тот, кто боится Бога, может быть религиозным. Именно страх учит человека любить Бога. Без страха нет любви. Любовь невозможна, если нет страха».

Обычно те, кого зовут религиозными, являются религиозными из-за страха. Те, кого называют моралистами, тоже неизбежно пребывают в страхе.

Кант сказал: «Даже если Бога не существует, все равно нужно в него верить». Возможно, страх перед Богом делает людей лучше.

Когда я слышу подобные утверждения, я не могу сдержать смех. Потому что нет ничего более ошибочного и неверного. Религия не имеет ничего общего со страхом. Религия рождается из бесстрашия.

Любовь не может существовать рядом со страхом. Как из страха может родиться любовь? Из страха может родиться только ложная любовь. А что, кроме нелюбви, может скрываться под ложной любовью? Не бывает любви, рожденной из страха.

Следовательно, мораль и религиозность, основанные на страхе, ошибочны, неверны. Они скорее подавляют энергию души, чем поднимают ее. Религию и любовь нельзя навязать, их нужно разжечь и пробудить изнутри.

Истина никогда не основывается на страхе. Страх не служит опорой истине, а противостоит ей. Основа истины – бесстрашие.

Настоящие цветы религии распускаются только из почвы бесстрашия. Все то, что посеяно в почву страха, может быть только подделкой. Достижение бога происходит только в бесстрашии. Или, правильнее будет сказать, достижение бесстрашного сознания есть достижение бога.

В момент, когда страх покидает ум, – в этот момент происходит встреча с истиной.

Знание приносит победу

Стоял разгар полуденной жары. Цветы на дереве паласа мерцали, как догорающие угли.

Я шел по пустынной тропинке, обрамленной густыми бамбуковыми зарослями, и наслаждался приятной прохладой.

Вдруг я услышал знакомый голос птицы – и остановился, прислушиваясь к ее пению.

Человек, который шел со мной, спросил: «Как преодолеть гнев? Как побороть секс?»

Теперь очень часто задают этот вопрос. И ошибка скрывается в самом вопросе.

Проблема не в том, чтобы преодолеть, а в том, чтобы познать. Мы не познали ни гнев, ни секс. Именно это невежество побеждает нас.

Знание приносит победу. Когда возникают гнев, секс – тогда нет нас. Нет осознанности – следовательно, нет нас. То, что происходит в бессознательном состоянии, полностью механично. Когда бессознательное ослабляет свою хватку, возникает сожаление, но оно поверхностно, потому что сожалеющий все равно заснет – как только секс снова завладеет им. Но если он не погрузится в сон, если осознанность, бдительность окажутся сильнее, то человек обнаружит, что больше не существует ни гнева, ни секса. Механичность исчезла, и побеждать больше нечего – враг покинул территорию.

Возможно, вам будет легче понять это с помощью символической истории.

В темноте веревка может показаться змеей. Увидев ее, один убежит, другой приготовится ее убить. Оба ошибутся, потому что примут веревку за змею. Но кто-то другой подойдет ближе и увидит, что это вовсе не змея, – ничего больше не требуется, кроме как подойти ближе.

Все, что нужно человеку, – лишь ближе подойти к самому себе. Что бы ни было у вас внутри, нужно просто это увидеть. Нет необходимости с чем-либо сражаться. И я утверждаю, что победа приходит к тому, кто не борется.

Правильное наблюдение собственного ума – вот ключ к победе над жизнью.

Наш ум тоже полон дыр

Ночь прошла, и лучи утреннего солнца залили поля своим светом. Мы только что переехали небольшую реку. Услышав звук поезда, стая белых цапель взлетела с белых лилий в сторону солнца.

Затем что-то случилось – и поезд остановился. Я подумал, что очень кстати остановиться в этом уединенном месте. Мои незнакомые попутчики не спали. Ночью они сели в поезд на одной из станций. Возможно, они приняли меня за саньясина, пришли и коснулись моих ног. В их глазах читалось желание что-то спросить.

Наконец один из них сказал: «Если вас не затруднит, я бы хотел задать вопрос. Я интересуюсь Богом и приложил много усилий, чтобы познать его, но все тщетно. Означает ли это, что Бог не благоволит мне?»

Я ответил: «Вчера я прогуливался по саду. Со мной было несколько друзей. Один из них захотел пить и забросил ведро в колодец. Колодец был очень глубоким, и пришлось попотеть, чтобы вытащить ведро наверх, но когда оно показалось из колодца, то оказалось пустым. Все рассмеялись».

Я подумал, что это ведро олицетворяет человеческий ум: в нем много трещин и дыр. Конечно, сначала оно наполнилось водой, но затем вся вода, до последней капли, просочилась сквозь дыры. Так же и наш ум – весь в дырах.

Сколько бы вы ни обращали свой «протекающий» ум к существованию – он вернется к вам пустым. Если вы сначала почините протекающее ведро, друзья мои, – наполнить его водой будет легко. Конечно, то, что ведро протекает, может заставить вас практиковать множество аскетических техник, но это не утолит вашей жажды.

