Kitobni o'qish: «Бесогон-2. Россия вчера и сегодня»
Фотография на переплете: © Вячеслав Прокофьев / Фото ИТАР-ТАСС
© Михалков Н. С., 2023
©Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.
***
«БесогонТВ» – история защиты истины. Поиски правды в нынешней непростой обстановке в мире, и особенно на международной арене, как никогда востребованы. Мы сталкиваемся со множеством угроз, включая «фальшивые новости», «постправду», бесконтрольную и агрессивную пропаганду, создающую искаженные образы в умах людей. Навести порядок в этом океане лжи – непростая задача. Решить ее может помочь только честность, искренность, прямота, неравнодушие и непоколебимая вера в торжество правды. Все это простым и ясным языком, аргументированно и спокойно доносит до аудитории автор «БесогонТВ» Никита Михалков».
С. В. Лавров, министр иностранных дел Российской Федерации
***
Дорогие друзья!
Наш «Бесогон» приветствует вас в книжном формате. Здесь, под одной обложкой, собраны выпуски за несколько лет. Мы говорили в них о разном. Тут наши «друзья» на Западе и их союзники внутри страны. Помпезный Ельцин-центр и чудеснейшие люди в многочасовой очереди на выставку художника Серова. Безобразия, даже трагедии, которые случались и все еще случаются в нашей жизни, – но и примеры высокого, истинного, не голливудского героизма жителей великой страны, России.
Насколько все эти темы и эти герои актуальны сегодня, несколько лет спустя? Решать вам. Но мне кажется, что изменилось, в сущности, немногое, несмотря на пандемию, охватившую весь мир. Ковид не ковид, а некоторые государственные деятели на Западе все так же не хотят укрепления нашей страны. Они делают все, чтобы не допустить этого укрепления. Так же активны их подголоски внутри России. С прежней наглостью наступает на нас совершенно безумная массовая культура, пытаясь вытеснить истинное, родное. Никуда не делись и отечественные бюрократы, а также казнокрады и взяточники. Но, слава богу, Россия по-прежнему богата хорошими людьми, которые в непростых ситуациях проявляют чудеса стойкости и героизма. Я хочу, чтобы они стали известны народу.
Кроме того, в книжном «Бесогоне» вы найдете завязку некоторых сюжетов, которые продолжают развиваться на наших глазах. Например, связанных с ситуацией на Украине.
Ну и конечно, всех по-прежнему жду у экранов телевизоров и компьютеров. Программа «Бесогон» продолжает жить и бороться, уже больше 10 лет, и в эфире, и на книжных страницах! Сдаваться не собираемся.
Ваш Никита Михалков
«Все ли экономическое на экономическом форуме и зачем стояла очередь на Серова?»
Я не экономист. Но я живу в нашей стране, я слушаю, читаю, смотрю, чувствую. И у меня возникают вопросы, сомнения и разочарования. Я говорю сейчас об экономическом Гайдаровском форуме. Я не хочу обсуждать личность Егора Тимуровича Гайдара. Все стало достаточно очевидно за минувшие годы. Согласитесь, словосочетание «Гайдаровский экономический форум» у большинства нашего населения вызывает саркастическую ухмылку. А кто-то взрывается тирадой не очень хороших слов…
Но сейчас речь не о том, что было обнищание. Были и жестокость, и равнодушие, и пренебрежение к людям, которые жили по другим правилам, а их сразу окунули, не подготовив, в совершенно иную жизнь. Сегодня, казалось бы, все точки над i в характеристике того времени расставлены…
Но вот Гайдаровский форум: о чем там говорят сегодня? И кто говорит? Из этих речей возникает довольно печальная картина нашего существования. Это хорошо, что мы слышим правду. Но у меня возникает некое недоумение: практически все те, кто делал в России экономическую революцию, спустя двадцать лет рассказывают нам о том, что сейчас плохо, а будет еще хуже. Согласитесь, тут есть какая-то неловкость.
Я еще понимаю: были одни, напортачили, пришли другие, рассказали, что те напортачили, и сделали лучше. Но это те же люди!
Например, Герман Греф. Образованнейший человек, прекрасный оратор, был в свое время министром экономического развития и торговли. Сегодня он глава крупнейшего банка – Сбербанка. Вот его слова: «Мы проиграли конкуренцию, мы оказались в состоянии стран, которые проигрывают, в стане стран-дауншифтеров. Что с этим можно сделать? Нужно изменить все государственные системы. Нужно изменить государственные институты».
Владимир Рыжков – политик, историк. Был депутатом Государственной думы, медийное лицо. Вот что он сказал на Гайдаровском экономическом форуме: «Я утверждаю, что к осени этого года сложатся все предпосылки как для массовых протестов, так и для тяжелых неудач партии власти на выборах в Государственную думу. Это означает, что оппозиция сможет мобилизовать массовые акции протеста и в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в других крупных городах. Речь может идти о сотнях тысяч людей. Я убежден, что экономический кризис перерастет в политический кризис, и я бы хотел призвать всю оппозицию, какого бы цвета и оттенка она ни была. Мой призыв к оппозиции – дерзать! Если оппозиция на всех уровнях будет дерзать, она преуспеет».
Андрей Нечаев, один из тех, кто был у руля в то время, когда происходила экономическая революция в новой России. Вот что он говорит сегодня: «Я глубоко убежден, что кризис, который мы сейчас переживаем, имеет не конъюнктурный, не циклический, а глубоко системный характер, это абсолютно очевидный признак тупиковости той модели экономического развития и социального развития, которая была выбрана в середине “нулевых” годов, и подтверждением этого является то, что падение основных макроэкономических показателей у нас началось с 2012 года, то есть задолго до всего обострения геополитической ситуации, до санкций, до событий на Украине, и даже до болезненного для российской экономики падения цен на нефть. Есть, безусловно, протестные действия, в том числе нарастающие по конкретным поводам. Вот когда эти протестные действия по локальным поводам объединятся с протестом по экономическим причинам, тогда, как мне представляется, политические риски резко возрастают. Я не могу здесь разделить оптимизма моего доброго друга и единомышленника Володи Рыжкова, что это произойдет уже к осени, я не исключаю, что это произойдет позже, но рано или поздно это не может не произойти. Ну мы с вами прекрасно помним, что, когда Россия вступила в Первую мировую войну, – тогда, правда, слова “рейтинг” не было, но популярность Николая II была фантастической. Рабочие делегации приходили с выражением поддержки, женщины падали на колени, целовали полы френча, и в современных терминах рейтинг был, наверное, 101 %. Через два с небольшим года его не защищала даже личная охрана. Поэтому рейтинг – это вещь такая очень условная и очень проходящая».
А вот еще цитата, принадлежащая Нечаеву: «У товарищества нет другой цели, кроме полнейшего освобождения и счастья народа, то есть чернорабочего люда. Но, убежденное в том, что это освобождение и достижение этого счастья возможно только путем всесокрушающей народной революции, товарищество всеми силами и средствами будет способствовать развитию и разобщению тех бед и тех зол, которые должны вывести, наконец, народ из терпения и пробудить его к поголовному восстанию… Наше дело – страстное, полное, повсеместное и беспощадное разрушение».
Я понимаю удивление и возмущение людей, в сознании которых эти слова соединились с образом Андрея Алексеевича Нечаева, нашего современника. Нет. Эти слова принадлежат другому Нечаеву, Сергею Геннадьевичу, и написаны они в 1869 году. Это знаменитый «Катехизис революционера». Кстати, одна из любимых книжек Иосифа Виссарионовича Сталина в молодости.
Вы не видите здесь некой связи? Вы не видите, как экономический форум становится политической трибуной? Подталкивающей к протестам народ, который живет сегодня в тяжелейших условиях, под жесточайшими санкциями – с падением цены нефти, с падением рубля… К тому, о чем великий Пушкин писал: «Русский бунт – бессмысленный и беспощадный».
И посмотрите, как ловко используются сегодняшние болевые точки. Спикеры форума заявляют: «Я предупреждал, мы говорили об этом!» Но, господа, помилуйте! Не вы ли были все это время у штурвала экономического развития страны? Либо вы говорите: «Мы уходим, у нас не получилось, нам не дали». Либо вы должны отвечать за то, что происходит, а не констатировать катастрофическое положение. Тем более не предрекать сурово волнения, революцию, беспорядки, бунт, кровь, бесчинства и так далее. Я абсолютно убежден, что, если, не дай господь, завяжется что-нибудь братоубийственное, мы не увидим в первых рядах бунтующих тех, кто сегодня призывает народ выйти на площадь.
Либо вы говорите: «Мы уходим, у нас не получилось, нам не дали». Либо вы должны отвечать за то, что происходит, а не констатировать катастрофическое положение. Тем более не предрекать сурово волнения, революцию, беспорядки, бунт, кровь, бесчинства и так далее. Я абсолютно убежден, что, если, не дай господь, завяжется что-нибудь братоубийственное, мы не увидим в первых рядах бунтующих тех, кто сегодня призывает народ выйти на площадь.
Какую же альтернативу предлагают люди, недовольные происходящим?
«Первое, и самое главное, что требуется, – убрать российские войска с чужих территорий – c Украины, из Сирии, из Южной Осетии и Абхазии; вернуть Крым Украине, Южную Осетию и Абхазию – Грузии, Приднестровье – Молдове. Объявить с трибуны ООН о намерении Москвы стать безъядерной державой и предложить Соединенным Штатам и ЕС выкупить все имеющиеся в России ядерные боезаряды. Ликвидировать вооруженные силы наступательного характера, а вместе с ними и ОМОН, как репрессивный аппарат власти. Провести люстрацию судебно-прокурорской системы. Распустить Государственную думу и Совет Федерации, запретив баллотироваться в новые органы власти всем, кто занимает в настоящее время руководящие посты или имеет депутатский мандат».
То есть это полная смена власти. Те, кто был у власти, выметаются из нее и приходит – кто? А вот те самые, которые предложат выкупить Соединенным Штатам и ЕС наши ядерные боеголовки.
«Пригласить в Россию западных менеджеров для управления крупными компаниями и работы в министерствах. Переформатировать федеральное деление России и создать восемь-десять крупных губерний с максимально независимым от центра управлением. Провести гласные суды над всеми государственными и военными преступниками.
В конце минувшего года одно из самых авторитетных американских аналитических агентств, “Стратфор”(Stratfor), опубликовало доклад, в котором прогнозируется распад России в ближайшее десятилетие в силу многих экономических и политических причин. Центробежные силы очень скоро превзойдут силы центростремительные. Обескровленная Москва в отсутствие финансовых ресурсов не сможет удержать регионы под своим контролем: вассалы остаются верноподданными до тех пор, пока их кормят с “барской руки”. Как только эта рука оскудеет, они побегут искать другого господина».
Братцы, это про нас с вами. Более ста сорока миллионов вассалов. Вы посмотрите, с каким унизительным пренебрежением говорится все это. Мы, потерявшие эту «барскую руку», с которой нас кормят, кинемся искать другого хозяина. Это насколько же нужно не понимать, что такое русский человек! Или специально навязывать нам определенную модель действий. Вот в чем, наверное, самая главная их задача.
Выше процитирован отрывок из статьи «Россия и Запад: по скользкому льду». Опубликована она 10 января 2016 года, автор текста – Герман Обухов. Кто это? Это координатор международной антипутинской коалиции «Стоп фашизм в России», автор «Радио Свобода», российский правозащитник, бывший советский диссидент, председатель Международного антивоенного форума политзаключенных СССР и стран Варшавского пакта, сопредседатель российского общества политзаключенных. Гражданство у него двойное: российское и, правильно, американское. Он не был участником форума, но вы посмотрите, как рифмуется то, о чем говорит господин Обухов, с тем, что говорили на форуме экономисты и политики. Как они подводят нас к тому, что предлагает Обухов: уберите пушки, дайте масло, распилите самолеты, отдайте боеголовки, дайте колбасы. Чем больше колбасы – тем свободнее народ. Потрясающая логика потребления! Она исключает самосохранение народа. Не самосохранение этих господ – они-то будут в порядке. Они уже свое накопили. Самосохранение всех остальных – страны, Русского мира.
Это напрямую смыкается с удивлением и даже недоумением госпожи Олбрайт в бытность ее одним из руководителей Соединенных Штатов по поводу того, насколько велика Россия. Несправедливо, чтобы такие территории, как Сибирь и Дальний Восток, принадлежали России. Оставить Москву, Санкт-Петербург, Тулу. И то – Тулу надо забрать, там оружие делают…
Это, конечно, никак не вписывается в наши представления о будущем страны. Не такой мы хотим ее видеть. Тем более не такой ее видели те, кто проливал за нее кровь.
Вот как это оценивает публицист Егор Холмогоров: «Либеральный инстинкт потребления, занявший в нашем “великом парламенте инстинктов” кресло настоящего диктатора, у которого нет места для дискуссий, требует немедленно заткнуться от робко заявившего о себе инстинкта самосохранения.
Инстинкт самосохранения напоминает, что нации, не способные защищать свои интересы с оружием в руках, идут на шашлык. Что нации, которые не способны создать современную развитую промышленность и всецело зависимые от импорта и в своем экономическом цикле, и в своем жизненном стандарте, даже на шашлык не идут – их пускают на корм собакам. Что нации, подвергающие себя самокастрации путем отказа от промышленной и от демографической политики, вряд ли проживут долго.
