Kitobni o'qish: «Нейроотличные: Как жить, используя сильные стороны ваших ментальных особенностей»

Переводчик: Вера Антонова

Научный редактор: Инна Луценко

Редактор: Оксана Ключинская

Главный редактор: Сергей Турко

Руководитель проекта: Анна Деркач

Арт-директор: Юрий Буга

Ассистент редакции: Мария Короченская

Корректоры: Татьяна Редькина, Елена Биткова

Верстка: Кирилл Свищёв

Адаптация оригинальной обложки: Денис Изотов

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© 2023, Lannoo Publishers. For the original edition.

Original title: The Benefits of ADHD, Autism, Dyslexia and OCD

Translated from the English language

www.lannoo.com

© Издание на русском языке, перевод, оформление.

ООО «Альпина Паблишер», 2024

* * *

Моя особенность – мой талант

Для кого эта книга?

Эта книга для людей любого возраста, которым порой словно что-то мешает, но понять, в чем дело, никак не удается. Для тех, кто чувствует себя неловко среди окружающих, у кого не возникает интереса к учебной программе или кто сталкивается с непониманием коллег, подвергающих сомнению ваше нестандартное мышление и поведение. Возможно, сами того не подозревая, вы находитесь в спектре нейроотличности. Звучит шокирующе, но эта книга докажет вам, что подобное осознание может принести облегчение и даже озарение. Многое внезапно прояснится. Какие-то детали о себе, что-то о вашем окружении. К тому же вы поймете, какие преимущества открывает ваш нетипичный мозг. Другими словами, нейроотличность укажет путь к вашему таланту.

Эта книга также будет интересна бизнес-лидерам и hr-специалистам, стремящимся повысить осведомленность и понимание нейроотличных сотрудников на рабочем месте.

Добро пожаловать в спектр

На основе своего личного опыта мы хотим показать, что такие нейропсихологические состояния, как СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), РАС (расстройство аутистического спектра), дислексия и ОКР (обсессивно-компульсивное расстройство), не лишены плюсов. Цель нашей книги – привлечь внимание не к отрицательным, а к положительным сторонам этих состояний.

Наша целевая аудитория включает людей с диагнозом СДВГ, РАС, дислексия и/или ОКР, имеющих средний или выше среднего уровень интеллекта. Но, как мы уже сказали, в этой книге нам хочется шагнуть еще дальше. Мы также написали ее для тех, кому еще не поставлены вышеперечисленные диагнозы, но есть достаточно симптомов нейропсихологических особенностей, чтобы они смогли воспользоваться особыми способностями, связанными с их нейроотличностью. При этом мы опираемся на утверждение, что все вышеперечисленные расстройства лежат в так называемом спектре вариантов. В нейропсихологических состояниях нет ничего бинарного. В этом и кроется принципиальное отличие, например, от теста на беременность, который дает либо положительный, либо отрицательный результат. Другими словами, вы не можете быть немного беременны, но вы можете иметь некоторую степень СДВГ или проявлять некое компульсивное навязчивое поведение.

Возможно, вы находитесь в одном из таких спектров, сами того не осознавая. Это может объяснить, почему вы всю жизнь попадаете в определенные ситуации или слышите в свой адрес одни и те же комментарии от друзей и коллег. Вполне вероятно, что заодно вы найдете путь к своему таланту и выясните, в какой обстановке он сможет раскрыться.

Это не научная монография. Наша задача – по-новому взглянуть на то, где проходит граница между нормальным и атипичным мозгом, и главным образом на то, какие возможности открывает это знание. Поскольку факты зачастую убеждают лучше всего, а достоверность информации всегда важна, книгу тщательно вычитал Тео Компернолле – доктор медицинских наук, нейропсихиатр и университетский преподаватель.

Я = мы

Эта книга написана от первого лица. Писать ее начал я, Петер Ампе. Но из-за СДВГ мне так и не удалось ее закончить. Тут на помощь пришла моя жена, Эмили Раммант, которая со своим легким ОКР не любит незавершенных дел. Она переработала все готовые главы, добавила новые и дополнила их историями. Так что знайте, что в этой книге за «я» всегда скрывается «мы».

Признания автора

Мне не хватает концентрации

«Запахи со всех сторон, слитые вместе. У каждой улицы свой запах. У каждого человека – тоже. Затем весна, лето: запахи. А вкусы? Говорят, вкус вина не почувствуешь с закрытыми глазами или когда простужен».

Начинать книгу с цитаты из романа «Улисс» ирландского писателя и лауреата Нобелевской премии Джеймса Джойса – не лучшая идея. Многим знакомо название, но мало кто этот роман читал – просто потому, что на этом тексте очень трудно сосредоточиться!

Возможно, и вы нахмурились, читая эпиграф к введению. Не только вам литературные дебри Джеймса Джойса даются с таким трудом. Прежде всего, дело в том, что автор экспериментирует с техникой повествования под названием «поток сознания», так называемым внутренним монологом. С ее помощью Джойс стремится передать бесконечные мысли и чувства, проносящиеся в сознании рассказчика. В результате главный герой перескакивает с одной темы на другую без всякого предупреждения. Читать такое непросто. Так же как жить в таком режиме. Ведь поток сознания – только в квадрате – свойственен любому человеку с СДВГ. Очень поэтично говорить о потоке идей, в то время как ваши нейроны больше напоминают группу гиперактивных блох, прыгающих и снующих туда-сюда на спинке старого потрепанного дивана.

Именно из-за этой суеты и трескотни в мыслях и затянулось написание этой книги. Я начал ее в 2016 году, а в 2019-м снова к ней вернулся. В промежутках я несколько раз брался за работу, но вскоре опять бросал. Мне трудно прилагать усилия в течение долгого времени. Например, из-за фейерверка в голове я уже несколько раз начинал писать введение – каждый раз под новым углом. Зато, конечно, мне всегда было чем заняться. Это продолжалось до лета 2021 года, когда моя жена предложила создать писательский дуэт и уже всерьез взяться за книгу. Она придала моим идеям структуру, предложила новые ракурсы и проследила за тем, чтобы книга изо дня в день обретала форму. Если задуматься, в обычной жизни она делает то же самое.

Я не творческий человек

Стамбул, март 2019 года. В офисе турецкого маркетингового агентства 1492 Grey собрались звезды креатива рекламной сети Grey Advertising Network. На «Глобальном совете» – так называют этот ежегодный творческий слет – проходит обсуждение самых успешных рекламных кампаний от всех филиалов из разных стран мира. Лучшая работа будет претендовать на участие в Международном фестивале творчества «Каннские львы». Это самое важное мероприятие в нашей сфере – оно даже влияет на котировки акций рекламных сетей-участников.

Мне как новичку нужно было рассказать о себе перед всеми в неформальной обстановке – того требует традиция. Не в стиле LinkedIn, а в стиле Facebook. Чем больше личных подробностей, тем выше социальная сплоченность – такова суть задумки. Я решил рассказать о себе через призму своих особенностей: признался, что я левша, дальтоник, боюсь темноты, у меня до крайности аналитический склад ума, хорошая память и повышенная внимательность к деталям. Каждую такую характеристику я сопровождал забавной историей из детства. А закончил презентацию такой фразой: «Я не творческий человек, просто у меня есть пара отклонений».