Помните, что существование ни за, ни против вас. Вы сами должны следить за тем, чтобы ваше ведро оставалось целым. Источник всегда готов предложить вам воду. Он никогда не откажет вам.

Все мечты в конце концов приводят к страданию

Как-то раз я стоял на берегу реки и увидел, как в воде тонет бумажный кораблик.

За день до этого, там же, дети построили замки из мокрого песка. Они тоже разрушились.

Каждый день лодки тонут, а замки рушатся.

Ко мне пришла одна женщина: ее мечты рухнули, и она потеряла весь интерес к жизни, она подумывала о самоубийстве. Все ей казалось бессмысленным. Ее глаза ввалились…

Я сказал ей: «А разве мечты сбываются хотя бы у кого-то? Все мечты в конечном счете приводят к страданиям: даже если бумажный кораблик поплывет, как далеко он сможет уплыть? В самих мечтах нет ничего неправильного – но они неосуществимы по своей природе. Это мы неправы: мечтая, мы спим; а во сне мы не можем ничего достичь. Проснувшись, мы видим, что всего, что мы считали достигнутым, на самом деле у нас нет.

Вместо того чтобы видеть сны, увидьте истину. Посмотрите на то, что есть. Это принесет освобождение, это единственно верная лодка. Только она может доставить вас к окончательной реализации вашей жизни.

В мечтах – смерть, в истине – жизнь; мечты – это сон, истина – это пробуждение. Проснитесь – и узнайте самих себя. До тех пор, пока ум продолжает видеть сны, невозможно увидеть того, кто их видит. Только видящий является истиной. Как только мы это понимаем, мы можем посмеяться над потонувшими корабликами и рухнувшими замками.

«Это ты» – глубинная суть религии

Есть одна суфийская песня…

Влюбленный постучал в дверь своей возлюбленной. «Кто там?» – спросил голос из-за двери. «Это я», – ответил человек. «В этом доме нет места для двоих – „тебя“ и „меня“», – услышал он в ответ.

Дверь так и осталась закрытой. Юноша ушел в лес. Он жил жизнью аскета, соблюдал посты и возносил молитвы. Спустя много лет он вернулся и снова постучал в дверь. Вновь раздался голос: «Кто там?»

«Это ты», – ответил он. И дверь распахнулась.

В ответе «Это ты» – глубинная суть религии. Для бесконечно текущей реки жизни «я» – всего лишь пузырь. «Я» отдаляет человека от жизни. Пузырь под названием «я» думает, что он – это не река, тогда как в реальности пузырь не может существовать сам по себе. У него нет самостоятельного центра, самостоятельной жизни. Есть только океан – океан его жизнь. Вся его жизнь сосредоточена в океане и происходит благодаря нему. Сама идея отделенности от океана – это невежество. Взгляните на пузырь – и вы увидите океан. Взгляните на «я» – и вы увидите Брахмана, предельную истину.

Когда «я» не существует, «ты» также исчезает. Есть только бытие. Только существование, чистая есть-ность. Пробуждение в этом чистом существовании есть нирвана.

Ищите вечный свет

Темноту освещала одна лишь глиняная лампа, но вскоре погасла и она. Порыв ветра погасил пламя.

Как долго мы можем полагаться на лампы? Сколько может гореть даже самый сильный огонь, если его так легко погасить? Мы окружены океаном тьмы.

Со мной рядом сидит молодой человек. Он очень боится темноты. Он говорит, что в темноте все его существо содрогается – так, что он едва может дышать.

Я говорю ему: «Темнота, одна лишь темнота окутывает этот мир. И в мире не существует света, способного ее рассеять. Какие бы огни ни существовали в мире, рано или поздно они сами погибнут во тьме. Они загораются и гаснут, но тьма остается неизменной. Эта окутывающая мир тьма будет существовать вечно, и те, кто полагается на подобные огни, неразумны, потому что эти огни не вечны. В конце концов их поглотит тьма.

Но существует другой мир, который отличается от этого, видимого, мира. В этом мире – темнота, в том мире – свет. Если в этом мире свет преходящий и временный, а темнота постоянна, в том мире мимолетна и преходяща темнота, а свет вечен. Хорошо, что мир тьмы находится далеко от нас, а мир света очень близок.

Темнота снаружи, а свет внутри.

И помните: если вы не пробудились, чтобы увидеть свой внутренний свет, никакой другой свет не сможет рассеять ваш страх. Перестаньте надеяться на временные лампы, ищите вечный свет. Только это принесет вам бесстрашие, блаженство и свет, который никто не сможет у вас отнять. Это единственное, что у нас есть и что невозможно отнять. Наше – это только то, что приходит не снаружи.

Конечно, снаружи – темнота, но загляните глубоко в свои глаза и посмотрите, что там. Если бы там была темнота, разве вы распознали бы тьму снаружи? То, что распознает тьму, не может являться ею.

И снова: если что-то ищет свет, разве само оно может являться темнотой? Это свет – поэтому он стремится к свету, ищет свет. Только свет может жаждать света. Найдите место, откуда исходит эта жажда, сделайте это своей целью, – и вы найдете там то, чего жаждете.