Все эти простые истины инстинкта самосохранения полностью перебиваются основным либеральным инстинктом – потреблять.
И сегодня те же люди, которые уничтожали производительные силы нашей экономики, нехорошо посматривают по сторонам с вопросом: “А давайте кого-нибудь съедим, а потом откроем ворота?”
В осажденной крепости первое и важнейшее условие, чтобы благополучно пережить осаду, – вовремя нейтрализовать всех любителей открывать врагу ворота и всех людоедов».
Мы понимаем, что все это говорится во благо народа, ведь народу трудно, народ переживает тяжелые времена… Ну хорошо, забудем, что кто-то считает его вассалом, который ест с «барской руки», а если что, бежит к другому барину. А какому же именно народу хотят помочь ораторы?
Очень точно, сама этого не подозревая, о таком народе сказала писательница Людмила Улицкая: «Нам очень повезло, потому что Альберту Швейцеру пришлось ехать в Африку, бросить Баха и уехать лечить диких, грязных, больных дикарей. Нам никуда не надо ехать, просто достаточно выйти из подъезда. И вот мы уже в Африке, и Африка вокруг нас стонет, воет, бесчинствует, и очень несчастна, и очень нуждается в каком-то отношении к себе».
Вдумайтесь: госпожа Улицкая не видит необходимости, как доктор Швейцер, ехать в Африку к аборигенам, к дикарям, к туземцам. Зачем куда-то ехать? Ты спустился на лифте вниз, открыл дверь, и вот они здесь. Эти дикари, аборигены, туземцы, мало что понимающие, которым нужно очень помочь. А помочь им нужно так: собрать и пустить на бойню. Не пытаясь вместе с ними искать ответы на вопросы и искать выход из сложного положения. Что будет? Смена всего. Не про власть говорю. Я говорю о том, что они хотят «раскачать» нашу страну, Россию.
А что же эти аборигены по формулировке госпожи Улицкой?
Вот стоит огромная очередь. За чем? За колбасой? За водкой? Нет. Люди стоят на выставку художника Серова.
Это трагическое известие для тех, о ком я говорю! Первый удар был нанесен им 9 мая, когда несколько миллионов человек вышли с акцией «Бессмертный полк». Сколько обрушилось на них мерзости, как шельмовали «Полк», «ложь, вранье, купленные, обманутые, водкой поили, носят портреты одних и тех же». И так далее, и так далее. А кругом ОМОН, и автозаки, «их привезли сюда из тюрем»… вот это все.
А теперь еще очередь на выставку. Знаете, почему люди стоят на морозе несколько часов, чтобы увидеть картины Валентина Серова?
Михаил Ямпольский, философ, культуролог, считает: «Вообще говоря, это неинтересный художник, но там висит много всяких великих княгинь, каких-то знаменитостей, такой бомонд Российской империи ее конца, возле каждого портрета краткая биография портретируемого, какая княгиня, или из какой семьи богатеев, и так далее. Все стоят, читают это и восхищаются светской жизнью ушедшей империи. Третьяковка нащупала интерес людей, который лежит вне искусства… Весь этот миф поздней Российской империи тебе дается, ты ходишь и кайфуешь».
Сергей Медведев, журналист: «Эпическая сила искусства, словно финал “Парфюмера”. Это должно было произойти. Вообще ажиотаж вокруг выставки Серова заслуживает анализа. Я был там в ноябре, и уже тогда в воздухе висело нездоровое оживление, большинство пришло явно не за искусством, а за сеансом имперской ностальгии и идентичности, как на выставке “Романовы”. И как обычно, ресентимент кончается истерикой, выломанной дверью и разбитым носом».
Александр Архангельский, журналист: «Духовность на марше. Народ – двереносец».
И таких высказываний масса. Ситуация рассматривается в кривом зеркале. Флешмоб, «купленные люди», наваждение, алкогольный синдром и так далее. И никому не приходит в голову – а может, и приходит, но не хочется, чтобы это было правдой, – что люди просто стоят на выставку великого русского художника посмотреть, почувствовать, услышать его.
Вот несколько высказываний людей, стоящих в очереди на выставку.
«Я, честно говоря, пришла потому, что мои коллеги ходили и говорили, что выставка прекрасная. Я люблю Серова, поэтому я решила сходить, привела ребенка».
«Дело в том, что я видела не все картины знаменитого художника, и мне очень интересно посмотреть эти картины, собранные со всего мира, его цветовое решение, как он компонует… Это сейчас все актуально».
«Мы из Санкт-Петербурга. Поехали специально… Все говорили, что мы сумасшедшие, три часа в очереди стоять…»
«Ну я уже была, но решила еще раз сходить. Когда она еще будет… Лет через 50 только».
«Я второй раз уже собираюсь, потому что первый раз я не успела посмотреть графику Серова».
«Я пришел второй раз. Я был в ноябре, сейчас еще моя сестра подойдет. Такое нельзя пропустить».
«Посмотреть вживую живые картины, потому что, кто уже был на выставке, говорит, что картины, лица светятся».
«Я из Италии, изучаю русский язык и литературу. Пришел на выставку и стою уже полтора часа. Холодно, смертельно холодно. Но, знаете, это здорово, что люди здесь так ценят творчество. Я не могу представить, чтобы что-то подобное происходило в моем городе и, наверное, ни в какой другой стране».
И обратите внимание: «черные пятницы», когда стоят сотни людей, давя детей, корежа стариков, чтобы схватить стиральную машину за полцены, или всю ночь на ладонях пишут номера, мерзнут, чтобы купить за бесценок какую-нибудь тряпку или какой-нибудь прибор. Или очереди в магазине, где продается новый айфон, которые занимаются с ночи, и потом, как только раскрываются двери – сносят не только двери, здания сносят, чтобы скорее получить вожделенный гаджет. Это не обсуждается. Это нормально. Это цивилизация. Это потребитель. Но очередь за Серовым – это как раз очередь настоящего самосохранения.
Очередь за Серовым, эта как раз очередь настоящего самосохранения.
Моя приятельница рассказывала, что ее подруга 1 января решила пойти с ребенком на выставку Серова в 12 часов дня в надежде, что в это время люди еще отсыпаются. Пришла туда, а там уже километровая очередь стоит.
Что касается высказываний либералов об этой очереди, среди них есть истинный шедевр. Это реплика Ксении Лариной: «Об очереди. Это уже не в первый раз я о ней думаю. Поскольку я сама – из поколения очередей. И не только за колбасой и туалетной бумагой. За “духовкой” советские люди тоже стояли часами: на выставку Глазунова в Манеже, на выставку достижений американского хозяйства за значками, пакетами и стаканом “кока-колы”, за билетами на Таганку и в “Ленком».
У меня в семье очереди презирали, из всех видов очередей признавались только очереди в поликлинике – с книжкой в руках, надолго, как неизбежное. И очередь на елочном базаре. Это уж совсем иная история.
Больше ни в каких очередях мы не стояли. Это стойкое отвращение к самой мизансцене – упираясь друг другу в спины, угрюмо топтаться в течение нескольких часов, да еще и отмечаться, да еще и номер записывать – невозможно объяснить ничем, кроме как эстетическим неприятием, ничем не мотивированным. Я только потом, повзрослев, поняла, что мои родители, мои бабушки и дедушки не могли принять этой унизительной формы, которую так культивировало государство: чтобы получить что-то, надо попросить это, поваляться в ногах. Этой формулы моя семья не принимала. И как-то справлялись. Не голодали. И газетами не подтирались. (с чем я и поздравляю. – Н. М.) У меня до сих пор сохранились талоны на питание – на масло, на спиртное, на сигареты, на сахар – я ничего не “отоварила”, потому что было противно стоять в этой очереди на “отоваривание».
Все что угодно, только не очереди.
Но было и исключение, в котором признаюсь без стыда: я стояла в очереди в “Макдоналдс”, в той самой, в первой очереди, зимой 1990 года! И поверьте, дети, это была не давка за гамбургерами, не очередь за американской хавкой – это была очередь за свободой. Открытие “Макдоналдса” в мрачной, холодной, голодной Москве – это была акция не столько гуманитарная, сколько гуманистическая, нас включали в свободный цивилизованный мир, признавали нас его полномочными гражданами, и это событие было куда важнее самого факта еды.
Это была самая прекрасная, самая духовная и самая беспонтовая очередь в моей жизни».
Вы, Ксения, конечно, лукавите: ваша мама работала во «Внешторге», и, думаю, там были очереди поменьше, и продукты подешевле. Но не об этом речь.
Очередь на выставку Серова, покупка абонементов в филармонию, а их уже купили на шестьдесят с лишним миллионов рублей! – это самосохранение людей, это их отдушина. Это ответ тем, для кого самой счастливой очередью была очередь в «Макдоналдс» за гамбургером и свободой.
Я приведу несколько цитат из текста журналиста Натальи Осиповой: «Действительно, непорядок. Что называется, слышен треск разрываемых шаблонов. Люди не за водкой стоят, не в обменник, не за гонораром на путинг, а к русскому классику Серову. Нет ли в этом какой-то большой беды? Действительно, стояли тихо, смиренно, как к Поясу Богородицы…
Серов в некоторых картинах вызывает почти религиозное чувство. “Девочка с персиками” как икона Русского мира, который был да сплыл. После мороза и легкой муки обретение себя в летнем серовском раю – как второй акт перформанса, который невозможен без первого…
Хотя, собственно, ничего манифестирующего в картинах Серова нет. Взгляды, пальцы, голубоватые жилки в сгибе локтя, румянец, живое, полнокровное, изысканное, переменчивое, дерзкое. Художник, который умел написать человеческую судьбу. Еще не зная о том, как она сложится…
Например, “Портрет Николая Второго” – хрестоматийный пример. В картине есть все, что случится потом. И даже то, что думает человек из января 2016 года, стоя в зале Третьяковки на Крымском Валу…
В какой-то момент, стоя в хороводе портретов, понимаешь: и это же и есть “люди с хорошими лицами” – дворяне, предприниматели, гении русского искусства, врачи, композиторы, певцы, крестьяне, благотворители, матери семейств, юноши, дети. Много лет должно пройти, чтобы стоящие у картины увидели в девушке, освещенной солнцем, себя, а не чужую барышню другого сословия. Дети Боткина и маленькие великие князья – это дети с соседней улицы, теперь все дети выглядят так.
«Какие-то не очень устроенные женщины в основном, конечно, стоят и любуются на эту красоту двора», – говорит философ Михаил Ямпольский, посетивший выставку. Все ровно наоборот. Не чужие, а свои. Красота присвоена наследниками, хоть и не по прямой. Потомками деревенских баб, которые румянятся на картинах Серова, в тот же самый кусачий мороз…
Потомки и предки встретились в Третьяковке. И это самое интересное в выставке: смотришь уже не на картины, а на людей, смотрящих на картины. Портреты заговорили».
Сказано удивительно точно, и посмотрите, как это перекликается с тем самым «Бессмертным полком», где произошло соединение прошлого и настоящего с будущим. Когда совсем молодые ребята, дети, несли над головой портреты своих предков, которых они никогда не видели. И это было страшно для тех, кто не хочет чувствовать единство, идущее через века. Кто хочет его разрушить, кому оно мешает, потому что если это единство будет существовать, очень трудно будет превратить Россию в несколько административных образований.
Совсем молодые ребята, дети, несли над головой портреты своих предков, которых они никогда не видели. И это было страшно для тех, кто не хочет чувствовать единство, идущее через века. Кто хочет его разрушить, кому оно мешает, потому что если это единство будет существовать, очень трудно будет превратить Россию в несколько административных образований.
И действительно, послушайте этих людей, которые пришли на выставку. Посмотрите на эти лица, посмотрите, как они связаны с тем, о чем говорил в своих портретах гениальный русский художник Валентин Серов.
А теперь давайте представим себе, какое первое слово он бы сказал, если бы ему довелось прочесть откровения «девочки с бигмаком»?
«О мнимой и истинной конъюнктуре»
В «Интерфаксе» вышло мое интервью, в котором я, в общем, не говорю ничего нового, просто повторяю то, во что верю, о чем думаю, что меня волнует.
Ровно через час после выхода грянул шквал интерпретаций и комментариев. Одни только заголовки чего стоят:
– «Михалков требует признать преступной политику Горбачева и Ельцина»,
– «Михалков предложил осудить Горбачева и Ельцина»,
– «Никита Михалков предлагает осудить политику Михаила Горбачева и Бориса Ельцина на государственном уровне»,
– «Михалков предложил судить Горбачева»,
– «Михалков призвал судить Горбачева и Ельцина за политические преступления».
И так далее. Огромное количество комментариев, репостов и мнений было по этому поводу.
И это меня удивило, честно вам скажу. Удивило настолько, что захотелось об этом поговорить.