Коллеги встретили заключительное предложение искренним смехом. Звучал он так, будто у всех от моего признания камень с души упал. Вернувшись на свое место, я решил понаблюдать за присутствующими: как они себя ведут, как разговаривают, как взаимодействуют с остальными. Все они замечательные, умные люди – но каждый со своими причудами. Кто-то вскакивает с места каждые несколько минут и начинает нервно мерить комнату шагами. Легкое проявление СДВГ? Другие болтают без умолку, и утихомирить их удается с большим трудом. Тоже обладатели СДВГ? Есть те, кто выстраивает любую идею по жесткой логике, а во время перерывов как сквозь землю проваливается. Стремление изолироваться ото всех, характерное для аутистического спектра? Наконец, некоторые коллеги настаивают на собственных ритуалах, хотя в программе для них нет места. Компульсивное поведение?

Я боюсь темноты

Думаю, в тот день у меня и зародилась идея написать эту книгу. Проведя день с креативными менеджерами, я фактически распознал в их поведении признаки нейроотличности. И каждый из этих признаков делает их сильнее как профессионалов. Любой из менеджеров чем-то отличается от нормы, но частично благодаря этому они так хороши в своем деле.

Вероятно, большинство моих коллег считают свой образ мышления и поведения вполне нормальным или, как говорят психологи, нейротипичным. Кстати, у меня самого нет официального диагноза, хотя для всех окружающих его наличие очевидно. Я не проходил ни одного официального обследования: в мои школьные годы их просто не проводили. Тогда никто не задумывался об СДВГ или РАС, и даже на более очевидные проблемы вроде дальтонизма никто не обращал внимания. Впервые я с этим столкнулся в первом классе. До сих пор помню, как сидел в третьем ряду где-то посередине кабинета. Учитель подошел ко мне сзади и громко поинтересовался, почему я не переписал заголовок с доски. «Но на доске нет заголовка!» – оправдывался я. За свое непослушание я получил щелчок по уху. И не понял за что, потому что и правда ничего не видел. Красный мел для меня сливался с зеленой доской. Через несколько лет меня выгнали из класса за то, что на уроке французского языка я перевел не красный текст, как меня просили, а зеленый. Учительница увидела в этом попытку протеста. Что я в принципе могу понять, потому что протестовать мне свойственно. Но, как правило, по более важным вопросам.

Короче говоря, не все воспринимали мои особенности положительно. Хотя в детском саду была воспитательница, которая задолго до того, как все поняли, что у меня цветовая слепота, не без гордости сказала моей маме: «Миссис Ампе, мне кажется, ваш сын вырастет очень творческим человеком. Он рисует зеленые деревья с коричневыми листьями». Для одних я был бунтарем, для других – креативным ребенком. Впрочем, в обоих случаях я был просто дальтоником.

Кстати, креативным меня называли не только из-за особого восприятия цветов. Окружающие довольно рано стали замечать, что я смотрю на мир иначе. Отчасти по необходимости, ведь я левша. Попробуйте подписать документ в отделении банка, когда ручка прикреплена к правой стороне стойки очень короткой цепочкой. Можно пару раз проверить металл на эластичность, но в итоге придется подключить смекалку. Либо переделать подпись в вертикальный вариант, либо сложить из листа оригами. Это и есть творчество по необходимости – постоянная тренировка так называемого подвижного интеллекта, который позволяет гибко мыслить и решать проблемы.

Но за ним может скрываться нечто большее. Сегодня мне бы диагностировали РАС, плюс у меня явные признаки СДВГ, тревожного расстройства, а возможно, и легкая форма дислексии. И уж точно я в спектре РАС. Именно благодаря моему сыну, у которого было диагностировано РАС (расстройство аутистического спектра), я внезапно осознал, что у меня тоже может быть какая-то форма аутизма. Во время тестирования, предшествовавшего его диагнозу, моя жена направила мне список симптомов РАС. Без каких-либо объяснений. Прочитав первый абзац, я уже все понял. Все это мне было настолько знакомо, что доходило до смешного: отличное чувство языка и умение придумывать каламбуры, острое внимание к деталям, визуальный тип мышления, высокоразвитая долговременная память, повышенная чувствительность к раздражителям и сниженная чувствительность к чужим эмоциям. Последнее, в частности, преследовало меня уже долгое время, но я все не мог осознать, в чем дело.

Мои подозрения сразу же подтвердили онлайн-тесты – не ставившие диагнозов, но и не оставляющие сомнений. Было ясно, что у меня довольно много признаков аутизма. Это открытие принесло облегчение, вот так вдруг объяснив причины нестандартного мировоззрения, креативности, трудностей в общении. Оно меня успокоило еще и потому, что я осознал, что моя креативность не зависит от внешних стимулов. Это мое естественное состояние.

И оно тесно связано с моими страхами и тревогами. Например, с боязнью темноты. Этот страх характерен для детей, но у меня он не прошел с возрастом. Даже подростком я спал с включенным светом. Только поселившись отдельно, я понял, что у меня просто богатое воображение. На этот самоанализ меня подтолкнула лекция ныне покойного профессора Гентского университета, философа Этьена Вермерша, который объяснял возникновение религий воображением человека. Почему в лесу нам бывает страшно? Потому, что за любым стволом может что-то скрываться. В этом и заключается сила воображения.

С тех пор я научился воспринимать темноту как основу для творчества. Стоит мне уловить несколько слов из разговора или первое предложение от ведущего новостей, и я тут же придумаю целую историю. Дайте мне 10 %, и я дополню их до 100 %. Темнота в этом смысле – метафора минимума информации. Как раз достаточного, чтобы стимулировать воображение и рождать новые идеи. Вот почему фотографии Дирка Брекмана кажутся мне такими интригующими. Это все равно что заглянуть в комнату, не включив свет. Глаза постепенно привыкают к темноте и видят все больше деталей. А то, что не удается рассмотреть, можно додумать.

Осознание своей неординарности в конечном итоге подтвердило, что я не ошибся с выбором области деятельности, ведь в мире коммуникаций необходим творческий подход. Так уж вышло, что этим я и занимаюсь каждый день: ищу творческие способы решения задач, стоящих перед брендами. И – что просто отлично для людей с расстройствами аутистического спектра – мне сравнительно редко приходится работать с людьми и обращаться за помощью.

Прими особенность, найди талант

Читая эту книгу, вы, возможно, осознаете, что именно из описанных в ней состояний свойственно вам больше, чем вы думали вначале. Если вам уже ставили диагноз, то, возможно, вам станет легче сосредоточиться на его положительных сторонах. Разумеется, при условии, что ваше состояние выражено достаточно слабо и не мешает профессиональной деятельности. Мы совсем не хотим умалять те трудности, с которыми бывают связаны нейроотличия. Только вот о трудностях написано уже достаточно книг. Поэтому мы хотим осветить другую, позитивную сторону.