За пределами позитивного и негативного

У меня нет страха перед богом. Страх не способен привести к богу. Только полное отсутствие страха может привести к нему.

Также я никоим образом не верующий. Вера слепа. Разве слепота может помочь достичь конечной истины?

Я не следую никакой религии, потому что религию невозможно описать с помощью каких-то характеристик. Она едина и неделима.

Вчера, услышав, как я это сказал, кто-то спросил меня: «Значит, вы атеист?»

Я не атеист и не теист. Они практически не отличаются друг от друга – различие только интеллектуальное. Ни тот, ни другой не имеют никакого отношения к жизни. Жизнь не делится на «существует» и «не существует»: все эти различия создает ум. Поэтому и теизм, и атеизм исходят от ума, они не связаны с духовным. Духовное превосходит и позитивное, и негативное. Это нечто, что лежит за пределами и того, и другого.

Другими словами, они едины – границы отсутствуют. Ни один из принципов, постигнутых с помощью интеллекта, не истинен. В действительности атеист должен отбросить свой атеизм, а теист – свой теизм, тогда, возможно, они смогут познать истину. Оба эти понятия – лишь одержимость умом. Одержимость – это ненужный груз. Нам не нужно решать, что такое истина, нам нужно лишь увидеть ее, потому что она открывается в каждом моменте нашей жизни.

Помните: нам не нужно решать, что такое истина, нам нужно ее увидеть. Только тот, кто отбросит все умозаключения, логические представления, предположения и одержимость умом, кто будет чист как ребенок, только такой человек раскроется истине, так же как цветы раскрываются свету. Именно в этом раскрытии появляется возможность видения.

Итак, я называю религиозным того человека, который не является ни теистом, ни атеистом. Религиозность – это прыжок от множества к единству.

Когда нет мыслей, но есть их отсутствие, когда нет выбора, но есть не-выбор, когда нет слов, а только невыразимость, – тогда мы постигаем религию.

«Там» – это здесь

Вечером я решил прогуляться. Сельская дорога была неровной и ухабистой. Со мной шел друг – монах, у которого был большой опыт странствий. Едва ли существовало место, куда он не совершал паломничества. Он искал путь к божественному.

Тем вечером он спросил меня: «Какой путь ведет к Богу?»

Он спрашивал это у многих. Мало-помалу он познал разные пути, но расстояние между ним и богом все же не сокращалось. Не то чтобы он не пытался следовать этим путям – наоборот, он делал все, что было в его силах, но единственным результатом были стоптанные башмаки. Он не достиг цели, но все же не утомился путешествовать – и поиск новых путей продолжался.

Несколько мгновений я молчал. Затем сказал: «Нет способа достичь того, чем ты уже являешься. Пути существуют для достижения „другого“ и „отдаленного“. То, что находится рядом – не просто рядом, но является тобой, – не может быть достигнуто с помощью пути. Достичь можно то, что утрачено, но можно ли утратить Бога?»

То, что можно потерять, не может быть частью тебя.

О своей неотъемлемой сути можно только забыть.

Поэтому идти никуда не нужно – нужно всего лишь вспомнить. Делать ничего не нужно – нужно только знать. Знать – значит достичь. Что нужно познать? – «Кто я?» Узнать это – значит достичь божественного.

Однажды, когда все усилия окажутся тщетными, когда окажется, что ни один из путей не приводит к цели, станет ясно: что бы мы ни делали, мы не можем постичь истины.

Никакое делание не поможет разгадать тайну «я», потому что все делания заводят в тупик.

Никакое делание не приведет нас к существованию. Но когда делание исчезает, существование проявляется само по себе.

Никакое делание не принесет нам этого, потому что существование появляется в жизни еще до всякого действия.

Нет путей, ведущих «туда», потому что «там» – это здесь.

Все дело в правильном чувствовании

Как-то вечером на Галилейском море разыгрался шторм. Еще немного – и лодка пошла бы ко дну, казалось, избежать катастрофы невозможно. Пассажиры и гребцы были беспомощны. Порывы свирепого ветра потрясали всех до глубины души. На лодку обрушивались волны; берег был очень далеко. Но среди бушующего шторма в углу лодки крепко и мирно спал человек. Товарищи разбудили его. Тень неотвратимой смерти застилала им глаза.

Проснувшись, человек спросил: «Почему вы все так испуганы?» – как будто для страха не было причин. Его товарищи застыли в изумлении. Они не могли произнести ни слова. Он снова спросил: «Неужели в вас нет веры?»

Сказав это, он поднялся и с непоколебимой отвагой медленно подошел к краю лодки. Шторм бушевал и свирепствовал, пытаясь окончательно опрокинуть лодку. Обратившись к бушующему морю, он сказал: «Успокойся! Утихни».

Он сказал: «Успокойся» – так, будто шторм был непослушным ребенком.

Пассажиры, должно быть, изумились, что это за безумство. Неужели шторм может послушаться? Но прямо на их глазах буря утихла, и море стало таким гладким, будто ничего не происходило.

Человек был услышан.

Этого человека звали Иисус Христос, а этому событию две тысячи лет. Однако мне кажется, что такие случаи происходят каждый день.

