Kitobni o'qish: «Царство Славян. Факты великой истории»

Dalmatia, Croatia, Bosna, Servia, Rassia, Bvlgaria

В оформлении обложки использован рисунок А.А. Скорохода «Мавро Орбини»

© Лазарев Е.С., послесловие, комментарии, 2023

© Муравьев Н., перевод на русский язык, литературная обработка, 2023

© ООО «Издательство «Вече», составление, оформление, 2023

Предуведомление от издательства

Наше издание книги южного славянина, далматинца Мавро Орбини «Царство Славян», выпущенной в 1601 г. на итальянском языке и с тех пор неизменно вызывающей интерес у читателей в разных странах, состоит из трех частей. Сначала мы публикуем слегка осовремененный текст русского издания 1722 г., выполненный известным российским дипломатом сербом Савой Владиславичем, который сократил изначальный текст за счет библиографических отсылок автора. Сокращенный перевод был сделан при живом участии первого вице-президента Святейшего Правительствующего Синода Феофаном Прокоповичем. Текст Петровской эпохи местами воспринимается как почти нечитаемый «исторический курьез» своего времени. Наиболее значимые высказывания автора мы сопроводили постраничными примечаниями, но это не решает все проблемы.

Поэтому второй раздел нашего издания – современный литературный перевод того же текста. Тут имена собственные и архаичные термины («исторические курьезы» первого раздела) переданы в узнаваемой современным читателем форме. А примечания к ним проясняют всё то, что в первом разделе воспринималось лишь как колоритные архаизмы.

Завершает книгу обстоятельная статья-комментарий. Ее формат и библиографическая проработка оказались необходимы потому, что одна из «сверхзадач» нашего издания – это своего рода «реабилитация» Орбини. Ведь расхожее мнение низводит его на уровень этакого залихватского панслависта, который везде видел славян и их культуру, ниспровергая историческую науку своего времени. И одна из задач статьи-комментария – доказать «укорененность» книги Орбини как раз в фундаментальных основах и первоисточниках мировой истории. Более того, обнаруживается, что многие последующие исследования, вплоть до нынешнего времени, позволяют именно на основе обобщений Орбини (хотя и выраженных в парадоксальных, эпатажных и терминологически нечетких утверждениях, – это все-таки памятник литературы барокко) сделать в будущем сенсационные открытия, касающиеся происхождения славян (вплоть до предыстории Московии!), Древней Европы в целом и даже затонувших тысячелетия назад земель Гиперборейского Севера. Причем эти последние, фантастически звучащие догадки связаны, в контексте книги Орбини, с происхождением и историческими судьбами «рода Славянского».

Раздел I
Царство Славян

Книга Историография початия имене, славы и расширения народа Славянского, и их Царей и Владетелей, под многими именами и со многими Царствиями, Королевствами и Провинциями.

Собрана из многих книг исторических, чрез господина Мавроурбина, архимандрита Рагужского, в которой описуется початие и дела всех народов, бывших языка Славенскoго и единого Отечества, хотя ныне во многих Царствиях рacсеялися чрез многие войны, которые имели в Европе, во Азии и во Африке, раcширения их Империи, и древних обычаев, в разных временах, и познание веры Христа Спасителя, под многими Владетельми.

Краткое собрание историческое народа Славянского, его славы и расширения

Hикакоже удивительно есть, что слава народа Славянского, ныне не так ясна, как оной довлело расславитися по Вселенней. Ежели бы сей народ, так достаточен был людьми учеными и книжными, как был доволен военными и превосходительными оружием, штоб ни един другой народ во Вселенней был в пример имени Славянскому. А что протчие народы, которые зело были нижше его, ныне велми себя прославляют, то не ради чего иного, токмо чрез бывших в их народе людей ученых.

А именно:

Иудейские дела описывали; Филон, Эезиф, и Юзеф¹, Историки великопочтенные, которым описанием прославляли дела Иудейския. Не оставили б то учинить многие иные Историки Греческие великоученые, ежели б им было свободно обьявлять странные дела, и секретныя истины, как пишет Летанций в 4‑й книге, во II Главе истории. Ибо Теопомп хотел изъяснить своими Историями тайныя мистерия Иудейская, ослеп. А иные пишут: болезнию трудился 40 дней, и видел видение противное; и потом от того своего намерения престал, как пишет Димитрий к Толомеу. Феодат Поета², упоминая Мистерия Иудейская же, такожде ослеп; а когда пришeл в покаяние, то и здравие получил.

Титульный лист оригинала книги Орбини 1601 г.

Дела Греческия прославлены многими Историографами, между которыми Аназимандр, Милезии, Экафеи, Милест, Демокрит, Эудос, Дицыарк, Эфор, Эраштотен, Полибий и Посидоний.

Дела Римския и всея Италии описуют Аристид, Милезий, Теотим Клетоним, Неарк, Феофил, Дорофеи, Аристоклем, Экрисип.

Фебаныи³ прославлены описанием Тесиновым.

Эпироты, Критолеом.

Описатель дел Пелопонесских Крисерм, Досифей Феофил.

Тошканская дела описаны Соситратом.

Аркадийския, Деморатом.

Беоцкое мерило, которое все описует в книге именованной Паралели; Эллярикий, Ктезий, Киндий, Мегастен, Артемидор, Эвезий, Калистен, которые жили во время Теопомпа, и многих иных, a Cтрабон, Полибий, Солин и протчие: описуют дела Индейския⁴, Персидския, Египетския и протчия.

Галийския дела описывал Диафор.

Фракийския, Сократ.

Либийския, Эзионац, Теокал, Унибалд вящши в 30 книгах своих: Гвасталд, Элигаст, Аребалд, Рефимер, Ветон, Дорак, Карадак, Ирутвуик описали славы народа Францужского.

Вси вышеписанные больши ныне прославляются такими славными Историографами, которые все на письме своих народов дела прославляли, с немалыми трудами и прилежностью.

Народ же Славянской, во древних временах бывши оскужен людьми учеными; и изначала старался непрестанно воевати и чинити дела, достойные вечной славе оружием; а не пекся нимало о том, чтоб кто описывал поступки их, и немногие Историографы воспомянули о Славянех, но и то напоминовение учинили больше по причине ратей, чиненых от Славянского народа с протчими народы, нежели выхваляли сей народ какою светлостью, себе неприятелей, которой народ oзлоблял оружием своим мало не все народы во Вселенней; разорил Персиду; владел Азиею, и Африкою, бился с Египтяны, и с Великим Александром; покорил себе Грецию, Македонию, Иллирическую землю; завладел Моравиею, Шленскою землею, Чешскою, Польскою, и береги моря Балтийского, прошел во Италию, где многое время воевал против Римлян. Иногда побежден бывал, иногда, биючися в сражении, великим смертопобитием Римляном отмщевал; иногда же, биючися в сражении, равен был. Наконец, покорив под себя державство Римское, завладел многие их провинции, разорил Рим, учиня данниками Цесарей Римских, чего во всем свете иной народ не чинивал. Владел Францыею, Англиею и уставил державство во Ишпании⁵. Овладел лутчие провинции во Европе: и от сего всегда славного народа в прошедших временах, произошли сильнеишие народы; сиречь Славяне, Вандалы, Бургонтионы, Гофы, Острогофы, Руси или Раси, Визигофы, Гепиды, Гетыаланы, Уверлы, или Грулы: Авары, Скирры, Гирры, Меландены, Баштарны, Пеуки, Даки, Шведы, Норманны, Фенны, или Финны, Укры, или Ункраны, Маркоманны, Квады, Фраки; Аллери были близ Венедов, или Генетов, которые засели берег моря Балтийского⁶ и разделилися на многие началы; то есть Помераняны, Увилцы, Ругяны, Уварнавы, Оботриты, Полабы, Увагиры, Лингоны, Толенцы, Редаты, или Риадуты, Цирципанны, Кизины, Эрулы, или Элуелды, Левбузы, Увилины, Стореданы, и Брицаны, со многими иными которые все были самой народ Славянской⁷, яко же зде напреди означено будет.

Аще бы кто хотел вышеозначенне дела потемнити или уничтожити, ссылаюся на великую библиотеку Светлейшаго Князя Дурбино Пезарского, которой, хотя такую библиотеку богатую великую, славную и праведную, и во сущем сердце Италии держит. А ежели которой-нибудь из странных⁸ народов сему истинному описанию будет по ненависти прекословить, свидетелствуюсь на описание Историографов, при сем объявленных, которые многими своими историографийскими книгами о сем деле упоминают.

А я прошу: благоволите сии мои труды принять во благоугодие и не предати мя осуждению, благоразумнии читатели; аще и погрешил яко человек. Намерение мое не иное, токмо изъяснить потемненное и показать ясно, что кому надлежит; и прошу паки, дабы всяк свои дела содержал и остерегал в честности, с приумножением превосходительств, не токмо нынешние, но и древние, и трудился сей моей краткой истории пополнению; ибо и высокоученые Историографы, хотя мало своими историями и погрешили; а к надлежащему пополнить, или справить не есть трудно, как есть обычай во Вселенней.

Описание Историографов сея Истории, хотя некоторых Церковь Римская не приемлет; обаче не за неправедное описание их Истории, токмо за непочитание Церкви⁹.

А

Архимандрит Тритемн¹⁰

Архимандрит Урс паргенд

Абламиос, Ablabio, Аблавий

Абрам Ортелий

Адамий Саксонский

Мастер Адам

Агаций Смирнеи

Агустин Дохтор

Агустин Моравский

Аймон монах

Алберт Кранций

Алберт Штаденц

Александр Гван

Александр Скуфет

Артман Щедель

Андрей Ангел Дурацын

Андрей Корнелей

Андулфа Сагак

«Анали Фрисии»

«Анали Галанскии»

«Анали Рагужскии»

«Анали Ружскии»

«Анали Тутки»

«Анали Венецкии»

Анонн монах

Антоний Бофинин

Антоний Геуфреу

М. Антоний Сабелик

Антоний Сконкофий

Антоний Выперан

Апиян Александрийской

Арнорд Архимандрит

Арпунтак Бурде Галанский

Ариан Никомедийской

М. Аурелий Касиодор

С. Аурелий Витор

Б

Балдасар Спалатин

Беат Ренан

Бероз Халдей

Бериард Юстиниан

Бонифасий Симонет

«Булядор»

Безвеквий

В

Валерий Максим

Вартон Учитель

Ф. Bигерий

Валерий Потервел

Венцеслав Боемский (Богемский)

Вериер Роземвинский

Ветор Утисенц

Витикинд Галяской

Витикинд Саксонской

Витикинд Вагриемской

Внефрид Аглинской

Волфанга Лазий

Волфанг Галанской

Г

Гаспер Пеуцыр

Гаспер Тыгурик

Геремий Рус

Герард Рудингер

Геваний Аубан

Геваний Батиста

Геваний Ботер

Геваний Коклео

Геваний Курополит

Геваний Дубравн

Геваний Эсендский

Геваний Эербурт

Геваний Лазнард

Иван Великой Готской

Геваний Hayклер

Геваний Вилян

Геваний Стадн

Геваний Горопей

Геваний Гоболин

Геваний монах

Геваний Ивотский

Геваний Тыгурин

Геваний Пинет

Георгий Цедрен

Георгий Пакимер

Георгий Верчигер

Георианда Алани

Геролом Датор

Геролом Барди

Геролом Руцели

Гиулий Фарозд

Гиуний Корд

Готфред Монате

Готфрид в Стерберкий

Григopий Доктор

Гулиам Кантер

Гуалиам Фризн

Гунтер Поета

Д

Диодор Сикилский

Диоген Лаерц

Дион Ницый

Дионизий Пуник

Дитмар Мерса Пугерр

Домeник Марномигр

Э

Эгесип

Эгидн Тскудн

Эгинарт Монах

Элий Спорцыан

Эемануил Монасе

Эпитом Страбона

Эразмо Стеля

Эевдоций Панегириста

Эвгип монах

Эвзебий

Эвстасий

Этропий

Элмолд Попа

Энрик Диервордий

Эрман Кострат

Эрман Скодель

Эродиан

Эродот Алликарсинский

З

Захарий Лилной

Зонара

Зозина

И

Изаций Веце

Исидор Испаленский

Изигонн

К

Калсурин Cуpa

Калимах Приприний

Карл Сигоний

Карл Вагриос (Карл Вагрийский)

Келий Дунат

Керилиан

М. Кикерин

Корнелий Тацит

Констянтин Порфирогенит

Констянтин Спандугин

Корад Пеутиньер

Крисип

Кронара Фиоманаха Миноританий

Квинт Курций

Кириак Кспангеберн

Криштофан Варсевиций

Л

Ламберт Скафиа Бургенце

Лаврентий Сур

Леонард Аретн

Людовик Сервин

Люкан

Людифалн

Люиги Кантерин

Люит Пранд Тицыненский

Лeополд Пампeрт

М

Марцелин Контe

Мариан Скот

Марин Барлецы

Марин Архимандрит

Марин Монах

Мартын Бископ

Мартын Кромер

Martino Vescovo Coscentino

Мартын Сегоин

Мартын Вагиет

Марсиян Капела

Матфей Михофитеа

Мазокия

Метель Тугарин

Мефодий Историк

Михайла Риций

Михайла Салюаницианский

Мудест

H

Nazario Mamertino

Niceforo Gregora

Niceta Coniato

G. Nicolo Doglioni

Nicolo Marscalco

Nicolo Stobeo

O

Olao Magno

Onesimo

«Origine de’Gothi»

Ottone Frigigense

P. Ovidio Nasone

П

Paolo Bamefrido

Paolo Diacono

Paolo Emilio

Paolo Niuemontano

Paolo Giouio

Paolo Langio

Paolo Orosio

Paolo Paruta

Paolo Scaligero

Petancio

Pier Francesco Giambulari

Pietro Artopeo

Pietro Bellonio

Pietro Bizaro

Pietro de Castro Pere

Pietro Crusber

Pietro Echilino

Pietro Giustiniano

Pietro Liuio

P. Piteo

Pio Secondo

Plinio

Plutarco

Polibio

Porfirio

Pomponio Leto

«Privilegi di Cataro»

Procopio di Cesarea

Prospero Aquitano

Р

Rafaelo Volaterano

Reginone Abbate

Registro delle Cronache Registrum cronicarum

Reinnero Reinecio

Ricardo Bartolino

Rinaldo Britanno

Roberto Gaguino

Roberto Valturio

С

Sassone Grammatico

Sebastian Munstero

Scolastico Smirneo

Scipione Ammirato

Seruio

Sidonio Apollinaro

Sigiberto Gemblacese

Sigismondo Herbersteino

Silberto Genebrardo

Socrate Historico

Solino

Sozimeno

«Specchio de’Sassoni»

C. Statio Poeta

Stefano Bizantino

Strabone

Suffrido Pietro Misnense

«Suida»

Soplimento di Eutropio

Svetonio Tranquillo

Suffrido Misnense

Symmaco

Т

Teoderico

Teodoro Spandugino

Teopompo Chio

Teodolo

Tito Livio

Tolomeo Alessandrino

Toma Ebendorfio

Trebellio Pollione

Trogo Pompeo

Tugenone Patavino

Ф

Fabio Celeriano

Farasmanno Creco

«Fascicolo de’tempi»

Filippo Callimaco

Filippo Lonicero

Flauio Vopisco

Lucio Floro

Francesco Bisso

Francesco Baldillo

Francesco Irenico

Francesco Serdonati

Вси историографы производят началобытие сего народа из Скандинавии, которая от многих названа Сканция, от иных Скондания, от некоторых Скандия и Скандизона, лежащая во странах Северных, о чем Элмолд описует.

Древние Латины и Греки, едва познали оную и общим мнением сказали; что есть пояс земли студеный, осужден в непрестанные снеги и лишен всякого животного. Немногие о том учинили напоминание, некоторые ж токмо положили под сею промежностью и благополучные земли долгоживотных людей, и всех человек зело праведных. А иные надеялися, что оная страна была некий остров великий. Плиниус в 4‑й книге повествует: что Скандинавия остров преизрядный и величеством непримерный; Солин, в 23‑й главе, о дивных вещах Вселенныя описуя, глаголет, Скандинавия есть остров более всех островов Германских, не имеет иные вещи чудной, только себе самого. Потом вскоре сказует, Скандинавия не есть сущий остров, но часть земли немалая и окруженная морем, но от cyxиe земли совсем не отделена; назван от Иоарнанда Алана, другой мир, жилище народов и владение пород¹¹. Длина его от Полудни к Норду с 1800 миль, и ширина не многим меньши половины; с единые страны окончевается морем Балтийским, с другую Океаном, от некоторых названным море Ледоватое, в близости Норда, имеет Скрифинны, Карелы при границах Росийских, по чертежу показательному Олая Великого. Есть мнение некоторых людей ученых, что Скандинавия есть славная Туле: от древних утвержают свои слова на последующем фундаменте. Помпоней Мела полагает Туле напротив Германии нижней. Птоломей Туле полагает в 73 градусе широты, 26 длины. Прокопей Туле описует, что жительствовали на ней 13 народов и толико же Цареи владетельствовали, десять крат больши Британии. Стефан Бизантианин называет Туле великою, понеже бо объемлет народы Скрифитианы: ныне именуемы Скрифинны. Исакий Чеса претолкователь Ликсфронов сказует, что Туле лежит к Востоку Британскому, которые околичности все принадлежат Скандии, а не иным, толико вящши¹², что едина часть Скандии еще и ныне носит имя Туле Марка. Море Балтийское, которое Туле окружает, не слышит прибыли водяной, ниже убыли, и того ради зело есть многобурно и бедственно. Когда текущую воду погонят ветры, приходит с Севера вода толь пресна, что матрозы оную ради варения употребляют, и то происходит от множества рек и озер впадающих в него. Противное когда случается течение воды, произходит с Запада, мерзнет зимою толь жестоко, что ездят поверх некоторыми каретами, которые оные народы называют сани; а иногда и целые войска, переходят пеши с сухого пути на островы от Скандинавии, которая, отлож(ив)ши все другие имена, держит паки оное еже Скандия. Которое имя значит веселость, или пригожство, понеже благоразтворением воздуха, плодоносием земным, привольностью пристаней и товаров и богатством морским; рыболовлением из озер и рек и ловлением зверей изрядных, жилами неистощимыми злата и сребра, меди и свинца; множеством градов, постановлениями гражданскими, ни единой стране богатой (не) уступает. Из нее же древле посылалися часто [по сказанию Солинову в 25‑й главе, о «Северных»] чрез девиц неразтленных, первые плоды жита Аполлону Делийскому; понеже оные от насильства остариодержцев, не возвращалися вспять неразтленны, то паки возвратили далеко, расстоятельной оных плодов оброк во пределы Скандинавские, которая ныне содержит в себе три королевства; а имянно: Норвергию, Швецию, и Готфию, с частью королевства Датского, и иные многие провинции, якоже суть Ботния, Финмаркия, Лапония и Финляндия, которую в прошедших временах жительствовал народ Славенской, и имела их язык. Но когда овладели Русияне, то приняла веру Греческую. И окроме вышереченных, суть еще многие провинции в Скандинавии, из которых вышли Славяне, со многими иными сильнейшими народы, которые покорили и владетельствовали, потом, Азиею, Африкою и Европою.

«Остров Скандза», согласно раннесредневековому описанию в широко известной «Космографии» Равеннского Анонима (около 700 г.). Карта реконструирована Конрадом Миллером (1844–1933) и опубликована в его многотомном труде: Konrad Miller. Mappae Мundi, Die ältesten Weltkarten. – VI. (Schlussheft): Rekonstruierte Кarten. – Stuttgart, 1898. – Таf. 1.

Примечательно, что в этой космографической схеме роксоланы (руссы?) локализуются в непосредственной близости к легендарному северному острову – «материнскому лону» народов в средневековой европейской географии

Первоначалие Славян и происхождение державства их

Первоначалие и происхождение державства народа Славенского не так возможно удобно познати, понеже кроме того, что Славяне мало почитали книжную науку, и ученых людей. Не предуспевало им время внимати учению и наукам, они бо быша природою варвары, и жительствовали между такими же людьми свирепыми и варварскими, с которыми непрестанно воевалися. Того ради изначала были не знаеми, в пространных степях народа варварского. Тогда перво оказалися, когда на Греки и на Римлян [от которых в начале процветали науки, погубили и писание и красноречие купно] наступали, oзлобляли, и мало неискоренили их оружием. Парфяне, Готфы, Вандалы, Аланы, Лонгобарды, Срацыны, Гунны и, наконец, сии Славяне в толикое утеснение и бедство оных Греков и Римлян привели, что весьма пренебрегли, ниже времени имели описати первоначалие свое, также и злодейства людей чужестранных, а наипаче по многим причинам ненавистников своих.

Петр Крузбер Голандев в книге 3‑й, о «Северных», Увикинд Увагрез в книге 1‑й, о Германии; и Александр Гвагвин в своей «Сармации», рассуждают, что Иафет болшии сын Ноев, от которого возымел первоначалие народ Славенской; после оного памятного Потопа, написанного во Священном Писании, поселился во Азии перво. Потом его потомки пошли во Европу, на Север, и поставили своя обиталища в Скандинавии, идеже возрасли в безконечное число. Имели 200 отечеств и населилися во оных местах, которые суть от горы Тавра Киликийского к Северу, при Океане Северном половина Азии, и по всей Европии, даже до Океана Британского. Известие сего людонаселения изъято¹³, и от протолкования самого имене Иафетова, которое значит разширение; и от счастливого благословения Ноя, отца его, которой, провидев три состояния будущие жизни человеческие, и назначив всякому свои уряд трем своим сыном, чтобы каждый из них согласовался своему определенному званию. Рек Симу: иди яко Священник исправляя Божественную Службу. Хаму же: трудися, возделовая землю и поля, и обучаяся художеству рукодельному. Иафету: правительствуй и защищай яко Царь, и обучайся оружию яко воин. Которое приказание, или завет Ноев был потом охраняем ненарушимо от потомства его сынов. Того ради Славяне, изходящии от Иафета, всегда были во оружии храбры, и начальствовали над многими людми. Но понеже низходящии от Иафета возрасли и умножилися в число такое, что великая Скандинавия не могла их вмещати, отидоша от оные. И, оставя жилища отеческая многочисленная, покорили себе всю Сармацию Европскую, которая [по Птоломею] на Востоке оканчивается морем Меотисом и Доном, от Запада определяется Вислою Рекою, от Севера Океаном Сарматским, от полуденнои страны горами Корпатами.