Ну хорошо, кто-то читает бегло – прочел и забыл. Кто-то вообще не читает, только слышит. Но уж коль вы, известные люди, выходите, так сказать, в свет, в прессу, в социальную сеть, в интернет со своими мнениями, то вы хотя бы потрудитесь прочитать до конца то, что вы осуждаете или обсуждаете! Или хотя бы вникните, что там говорится. Вот цитата из моего интервью, за которую уцепились многие: «Я уверен, что ничего невозможно построить, не расчистив площадку. А расчистить площадку – это на государственном уровне признать преступления Горбачева и Ельцина. Они совершили реальное преступление. Вольно-невольно, руководствуясь амбициями – не амбициями, сейчас не об этом речь. Их свершения привели к развалу нашей страны! И это самая великая геополитическая катастрофа, случившаяся за сто лет».
Это высказывание стало поводом обвинить меня в двуличии, во лжи и в конъюнктуре.
Вот что пишет господин Бурбулис, российский государственный деятель, первый и единственный Государственный секретарь РФ, оказавший большое влияние на политику Российского государства в тот период: «Михаил Горбачев и Борис Ельцин дали России свободу слова, свободу совести – каждый имеет право высказаться на любую тему. Каждый гражданин имеет право на свои убеждения и мнение. Это одно из достояний, которое добыто Горбачевым и Ельциным. Я за то, чтобы осмысливать и изучать, за то, чтобы беречь народное мнение в форме системного объективного анализа истории».
Наукообразно, как это присуще господину Бурбулису.
Я хотел бы сказать несколько слов о свободе слова вам лично, господин Бурбулис. В 1992 году у меня была передача «Перекресток». Она вышла только единожды. Я думаю, вы, уважаемые читатели, поймете, почему ее не стало. Вот фрагмент:
«…“Важные проблемы, встающие в ходе уяснения места и роли сознания в коммунистическом воспитании человека, могут быть осознаны только с позиции марксистско-ленинского обществоведения, в частности, задач формирования научного материалистического мировоззрения в условиях современной идеологической борьбы, обеспечивая единство знаний и убеждений, слова и дела, о котором говорилось на XXV и XXVI съездах КПСС. Это не может быть рационально и конструктивно осмысленно без обращения к методологическому арсеналу диалектико-материалистической философии. Сегодня марксистско-ленинская философия позволяет избежать схоластического теоретизирования…”. Я не буду продолжать цитировать, потому что я не понимаю, что здесь написано. Важно другое. Я хотел бы задать вопрос: как вы думаете, кто автор этих строк? Думаю, что можно было бы назвать много кого, начиная с секретаря ЦК Коммунистической партии Советского Союза, секретаря дружественной партии и так далее. Но эти слова принадлежат философу-марксисту, и зовут его Геннадий Эдуардович Бурбулис, а написаны они в 1981 году. Почему написаны? Не под пистолетом, не в пыточной, не в тюрьме, не на галерах, не под страхом быть разжалованным или изгнанным, а совершенно осознанно написаны эти слова человеком, который строил свою жизнь и свое будущее именно на марксистско-ленинской философии. Практически тот кабинет, который он занимает сегодня, мог стать будущим господина Бурбулиса, если бы не случилась перестройка.
Бурбулис говорит: “Нас сегодня, конечно же, объединяет не чувство безысходности, а чувство победителей над этим, достаточно унизительным, прошлым – советским коммунистическим. Богатейшая страна с талантливейшим народом оказалась в тупике мировой истории, понеся при этом, конечно же, плату за все человечество”.
Так вот почему сейчас мы не обвиняем господина Бурбулиса в том, что он предал идеалы коммунизма? Или же почему мы не ставим вопрос, когда его позиция была искренней – тогда, когда писались эти слова и на этом строилось будущее, долгая счастливая жизнь, или сегодня, когда победило абсолютно противоположное мировоззрение, зеркально противоположные идеи при единстве целей».
Вот это о свободе слова, Геннадий Эдуардович. Эта передача была запрещена – боюсь, не без вашего ведома, если не участия. И чтобы это не выглядело как политическая цензура, ее запустили один раз, в два часа ночи, а после этого устроили обсуждение. Притом меня на обсуждение не позвали, сославшись на то, что «неудобно так поздно беспокоить маэстро». Больше этой передачи никто не видел. Это – про свободу слова. А про свободу совести – вы тоже правы. Потому что достаточно людей, и тогда, и сейчас, действительно свободных от того, что называется совестью.
Пойдем дальше. Господин Сысуев, бизнесмен, политик, первый заместитель председателя совета директоров Альфа-банка, бывший мэр города Самары, заместитель председателя правительства Российской Федерации в 1997–1998 годах, первый заместитель руководителя Администрации президента Российской Федерации в 1998 году. Мой хороший знакомец, вот что онпишет:
«Я являюсь свидетелем того, что Никита Сергеевич – соучастник преступлений, во всяком случае, Ельцина, это на 100 %. Объясню почему. Потому что, когда я был мэром немаленького города Самары, перед выборами 1996 года Никита Сергеевич Михалков, в том числе и в Самару прилетел на арендованном у спецотряда “Россия” самолете в качестве участника кампании “Голосуй или проиграешь”. И, в общем, его задачей было сказать о том, что нам не надо коней на переправе менять. Конем, естественно, представлялся Борис Николаевич Ельцин».
Ну, справедливости ради, давайте, Олег Николаевич, посмотрим, кто же еще баллотировался и претендовал на пост президента страны, кроме Ельцина? Геннадий Зюганов, Александр Лебедь, Аман Тулеев, Григорий Явлинский, Владимир Жириновский, Михаил Горбачев, Юрий Власов, Владимир Брынцалов.
Это значит, на место Ельцина, уже пробывшего один срок, мог прийти кто-нибудь из этих людей. В 1996 году, Олег Николаевич, привожу цитату специально для вас, в моем интервью было сказано: «Я голосовал за Ельцина. Я не считаю Ельцина идеальной фигурой. Но он мужественный человек. Он не рвал партбилета перед телекамерой, когда это было уже разрешено. А кроме того, снять сегодня ответственность с Ельцина – это дать ему возможность сказать: “Извините, четыре года, из которых два с половиной ушли на выяснение отношений, – не срок». Я избирал Ельцина четыре года назад, и я не хочу лишать его ответственности».
Но это абсолютно не снимает претензий к Борису Николаевичу, и к его политике, и ко всем тем, кто его окружал. А коней на переправе в той ситуации менять было бы просто опасно.
Обратим внимание еще на одну деталь. Кто-нибудь знал про то, что откроется со временем, как сможем мы в перспективе увидеть произошедшее, оценить его? Я – не знал. Надеюсь, что и вы, Олег Николаевич, тоже не знали. Потому что, если вы это знали, то тут действительно преступление: зная все, избирать того, кто в случившемся виноват. Но ведь наверняка были люди, которые знали, куда мы идем и что мы делаем. Были люди, которые руководили политикой страны. Вот господин Нечаев, министр экономики России в 1992–1993 годах, говорит: «Теории, как переходить от капитализма к социализму, не было, практически не было и практики. Ельцин имел какой-то удивительный внутренний механизм, такое удивительное внутреннее чутье, которое позволяло ему понимать и адекватно оценивать те вещи, которые мы ему предлагали. Ну например, он не сразу научился правильно выговаривать налог на добавленную стоимость, которую мы как раз ввели в рамках налоговой реформы. Но понял, почему его нужно было вводить и почему это спасет налоговую систему. И таких примеров я могу привести десятки».
А вот свои опасения высказывает Сергей Александрович Филатов, бывший глава Администрации Президента Российской Федерации: «Это не случайно, эти заявления не инициированы самим этим человеком (то есть мной. – Н. М.). Мне кажется, это организованно идет. Потому что, когда такие заявления делаются, значит, что-то готовится. Я живу все эти годы в тревоге, потому что эта власть действительно может все сделать. Не случайно настроения людей меняются. Не случайно опросы общественного мнения показывают, что люди хотят Советский Союз опять. На самом деле то, что он говорит (то есть я. – Н. М.), – это и есть преступная деятельность».
По его словам, высказывания Михалкова и есть преступление. Вы совершенно правы, Сергей Александрович. У вас есть опыт участия в стае, опыт гона. Когда стая гонит одного, потому что он думает и делает по-другому. Поэтому вы боитесь, вы знаете, как это бывает. Как это было с Руцким, когда не вы ли лично по телевидению – я это сам слышал и видел – объявили, что на даче Михалкова прячется Руцкой, его семья и руцкистская банда?
Но я должен вас огорчить. А может, обрадовать и успокоить. Никто ни наверху, ни внизу, ни слева, ни справа, кроме тех, с кем я работаю, – моих друзей, – ничего не знает о том, какой будет наша следующая программа. И это не результат продуманной тактики – запустить вперед некую информацию «через Михалкова». Это мое личное мнение и мнение людей, с которыми я работаю. А как выясняется, еще и мнение огромного количества людей, которые отзывались и отзываются на наши передачи.
А вот еще две цитаты. Одна – из реплики господина Навального, который уличает меня в двуличии, во лжи, в том, что я тогда говорил одно, сейчас другое. Он пишет: «Дорогой Никита Сергеевич Михалков! Такой, гм… херней даже Сергей Сергеевич Паратов заниматься бы не стал. Стыдно».
И господин Сванидзе, журналист, историк, который выступил на «Эхе Москвы»: «Я не помню, чтобы Михалков в 90-е годы объявлял содеянное Горбачевым, Ельциным преступлениями, вот не помню. Я не вижу другого повода, почему это сказано именно сейчас, кроме как чтобы понравиться начальству, даже если само начальство не просит об этом. От некоторых его заявлений по степени конъюнктурности просто тянет жириновщиной абсолютной».
Мне и господин Горбачев, и господин Нечаев предлагали не заниматься политикой, а заниматься своим делом. А я и занимаюсь своим делом. К сожалению, довольно часто оно со временем становится политикой, но не по моей вине – так устроено время. Поэтому я предлагаю вам фрагмент из документального фильма, который я снимал не только как кинорежиссер, но еще и как гражданин моей страны, который так или иначе оценивает то, что происходит, размышляя, задумываясь, задавая вопросы, отвечая на вопросы. И очень надеюсь, что этот эпизод поможет многим зрителям разобраться в том, на чьей стороне правда. Это картина «Анна: от 6 до 18». Начинается фрагмент событиями августа 1991 года.
«Владислав Листьев: «Это здание Верховного Совета России. Как видите, все люди, которые сидят за этим столом и которые сейчас вещают в прямой эфир для людей, собравшихся вокруг Белого дома, вам знакомы: это Виктор Ярошенко, Никита Михалков, Александр Любимов. Здесь, в этой радиорубке, сегодня перебывало множество людей, деятелей культуры, науки, которые выражают свой взгляд на происходящее в течение двух дней. Никита Сергеевич, что вы сейчас сказали в обращении к тем людям, которые сейчас окружают это здание?»
Никита Михалков: «Вы понимаете, я попытался сказать, что те, кто меня знает, знают, что я никогда не был ни крайним, ни левым, ни правым. Я никогда не выступал на митингах и считаю, что каждый человек должен делать свое дело на своем месте. Но дело не в этом. Я здесь сейчас потому, что я считаю: да, нужно наводить порядок. Но кому и как? Вот это вопрос серьезный».
Тогда в августе 1991 года погибли три человека… В том августе эти российские люди действительно спасли Союз. Но для чего? Для того, чтобы через три месяца окончательно разрушить его своими же руками?
В первый раз уже экс-президенту великой державы не налили в чашку чаю, потому что по доброй большевистской традиции он был уже никто. Как часто мы забываем простую древнюю мудрость – обращайся с людьми так, как ты хочешь, чтобы они обращались с тобой.
Итак, эра перестройки кончилась. В стране объявили демократию. Но, как и перестройку, демократию у нас в России люди тоже поняли как-то по-особенному.
Помните, мы были в гостях у Сережи Пенкина, в холодной “стекляшке”. Так вот теперь его день рождения транслируется на всю страну по Первому каналу государственного телевидения. А сам он время от времени поет даже в Кремле3.
Сергей Пенкин: «Я думаю, что надо больше проводить таких вечеров, балов. Как во времена Пушкина, Онегина. Когда люди ездили друг к другу в гости, на балы. Это так интересно, это так весело. Я думаю, что это должно входить в наш обиход».
Время, когда в людях засыпает человеческое достоинство и стираются представления о чести, когда за деньги можно продать свои офицерские погоны и купить чужой орден, когда исчезают понятия греха и стыда, такое время в России называется Смутным. И, как всегда в смутные времена, образовавшиеся пустоты заполняет все то, что никогда – ни исторически, ни культурно – не было и не будет естественным и органичным для нас…
Женщины ползут на коленях к тому месту, где когда-то стоял храм, взорванный большевиками, и целуют деревья, которые были свидетелями и жизни этого храма, и его гибели. Но, видимо, дешевле, нежели восстановить разрушенный храм, оказалось просто пригласить иностранных проповедников, которые через переводчика, по телевидению или на стадионе, возьмут да и научат забывший Бога народ, во что и как ему надо поверить».
Эта картина была закончена в 1993 году. Я очень надеюсь, что для вас, Николай Карлович Сванидзе, это будет доказательством того, что не я стал конъюнктурщиком, а конъюнктура изменила направление и приблизилась к тому, о чем я и многие мои товарищи говорили двадцать с лишним лет назад.