Не находимся ли мы постоянно посреди бушующего шторма, тревоги? Не застилает ли нам глаза тень неотвратимой смерти? Не волнуется ли постоянно озеро нашего ума? Не кажется ли нам, что лодка нашей жизни вот-вот пойдет ко дну?

Разве неправильно спросить себя: «Почему ты так боишься?», «Где твоя вера?», заглянуть в себя и сказать бушующему внутри морю: «Успокойся! Утихни!»?

Я проверил это и обнаружил, что шторм действительно утихает. Нужно всего лишь начать чувствовать покой – и мир воцарится. Если мы ощущаем беспокойство, значит, можем ощутить и покой. Дело не в том, что необходимо достигать покоя, дело лишь в правильном чувствовании.

Покой – это наша природа. Даже среди глубокого беспокойства есть центр, где мы ощущаем покой. У нас внутри живет человек, который спокойно спит среди всех бурь. В этом спокойном, тихом, безмятежном месте мы ощущаем свою истинную суть. Удивительно, что, несмотря на ее существование, мы тревожимся. В возвращении туда нет ничего необычного.

Если вы хотите пребывать в мире, вы можете пребывать в нем прямо здесь, прямо сейчас. Тренировка приносит результаты в будущем, правильное чувствование дает результат мгновенно. Правильное чувствование – единственная истинная трансформация.

Задаваться вопросом: «Кто я?»

Я постоянно задавался вопросом: «Кто я?» Невозможно сосчитать, сколько дней и ночей я провел в поисках ответа на этот вопрос. Мой ум давал мне ответы, услышанные от других или пришедшие под воздействием обусловленности. Все они были чужими, мертвыми. Они не приносили удовлетворения. Они вызывали небольшую рябь на поверхности моего сознания – и сразу исчезали. Внутренняя суть оставалась незатронутой: в глубине не раздавалось даже эха.

На этот вопрос было много ответов, но ни одного верного, поэтому я оставался к ним равнодушным. Они не дотягивали до уровня самого вопроса.

Потом я заметил, что вопрос возникает в центре, а ответы затрагивают только периферию. Вопрос был мой, а ответы приходили извне; вопрос возникал в глубочайшем центре моего существа, но ответы насаждались снаружи. Это внезапное понимание перевернуло всю мою жизнь – мне открылось новое измерение.

Ответы ума были бессмысленны – они не имели никакого отношения к вопросу. Все иллюзии рассыпались – и какое же облегчение мне это принесло!

Казалось, закрытая до этого момента дверь теперь распахнулась настежь, и струящийся свет заполнил собой тьму. Ошибка заключалась в том, что именно ум снабжал меня ответами – среди всех этих ложных ответов истинный ответ не мог найти дорогу. Истина рвалась наружу. В глубине сознания какое-то зерно искало путь, чтобы пробиться сквозь землю и достигнуть света. Ум был препятствием.

Когда мне это стало ясно, ответы начали исчезать. Приходящие извне знания начали растворяться. Вопрос стал проникать глубже. Я ничего не делал – просто продолжал наблюдать.

Начало происходить что-то, ранее не известное. Я сохранял безмолвие. Что еще я мог делать? Все, что я делал, это наблюдал. Отклики с периферии начали исчезать, слабеть – они прекращали свое существование. Центр начал вибрировать более полно.

«Кто я?» – все мое существо содрогалось в этой жажде.

Что это была за буря! Каждый вдох клокотал и содрогался этим.

«Кто я?» – как стрела, проносился вопрос и устремлялся вовнутрь.

Я помню, насколько невыносима была эта жажда! Вся моя жизнь превратилась в сплошную жажду. Все горело. Подобно пламени, вздымался вопрос: «Кто я?»

Удивительно, но ум пребывал в абсолютной тишине. Беспрерывный поток мыслей остановился. Что произошло? Периферия была полностью невозмутима. Не осталось ни мыслей, ни тени прошлого.

Был только я – и вопрос. Нет – я сам стал вопросом.

Затем – взрыв! В один миг все преобразилось. Вопрос отпал. И пришел ответ – из какого-то неизвестного измерения.

Истина постигается через внезапный взрыв, а не постепенно.

Ее невозможно заставить случиться. Она приходит сама.

Пустота – вот решение. Находиться без ответа – вот ответ.

Кто-то спросил вчера, и кто-то спрашивает каждый день: «Где ответ?»

Я говорю: «Это бессмысленно. Смысл в том, чтобы найти его самому».

Я хочу разрушить ваш сон

Я не проповедник. У меня нет намерения читать вам проповеди или чему-то учить. Я не собираюсь вкладывать в вашу голову свои мысли. Все мысли поверхностны. Они оседают на вас как пылинки – и тогда вы начинаете считать себя тем, чем вы не являетесь, и то, что вы не знаете, начинаете считать известным. Это похоже на самоубийство.

Мысли не искореняют невежество, они только его маскируют. Чтобы пробудить знание, необходимо познать невежество во всей его наготе. Поэтому не пытайтесь спрятаться под покровом мыслей. Снимите все одежды и покровы и встретьтесь со своей наготой и пустотой. Это станет мостом, который выведет вас за пределы невежества. Острая боль от осознания своего невежества – грань, за которой начинается новая жизнь.