Случилося оное первое отшествие Славян из Скандинавии во время Офониеля, учиненного наследником по Юзее наследнике Моисееве. Которои Офониель был судиею Евреом, в лето от Миросоздания 3790, прежде пришествия Христова за 1460 лет, в которое время вышли из Скандинавии Готфы, под темже именем и Славяне, которые были с Готфами один тот же народ. И тако народ Славенской, покорив державству своему всю Сармацию, потом разделился в разные начальства, и тогда получил разные себе имена; сиречь: Венеды, Славяне, Анты, Верлы или Ерулы, Аланы или Массагеты, Гирры, Скирры, Сирбы, Эминклены, Даки, Шведы, Фенны или Финны, Прусы, Вандалы, Бургондионы, Готфы, Остроготфы, Визиготфы, Геты, Гепиды, Маркоманны, Квады, Авары, Певкины, Баштарны, Роксоляны или Руси, Ляхи, Боеми или Чехи, Шленцы, и Булгары, которые все были, един той же род Славенской, который еще и ныне болии всех есть иных народов, понеже народа и языка Славенского не токмо суть оные, которые живут во Иллирии, во Истрии и Карпате, но еще многие иные превеликие и сильнеишие народы, Булгары, Ращсцы, Ращиане, Сербы, Бошнаки, Карваты, Петы Горски, Русы, Подоляне, Поляки, Москвитяне, и Черкасы, и оные, которые живут далеко при Голфе Венедицком, даже до реки Албии, которых останки еще и ныне суть нарицаеми от Герман Славяне и Виндяне или Винды, и, конечно, Лузацы, Kассубии, Моравы, Литвяне, Шленцы и Боемы. Того ради язык Славенской распростирается от моря Каспииского даже до Саксонии и до моря Адриатского, также до Германского. Сей народ Славенской всегда показовался свиреп, храбровоенен и всегда славожелателен. Древний обычай у Славян был, еже не жити никогда во едином месте, но по пристойности попасов, или яко неприятелей отбегаше, или казалося им тесно, пременяли жительство и преносили своя стяжания, живуще всегда под шатрами, воевательны, вольны, и неукротимы. Во время Августа Цесаря жили смешены между Фракиан, а потом овладели оружием мало не всю Европу, и великую часть Азии и Африки. Аще со прилежанием рассмотрен будет сей народ Славенской, то не обрящется в прошедших временах другой храбрейш; понеже сей со удобностью претерпевал стужу и жар, и вся протчие неспособности воинские. Всегда бесстрашен предстоял, воеже полагати жизнь свою в тысящ бедств, никогда не был во всем покорен державству Римскому. Наипаче, когда Славяне во времена Максимилиана Цесаря, перешед Истр реку или Дунай, вошли во Иллирию, в Паннонию, и в Мисию, опустошили все, наступали на полки Римские храбро, и прогоняли так, что державство Римское всегда принуждено было удерживать себя от воинства Сармат, рассуждая себе за превеликой учинок, когда тем склоняяся, их свирепство отвращали от себя.

Порода Венедов была, на иные три разделена, нареченные, Венеда, Анта и Славенская, которые произошли все три от того ж единаго корене Скандинавского. Славяне, еще в Сармации живуще, чинили непрестанные воины против разных народов, и всегда были славными победителми, от чего восприяли и имя сие, еже нарицатися Славянами, под которым именем (по сказанию Риналда Вританского в 1‑й книге Вритании летописей), учинив едину сильную флоту на мори Энедийском, наступали на Англию, ибо они, будучи человецы велики возрастом¹⁴, вменялися за богатырей, но после как прогнал их от того острова сильною рукою Брут, сын Сильвия внука Енеова, то принуждены они новых себе жилищ искать, и приплыли ко брегом Саксонии Нижней, ныне же нареченные Фризии, где тогда никто не обретался, и вышли было на сухой путь, но скоро прогнали их жители того места паки во своя карабли; и оттуду отплыв со своими караблями, прошли внутрь к Западу, дондеже вошли во устье реки Мозы, и, остановившеся тамо по нескольком времени близ древней Влардинге, построили Фортецию зело крепкую, которую от имени своего наименовали Славенбург, за 900 лет прежде пришествия Христова. А оные, которые отгнали Славян, были Шведы, первопрогнатели Аланов, обитавших по всему оному тракту места, лежащего между рек Флевы и Швевы. Другие Славяне потом, которые в то время осталися в Сармации, мужественно стояли против Александра Великого, которой домогался покорити их себе; и убили они Менедама Капитана Александрова, изрубили в штуки, такожде 2000 пехоты и 300 конницы Македонцов, и хотя Курций прилагает сей разум и воевание к Скифом, последуя в сем своем мнении погрешению других писателей Италианских, которые когда не дознавалися имени коего либо народа нарицаемого от них Варварами, то aбие нарекали (якоже сказует Алберт Кранций) Скифами, однакоже читается ясно в том же Курции с протчими писатели, что предреченное разбитие было войскам Александровым от Славян, понеже по сем приложил Курций, что ко Александру Великому пришли Послы Германов восточных, которые от списателей оных времен наречены Сарматами и Скифами, а от нас Венедами, от себе же самых назвалися Славянами, числом двадцать послов, по своей обыкности на конех, которые, приняты будучи в шатре Царском и посаждены, уставили очи свои на лице Царское, аки измеряя смысл его по возрасту телесному, которое им показалося не велико и не равно толикой славе; потом един из них, старейший, начал говорити сим образом.

«Аще бы Боги восхотели, чтоб возраст твоего тела был равен желанию мысли твоея, то б весь свет не мог тя вместити. Ты единою рукою касался б Востоку; а другою бы Запада, и, получа тое, похотел бы знати, где сияние толикого божества сокрывается. Тако что ты желаеши вещей, которых не можеши постигнути. Ты из Европы идеши во Азию и из Азии во Европу преходиши, когда победиши весь род человеческой, тогда уже со зверьми, с лесами и со снегом, и с реками будеши воеватися. Или не знаеши, что великая древа долгим временем ростут, а потом во един час изкореняются? Безумен есть той, которой плод оных древес точию смотрит, не измеряя их высоту. Зри себе, что, ежели желаеш(и) на самый верх оной взыти по ветвиям, за которые будеш(и) хвататися, дабы не упасти на землю; И лев некогда бывает снедь малейших птиц; железо от ржавчины снедается, и ни едина убо вещь бывает толико тверда, которая бы не имела боятися беды, от другие вещи немощнейшей. Какое дело нам с тобою? Мы никогда не приходили на твою землю, якоже знаеши, откуды ты идеши, того ради невозможно и нам пребывати, непознаваемым живуще между превеликих лесов, не можем покарятися кому, но ниже хотим быти господа. Дары же наши вам уже даны, да тем возможете познати людей Скифских: пара быков, одна соха, стрелы, копие, и едина чашка. Сия вещи употребляем и с приятельми, и против неприятелей; жито, нажитое трудом, быков наших мы даем приятелем, с ними мы в чашках вино жертвуем Богам; а неприятелей издалека стрелами встречаем, а вблизу копием поражаем; таким образом мы победили Царя Скифского (зде видится, яко послы не Скифяне были, якоже Курций упоминает) и Мидского, такожде и Перского, даже до Египта путь нам был оттворен; Но ты хвалишися гонятися за разбойниками: ты сам един разбойник всем народом, которых победил еси; взял еси Лидию; и овладел Сорию, ты держиши Персиду, в твоей власти суть Бактриане, ты во Индию хощеши идти, и уже еще ты же протягаеши на наши скоты, твоя сребролюбивые и несытые руки. Что ты требуеш(и) от богатств, которые творят тебя имети многую славу? ты первый из всех протчих изобилуеши славою; понеже елико больши получаеши, толико больши желаеши того, чего не имееши. Недовольно тебе, колико мешкал еси окрест Башов, когда хотел их победити; Согдиане паки начали воину, тебе отрыгается воина от победы. Но хотя ты вменен превелик и премощен паче иных, но всяким образом никто не может на себе содержати Государя чужестранного. Преправиш(и)ся не много за Дон (другая околичность, осуждающая погрешение Курциево о Скифех) и узнаеши в колико расстояние оное распростирается; Скифов ты никогда не постигнеш(и), убожество наше скорейше есть, нежели твое войско, носящее с собою грабление многое толикое народов. И аще ты повериши, что мы обретаемся далеко, ты увидиши нас стоящих в своих обозех; понеже тоюже мы борзостью и гоним и бегаем. Мы слышим, что у Греков в посмеянии наша степь; но мы вящше любим леса пустые и тощые всякого землевозделания, нежели грады и изобилные маетности; того ради держи руками сжату твою фортуну, понеже она есть непостоянна, и противно своеи воли не задержится; того ради должно последовати здравоносному совету, которой тебе подаем, и которой тебе настоятщеи союз подает, лучши будет тебе положити узду на твою фортуну; ради лучшего управления той на шеи. Сказуют, что фортуна без ног есть, и что она только имеет руки, украшены перьем. И когда подает руки, не попускает коснутися перии. Всеконечно, ежели ты еси Бог, то должен ты человеком подавати благотворения, а не от имати их своиственная; Аще же ты человек, памятуй себе всегда быти такова. Безумное есть дело воспоминати тебе о том, о чем ты забываешися. Которым не учиниши воины, возъимееши их за приятелей, понеже между равными претвердейша обыкла быти дружба. Равные могут называтися оные, которые никогда не учинили опыту своих сил, но и от тех, которых ты победил, опасайся еже верити яко суть приятели; понеже между господином и рабом не может состоятися любовь постоятельна. Но мы и в мире обыкли охранять причину войне. Не верите ли, что мы с присягою подтверждаем милость, осмотря ти верность и нашу присягу? Иная осторожность употребляемая у Греков, которые подтвержают свои дела призыванием Богов. Не требуеши приятеля в дружбе, о котором ты должен усумневатися? Кто не кланяется людем, обманывает Богов, ты подлинно нас будеши иметь за сторожей Азии и Европы. Мы граничим Бактру, где Дон ее разделяет; а с другой стороны Дона даже доле Ефрата есть слух, что сопряженна Македония с холмами фракиискими и с ее горами; того ради рассмотри, аще суть соседи друг другу царству твоему? Надлежит нас иметь приятельми или неприятельми».

На тот разговор Варваров возответствовал Царь, что он желает служить своей фортуне, на которую уповал много; и тако отпустил послы Славенские, с которыми последи сразившися войски, Александр немало своих потерял, а неприятелем учинил малой урон; но понеже не могоша оные воспротивитися такому войску, устроенному всяким оружием, при(н)уждены отступити по обыклости своей внутрь Сармации, в которой учинили потом знатные и ясные дела счастливым и благопоспешным случаем. Сей храбрый народ Славенской, никогда пребывал успокоен, наипаче в наступании времен, взирая убо на дела пребольшие, намерился оставити пустыни Сарматские, по которому действительству, разделилися на две части, едина пошла до Севера и засела береги моря Балтийского, страну, протяженну на 250 миль Германских, между Германии, Пруссии, Ливонии, Руссии, и брегов противолежащих Дании, Готфии, и Финляндии, даже до Выборха, и назвалася Генета или Венеда, Германами нареченна «Венден», от Италиан «Слава», а от наших «Вандала». О сих Венедах Славянех будет повествовано по сем во своем месте: Другая часть Славян Сарматских обратилася к полудни, засела бреги Дунаиские, отнюдуже искали овладети Государством Римским, которого земли и провинции толико oзлобляли, что наконец покорили многие.

Прокопий Цезарейский, который первый был списатель о сих Славянех и о войнах, учиненных с Римляны, в первой книге о Готфех, тако пишет о Славянех: при сем средстве, Мартин и Валериян, приехали к Велисарию (Генералу Царя Иустиниана) ведуще с собою 16 000 салдат, из которых большая часть были Гунны, Славяне и Анты, которые живут обонпол¹⁵ Дуная реки, недалече от ее берегов: Велисарий, возрадовався о приходе их, намерился сразитися с неприятелем. Той же списатель во 2‑й книге повествует, что Велисарии хитрствовал, чтобы пленити некакого человека знаменита из неприятелей, дабы известитися с какою надеждою Варвары страдали толь тяжкие беды. Валериян обещал ему действительство намерения, чрез некоторых от народа Славенского, которые были под его знаменем; понеже были обычайны стояти, прикрывшися под каким-либо каменем или древом, и тем образом взяти кого хотели от неприятелей, о чем и на Дунаи, где они имели своя жилища, и в Риме против иных Варваров, учинил искусство, того ради избрал Валериян единаго из сих Славян, сильнейшаго и храбрейшаго и мочного, который, поощрен обещаньми от Валерияна, прежде рассветания вскочил на холм, где по всяк день бивалися за кошение травы конем, и тамо, легши на землю, покрывшися терном, таился, даже учинился день, един некоторой Готф приехал взяти травы, не надеявшися подвоху, на которого внезапно скоро Славянин нападши созади, и охватя крепко поперег, принес в обоз Римской, предал его Валерияну. Той же Прокопий пишет в 3‑й книге, что един некогда Халдивий из фамилии и двора Иустинианова, толико презирал деньги, что он зело роскошно жил своим имением, когда не стал иметь ничего, учинил его Иустиниян в 4‑й год своего царствования правителем всея Фракии, еже стрещи Дунай от наездов Варварских; понеже они во время прошедшее, тако с Гуннами, как и со Антами и со Славяны, переправяся тую же Дунай реку, учинили беды несносные Римляном; Но во время трех годов Халдивий учинил препятие подъездам оного народа со уроном их. Но как прошел третей год, он переправился реку предреченную с немногими людьми, пришли ему на встречу все силы людей Славянских, потом, совокупившееся, бои учинили, на котором пал Халдивий со многими Римляны: По сем Антяне и Славяне, поссорившися между собою, учинили междуусобие, где Славяне одолели Антянов. Потом той же Прокопий прилагает, яко народ Славенскои и Антянов не был правителствуем единым токмо человеком, но из древнего времени живяше в народнолюбной и общей вольности, что все дела полезные, или вредительные приносилися от них на совет всех, что было все единообразно у обоих народов; что набольшие их признавали между Богов единаго токмо точию Перуна (то есть строителя громостреляния) Господа единаго Вселенныя, которому повинни были на жертву приносити Быков, и протчая животная. Они не познавали фортуны Госпожи над человеки¹⁶; а когда ради недуга в дому, или от бед на войне, творят какой обет ради избавления своего, восприяв паки здравие, или миновав беду, должни суть по повелению исполнити обещание оброка, которые такому жертвеннику причитали паки восприятие здравия. Они же покланялися лесам и нимфам (то есть русалкам) и протчым демоном, которым жертвуя, восприимали свои предзнательства добрые или злые. Жительствовали в некоторых кибитках неукрашенных, зело расстоятельных едина от другой, пременяли часто своя обитания. На войне большая часть пехоты против неприятеля, ношаше щиты и копия в руках, не вооружалися никогда в латы. Идуще на войну, не носили платия, но некая покрывала даже до бедр. Язык их был Варварский. Ни в чем разнственныи между собою образом телесным, но вси зело длинного росту и вельми мочны силами телесными, по цвету же волосов ниже зело были рыжи, ниже черны, но более по первому нежели по другому цвету¹⁷. Жизнь их была жестока зело и безустройна, довольствовалися пищами не зело лакомыми, без коварства и озорничества в разорениях и в разбиваниях: Держали штиль Гуннов (Унгров), и всеконечно древле Славяне и Антяне имели едино тожде прозвище, СПОРЫ, еже значит рассеянни, за еже обитати единой от другой фамилии разлучно в своих кибитках, отстоящих друг от друга; занимали многое место обитающе, весь кряж обонпол страны Дунайские. Аще же и зело были жестоки, однакоже в великом почтении имели своих Попов. Между иных Богов покланялися Идолу (названному яко Бог, то есть Бог крепкий), под которого ногами стояла едина глава Человеческая, а другая Львова, в правой руке держущь копейце, а в левой – круглой шар сребряной. Сей был отлучен от протчих Идолов Славенских. Во время, помяновенное от Прокопия в книге 3‑й, войско Славянское, прошедши Дунай и вшедши до Диррахия, учинили превеликия убытки Иллирианом, секуще всех, не щадили всякого пола, ниже возраста, опричь тех, которых с собою отвели в полон. Взяли в полон Азбада, оружиеносца Царева, вырезали ему несколько ремней из спины и бросили жива во огнь, и сожгли. Потом воевали всю страну даже до Помория, одолевающе хитростию грады Поморские, укрепленные осадною силою крепкою от Римлян; на дванадесять дней расстоянием от Констянтинополя, тамо порубили пятнадцать тысяч граждан, опустошили всю землю Иллириков и Фраков, где сажали на кол живых бедных жителей. Привязывали некоторых к четырем колам толстым, вбитым в землю, руками и ногами кверху, и потом били их во главы дубинами до толика, дондеже могли дыхати в толиком мучении. Протчих же, которых старости ради, или инаго препятия, не могли вести с собою, заперши во едино место тесное со скоты, сожигали без всякого умиления. Обогатившеся и обременившеся граблениями, паки прешли за Дунай, да возвратятся во свои кибитки. По нескольком времени великое число славян, переправяся паки Дунай, пришли в Haиc, с намерением еже овладети градом Фессалоникою и ближними местами, принудили Царя Греческого вспять воззвати Германа славного капитана, которой был намерен следовать во Италию с великим войском, еже бы утомити Тотила. Но, уведомившеся Славяне от своих пленников, что Герман обретается в Сардех, понеже некогда он розбил воиско Антийское, боящеся впасти в подобное розбитие, восприяли иной путь и, переправившеся чрез горы Иллирические, прошли в Далмацию; и, возъукреплены бывше от иных Славян их народа, разделилися на три войска, и, наезжающе на разные места, починили беды несносные во Европе зимующе, аки бы были во властных¹⁸ своих домех, не имеюще боязни от неприятеля. Известно стало что Тотила посулом многих денег воздвиг их во оные провинции Римские, дабы Царь Константинопольскии не возмог впредь посылати помощи во Италию противу Готфов, которые их, аки вода, покрыли. И абие Царь послал противу Славян избранное войско, правительствуемое от Константина, Арация, Назария, Иустиниана и Иоанна правителей. Вначале от Схоластика Евнуха, которой достиг едину часть Славян, не могущих путешествовати впередь, ниже обратитися инуде¹⁹, понеже обремененни скотами и протчими богатейшими добычами, постановили обоз свой на едином холме, которых окружили от всех стран Римляне, и ради нетерпения салдат Римских, которые скучали, утеснены в своих транжаментах²⁰, наконец было им позволено от начальных атаковати Славянов, от которых сами всеконечно учинилися разбиты и развоеванны, взяли они же знамена Константиновы: разгромили страну Астинг, в которую по се время не вхаживали, и дошли даже до Долгих стен; отстоящих един день токмо, или меньши, от Константинополя. Потом, как от бежания престали, и паки соединилося войско Царское, ударили внезапу на едину часть Славян и прогнали их в бежание, и свободили многих пленников Римлян со взятием паки знамен Константиновых. Оные же Славяне, которые возмогли избыти бегом, отъехали в домы своя. Оттуду паки отшедше, ударили на Иллириан и нанесли великие шкоды²¹ оной провинции. Понеже войско Римское было меньши Славенского, не смели наступати на них, и препровадили оные многое время во оных воеваниях, наполнили дороги телами мертвыми, понеже не было, кто бы им тогда мог учинить какое возпротивление. Наконец возвратилися со всею своею добычею во свои кибитки на другую страну Дуная. Римляне не могли наскочити на них явно от страха, дабы Гепиды, их союзники, не двигнулися в помощь и защищение их. Иероним Барди, наполняя недостаток протчих списателей о оных воинах, знаменует время и годы злодеятельств, которые Славяне сотворили во Фракии и во Иллирии во образ последующий: в лето 548‑е Славяне наступили на Далматью и прошли даже до Диррахия. В лето 549‑е развоевали Фракию. В лето 550‑е, паки пошедши в Греческую землю, одолели Цареградцов, в лето 557‑е, отложася от начальной их страны и вшедши в Македонию, починили тамо бесчисленные шкоды и, тамо обжившееся, наименовали оные места от своего имене: Славония. В лето 554‑е преодолели Капитанов и останки Готфские, развоевали Сицилию, откуду прогнал их Герман Капитан Иустиниана Царя. В лето 585‑е приходили даже до Константинополя, разоряя всю Фракию. Пишет Святый Григорий Иовию, правителю Маврикия Царя во Иллирии, что в лето 591‑е, в седьмои год державства Маврикиева, Славяне, перешедше Дунай, озлобляли Иллирическую землю, из которой разбежалися люди во островы, да спасутся от свирепости сих. В том же году Маврикий Царь поднял оружие противу Уннов²², которые от времени Аттилы Царя жесточайшого и нареченного «бич Божий»; жительствовали в Паннонии обонпол Дуная. И, послав с войском сына и тестя, oзлобляли зело Уннов, тако, что (те) помышляли возвратитися на первая своя жилища, но, призвав в помощь Славян ближних и соединяся с ними, двигнулися против Греков, которым подали толикой труд, что не дерзнули сражатися с ними в бою полевом. На другой год Славяне наступили на Греческое Царство и учинили великую шкоду, и забегая даже до Гирла Херсонского, тамо остановилися. В лето 594‑е Маврикий послал против их доброе войско, которое учинилося разбито, потом, возъукрепившеся, войско паки пришло в сражение боевое со Славяны, над которыми одержало кровавую победу. Славяне после четырех лет, учинив союз с Гуннами и Аварами, наступили паки на земли царства с величайшим уроном своим; однакоже, разъярившеся больши, яко никогда тако, Славяне: вошли паки в провинции. Но Прикс Генерал Маврикиев их разбил, тожде им случилося с большим упадком в лето 1000‑е. Но возвращалися толико часто на обыкновенные наезды, что Царь принужден был наконец уступити Иллирическую землю, которую наименовали по том Славониею. Едина часть Славяне заняли места ближние к морю, другая часть прешла даже до Паннонии вышней; протчие правительствуемые от Чеха и Леха братии, проникнули в Моравию, Боемию, и Польшу. Оные ж, которые засели бреги Морские Далматии, разпростирали непрестанно свою область и Государство, озлобляя не точию соседов своих, но и зело дальних людей. Того ради во время Арисалда, Короля Лангобардов, учинивше един сильный Флот, прошли во Апулию, стали обозом при городе Манфредонии, где наступил на них Рион Дука Беневенскии; толико храбро защищался, что его разбил, и на бою оный умер. Напал на них не нечаянно брат Рионов Радоалд, избил с великим уроном их; останки принуждены отидти из того Королевства, и, восприяв путь к Далмации, своему пребывалищу, обретоша что мало не вся Далматия соединилася купно против их; и, учинив войско немалое, с флотом вошли во устие Наренты, чтобы препяти им вход во оную реку. Что увидя, Славяне учинили притворство, аки бы возвратитися назад, Далматяне же последовали за ними, но нощь их разлучила. Славяне отступили за остров Корцула, где стояли, сокрывшееся, весь наступающий день. Потом в вечер, вышедши вон из порты, пошли против флоту Далмацкого, наскочили на него внезапно; бой несколько был сумнителен; наконец, учинив себе Славяне путь посреде оружия, прошли в Нарон в места, от них прежде добытыя. И, овладевше всеми оными местами и городом Нарентом, от древних имянованным Нарона, поставили тамо свое владетельство, творящеся в прехождении времене зело сильны на мори и зело страшны, а имянно, Речи Посполитой²³ Венецианской, от которой, и от протчих Далматян, с пограничных брали чрез долгое время дань погодную.