Это закон природы: на что-то отрицательное всегда найдется что-то положительное. Нейроразнообразие сопровождается когнитивными отличиями от нормы, и это может происходить в обе стороны спектра. Особенности и отличия могут быть как в хорошем смысле, так и в плохом. Профессор Аманда Кирби использует в своих объяснениях понятие «пиковый» или «остроконечный» профиль нейроотличных людей, приводя в пример так называемые «особенности горного пика» – те, которые могут затруднять ежедневную деятельность, – и «особенности долины» – те, с которыми можно успешно функционировать. В приведенном ниже примере показан профиль нейротипичного человека сверху и пиковый профиль нейроотличного человека ниже, где одни черты чрезмерно развиты, а другие недоразвиты.

Авторы предлагают составить карту ваших особенностей. Следующий шаг – принять свое отклонение с распростертыми объятиями. Мы поможем превратить ваши отличия в талант. Надеюсь, что этот талант поможет вам найти то призвание, которое не только изменит вашу жизнь к лучшему, но и сделает вас счастливыми. Мы предлагаем пройти этот необычный путь и раскрыть свои сильные стороны через особенности, а затем с их помощью выбрать оптимальный карьерный путь. По-прежнему слишком много людей проводят всю жизнь в поисках того, в чем они хороши, и среды, в которой они могут преуспеть. Хотя на самом деле эти люди – великие умы, мыслящие по-разному.

Развивайте тот талант, который у вас уже есть, а не тот, которым вам хотелось бы владеть.

Джон Максвелл

Часть I
Добро пожаловать в спектр

Глава 1
В левой части спектра

Обычно в книгах о нейроразнообразии рассказывают, как справляться с его отрицательными сторонами и вести, насколько это возможно, нормальный образ жизни. О положительных сторонах нейроотличности авторы, к сожалению, нередко забывают упомянуть.

В 2018 году Грета Тунберг рассказала на конференции TEDx в Стокгольме, что ей диагностировали обсессивно-компульсивное расстройство и синдром Аспергера – одно из расстройств аутистического спектра, которое связывают с высоким уровнем IQ. Проявлениями аутизма она отчасти объясняет свое упорство в отстаивании убеждений. По словам Греты, ей гораздо легче быть «острой, как лезвие» и прямо выражать свое мнение. Это значит, что она может делать исключительно рациональные заявления, не задумываясь о социальных последствиях. Только тот, кому не свойственно беспокоиться о мнении окружающих, может выступить в СМИ со словами: «Наши лидеры ведут себя как дети» – и стать примером для подражания в деле борьбы с климатическими изменениями для тысяч европейских школьников.

Обладатели нетипичного мозга совсем по-другому мыслят, смотрят на мир и организуют пространство вокруг себя. Если пристальнее взглянуть, выяснится, что нейроразнообразие подразумевает не только ограничения, но и неординарные способности. Им до сих пор уделяется слишком мало внимания. Но именно о них мы и поговорим в нашей книге.

Без диагноза, но в спектре

Преимущества другого, особого образа мышления доступны не только тем, кому был поставлен диагноз, как Грете Тунберг. Как отмечалось во введении, такой вывод можно сделать на основе самого термина «спектр»: симптомы, их описания и типы очень широко варьируются. В этот спектр, как и в солнечный, входят все цвета радуги и все переходные оттенки между ними.

Людей с аутизмом оценивают по шкале, где крайней левой точке соответствуют очень легкие проявления, а крайней правой – очень тяжелые. Такую шкалу называют аутистическим спектром – отсюда расстройства аутистического спектра, или РАС. Для СДВГ используют похожую шкалу – континуум.

Сегодня диагноз ставят в тех случаях, когда расстройство настолько ярко выражено, что его проявления попадают в правую часть спектра. А что, если присмотреться к левой части? Диагноза как такового у человека может и не быть, и все же он может замечать за собой определенные признаки нейроотличного поведения, его плюсы и минусы. Люди из левой стороны спектра осознают, что у них есть небольшие проблемы, которым бывает трудно подобрать название, но не подозревают, что те же самые проблемы наделяют их положительными качествами и даже талантами.

Важное замечание: определить, насколько успешным вас сделает ваш нетипичный мозг, можно и по другим факторам. Примером является ваше социальное окружение или ваш уровень образования. Еще одним важным фактором является IQ. IQ ниже 70 указывает на заметное ухудшение интеллектуальных способностей. Наши рассуждения в книге не относятся к этой конкретной группе, книга предназначена для другой аудитории – людей со средним IQ и выше. Кроме того, книга не предназначена для людей, чье состояние настолько влияет на качество жизни, что они не могут заниматься профессиональной деятельностью.

Еще важно отметить, что многие психические заболевания бывает трудно отличить друг от друга. Существует масса переходных форм, похожих друг на друга. Это связано с тем, что расстройство не всегда укладывается в рамки, придуманные человеком. Поэтому у вас могут проявляться признаки разных состояний. Образно выражаясь, наличие больших ног и хобота не означает, что вы слон. Об этом пишет психиатр Менно Остерхофф в книге «На мой взгляд, ты выглядишь нормально» (Ik zie anders niks aan je): «Классификация просто систематизирует симптомы, и ее не следует путать с расстройством в целом». Классификации психических расстройств основаны на наборах симптомов. Ведь по анализу крови нельзя установить, есть ли у человека, например, СДВГ. Эти классификации – чистая условность, чтобы специалистам было легче работать. Но на самом деле все гораздо сложнее. Поэтому Остерхофф рекомендует говорить не о расстройстве или отклонении, а об образе, клинической картине, которая лучше всего описывает ваши симптомы. Мы и сами с трудом подбираем слова, но все равно сознательно говорим об отличиях или нетипичном мозге. Именно потому, что рассматриваем такие отличия с положительной стороны. Еще раз: мы не стремимся их превозносить. Жизнь с нейроотличием бывает совсем не простой. И, по нашему опыту, смелость объявить о своем состоянии или особенности – важный первый шаг к их признанию и принятию.

Спектр нейроразнообразия

Левая часть спектра

Эта часть спектра находится слева от состояния, в котором обычно ставят диагноз. Здесь симптомы проявляются в легкой форме, недостаточной для постановки диагноза. Об этой части спектра почти не говорят в книгах о нейроразнообразии.

Правая часть спектра

Эта часть спектра находится справа от состояния, в котором обычно ставят диагноз. Здесь симптомы уже ярко выражены и есть место диагнозу. Чем дальше вправо, тем выше вероятность, что симптомы будут препятствовать нормально жить и работать. Эта часть спектра обычно становится предметом исследований и темой книг о нейроразнообразии.

Мы частенько стесняемся признать свой талант, поэтому давайте начнем с отличия

Глава 2
В какой части спектра вы находитесь?

Эта книга станет для вас путеводителем в поисках ваших талантов, но для начала немного отвлечемся. Не будем спрашивать в лоб, в чем ваш талант, а зайдем с другой стороны: в чем проявляется ваше отличие? Отталкиваясь от ответа, начнем искать, в чем же вы хороши.