Я никогда не скрывал свою точку зрения, я всегда был нерукопожатным для определенной категории людей – так случилось. Но почему в течение двадцати лет как-то пролетало мимо то, что говорил я или кто-то еще? Почему только сейчас грянул такой шквал мнений, раздражения, оскорблений, обвинений, уличений и так далее? А потому, что слишком долго эти люди были абсолютно уверены, что они пришли навсегда. Что всех, что там кто-то вякает, кто-то пытается доказать, – их нечего слушать.
По большому счету, я бы не стал на всем этом останавливаться, если бы не один аспект. Я никогда не скрывал свою точку зрения, я всегда был нерукопожатным для определенной категории людей – так случилось. Но почему в течение двадцати лет как-то пролетало мимо то, что говорил я или кто-то еще? Почему только сейчас грянул такой шквал мнений, раздражения, оскорблений, обвинений, уличений и так далее? А потому, что слишком долго эти люди были абсолютно уверены, что они пришли навсегда. Что всех, что там кто-то вякает, кто-то пытается доказать, – их нечего слушать. Власть здесь, и мы будем делать, как хотим, и жить, как считаем нужным. И вдруг та самая конъюнктура, о которой вы говорите, Николай Карлович, стала, к вашему изумлению и изумлению многих, меняться. Для кого-то это катастрофа, возвращение бог знает куда – в царизм, к Ивану Грозному, в страшный Советский Союз. А для кого-то это желание разобраться и идти дальше. Но только с чистой совестью, с пониманием того, что произошло. С объяснением для себя и для других, как это случилось, почему случилось, кто и зачем это сделал.
Оценив все это, сейчас самое время определить, кто мы такие и куда идем. Вот почему, мне кажется, было бы правильно продолжить оценку и переоценку того, что с нами происходило. Для того, чтобы просто двигаться дальше.
«Есть ли выход из исторического лабиринта Ельцин-центра?»
Произошло событие, которое вызвало огромное количество откликов и в нашей прессе, и за рубежом. Открылся Ельцин-центр – Музей первого российского президента в Екатеринбурге. Огромнейшее здание, общей площадью в 85 тысяч квадратных метров! Для сравнения: общая площадь Зимнего дворца – 60 тысяч квадратных метров, а площадь Манежа – Центрального выставочного зала в Москве – всего 6 с половиной тысяч квадратных метров.
То есть на площадях Ельцин-центра могло бы разместиться больше дюжины наших центральных выставочных залов, таких, например, как Манеж. По информации, которую можно почерпнуть из прессы, стоимость Ельцин-центра – более 7 миллиардов рублей. Обустраивало Ельцин-центр знаменитое, самое крупное в мире агентство музейного проектирования Ralph Appelbaum Associates Incorpоrated. Должен сказать, что сам Центр – это на сегодняшний день верх технологичности. Использовано огромное количество разного рода способов передачи информации: от просто надписей на планшетах до мультипликации, интерактивного общения и так далее.
Я считаю, что любой человек, который становится лидером огромной страны, которого историческая волна выносит на гребень, достоин того, чтобы память о нем жила. В любом случае его правление – это часть истории страны, часть истории народа. И поэтому совершенно закономерно, что появляется такой музей, который рассказывает об эпохе, о времени и о личности.
Но одно дело, когда мы погружаемся в жизнь человека, в его личные вещи, в его историческую память, в события, которые были связаны с его существованием на земле. А другое дело, когда это становится не просто данью памяти человеку, а очень конкретным, направленным толкованием событий. Не только событий того времени, когда жил этот человек, а вообще истории огромной страны. Вот какой обзор истории России мы получаем из анимационного ролика, который демонстрируется в Ельцин-центре:
«Царь взрослел и входил во вкус монаршей власти. Делиться ею он ни с кем не хотел. “Природа людей такова, – писал Иван, – что если они государственную волю над собой не имеют, то как пьяные шатаются и никакого добра не мыслят”.
В 1565 году Иван IV ввел режим опричнины. Ответом на опричнину стала гражданская война, которая получила название – Смута. Война всех против всех захлестнула страну.
Петр стал первым русским царем, кому удалось провести модернизацию, не меняя сути политического режима. Ему нужны были европейские пушки и не нужны европейские свободы. За выбранный путь он готов был заплатить любую цену. “Окно в Европу”, по его убеждениям, стоило любых жертв. Однако страна рабов вписаться в Европу так и не смогла.
1762 год. «Просвещенный монарх может изменить страну, только опираясь на просвещенный правящий класс, а не подавляя его», – заявляла Екатерина Вторая. Это она заменила подпись «раб» в официальных документах на слово «подданный». Однако новое слово не изменило старых проектов. В мечтах о просвещенном классе императрица довела крепостничество до совершенства.
1801 год. Очередная попытка коренным образом изменить страну связана с внуком Екатерины – Александром Первым. Вступив на престол, Александр собрал близких друзей в негласный комитет и поручил им разработку нового курса. Главным в этом кругу был Михаил Сперанский. С его именем связаны все реформаторские идеи Александра Первого. При Александре была разработана первая российская конституция, провозглашавшая правовое государство и разделение властей, а также свободу слова, вероисповедания и равенство всех перед законом – предложить ее обществу царь так и не смог.
1825 год. Восстание декабристов, с которого началось царствование очередного монарха Николая Первого, стало точкой отсчета для эпохи политического застоя. Очередной император сделал выбор в пользу неограниченного самодержавия и следовал ему до самой смерти. Абсолютная власть оставалась абсолютной ценностью.
Финалом царствования Николая Первого стали унизительное поражение в Крымской войне и жестокий кризис.
1855 год. Такой страна досталась Александру Второму, и он предпринял новую попытку превратить русское самодержавие в европейский политический режим. Он ввел суд присяжных и земское самоуправление, отменил, наконец, крепостное право и вошел в историю как освободитель. К концу жизни Александр резко сбавил темп реформ. Точку в биографии царя-освободителя поставили террористы-народовольцы. Позже историки скажут: “Александр II погиб не за реформы, а за отречение от них”.
В начале XX века Николай II предпринял еще одну попытку радикальных перемен в стране. Его опорой стали Сергей Витте и Петр Столыпин. В 1906 году Россия приняла конституцию европейского образца. Страна пережила мощный экономический подъем – впервые в ее истории реформы привели к реальному улучшению жизни граждан. Подъем был стремительным, но недолгим. Его оборвала Первая мировая.
Февраль 1917-го. Острый политический кризис, вызванный войной, заставил Николая II отречься от престола. Через полгода в результате Октябрьской революции к власти пришли Ленин и большевики. Гражданская война. Российская империя превратилась в СССР – новые лидеры пообещали измученной стране светлое, справедливое будущее, однако насилие стало главным политическим инструментом постреволюционного режима.
Сталин поставил уничтожение людей на поток. Всего за годы репрессий страна потеряла от 10 до 20 миллионов человек – так много, что до сих пор никто не знает точной цифры. Но даже такая трагедия не смогла окончательно раздавить общество, превратить граждан в покорные массы. Не партийные вожди, а обычные люди сделали все, чтобы Россия вошла в историю не только ГУЛАГом, но и Днепрогэсом, Магниткой, покорением Арктики, немыслимым трудовым подъемом, который нельзя объяснить страхом. Можно – верой в свою страну. Только не сломленные, но уважающие себя люди могли победить в Великой Отечественной и Второй мировой войнах. И победили, заплатив за мир такую цену, которую за победу в войне никто никогда не платил. Они вернулись домой победителями. Но репрессии продолжались вплоть до смерти Сталина. Многие тысячи фронтовиков получили вместо наград сталинские лагеря.
С именем нового партийного лидера Никиты Хрущева связана эпоха, которая вошла в историю как “оттепель”. Хрущев не был борцом с режимом, но впервые на десятилетие остановил массовое насилие без вины и освободил общество от страха.
В 1964 году партаппаратчики отстранили Хрущева от власти, отдав должность генсека Леониду Брежневу. Страна вступила в эпоху застоя.
Следующий шанс на возвращение в цивилизованный мир страна получила более чем через двадцать лет, когда к власти пришел новый партийный лидер Михаил Горбачев. Его усилиями рухнула Берлинская стена, был поднят “железный занавес”. С именем Горбачева связана еще одна попытка вернуть страну на цивилизованный путь развития. Эта попытка была названа перестройкой. Однако выяснилось, что система не поддается реформированию. Ее нельзя перестроить. Можно только сломать. Стране требовался лидер другого типа.
Им стал президент России Борис Ельцин, который рискнул опереться не на личную власть, а на самостоятельный выбор граждан.
Так началась история новой, свободной России».
Только вдумайтесь – это текст видеоролика, которым открывается экспозиция в Ельцин-центре. Ролик, в котором вся великая история великой страны обесценивается и уничижается… Вся, кроме периода Бориса Ельцина. Ну как такое возможно?
Как подаются исторические личности, которым Россия обязана своим существованием?
Вот что пишет об этом Николай Стариков: «Используются всевозможные визуальные эффекты, чтобы напугать зрителя. Особенно – ребенка. Царь Иван страшный, надвигается, давит людей, огромный, разрастающийся. С историей это не имеет ничего общего. Подтасовки совершенно наглые. Говорят, Иван Грозный ввел опричнину, показывают страшных людей, которые саблями всех рубят. Потом – следующее предложение: “Результатом чего стала гражданская война в стране”. Я на секунду задумался: что это за гражданская война при Иване Грозном из-за того, что он ввел опричнину?»
Другими словами, если бы не было опричнины, не было бы Смутного времени? Не появился бы Лжедмитрий I или Лжедмитрий II? Польские войска не вошли бы в Москву? Сразу начинается подтасовка. Замалчивается огромный героизм людей, которые встали против внешнего агрессора. Минин, Пожарский, все это выбрасывается из истории. А опричнина подается как карательный орган, который породил гражданскую войну. Но слушайте, это же ложь!
Заметьте, царя Александра III вообще нет. Это неудивительно. Один из крупнейших политических деятелей русской истории ненавидим либералами за то, что был мощен, позволял себе сказать: «Европа может подождать, пока русский царь удит рыбу». За то, что говорил своему сыну, будущему царю Николаю II: «Запомни, Никки, у России друзей нет, кроме русской армии и русского флота». Он это говорил тогда – сегодня мы это видим наглядно.
Заметьте, царя Александра III вообще нет. Это неудивительно. Один из крупнейших политических деятелей русской истории ненавидим либералами за то, что был мощен, позволял себе сказать: «Европа может подождать, пока русский царь удит рыбу». За то, что говорил своему сыну, будущему царю Николаю II: «Запомни, Никки, у России друзей нет, кроме русской армии и русского флота». Он это говорил тогда – сегодня мы это видим наглядно.
А еще – создатели ролика как будто забыли, что это мы спасли целые народы от гитлеровской Германии.
Как эта подтасовка влияет на людей? Около двух тысяч человек приходят сюда ежедневно. Вот представьте себе, что этот анимационный фильм, который в течение 10 минут излагает всю историю нашей страны, попадает в мозг тех молодых, которые об истории страны имеют самое смутное представление.
И что они скажут, посмотрев ролик? Что всё в русской истории – мразь и мерзость, рабство и кровь, зависимость и страх.
В последнем кадре этого анимационного фильма все его герои растворяются в воздухе. Екатерина, Петр, Иван Грозный, Александр, Николай – исчезают. Остается только Борис Николаевич Ельцин. Разве не возникает мысли, что эта подтасовка в результате работает против самого Бориса Николаевича, против его памяти? Как бы к нему ни относиться.
А вот отзывы известных посетителей Ельцин-центра.
«Удачный проект, он поймал дух эпохи, он поймал дух 90-х». Алексей Венедиктов, российский журналист, главный редактор «Эха Москвы».
«Потрясена, удивлена, не ожидала такого увидеть». Татьяна Миткова, советская и российская тележурналистка, телеведущая.
«Здесь нет фальши, здесь все объективно, здесь все правда». Олег Сысуев, российский бизнесмен и политик, первый заместитель руководителя Администрации Президента РФ в 1998 году.
«Здесь столько креатива, столько идей. А самое главное – ощущение эпохи». Михаил Гусман, советский и российский журналист, первый заместитель генерального директора ИТАР-ТАСС.
«Это честная попытка показать те годы, годы Бориса Ельцина». Владимир Познер, советский, российский тележурналист и телеведущий, писатель.
Это их точка зрения, на которую они имеют полное право.
Но тогда возникает вопрос: а почему среди восторгающихся Ельцин-центром, вообще эпохой Ельцина, нет ни одного крестьянина, рабочего, ученого? Нет ни одного адмирала, ни одного генерала. Ни одного руководителя большого производства?
Возникает вопрос: а почему среди восторгающихся Ельцин-центром, вообще эпохой Ельцина, нет ни одного крестьянина, рабочего, ученого? Нет ни одного адмирала, ни одного генерала. Ни одного руководителя большого производства?
Вот Анатолий Борисович Чубайс. Умный, деятельный, образованный, который всегда декларировал одно: «Необходима борьба с коммунизмом». Можно с этим соглашаться, можно не соглашаться. Но это точка зрения. И абсолютно логично, что для того, чтобы разрушить старую систему, необходимо, чтобы огромные предприятия, заводы и фабрики перестали быть государственными. Они должны перейти в частные руки. Не важно, если они будут проданы за копейки. А может быть, и приплатить надо.