Война между Слявян нарентских и Венециян началася во время Иоанна Партиципация, Князя Венецкого в лето 829‑е, по котором учиняся наследник Петр Градениг учинил мир со Муисом Принципом²⁴ Нарентанским, они же вмале по том разорвав той мир, протекли даже до Каврли близко Венеции, дабы Венетов воспятити. Князь же Венецкии послал своего сына и способника Иоанна с сильным флотом, которой на другой год в карабельном бою Славяне одолели, и разбили с погублением многих караблей Венецких. Не преставали Нарентане гонителствовати Венециян чрез двести лет. Однакоже, опричь того, они платили дань оным за плавание свободное по морю Адриатскому. Которое владетельство Норентаны заступали и держали самовластное, окроме дани еще платили им же пошлину или подать с вещей, которые за преступление или мешкоту отпадали своей цены.

Неприятельство у Славян Нарентанских против Венециян было толь непримирительно, что сии, на всяк день возрастающе в силах, учинилися зело сильны на мори, желающе получение Долмации. Без того зело стужали от бесстудства великого Нарентанов, возжигали ссоры с сими и Долматяны, дабы потом удобнее покорити их всех под иго. Во всех сражениях, которые имели Венецияне противу Нарентанов, почитай, всегда были побиваны, а особливо во время Петра Капитана Князя Венецкого, которой, вышедши своею особою по двоекратно, против их сильным флотом, наступил на них при Каве Микуле в Далмации. В начатке боя виделся сильнейш²⁵, что Муис Принцепс Нарентинскии уже мыслил бежати, а когда, возъукрепившеся от остатних караблей Нарентинских, в помощь пришедших, под правлением Виты Рагузенина Бобалы Капитана славного, и часто употребленного Князем Нарентинским, возвратился паки сразитися с неприятелем победительным, которой по храбром защищении учинился, наконец, во всем разбит с смертью самого Князя. Та баталия толик страх и ужас граду Венеции дала, что усумневалися, дабы неприятель, последуя за победою, не пришел обступити их во Венеции, заперли чепьми толстыми устие пристаней города своего, с караулом частым из самых граждан. Правление не страшливое Иоанна Парципация, которой в сем бедственном союзе паки восприял оставленное урядство, сие сражение оружия случилося в лето 880‑е. Потом во время же Петра Саннуты девятогонадесять Князя, люди Далматские, вначале Нарентаны, тако сжали Венециян, что город Венеция, почитай, весьма был осажден, понеже не входил ниже запас ниже купечество. В лето 996‑е Петр Орсину Князь, учинив любовь, Государями Египетскими Сории, дабы отмстити обиды древния Нарентанские, отказал им платеж обыкновенные дани, о чем, прогневавшееся, они докучали всем местам морским, разоряюще от основания границы Заратинские, которые едины токмо были между Далмат тогда подданны Венецианом: Славяне Нарентанские, учинившеся Христианами при Святополке (от Латин названаго Сферопил, их Царь), который обратился в веру Христову от Мефодия Философа, потом нареченного Кирилла, учинилися в великую помощь Италие, наполненной Срацинами, во время Царя Василиа Македонянина, егда, соединившеся с Рагузены и с протчими Славяны ближними, с великим флотом прошли во Абруцу, тогда называемую земля Фиетская, где показали искусство своея древния славы, изгоняя вон оных Срацын из Италии с великим побитием, и со славою вечною народу Славенскому.

Другая част сего народа, которая прошла в Паннонию Вышнюю и в Бавеарию Нижнюю, овладела Стирию, Каринтью, и Карниолы, и многие иные места ближния, и учинли зело славно имя Славенское.

Римляне, толикощи несчастливо бившеся с Теодоном Королем Бойевским и со Славяны, и уже отчаявшеся держати Мизию, Паннонию и протчее Норика, оставили их в лето 515‑е, в которое время Славяне, ныне свойственно нарекшеся Харионы, завладели оною страною Норика, лежащею между горы Тавра до Востока, и обьемлется между рек Муравою или Мурою, Дравою и Савою, даже до уезду Аквилегии, и тою такожде владели, нарицающеся от места завладенаго, Карантаны или Каринтаны, в лето 580‑е вшедше с Дукою Гизалоном в Бавеарию Нижнюю, где есть место от горы, называемыя Венеды, от правительства Славян Венедских. Перешедше Истр реку над устием Изары реки, ратовали городы Пизонские, ныне же именуема Пизония. Августа Ацилиа, Мацелия или Мончинг на правом боку брега Дунайского, взяли городки старинные, место расстоящее от Ратизвуны к востоку 15 миль нареченные ныне Пфер и городки летние в компании Бойев, разбили воиско салдат Римских, названных береговые, понеже стрегли берег реки Дуная, и, ставше на завоевание Ратизбоны, скоро овладели ею, понеже Славяне, преискусны стреляти из лука и метати копиями; наметали толико множество стрел, что согнали с стен их защитников и учинившеся чрез толикие победы зело славны. В лето 593‑е, и окрест, Агилулф король Лангобардов, осадив город Падву и, немогши одолети его, призвал в помощь Славян Карантинов и, чрез посредство сих, всеконечно взял его. Потом, пошедши с предреченными Славяны на завоевание Рима, с начала единаго года осадив, учинился владетелем. По десяти летех той же Король Агилулф объявил войну Римляном за пленение своея дочери и, вышедши с воиском из Миляна, просил помощи у хагана, Государя Аварского, которой ему послал войско Славян, с которыми взял осадою город Кремону в 21‑й день, лета 6031‑го, и рассыпал его от основания. При возвращении от того походу в домы, Славяне, ездя, разоряли место Гилдиберта, Короля Францужского и Германского, которой послал на них пресильное воиско, правительствуемое от Тессалона Принцепа Боневского, спорубежного от Востока со Славяны. Той, их одолев, покорил Гилдиберту; но они вскоре, как далеко отшел Тессалон, отложилися²⁶. Потом, разбив войско Боневское правительством Государя своего Хагана, и, вшедши в Боварию, развоевали, и разбили Гариовалда сына Тессалонова, которой с воинством Римским вышел противу их, и завладели Истриею, которую и прежде сего они пустошили во время Царя Феодосия. В лето 617‑е Славяне, не могуще более претерпевати наезничества от Аваров, вооружилися на них, и обессилили их, в то время единаго из своих салдат называемого Сам, за храброй поступок на оном бою, учинили себе начальником и Царем, в котором он достоинстве содержал себе 36 лет с великим разумом и мощию во всех своих войнах и храбростях, противу предреченных Аваров, над которыми всегда он был победитель. Имел двадцать жен от народу Славянского, с которыми родил он трех сыны и пятнадцать дщерей. Во едино время, купецких людей Французов, возвращающихся из нового Рима с своими товары во своя домы, ограбили на пути люди вооруженные Царя Сама. О чем Гоберт Король Францужский отправил единаго своего посла, нарицаемого Сихария, еже просити должного суда; которой, приехав ко двору Царя Сама, и, не могущи получити аудиенции, облекся в платье по обыкности Славян. И тако преодеян, прошел пред лице Самово и предложил ему все, что приказано было от Короля его. Приложил к тому ж, чтобы Сам должен был имети многое почтение и многое осмотрителство о народе Францужском, понеже он и его люди подлежали Королевству Францужскому. Возпалився от того розговору, Сам возъответствовал послу, что он и его народ всегда бы могли почитати Французов, когда бы Гоберт со своими восхотел имети дружбу со Славяны. Сихарий против того рек: невозможно рабом Христовым сотворити союз или какую дружбу со псами. Рече ему Сам: вы воистинну творите исповедание яко есте раби Христови, а ваши есми пси, того ради оное, что вы противно воли Его содеваете, нечестивне нам попущено отмщати угрызением зубным. И то рекши, в тот час отгнал его от себе. Гоберт, обещещен быв, собрав войско, пришел сразитися со Славяны, но Славяне, разбив оное цветное Францужское войско, взяли многих в плен; последующе же сей знаменитой победе, пошли в помощь своим товарыщем Славяном, осажденным от Французов в городе Вогастр. И, наступив на осадивших, прогнали их вбежание и овладели их рухлядию и шатрами. Оттуду вошли в Турингию и в протчие места, соседные Франции, разоряюще и грабяще оные земли, которых земель был правитель Дука Дервин. Той, усмотрив, что Славяне всегда были победители над Французами его союзниками, отложася от них, предался Славяном и учинился им союзник. Однако же оставили Славяне на неколико времени oзлобляти Королевство Французское и обратили оружие на Италию, в лето 650‑е, и тамо учинили великие шкоды. Но, будучи преодоленны от Гримоалда, отступили в домы своя, обаче не пребыли на многое время спокойны. Егда Гоберт подвигнул воину против Амора, наследника Кубакорова, в Царстве Славян Дунайских, и сии Самова Царства подвиглися противу Француз и разорили их страну. Тогда Догоберт, избирая сильнеиших воин своего Королевства и укрепився в пути от Саксонов, с которых снял ради сего действа дань годовую 120 коров, которые платили Францыи от времене Клотария, первого сего имене Короля Французского, подвигнулся на Славян без случая. Наипаче на другой год, который был единонадесятый Королевствования Догобертова, вошли Славяне паки в Турингию и развоевали всю страну. Чего ради понудился Догоберт поставити на правительство Аустразии сына своего Сигиберта с титлою Королевскою, еже стрещи оные границы противу Славян, которые подобне непрестанно опустошали земли Французские. Наконец, Догоберт учинил пехоты три войска, числом 50000 воин. Едино послал²⁷ противу Славян Царя, Сама, который, пришед на бой полевый со Французы во Августе месяце, пребысть одолен паче от великова числа, неже мощию²⁸. И тогда сии Славяне обратилися в веру Християнскую; от святаго Колумбана их Апостола. Умершу же Саму, бысть ему наследник Борут или Борух, который был первый Царь Славян Коринтианов, иже восприял бяше Святое крещение от Святаго Донинга ученика Святаго Руберта Епископа Юваниского, и Апостола Карнов, и, в заклад верности, дал Боруха Королю Догоберту единаго своего сына, называемого Караст, и единаго своего племянника Хитомира. Потом, сразившися с Гуннами, разорившими страну их, разбил их и посек. Умершу же Боруту, воцарился во Славянех Каринтии, или Норика; вышеренченныи Хитомир или, по мнению Лазия, Караст, в которое время Меаран, человек ученыи и Свят, проповедал и научил оные люди вере Христовой. Бароны Славяне возбунтовали от Хитомирия своего Государя, под умышлением оного пременения веры, того ради Тессалон вторый, Государь Бойевскии, пришел в помощь Хитомиру, и понудил его подданных, дабы были ему послушни. По умертвии Хитомира, Бароны Славяне оставили благочестие Христианское, изгнавше Священников в Боярии, и, вшедше во Фриулы, разорили и убили Дуку Фердулфа со его войском, принудили Дуку Пенмона, преемника Фердулфова к миру не зело честному. Но потом, разрешив той мир его сын Ратх и вступив в Карниолу отечество Славянское, еже бы разорити тое; они же прогнаша его, и такожде разориша Фриулы. Тессалон же, напротив того, раздражнен отступлением Славянов, вошел с тяжким войском в страну Славянов, по неколиком в сражении оружия одолел их и дал им за князя Валдунга. Гемона Региналда, Маерана, Готария, Эрхиноберта, Регинарда, Августина и Гунтера – Монахов Священников, которые проповедаху веру Христову Славяном, от неяже поколение Баронов, или Кавалеров, весьма отвращашеся. Но Ингон, преемник Валдунгов, по научению Арцыепископа Сализбуржского, созвав во един день всех своих подданых на пир общенародный, разлучил шляхту от простых. Простых бо посадил на своей трапезе и подчивал светло на сосудех сребряных и златых. Шляхту же потом посадил на трапезе росхожии и повелел подчивати их в сосудех глиняных. И егда спросили Ингона бароны о причине оного разделения уничтожителного, возъответствовал, яко повелел употребляти столы, смотря по достоинству людей, понеже поселяне Християне, очищени непорочною кровию Христовою, имеют души чисты и нескверны, благороднии же противно, суще идолослужители, имеют оскверненни и поганы, что являло разность, учиненную на пировании. Той ответ толико возможе в сердцах барон Славянских, что в тое время все восприяли Святое крещение. Отсюду произошло оное древнее торжество, употребляемое даже до сего дни, при поставлениях князей Каринтии, о немже достоит мало нечто вняти: Недалеко от фортеции Святаго Вита, во единой долине зело пространной, идеже видятся следы древние некоего града, егоже имя есть неведомо, обретается един луг зело широкой, посреде же его лежит четвероуголный великий мрамор превысокий, на немже в день постановления нового Дуки седит един поселянин, природою по древнейшему превосходителству определеныи ко служению такова урядства²⁹, от десные своея страны³⁰ держит Корову черну, и от левыя Кобылу чернейшую и зело непригожую. Около того камня стоит народ весь поселянскии, ожидающь приход нового принцепа, который показуется от начала луга с церемониалным провождением от баронов пребогато одеянных; пред ним предходит Граф Горицкий, майстер наследничный палаты Принцепской. И по нем последуют 12 меньших знамен оружия оного Кнажества. Оныи же несет большое знамя Архидуки Коринтии, последуют начальствующии, и протчие урядники Стата, пребогато одеяни, по них идет Принцеп, окружаемь вышшеначальнеишими поселяны, и он такожде одеян по поселянски одеждами деревенскими и не красными. Егда же приближится ко мрамору, поселянин, седящий на вышереченном мраморе, видя являющася Принцепа, спрашивает высоким гласом языком Славенским: «Кто есть сей, идущий с толикою славою?» Люди, стоящие окрест, ответствуют ему: «Сей есть наш новый Государь, иже идет восприяти владения стата³¹». Поселянин паки вопрошает, праведен ли он есть судия, ищет ли он здравия отечеству, есть ли он свободен и не данник ли? Достоин ли чести, истинный ли христианин, защитник ли и возраститель веры Христовы? И коемуждо сих вопросу³² ответствуют людие тако: «Тако есть и будет». Наконец, прилагая³³, поселянин вопрошает: «Коея ради вины хощет он меня с сего седалища согнати?» Тогда ему ответствует Граф Горицкии: «За 60 пенязей купуется у тебя сие место, сия же скотины, то есть Кобыла и Корова будут тебе, воз имееши и платие, которое имеет на себе Принцеп, и будеши ты безданен, и дом твой да не платит погодные дани.» Тогда поселянин, по легку поражая рукою лице Принцево, говорит ему: «Буди праведен, судия да правительствуеши прямо правду». И, сошед со Мрамора с Кобылою и с Коровою, оставляет место праздно про Принцепа, который, возшедши на верх и выняв вон меч, шурмует им, весь свиреп, показуяся творити тое же деяние на все страны камене, чем является обещевати всем доброе управление правды. Потом подается ему вода в шляпе деревенской; тую выпьет единым духом пред всеми явно на знак трезвости, неже попуститися разтлеватися сладострастьми вещей телоугодных, толико препочтенных. Потом, пошедши с камня, поидет со всеми в Церковь ближнюю, первее сняв одежду поселянскую, и отдает поселянину, и тамо внимает Божественному пению; по скончании того, садится за стол обедати, и, пообедав, возвращается паки в луг, где поставляется готов стул судейской, на немже творит суд просящим и вотчинами жалует баронов, подданных Стату. Утвердивше, Славяне Норические, свое Королевство в Норике, якоже сказано выше, часто воевалися со Французы и протчими; разбивали, и убили на бою полевом Андагиза, Отца Францужского Короля Пипина младейша, который был Веледомовныи Феодорита Короля Францужского.

Пред поступанием времене, востали ссоры между сими Славяны и Хакана Царя Аваров, такожде Славянов, обладателя Боиоарии³⁴, разоряли его место толь часто, что он принужден был оставити оное. Того ради в лето 805‑е пришел Хакан к Карлу Великому, Императору, просити единаго места между Сибарии и Карандана, дабы обитати тамо, понеже он не можаше более с безопасностью жити в первой своей столице, ради непрестанных наездов Славян Норицких, которые, наконец, выгнали его весьма от оные столицы, якоже и Гуннов от своих своиственных. Часть тех Славян, тогда водима быв³⁵ Примиславом Комиком Стомисом, Тогером, пришла жительствовати круг реки Дравы, начинающеся от границе Боиоарии. Потом вмале оные Славяне, живущии при Дунаи и в Норике, совокупившеся с своими древнородными, наскочили на Паннонию Верхнюю, лежащую между Дуная и Савы, и Дравы рек по описанию Римлян, и подвигнули свое оружие во Влахию на другой берег Дуная, где разбили, побили и искоренили останки Аваров и Гуннов, покоряя себе все место, даже до устия Савы реки. Тамо свели и посадили сведенцов Бойев и Славян, обаче они были данниками Карлу Великому, ради проходу учиненнаго с Никифором Царем Греческим, возъобновленного по смерти Карла и Никифора Царя между Людовиком сыном Карловым, и Львом Царем Константинопольским. В тое время Людовит Славянин, Государь Паннонии Нижния, ныне же нареченные Посжега, взбунтовал против Императора Людовика, понеже отрекся он давати ему оброк, воздвиг великое смешение в Боиоарии Нижней и, привлекши к себе Булгаров Карнов, и некоторых Карионов, заступил великую часть Паннонии Верхния. Людовик послал воинство Италианское противу Людовита в Паннонию, но Людовит бысть победитель. Обаче послал послы ко Императору с предложениями обновленными о мире, которые понеже не были приняты, возбудил от своея страны людей соседных, уговорил Тусцианов, людей, соседных Болгарской земле, еже оставити сторону Императорскую, вошел в земли союзные Людовику от страны реки Дравы, но наступил на него Балдерик Дука Фриульской, устремился в бегство. Был обступлен от Борны, Дуки Далматского, при реке Колапии, от Славян имянуемыя Купы, но учинился победителем Людовит, понеже Гудусканы во время бою оставили совет Борны, которой паки их под иго взял, но потом, наступя на него, Людовит в своей его стране принудил своего неприятеля от злодейства отступити, Людовик же держал вторый сейм во Аквисгране, идеже умыслил послати три войска во едино время, собранное из Саксонов Французов восточных, из Алейманов Боиоаров и Италиан, противу Людовита, который, будучи нашествован толикими силами и оставлен от Корниоланов и Карентанов, оставил город Сцисцию, ныне нарицаемыи Сисег, и спасся у Сорабов, людей Далматских, где усмотрил, что един из оных Принцепов хотел его выдати, убил оного и градом ево овладел. Когда ему отказан был един разговор особливой, которого он просил имети со Императором, переехал к Луде Славянину, дяде по матери Борнину, которой убил его, Людовита, предателством, и с ним скончилися во едино время мятежи от оных стран между Славяны, которые потом во время Арнолфа Короля Францужского Императора, в лето 891‑е, разорвали и разбили воиско Императорское на границах Боиоарии, и, вступивше в земли Империи, захватили место, которое от реки Мораговы называлося Мораванио, ныне же Моравия, прогоняя оттуду Маркоманнов останки; и тамо утвердили свое жительство. По времени же разпространиша толико свое державство, что Королевство Моравлян Славян обьемляше в себе Венгерскую землю, Боемию и Россию. Имели многие воины с Пазинаками, ныне именуемыми Татары. И держалося оное Царство даже до 991‑го лета, в которое время умре Царь Свеуладо; овладели тое Венгры, Поляки, и великую часть Боемляне.