Поэтому я хочу обнажить вас, а не завуалировать. Посмотрите, как вы ограждаете себя слепой верой, идеями и иллюзиями! Вы думаете, что этими стенами сможете обеспечить себе покой и безопасность? Это не безопасность, это самообман.

Я хочу разрушить ваш сон. Истина, а не сны – вот ваша настоящая безопасность.

Если у вас будет достаточно храбрости, чтобы отбросить свои сны, вы достигнете истины. Вот так сделка! Больше ничего не нужно: только откажитесь от снов – и вы постигнете истину.

Вы должны прорваться сквозь бессознательное – через мысли, сны, фантазии. Вы должны пробудиться от видимого к тому, кто видит.

Видящий и есть истина; если вы достигнете ее, вы достигнете жизни.

Я сказал это одному человеку. Услышав это, он начал размышлять, тогда я сказал ему: «Ты поглощен мыслями, но это именно тот сон, из которого я пытаюсь тебя разбудить».

Увидьте того, кто видит

Мимо проезжает арба. Я наблюдаю, как колеса вращаются вокруг своей оси: обода непрестанно крутятся вокруг неподвижного центра. За движением всегда стоит неподвижность. За действием всегда стоит бездействие. В есть-ности скрывается ничто.

Я видел подобное, когда наблюдал неистовую пыльную бурю. Огромный столб песка поднимался, вращался высоко в небе, но центр был спокойным и неподвижным.

Не скрывается ли за этими символами вся истина существования?

Не обитает ли за всем, что есть, ничто?

Не пребывает ли за всеми действиями бездействие?

Ничто само по себе есть центр и душа всего, что есть. Нужно просто это осознать. Именно в нем мы должны находиться, потому что это наше истинное естество. Мы все должны стать тем, чем является наш центр. Не нужно никуда идти, нужно только быть там, где мы есть.

Как это сделать?

Посмотрите на того, кто видит, и вы упадете в ничто. Мы должны продвинуться от видимого к видящему. Видимое – это форма, действие, есть-ность. Видящий – это отсутствие формы, бездействие и ничто. То, что видимо, – это другой, это преходящее, это мир, это рабство, это несвобода и цикл перевоплощений. Тот, кто видит, – это наша сущность, Брахман, освобождение, нирвана. Нужно увидеть того, кто видит. В этом вся суть йоги.

Я говорю об этом каждый день. Или, если сказать другими словами, что бы я ни говорил – я имею в виду только это.

Спросите – и будьте в молчании

Существует жажда истинного знания. Что это за жажда! Я вижу ее в каждом. Внутри что-то пылает и ищет умиротворения. В каких только направлениях ни движется человечество, чтобы отыскать этот источник! Возможно, поиск длится уже многие жизни. В поисках некоего Святого Грааля человеческий ум продолжает скитаться, но каждый шаг только приближает крушение его надежд. Кажется, что к источнику не ведет ни один из путей. Какое-то движение ощущается, но конец пути никогда не появляется перед глазами.

Получается, что никакие дороги никуда не ведут?

На этот вопрос не нужно давать ответа. Сама жизнь ответит на него. Если вы прошли бесконечным числом путей и направлений, неужели ответ не ясен? Неужели ответ все еще неизвестен?..

В ответе, который идет от ума, истинный ответ теряется. Когда ум спокоен, на первый план выходит опыт. Когда мысли неподвижны, пробуждается чистый разум.

В сущности, ответов на основные жизненные вопросы не существует. Проблемы не решаются, они лишь разрешаются. Вся суть в том, чтобы задать вопрос – и пребывать в тишине. Ум может только спросить, но не способен дать ответ. Ответ всегда приходит из пустоты.

Ответ всегда приходит из пустоты – с этой истиной жизнь приобретает качество иного измерения. Это состояние ума называется самадхи, просветление.

Спросите – и будьте в молчании, в полной тишине; пусть ответ придет сам. Позвольте всему идти своим чередом, и в этом состоянии ума вы найдете и то, что вы ищете, и то, чем вы являетесь.

Жажду истинного знания невозможно утолить, не познав самого себя. Чтобы достичь себя, очень важно отказаться от всех путей. Когда ум не находится ни на каком пути, он находится в самой сути. А познать суть и есть истинное знание. Все остальное лишь информация, потому что все остальное является опосредованным. Наука не владеет истинным знанием, она не знает истины – все, что ей известно, это как использовать истину. Истину можно познать лишь напрямую, и только одно существование можно познать напрямую – свою суть.

В тот момент, когда разум станет спокойным и безмолвным от осознания бессмысленности поиска, двери бесконечного распахнутся.

Осознание не-выбора соединит с божественным источником. Ведь только из него можно полностью утолить жажду истинного знания.

Абсолютная тишина – вот единственная молитва

Время после полуночи. Я только что вернулся со встречи, на которой кто-то сказал: «Взывайте к имени Бога! Помните и повторяйте его имя. Если вы будете его повторять, он обязательно услышит».

Это напомнило мне о Кабире, который сказал: «Неужели Бог оглох?»