Многим проще начать со слабостей, чем с того, что у них получается хорошо. Среднестатистический бельгиец вроде меня слишком скромен, чтобы признаться, в чем он силен. Обычно, когда его об этом спрашивают, он начинает заикаться или заявляет: «Самому себя неудобно хвалить, спросите у кого-нибудь другого». В 2020 году компания Randstad опубликовала нагляднейший пример в виде серии видеороликов. У нескольких сотрудников спросили, каковы их сильные стороны. На удивление, никто не смог ответить. Более того, все оказались выбиты из колеи – чуть ли не до нервной одышки. В итоге им пришлось просить о помощи коллег – и только услышав о своих сильных сторонах от постороннего человека, они в какой-то мере их принимали. Очень по-бельгийски. Да и по-человечески вообще.

Может показаться очевидным, что обнаружить и осознать свои таланты очень важно. Вы наверняка так и думаете, ведь если знать о своих талантах, то можно целенаправленно ими пользоваться. Будет легче найти занятие, которое вас увлекает, доставляет радость и – в удачном случае – приносит доход.

Видимо, не так уж и очевидно, раз мы так редко думаем на эту тему. К примеру, идея о том, что каждый индивид обладает уникальными способностями, до сих пор не получила достаточного признания в системе общего образования. Упор по-прежнему делается на единую программу для всех. А ведь принцип индивидуализации обучения был понятен еще римлянам.

Надеюсь, вы простите мне мою любовь к античности – такова специфика моего РАС, но о нем чуть позже. Хочу рассказать вам про одного римлянина по имени Квинтилиан. В I веке этот знаменитый оратор много внимания уделял раскрытию талантов каждого человека. Его тезисы на удивление актуальны и сейчас. Он рассуждал о нейротипичных учениках, то есть о людях с нормальной психикой, но его суждения с тем же успехом применимы и к людям с нейроразнообразием.

Во второй книге своих «Риторических наставлений» Квинтилиан задается вопросом, стоит ли обучать каждого в соответствии с его талантами. Ответ звучит довольно прозорливо. Он начинается с красивой метафоры: «Искусный учитель телесных упражнений, между великим множеством учеников своих, испытывает всячески и тело их и склонности, а посему и определяет каждому особенный род подвига»¹. То же самое касается и умственного развития. Преподаватель должен уметь выявлять таланты и способности каждого ученика, а затем их развивать. Вот как он это понимает: «наставник прилежно наблюдает […] и так приноравливается к каждому, чтоб в своем роде подвинуть его далее, ибо природа бывает сильнее при нашей помощи».

По словам Квинтилиана, выбирать направление нужно на основе своего таланта. Если следовать этой линии, скажете вы, то и работу нужно выбирать, отталкиваясь от своего таланта. «Рассматривать свойство умов необходимо нужно, и выбор упражнений никто также не отвергает. Ибо иной более способен к истории, другой имеет больше дара к стихотворству, третий скорее поймет правоведение, а может быть, сыщутся и такие, коих лучше и не учить». Замените римские профессии, например, на программиста, юриста, лаборанта, сварщика или директора по маркетингу – и проницательное изречение Квинтилиана покажется на удивление актуальным.

Далее Квинтилиан рекомендует развивать только то, что вам удается. По его мнению, нет смысла исправлять то, что плохо получается. Римляне уже знали и этот принцип: концентрируйся на положительных сторонах, а не на отрицательных.

Как обнаружить в себе талант? Это не так просто, как может показаться. Только в музыке или спорте талант и природные способности сразу бросаются в глаза. И то, как правило, потому, что за вас их разглядел кто-то другой. Большинство из нас в итоге оказываются в других профессиях, где талант проявляется не сразу. Возможно, у вас имеются способности к языкам или математике, но слово «способности» звучит уже не так лестно, как «талант», к тому же у него очень широкий смысл.

Мы хотим помочь вам выяснить, в чем выражается ваш талант, а для этого нужно изучить ваши особенности. В чем вы якобы очень плохи? За что вам всегда делают замечания? Чего вы стесняетесь? Мы научим вас выявлять такие черты, принимать их и помогать находить связанные с ними явные или скрытые положительные стороны. Когда бывшая коллега узнала, что я работаю над этой книгой, она призналась, что ее всю жизнь мучили сомнения, поскольку на работе ей постоянно говорили, что она хоть и умная, но странная. Теперь она знает, что у нее отчетливо выражены симптомы расстройства аутистического спектра, и ей легче принять свою странность, она может считать себя особенной и даже талантливой.

Говорят, что величайшие люди в истории обязаны своим успехом наличию отклонений. Конечно, к такому утверждению следует относиться с долей сомнения, поскольку реальные диагнозы начали ставить только в последние несколько десятилетий. Взять, к примеру, Альберта Эйнштейна, которого многие считают величайшим ученым всех времен. Сейчас у него диагностировали почти все психоневрологические расстройства. Если доверять свидетельствам очевидцев, можно с определенной долей уверенности утверждать, что у него могла быть некая форма РАС, из-за которой он смотрел на вещи под иным углом. Под углом, который сделал его настоящим революционером науки. Или вспомним Ричарда Брэнсона, основателя Virgin Group, который страдает выраженной дислексией – и тем не менее в 16 лет основал успешный студенческий журнал. Уже тогда он обнаружил, что ему отлично удается мотивировать людей (в конкретном случае – студентов, которые хорошо писали и разбирались в маркетинге). Брэнсон придумывал идею, находил людей, которые могли бы воплотить ее в жизнь лучше, чем он сам, и продавал ее. Так он стал мультимиллиардером.

Значит, особенности – это даже выгодно? Как мы уже писали, не все так радужно. Конечно, зачастую быть непохожим очень непросто. Но в этой книге мы хотим бросить вам позитивный вызов. Потому что быть нормальным, но с особенностями из спектра РАС, может быть, даже лучше, чем просто нормальным.

Кстати, а что вообще значит «быть нормальным»? Для мужчин нормальным считается размер обуви – 42. Но это не тот случай, когда «один размер подходит всем». Моя гипотеза состоит в том, что многие люди находятся вовсе не в пределах нормы. Не только по размеру обуви, но и по мыслям.

Вернемся к теме: эксперты называют аутизм «спектральным расстройством». Это означает, как мы отметили в предыдущей главе, что любой может оказаться в той или иной точке спектра. Вы вольны узнать, в какой именно и как это поможет выявить ваши сильные стороны. То же самое относится и к другим расстройствам психики.

У СДВГ своя градация. Для диагностики этого отклонения пока даже не существует четкой методики – его определяют на основании наблюдений, с привлечением консилиума врачей. Поэтому вы можете обнаружить у себя лишь некоторые из его признаков. Возможно, этого хватит для того, чтобы обнаружить в себе скрытые таланты и раз и навсегда понять, какая работа способствует вашему росту, какие отношения вам подходят и какую еще пользу вам может принести ваша особенность. То же самое касается дислексии и ОКР.