Моравия восприяла веру Христианскую во время Святоплуга³⁶ Короля Моравского, которой учинил свое пребывание в Веле граде и окрещен со своими народы, руками Кирилла Философа Апостола Болгарского, Русов и протчих Славян Далматских и Моравских. Сей Кирилл родом был Грек, родился в Фессалонике, ныне глаголемой Салоники, от отца Льва породного. Первее нарицался Константин Философ. В лето 887‑е поставлен был Епископ Вели граду от Адриана Третиаго сего имене, Римского Папы; первый бысть Архиепископ Моравии. Научив первее во благочестие Христианское Болгары, Сербы и Святополка Царя Далматского, и по них Святоплуга Царя Моравского, со всем его народом, которой разпространялся между Вислы, Дуная и Ваги рек. И, правив пять лет свою Церковь в Моравии, отречеся того достоинства соизволением Стефана преемника Адрианова в посмешество³⁷ Мефодия своего брата. Сей бо недобре приятствован был от Короля Святоплуга Младейшаго. Во время, егда Король, некогда пошедши на охоту звероловительства, приказал Архиепископу Мефодию, дабы он не служил Литургии, дондеже он возвратится, ждал Мефодий даже до полудни, но, сумняся, дабы Божественная Жертва не была уничтожена, и, видя, что люди многие начинали отходити от Церкви, не ожидая больши, ниже смотря указу Королевского, зачал служити обедню. И, егда ста во Олтари, упражняяся в служении Божественном, прииде Король, окружен мятеженародом псоохотников (псяьрем) и стадом псов, и, вшед абие в Церковь, с шумом и лаянием псов, положил руку на оружие, где едва удержался, еже не поразити особу Аркиепископскую, низвергши на землю все, что было на Олтари. Мефодий же отъиде того Царства, преходя в Боемию, отлучая проклятием Короля, и заповедуя всему Королевству.

В Боемии же пребыв немногое время, поиде в Рим, идеже обрете брата своего Кирилла, и по немнозе времени паки бысть призван в Моравию. Но, провидя, что Король в великом злонечестии ожесточался противу причту Священного, не возможе более терпети толикого разрушения Стада своего, того ради паки возвратился в Рим и тамо преставися в лето 907‑е, погребен же бысть в Церкви Святаго Климента, которого тело святое Кирилл, брат Мефодиев, принес из Таврика острова (сиречь из Крыму), ныне нарицаемого Тартария Меньшая, в Рим. При обращении Славяне просили от двора Римского чрез Кирилла, своего Апостола, дабы Литургию и божественные службы служити на их свойственном языке, понеже предреченный Кирилл уже превел им в той же язык Старый и Новыи Завет. Оное их прошение было предложено в полъном соборе. И понеже вначале обретошася различные неудобности во мнении оных Отец, абие услышася глас чрезъестественный, глаголющь: «Всякое дыхание да хвалит Господа: и всяк язык того да исповесть.» То чудо приведе Отцев и Папу, еже соизволити Славяном действу их прошения. От того времени, еще же и ныне, Священницы Славян Либурнских, подлежащих Архидуке Норицкому, служат Литургию и протчая Божественная правила на своем языке природном, не имея знания языка Латинского, наипаче и сами Принцепы Норицкие употребляли буквы Славянские в народных письмах, якоже зрится во Церкви Святаго Стефана в Вене.

Вся порода³⁸ Славянская по всеестественно содержит двух мер характиры³⁹ писмен, которое преиметельство не имеют ни Греки, ниже Латины, едино есть изобретение предреченного Кирилла, и называют то Кириллица. Другаго бе изобретатель Святый Иероним, и нарицашеся Буквица, которых начертании пребывают во всегдашнем употреблении у Славян, вящши же у Боемов и Поляков, которые два Королевства возъимели началобытия от сея славные породы Славенские, иже овладев Иллириком, якоже речеся выше, разшири своя новонаселительства еще больши, далее к Северу, сиречь в Боемию и в Польшу, образом последующим.

Новонаселение Славян в Боемии (то есть в Чешской земле) и в Польши

Чех Кроат, роду благородного, был между своими зело почтен. Той (учинил или по случаю, или промыслом) убил некоторого из своих знатных, за что обвинен и позыван на суд по законам, не восхотел стати на суд; гонителствуемь же от противные страны, большая бо часть Кроации вооружишася ради защищения и охранения законов своих, на непокориводерзского Чеха. Но той, да избудет ярости людей, советовав с приятельми своими, взяв своего брата Леха с собою со своими сродниками и приятельми, и рабами многочисленными, восприял путь чрез Паннонию Верхнюю, соседнюю Моравляном, еже искати жительства твердаго во иной стране. Достигши же со своими людьми в Моравию населенную, и в немалую часть Саксонии, породы Славянской, тамо остановился на некое время. Моравляне показали ему едину страну ближнюю, нарицаемую Боемию, от них прежде жительствованную, потом же оставлену пусту, в нейже немногие Славяне осталися рассеяни по шелашам, сказующе ему тую⁴⁰ ко обитанию зело пристойну.

Йозеф Матхаузер. Праотец Чех на горе Ржип.

Чешский художник Й. Матхаузер в одном из своих самых известных исторических полотен изобразил сюжет народного предания о том, как праотец Чех (брат Леха и Руса, легендарных прародителей поляков и руссов) привел свой народ к священной горе Ржип (или Рип), ставшей средоточием чешской отчизны.

Йозеф Матхаузер (Josef Mathauser, 1846–1917) – чешский художник и иллюстратор. Писал преимущественно полотна на религиозную и историческую тематику, а также портреты. Согласно народным чешским преданиям, один из трёх братьев (Чех, Лех и Рус), праотец Чех привёл свой род на территорию нынешней Чехии, дав ему родину

Чеху же, пришедшему во определения последняя, угодно бысть cиe предложение, иде со своими людьми чрез горы Герчинские⁴¹; не раздражая никого, сниде в Боемию пусту, владеемую токмо стадами овец и быков более, нежели людей, которых обреталося мало, но и оные ни в чем не политичны⁴², но пастухи, носяще власы долгие. Которыя сперва испужалися от приходу сего нового народа, никогда еще виденного, потом, разумевше, что от того же суть рода Славянского, поздравили новых гостей, и обнималися, и подарили их гостинцами, обыкновенными даватися другом, сиречь млеком, сыром и мясом, и дали им вожда в Боемию Нижнюю. Чех же поиде до горы, из которые изходят реки Албия, Иултавия, – нареченныя Рип, еже глаголется видение, понеже оттуду видятся зрением очес все поля пространные страны, и, возшед на сию гору и усмотрив здравость воздуха и плодоносность земли, и изобильство паств и бреги, воздвиже руки к Небеси, возблагодарил Бога за толикая благодеяния восприятая, сотворил жертву от скотов, с собою приведенных, по обычаю оного народа. И, возвратившися ко своим, возбудил их ко труду, разделил землю всякой фамилии, послал их строити домы и обитательства. И понеже были все искусны земледельствию поль, скоро и с радостью приложилися ко труждению и в мало время умножилися Вандалами, и Далматяны, стекающимися на всяк день к народонаселению Боемии, яко к месту отдаленному от мятежей военных; в малые годы доиде оное людонаселение в состоятельство единого знаменитого Королевства. Лех такожде возжелал быти заводчик другаго народа и другаго Королевства, просил своего брата Чеха, да отпустит его отъити со всеми оными, хотящими ему последовати, еже искати иных пребываний во ином месте, обещавая возвратитися, ежели не обрящут пользы к их обитательству: соизволил ему Чех. И тако Лех со своими последовал чрез горы Северные. И, дошед во оные места, которые ныне именуются Шилезия (Шленск) и Польша, наполнил их жительми, употребляя благочиние ко всем и не показуяся никогда ниже славолюбив, ниже горд. Тожде такожде деиствовал его брат Чех во своем Королевстве. И, ради вечные памяти oбoиx братий, Боемляне ныне нарицаются именем своего завотчика, Чехи; а Поляки от своего, Лехи. Боемия и Польша, обитаемая от оных Славян, от природы вдалися во оружие, и множественны людьми удалыми и поятными какое-нибудь воинствовати злочинство. Война, которую имел Карлус Крассо Император противу Боемов, за приятельство Гуннов; больши была сумнительна и бедственна паче оных, прежде бывших с теми Гуннами и со Французы. Король зело пресловутый Боемский был Оттокарь Пятый, которой разширил свою державу от моря Балтийского даже до Дуная и до моря Адриатского. И не токмо Боемляне сами были храбровоенные и изрядные сайдачники⁴³, но и жены и девицы оные страны были такожде природою храбровоинственны, ибо восприявши оные употребление вседати на конь, возбуждати его к скаканию, обращати его вкруг, герцовати копием, носити колчан и сайдак и метати копейцем, ходити за охотою и не оставляти дела надлежащего к войне, управительнейшаго оных времен. Наипаче же некогда оные жены овладели Королевством, имевше правительницу себе Валашку девицу двора Королевы Либуссы, жены Примислава. Та во образ другия Пантазилеи Амазонки, бегая с подругами от содружества людей, изшедши оная от места, господствовала семь лет в Боемии и убила своею рукою во един день пять неприятелей своих. Женщина зело мудра была, досужа и хитра, споспешествуема от другия пригожайшие, лукавнейшие и немилосерднейшие, именуемыя Сарка, которая, дабы исходатайстовати смерть Стираду, юноше сильнейшему, и паче иных, ко истреблению естества женского мужественному; употребила обман последующий: приказала она себе привязати руки и ноги ко пню древа и положити на землю при боке⁴⁴ рог охотничей и сосуд пития отравного, которое отъимало ум, кто его испиет, приказала засести подругам в тайне, в месте, не зело далеком. Но стояла одна многое время. Егда тамо пришел Стирад, забавляяся на охоте, видя Сарку тако привязану, подвижеся к милосердию, соблазнившися и прельстившися о ее красоте, вопросил ю о причине того немилосердаго положения. Ответствовала ему Сарка обманчивая, что то действо есть ярости повелительницы ее Валашки, занеже не похотела последовати злочинствию ее к людем, за что та Валашка уже готова была предати ю смерти, но когда услышала его псов лаяние и ржание коней, убежала, дабы паки потом возвратитися, и яко перешла беда пришествием его, и спаслася от конечные ее смерти; Притом просила его благоприятство освободити ю, или розвязанием, или смертью власные его десницы⁴⁵, дабы не впасти паки во оные Валашкины руки немилосердые. Стирад же, разрешив ю, вопрошаше о причине рога и сосуда; оная ответствовала, что питие определено есть ко продолжению ее жизни, да сотворит ей мучение чуятельнеишее; а что рог долженствовал положен быти на шею ее, ради знака, что она была за зверямя охотница. То рекши, испила сама часть от пития, против которого была пред ограждена охранительным лекарством, а остатнее дала Стираду. У него же питие отъяло абие ум, и, вложив рог во уста, рек: «Хочю трубити в него на их уничижение»; от чего возшумел и возгремел воздух и лес. Вышла Валашка со подругами вооруженными, от Западнаго места, поймали и связали злосчастного юношу. И приведши его в замок Великоградской, убили пред присутствием Короля Примислава и при всех людех. И да никто за баснословие почитает, что cиe воинствование женского полу в Боемии бысть, понеже обычай древнейший был в Сарматии, яко жены бивалися с мущинами. Чин⁴⁶ девицам был, еже стреляти из лука, седати на конь и ездити на ловлю. А женам уже потом сей чин, еже бити неприятеля. И егда девицы своего чина не исполняли, казнь им была – мучение погублением девства их, которое мучение вменялося великое во оные времена неискусозлобные.

Титульный лист одной из наиболее известных русских книг о дохристианских верованиях славян, изданной в 1804 г. Григорием Андреевичем Глинкой (1774–1818). В книге широко использованы и те сведения о славянских божествах, которые сообщает Мавро Орбини

Мужество подобномысленное показала в недавных летех Матилда, жена роду Боемского, которая посягла замуж за графа верховного, уезду знаменитого, от которого родила сына с толикою болезнию. Но егда умер младенец, вскоре потом удумала себе не сообщатися впредь с мужем, которой за cиe воздвиже оружие на жену; такожде и она прияла себе мощь, еже возпротивитися ему. И, шедше на полевой бой, одолела и взяла в полон Малтида мужа своего и приказала ему отсещи главу; и никогда уже не восприяла мужа, наипаче подарила все свои земли, лежащие от Радикофана, Фортеции Санезе, даже до Цепарона, ныне же нарицаются Отчее наследие Святаго Петра, Церкви Римские.

Храбрости военной Боемлян не уступали ни в чем Поляки, которые многажды разбивали до последнего истребления мужественнейшые воиска, водимые от Тамберлана (то есть Темир Аксака) и от Батыя. Разбили пресильное воиско Турецкое, которым командовал сам Салтан своею особою, порубили 80 тысяч. Побили такожде войско Московское, победили Господ Ливонских и Померанских, принудив их платити дань погодную; cиe бысть при Сигизмунде Короле Польском. Cиe Королевство вначале было наполнено народом Славянским, толико храбровоенным и толико жестоким, что от того зело коснело их обращение ко благочестью Христову, понеже Поляки были потоплены во Идолослужении преукорененном. Идоли же их первенственные были Иовит или Дии, Марс или Apиc, наречен Леда бог войны и датель побед; Плутон, наимянованный Hиa, податель лутчих Престолов во своем Царстве. Венеру или Афродиту называли Дидилиа, от сея прошали Многоплодия и сладострастия ко изобилию детей. Диане или Артемиде дали имя Зевана или Зевониа; той молилися о воздержании, и о щастливых звероловительствах. Цереру или Димитир нарицали Марцана, от которыя ожидали плодородия поль и древес. Покланялися Ветру, которой протекает по колосам жит и по ветвиам древес, нарицающе его Догода, или Похвист: именем же Догодовым значили Ведро, а Похвистовым имянем – нерастворение или ненастие воздуха. Такожде покланялися Леде, матери Касторовой и Поллуксовой, под именем Лада и Лели, и Полели; древнейшие их песни припевалися в их речах: «Лада Лада», и «Лели и Лели», «Полели Полели».

В Боемии, в день недели четвертыя Великого Поста, постановлял народ на телеге болваны Марцанин и Зевонин, которых носили со славою и с пением плачевным. Потом же вметали в эзеро или в реку, на память того дня, сиречь 7 дня Марта месяца, в который день Мечислав учинил явно народный указ, чтобы сокрушати кумиры Идольские.

Боемляне во время своего Короля Боривоа и Королевы Людомилы восприяли Крещение чрез Святоплуга Короля Моравского, в лето 900‑е. Но Поляки закоснели во Идолослужении даже до 965‑го лета, в неже действом и тщанием Короля их Мечислава пришли во Христианство сицевым образом; понеже Мечислав имел себе, по употреблению обыкновенному оного народа Идолослужительного, седмь жен, с которыми аще и много лет совокуплялся, но не можаше раждати сынов, ради наследия себе на Королевство. Увещавали его некоторые Христиане, обретавшыися во дворе его, еже оставити языческую поганую веру ради восприятия веры Христа, подателя сынов и утешителя общего всех, и притом сопрящися, истинне и законне со единою точию женою Христианкою. Он же послал в Боемию просити себе в жену дщерь Дуки Болеслава, братоубийцы Владиславова, почитаема за Святаго; Болеслав уступил дщерь, обаче за договором, чтобы ему быти Христианином. Мечислав тому соизволил. И в самый той же день лета 965‑го восприял в Гнезне Святое Крещение и женился на Домбровке, дщери Болеславлей, и тако он при своей жизни пекся вести и содержати по всему своему Королевству благочестие Христианское, посылая указы по всем градам; дабы во един некий день, на то определенный, сокрушили все идолы и дабы крестилися кииждо. Литвяне, такожде народ Славенской, были зело упрямы во своем Идолослужении, покланяхуся вместо Бога своего первенственного огню, под именем Зничь, и их жерцы соблюдали его непрестанно в некоторых местех, на то отлученных и во градех первенственных. Во своих немощах и болезнех повелевали своим сродником советовати со Священниками о избытии от немощи, они же, предстоя нощию пред огнем священным, поутру давали ответы мечтательные, уверяя их, яко видеша во огни стени немощного.

Воздаваху чести божественные Перуном (Громострелом), имели леса, и некоторые избранные древа освящены их капищам, и не было повольно никому сещи их, аще же по случаю разрушал кто закон, оный преступник без наказания не оставлен был; понеже прогневанные демоны или творяху его пасти мертва⁴⁷, или развращенна которым-либо удом. Воздаваху некоторую честь божества ехиднам и протчым змиям, из которых каждая порода имела некоторые особливости. Которых кормили попечением свойственным, приносяще ему жертвы от млека и от кур. Вменяли в напасть будущую породе⁴⁸, когда един от оных Идолов свойственный убиен бывал, или восприимал некоторое поражение. На всякий год в 1‑й день Октября, по собрании плодов, приносили жертву годовую и всеобщую, к которой стекалися жены и дети, банкетовали по три дни непрестанно от предложенных жертв, принесенных Богом их. Егда возвращахуся с войны, жертвовали огню некоторые добычи, с каким-либо полоненником. Стояху убо Литвяне Славяне в заблуждении Идолослужительства даже до лета 1385‑го, в неже Королевство Польское правительствуемо было Годувигою девицою. К ней же послал Ягеллон, Князь Литовский, двух своих братей, просити именем своим Гедувигу в жену, со обещанием еже прияти тоя благочестие Христианское и соединити вечно Литву к Польше, и потщатися с ним о присоединении паки Померании, Хулмеца и Шлезии, и протчая отчюждившаяся от оного Королевства. Со изволением cиx предложений Ягеллон приехал в Краков в лето 1386‑е, со всем своим двором, и тамо крестился и наречен бысть Владислав; обручился с Гедувигою и бысть помазан Королем Польским в лето 1387‑е. Ради обращения Литвы приведе с собою Королеву, сожитиельницу свою, со многими Епископы и другими лицами Церковными и с подаянием одежд суконных, принесенных с собою из Польши всякому восприимавшему Крещение. Народ же yбогий и грубый, даже до оного дне довольствовавыйся одеждами льняными, притекаше от всех стран за еже имети со Крещением одежду суконную. Погасил Король оный священный огонь Идольский, разсыпал их храмы, разорил олтари, побил вся змии, посече и с корене вся лесы и древеса посвященные и изчистил Идолослужительство от оного места Литовского. В лето 1413‑е поиде Владислав с войском противу людей своих, подданных Самогации, и одолев их, сожже капище их огня священного емуже покланяхуся, посече рощи священные из корене, обязал их восприяти веру Христову и восставил прекрасную церковь в медницах. Обгорияне, подданные Литовские, покланялися Идолу, нарицаемому Золотая Баба, которыи поставлен далеко при реке Обиго, держащ во обьятиях младенчика, егоже сказоваху быти ее внучку, окружен многими различными инструментами наподобие труб, яже творяху велик шум; егда же кто-либо, хотев получити какую-либо вещь, жрец совета прошаше от Идола, от негоже приемляше истинные и известные ответствования о том, еже должно бы творити. Никто не смеяше пройти мимо близ того Идола без принесения какой-либо вещи, егда же ничесого иного имеяше, изторгши один влас из одежды и принося той, кланяхуся до земли, и cиe Идолу довольно было.

О народе Славянском, нареченном Венеты, или Венеды

Имя Славянское не иным чем разнствует от Вандал, разве точию именем, понеже бо сей, и оный народ⁴⁹ имеют едино тожде началобытие из Сармации. Венеды имеют часть от народа Славянского, изшедшаго из Сармации во время Мартинияна Императора. Люди Венеды прошли своими розъездами вся лесы и горы, сущие между Февцынов и Финнов. Начали Славяне наполняти весь кряж страны, лежащие в длину между рек Албии и Дона, в широту же между моря Коданского и Адриатского, потом проидоша даже до последних предел Океана Западнаго. Во время Маврикия Царя Греки его войска поймали трех человек Славян, не имущих никоего оружия с собою, но имеху кийждо Арфу в руке. Вопросил их Маврикий, откуду идяху и где их есть обитание. Ответствовали, яко есть люди Славяне, живущии при Океане Западном. Понеже Хаган, Царь Аваров, посылал послы и дары князем их народа, прося помощи противу Греков, и что они паки посланы от их Teccиapxии, еже дати знати Хагану невозможность послати таковую помощь, ради расстояния зело далекого стран, и пребывают в пути из домов 18 месяцов. А еже носят арфы, понеже никто из их стран носящ оружия, ниже знающ, что есть оружие. Дивяся Царь возрасту их и величеству тела, послал их во Ираклию. Сии Слявяне наименовалися при мори Венедицком, прежде нареченном Кодан, вначале преехавши реку Вислу, и, пришедше даже до оные Албии, наскочили на жителей Шведов, Лонгобардов, Ругов и Швитонов при мори Коданском, иже, одолени бывше от Славян, отъидоша ко брегом Дунайским, оставивше всю страну во власть реченных Славян. Сие же случися в лето от Христа 500‑е, после Богом определенных преселений народных. Понеже Славяне овладели всем кряжем страны, в нейже разширилися дондеже от Гендрика Авкупа и Оттона великого Императора, первое при реке Албии и Гавелы одержаны; потом же, по шестисот летех по их обхождению во оные страны, непрестанными войнами Гендрик Леон часть их побил и часть розогнал и покорил, в которое время со благочестием христианским ввели на их места сведенцов Немцов, оставшымся немногим останком от предреченных Славян при береге Албии в Лузации и инде.

Имяна разные Славян Венедов

Аще Славяне в начале, как заняли места моря Балтийского, именовалися единым именем Славянским, однакоже разделилися потом в разные имена, понеже едини нареклися Помераняне, имя пресловутое⁵⁰ во древности, значит жителей при мори. Померия языком Славянским сказуется Приморисия. Померания прежде пришествия Христова имела пространнейшыя границы, неже нынешние, и жительствовали в ней, во оное время Померане, и Кассубиане.