Возможно, этот человек не слышал этих слов Кабира.

Далее он продолжал: «Спят десять человек. Кто-то зовет: „Девадата“ – проснется только Девадата. То же верно в отношении Бога. Взывайте к нему по имени – и он непременно вас услышит».

Услышав это, я едва сдержался, чтобы не засмеяться. Во-первых, спит не бог, а мы. Он не спит никогда. Не он должен проснуться, а мы! Это потрясающая ирония – спящие должны разбудить бодрствующего!

Не нужно звать его, нужно лишь услышать, как он зовет нас. Это может произойти только в тишине, только тогда, когда ум ничто не волнует. Когда в уме нет ни единого звука, – лишь тогда мы способны услышать его голос.

Истинная молитва – абсолютная тишина. Молитва – это не действие; наоборот, когда ум ничего не делает, это становится молитвой.

Молитва – это не деятельность, а состояние.

Во-вторых, у бога нет имени и нет формы. Поэтому не существует способов позвать его или помнить его имя. Все имена и формы воображаемы. Они все лживы. Мы постигаем истину, когда отсекаем имена и формы, а не полагаясь на них.

Только тот, кто рискнет отбросить все, обретет возможность достичь бога.

Храбрость сдаться

Я слышал историю об одном нищем факире.

Он был уже стар, и его зрение было слабым. Однажды он стоял у мечети и просил милостыню. Один прохожий сказал ему: «Лучше тебе подыскать для нищенствования другое место. Это не тот дом, где тебе могут что-то подать».

«Что же это за хозяин, который никому ничего не дает?» – спросил факир

«Безумец, – ответил прохожий, – ты что, не видишь, что это мечеть? Хозяин этого дома – наш великий отец, сам Бог».

Факир поднял голову и взглянул на мечеть. Его сердце наполнилось нестерпимой жаждой. Он услышал внутри голос, который сказал: «Разве я могу отсюда уйти? Это же последняя дверь. Разве существует дверь выше этой?» Он наполнился твердой решимостью. Подобно непреклонному камню, его сердце заявило: «Я не уйду отсюда с пустыми руками. Что бы кто ни получал, уйдя отсюда, – если они уходят отсюда с пустыми руками, они не получают ничего».

Он сел возле ступенек мечети и простер руки к небу. Он жаждал, а жажда сама по себе является молитвой.

Проходили дни, шли месяцы. Прошло лето, сезон дождей, зима подходила к концу. Прошел почти год. Жизнь старика подходила к концу, но в последние моменты его жизни люди увидели, что он танцует.

В его глазах появился проблеск другого мира. Его старческое тело излучало свет.

Он сказал кому-то перед смертью: «Кто просит, тот достигнет. Нужна только храбрость, чтобы сдаться».

Храбрость, чтобы сдаться.

Храбрость, чтобы раствориться.

Храбрость, чтобы стать пустотой.

Тот, у кого есть решимость исчезнуть, достигнет совершенства… Тот, у кого есть решимость умереть, обретет жизнь.

Успокойте свой ум и слушайте

Однажды ранним утром Гаутама Будда собирался провести беседу с учениками, но перед тем, как он начал, на дверь села птица и запела. В спокойствии и тишине утра Будда пребывал в безмолвии. Утреннее солнце продолжало ткать узоры из своих лучей, а птица продолжала петь. Будда молчал; все молчали. В этом молчании, в этой пустоте песня звучала божественно. Когда она закончилась, пустота стала еще глубже.

Тогда Будда встал и ушел: в этот день он не произнес ни слова. В этот день беседой стало молчание. Слова не смогли бы передать то, что он передал молчанием.

Все, что есть в этой жизни, в этой вселенной, абсолютно божественно, священно. Божественное запечатлено и отражается во всем. Везде скрывается одно лишь божественное; оно проявляет себя во всем. Все формы божественны, все звуки божественны, но поскольку мы не умеем быть молчаливыми, мы не можем их слышать. Поскольку наши глаза закрыты, мы не видим. Нами владеет разум, поэтому мы не ощущаем присутствия божественного.

Если мы пусты, тогда есть здесь-и-сейчас.

Истина здесь, но «я» бессознательно; свет есть, но наши глаза закрыты. Мы не пробудили свое «я», но ищем истину; мы не открыли глаз, но ищем свет. Никогда не совершайте подобной ошибки.

Отбросьте весь поиск и будьте тихими. Успокойте ум и слушайте. Откройте глаза и смотрите. Если бы рыба в воде спросила у меня совета, как найти океан, что бы я ей сказал? Я бы сказал: «Перестань искать. Просто посмотри: ты уже в океане».

Мы все в океане. Задача не в том, чтобы найти океан, а в том, чтобы начать пить из него.

Самовоспоминание – истинный путь

Неподалеку от нашего дома был храм. Каждый день после наступления темноты там начинались пения, мантры, молитвы. Сильный запах благовоний наполнял пространство. Начинались поклонение и обряд подношения. Играли на музыкальных инструментах, звонили в колокольчики, били в барабаны, стучали в гонги. Священник танцевал, и постепенно к нему присоединялись остальные преданные.