Итак, пока вы читаете эту книгу, спрашивайте себя, насколько далеко вы находитесь в спектре, по отношению к середине? Если не можете дать уверенный ответ, спросите родных, друзей или коллег. Возможно, они всегда знали, что в вас есть что-то особенное. Или присмотритесь к своим детям: ряд нейроотличных состояний передается по наследству. Возможно, они унаследовали от вас не только цвет глаз или форму носа, но и некоторые невидимые особенности, о которых мы рассказываем в этой книге. У меня момент озарения наступил, когда моему сыну в шесть лет официально поставили диагноз – и аутизм, и СДВГ. В мое время таких тестов не было, и это событие неожиданно внесло ясность в мою жизнь. Сначала мне было мучительно трудно принять эту свою особенность, но вскоре я стал воспринимать это открытие как дар. Оно указало ориентир и направило мое развитие в нужное русло.

Для того чтобы вы представили, насколько часто ставятся диагнозы, связанные с нейропсихологическими расстройствами, приведем следующую статистику. В общей сложности, по приблизительным оценкам, как минимум четверть населения находится в правой части спектра.

Показатели нейроразнообразия в общей популяции:

● у 5–7 % населения наблюдается дислексия (BDA 2015);

● предположительно, 5 % населения живут с дискалькулией (BDA 2015);

● 6,5 % детей младшего школьного возраста имеют диагноз СДВГ (Netwerk geestelijke gezondheid);

● 0,6–1,1 % населения находятся в аутистическом спектре. В рамках этого спектра чуть менее чем у половины наблюдается снижение интеллекта, у остальных пациентов интеллект от среднего до высокого уровня (National Autistic Society 2017 & High Health Council Belgium);

● примерно у 2 % фиксируются навязчивые состояния или ОКР (NVVP).

Важность правильного окружения

Первый шаг заключается в признании самому себе – но, чтобы это признание переросло в успешное развитие, очень важно правильное окружение. Если работодатель продолжит считать вас «странным», стремительное продвижение вас явно не ждет.

Очень важно, чтобы тех, кто оказался в спектре, окружали понимающие люди, поэтому мы посвятили этому вопросу отдельный раздел. В правильном окружении обнаруженный талант вместе с врожденными преимуществами обретают особую силу. Знакомство с единомышленниками и возможность создать команду могут превратить неудачу в успех. Отличным примером здесь может служить Никола Тесла. Я расскажу о нем более подробно в части III, но уже сейчас замечу, что без Илона Маска он мог бы остаться забытым гением. А ведь Тесла изобрел генератор переменного тока и запатентовал примерно триста изобретений. Более того, он мечтал научиться фотографировать мысли – настолько творческим он был человеком. В статье на академической новостной платформе The Conversation его называют «Прометеем современности», сравнивая с героем древнегреческих мифов, который украл огонь у богов, но был наказан. Эта метафора выбрана неслучайно: Никола Тесла спустил молнию на землю в форме электричества. У него была поразительная фотографическая память, и он утверждал, что все идеи приходят ему в голову в готовом виде. Из-за ряда неудач, неуступчивого характера, причудливых привычек и странного поведения в обществе он так и не добился заслуженного успеха и славы. Но главная причина заключается в том, что он не сформировал подходящего для себя окружения. Ему нужны были люди, которые верили бы в него и безоговорочно поддерживали. Когда он встречал таких людей, его жизнь немедленно менялась в лучшую сторону. В неправильном окружении его преследовали конфликты и неудачи. У Николы, возможно, было РАС – и определенно случались психозы. К сожалению, долгосрочного сотрудничества между Теслой и его соперником Томасом Эдисоном так и не произошло. Оба мужчины были выдающимися людьми, но им не хватало эмпатии при взаимодействии. Видение могло быть только одно – их собственное. В противном случае они могли бы вместе создать еще более выдающиеся изобретения.

Запрос на поиск новых определений

Сегодня в психиатрии и системе школьного образования наблюдается тенденция к принятию нейроразнообразия, и, возможно, настало время переименовать классические расстройства. СДВГ можно было бы назвать не расстройством внимания, а, наоборот, способностью к концентрации внимания. Человеку с СДВГ действительно бывает сложно сосредоточиться, но если он занимается тем, что ему искренне интересно, то становится даже чрезмерно сфокусирован на выполняемой работе. Если такая точка внимания найдена, то никакого дефицита концентрации не наблюдается. Напротив, тогда сосредотачиваться получается отлично. То же самое относится и к другим недугам. Если у вас расстройство аутистического спектра, вы найдете Волли² гораздо быстрее, чем обычные люди. Если у вас СДВГ, то вы, возможно, отлично справляетесь с кризисными ситуациями, поскольку именно так ваш мозг получает дофамин, которого ему всегда не хватает.

Желаю вам удачи на пути к самопознанию. Если ваши сильные стороны совпадают с увлечениями, вы – самый счастливый человек на земле. Это может быть ваша нынешняя работа в определенной структуре. А может быть и так, что вашу идеальную профессию и устройство компании еще только предстоит придумать. Используйте дар, лежащий в основе ваших особенностей, и найдите идеальное окружение, чтобы отныне вы с нетерпением ждали не пятницы, а понедельника.

Глава 3
Физический спектр

Перед тем как объяснить основную идею этой книги – что за каждым отклонением может скрываться дар, – сначала расскажу о ряде физических особенностей. И тут есть свой спектр. Если говорить о физических аспектах, то можно иметь «нормальный» внешний вид или «ненормальный». Степень отклонения от нормы может служить большим преимуществом при наличии других элементов, например задатков, настойчивости и нужного окружения. Аналогия с нейропсихологическим спектром практически очевидна.

Руки как лопаты

Руки как лопаты. Пальцы пианиста. Крепкий как медведь. Ноги как ходули. Гуттаперчевый человек. Все начинается с формулировок, которые изобилуют тонкими параллелями между физическими аномалиями и преимуществами, которые те в себе скрывают.

Если 42-й размер ноги считается нормальным для мужчин, то нормален ли австралийский пловец-вундеркинд Иан Торп? В 2000 году на Олимпиаде в Сиднее он стал сенсацией в мире плавания. У него было все, чтобы привлечь к себе внимание. Ему едва исполнилось 17 лет, но он уже достиг внушительного роста – 196 см, а его прозвище – Торпеда – внушало соперникам страх. Остроумная отсылка к фамилии – но за ней скрывалось нечто большее. У Торпа был исключительно большой размер обуви – 52-й. Лишь у немногих брендов размерная сетка доходит до этого числа. Большинство моделей шьют максимум до 49-го размера. Мне удалось найти на одном сайте классические ботинки 52-го размера – там даже не было цены, лишь сухое «Свяжитесь с нами». Короче говоря, 52-й размер обуви сложно назвать нормальным. Благодаря своей особенности Торп фактически использовал ступни вместо ласт. До сих пор помню, как перед финальным заплывом на 400 м вольным стилем он стоял на стартовой тумбе, еле помещаясь, а пальцы ног заметно свисали с нее. Я еще подумал тогда, что это скорее несправедливое соревнование: с учетом его особенностей Торп должен был участвовать в Паралимпийских играх. Быстрее австралийской торпеды плавал только легендарный нидерландский спортсмен Питер ван ден Хогенбанд. Но и это длилось недолго, поскольку Торп решил тренироваться еще усерднее, и на чемпионате мира 2001 года в Японии Хогенбанд уже не мог с ним конкурировать. В нидерландской прессе об этом событии написали так: «Питер ван ден Хогенбанд уступает 52-му размеру ноги».