«Славянин Германского моря» («Slavo del Mare Germanico», иллюстрация из итальянского оригинала книги Орбини). Имеется в виду Балтика. Сам Орбини в тексте называет это море «Венедицким», то есть Славянским. В его время балтийские славяне были уже по большей части германизированы

Вилчи и Лютицы, или Люзициане, были четыре народа последующие, тако наречены ради великия их силы. Толонцы и Редары вменялися за един той же народ. Видится, что тако сии наречены от города Ретра, а другие – от реки Толенса, близ которыя имели своя населения. Редары обитали в рубежах Стетинезов, между рек Пана и Одра. Цирципанны произвели имя свое от реки Пана, их жительство было близ Грибсвалдии, Волгаста и Сондия. Кизины жили близ города Гуцеговия, и сему оставили свое имя. Ругяне или Рагии, названные от острова Ругии, якоже Чехи Боемские – от Боемии. Варнавы тако наименованы от Варнавы реки во уезде Ростоховом; Обостриты притяжали земли Мелгалбургезов. Полябы мнится, что приняли то имя от равнины места⁵¹. Город их начальный был Рацебург, перво славен ради Графства сего имене, потом же – ради Епископства: Вагиры жили близ Аделзбурха – города, некогда славного ради Епископства, которое потом пренесено в Любеку. Лингоне и Лины суть тогожде народа, уезда ныне нареченного Луне и Лунебурх. Имяна особливая людей Славянских, живших в Славии Восточной, между реки Албии и Вядра, ныне именуемой Марка Брандебургезска, суть последующая: Вилины, Стодераны, Бризаны, Верлы или Эрулы, со многими иными именованными от Гелмода, Верлы или Эрулы, жили близ реки Гавелы, дали имя свое городу Верл, в границах Обостритов, вся страна названа Верлия, ныне же Княжество Мехлабуржское, в котором в прошедших временах были некоторые грады зело славны ради торгов всех людей Северных, и между которыми оные: Винава, Юлин и Верлия. Аритберт господствовал над Верлами-Славянами и Ругянами моря Балтийского. Во времена Карла, Великого Императора, Швенон, Король Швеции и Готфский, взял за себе в жену своячину Аритбертову. Мистивой первый бысть, иже восприял в старости своей веру Христову, действом жены своея Маргариты, дочери Гендрика Авкупа Императора. Скончалася порода Аритбертова в сынех Гендриковых, в сыне Годоскалковом. Канут, сын Гендрика Короля Датского, егда извелася порода Князей Верлских⁵², был утвержден на оное Государство Верлское и Мехлабуржское, от Лотария Цесаря, в лето от Христа 1130‑е. Сии люди всегда были вольные и никогда не подданны Римляном; были первенственные между оных Готфов, которые возмутили войнами Рим, Италию, Францию, Гишпанию, Африку, Европу и Ассию. Карлус Великий, биющися со Саксоны, не озлобил Эрулов⁵³. Левбузы же наименовалися от Левбузия града, знатного ради епископства; Вилины и Стодераны (по мнению некоторых писателей нынешних) имели свое жительство при Берлине и Брандембурге. Бризаны жили во уезде Гавенбуржском; город их, Бричен, содержит и ныне имя Бризанов. Предеценты, Сорабы, Фимасты, Голсацы, Штермариане и Нордалтинги, вси Славяне, жительствовали при Мори Венедицком; были страшны не токмо ближним, но и зело дальним; докучали оружием зело Королевству Датскому, не ради уже вольности земли острова, но за Корону и Королевство. Озлобили такожде Саксонию (Британию), Турингию, Францию, Германию, Аквитанию, Британию, Гумбрию⁵⁴, Саландию⁵⁵ и Галандию, начали мятежствовати и Германию Нижнюю и ожесточатися на своих неприятелей, в лето 480‑е. Того ради Аларик, Король Шведский, не могущи терпети их докук жестоких, поиде со всеми своими силами до стран западных, оставив Шлезию, Лузацию и иные страны, ближние к Северу и к Востоку, оседеся близ Дуная, Рена, Негра, и Алемана рек. Король Славянской Чех, и Лех, потом заняли те места, оставленные от Шведов и Бойев, якоже выше сказано. Сии Славяне Сорабы, перешедши в Турингию, остановилися в Меровезбурхе. Вне того города построили в лесу, нареченном Гирсбрулис, Тунехдорф, Тугебратестет, Невухенрон, Гогдорф, и многие иные места. Был обычай у сего народа, егда умрет муж, жена ввергала себе в костер огненный, в котором жжено было тело мужнее. Разбили в лето 550‑е, близ города Лухты в Саксонии, Князя Саксонского с войском, с пятьюдесят тремя тысящами. Збили другое войско, совокупленое из Саксонов и Датчан, близ Лаупена, со смертью Короля Датского и с бежанием Князя Саксонского. Понеже предреченные Славяне Сорабы (имиже тогда правительствовал Звездодраго, капитан славный), одержаны и утеснены под командою Билослава начальника их, от многочисленного воиска Францужского, правительствуемого Адолфом, Генералом Короля Гилдиберта Францужского, биющеся яко отчаянные, быша победительми, однакож со смертью Билославовою. Но его брат Дерван отмстил тую смерть разбитием воиска, правительствуемого Адолфом же Генералом и самим Королем Дагобертом, наследником Гилдибертовым. Последи сея победы развоевали Турингию и Саксонию, опустошающе оные страны. Сии Славяне-Сорабы суть часть от оных древния страны Триваллов Мизии Верхния, которые, пришедше от Севера, заняли великую часть Далмации, древнее же жительство Сорабов было (якоже Плиний сказует) окрест моря Меотиса, отнюдуже отъидоша часть к Дунаю и к Мизии Верхней, часть путешествоваше чрез Сармацию, в Лузацию. Идеже, рассеявшеся по местам ближним, остановилися при реке Сале и Албии; сущии же Мизии Верхние, нареклися сами собою Сарбли или Сербли, от соседов же своих наречены Сирбы, или Сирвиане, даша они имена градом Сербеко и Сербесто. Уезд их протязашеся от Самандрии города, лежащего при Дунаи, даже до Нищевы. Места статнейшие Cepбии: Стоиныбиоград, стольный град тоя украины⁵⁶; Пристен, где родился Иустиниан Царь; Новомонт, город непоборимый, и Монтенегр, где есть пребогатое копание руд златых и сребра.

Сорабы-Славяне Лузацкие⁵⁷ имели многие войны с Карлом Великим, разбили на многих боях его войско, из которых на едином погибли тритцать две тысящи Французов⁵⁸. Они же, соединившеся с Велетабами или Вилчами, с другим народом Славянским, разгоняли часто полки Карловы. Но Карл послал, наконец, сына своего Карла со всеми своими силами противу тех Славян, над которыми он, наконец, явился победитель со смертью Миледоха, Государя их и правителя. Того ради, учинив мир с Карлом в лето 804‑е, обратилися противу Королевства Датского, возвестивше войну Королю Годефриду, которой, получив помощь от Вилчов-Славян, вступил во страну Абродитов-Славян, завоевал несколько крепостей, прогнал Драшку, их Князя, убил Догеламба, другаго их Князя, не без погубления великого своих людей, долженствующи причитати здравие свое, и останков своего войска, мужеству Вилчов-Славян, которые за древние вражды, со Абродитами бывшие, соединилися своевольно Датчанину. Драшка учинил отмщение им, завоевав великой град Змелдинг, но немногу потом времени минувши, Драшка прилучися на ярмонке Рерицкой, бысть убиен предательством людей Годефридовых. Абродитяне по смерти Драшковой осадили и завоевали, и опустошили крепость Гогбохов, стоявшую при реке Албии, разбили воиско Сирарда, Короля Датского, близ Финнии, и, разбив его такожде в Юции, из которыя прогнав, овладели ею. На другом бою взяли в полон сына его Сирардова Ярмерика, с двемя его сестрами. Едину из них продали Королю Норвежскому, другую же отдали Германом⁵⁹, с которыми по смерти Карла Великого учинили многие воины, и на трех баталиах главных (едина была близ Горингена в Турингии, другая – при Родовике в Саксонии, а третия – между реки Фулды и Bиcypra) Цесарцы потеряли больши 50000 людей, с малым уроном Славян. Едина часть от них, живущих при мори Балтийском, сильным флотом напали на королевство Аглинское, правительствуемое Гешпером Королем, которой, наконец, бысть победитель, взяв в плен Ратша или Рашта, Короля Славенского, егоже Герешпер повелел ослепити. Оставшии убо Славяне, возвратившися во своя домы и устроивши свои войска, опустошили Фионнию – остров начальный на мори Балтийском. Имели многие войны со Арригом Саксонским первым Князем в Германии. Билися со Гендриком Цесарем в лето 934‑е, воинствовали на Оттона Перваго Цесаря в лето 957‑е, которого разбили в Турингии тако, что едва возмог избыти бегом. Возбуждены от Италиян, подвигли войну на Оттона Второго, и во двух сражениях тако их одолел, что, наконец, отходом отошли восвояси. Последи, учинив мир с Цесарем, помогали ему многократно противу его врагов и, между иных, на Вихиманна, мятежника застарелого Оттонова, егоже убил Мизаха Князь Славянской и друг Оттонов. Умершу же Оттону, имели лютейшые войны со Оттоном Третым в лето 989‑е. На последнем бою, аще и пало Славян великое число, обаче Цесарь зде потерял цвет своего войска, и никогда было ему возможно покорити себе весьма сей народ, которой паче почитал вольность природную, нежели вещи дражайшые; изволяли лутче смерть, нежели служити Цесарю, или иным. Притом же, совершающи своя стужения противу державства, дали едино поражение досадное Корраду Второму Цесарю, в лето 1029‑е. Такожде подобное принесли в лето 1055‑е, Цесарю Фридерику, и прославилися во всей Европе. С Горалд Король Датской и Норвежской, взяв в товарищи своих злочинений Дука и Дала, Князей Славенских с их людьми (которых мужеством под иго взял Аквитаию), и, прошедши в Британнию, убил Короля Гумбрского. Потом, учинивши флот карабельный сильнейший, напали Славяне едини на страны восточные Зееландии, где имели жестокие войны с Королем Росхилдийским и взяли многие корысти. Учинивше главныи другий флот 1500 караблей (сиречь лодок), напали на Галандию, идеже пришла на них буря нощная, от которыя большая часть погибла в мори. Останки же, возвратившися в домы, собрали новых людей и сразилися со Швеном, Королем Датским, которого разбив, взяли в полон Славяне, которые ради своих непрестанных войн, не радели о науках⁶⁰, лишилися Историописателей верных, иже бы издали на свет бои их древния. Аще же и ту и инде, но и то вне намерения было о них написано какое-либо дело от списателей действ противных, и то учинено с толикою особливостью о своих токмо, понеже не издали на свет, разве оное, чесого невозможно было им отрещися, по причине действ не слыханных никогда, но очевидно видимых. Такожде другое дело, которое зело затмило мужество и силу Славянскую, было их свое несогласие и их междоусобные рати, которых ради превозмогли неприятели одолевати их. Ниже обрящется когда, чтобы от какова Короля, или от Цесаря преодолен был весь род Славянской купно моря Венедицкого, который разделился на многие народы сильнейшие под князьями и началами разными, но точию едина часть из них⁶¹. Аще же бы соединени были вкупе между собою, были бы довольны противустояти не токмо Королю Францужскому, или Цесарю, но противу многих были купно соединены, и редки суть образцы, чтоб которой Король или Цесарь, ратовав против Славян, не имел бы в самое то время иных Славян в помощь свою, да победит оных тогожде рода, который на него найдет. И сия истина учинилася не бессвидетелствованна единым токмо образом Ругянов, толико сильных в роде Славянском, которых Королевство никогда не упало, разве токмо когда возъимели за неприятелей оных от своего рода.

О Славянех-Ругянех

Сии были сильнейшие и велевластнейшие между всех Славян, жительствовали при мори Венедицком, или наипаче посреде тех вод, имеюще своего Короля свойственного и преславный храм. Того ради причитали себе и первенство во всем оном роде Славянском предреченного моря. К тому же обдержаху остров Ругийски, седмь миль немецких длиною, такожде равен и шириною; земля так плодовита, что и ныне есть житница Седунезов или Шведов, якоже и Сицилия Римляном. Город стольный их Королевственный Ругянов нарицался Архоне, стоящ на зело высоком мысу острова того. От Востока и от Полудни⁶² окружен морем.

Каспар Давид Фридрих. Вид на Аркону при восходе Луны (Blick auf Arkona mit aufgehendem Mond) (Сепия). Великий немецкий художник-романтик Каспар Давид Фридрих (Caspar David Friedrich; 1774–1840) с глубоким почтением относился к славянским древностям острова Рюген и неоднократно изображал в своих работах размытый морем мыс, где стоял священный город Аркона – последний оплот рюгенских славян

Стенами толико высок, что едва стрелою из лука достизало до верхности их. Но уже того града не видится ниже след. А от Запада был великой и крепкой роскат⁶³, которой его защищал. Некоторые писатели полагали Архон на ином острове, нареченном Витора, отстоящем от Ругии шириною с едину реку; разорен от Гаралда Короля Готфского, и от Гемминга Короля Датского. Абрам Ортелий пишет, что где был Архон, древле был(а) Венета – город Славенской, зело превеличайш сущих во Европе, и преславен к торгу от всех народов. Сей град Венета приимал вся протчыя народы. Однако же, егда тамо пребывали, не было попущено им жити по благочестью христианскому, егоже ради затвердел всегда в поганстве, даже до своего рассыпания. Но не обретеся народ, учтивейший во обретениях обычаев и странноприемнейший, и благостен паче cиx Славян, граждан Венецких. Который град Венету Гелмалд поставил между устия Одеры и города Камены, где видятся еще его следы, по мнению предреченного списателя; и не от иного чего учинилося его разорение, разве от несогласия их междуусобного. Который град Король Датской, собрав пресильное войско и наступив на него, взял и опустошил и разорил до основания. Но живущии Ругяне во острове Ругийском в лето от Христа 809‑е, учинив флот 830 караблей, напали на Королевство Датское с Фризиею Восточною, взяли и сожгли городы Алтенбург и Нежин, в которых взяли бесчисленную добычю. О чем прогневавшися, Карл Великий подвиг свои воиска, в лето 810‑е, и на двух боях кровавейших, одолев их, покорил под иго Христово, наложив на них дань, и приказал им имети в почтении особливом церковь святаго Виты, которого во оные времена оные люди по премногу почитали. Платили усердно Ругяне дань Карлу при его жизни, а после его смерти оставили дань купно с благочестием Христианским и построили храм во Архоне. В которой принесли болван⁶⁴ Святовита (которого они называли Святовичь) и толико мужие, елико и жены на всякой год приносили в сей храм дань, по единому пенязю с головы, и, тако впадше в грубонечестие, покланялися сему идолу Святовиту, которой был учинен древяный, возраста⁶⁵ гигантского, о четырех лицах, подобием фонаря, дабы от всякия страны храма виделося лицо идолово. Еще же он же был без бороды с кудрями, со всякой стороны вырезанными, по употреблению власов Славян Ругянских; во одежде долгой, даже до ног, держащ в правой руке рог из металла. Которыи рог наполнял вином поп⁶⁶ един бородатый, со многими церемониями и торжествы, и оставлял его наполнен до утра: ежели убудет, или не убудет, гадатайствовали, последование изобилию, или недороду последующего года. Сей же болван левою рукою подперся, на бедре в стороне виделася узда и седло коня его с мечем, зело великим и украшеным. Стоял тот идол между четырех сводов каплицы⁶⁷, стоящие среди храма, завешен от всех стран завесами красными, зело богатыми и украшенными. Един только поп в каплицу, в день един, точию предъидущий празднику, входил, удержавая дыхание. И когда хотел отдохнути, бежав ко дверем, выставлял главу свою наружу, дабы идол не осквернился дышанием смертным. Был един конь белой посвящен идолу, у которого из хвоста, или из гривы не поволено было выдернути власов, ниже кто мог садитися на него, опричь единаго токмо попа. Верил ослепленный той народ, что идол ездил на нем всякократно, егда он хотел разоряти их неприятелей. А ко уверению истины сея веры предлагали, что, егда оставляли его с вечера во обыкновенной его конюшне, добре чищена и привязана, обретали его часто в конюшне наутрие вспотелаго и огрязненного, яко бы ездил в большие пути нощию. От путешествия того коня провещевали добрый (или) злый случай своих ратей, и ради того окончания втыкали стоима шесть копей в землю перед храмом, парами едино против другова, равно расстоящые между собою, и ко всякой паре привязывали иное копие поперег, толико высоко от земли, что коню возможно и без прыгания было поверх проити. Потом в день, уставленный сему действованию, поп, по долгих и торжественных молитвах, взяв с церемониями великими коня за узду, вождаше его чрез три поперечные оные копия. И ежели переступал вся три ногою правою, без всякия помешки правыя с левою, в некоторых предреченных чинах известны бываху о победе, и тако во пример противного. Идолу же давали третью часть от добычей и от всех корыстей учиненных, и, окроме того, ему же было в его почтение особливое 300 коней и 300 человек с его страны, которые за него ходили на войну, которых всю добычю вручали, верно, попу, который все полагал в сокровище церковное, откуду никогда не было повольно выняти ни малеишую част. На всякой год, по собрании доходов, жертвовали многие скоты сему идолу, и тогда же некоторых христиан, взятых на войне, которых кровию подтвержал поп, что зело оный услаждался. После тоя жертвы приносили круглый пирог великий, зделанный из муста, величеством вместителен содержати единаго человека, в которой вшедши, поп вопрошал у людей высоким голосом, ежели могут его видети, и все отвещавали «ни»; обращаяся молити идола, дабы в приидущий год хотя мало его могли видети. Само Король Датский, между иных чужестранных, послал сему идолу едину чарку златую в дар, за что восприял почесть; понеже в кратком времени умер смертью нужною⁶⁸ и лютою, что весьма не помог ему Святовит.

Затвердели Ругяне в заблуждении грубиянства на 350 лет, дондеже Валдемар, Король Датской, с сильным флотом, соединяс с Казимеровыми и Богославовыми (воинами) Князей Померанских и Прибиславовыми (воинами) Государя Обостритов-Славян, вшедши в Ругию, победил cиx людеи свирепых и, возложа осил болвану Святовиту на шею, приказал разволочити по всему войску в присутствии Славян и потом рассещи на части и сжеч всенародно. Разсыпал храм до основания, со всяким служением побрал сокровищ, и учинил указ, дабы все оставили идолослужение, и восприяли служение истинного Бога; повелел построити 12 церквей своим особливым иждивением, и тако весь остров учинил Христианами.

Яромар, Государь Ругянский, утвердил оным людем образом и частыми поученьми своими веру Христову, в сердцах шатающихся оного народа грубого и прежестокого паче всякого зверя, который был зело упрям во обращении паче всех протчих народов Славянских моря Венедицкого, или Балтийского. Предреченное же забобонство Святовитово, у Ругянов имеющее силу, стояло многое время в сердцы у Боемлян⁶⁹, дондеже Блаженный Вичеслав, Князь Боемский, дал им Мощи Святаго Виты, ради народного их почитания; обаче же не возмог истребити весьма память идола Святовита. Понеже еще и ныне Боемляне не сохраняют поздравления частейшаго и всенароднейшаго, разве под провещеванием имене «Вито», приемлюще приятелей, приезжающих издалека, с сими речьми: «Витей Витей», показующе срадоватися о их здравии, соблюденном дарованием Святовита. В протчем же имели в политике человеческой изрядные законы и похвальные обыкности. Понеже убо великое попечение имели, дабы дети почитали родителей и слушалися, и не обретался у них никто убог или проситель, зане же егда кто занемощствует, или остареет, абие вручается в попечение наследником, дабы ими человеколюбезно управляем был и питаем. Были зело угодны и усердны, и веледушны в странноприимстве. Странноприезжей не требовал искати постоялого двора, понеже уже многие встречают и многие наперехват просят его, чтоб прияти изволил их угощение. И все, что приобретали паханием поль, в рыболовлении или в звериной ловли, харчили гостем и к подаянию тщалися возможностью величайшею. Тии, кто был тороватейш, да не реку роскошен в cиx вещех, творили и морские разбои нощию на мори, чтобы поутру разделити грабеж странником. А ежели за случай обрящется кто, что откажет постой страннику; было позволено всякому за то сожещи его дом со всем его веществом. Божба у них была возбранена между ими, понеже мнели, что присяга есть и кривоприсяга тоежде, во гнев мстителный от Богов. Но которые были пойманы в каком погрешении непорядочном, тех распинали, утверждающе, что Крест не должен служити к чему иному, разве к казни злодеев. От сего начася гнушание толико Крестом, от чего мнози человецы Святии и Князи Христиане, до поту трудилися обратити их в веру Христову. Аще же и принуждены были усильством великим восприяти тую, однакоже часто возвращалися во идолослужение.

Юлийские в Померании, аки уже последние осталися восприяти веру Христову, в лето 1220‑е. Магистр чина Тевтонского⁷⁰ вооружился на Славян-Прусов⁷¹ и, одолев их тогда, первое ввел веру христианскую на языке Немецком, от чего погас аки весьма язык Славян Пруских.