Но тут есть один нюанс. Кому эти предприятия продать?
Одно дело, когда их выкупают рабочий, директор предприятия. Пусть даже российский олигарх. Он это предприятие покупает для того, чтобы оно приносило ему прибыль, и, если он «правильный олигарх», он не будет все, что зарабатывается, тут же переводить в офшоры. Он будет вкладывать в производство. Так рождается капитализм.
Но когда эти предприятия оказываются в совсем других руках, это в результате превращается в национальную катастрофу.
Вот несколько отрывков из открытого письма, которое написал в свое время общественный и политический деятель, министр печати и информации Российской Федерации при Ельцине Борис Миронов. Вот что он пишет.
«Под гильотину приватизации по Указу Ельцина сразу пошли ключевые для оборонной промышленности:
Смоленский авиационный завод,
Рыбинский моторостроительный завод,
Рыбинское КБ моторостроения,
Московский вертолетный завод им. Миля,
Нижегородский “Гидромаш”,
Московский машиностроительный завод “Знамя”,
Таганрогское авиационно-производственное предприятие,
Воронежский завод “Электроприбор”,
Вятско-Полянский машиностроительный завод “Молот”…
261 оборонное предприятие, самые уникальные, самые лучшие – элита оборонки ушли! Только одна из сотен американских фирм-хищников, слетевшихся на расклев российских богатств, компания “Ник энд Си Корпорейшн” скупила пакеты акций “Курского прибора”,“Авионики”, Тушинского машиностроительного завода, МПО им. Румянцева, АО “Рубин”… девятнадцать (!) военных заводов оказались в руках одной лишь этой “Ник энд Си Корпорейшн”!»
Вы только вдумайтесь! Практически все, что делалось руками людей, которые поднимали свою оборонку после страшной войны, оказалось в руках тех, кто, в общем-то, был не очень доволен, если верить Черчиллю, что война окончилась именно нашей победой.
Вы только вдумайтесь! Практически все, что делалось руками людей, которые поднимали свою оборонку после страшной войны, оказалось в руках тех, кто, в общем-то, был не очень доволен, если верить Черчиллю, что война окончилась именно нашей победой.
Что же получило государство от продажи ключевых предприятий, на которых работали сотни тысяч людей?
Крупнейший в Европе Самарский металлургический завод был продан за 2 миллиона.
Ну, для сравнения скажу, что это приблизительно стоимость двух дорогостоящих эксклюзивных автомобилей «Майбах».
Автомобильный завод имени Лихачева
– за 4 миллиона,
Уралмаш, 34 тысячи рабочих
– за 3 миллиона 720 тысяч,
Челябинский металлургический завод, 35 тысяч рабочих
– за 3 миллиона 730 тысяч,
Ковровский механический завод, обеспечивавший оружием всю армию, милицию, спецслужбы,
– за 2 миллиона 700 тысяч,
Челябинский тракторный завод, 54 тысячи рабочих
– за 2 миллиона 200 тысяч…
От «распродажи» крупнейших российских предприятий, стоимость которых по минимальной цене превышала триллион долларов, в казну поступило 7 миллиардов 200 миллионов долларов.
Цитирую заключение Счетной палаты: «Приватизация способствовала «установлению контроля со стороны иностранных лиц над стратегически важными и экономически значимыми предприятиями оборонного комплекса».
По данным Государственного комитета статистики Российской Федерации, к 2001 году по объемам добычи угля мы скатились к 1957 году, по производству металлорежущих станков – к 1931 году, грузовых автомобилей – к 1937 году, по выпуску тракторов – к 1931 году, зерноуборочных комбайнов – к 1933 году, по выпуску вагонов – ниже некуда – к 1910 году, тканей всех видов – тоже к 1910 году, шерстяных тканей – к… 1880 году(!), обуви – к 1900 году…
А что же люди?
По данным Всероссийской переписи населения, проведенной в 2002 году, в России обнаружено 17 тысяч пустых деревень, – при том, что перепись велась халтурно и во многие уголки страны переписчики даже не заглянули.
Я делал документальную картину «Чужая земля», мы своими глазами видели эти заброшенные поля.
Приведу фрагмент из нее. Беседую с местным жителем.
«– Скажи, почему ушли люди отсюда?
Евгений: Кому-то это стало не надо, сказали – легче купить за границей, чем это все выращивать.
– А почему нет работы, объясни?
Евгений: Потому что все это стало не нужно государству нашему. Не нужно. Ни молоко, ни мясо.
– Почему, ты думаешь, это произошло?
Евгений: Дешевле покупать за границей, чем выращивать свое.
– Ну хорошо, но ты же понимаешь прекрасно – сегодня мы с заграницей дружим, а завтра мы с заграницей не дружим. Значит, сегодня заграница нам может помочь приобрести колбасу, мясо, рыбу и так далее. А завтра, если мы с ней поссорились, мы будем, как лоси, есть вот этот самый березняк, правильно?
Евгений: Специально это все делается, чтобы нашу Россию поставить… Можно сказать прямо?
– Конечно!
Евгений: Поставить «раком». Они уже поставили, можно сказать».
Миллионы гектаров земли остались бесхозными!
Армия, флот… Возьмем только флот, мне это ближе – я служил на флоте, на Дальнем Востоке, на Камчатке. Десятки боевых кораблей были проданы за бесценок. По цене автомобиля класса люкс!
Господин Миронов предлагает «развернуть в Ельцин-центре огромную географическую карту наших военных баз, которые определяли наше могущество в мире и которых мы добровольно лишились. Это военная база во вьетнамской бухте Камрань, это наше присутствие в зоне Персидского залива. Мы ушли с военно-морской базы в Тартусе, это Сирия. Мы свернули базу на Кубе, закрыли три центра радиоэлектронной разведки в Анголе, две базы в Сомали: военно-воздушную базу в Харгейсе и военно-морскую в Бербере и так далее, и так далее, и так далее. Посмотрите на эту карту. Вот это все были базы, которые обеспечивали нашу безопасность вдали от наших границ».
Мы помним, с каким восторгом американский президент и американский конгресс слушали Бориса Николаевича Ельцина, говорившего о планах нашей обороны: «Я сегодня после подписания принимаю решение. Все то, что у нас нацелено на страны, которые возглавляются теми, кто за столом… снимаются все боеголовки. Вы поняли?» (Аплодисменты.)
Вообще, наверное, имело бы смысл поговорить о Беловежской Пуще, о последнем акте развала нашей страны. Невозможно национальные интересы ставить ниже, чем личные. Скороспелое немедленно, скорее, кое-как, закончить этот разговор для того, чтобы послать телеграмму Горбачеву: «Ты больше не президент». Отомстить за обиду, взять верх, доказать, что ты победитель. Когда ты стоишь на ринге и рискуешь только, самое страшное, своим титулом и своим лицом – это одно дело. Но когда на кону стоит судьба страны…
Очень много и тогда говорили, и сейчас говорят о самостоятельности Ельцина, о его независимой политике, о его мужестве. Я отчасти разделяю эту точку зрения, потому что нужно быть мужественным человеком, чтобы партийный билет положить на стол в Президиуме во время съезда. Нужно быть мужественным человеком, чтобы принимать радикальные решения. И нужно быть мужественным человеком, чтобы вот так уйти, передав власть добровольно и мирным путем. Этого у Ельцина не отнять. Но так ли уж была независима его политика?
Очень много и тогда говорили, и сейчас говорят о самостоятельности Ельцина, о его независимой политике, о его мужестве. Я отчасти разделяю эту точку зрения, потому что нужно быть мужественным человеком, чтобы партийный билет положить на стол в Президиуме во время съезда. Нужно быть мужественным человеком, чтобы принимать радикальные решения. И нужно быть мужественным человеком, чтобы вот так уйти, передав власть добровольно и мирным путем. Этого у Ельцина не отнять. Но так ли уж была независима его политика?
Мы помним и о том, как Ельцин звонил президенту США Бушу-старшему и рапортовал ему о только что заключенных Беловежских соглашениях. Как он хотел понравиться конгрессу, давая странные и легкомысленные обещания, вроде этого (цитирую): «Если хоть один американец был задержан у нас в стране и его еще можно найти, то я его найду. Я верну его семье».
Почему же Владимир Путин и Дмитрий Медведев лично открывали этот Центр? Разве они всего рассказанного нам и не знают? Мне кажется, что здесь имеют значение личные качества Путина. Он – человек благодарный, он не строит своего благополучия на отрицании предыдущего, как делали и продолжают делать очень многие. Ему досталась в ужасающем состоянии страна, и он бы мог с чистой совестью подумать: «Кто в этом виноват?» И рассказать народу все. Но он этого не сделал – он просто впрягся и работал. Спасая страну из того состояния, в котором она была.
Это первое. Во-вторых, присутствие Путина на открытии Ельцин-центра – это была дань памяти тому, кто волею судеб был поднят на гребень исторической волны, а потом так или иначе привел Путина в Кремль. Также я убежден, что не было у Владимира Владимировича времени и возможности внимательно рассмотреть экспонаты, понять, как подаются исторические события, и вникнуть в ту атмосферу, которая там создана. Потому что он приехал открывать Музей Ельцина, а не некий плацдарм для искажения исторических событий, фальсификации, подтасовок и лжи.
Я не так часто встречался с Наиной Иосифовной, но когда встречался, я видел очень мудрую, тонкую женщину с глубокой и непростой судьбой. Много лет она была рядом с Борисом Николаевичем, многое понимала. Несла свой крест с достоинством.
И еще мне кажется, что она человек со вкусом. Я убежден, что ей было бы намного приятнее, если бы музеем стал дом, квартира, где росли их дети. Здесь могли быть размещены личные вещи президента. И здесь же можно было бы расположить экспозицию, рассказывающую о жизненном и политическом пути Бориса Николаевича.
Почему бы нашим либералам, любящим приводить в пример зарубежных партнеров, не взять за образец, скажем, музей Кеннеди, куда могут прийти все желающие, чтобы отдать дань памяти президенту США. Он очень уютный и камерный. Здесь нет и следа политических пристрастий, которые явно прослеживаются в огромном, даже большем по площади, чем Зимний дворец, Ельцин-центре.
Прикрываясь именем Ельцина и подставляя его под негодование людей, которые помнят то время, здесь шельмуют историю. Все для того, чтобы вбить в голову молодым ребятам, которые туда приходят, что история страны началась только в девяностые годы.
Нельзя забывать истину: «Обращайся с людьми так, как ты хочешь, чтобы они обращались с тобой». К сожалению, организаторы музея к этой мысли не прислушались.
«СССР распался – что дальше?»
Для начала хотел бы поблагодарить Николая Карловича Сванидзе за то, что он сам, не ведая того, поддержал нашу передачу, в которой речь шла, в частности, о роли в истории нашей страны Иосифа Сталина. То есть, конечно, формально он нас не поддерживал, наоборот, очень сильно ругал. Вот фрагменты из его «Реплики», опубликованной после выхода нашей программы о Сталине: «…Михалков не может призвать себе на помощь Сталина по причине его физического отсутствия, но зовет его верного апологета – историка Николая Старикова, полностью посвятившего свое творчество восторженному восхвалению Отца народов».
«…И здесь Михалков привлекает еще одного примечательного эксперта – Бориса Миронова. Борис Миронов был снят Ельциным с этого поста как патологический антисемит. То есть эксперты у Михалкова хороши, как на подбор. Сталинист и нацист».
«…Кадр в “Бесогоне” выстроен мастерски. За автором и ведущим, усиливая впечатление, композиция, образованная бронзовыми бюстиками русских императоров, иконами и тремя телефонами правительственной связи, так называемыми “вертушками”. Но, Никита Сергеевич… дозвониться до Бога по “кремлёвке” не получится».
Сванидзе концентрируется на нас, грешных, ругая нас, но абсолютно не касаясь того, о чем мы говорим. И это довольно интересно. Я могу сказать, что я не был знаком ни с господином Стариковым, ни с господином Мироновым, и я не знал, Стариков – сталинист или нет, или антисемит ли Миронов и за что его откуда-то там выгнали. Мне было важно, что они говорят, мне была важна информация, которую они дают. Вот она-то меня лично очень затронула – и, судя по всему, не одного меня. Меня интересует – что сказано, а господина Сванидзе интересует – кто это сказал. Мне показалось это очень похожим на то, что говорит Сергей Гармаш в моем фильме «Двенадцать»:
«– Ну хорошо. Ну сказал рабочий человек глупость. Ну для чего вы его поддерживаете?
– Вы знаете… он сказал не глупость…
– Если глупость сказал не еврей, это хорошо. А если еврей, то это уже не глупость».
Вот замените слово «еврей» на «либерал» или «демократ», и получится примерно то же самое. Мне кажется очень показательным, что вот эта вот рукопожатность, система «свой – чужой» имеет во многом большее значение, чем суть высказывания, чем смысл, который вкладывается в те или иные слова.