Американский пловец Майкл Фелпс – тоже олимпийский чемпион и тоже обладатель физического преимущества. У него синдром Марфана, при котором конечности становятся чрезвычайно гибкими и длинными. Размах рук у Фелпса больше, чем его рост. Его физические характеристики не соответствуют идеальным пропорциям, вычисленным Леонардо да Винчи с опорой на работы римского архитектора и писателя Витрувия (еще один римлянин, я знаю). Например, в своем труде «Десять книг об архитектуре» Витрувий утверждает, что «длина размаха рук равна длине тела». У него получился целый ряд пропорций: ухо, по Витрувию, в идеале должно равняться одной трети длины головы, ступня – одной шестой части роста, даже расстояние от подбородка до носа зафиксировано с архитектурной точностью. Пропорции Витрувия и созданный на их основе рисунок Леонардо да Винчи – это явно ода норме, а не отклонению.

Рост тоже может быть преимуществом. В Бельгии средний рост мужчин составляет 180,3 см, а женщин – 164,7 см. Нидерландцы чуть выше: средний рост мужчин – 183,8 см, а женщин – 170,7 см. Можно сказать, что нидерландцы имеют фору: в среднем около 3 см в каждом виде спорта. Для некоторых состязаний это очень много. Нидерланды традиционно берут на Олимпиадах гораздо больше медалей, чем Бельгия, хотя это, конечно, отчасти обусловлено и традициями, и средой.

Преимуществом может стать не только рост, но и любая особенность в развитии конечностей, органов или чувств. Более высокий рост, более длинные конечности, более объемные органы, чем у среднего человека. Все эти аномалии играют на руку в определенных условиях. Возьмем, к примеру, велогонщика Эгана Берналя, который выиграл «Тур де Франс» в 2019 году и «Джиро» в 2021-м. У него очень высокий показатель максимального потребления кислорода. Это количество кислорода, которое организм может использовать за время тренировки. Показатели Эгана Берналя считаются исключительными (читай: запредельными).

Разве не дико, что спортсмены-паралимпийцы, то есть спортсмены с ограниченными возможностями, для участия в соревнованиях должны пройти процесс классификации, в ходе которого определяют, какие у них нарушения и в какой группе они будут выступать? С «нормальными» спортсменами так не поступают. Разве что в таких видах спорта, как бокс или дзюдо, где участников разделяют по весу. Логично, что суперлегковес (массой меньше 52 кг) не выходит на ринг против тяжеловеса. Но почему такой пловец, как Торп, может соревноваться со среднестатистическим бельгийцем ростом 180,3 см с 42-м размером ноги?

Короче говоря, физические отклонения можно представить в виде спектра точно так же, как и психические. И опять же, есть левая и правая стороны спектра. Если вам посчастливилось попасть в левую часть спектра, то вы можете довольно легко воспользоваться своей особенностью в спорте. Возникает поразительная аналогия с психическими расстройствами. И в этом случае осознание своей ненормальности и связанного с ней таланта может, образно говоря, дать толчок к дальнейшему развитию. И даже если вы попадаете в правую часть спектра, может подвернуться шанс превратить ваше отклонение в талант.

У людей два уха и только один рот. Может быть, нам стоит больше слушать?

Лисбет Диллен,

бизнес-коуч, ключевой спикер и соучредитель YIN United

Глава 4
Специальные компенсации

Физические отклонения или инвалидность могут стать профессиональным преимуществом и вне спорта высших достижений. Хороший пример – коуч Лисбет Диллен, которая вместе с соавтором этой книги, Эмили Раммант, основала коучинговую компанию YIN United. Сегодня Лисбет – уважаемый бизнес-тренер, но в свое время она должна была стать генеральным директором IKEA в Бельгии и Нидерландах. И как раз перед этим важным шагом ей диагностировали доброкачественную опухоль щитовидной железы. Все бы ничего, но в результате врачебной ошибки во время операции 70 % голосовых связок оказались парализованы. Из-за этого Лисбет не могла нормально дышать и почти потеряла голос. К счастью, после интенсивного лечения долю паралича удалось снизить до 30 %, но факт оставался фактом: она больше не могла разговаривать как прежде. А ведь голос – довольно важный инструмент, если тебе предстоит вести совещания в должности генерального директора и общаться с многочисленными коллегами из IKEA.

К счастью, в жизни Лисбет произошло кое-что замечательное. Из-за своего ограничения женщина стала меньше говорить и больше – и внимательнее – слушать. А умение слушать – идеальное качество для коуча. Поэтому она часто повторяет, что нам, людям, стоит задуматься над тем, что у нас два уха, два глаза и только один рот. Считывание языка тела и анализ тональности голоса позволяют получить много дополнительной информации о чувствах человека, что очень важно в беседе с коучем. Кроме того, у Лисбет появилось больше времени, чтобы посмотреть на ситуацию как будто с высоты птичьего полета и разглядеть потенциал в коммерческих, стратегических или операционных проблемах своих клиентов. А еще она поняла, какие карьерные возможности открылись перед ней после того, как ей вынесли такой суровый приговор – пожизненная инвалидность. Это ограничение она долго не хотела принимать и делала все возможное, чтобы его преодолеть. Но теперь, поняв, что это невозможно, она, по крайней мере, пожинает плоды – в частности, она научилась лучше слушать и искусно молчать.

В музыкальном мире таких примеров множество. Рэй Чарльз полностью лишился зрения в семь лет из-за глаукомы, но стал пионером соул-музыки 1950-х годов. Он получил семнадцать премий «Грэмми», причем пять из них посмертно. Неврологи даже назвали эффектом Рэя Чарльза явление, когда в результате слепоты у человека улучшается слух. Американские неврологи обнаружили, что нервные клетки работают сообща, благодаря чему различные органы чувств поддерживают друг друга, а утрата одного органа чувств усиливает другие. Таким образом, физическая аномалия, которая на первый взгляд кажется недостатком, может стать преимуществом.

Физические недостатки могут способствовать карьерному росту даже в науке. Самый впечатляющий пример – Стивен Хокинг, физик-теоретик, астрофизик, космолог и выдающийся ученый, который развил невероятное упорство после того, как в 21 год ему поставили диагноз «боковой амиотрофический склероз». Он посвятил всю свою карьеру познанию Вселенной, создав прорывные работы в области теории относительности и изучения черных дыр. Несмотря на тяжелую инвалидность и потребность в постоянном уходе, Хокинг получил десятки международных наград за свои научные исследования. А ведь изначально врачи давали ему всего два года жизни. Вот что такое стойкость.

Разумеется, не каждому дано стать Стивеном Хокингом или Рэем Чарльзом. Это уникальные примеры людей с физическими ограничениями, и я, конечно, не берусь утверждать, что каждый человек с инвалидностью способен стать знаменитым. Но они подводят нас к главной идее этой книги, которую мы рассмотрим в следующей главе, а именно: отклонение от нормы может стать преимуществом. И осознание этого преимущества может привести к успеху в жизни.