О Славянех Российских, или Москвитянех

Славяне Россиистии суть ныне от иноземцов обще зовомы Москвитяне. Сии осталися во своих жилищах, егда протчие их товарыщи и единосвоясные вышли и пошли, инии к морю Германскому, а инии – к Дунаю, якоже сказано в начале сея книги. Древнии называли их Роксоланами, и Тоссоланы, Трусоланы, Рушналы, Россияне и Рутени; ныне же названы Россиане, сиречь «рассеяны», понеже Россия языком Русским, или Славянским знаменует «рассеяние». Наречены тако причиною немалою; понеже люди Славяне овладели всю Сармацию Европскую и часть Азии; егда сначала вышли из Скандии. Преселенцы Славянские рассеялися и расточилися от Океана Мерзлаго⁷² даже до моря Медитерранского и заливы Адриатские, и от моря Большаго, даже до Океана Балтийского. Наипаче после того рассеяния первоначального Россияне-Славяне имянно послали своих преселенцов во Фландрию, где за тое, люди от них основаные, названы суть Рутенами; что и Греки дали имя Славяном «спорос» [семя] сиречь народ рассеянный. Славяне Руси жили всегда внутри Сармации Европской, где обретаются и ныне, разширивше же много свое державство прогнанием всех протчих народов ближних, или принуждением жити по их обычаю, подобне яко Царство Российское протязается уже от Дона реки, от моря Меотийского с востока; от Литвы же до рек Певце и Полмы; от Севера, от Ливонии Пруски и Польщи с запада; от реки Tиpa или Днестра и гор Сарматских с полудни, в котором разширении обьемлется Югария или Югра правинцыя, отечество Гуннов. Из которыя изшедше, заняли Польщу и под вождением Аттиловым повоевали многие правинцыи Европские, того ради не тщая слава о Россианех, что их подданные в прешедших временех покорили себе прекраснейшые страны Европские. Егда бо сии Россиане жили в Сармации, всегда показывалися люди естественновоенные, и всегда неукротимы. Во время, егда Помпей Великий воевал противу Мифридата Царя Понтскаго, Россиане приведени от Тасоваза или Тазия, Государя их, развращение великое учинили противу реченного Царя Понтскаго, в споспешение своего союза с Римским державством. Оружие же у них было: сабля, лук, копие, пансырь и щит из кожи воловой; которое непрестанно употребляли, не токмо противу соседов, но и противу протчих людей, дальнейших и славнейших. Во время Виспесиана Цесаря, преехавше Дунай и порубив два полка салдат Римских, вошли внутрь в Мизию и тамо убили Агриппа бурмистра и президента и от того времени обжилися в Мизии Иллирической, от нихже названа Ращие⁷³. Были в товарищех во всех походах воинских с Готфами, которые разорили Европу и иные страны; стужали многажды державству Греческому; при Льве Лакапене Царе Константинопольском: Подняли флот корабельный о пятинадесяти тысящах судов Моноксилов⁷⁴ в море большем и, вооруживше той множеством полков с превеликим числом, обыдоша град Константинополь, тожде паки учинили при державе Константина Мономаха. В cиx двуж походех побили многих Греков и возвратилися в домы со многими добычами богатейшыми. В лето же от создания мира 6886 (по счислению их же, Россиан) Великий Князь Российский Димитрий победил на баталии полевой Великого Хана Татарского Мамая и по трех летех по том паки сошелся ратоватися с предреченным Ханом, дондеже его разбил и истребил, что земля на тринадесять миль расстоянием покрылася мертвыми в том сражении. Кто желает знати все дела преславные народа Россииского, найдет тыя собраны в книгах Иеремия Рускаго, Сигизмунда Герберштейна, и Францишка Бизия Бергамского и Краковыты, который описал испытно две Сармации. Россияне же, суще погаными⁷⁵, имели за Идолов Перуна (то есть громовое стреляние), Стриба, Корша, и Мокоша. О обращении же их во благочестие Христианское разная суть мнения. Летописи Россииские хвалятся, что Россию благословил, и веру восприяла от Святаго Апостола Андрея, который, якоже глаголют, пришел из Греции на устие Днепрское и, восплыв вверх тоя реки, даже до места, идеже ныне обретается построен Киев, тамо благословил имя Российское. Крестив люди, водрузил Крест свой, проповедуя и предглаголя, что во оном месте умножатся многочисленно Церкви Христианские, благодатью Божиею. Оттуду отшед, доиде до источника Днепрского в великое езеро Волох, и по реке Лорвате сниде во езеро Ильмень. Оттуду, шествуя водою реки Волхова, прииде в Нов град и оттуду тою же рекою в езеро Ладожское и, рекою Невою плавающ до моря, нареченного Рассианами Варяжское, то есть Германское, между Виландии и Ливонии, доиде, наконец, в Рим. Такожде верят Россиане, что еще обращены они же в веру от Святаго Апостола Фаддеа; того ради почитают его паче иных Святых небесных. Некоторые Греки отрицают cиe хвалившееся⁷⁶ обращение древнее Россиан, буди тако, якоже кто хощет.

Истина не бессвидетельствованная приводит самою вещию, что Россиане были потоплены в злочестии во время Василиа Македонянина Царя, егда он послал Россианом Феофила Епископа, чрез негоже восприяли Христианство, когда предреченный Епископ положил, по упрошению их, во огнь Книгу Евангелие, которое пребысть невредимо. Летописи Российские приводят, что Олга Царица или Княгиня Российская ввела благочестие Христианское в тое Государство, виною дела последующего.

Игорь, Князь Россииский, взяв в жену предреченную Олгу, изо Пскова, вниде с воинством сильнеишим во Грецию даже до Иераклии и Никомидии, идеже бысть побежден сражением славным, возвратившися в дом со остатними от того побития, убиен бысть на пути от Малдитта, Князя Славян-Древлян в месте, нарицаемом Корест, идеже и погребен труп Игорев, которого сын Вратислав, еще сый младенец, не доволен бысть⁷⁷ правити Царство Российское. Олга восприявши правление всецелое, к нейже Древляне послали двадесять послов, еже просити ю в жену Малдитту, их Князю. Олга же приказала их засыпати землею живых, и, прежде нежели ведомость разгласилася, отправила своих послов к Древляном, дабы послали более послов и благородия высочайшаго и благороднейшаго, во знак, яко истинно желают ю в жену Малдитту. Древляне же послали ей других послов, числом пятьдесят, знатнейших из их народа. Дошедшым же им к Олге, заперли их всех в баню и сожгли живых, и абие послала иных послов своих ко Древляном, обьявити им свой приход и приготовити, по их обыкности, меду и вся вещи, потребные к торжествованию памяти умершаго ее мужа. Потом, пришедши она со всеми своими людьми, добре вооруженными, в Древлянию, нарядилася в печальное платие и праздновала всякою славою возможною предреченные поминки. И потом в банкете том (якоже творитися обыкло такое дело) упоила допьяна Древлян, из которых повелела порубити три тысячи. Потом же, возвратившися в Киев, устроила войско свое чином и приведе его противу Древлян, которых разбивши и развоевавши, и запершихся во своем начальном граде, Олга, осадивши их, весь год под градом стояла неотступно. Не могущи же принудити их здатися, обещала им оставити осаду, за договором, чтобы граждане со всякого дому (в) место дани дали ей по три голубя и по три воробья. Что егда послали ей и дали реченные граждане, приказала тотчас под крыле реченных голубей и воробьев некакие огни Артифициальные⁷⁸ привязать (и) пустить на волю; прилетевшым же им каждому к своему жительству, абие на многих местах зажгли домы во граде. Граждене же, не могуще противустояти пламеню, вышли вси вон из града и впали во власть Олги, ихже часть порубила, а часть взяла в полон. И, тако побрав вся земли Древлянские и учинивши тое жертвозаклание во отмщение смерти Игоревой, возвратилася в Киев.

Вскоре потом пришла в Констянтинополь, во время Иоанна Цимисхия Царя, и тамо с крещением восприяла себе имя Елена; возвратившися же в Россию обогащена дарами учиненными от Царя, правила Государство свое великим смыслом и обратила их к вере христианской с радостью всего света. По смерти же ее, правил Государство сын ее Святослав, который последовал стопам матере своея в богобоязнстве и благочестии. Сему наследник бысть сын его природный Владимир, который не шествовал по отцевым стезям, ввел паки в Киев Идолослужение и болванопочтение, ихже имяна: Перун с главою сребряною, Услад, Корса, Дазва, Стриба, Зимцерла, Махош; и Кумиры учинены деревяные. Он же убил двух своих братий: Ярополка и Олегу, и учинился Самодержцем Всея Pocсии. Сей Владимир восприял послов разных народов, да предложат ему каждый восприятие их веры особливыя. Между толикими разностми недоумеваяся во избрании, послал известных послов своих в места рассмотрити веры и обычаи коегождо народа очевидно. Наконец предпочетши паче всех протчих Християнскую, законоположения Греческаго и, намерився восприятию, послал послы в Константинополь к Царем Василию и Константину просити в жену Анну сестру Цареву и предложити в таком случаи свое обращение к вере со отданием Корсуня, и все, что он имел от Государства Греческаго. По внегда же соизволено ему в сем, исполнилися договоры, предреченные в Корсуне, идеже и крестился, и наречен бысть Василий. Потом поставил в Киеве Митрополита, Архиепископа в Новъград и Епископы в иные грады, посвящены вси от Патриарха Констянтинопольского. Того ради от оного времени сохранили Россиане без отвержения законоположение греческое. Един списатель, нареченный Ламберт, которыи написал «Историю Германскую», прежде шестисот лет, глаголет, что в лето 960‑е пришли послы народа Российского ко Оттону Цесарю просити, да пошлет им какова-либо Епископа, который бы своим учением и проповедию насадил благочестие Христианское между ими, и что от реченного Цесаря был послан Адалберт, который от их гонительств едва убежал из рук их. Мнения же и возвещения оного списателя суть ли истина (якоже вещию небезсвидетелственно, еще же и истинно, что во оное время Poccиa восприяла начертание букв от изобретения Кирилла Архиепископа, законоположения Римского, Апостола Славян-Моравлян, и учителя Адалбертова), потребно заключити, что проповеди и послание реченного Епископа Адалберта имели мал; или ни един плод, или яко Poccиa обратилася паки скоро во идолослужение; или еще, аще реченный списатель погрешил, потребно верити, что он ослеп в равногласии Pycсии Ругян, понеже Адалберт был истинно Апостолом реченные Ругии и Архиепископ Магдебургу. Еще же может бытии, что реченный Алберт, возвратившися из Pycсии без события, утвердился потом в Ругии: от чего разность мнений списательских в сем члене пребывает разрешена и успокоена.

Россиане Биармские, плавающе по Океану Северному уже суть двести и несколько лет тому, обрели во оных морях един остров, не знаемый прежде того, обаче же жительствуем от народа Славянскаго; подлежащ и осужден на непрестанные мразы и льды. Называли его Филоподиа, или Нова Земля; величеством превосходит Кипр-остров.

Начало знаменательства Имене Славянского

Cиe имя: Слави, или Славяне, – не вельми древнее. Вси списатели новейшии согласуются, что Прокопий Цесарийский (который описал прежде лет войну Иустиниана Царя с Готфами; Гиорнанд Алан, который писал в то же время, – они были первые, что помянули о имени Славянском); еще и Бенд, который писал за сто лет прежде умаления державства Римского, написал же о Славянех. Птоломей Александрянин во своей осмой таблице полагает людеи Суланов в Сармации Европской, ближней к Финном, которые были един той же народ со Славяны. И Петр Марцелл в «Зачатии Варварском», глаголя о cиx Суланех, Славянех, рече, яко суть люди от нынешних, зовоми Склавуны. Истина есть, яко имя cиe в прошлых временех было в писаниях зело испрокажено и развращено.

Карта Новой Земли, опубликованная Теодором де Бри в 1601 г. – одновременно с книгой Мавро Орбини. Составленная по рисунку участника знаменитых экспедиций Виллема Баренца (1590-е гг.) – Герхарда де Веера, она тем не менее отражает не только конкретные географические сведения, полученные в ходе этих экспедиций, но, видимо, и те представления европейцев, которые стали одним из самых загадочных сюжетов в повествовании Орбини, – о полулегендарной обширной суше в Ледовитом океане, населенной не какими-нибудь баснословными существами, а «народом Славянским». Примечательно, что, согласно книге Орбини (точнее, по свидетельству упоминаемого им Карла Вагрийского), эта обитаемая земля, которая «величеством превосходит Кипр-остров», была в историческую эпоху неизвестна даже «Россианам Биармским» (вероятно, жителям Перми, или поморам Русского Севера)

Греки и Италиане, не разумеюще знаменования имене Славянин, или Славин, развратили его в Склавин (по-Руски «невольничище») и в Склаво (то есть «невольник» значит по-Руски), которое прегрешение, како вошло, последовано в подлинных письмах Прокопия Цесарийского, Гиорнанда и Бенда. Мышлю что се погрешение должно вменити мягконежности языка Италианского, которые, да избегнут жестокости проношения, часто произглашают, извергая литеру, например, яко (в)место Флато – Фято, вместо Плаце – Пяце, и тако (в)место Славо – Сяво, творяще малое разнство в произглашении «Сяво», или «Сцяво», влагая букву Ц. Отсюду случилося, что списатели, мало искусные в языке Италианском, хотяще писати по-латине, не превели, или не положили «Славо», но «Склаво» («невольник»). Еще может быти, яко cиe случилося ради малыя приязни, наипаче от ненависти зело великия от Италиан, наибольши же от оных, которые живут при мори Адриатском, понеже они в прешедших временех от сего народа Славянскаго зело были утомлены и мало не вси изгублены. Иоанн Дубравий, списатель славный, мнит, что cиe речение «Славо», или «Словянин», произходит от «Слова», толико паче, что все народы Сарматские, рассеянные по многим странам расстоящымся, глаголюще единым тем же языком, проложили себе сами оное имя Словины. Мартин Кромер, начальник уверения, утверждая тожде, приложил, яко оные люди, нарекошася Словянами, да назначат себе истинными твердыми и постоянными в содержании слова, данного кому-либо; и яко в древних временех, и не в давных, оные люди страдали скорейше вся тщеты, наипаче и самую смерть, нежели изменити слово. Понеже было между ими позволено сотворити отмщение слова изменнику, или преступнику своего слова, пощочиною пред народом, и оружием.

Но, оставив вышереченная претолкования, сказую, что оное имя Славо не произведеся отинуду, разве от имене Славянин – Слава, которое имя восприяли вси люди тояжде породы, изшедшыя из Сармации, последи Славы, толиких ради исправлений славнейших, которыя содеяли всем своим странам сродственным, во утверждение вящшее сея истины, окончавали имяна собственная своих Правителей и Королей славнейших сим гласом: Слава, или Славянин, – якоже, например; Станислав, Венцеслав, Владислав, Доброслав, Радослав, Болеслав и иная тако учиненная имена. Многие искусные списатели имеют сицевое мнение предреченное. Иеремий Русянин утверждает тое во описании о знаменитых боях, случившихся при границах Российских в лето 1118‑е, сказуя: «Нарицаются Славяне (якоже изобретаю, в древних изданиях наших предков) за многие победы исправленые и явно учиненные от них». Бернард Юстиниан, списатель Венецкий, между иными многими, исповедует в третией книге «Истории Венецкой», яко Славяне притяжали cиe славное имя чрез оружие, и самым делом слава природная и наследничная во оружии приналежит Славяном паче, нежели иным народом светским⁷⁹. Понеже носили своя победительная оружия во Асию, в Европу и Африку, под имяны Вандалов, Бургундионов, Готфов, Остроготфов, Визиготфов, Гепидов, Гетов, Аланов, Верлов или Ерулов, Аваров, Скирров, Гирров, Меланкленов, Баштарнов, Певчов, Даков, Шведов, Норманнов, Феннов или Финнов, Угров или Ункранов, Маркоманнов, Квадов, Фраков и Иллириан, которые вси были едина таяжде порода Славянская, тогожде языка. И егда вышли из Скандинавии, их общего отечества, нарицалися вси (окроме Иллирианов и Фраков) единым токмо именем общим Готфским, от cиx Готфов восприяли начало Славяне-Антяне, Скирры, Авары, Аланы и протчие единаго тогожде отечества Сармации. Готфы, Вандалы, Визиготфы, Гепиды, Меланклейны и Геты были разны именами едиными, в протчем же согласовалися. Были белы телом, власами желтоваты, возрастом⁸⁰ велики, единых тех же законов и тояжде веры, и един той же язык имели, нарицаемый Готфский. Ныне же (понеже суть Вандалы истинные Готфы) невозможно отпереться, что Славяне таяжде суть породы с Готфами, егда вси списатели славные в том согласуются, яко Вандалы и Славяне были единаго тогожде народа: Вестфалы и Освалы были Вандалы же, еще сии не единым точию и особливым имянем, но многими и разными именами были называеми: Вандалами, Венедами, Вендами, Генетами, Венетами, и Славянами. Народ Вандальской занял во Европе, от севера до полудни, весь оный кряж, который протязается между морем Германским и Медитерранским убо того ради Москвитяне, Россиане, Поляки, Чехи, Черкасы, Далматяне, Истриане, Карваты, Бошнаки, Булгары, Рашчане и протчие ближние, аще и различны суть именами свойственными: однакоже были тогожде единаго племене Вандальского, единаго языка общаго всем. Обретается в летописях Российских, что, пришед в несогласие, Руссы, ради обрания нового Князя, послали в Вагрию-город и в провинцию, в прошлых временех зело славную, Вандалов, стоявшую в нынешней ближности Любеки, дабы имети какова-либо правителя от оного народа, им во всем единообразного. Оный же народ послал в Россию трех братов, произшедших из единые породы, славнейших и велеможнейших Вандалии, нарицаемых Рюрика, Синява и Трувора. Рюрик восприял владение Нова града; Синяв поставил свое владетельство на Беле озере, а Трувор восприял Княжение Пскова и пребывательство свое во граде Сворчех. Алане, Вандалы, Шведы и Бургундяне были Королевства Польского и имели той же един язык Польский, или Славянский. Первые Чехи восприяли началопроизведение от cиx Аланов.

Верлы, или Эрулы⁸¹, были от сего народа Славянскаго тако наречени, понеже имя Верлы на языке Славенском значит люд свирепый, жестокий и гордый.

Авары, Баштарны, Певчены⁸² и Финни были от тех же людей Славянских: Авары нарицали своего Царя Хаганом, или Коганом, якоже творяху и Болгары-Славяне.

Скирры и Гирры были Венеды, или Славяне, которые в прешедших временех жительствовали такожде в Дакии и тамо названи быша Даки. Прежде же нахождения Гуннов, обитали оные в местах купно с Римляны; того ради и ныне сему пребывает память в Дакии; понеже в Молдавии и во Влахии (яже есть древняя Дакиа) в народных письмах и в службах Божественных употребляют язык и начертания Славянская. Молдавы более сходствуют свойству наречия Рускаго, якоже Влахи более подражают Рашковцем.

Шведы или Швевы, Норманы и Булгары суть такожде люди-Славяне: понеже первые суть началородия Норманом и Булгаром.

Унгряне или Угры имеют часть тогожде народа Славянскаго.

Наконец, Маркоманны и Квады, толико прославленные в повестех, такожде быша Славяне, понеже от древнего единства глаголания утверждается пространно единство породы.

«Рюрик, Великий Князь Российский». Гравюра, напечатанная в 1805 г. историком, издателем и коллекционером Платоном Петровичем Бекетовым (1761–1836), собиравшим портреты великих людей русской истории (напечатана в книге: Е.Е. Филипповский. Краткое историческое и хронологическое описание жизни и деяний Великих Князей Российских, Царей, Императоров и их пресветлейших супруг и детей. – Т. 1. – М., 1805). У Мавро Орбини, как и у многих его современников, не вызывало сомнений славянское происхождение Рюрика – из Вагрии, западной области «Северной Славии». Народ Вагрии Орбини считал «во всем единообразным» жителям Руси, призвавшим на княжение Рюрика и его братьев

Вси люди вышереченные употребляли еще от тех же имян свойственных во означении людеи высокопочтенных: якоже Видимир, Валумир, Сигимир, Феодомир, Фригимир, Свеулад или Сисвалд, Селимир, Гелмир, Радогаст, Рахимир, Раимир, Санхо, Сигизмир, Визумар, Витиз, Мизислав, Оттокар, Вигислав, Симгибан, Предемир и Обрад – вся имена своиственная Славян. Ко светлости и славе их еще прилагается, яко не точию мущины, но и женщины в вечную память произошли оружием, якоже Амазонки, жены бывшые Сармат-Славянов.

О Готфех-Славянех

Во времена древнейшая и прежде, неже еще слава разгласила имя Римлян, не имеюще Готфы-Славяне неприятелей отвне, еже битися. Воевалися между собою и, вышедше из Скандинавии, перваго своего отечества, билися со Улмеругами и изгнали их от свойственного места, которым завладели под вождением Царя Бетиха. Оттуду пошли под вождением Царя Филимира в Скифию, имянуемую Овин, потом остановилися при людех-Спаллах. Одолевше же и cиx, разделилися Готфы.

Разделение Готфов-Славян

Едина часть Готфов покорила себе Египет. Другая, под предводителством Амала Короля, поиде к Востоку. Протчии, под правлением Валтовым, обратилися к Западу.

Оные, пошедшие к Востоку, завладели Скифиею; выгнав Скифов, поставили иных Королей той стране. Король же их Везоз, от иных наречен Везор, подвиже войну на Беторика, Царя Египетского, и победил его. По нем наследница бысть Томира Царица, Которая подвигла многие воины противу Ксеркса, Царя Персского. Филипп, Царь Македонский, взял в жену Готилу, дочь Царя Скифского. Александр, сын Филиппов, стужал им, но, искусив сил их, учинил мир с ними, аще и Курций показуется некогда розгласен от иных во хвалу Александрову. Дарий же, воцарився над Персы, взял в жену дочь Антрирегира Царя Скифского, и до зде Готфы были имянованы Скифами, не ради того, якобы начало от Скифов, якоже некие списатели Италианские тому мнят быти, но понеже, прогнавше Скифов, завладели державством их.

Другая часть, нашедшая на Запад, разоривши Грецию, преиде во Асию и подаде помощь Трояном. Царе же их были Еврипил и Телеф, егоже убила Кассандра, и от Ахиллеса был лишен оружия. Во время Августа Цесаря, цветяше между Гетов Царь Беробиста, в которое время Елий Катон привел с другия страны Дуная 50 тысящ Гетов, да жительствуют во Фракии. Царь же их овогда обучением телесным, овогда трезвостью и законами тако их правительствовал, что, получив пространное державство, покорил себе многие народы соседные и с великою смелостью, переправяся Дунаи, разорил Фракию, Македонию и Иллирию, дал велик страх Римляном, взял безчисленную корысть от ближних Галлов, Фраков и Иллириков, разорил весма Бойев подданных, Kpитазию и Тавришков. Того ради Август принуждсн послати противу его войска, пятидесяти тысяч воин. Был мало не в то же время Дромахис, Король Готфский, который, сражаяся с Царем Лисимахом на Дунаи, поимал его жива, последи же с великим другопочтением паки его отпустил. На знак же тоя виктории, учиненной Лисимаху во Фракии, подданней Царю Дромахису, построен бысть город и наречен Лисимахия. В некое время сии Готфы воевалися счастливо с Македоняны, посекли на части Сопириона, наместникя великого Александра, с тритцетью тысящами военных людей. Не за многое время прежде того победили Царя Филиппа; не прогневался Александр постановити мир с ними. Потом одолел их Лукулл, генерал Римский. Они же хотели было переити за Дунай; воспрепятствовал им тое Агриппа. Во времена Августа разорили все области ближния, подлежащыя державству Римскому. Во время Диоклитиана многое убивство сотворили по всему державству. Но дабы не долженстововати описовати их особливости, оставил Тацит порядок «Истории Римские», от него уже начатыя.