Господин Сванидзе особо не выбирает выражения. Одного человека называет, клеймит просто сталинистом, а другого – нацистом. Ладно, мы опускаем этическую часть этого вопроса. Но ведь, если вы начинаете осуждать и обсуждать передачу – что же вы не скажете ничего в защиту Бориса Николаевича?
Что же вы не ответите ничего на то, что в этой передаче говорится – о проданных заводах, фабриках, кораблях, подводных лодках?
Собственно, на этом, по крайней мере, на какое-то время, тему Ельцин-центра можно было завершить. Но тут я натолкнулся на интервью, которое дала новый директор Ельцин-центра Дина Сорокина, и мне захотелось немножко разобраться в сказанном ею. Вот что я прочел: «Это не только музей Ельцина, но и музей эпохи, музей времени. Мне кажется, мы достаточно объективно представляем наш материал. Вводный фильм называется «История России в поисках свободы», и он подан именно в этом ключе.
Наш центр не только о прошлом, но и о настоящем, которое дает шанс на будущее. Я не против воспользоваться связями и пригласить в Ельцин-центр кого-то из американских деятелей. Но это может не понравиться уральским патриотам. И они выйдут на пикет. Но я не вижу ничего плохого в протестном мероприятии. Ведь это и есть одна из свобод, прописанных в Конституции Российской Федерации благодаря Ельцину».
Согласитесь, довольно странное заявление директора музея. Априори она закладывает в программу деятельности музея нечто такое, что может не понравиться людям, которые исповедуют другую точку зрения, причем, как она пишет, именно патриотическую точку зрения. Кроме того, когда директор музея говорит о том, что история представлена там объективно и вводный фильм «История России в поисках свободы» как раз и есть то, что нужно, – это меня заставляет повнимательнее заглянуть в устав Ельцин-центра.
«Основными целями Центра являются сохранение, изучение и публичное представление исторического наследия первого Президента Российской Федерации Бориса Николаевича Ельцина в контексте новейшей истории Отечества, развития демократических институтов и построения правового государства.
Основными задачами Центра являются:
– популяризация позитивного опыта государственного строительства, становление и развитие института президентства в Российской Федерации как важнейшей составляющей этого процесса;
– поддержка приоритетных направлений научных исследований в области истории и политологии, в том числе исследований по истории реформ, проводившихся в России в конце XX века».
Вот хотя бы этот пункт: «Поддержка приоритетных направлений научных исследований». Опять я возвращаюсь к этому удивительному ролику, в котором практически вычеркивается вся история страны. Звери, кровь, рабы, страх, насилие, ужас, грязь, мерзость, беззаконие и так далее… И вот «светлый луч в темном царстве» – время прихода к власти Бориса Николаевича Ельцина. Ну если мы вот так это видим, неужели можем серьезно говорить об изучении истории?
Или вот эта фраза: музей «организует и проводит выставки, связанные с жизнью и деятельностью Бориса Николаевича Ельцина, участвует в организации и проведении иных выставок, соответствующих целям и задачам Центра».
То есть получается, что портрет Михаила Сергеевича Горбачева, который висит в Музее современного искусства, это и есть та самая выставка, которая соответствует задачам Центра?
Ну и много другого, согласно Уставу, Центр осуществляет, например:
– издательскую деятельность;
– организует и проводит конференции и симпозиумы, брифинги и круглые столы видных российских и зарубежных политических и научных общественных деятелей;
– проводит культурно-просветительские мероприятия в Российской Федерации и за рубежом;
– привлекает добровольные пожертвования от российских и зарубежных граждан и юридических лиц;
– осуществляет иную просветительскую, образовательную, научную, исследовательскую, инвестиционную, консультационную, маркетинговую, производственно-торговую деятельность для достижения целей и реализации задач, предусмотренных настоящим Уставом».
Братцы! Это прямо фабрика снов. Это огромный институт! Какова же его точка отсчета в рассмотрении истории нашей страны?
Вот, например, на информационном стенде мы читаем: «Республики покидают Союз.
Распад СССР – итог длительного болезненного процесса, Беловежские соглашения лишь подводят черту под ним. После начала войны в Карабахе и столкновений Советской армии с участниками демонстраций протеста в Тбилиси, Баку, Вильнюсе и Риге республики провозглашают свой суверенитет и проводят референдум о независимости».
Все это происходит якобы под ликующие возгласы тех, кто отделяется от большой страны. Это, наконец, произошло, слава богу, мы этого всю жизнь хотели!
Но помилуйте, если мы говорим об объективности, исторической правде, то как же тогда можно вычеркнуть из истории референдум 1991 года, когда 78 % жителей страны проголосовали за сохранение обновленного Советского Союза? И только 22 % проголосовали против.
Но помилуйте, если мы говорим об объективности, исторической правде, то как же тогда можно вычеркнуть из истории референдум 1991 года, когда 78 % жителей страны проголосовали за сохранение обновленного Советского Союза? И только 22 % проголосовали против. Как забыть многочисленные кровавые конфликты, вспыхнувшие после распада СССР?
И над всем этим красуется фраза Бориса Николаевича: «Пробил последний час советской Империи».
Какая уж тут просветительская деятельность!
Многое становится понятным из биографии госпожи Сорокиной: «Я родилась в Барнауле и прожила там до 14 лет. Потом мы с родителями переехали в Новосибирск. На третьем курсе университета я перевелась учиться в США. Сначала училась в Вашингтоне, потом в Нью-Йорке. Моей первой специальностью была литература. Потом я прошла магистратуру по специальности «менеджмент и администрация визуального искусства».
То есть большую часть сознательной жизни Дина Сорокина прожила в Америке. Когда происходили события 90-х, ей было 6–7 лет. Она не может испытывать того, что по-настоящему испытывали люди в сознательном возрасте, когда происходила гигантская ломка страны.
Я ничего не имею против Дины Сорокиной. Дай бог ей здоровья. Она милая, чудная, молодая, красивая женщина. Но почему именно девушка, которая прожила большую часть жизни в Америке, возглавляет в Екатеринбурге, в центре России, на Урале, Ельцин-центр?
Может ли человек, который большую часть своей сознательной жизни прожил не в России, а в Америке, выполнить заявленную задачу Центра?
И теперь я абсолютно точно понимаю, почему для Дины Сорокиной тот анимационный фильм, о котором мы столько говорили, является в общем реальным и объективным: это проще, это надежнее, это выгоднее для всех тех, кто выполняет свою очень тонкую, очень определенную задачу, работая в Ельцин-центре на Урале6.
Следовательно, и версия развала Советского Союза, показанная в анимации музея, для Дины Сорокиной тоже является правдивой.
А исходя из всех целей, задач и возможностей Ельцин-центра и фондов, которые выделены на его работу, – по большому счету это НКО, только гигантского размера и под юрисдикцией государства.
Учитывая все вышесказанное и опираясь на те материалы, которые есть в Ельцин-центре, в принципе форум «Свободная Россия» мог проходить не в Вильнюсе, а прямо там, в Екатеринбурге. Потому что точно так же наши оппоненты, собравшиеся в Литве, радовались развалу Советского Союза.
Следующим должен стать развал самой России. Вспомним фрагмент документального фильма, снятого больше 70 лет назад.
Следующим должен стать развал самой России.
Вспомним фрагмент документального фильма, снятого больше 70 лет назад.
Почему? Зачем все хотели завоевать Россию?
Это Россия. По размерам – самая большая страна в мире. Запасы сырья – неограниченны. Население – 193 миллиона человек. Три причины, по которым завоеватели в прошлые исторические эпохи покушались на Россию. Вот причины, которые заставили современного завоевателя написать следующее:
«Когда мы говорим о новых землях, мы говорим о России. Сама судьба направляет нас в этом направлении». (Адольф Гитлер).
Это информация к размышлению: а достоин ли народ, который населяет эту страну, владеть такими богатствами? За что ему такое, если существуем мы – более достойные?
Вот послушайте, как это звучит сегодня:
Мадлен Олбрайт: «О какой мировой справедливости может идти речь, когда такая богатая территория, как Сибирь, принадлежит одной стране».
Кондолиза Райс: «Сибирь – слишком большой регион, чтобы она могла управляться одной страной».
Джон Маккейн: «После незаконного признания Россией независимости Южной Осетии и Абхазии страны Запада должны подумать о независимости Северного Кавказа и Чечни».
Збигнев Бжезинский: «Россию необходимо разделить на части. Тогда она будет состоять из рыхлой конфедерации европейской России, Сибирской республики и Дальневосточной республики, которым по отдельности было бы гораздо легче устанавливать тесные экономические отношения с Европой, новыми центрально-азиатскими государствами и с Востоком. Однако какая-либо интеграция России в расширенный мировой порядок Запада невозможна».
А теперь взгляните на другие цитаты. Как они рифмуются.
«Всю территорию России нужно разделить на ряд государств с собственными правительствами, готовыми заключить с нами мирные договоры». Это указание Гитлера после доклада ему 3 марта 1941 года плана нападения на СССР «Барбаросса».
«Надо разгромить русских как народ и разобщить их. Для этого: а) разделить территории, населяемые русскими, на различные политические единицы с собственными органами управления, чтобы обеспечить в каждой из них обособленное национальное развитие. Народам этих районов внушать, чтобы они ни при каких обстоятельствах не ориентировались на Москву; б) учредить особый имперский комиссариат на Урале, проработать вариант отделения северной России и центральной России, вести подготовку по возможности на разделение и обособление составляющих ее частей». (Рейхсфюрер СС Гиммлер, дополнение к Генеральному плану «Ост»).
Совсем немного времени прошло. И сегодняшний Запад говорит в унисон с Гитлером и с Гиммлером.
Совсем немного времени прошло. И сегодняшний Запад говорит в унисон с Гитлером и с Гиммлером.
Каким же образом можно осуществить этот план? Мирным, условно говоря, путем? Если движение снаружи будет поддержано движением изнутри. Опыт уже есть. Именно так был развален Советский Союз.
Как пишет аналитик Майкл Ледин: «Вы все знаете, что многие годы я выступаю за демократическую революцию в Иране. Мне возражают – мол, это невозможно. Да ладно вам! Кто при Рейгане думал, что мы сломаем СССР? А ведь прошли какие-то 8 лет. И что нам понадобилось? Мы всего лишь взяли на зарплату их диссидентов – и все! Случилась демократическая революция, и страна разрушилась. Если уж мы таким способом смогли свалить Советскую империю, поддерживая какую-то горстку людей, выступавших за реформы, – этих людей по пальцам пересчитать можно было…»
А вот голоса, которые звучат сегодня в России, – открыто, спокойно, ясно. Звучат благодаря свободе слова, которую я глубоко поддерживаю. Но как все это звучит для человека, который ощущает себя живущим в России!
Ирина Прохорова, российский литературовед, главный редактор журнала «Новое литературное обозрение», телеведущая канала РБК-ТВ: «Часто, когда я выступаю, мне задают вопросы в связи с Крымом – еще когда была полная эйфория, я пыталась говорить, что это довольно опасно и никому не нужно. И знаете, люди звонили и говорили: “А вот мы ничего, мы готовы пожертвовать собой, мы были бедные и останемся бедными, но зато Крым – это наше святое, и так далее… То есть на какое будущее тогда своих детей люди обрекают? Тоже на бедность? Во имя чего? Чтоб кусок этих камней под названием “Крым”был в составе России? Да? Ну поезжайте туда отдыхать просто так, это всегда было возможно, и музеи там все работали… и пожалуйста, и домик Волошина, и Чехова, и все что угодно, и море, и красота, и так далее. Понимаете, вот где нам с детства дают ложные ориентиры, где мы, сами того не осознавая, себя приносим в жертву… во имя чего?»
Евгения Альбац: «Честно говоря, не вижу особой проблемы, если Россия разделится по Уральскому хребту. Я думаю, это неизбежно».
Алексей Венедиктов: «Объясните, я не понял. Разделится по Уральскому хребту?»
Евгения Альбац: «Моя точка зрения: при том, как сегодня происходит развитие экономики, и в том числе развитие Дальнего Востока, мне кажется абсолютно неизбежным, что, так или иначе, Сибирь станет какой-то частью или экономическим вассалом Китая… Мне кажется, это абсолютно неизбежная вещь».
А вот еще какие волшебные мысли высказывают наши соотечественники – например, Александр Минкин, журналист: «Может, лучше бы фашистская Германия в 45-м победила СССР».
Не слабо.
А вот Евгений Ихлов, правозащитник, эксперт движения «За права человека»: «Генерал Власов был прав, лучшая участь для нашей страны – это разделиться на этнические государства, высшим достижением которых будет интеграция в Западную Европу на правах трудновоспитуемых младших братьев».
А вот посмотрите, как формулируют свои мысли по этому поводу люди, собравшиеся на форум «Свободная Россия» в городе Вильнюсе:
Альфред Кох, российский государственный деятель, в 1990-е годы – председатель Госкомимущества России: «Мне кажется, нужно некую самооккупацию осуществить. Что это означает практически? Практически это означает, что, условно говоря, функции избиркома передать ПАСЕ, саму избирательную кампанию проводить под безусловным контролем, а может быть, даже организацией международных каких-то организаций, функции Конституционного суда передать Гааге какой-нибудь… Да, это добровольный отказ от части суверенитета – то, что сделали огромное количество европейских стран, вступив в европейское сообщество. Только мы должны это сделать добровольно, прекрасно понимая, что у нас есть такого рода риски, что мы больны шизофренией и видим то, чего нет в реальности».