Лисбет Диллен, бизнес-коуч, ключевой спикер и соучредитель YIN United

Голосовые связки парализованы на 30 %

«Я на 100 % вернулась к работе. Это результат того, что я не сдаюсь и горю желанием жить. И любить. Любить жизнь, любить свою дочь. У меня был выбор. Бороться против или за? Что делать, когда в твой организм поступает только 30 % от привычного объема вдыхаемого воздуха? Воевать с больницей, подавать на нее в суд? Здесь вам не Америка. Я ведь жила не в киношном сценарии, в котором должна была "победить" вопреки всему – физически сломленная, зато богатая. Мне предрекали партию с мастодонтом университетской больницы и армией юристов, растянутую на десять лет. Не лучше ли тогда бороться за то, чтобы как можно лучше восстановить здоровье и вернуть побольше воздуха и голоса?

Я выбрала последнее. Бороться за то, чтобы снова жить. И отдавать. Мой девиз по жизни: "У нас не всегда есть возможность выбирать события нашей жизни, зато всегда есть свобода и право выбрать, как с ними справляться". Я выбрала вложить эти 30 % не в негативную энергию, а в желание стать мамой, которая снова сможет вместе с дочкой строить шалаш в лесу, кататься на велосипедах по Нидерландам, петь и танцевать. Вот что мной двигало. Я объездила всю страну в поисках врачей, которые могли бы мне в этом помочь. Я перепробовала все: меня лечили электрошоком, я училась говорить и дышать по-новому… Я жаждала выздороветь. И у меня получилось.

Мой голос изменился, он изменил меня, полностью изменил мою работу, изменил всю мою жизнь. Мой голос стал красивее, богаче, теплее и глубже. По крайней мере, когда я пропускаю его через живот и душу. Тогда от него исходит тепло. Прежде чем выйти на сцену, я сознательно стараюсь вложить в свой голос душу, чтобы не быть просто "говорящей головой". В итоге я выгляжу более человечной и доступной, а также, возможно, более ранимой и понятной. Мне не приходится изображать из себя мисс Совершенство, которая все знает лучше всех. Это создает дистанцию, а я этого не хочу. Если мне просто хватает смелости быть собой, я устанавливаю связь с аудиторией. И я слышу это по звучанию своего голоса. Другой характер, глубина, атмосфера. В конце концов, вас как человека помнят главным образом за то, какое впечатление вы произвели на людей, а не за то, что вы сказали».

Продвигает в деле самая помеха делу, и ведет по пути трудность пути.

Марк Аврелий, римский император и философ-стоик

Часть II
Ментальный спектр

Эволюция стала возможной благодаря искажениям в общей системе. Эти искажения – люди с особенностями

Глава 5
Призыв к нейроразнообразию

Нейроразнообразие означает вариации или разнообразие когнитивных функций человека, то есть того, как работает мозг. Каждый мозг уникален – так же уникален, как отпечаток пальца, – и у всех нас разные навыки, потребности и способности. Нейродивергенция относится к типам когнитивных функций, которые не считаются типичными и отклоняются от нормы. Это часто означает, что нейроотличные люди сами по себе считаются «с отклонениями» или «с особенностями». Что странно, ведь за последние десятилетия, а то и столетия, довольно много ученых невольно разработали методы мышления, которые позволили бы им мыслить так же, как нейродивергентные люди.

Взять хотя бы широко известное латеральное мышление, которое в 70-х годах прошлого века описал психолог Эдвард де Боно. В основе этой концепции лежит предположение, что у решения задачи есть начальная и конечная точка и что нормальный человек склонен выбирать кратчайший путь между ними. Латеральное же мышление помогает искать решения неожиданными, обходными путями. Именно так работает мозг человека с СДВГ. Он не переходит от А к Б, а блуждает по всему алфавиту и приходит к удивительным, инновационным и неожиданным решениям.

При ближайшем рассмотрении многие техники творческого мышления практически имитируют работу нейроотличного разума. И это вовсе не изобретение нынешнего или прошлого века. Вы уже, наверное, догадались, что пример будет вновь римлян: уже в древности они владели приемами мышления, которые позволяли взглянуть на мир по-другому. Стоики исходили из предположения, что человек не выбирает происходящее, зато может выбрать, как на него реагировать. Если с ситуацией ничего невозможно поделать, остается только смириться. В этом смысле термин «стоицизм» попал в словари как философское направление, которое специализируется на претерпевании происходящего. Однако мышление стоиков устроено совсем не так. Они принимают только то, что не могут изменить. Например, бессмысленно испытывать иррациональную злость из-за штрафа за превышение скорости, потому что изменить прошлое все равно нельзя. Гораздо интереснее звучит такой принцип стоиков: каждое событие – повод взглянуть на ситуацию по-другому, извлечь уроки. Их девиз: невзгоды ведут к процветанию. Когда происходит что-то плохое, стоик не расстраивается, а старается обернуть ситуацию в свою пользу. Они считают важным навыком умение переосмыслить неудачу. Римский император Марк Аврелий писал в книге «К самому себе»: «Продвигает в деле самая помеха делу, и ведет по пути трудность пути». Как вы уже знаете, Лисбет Диллен черпает жизнестойкость из аналогичного принципа. Может показаться, что это противоестественный образ мышления для здравомыслящего человека, но для человека с признаками нейроатипичности он совершенно нормален.

Неудачи видятся стоикам как познавательный процесс, в ходе которого можно научиться принимать и переосмысливать ситуацию и тем самым приходить к иному взгляду на мир. Такой подход до сих пор признавали и использовали только философы, психологи, изобретатели и другие творчески мыслящие люди. Однако настало время оценить, как этот способ мышления применяют люди, которые изначально мыслят по-другому и естественным образом приходят к неожиданным решениям. Того же мнения придерживается и американский психолог Девон Макихрон, которая в интервью 2018 года призвала воспринимать нейроразнообразие не как недостаток, а как избыток. Более того, она даже заявляет, что нейроразнообразие – это часть «человеческого генома, и оно способствует эволюции человечества, гены аутизма и СДВГ – это не ошибка, а вариация в геноме человека, которая помогает прогрессу».

В последующих главах я опишу несколько неврологических расстройств, чтобы вы начали распознавать симптомы, искать свое место в спектре и выявлять способности, которые могут им сопутствовать. После этого я расскажу, как увязать свои особенности с работой. По этой схеме мы рассмотрим четыре нейропсихологических расстройства: СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), РАС (расстройство аутистического спектра), дислексию и ОКР (обсессивно-компульсивное расстройство).

Это не вы как инопланетянин, это ваши особенности с другой планеты

Глава 6
Расстройство аутистического спектра (РАС)

Да здравствует специалист!

Мы живем в обществе специалистов. Лучше всего это заметно на примере образовательной системы, где человека ускоренно подталкивают в одном направлении и делают акцент на достижении успехов в одной области. К счастью, именно такое общество – благодатная почва для людей с расстройствами аутистического спектра. Люди с этим диагнозом никогда не будут хороши во всем, но в некоторых вещах они определенно могут преуспеть. Обычно родители и учителя ставят своей жизненной целью найти этот дар.