Третия часть Готфов, которая даже до оных времен осталася во острове Улмеригов, завладела, соединяся с протчими Готфы, Паннониею. Ситалк же, их Князь, подвиже войну на Флемезов, на которой, егда отведал силу Римскую, учинил мир с ними, и тако пребывали спокойны, даже до времен реченного Цесаря Домитияна, который был первый, что отворил храм Ианов. Тогда Готфы расторгли воиска Римские, водимыя Помпеем и Сабином Агриппою, и, убивше Помпеа, отъяли ему главу от трупа. После сея знаменитыя победы Готфы разделилися на две части. Едина завладела Мизиею и Фракиею. От породы cиx, чрез линию отеческую, родился Максимин Цесарь. Другая часть подняла оружие противу Филиппа, Цесаря Римского, понеже отреклися давать ему оброк обыкновенный. Декий Сенатор, отец (Капитан Римский) и сын, пали на сем бою с тридесятью тысящами воин. В память тоя баталии поставился жертвенник на месте боевом, обреченный рукам Декиевым. Овладели Готфы Мизиею; во время же Гордиана опустошили Азию, Понт, Македонию и Грецию. На едином бою Макрин, сын Цесарев, бысть убит. Царствующу Постуму, наследнику Галинову, Готфы огосподствовали Фракиею, разграбили Македонию, разоривше Фессалию и протекше Азию, разбили храм богини Дианы во Ефесе. Город Византия пострадал много от их наездов. Вошли с караблями своими тайно во устие Дуная и разграбили оных жителей. Но несколько обуздали их Клеокан и Афиней, старейшины Византийские, а Венериан впаде в руки их. Наскочили на Кизикину и овладели Азиею со всею Грециею. Гунтерик и Аргарик, Царь Готфский, были врази главные Диоклитиану Цесарю, котораго великим поражением поразили; взявше наметы войска римского, взяли Маркианополь, город Мизийский. Волузиан получил мир с Готфами. По нем бывшу преемнику Галениану, Готфы по предводительству трех своих Капитанов: Виндикона, Фурона и Варона, озлобили Азию, Еллеспонт, Ефес, Вифинию и Халкидонию, разорили Анхиал-град, горы Елма, опустошили Ахайю, Фракию, Македонию и Фессалию, купно с городом Византиею, тако, что в Византии ни един спасся, разве по случаю, который обрелся вне дому. Затем изобрел Максимин Цесарь в намерение, еже утвердити мир с Готфами: сей Цесарь бысть первый, который им платил жалованье. В то время Гиберик, Царь Готфский, покорил под иго Скифов, Туидов, Бубенгезов, Васмавронтов и Кадов.

Царствуя Клавдий над римляны, поиде сам своею особою на Готфы, которые вси согласяся на разсыпание державства Римского и, учинивше с ним бой, пали – триста двадесять тысящ Готфов; две тысячи караблей потоплены в море. Сей бой учинился близ Мартионополя и окрест Византии. За которую победу Сингклит Римскии уложил, чтобы в честь Клавдиеву положити монету златую в Сингклите, и един Андриант из злата поставили пред враты Капитолии. Учинивше же Готфы мир с Римляны, пребыли в тишине на шестьдесят лет, даже до времен Уалента, который, восприяв их в свой союз, пустил их обитати во Фракии, попустив им имети своя оружия. Тогда Готфы разделишася во Остроготфы, и Вышиготфы⁸³, сиречь в вышния и нижния. Оные, которые были ближайшие к Востоку, нареклися Остроготфы, западные же – Вышиготфы. Впали Готфы вси в междоусобную брань. Фридигерн, Царь Вышиготфов, притек ко Уаленту ради помощи противу Аталарика, Царя Остроготфов, их же Уалент збил близ Фракии; разгневавшеся же за сие на Уалента, учинилися вси Ариане. Потом же, егда Готфов прогнали Гунны, притекли паки ко Уаленту и просили Мизию и Дацию в жителство. Но Царь, бояся, дабы впредь не наступили неприятельски на державство Римское, противу своей воли, уступил им Фракию и дал им двух своих Военачальников, Луцинина и Максима, дабы получить под их вождением иные лучшыя страны: Но, или за невеликой смысл cиx двух Военачальник, или за то, что Луцинин покусился чрез отраву уморити Фридигерна, Царя Вышиготфского, тои подъял оружие на Уалента и на дву боях, на первом близ Босфора, на другом – близ Адрианополя разбиты и развоеваны быша Римляне: Уалент Царь, понеже ранен бысть стрелою на последнем бою, принесен быв от своих в плавник, который по случаю зажгли неприятели, и тамо згорел Уалент. Cиe убо ему было проповедано за немногие годы прежде от единаго монаха, которы увещавал его к миру с Вышиготфами. Умершу же сицевым образом Уаленту, Вышиготфы осадили Константинополь. Во благощастие Спасительное сему Царственному дому, соболезнова вдова Цярица Уалентова, та Многим благодетельством победила свирепство осадителей, понеже посылала им прохладные вещи из града во обоз и примерами гражданственными содействовала толико, что Готфы, отставивши осаду, обратилися противу Мизии и Фракии. Уалентиниан, наследник Уалентов, был от Атталарика, Царя Готфского, в толиком почтении, что во все время Царствования его и его наследника Феодосиа, сей народ свирепый не учинил вреда державству их. Наипаче по смерти Атталарика пребывали 25 лет, не избирая другаго, довольствующеся жити на жаловании и под законами Феодосиевыми. Потом, егда вышли Готфы из Фракии, поставили Царем Аларика, от породы Балтиев, емуже поддадеся Радагаст, грознейший Варвар во оные времена, и с войском 200 тысящ разорили Фракию, Паннонию, Иллирик и Норик, предъидуще во Италию. Но, впадши Радагаст (в побитии, учиненном ему в горах Фиезулы) в полон Римляном, прия от них достойную умерщвлением казнь.

Между тем временем, Аларик, прошед во Ишпанию, овладел оное Царство и, владев им 13 лет, возвратился паки во Италию, где всех под меч подклонил и попалил. Обратился на Францию, от которого Королевства прогнан быв силою оружия; возвратился паки во Ишпанию и тамо утвердил державство Вышиготфов (прежде прихода Аттилова во Италию), которые потом всегда пребывали в миру со французы.

Остроготфы претерпели жестокие войны и гонение от Гуннов. Наконец же, егда обратилася фортуна ко Остроготфом противу сынов Аттиловых, быша весьма прогнаны Гунны из Паннонии и из Мизии от Остроготфов, которые разорили Иллирик, обдержали владение земель, завоеваных Львом Царем, с некоторыми поведеньми, давше ему в аманаты⁸⁴ Феодорика, который потом был Царем во Италии. В cиe время город Рим обреташеся насилуем многими Цесари, или Государи, которые друг друга низвергали, из нихже Царствуя, или Тиранствуя, Августул. Оттокар, Король Ругянов-Славян, овладычествовал Царством Италийским, сильностью оружия, разорил Тревизы, Виценцу и Бресцию, завоевал взятием Павию. Орест и Августул погибли на боях последующих. Рим же, почитай, в два года бысть лишен дванадесяти Цесарей; большая часть убиты тако. Сей град, яко обладатель мира, ни от единаго инаго народа восприял величайшее поражение, яко от народа Славянского. Сицевым образом угасе державство Римское во Италии. Оный народ Славянский бысть первый от всех протчих, держащ Государство cиe: Аще же и остася нечто славы Державству Римскому во Италии, все се изнесе вон с собою народ Славянский. Чесого ради ниже слава Кирова, за еже покорил себе Халдеи, ниже оная слава Александра Великого, за еже покорил себе державство Персидское, ниже оная самых Римлян, за еже погасили Монархию Греческую, могут уменьшити славу оную Славянов, которые наложили конец прекословию гордому последних.

Оттокар же, от иных наречен Одоакр, был Ругянин-Славянин, человек возраста высокого, который держал царство Италийское пятьнадесять лет. Егда же идяше с войском своим в Рим, весь град, убоявся, изыде во сретение ему, творяще человеку Славянину большую честь паче подобающие человеку смертному; был поздравлен Царем Римлянов. Позавидевше Остроготфы и Зинон, Царь Восточный, Величеству Державства Оттокарова во Италии, Зинон и Остроготфы поостриша Царя своего Феодорика на брань, который поиде с сильнеишим воиском Остроготфским противу Оттокара во Италию. Пришедше же во сражение при реке По, по трех боях следующих и жесточайших бысть победитель Феодорик; побежав же Оттокар во град Равенну. Бысть тамо во осаде чрез три года непрестанно, потом сдался на договор. Феодорик же, противно учиня оному договору, приказал умертвити его и огосподствовал Царством Италийским, которое от Государствования единаго Славянина-Ругянина преиде в другое, Славянина-Остроготфа. Обаче же со великим пременением фортуны, понеже Феодорик свободил от многих разорений Италию, восставил паки украшение граду Риму, сопряжеся во многое свойство, дабы лучши той покорен имети. И во время тридесяти шести лет, в няже⁸⁵ он поживе в покое на престоле, ниже Рим, ниже Италия имели желати благополучий прешедших, бывших во времена Октавиана Августа, или Трайана, или Адриана, или коего ни будь инаго лучшего Государя. Умершу же Феодорику, бысть его наследник Государь худ, малодушен и не промыслителен. Иустиниан же Царь, видя время, удобное ко отобранию паки Италии и надеяся на храбрость Беллизариа, победителя и прогнателя Вандалов из Африки, послал сего своего Генерала во Италию с сильным войском. Той бысть первый прогнатель Остроготфов из Сицилии. Проженяя⁸⁶ Феодата, Короля их, освободил город Неаполь. Последи же учинил бой со Остроготфами близ Рима, на котором вси избранные салдаты Римские падоша, прочии же спаслися бегом, гоними Остроготфами, даже до врат Пинциарии. Останки же войска разбитого Иустинианова отступили отходом в город Рим, которой осадили победители. В другом бою пали с 200 тысящ Римлян, а в третием погибли вси сильные салдаты Римские; осадные, принуждены гладом, послаша жены, дети, старые и протчия негодные⁸⁷ в Неаполь: Остроготфы, оставивши осаду, пожгли городы Сомо и Римини, взяли град Медиолан и, разоривши его от основания, сеяли по нем соль. Потом под вождением Тотилы, Короля своего, взявши боем Равенну, Цезенну и Петру, овладели мало не всю Италию. Осадили паки Рим, приведше его гладом к нужде, еже ясти корения, мыши и животная домовая бездельнейшая, от чего помроша многие тысящи граждан. В то время Тотила, нашед путь чрез стены, вниде в нощное время в Рим, погубил всех мечем и огнем и весьма его запустошил и разорил. И, изшед вон, весьма оставил его пуст: осадных 22000 Греков (которые были посланы жити) порублены на части со всем гражданством. Учинив тое разорение злодействия, Тотила одолел паки Лукезами, Абруц, Фортецу Рустикан, Перугии, остров Кипр и Акарнанию.

Беллизарий же, предъуспевая оным отсутствием Тотиловым, прилежаше паки ко строению и укреплению Рима, но пришед тамо Тотила, возвратившися из походу Акарнанииского, паки его осадил, взял и разорил сторицею крат, и учинился владетель всея Италии, опричь Равенны. Наступил на него Нарсиз, Генерал Иустинианов, посланный туда со всеми силами его державства и с помощию присовокупленною пяти тысящ Лонгобардов, трех тысящей Верлов, или Урлов, и четырех тысящей Гепидов. Бой был чрез два дни непрестанно; наконец, видяще Остроготфы, что ничто в корысть получали, разве непрестанных ратей с Римляны, отреклися владетельства Италии, да возмогут вывезти с собою вещи свои, где им будет угодно. И тако отъидоша из Италии, побеждены не от Греков, или от Римлян, но от салдат тогожде народа Славянского, вступивших в союз с Греками и Римляны. Во отхождения же из Италии Остроготфы, часть приложилася к Бургундяном и ко Французом⁸⁸, часть ко иным народом, и часть возвратилася мирно под Государство Италианов, которые называют Готфов и протчих Славян Варварами. Долженствовало бы им paзсмотрити, что они сами те же суть останки последние от тех же Варваров, сиречь от Готфов, Вандалов, Верлов и протчих Славян.

Вышиготфы выгнали Вандалов из Ишпании и завладели тем Королевством. Их же Короли даже до недавных времен наследием непрестанным держали оное Королевство, оставльше Галлию Французом. Но многажды обладали и Галлиею, дважды Паннониею, трижды Мизиею, седмижды Фракиею и, наконец, всем Востоком, чего никогда не учинили ни Александр Великий, ни Kиp, ни Аннибал, ниже Цесарь, ниже протчие добыватели.

О Вандалех, народе Славянском

Вандалы, отшедши из Скандинавии, стояли в путшествии един год целой, покамест пришли до реки, ныне нареченные Вислы, которой даля имя Вандал, просмехающеся и ласкосердствуя сообразности имене своея Королевы, имянуемыя Вандала, которая, егда они одержали победу знаменитую над неприятели, бросилася в тую реку. Иные же списатели глаголют, что оные люди получили имяноватися Вандалами от их Короля Вандала, который, по достижении их к реке Висле, правительствовал их с крайним удовольствованием четыредесять лет. Сии Вандалы всегда были славны во оружии: воинствовали у Александра Великого, во всех его начинаниях. Егда же он умре, возвратилися во страну свою, которую после их завладели Саксоняне. Во время Августа Цесаря овладели берег восточный реки Рена, с воиском 30000 человек. Откуду последи от Друза и Тиверия быша прогнаны во своя жительства, близ горы Карпата, при границах Сарматских, или Польских, из которых мест прежде принесли новоселения своя к морю Балтийскому. Вначале же многие войны воздвигнули на Датчан и Саксонов; соединилися с Маркоманны и людьми тогожде народа Славянскаго на Марка Антониа Цесаря. В лето от Христа 183‑е наступили на всю Германию, притесняя большую часть людей Германии, жити утесненных во стране вело узкой, и овладели единым брегом реки Bиcypга; тысяща пятьсот, плывя по реке Bиcyрге, вошли во Фризию, остановилися на береге восточном реки Амиза. Но егда наскочил на них Тит Боенал, брат Адебалда, Князя Фризийского, одолел их и прогнал от Амиза. Билися и с Вышиготфами, но понеже побеждены и прогнаны от Дуная, одержали Паннонию, которою владели 40 лет. В лето 382‑е прошли во Италию под вождением Короля их Многасилы (от иных списателей, не знающих языка Вандальского, или Славянскаго, названаго Модигисил, или Модидишк). В лето 415‑е прошли во Францию с Крошкою, своим капитаном, все Государство секуще и попаляюще… Но егда подоспели тамо Вышиготфы, сильнейшие их, им уступили страну; сошли по Пиринейским горам во Испанию и овладели единою лучшею провинциею Ишпанскою, нарекли ю от свого имене Вандалузиа, ныне же, со отсечением первыя буквы, наречена Андалазиа. Егда же часть их наскочили на Венецию и Истрию, разбили их и побили Василиск и Рихимир Цесари. Владели Вифиниею 30 лет. Позваны во Африку, под обещанием превеликих почестей от Контиа Вонифатиа, отступника державства Римского. Прешли Гирло Гиблитерское⁸⁹, и не устояли в слове, данном реченному Контью; завладели Боналику, Салу, Таманазиду, Баназу и Тингенды, все грады превеликия. Уалентиниан Царь, наконец, повелел им изыти из Африки, с некоторыми порядки мирными, которые постановил с ними. Умершу же Уалентиниану, они паки возвратилися во Африку, правительствуеми своим Королем Гизерихом, взяли войною Карфаген, оную славную републику, которая задала толико озлоблении Речи Посполитой Римской; и яко до того времене пребывала, покорена державству Римскому. Учинив тую победу превелию, проиде Гизерих до оных островов: Сардинии, Сицилии, Корсики, Эбузы, или Питузы, или Ивики. Овладел и оными: Маэрку, и Минорку. (Из которых уступил Сицилию Оттокару, Королю Италийскому, за которую он обязался платити на всякой год некоторую дань Гизериху.) Гизерих, прошед в Шкоцию и Вританнию, держал оные места дотоле, что раззорил могутность жесточайшаго Аттилы: Егда же Максим тирански овладел державство Римское, взял насилием Евдосию в жену, вдову Уалентиниана. Она же, дабы ей избыти того Тиранна, тайно пославши, призвала Гизериха, славного толикими победами, во Италию ко осаде Рима, и да свободит ю от супружества ненавистного. Той же, вшед с тяжким воинством во Италию, взял Рим, где употребил в четыренадесять дней непрестанно вся действа необузданнейшаго немилосердия. Но укротил тое, рассмотрив смирение и покорение Папы Льва; отъиде из Рима в лето 457‑е, взяв с собою в плен Евдосию и Плакидию со многими людьми. Гилимир был последний Король Вандалеской; того поимал внезапно Велисарий во Африке, но восприял его толикою храбростью, что ежели бы Гилимир преодолел изобилием Фортуны, споспешествующие ему в сем бою, прогнал бы без сомнения и во он раз, всегда прогнанных Греков из Африки, хотя Велисарий, Генерал Иустиниана Царя, привел с собою лутчее воиско державства. Но Гилимир погубляя, или не радя о времени погодном, подал время Велисарию исправитися силою и в третием бою, который дали оба войска, убиту бывшу брату Гилимирову, с большею частью Вандалов, впаде жив в руки Велисариевы, который приведе его в Триумфе в Константинополь, где он же, представ Иустиниану, не уничтожился мыслию, учинил разглагольство с Царем, с толиким постоянством и твердостью, о непостоянстве Фортуны, с равномерительством прешедшаго своего бытия, к настоящему бытию, что Царь, умилився от словес Гилимировых и, больши того, от великости и твердости его сердца, не токма ему свободу даровал, но даровал ему еще и изряднейшые земли во Франции, которыми он владел, донележе жил, и с его смертию скончася слава и имя Вандалское, окроме тех, которые держали стат свои Вандалужский, или Андалузский, оные не преезжавшие во Африку, где Вандалы царствовали двестие лет. Их же природная лютость принудила Церков Римскую прибавити в моления своя, еже «от Вандал избави нас, Господи».

Монета (50 денариев) Гелимера, последнего короля вандалов Северной Африки (годы правления: 530–534). Его имя, начертанное на монете (по-вандальски) как Geilamir, среди других, несомненно, германских имен вандальских королей Средиземноморья этой эпохи, может быть интерпретировано как балто-славянское. В более поздних славянских языках ему, вероятно, соответствовали бы формы «Желамир» («Желимир») или «Зеламир» («Зелимир») – палатализованные и с утратой дифтонга. Наверное, нельзя исключать и аналог «Велимир», – при самостоятельном развитии обеих лексем из гипотетической праязыковой формы *Gwelamir. Впрочем, на данной монете титул Гелимера дан в латинском варианте: «REX GEILAMIR», «Король Гейламир»

Вандалы же быша растлени ересию Ариевою чрез Готфов. Егда же еще были безбожные, между иных обычаев гражданства имели и тое, еже посылати единаго посла к тем, с которыми желали постановити перемирие, или мир, который посол, взяв в руки камень, меташе его в воду, глаголя: «Тако да случится оному, кто из нас первее преступит веру», юже никогда не нарушали Вандали злочестивые; аще же и нарушили тую бывше Арианами. От сих Вандал родился Стиликон оный славный, приятственный Феодосию, Царю Римскому, который, умирая, не усумнился вверити ему защищение сына своего Онория, ему же не усумнелся дати, еще жив сый, в жену дщерь свою, в воздаяние его изрядных дел. От Вандал происходят Бургундиане нынешние, понеже во время Уалентиниана Царя паки вышли Бургундиане от Северы, из земли Винделиков, прешедше реку Родан, изобретше во оном месте жительство покойное, остановилися, назвавше оную страну, от своего имене, Бургундия.

О Верлах, или Эрулех, народе Славянском

Верлы, растленно⁹⁰ наречены Эрулы, и Эркулы, народ Славянской, изшедший из Скандинавии, пришли до эзера Забаха, овладели судами, елико их при оных брегах нашли, которыми, учинивше сильный флот карабельный, преидоша Большое море и взяли град Византью, потом нареченный Константинополь. Оттуду же, прешедше во Азию, порубили и пожгли несколько провинцей Римских и во Фригии раззорили Иллион, фортецу Троянскую, которая до зде стояла на основании: И, исполнившеся добычами и грабежами, паки перешли Большое море и утвердили свое жительство над Дунаем. Cиe убо случилося при державстве Валерианове. Да покажут, колико в ни во что вменяли своих неприятелей⁹¹, бивалися наги, токмо покрыв части срамные; горды и люты. Мыслили, что никоторой народ поступати в равенстве с ними в делех воинских может. Первое завладели Либурнию, и потом, во времена Анастасиа Царя, – Далматию; задали великую трудность Римляном в Паннонии, одолели Лонгобардов и всех протчих своих соседов, понеже не обреташеся, кто бы им учинил воспротивление. Преставше от воевания, опочили чрез три года целыя, от чего учинилася причина разрушения их, понеже погубляюще во празднстве обучение воинское, к тому же ни во что вменяюще, по своеи обыклости, силы своих неприятелей, неначаянно быша обьяты, атакованы, разбиты и побиты от Лонгобардов.