Константин Боровой, российский предприниматель и политик, депутат Государственной думы 2-го созыва, экс-председатель Партии экономической свободы: «Внешняя сила. Это единственный способ решения проблемы, и с этим надо смириться. А решать, как это будет устроено… я очень надеюсь, это будет происходить так же, как происходило в Германии и в Японии послевоенной. Ждать чуда не имеет смысла. Решение проблемы – только внешняя сила».
Вот как вторит им журналист Андрей Мальгин: «Я бы лично отдал под международное управление всю Россию, целиком».
Посмотрите, какая потрясающая логика! Прямо восторг охватывает.
Это позиция риелторов: отдать – и получить проценты: «Мы управлять этой страной не умеем, народ мы этот не любим, не знаем, не хотим этой ответственности. Просто надо это развалить. Вы приходите – забирайте, ну а мы за посредничество можем получить какой-то процент, чтобы просто наблюдать, как все это будет происходить дальше».
Занимательная вещь. Как все потрясающе складывается. Вот Ельцин-центр построен в Екатеринбурге, на Урале. Недаром же именно на Урал, по сообщению РИА, в Екатеринбург, с визитом прибыла заместитель американского посла Линни Трейси: «Все перемещения Трейси осуществляла в условиях строжайшей секретности, что весьма странно для дипломата. Трейси провела ряд встреч с главами других дипмиссий, а также с представителями бизнес-сообщества. Американский дипломат подъехала к отелю на тонированном автомобиле “Мерседес Гелендваген” с машиной сопровождения. Машины были без номеров».
То есть вообще ни в грош не ставится ничего, даже законы страны. Потому что у них есть ощущение того, что они дома. Они могут абсолютно спокойно ездить без номеров, и никто их не остановит.
Потому что это движение однозначно построено на мысли, что здесь живут люди, чьи законы и интересы учитываться не должны. Есть более высокие цели для более чистых людей.
Так вот, когда мы говорим о форуме «Свободная Россия» – это все видимая часть айсберга.
Это даже не так опасно, не так страшно, но мне думается, что одна мысль, одна фраза, сказанная господином Каспаровым, заслуживает внимания: «Именно геополитическое поражение создаст ситуацию, к которой мы должны быть готовы. Мне кажется, важно обсуждать то, что мы сейчас в принципе делаем, и развивать тему о том, насколько мы готовы. Потому что Ленин не знал, когда это случится, но тем не менее только у Ленина оказалась готовая организация, которая была уверена в том, что она может это сделать.
Альфред Кох:
– Есть такая партия, да?
Гарри Каспаров:
– Кстати, надо вспоминать, что было в стенограмме этого Съезда Советов, когда, по-моему, Трахеид со сцены спросил: «Нет такой силы в России, которая могла бы взять власть!» И тут голос Ленина: «Есть такая партия!» – а дальше в стенограмме написано «смех в зале». Вот они смеялись, а он готовился. Вот поэтому и надо понимать, что эта ситуация возникает. Я говорю: достаточно исторических аналогий! Она возникает!»
Это, повторю, видимая часть айсберга. А есть и невидимая. Преподающая. Работающая в средствах массовой информации. В руководстве. В банках. И еще во многих – да практически во всех сферах нашей жизни. Это те самые закладки, скрытые до поры до времени. Но тем не менее все время подающие самый ядовитый сигнал, как в «окнах Овертона»: а зачем нам большая страна, а зачем нам быть единым народом, а почему бы нам не разделиться, а не лучше ли нам было без Москвы, а не лучше ли нам было уйти к немцам, или к японцам, или к китайцам.
И эта работа идет.
Сколько усилий, крови, жертв было положено для того, чтобы страну в течение веков сложить в единое целое? Где говорят на одном языке. Где сосуществуют совершенно разные религии, потому что объединены общей историей.
Какими огромными жертвами укреплялась эта великая страна! Неужели для того, чтобы так просто разлететься на осколки?!
Посмотрите на «Бессмертный полк», на портреты людей, которые погибли за Родину. А кто-то не погиб, кто-то еще жив. Смогли бы они победить в этой страшной войне, если бы хоть на секунду подумали: то, за что они клали свои жизни, будет отдано теми, за кого они сражались, тем, с кем фактически они воевали?
Посмотрите на «Бессмертный полк», на портреты людей, которые погибли за Родину. А кто-то не погиб, кто-то еще жив. Смогли бы они победить в этой страшной войне, если бы хоть на секунду подумали: то, за что они клали свои жизни, будет отдано теми, за кого они сражались, тем, с кем фактически они воевали?
Война сегодня идет не между русскими, украинцами, ИГИЛом или войсками Башара Асада. Война сегодня идет между теми, кто победил в Великой Отечественной, Второй мировой войнах, и между теми, кому это не нравится.
Мне кажется, что мы должны сделать выбор, точно определить для себя, на чьей мы стороне.
«Украина – зеркало или опыт?»
У нашей аудитории возник клич SOS, когда наш «Бесогон», который выходил 16–17 апреля, в Екатеринбурге на седьмой минуте был прерван. Что тут началось… звонили мне, звонили в студию, писали письма, писали в интернете.
«Почему в Екатеринбурге трансляцию “Бесогона” прекратили через семь минут после начала и далее тридцать минут шла реклама? Что, Екатеринбург уже захвачен нашими «партнерами»?»
Естественно, и мы взволновались: что это, политическая цензура? В одном городе можно, в другом нельзя? Ложная тревога. Не беспокойтесь. Просто у регионального отделения ВГТРК есть плановое время, когда выпускаются свои программы, и как раз наш «Бесогон» совпал с выпуском двух из них. Одна называется «Красота и здоровье». Другая – «Квадратный метр».
Правда, справедливости ради надо сказать, «Бесогон» был показан и полностью: в час ночи и в шесть утра. Не лучшее время для того, чтобы смотреть аналитическую передачу, но что делать, это право компании – использовать свое время, и тут никаких претензий быть не может.
Казалось бы, вопрос решен, нет никаких проблем, обид.
Но среди сообщений наших зрителей было одно письмо. Я не буду приводить его полностью, вот только окончание: «Когда закончилась ваша передача, меня вдруг оглушила очень простая мысль: а ведь мы можем стать зеркалом Украины. Мы, с нашей доверчивой надеждой, что здоровые, вменяемые, логически мыслящие и патриотически настроенные люди, любящие свою страну, никогда не допустят, чтобы она оказалась под угрозой развала и внешнего вмешательства. И в то же время, слушая тех, кого вы показали в своей передаче, я совершенно ясно ощутил, какая угрожающая убежденность звучит в устах тех, для кого Россия – это территория, а не страна, а население – не народ, а быдло».
И мне захотелось снова вернуться к истокам происходящего на Украине.
Что же все-таки случилось? Кто виноват в том, что это случилось?
Мы обвиняем американцев, англичан, ЕС. Они «нехорошие», они взяли и настроили украинцев против русских. Но, дорогие друзья, за что их осуждать? Они выполняли свою задачу. Причем задачу давнюю. Я лично снимаю шляпу перед ними. Они сумели достичь того, чего хотели.
А мы? Что наша разведка, посольство? Что мы?
Ничего!
Да и мне, каюсь, даже мысли не могло прийти в голову, в страшном сне не могло присниться, что когда-нибудь может быть произнесено: «Война между Россией и Украиной». Бред сумасшедшего! Да и не только у нас. Вы послушайте, что говорили украинцы тогда, когда только-только начали разбегаться «по своим квартирам» республики Советского Союза. Итак, 1991 год, опрос на улицах. Вот ответы жителей Украины.
«Никаких связей с Россией не будет прервано».
«Очень хочется, чтобы все было хорошо!»
«На самом хорошем уровне».
«И обязательно, все равно, дружба народов, все равно, в любом случае должна быть».
«– Могут возникнуть какие-то спорные вопросы?
– Нет!»
Могли ли мы представить себе, чем это может закончиться?
Но ведь есть исторический опыт, есть, допустим, фраза Бисмарка, сказанная в начале прошлого века: «Могущество России может быть подорвано только отделением от нее Украины… Необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть всё русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Всё остальное – дело времени».
Я глубочайшим образом убежден, что основная вина в том, что произошло, лежит на нас. Потому что мы снисходительно смотрели: «Газ идет, люди ездят друг к другу, все нормально, родственники и здесь, и там».
Процесс пошел. Мы что, не видели этого процесса? Я глубочайшим образом убежден, что основная вина в том, что произошло, лежит на нас. Потому что мы снисходительно смотрели: «газ идет, люди ездят друг к другу, все нормально, родственники и здесь, и там». Как это могло привести к тому, к чему привело?
Двадцать лет каждый день шла работа. Каждый день. С учебниками, с учителями. С абсолютным изменением взгляда на историю. Когда вдруг то, что было ужасным, становится не то что прекрасным, а единственно возможным. Посмотрите, как это постепенно происходило. Репортаж из украинской школы.
Детям в начальной школе раздают книжки про «юных героев УПА».
Голос журналиста: «Эта книжечка о маленьком мальчике Алярмике особенно актуальна для современных малышей. Слова и стихи на каждую букву, которые рассказывают о юном воине УПА, дополнены яркими иллюстрациями».
Ученик начальной школы: «Там рассказывается, как он все это делает, и мы с удовольствием это прочитаем».
Учитель: «Во время войны с нашим северным агрессором – а я это расцениваю как войну, мы можем воспитывать детей на хороших примерах украинских повстанцев – борцов за независимость».
Голос журналиста: «Это уже не первая презентация «Повстанческой азбуки» в учебных заведениях Тернополя. И ранее Виталий Цимбалюк и Олег Витвицкий дарили эти книги воспитанникам школ и интернатов».
Ирина Фарион, украинский общественный и политический деятель, депутат Верховной рады в 2012–2014 годах: «Есть кто-нибудь по имени Маричка? Нет здесь Маричек, но если подруга есть Маричка, то никогда не зовите Маричку Машей, потому что если она Маша, то это «форма не наша» и пусть она едет туда, где эти Маши живут. Если Петрушка зовется Петей, то это тоже не украинский мальчик, и он должен отсюда убраться или научиться, как по-украински правильно называться.
Если среди вас есть Наталочка, то она ни в коем случае не Наташа. Вы же такие красивые дети в вышиванках. Это знак того, что вы маленькие украинцы, из которых обязательно будут большие украинцы. Значит, ваше имя – это тоже знак того, кто вы есть».
А вот еще цитата: «Украинцы – это оскотинившиеся русские, которые за идею украинской державы готовы зарезать даже свою фрау. Они идеальные борцы против Красной армии, но после подлежат санации как самые страшные варвары».
Автор этих слов – Михаэль Виттман, гауптштурмфюрер СС.
Есть еще цитата другого человека – Игоря Коломойского, из выступления в Хайфе (Израиль): «Украинские гои – это еще более оскотинившийся народец, чем стадо русских шлепперов, доведенный до полного ослепления идеей «незалежности», превратившей их в биомассу, способную зарезать даже собственную мать во имя независимости Украинского государства. Мы взяли лишь языковое различие и надавили на историю, где выставили русских главными врагами процветания «незалежной». Спустя 20 лет пропаганды мы получили идеальных бойцов против русских в виде их славянских братьев. Теперь же любого представителя Украины, убившего русского гоя, будут называть Героем».
Говорил ли это Коломойский или Виттман, говорил ли это Бисмарк? Я не знаю.
Но какое это имеет значение?
Это похоже на меморандум Аллена Даллеса – «фальшивка, ложь, вранье, пропаганда». Согласен! Все вранье! Но описанное в этом документе произошло. И какая разница, были ли эти слова сказаны или нет именно Даллесом, – это произошло.
Я готов извиниться перед Коломойским за то, что процитировал как бы «его» слова. Разумеется, перед Бисмарком и перед немецким офицером извиняться уже поздно, но готов и это сделать. Но любую фамилию поставьте здесь, любое имя – это обидно только для того, кому приписывается цитата. Смысл слов от этого не меняется. Все сказанное имело свои последствия. В огромной степени – по нашей вине.
Я не верю в то, что люди, которые отвечают за внешнюю политику нашей страны, не знали всего этого. Я не верю, что им об этом не докладывали. Не может такого быть! Двадцать лет под носом происходит абсолютное изменение сознания целого поколения. И к чему это привело? Мы все видели и майдан, и трагедию Одессы, и Донбасс… И украинских детишек, которые скандируют: «Героям Слава! Москалям Смерть!»
А теперь я вернусь к мысли моего корреспондента: «Мы можем стать зеркалом Украины».
Решил я провести мысленный эксперимент, вспоминая Станиславского. У нас в Щукинском училище было такое задание, как, думаю, во всех русских театральных училищах: «Я в предлагаемых обстоятельствах».
Что бы я сделал для того, чтобы начать процесс развала страны под названием Россия?
Я подумал, что для этого нужно:
1. Точная поставленная задача.
2. Деньги, довольно большие.
3. И время, тоже приличное – не десять минут, и даже не год, и даже не два.