Один раз я пошел в храм, чтобы понаблюдать за этим. Я увидел не поклонение, а своего рода оцепенение. Это была полная потеря себя во имя молитвы. Если вы забываете себя, вы забываете о своей печали. Все религии служат той же цели, что наркотики и алкоголь.

Кто не хотел бы забыть всю боль своей жизни? Вот почему был создан алкоголь. Вот почему были созданы ритуалы, связанные с ним. Человек изобрел много видов вина, но самое опасное вино находится не в бутылке.

Печаль невозможно преодолеть, забыв о ней; ее семена не уничтожаются такими методами. Скорее, они пустят корни.

Печаль нужно побеждать, но не забывать о ней. Забвение – это не религия, но самообман.

И так же как забывание себя является самообманом, вспоминание себя – это путь преодоления печали.

Истинная религия полностью пробуждает душу. Все другие формы религии фальшивы. Самовоспоминание – это истинный путь, а самозабвение уводит прочь от него. Также помните: когда вы забываете себя, ваше «я» не исчезает – его скрытый поток продолжает течь. «Я» исчезает только в результате самовоспоминания.

Тот, кто полностью познал свое «я», сможет достичь целого, осознавая исчезновение своего «я».

Путь к целому лежит не через забвение «я», но через его исчезновение.

Попытки забыть свое «я», постоянно помня о боге, – это заблуждение. Единственный путь уничтожить свое «я» – это осознавать его.

И когда «я» прекращает существовать, остается только бог.

Бог достигается уничтожением «я», но не забвением его.

Человеческое сознание подобно этому пламени

Целый вечер бушевала гроза и лил дождь. Порывы ветра хлестали деревья. Подача электричества прекратилась, и город погрузился во тьму.

В одном доме зажгли глиняную лампу, и ее пламя поднялось вверх. Лампа сделана из земного материала, но ее пламя постоянно стремится вверх, чтобы соприкоснуться с неизвестным.

Сознание человека подобно этому пламени. Тело довольствуется землей, но существует нечто другое, непрестанно стремящееся подняться выше. Это сознание, это танцующее пламя и есть человеческая жизнь. Душа человека – это непрерывное желание парить. Человек является таковым, потому что внутри у него горит это пламя. Без него он всего лишь глина. Если это пламя разгорается сильнее – в его существе происходит переворот. Если это пламя начинает гореть ярче – он выходит за пределы земли.

Человек – это лампа. Он состоит из земли, но в нем также есть свет. Если он отождествляет себя только с землей, его жизнь проходит впустую: свету тоже нужно уделить внимание.

Осознание света все преображает, потому что позволяет увидеть бога в земном.

Путь равновесия

Утро подходило к концу. Солнце припекало все сильнее, и мне захотелось перебраться в тень.

Ко мне подошел пожилой школьный учитель. Он годами занимался духовными практиками. Его тело было изможденным, глаза – тусклыми и впалыми. Он истязал себя, думая, что истязание и есть духовная практика.

Жизнь многих, кто жаждет идти в сторону божественного, отравлена этой ошибкой. Для них достигнуть бога значит отвергнуть мир, и спасение души превращается в разрушение тела. Это отрицание уничтожает их, и они не способны видеть, что бегство от мира и достижение бога – это не одно и то же.

Истина в том, что тот, кто истязает плоть, на самом деле верит в нее; тот, кто отрицает мирское, втайне им одержим. Аскетизм привязывает человека к миру не меньше, чем гедонизм.

Настоящая духовная практика не отвергает ни тело, ни мир, она превосходит их. Но достичь этого с помощью потакания или подавления невозможно. Данный путь отличается от того и другого – это третий путь, путь равновесия. Равновесие находится посередине между двух крайностей, и то, что находится в этой точке, выходит за пределы всех противоположностей.

В сущности, это единственный способ объяснить, что такое центр, – это то, что превосходит обе крайности. Быть уравновешенным между потаканием и подавлением – не значит допускать немного потакания и немного подавления – это значит не делать ни того, ни другого. Это не компромисс, это равновесие. В крайности происходит нарушение равновесия, в центре – равновесие. Крайность – это разрушение, центр – это жизнь.

Находиться в крайности – значит погибать; и потворство, и подавление разрушают жизнь. Неуравновешенность – это невежество, тьма и смерть.

Мой духовный подход сбалансирован и гармоничен. Когда струны вины¹ натянуты не слишком сильно и не слишком слабо – появляется музыка. Слабо натянутые струны так же неэффективны, как и те, что натянуты чрезмерно. Но их можно натянуть так, что они будут и не перетянуты, и не ослаблены, и это именно то состояние, в котором рождается мелодия. Это состояние равновесия.

Законы музыки и закон равновесия идентичны. Истина достигается посредством равновесия.

Я заговорил о проблеме равновесия с этим школьным учителем, и, кажется, он прислушался. Его глаза подтверждали это: в них можно было увидеть того, кто пробудился от сна. Он был спокоен и умиротворен, напряжение ушло – он что-то понял.