Замечу, что это не призыв к еще более глубокой специализации. Сегодня в обществе наблюдается обратная тенденция: маятник качнулся в сторону универсалов, и я могу это только приветствовать. Ведь на самом деле у освоения только одной специализации есть свои пределы и существенные недостатки. Эта идея весьма убедительно раскрывается в двух знаковых книгах 2018 и 2019 годов – «Обманутые опытом: Почему широкий кругозор стал важнее глубокой специализации в одной профессии» Дэвида Эпштейна³ и «Полимат: Раскрытие силы человеческой универсальности» (The Polymath. Unlocking the Power of Human Versatility) Вакаса Ахмеда. Оба автора рассказывают о Homo universalis, классическим примером которого был Леонардо да Винчи. Чтобы создать одного да Винчи, как пишут авторы, нам потребовалось бы 13 специалистов из стольких же сфер. И Эпштейн, и Ахмед верят, что мир принадлежит универсалам. Только они обладают таким кругозором, который позволяет адаптироваться к стремительным переменам в современном мире. Таким образом, оба автора выступают за широту интересов и универсализм.

Тем не менее я считаю, что потребность в специалистах по-прежнему велика, хотя, безусловно, им необходимо находить и вдохновлять друг друга. Возможно, это взаимообогащение будет обеспечено как раз универсалами, которые помогут всем этим специалистам сработаться.

В любом случае для людей с аутистическим расстройством это хорошая новость, так как они могут и дальше развивать свой уникальный дар и становиться специалистами. Люди, наделенные одним ярко выраженным талантом, способны своими открытиями реально изменить наш мир. Насколько я понимаю, это относится и к тем, кто находится в левой части спектра (и, соответственно, не имеет диагноза, но обнаруживает в себе его признаки).

Среди известных людей с возможными признаками аутизма можно отметить Франца Кафку, Генри Форда, Стива Джобса, Винсента ван Гога, американского шахматиста Бобби Фишера, Авраама Линкольна, Билла Гейтса и др. Важное замечание: некоторым из них диагноз можно поставить только задним числом, на основе воспоминаний современников, поскольку термин «аутизм» впервые прозвучал только в 1943 году. Но можно поразмышлять, каким бы стал наш мир, если бы люди с признаками расстройств аутистического спектра не имели возможности проявлять свои особые таланты.

Что такое РАС?

Расстройство аутистического спектра (РАС) выделили и описали независимо друг от друга Лео Каннер в 1943 году и Ганс Аспергер в 1944-м. Лео Каннер, детский психиатр из Балтиморского университета, зафиксировал у 11 детей характерные симптомы, такие как отсутствие интереса к социальным контактам, сильная потребность в распорядке и ряд трудностей в обучении. С другой стороны, некоторые из этих детей обладали высокоразвитой памятью или речевой одаренностью. Австрийский педиатр Ганс Аспергер пришел примерно к таким же выводам. До недавнего времени термин «синдром Аспергера» использовали для описания детей РАС от легкой до тяжелой формы в сочетании с высоким интеллектом. Сам Ганс Аспергер называл детей, за которыми он наблюдал, «маленькими профессорами», потому что они могли долго рассказывать о том, что им нравится, демонстрируя поразительные знания и внимательность к деталям. Сегодня термин «синдром Аспергера» официально в психиатрии не используется, говорят только о расстройстве аутистического спектра.

Как следует из самого термина «расстройство аутистического спектра», оно включает в себя некий спектр. То есть каждый человек находится в определенной и уникальной, невозможной ни для кого другого точке спектра. Другими словами, аутизм бывает разной степени выраженности. Или, как говорит доктор Стивен Шор: «Если вы знаете одного человека с аутизмом, вы знаете одного человека с аутизмом». Из всех признаков аутизма больше всего известны негативные. Люди с РАС испытывают проблемы с налаживанием социальных контактов. Они выглядят неуверенными в себе, им трудно поддерживать беседу, нелегко сопереживать чужим чувствам: например, их искренние высказывания порой могут показаться неуместными. Кроме того, у них часто возникают проблемы с образным мышлением: они все воспринимают буквально.

Нашему сыну Ноа поставили диагноз РАС в возрасте шести лет. Был период, когда он испытывал повышенную тревогу, как будто его постоянно преследуют. Все началось рано утром за завтраком, когда он каждую минуту с тревогой оглядывался через плечо, проверяя, не стоит ли кто-то сзади. После многократных попыток разговорить Ноа мы наконец выяснили, что его так напугало: «В школе сказали, что Иисус всегда у нас за спиной». Нам стоило больших усилий объяснить ему, что эти слова не стоит воспринимать буквально. Однако этот случай стал наглядным примером, почему в разговоре с ним нельзя употреблять такие фразы, как «холод собачий», «бежать сломя голову» или «волк в овечьей шкуре». Кроме того, для аутизма характерна повышенная потребность в четком распорядке и подчеркнуто повторяющихся действиях. Люди с расстройствами аутистического спектра могут выполнять одно и то же движение много раз, и оно им не надоедает.

Считается, что мозг аутиста обрабатывает информацию несколько иным способом. Мозг отфильтровывает слишком мало, слишком много информации или вообще неправильно ее воспринимает. Это объясняет, почему люди с расстройствами аутистического спектра часто испытывают трудности с правильной обработкой сенсорной информации. Это может сказаться и на восприятии тела и координации движений, что выражается в некоторой скованности.

Но хватит о недостатках. Многие характеристики можно назвать талантами. Например, люди с расстройствами аутистического спектра могут обладать исключительным чувством языка, повышенным вниманием к деталям, высокоразвитой способностью к визуальному и пространственному восприятию, прекрасной памятью или талантом к организации и приведению в порядок окружающего их мира. Кроме того, они быстрее распознают закономерности. Обычно говорят, что один раз – случайность, два – совпадение, три – закономерность. Я сам иногда распознаю закономерности со второго раза, рискуя прослыть склонным к скоропалительным суждениям. Впрочем, те, кто знает меня лучше, понимают, что одно повторение может быть случайностью, но может и указывать на потенциальную закономерность. Я не претендую на 100 %-ное попадание – но в тех случаях, когда я оказывался прав, наша компания опережала конкурентов.

Доктор Аннелис Спек, специалист по аутизму у взрослых, давно настаивает на том, что сильные стороны людей с аутизмом важно подчеркивать: «Рост внимания к талантам людей с аутизмом помогает повысить их самооценку. Возможность заниматься тем, что у тебя хорошо получается, помогает обрести смысл в жизни, ведь ты приносишь пользу обществу».

Зачастую при диагностике слишком мало внимания уделяется тому, что у человека получается хорошо, в чем заключается его талант. А ведь именно эта информация крайне важна для дальнейшей интеграции в общество. По мнению авторов исследования «Способности у людей с синдромом саванта при аутизме: психометрические подходы и отчеты родителей» (Savant skills in autism: Psychometric approaches and parental reports), опубликованного в журнале Philosophical Transactions of the Royal Society, особые таланты встречаются у 28,5–62,5 % людей с аутизмом.