Я бы нашел регион в центре России. Мощный, промышленный, о котором Твардовский когда-то писал: «Урал – опорный край державы, ее добытчик и кузнец, ровесник древней нашей славы и славы нынешней творец».
Нашел бы я этот регион – богатейший! В нем есть все: медь, золото, малахит, изумруды, драгоценные камни и камни-самоцветы, железные руды, медные руды, платина, золото, нефть, каменный уголь, леса… Первое промышленное предприятие создано здесь в 1430 году. Я уже не говорю о значении Урала во время Великой Отечественной войны – это была кузница Победы. Заводы, которые были перевезены на Урал, начинали работать стремительно и мощно, с Урала на фронт круглосуточно шли самолеты, танки, снаряды, пушки… Урал во многом был залогом Победы в страшной войне.
Вот на этом месте, в самом центре этого прекрасного региона я поставил бы замечательной красоты дворец. Я бы разместил там лучшую аппаратуру, плазмы, дисплеи, создал бы все возможности для интерактивного общения. Это было бы мультимедийное пространство по последнему слову техники, в этом дворце была бы уникальная акустика – все по самому высшему классу.
И стал бы я показывать там мультфильм об истории нашей страны. Всего 10 минут, из которых стало бы понятно, что все, что было до 1990 года прошлого столетия, – это мерзость, гадость, война, кровь, рабство, несправедливость, истязание народа, воровство и так далее. Что настоящая жизнь началась с 1990 года. Читались бы и там лекции, в которых рассказывалось о том, почему мы считаем, что это время самое лучшее.
Кстати говоря, заодно можно было бы и нескольких персонажей из нашей истории убрать. Например, Александра III: он не вписывается в такую подачу истории, уж больно мощная фигура и не так уж все было плохо при нем.
И стал бы я водить туда детей. Бесплатно. Чтобы они ходили, смотрели, играли, читали. Им бы объясняли все про историю, свободу, правителей… Маленьких детей, может быть, даже дошкольников.
Я бы устроил там для них замечательные интересные программы. Специальные оазисы жизни. Простым языком я бы медленно и аккуратно рассказывал им то… что считал бы нужным. С тем, чтобы постепенно в их сознание втекала информация, которая определеннейшим образом дала им понять, что все, что было в той великой России, – это все рабство и гадость. Забудьте. Вот что настоящее. Вот что надо ценить.
Это беспамятство очень выгодно мне, выполняющему эту задачу. Например, я пригласил бы директором этого дворца-музея человека, который не испытал того, что испытали люди, когда шла кровавая ломка страны, когда разваливался Союз. Потому что я рассказывал бы детям, что Союз разваливался под песни и пляски, под радость, под удовольствие. Люди хотели этого изменения, и вот оно наконец пришло.
Я позвал бы туда самых продвинутых историков и педагогов. Актеров, певцов. Андрей Макаревич замечательно пел бы свои песни, а между ними рассказывал бы о том, что напрасно мы взяли Крым.
А что можно было бы услышать на этих мероприятиях?
Например, Леонид Кацва сказал бы о том, кто воевал на самом деле в Великой Отечественной войне, такое: «…Великую Отечественную войну выиграли граждане многих государств, в том числе, как это ни удивительно для вас будет звучать, государство Украина».
То есть уже тогда, когда мы воевали с фашистами, было государство Украина.
А вот, например, какой мог быть диалог, если бы на одной из лекций помощник депутата Мария Катасонова задала бы вопрос помощнику мэра города Евгения Ройзмана Игорю Грому.
«Мария Катасонова: Вот вы говорите о патриотизме, мы слышали, что, оказывается, патриотизм воспитывать не нужно. Вот помощник Евгения Вадимовича заявлял о людях, которых сожгли в Одессе, следующее: «Путиноидов сожгли, туда им и дорога».
Евгений Ройзман: Фамилию назовите, пожалуйста.
Мария Катасонова: Игорь Гром.
Евгений Ройзман: Послушайте. Во-первых, я вам не верю, для начала. Я вам не верю, потому что вот Гром здесь, и вы могли бы у него спросить. Что касается ваших вопросов… У меня на самом деле есть непонимание: или вы бессовестные циники, или вы просто дебилы. И когда вот я разберусь, я буду действовать соответственно». (аплодисменты в зале.)
Судя по этому ответу, можно сделать вывод, что господин Ройзман считает всех, кто думает не так, как он, либо циниками, либо дебилами.
А потом я пригласил бы политолога Александра Баунова, который рассказал бы, что «Олимпиада в Сочи, которая должна была стать символом открытой цивилизованной России, превратилась в символ обратного».
И, конечно же, я пригласил бы российского журналиста Антона Красовского, который рассказал бы нам о том, чем отличается «сторона добра» от «стороны зла». Мне было бы очень важно внедрить это понимание в сознание тех, кто посещает наш дворец.
«Сторона добра» – это некая сила, которая живет не по понятиям, а по правилам добра. И эта сторона говорит: «Вы разделите наши законы, наши правила, вы доверьтесь нашим представлениям о добре, наши представления лучше ваших, у нас есть доказательства, к нам бегут, а не к вам. К нам едут ваши граждане, а не к вам. Все, что сделано в этом мире сейчас, сделано у нас. Все, что находится, вся сила, которая есть сейчас у вас, включая ядерное оружие, оно украдено вами. У нас. Как это было, как мы помним, да? После войны».
И это тоже попало бы в сознание этих детей, которые туда будут приходить и приходят.
И еще много людей можно пригласить в мой прекрасный музей-дворец. Художников, организаторов выставок. Например, Марата Гельмана, мы уже говорили о нем ранее. Это продвинутый галерист, который очень определенным образом видит нашу страну и ее историю. И излагает свое видение, например, в курсе, который называется «Культура как политика». Я бы пригласил одну из самых известных в мире политзаключенных – Надежду Толоконникову, это тоже потрясающе, и истории Pussy Riot был бы посвящен отдельный урок в рубрике «Культура как политика». Я бы объяснил ребятам: Pussy Riot – это культура, но это не просто культура. Это культура, которая является политикой, влияет на политику, влияет на сознание…
Интересно, что в это время происходило бы в сознании этих молодых людей, не обремененных большими знаниями и получающих информацию только в заданном направлении, только под этим углом, только с этим зарядом?..
Прошло время. Мой дворец работает. Работает успешно. Практически все бесплатно для тех, кто туда приходит. Особенно для детей. И вот они вырастают. Им становится по 18, по 20 лет. Они знают, что из их региона – а я бы это им объяснил – вышли замечательные люди, такие как Александр Попов – изобретатель радио, Игорь Курчатов – великий ученый, Малинин – певец, Григорий Александров – режиссер, Костя Цзю – спортсмен, и многие, многие другие. То есть достаточное количество выдающихся и известных людей для ощущения мощного внутреннего самосознания, осознания своей самостоятельности. «Вот он наш регион, наш Урал. Мы же знаем, что Демидовы, которые здесь начинали лить пушки, отдавали их Петру, который эти пушки использовал для завоевания чужих стран…» Это правда? Важно, как я эту правду буду подавать.
И постепенно у ребят вызреет ощущение: «А зачем нам вообще нужна Москва? Она далеко. Мы можем жить прекрасной жизнью здесь, у себя. У нас есть все – золото, медь, уран. У нас есть промышленность».
Мало того, это ведь не просто возникшая у меня фантазия, не абстрактная идея. Она уже существовала совсем недавно. Бывший губернатор Свердловской области Эдуард Россель предлагал создать Уральскую республику, и даже областные депутаты поддержали эту идею. Более того, был уже разработан вариант уральской валюты, «уральский франк», а в 1997 году эти самые уральские денежки номиналом 1, 5, 10, 20 франков были выпущены в обращение на металлургическом заводе в городе Серов – ими можно было расплачиваться в заводских магазинах, столовых и буфетах.
Другими словами, постепенно, с детства, в течение десяти, двенадцати, может быть, пятнадцати лет я сумел бы внедрить в сознание молодых людей то, что они могут и должны жить абсолютно самостоятельно и что жить они будут намного лучше, чем когда они жили в этой огромной коммунальной, бессмысленной «квартире» под названием Российская Федерация.
Что было бы потом? А потом эти выросшие молодые люди спортивного вида, не имеющие представления о том, какова в действительности история их страны, решили бы выступить за свою самостоятельность, за независимость. Покрышек, благо, много. Бейсбольные биты есть.
И начались бы протесты. Борьба за независимость. Появились бы неизвестные снайперы, которые стреляли бы в одних и в других.
А что центральная власть? Ее не слышат. Не хотят слышать. И не могут услышать.
Сначала власть попыталась бы в политическом диалоге разрешить проблему.
Но уже выросли люди, с которыми разговаривать на этом языке невозможно. Они не понимают, о чем идет речь. «Какая страна, какая история, что вы говорите, какое завоевание, какой героизм? Вы что? Мы хотим жить здесь. Мы имеем право здесь жить и пользоваться сами тем, что мы имеем».
А власть? А власть рассердилась. Появились войска. Войска против мирного населения? Как так? Как это возможно? И тогда лидеры этой борьбы обращаются в «Империю Добра» с просьбой помочь. «Помогите нам, нас истребляют здесь эти кошмарные страшные власти, которые стреляют в нас, нас не хотят слышать! Нас хотят поработить!» И что дальше – перерастание конфликта в гражданскую кровавую войну? Где? В стране с гигантским потенциалом ядерного оружия?
Я даже не хочу фантазировать дальше на эту тему. Не хочу говорить о том, к каким страшным последствиям это может привести.
Давайте на секунду задумаемся. Мы пропустили Украину. Все, мы ее упустили.
Я не знаю, сколько должно пройти лет для того, чтобы к людям пришло отрезвление, понимание того, что случилось в прекрасной, потрясающей, богатой стране – Украине.
Не хочу никого ни агитировать, ни обвинять. Прошло. Но здесь, в центре России, чем подобное может кончиться?! Мне кажется, что правильную оценку того времени, которое воспевается в Ельцин-центре, дал председатель правительства Дмитрий Медведев в своем докладе в Государственной думе: «Я назову главное, что нам удалось сделать в этих непростых условиях. Начну с демографии. Давайте называть вещи своими именами. В определенный период наша страна просто вымирала. Последние три года впервые с 1991-го нас становится больше. Естественный прирост населения составил 300 тысяч человек ежегодно. Все чаще в семьях появляются и вторые, и третьи, и четвертые дети, даже вопреки неблагоприятным изменениям в возрастной структуре общества, которые сложились из-за 90-х годов… Мы добились самой высокой за всю историю России – тысячелетнюю историю, я имею в виду, – продолжительности жизни: более 71 года. А еще несколько лет назад большинство мужчин не доживало и до 60».
Вымирание страны. А что такое вымирание страны, когда нет ни цунами, ни землетрясения, ни войны, ни страшной эпидемии, ни извержения вулкана. Что значит вымирание страны без всех этих страшных катаклизмов? Значит, что в стране созданы такие условия, при которых у человека вымывается воля жить. Он вымирает, потому что ему не за что держаться.
Вымирание страны. А что такое вымирание страны, когда нет ни цунами, ни землетрясения, ни войны, ни страшной эпидемии, ни извержения вулкана. Что значит вымирание страны без всех этих страшных катаклизмов?
Значит, что в стране созданы такие условия, при которых у человека вымывается воля жить. Он вымирает, потому что ему не за что держаться.
И возникает вопрос: а следует ли уж так воспевать то время, когда страна гибнет без видимых катаклизмов, войн, революций и т. д.?
Может быть, пора задуматься о том, что же мы взращиваем сегодня в центре России?
Повторяю, я не имею ничего против людей, которые работают в Ельцин-центре.
Мы видим разрушение представления молодежи о том, в какой стране она живет. И навязывание ей абсолютно другого образа страны, которой, по мнению тех, кто это делает, Россия должна стать.
Я говорю только про будущее. Мы видим разрушение представления молодежи о том, в какой стране она живет. И навязывание ей абсолютно другого образа страны, которой, по мнению тех, кто это делает, Россия должна стать. Страна должна быть раздроблена. Тогда легче ею управлять. Кому угодно. И внутри, и снаружи.
Если же предлагаемые обстоятельства, о которых я говорил, были бы связаны с обратным – «что сделать для того, чтобы всего этого не произошло», я предложил бы следующее. В том же центре, в замечательном дворце, можно было бы создать реальную кузницу воспитания маленьких детей в духе понимания того, что их малая Родина, которая называется Урал, это часть огромной Родины, которая называется Россия.
Я рассказал бы им обо всех временах и эпохах, со всеми их трудностями и трагедиями. Я попросил бы их подумать: ведь если наша страна была собрана воедино, значит, множество сил на это было потрачено не зря. Мне кажется, что вопрос о «разбегании» внутри страны «по своим квартирам» можно было бы решить в течение тех же самых 10–12 лет, за которые вырастет следующее поколение.
И если мы об этом не будем думать – я обращаюсь ко всем тем, кто и справа, и слева, и наверху, и внизу, ко всем! Если мы этого не поймем и чего-нибудь не сделаем прямо сейчас, мы получим то, что творится на Украине.
Bepul matn qismi tugad.