Видомар, или Видимир Вторый, Царь Верлов, царствуя при границах Далматии, мучил Святаго Максима со иными Христианами: Его же наследник Сукуладо, или Сундувалд, помог Нарсизу противу Готфов и был славен зело за свои эройские дела. Жены их хаживали с мужьями на баталии войны противу их неприятелей. Егда Верлы единожды одолены были от Римлян, тыя жены поносили их малодушию, понеже попустили победитися от народа, возраста мнейшаго от них⁹². Прежде же обращения их к вере Христовои, покланялися многим богам, имели многих попов, охраняли многие законы, и церемонии зело разнственны от протчих паганых⁹³ народа Славянского. Между протчих, егда един кто из них занемоществует в возрасте старом, или что их искусные в хитрости врачевской отчаявалися во оздравлении немощного, полагали его в костер древ, и посылали единаго Верла убити его. И потом сродники убитаго сожигали труп и костер, и жена убитого повешивалася на виселице при пепеле мужнем; аще же кая того не хотела творити, тую имели за бесчестную: Веру же Христианскую восприяли при Грате Царе своем, которои пришел в Константинополь к Царю Иустиниану и тамо со всеми своими людьми восприял Святое Крещение.

О Аварех, Славянском народе

Сии восприяли началобытие от Гепидов, воздвизали многие рати на Римлян, наиболши же при державетве Маврикиа Царя, который, да учинит препятие их нападениям, даваше им дань погодную по 80 тысящ Дукатов златых. В лето 577‑е послали послов к Маврикию Царю, по учиненном от них добытии града, знатнеишаго Сирмиа, дабы к данн предреченной прибавил других еще 20 тысящ. Получили намерение свое; немного последи послал Хаган Царь их, дабы возрастил еще других 100 тысящ Дукатов золотых. Егда же в том ему бысть отказано, разрушил град Сигидон и завладел многие иные городы Иллирические. Сим Царь принужден был паки примиритися с ним, чрез Елпидиа Патрикиа и Комментиола, которыс исходатайствовали мир с Хаганом: Но он скоро, мир разорвав, вооружил своих людей противу Фракии и опустошал ю даже до Долгих стен, где Авары вступили в бой с Комментиолом, генералом Маврикиевым, который, противно всякому надеянию, победил их, разбил и прогнал, в лето седмое надесять державствования Маврикиева. Хаган, исправяся от разбития прошедшаго, наступил со своими людьми на Далматью, иде, шед до балки, разорил 40 городов ближних. Сии Авары жительствовали в Паннонии Нижней. Оттуду потом сошли в Баварию, великие были приятели Далматяном, имже частые помощи подавали на Саксонов, правительствуеми Генриком, сыном Оттоновым. Но, восхотевше Авары некогда воздвигнути брань противу Саксон, преходяще с воинством своим чрез Далматью, попросили у Далматян некакия помощи. Они же, забывше благотворения, восприятая в прошедшем времени, дали им пред ними вместо споможения едину сабаку, зело жирную. Авары же притворилися незлобием о сей обиде, со смеянием великим на Далматян неблагодарных, которым не время было тогда отмстити, сокрывая тое ко иному времени доброполучнейшему.

О Аланех-Славянех

Сии, изшедше из Скандинавии, общего от(е)чества всех Славян, разделилися на две части; едина пошла во Асию и вселилася близ гор Засеверных; ныне же наречены Татарове. Другие же, соединившеся Вандалом и Бургундионом, изгнали Французов и нареклися Скифи: некоторыми же списателми названи Даки. Но лутче было им названым быти Готфами: понеже имели един той же язык между ими. Были соседи Амазонянам, разсеяны в разные люди и народы, распространилися даже до реки Гангеса, которая разделяет Индию и впадает в Море Южное. Не строили кибиток, ни домов, ниже землю орали, но питалися мясом, и множеством млека, всегда живуще на телегах, покрытых кожуринами с древ, и возили их с собою по пространным степям. Егдаже доидут до попасов, расставяся вкруг, едали на тех телегах. Поедше пищю, отъежжали на тех же; сожитие же мужей со женами было общее, такожде и воспитание детей. Всякая страна, в которую приезжали, казалася им своя. Изобиловали коньми, скотами и стадами, которые напред ходили их походу. Поля оных стран, на которых обитали и водилися, понеже были всегда травенисты и полны плодов, не страдали никогда недостатком травы про скотов и яблок про человеки. Многолюдство неполезное; пребываше всегда вкруг телег, без обучительства, со бремены легчайшими.

Молодыя люди обучалися ездити на конех, понеже ходити пешим вменяли дело уничижено. Вси разве были искусные воеватели, великии возрастом⁹⁴, лица зело пригожаго, власов среднерусых, очей приязниво грозных, зело быстрых. Равны Гунном во всяком деле, но немного своетливейши и политични в пищеедствии и во одеянии. Забегали, ловлю гонящее, даже до Моря Меотиса, до Гирла Киммерииского, до Армении и до Мидии; ратолюбцы и бедолюбцы, не любители праздности и покоя, считали за благополучие, еже умрети на бою. Тех вменяли за глупых и бездельных, которые умирали от старости. Славен у них, которой убит бывал на войне. Вместо полонеников, отрезывали голову неприятелем побежденным⁹⁵ и драли кожю с них, и полагали кожи на свои кони поводные, за победу большую; и с сими наряды водили их на бой. Не имели ни Церкви, ни Храма, ниже Попов, ниже Богов особливых, ни шалашей, ни кибиток: выняв сабли из ножен и воткнув голыя в землю, поклонялися им, яко богу Марсу, его же верили быти пастыря всем оным местам, в них же баталии имели. Имели знание дивное о будущих делех, о которых гадательствовали, собрав некакия прутики прямыя и разобрав их во время определенное, с некоторыми обавании наговорными. Холопство не было у них во употреблении, понеже вменяли себе всех, рожденных от славные породы⁹⁶. Обаче же имели правителей и судей избранных, искуснейших и ученнейших в делех военных. Наступали на Палестину, на Египет и на Иудею, которым страшное разорение учинили, во время Веспасиана Царя, понеже оттворил им проход врат Каспийских Царь Урканский; разорили Мидию, Армению. Во времена последующая, восприявше плату и служение от Римлян, притяжали верность славы и храбрства. Покусилися многажды Гофы воити во Фракию без случая; призвавше Аланов в помощ, проидоша купно, творяще грабление велие. Имели Алане войну с Домитианом, Траяном Цесарями; во времена же Декия взяли Византию. Адриан Цесарь не возмог победити их оружием, но притяжал их дарами. Гратиан то же учинил. Уалентиниан, наследник Гордианов (котораго победили Алане), рассмотрив бесполезнство оружия, еже побеждати сей народ свирепый, сотворил указ, которым обещал свободу от подати на десять лет тем, которые их возмогут победити. Тогда Германе, желательны тоя славы и обещанные корысти, двинулися противу Аланов и одолели их, за что наречены были «безданники». Уалентиниан потом, вторицею вступив в войну против Аланов, был не точию побежден, но и удавлен, повелением Борбогаста, Царя их. Присовокупившеся Алане ко протчым народом Славянем, сиречь Вандалом, Бургундионом и Шведом, под вождением общего их Князя Симгибана, завладели Галлию. Оттуду же проидоша во Испанию, идеже завладели оную страну Испании, от них названую Аланиа, ныне же растленно глаголется Каталониа. Не довольствующеся же сею страною, наступиша на Португаллию, тамо взяли город Эмерит-Августу, со всею Галициею, где утвердили на несколько время и Царство свое. Радомир, Король Христианнейший Галлиции, побил Абдара, Короля Павии, в лето 823‑е. Оные же Алане, которые осталися в домех в Сармации, истреблени быша от своих соседев, тако что не обретается никто житель во оных местах, разве только некогда проходят казацы, искати какую либо ловлю.

О Баштарнех и Певчинах-Славянех

Баштарны и Певчины⁹⁷ бяху един народ, которые вселилися от гор Певчинских, и Карпатских, между устия Истра, и Днепра, распротяжен даже до Моря Меотиса. Первой их поход воинской учинился против Даков, которой им сбыстся благополучно. Воздвиглися на Павла Эмилиа, советника и Князя Римского, который на едином бою убил 10 тысящ конницы их последи же восприял их на плату. При Лепиде Консуле поднялися от Истра, творяще паки нападение в Державство Римское, быша побеждени от Помпеа и Цесаря. Дела Римлян пришли бы во изничтожение на войне с Мифридатом, аще бы не помогли вступления башарнов противу оного Царя. Потом же пришли во изничтожение силы их от многих ратей, прогнашася от своих обитательств. Того ради пришли на поселение во Унгрию, получив от Короля Матфиа Корвина остров Дуная, где не во многом времяни потом восприяли своей волею веру Кафолическую Римскую.

О Унграх и прочих. О Унграх, или Ункранех, и Меланкленех

Первая жительства Унгров не обретаются описаны ни от единаго списателя древнего. Меленклены⁹⁸ убо были соседны Аланом при реке Волге, и ко Амазоняном. Отнюду же со поступанием времене отшедше, приидоша с первенственными жити в рубежи Подолии, переехав Истр реку, и нападали многажды на войска Римская. Разорили и весьма рассыпали город Фессалонику, уже новопоселение, учиненное от Римлян, нареченное Марциа Иулиа, потом же пребывание Королей Далматских и Арсенал флотов Далматских, пятнадесять верст окружностью, славен ради разных ратей, которые имели с разными людьми и державствы, разстоящ от Зары града, 222 мили Италианских, и законодательница многим людем, разделенным на 744 десятничестве, аще оный и воспротивлялся часто и многажды войскам Римским и иным храбрым народам, однакоже, наконец, завоеван бысть и разсыпан от народа Славянскаго, сиречь от Унгров, которые разорили и распленили мало не всю Далматию.

О Гиррех и Сциррех-Славянех

Сии жили окрест реки Вислы. Откуду отшедше и вземше плату от разных Государей, служили на их войнах. Некогда, соединившеся со Аланы и Гофами, учинили войну на римлян, даже дотоль, что со протчими Сарматы утвердили своя жительства во Иллирике и Истрии. Во время же, егда дети Аттилове быша побеждени, завладели Мизию Верхнюю и во оной вселилися во времена последующая.

О Финнех, или Феннех-Славянех

Финны-Славяне, последние люди Севера⁹⁹, заняли едину страну мира, едва жительствуему. Были добрые сайдачники¹⁰⁰, и во метании копия с великою скоростиею. Не бе ин народ пристойнеиший паче сего. Бивалися стрелами большими и широкимя. В звероловлениях похвалялися; не пребывали во едином месте, но обитание их было блудящее и неизвестное, на некоторых бревнах закривленных и загнутых [на лыжах] претекали по горам, покрытым снегами; убежати же, или достигнути неприятеля были скоро легки, обаянники все во своей жизни: Сии найдены были от Арнгрима Швека (который был потом зятем Фрошону Королю Датскому, правительствуеми Королем своим Тенгилом); воспротивилися храбро неприятелю. Потом же, егда увидеша себе погибающих, устремилися на бежание, бросивше в лице неприятелю-гонителю три камушка, которые ему показалися во образ великих гор, чего ради престало воиско Арнгримово гнатися за ними, ради препятия мнимых гор. На другой день Финны возвратилися сразитися с неприятелем, и егда паки быша сбиты и прогнаны, бросили на землю немного снегу, который показался рекою широкою и глубокою, препял гонение победителю. Возвратилися и в третие отведати щастие, со Арнгримом, но, бывше весьма разбиты и разгнаны, и, видящее, что хитрость волшебная нимало помогала, здалися; и учинилися немногим меньше как данники Королевства Датского: Cиe же случилося не за много прежде пришествия Христова на землю.

О Даках-Славянех

Сии вышли из Скандинавии и, отлучившеся от протчих Славян, выгнали Верлов, обитавших по брегу Дуная, и в тех местех остановилися вовсе. Жительства своя имели тысящу верст вкруг, имели жестокия войны с Римляны, посекли в части Аппиа Сабина, Консула, и Корнелия Фуска, старейшину Преторского, с великими войски Римскими. Воздвигли войну на Трайана Цесаря, которой построил на Дунаи оный мост, которого след еще и ныне показуется; своею особою бился с ними и победил Цесаря их, Декабола. Бился с Даками Домициан Цесарь, которой ложно себе употребил Триумф о них, понеже на бою больши был побежден, неже победитель: но Трайан истинно был их победитель. Той, видев оную страну, от непрестанных ратей изгублену и лишену жителей, перевел туда девять новосведений от всех частей своего Державства. И от сего происходит, что и ныне говорят в Дакии (в Волошской земле) языком, сложенным из иных многих. Язык немецкий введеся в Дакию от новых преселений немецких, которых Карлус Великий послал жити в Седмиградскую землю, ныне же названа Себенбурген. Обаче же язык обретающиися ныне в Дакии возъодержал многие имена от Славян, своих началозаводчиков.

О Норманнех-Славянех

Сии разбойники морские, наречени от француз Норманны, сиречь «люди Северные», выходцы из Скандинавии последние, наезжающе и разоряюще места приморская Франции и, вшедше устиямя рек больших на сухой путь, одолели Фригионов, или Фризионов, пожгли Амбург, осадили нововеденой город Колонию Ренскую и во Франции заняли Неустрию, от них ныне наречена Нормандиа. Потом, в лето 887‑е Рождества, Спасительного нам, Роллон, Король их, который потом наречен Роберт, перешел с войском новых Норманн во Англию. Но, будучи отбит от Агличан, прошел во своими людьми в Нормандию, в нейже жительствоваху тамо сущии от его народа, с ними же соединяся, завладел весь тракт страны заливы Святаго Малая, даже до Сенны, древними наречена Секвана. И вседши в суда, реченным брегом пришел даже до Роана: Его же и осадил. И понеже не было граду помощи, кто бы оного прогнал, взял его по договорам и огосподствовал толь великой и богатой город, обратил мысль, еже добыти Королевство Французское. Повелел приити из домов новым людем и со оными, разоряя всю страну, где проходил, учинил осад Парижу, Королевствующу тогда Королю Карлу. И, может быть, завоевал бы оный царственный дом, ежели бы граждане, уведомившися о выручке (которая им шла от Дуки Рихарда Бургонского и от Элата Контия Пойтиерского), крикнув из города осажденного и ударивше в тыл Норманнов, обратившихся противу неприятелей новых, на выручку осадным идущих, не разбили и не прогнали с тяжким уроном своих людей. Роллон, прогневан сим разбитием, собрал паки силы своя, пошел паки внутрь Франции, подкланяя всех под меч и пожигая, не щадя ни возраста, ни естества особного, ниже мест Святых или не Святых. Карлус, не надеяся на своя силы, поискал сообщения с неприятели, победители своими, напоследок сообщился на таких кондициях, чтобы Роллон Христианскую веру восприял и взяв в жену Циллу, дочь Карлову; имети за приданое Бретанию и Нормандию, с повинностью малаго почтения погодного к Короне Французской, во свидетельство, что Государство оное получил не чрез оружие, но чрез любовь. И тако, утвердив мир и присвоение, крестился, и наречен бысть от имене Контия Роберта Пойтиерского, своего отца крестного, Роберт; такожде пременил и имя стране, назвал Нормандиею весь оный кряж страны, иже прежде нарицался Неустрия.

О Маркоманнах и Квадех-Славянех

Маркоманны были Вандалы, или Славяне; от их же племене быша и Квады. Сии Маркоманны, разлучившеся от протчих Вандалов, нападоша на древних Бойев – народ свирепейший. И, выгнав их из их жительства, завладели им и восприяли имя выгнаннык Бойев. Вселилися во всей оной стране, иже ныне разделилася в Моравию, в Боемию и Австрию Нижнюю, в которых странах было первое жительство Маркоманнов. Второе жительство их было во стране Тревирской. Cиe их преселение случилося в два времена разные, сиречь во время Иулиа Цесаря, при правлении Ариовиста Короля Маркоманского и Шведского. Другое же – при державе Тивериеве, который преселил много людей Германских. Третие преселение и житие Маркоманнов было в Дакии Набережной, где суть границы Венгерские земли и Трансильвании. Четвертое было в Паннонии Верхней, где ныне есть Австриа, и часть некая княжества Стирийского. В те места последние переходили четырижды населятися. Перво, были переведены от Клавдиа Кесаря. Второе, вошли тамо оружием; а третие, егда Кесарь Галин подарил Паннонию Вышнюю Валерию, своему тестю, Королю Маркоманскому. Последнее, когда Уалентиниан Цесарь воевал противу cиx людей, которых выгнал из Паннонии, их жительства, юже паки они взяли при Адриане. Понеже потом, в пятое, выгнаны они (от) Марка Антониа Кесаря: паки вошли тамо во время Коммода и Вассиана. Наконец, выгнал их вовсе Александр Цесарь. Пятое жительство Маркоманнов и Квадов было в Шилезии и в Марке Брандебуржской, стране при реке Одере: Шестое было в другой крат в стране Тревиров: Седмое было в Белгике близ моря. Осмое было при брегах моря Германского, между Даниею и Фландрию. В которых местех во всех сей народ был славен оружием.

Начальные их бои были последствующие: в товариществе Сарматов, Вандалов, Квадов, и протчих народов Славянских, переехавши Дунай, овладевающе Паннонию, побили 20 тысящ Римлян.

Во время же Марка Антония Цесаря показали опыт великия своея храбрости. Ибо егда Марко Антоний, в войне противу Маркоманнов в Паннонии Вышней, истощил уже всю свою казну и, не хотя, паче обыкновенного, каким-либо образом отяготити подданных Римлян, продал по оценке, чрез проповедника на площади Троянской, утвари Царские, чаши златыя кристальныя, каменномиринные сосуды, сребреные, одежды шелковыя женния, ее же вещи златотканные со многими жемчюги и каменьями; к тому же, лишившися всех истуканных, сотворенных от первых художников, вооружил мечников, нанял Далматян, Дарданян, Диокинитов и Германов, понудился крайнею силою ради оные войны, на которой Маркоманны побеждени быша больши Божиим Промыслом, нежели оружием Марковым. Понеже Цесарь, вшедши во страну Квадов, был так осажден больше от недостатку воды, нежели чего иного, что и способу не обретал спастися. Тогда салдаты Христиане, обретающиися в полку Римском, видяще себе пришедших к последнему истреблению, притекли к помощи Божией, призывающе имя Иисуса Христа. Иже, услышав мольбы оных немногих верных, послал толико множество воды, что воздовольствовалося ко прохлаждению войско, и стрелы от Небес падоша на неприятелей толико часты, что побегли от своего стану безчинне и смешенно, яко и Римляне уже, ударив на них в тыл, победили их мало не всех небольшими людьми¹⁰¹, с помощию Христовою получили победу всеисполненну. Потом исповедал Марко Антоний и во своих письмах домособственных, что призванием Иисуса Христа, учиненным от салдат Христианских, получил воду с Небес и победу над неприятели: Но аще Маркоманнов сицевым образом и одолели Римляне, обаче же не покинули докучати провинциам их. Того ради при Коммоде. Цесаре наступили на державство Римское толико, что Коммод принужден был купити у них мир, со определением некаким дани погодные, и с уступкою единые части Паннонии, близ Дуная. Александр, Цесарь Римский, дабы содержати мир от Маркоманнов, обещал им все то, что потребуют, и сумму немалую наличных пенязей.

Максимин Цесарь имел долгия и жестокие войны с сим народом, бился часто, с шатающеюся семо и овамо Фортуною, аще и войско преизрядное имел, счинено из Мавров и из Острогемов, и Парфов. Маркоманны, утвердившиися в Паннонии, подняли оружие противу Аврелиана Цесаря, вошли во Италию и разорили Маланезской стат. Но потом одолел их Валентиниан, когда овладели Ретиею с Нориком.

Свойственное же отечество Квадов: было страна, лежащая между Боемиею и Полониею: после названа от Боемов Шлезия. Понеже стекалися туда многие люди, из Мизмы, из Померании и Марки, населятися на ней, аки бы змии, ползуще, вошли во ону страну. «Шлезити» («шлешити») значит на языке Чешском: плежити, или ползати.

Первый Король Маркоманнов (которые царствовали при реке Албии в Боемии, Моравии и во Австрии, в начале Монархии Римския) был Моробудуй, который перевел Маркоманнов в Боемию. На сего Тиверий учинил нападение. Во оное время сии люди были зело страшны Римскому Державству. Катавалд же, выгнав Моробудуя (который много время жил в ссылке в Равенне), учинен бысть Король Маркоманном. После Катавалды королевствовал Юбилий, прогнавый Катавалду с королевства, и притеснил его скончати жизнь свою во Френе, в провинции Нардоне. Умершу же Юбилию, с поспешеством Тивериа Кесаря, учинен бысть Король Ванний, который царствовал над Маркоманнами и Шведами 40 лет. Пре кончине же изгнаша его Вандон и Сидон, дядие его по матери: Однако же получил от Римлян некоторые земли в Паннонии и ту сконча жизнь свою: Сидон же и Итал по сем королевствовали над Маркоманны и Шведы, даже до времен Веспасиана Кесаря. Вараберт Шестый, Король Маркоманнов, был во времена Марка Антониа Кесаря, с ним же имел войну три года бепрестанно. После же Вараберта королевствовал Бранд, который, по мнению некоторых, построил город и нарече Брандебурх: Во время Диоклетиана Гунтерик и Ардерик господствовали Маркоманнами и Шведами. По них был Салонин, который дал свою дщерь Пипу в жену Кесарю Галину. По Салонине преемники быша Гартамунд и Кариовист, которые помогли Аврелиану Кесарю на Гофы во Иллирике. В cие время Маркоманны, оставивше страну, едина часть переправилася в Рецию, другая же – в Валерию и Паннонию: Сии имели за первого себе Короля Габиниа, которому наследник бысть Хунимунд. Сего же победил Феодомир, Король Острогофский¹⁰², и отец Феодорика Берненского; по нем же преемники быша Ахюлф и Ронизмунд. Писмена Маркоманнов не много разнствовалися от Славянских. Они точию едини осталися победительственны, понеже Гофы, Вандалы, Маркоманны и протчие народы выше изьявленные, бывшие единаго тогожде языка со Славяны, побили и покорили Державства и Королевства мало не всего света: Hаконец, пришли воеватися со Славяны, быша от них одолени и страны своя купно с имянем своим положиша в забвение последородным. Понеже реченные Славяне ими завладели и удержали даже до сего дне.