Когда он уходил, я сказал: «Отбросьте все свое напряжение – и наблюдайте. Вы отбросили удовольствия, теперь отбросьте подавление. Отбросьте все это – и наблюдайте.

Будьте естественными и наблюдайте. Только благодаря естественности мы можем исцелиться, только благодаря ей мы можем достичь своей природы».

Он ответил: «Что еще осталось отбросить? Я уже отбросил всё. Я возвращаюсь к покою и умиротворению, я освобождаюсь от груза, мой ночной кошмар закончился. Я очень благодарен тебе». Его глаза светились невинностью и спокойствием, а улыбка стала мягкой. Хотя он был стар, он выглядел как ребенок.

Я хочу, чтобы все, кто ищет бога, поняли эти вещи.

Оставьте ум в покое и наблюдайте

Если вы хотите достичь истины, тогда отбросьте ум. Когда ум исчезает, проявляется истина – так же как солнечный свет проникает в дом сквозь открытые двери. Подобно стене, ум препятствует вхождению истины, и каждая мысль – как кирпич в этой стене. Мысли, мысли и еще раз мысли… ум состоит из цепочки мыслей. Мудрец Рамана Махаши однажды сказал: «Остановите поток мыслей – и тогда скажите мне, где ваш ум?»

Когда отсутствуют мысли, отсутствует ум. Если нет кирпичей, разве стена может существовать?

Прошлой ночью ко мне пришел один отшельник. Он спросил: «Что мне делать с умом?»

Я сказал: «Ничего с ним не делай. Оставь его в покое и наблюдай. Оставь его в полном покое и наблюдай. Так же как, сидя на берегу реки, ты наблюдал бы за потоком воды, продолжай наблюдать за потоком мыслей. Не отождествляй себя с ними, не привязывайся к ним. Просто продолжай наблюдать, просто будь бдительным. В этом наблюдении мысли растворятся, и ум начнет исчезать». И когда ум исчезнет, в этом незанятом пространстве проявится душа, истина – потому что только это и существует.

Так постигается бесформенное небо

Одной холодной ночью монах остался в храме. Чтобы спастись от холода, он разжег огонь и бросил в него одного из деревянных идолов этого храма. Пылающее пламя разбудило священника. Когда он увидел идола в огне, то оцепенел. Охваченный гневом, он не мог произнести ни слова, не мог шевельнуться, – настолько чудовищным был этот поступок. Затем он заметил, как монах начал искать что-то в куче пепла. Священник спросил: «Что ты ищешь?» Монах ответил: «Я ищу кости этого божества». Священник подумал, что монах сошел с ума. «Безумец, – сказал он, – разве у деревянной статуи могут быть кости?» Монах ответил: «Тогда будь добр, принеси еще одну статую. Ночь будет долгой и холодной».

Когда я думаю об этой истории, мне кажется, что я и есть этот безумный монах.

Если бы мы только освободились от воображаемых форм, мы увидели бы бесформенное! Когда мы настаиваем на форме, мы не можем достичь того, что является бесформенным. Если наши глаза сфокусированы на форме, можем ли мы нырнуть в океан, не имеющий формы? Может ли человек, поклоняющийся чему-то снаружи, повернуться к самому себе? Бросьте несущественное, проявленное, в огонь – и тогда останется только непроявленное, существенное. Пусть бесчисленные облака форм уйдут – и тогда вы достигнете бесформенного неба. Пусть форма растворится – и тогда лодка сможет плыть по океану бесформенного. Тот, кто оттолкнул свою лодку от берега конечного, неизбежно достигнет бесконечного и станет с ним единым.

Молитва – это то, чем мы являемся

Что такое молитва? Является ли она самозабвением? Нет, это не самозабвение. Забывание, потеря себя – это одна из форм опьянения. Техники, подобные этим, являются не молитвой, но бегством от реальности. Можно потерять себя в словах, в мелодии, потерять свое «я» под воздействием гипноза, музыки или танца. Это забвение и потеря себя могут быть даже приятными, но это не молитва, это бессознательность.

Молитва – это бодрствующая осознанность.

Является ли молитва действием? Является ли делание чего-то формой молитвы?

Нет, молитва – это не действие, а состояние осознанности. Молитва – это не что-то, что мы делаем, а то, чем мы являемся. Ее суть – бездействие. Когда вся деятельность прекращается и остается только свидетельствующее осознание, – это молитва. Слово «молитва» обозначает активность, и слово «медитация» также означает активность; но оба эти слова нужно использовать не для обозначения делания… но для обозначения состояния сознания. Быть в ничто, в тишине, в безмолвии – вот молитва, вот медитация. Я говорил об этом вчера на молитвенном собрании.

Позднее кто-то спросил меня: «Что же нам тогда делать?»

Я сказал: «Какое-то время не делайте ничего. Попытайтесь достичь полного расслабления. Успокойте и свое тело, и свой ум. В тишине наблюдайте за умом. Он успокоится сам и станет пустым. Именно в этой пустоте мы становимся ближе к истине. В этой пустоте проявляется то единственное, что заложено в нас внутри и снаружи. Затем „внутри“ и „снаружи“ исчезнут, и останется только чистое существование. Полнота этого чистого существования и есть бог».