Kitobni o'qish: «УЗНИКИ ЭМОЦИЙ. Книга 6: «ПУТЬ МАРКА»»

Глава 1. Пролог

Попробуй закрыть глаза на секунду. Представь: ты входишь в квартиру на пятом этаже хрущёвки, где пахнет горячим хлебом из кухни и слегка — старым обойным клеем и бумагой. Ты чувствуешь шероховатость старого линолеума под ногами, слышишь потрескивание и шипение телевизора с рогатой антенной в гостиной и голос диктора, вещающего о «перестройке».

Это конец девяностых. Время, когда будущее ещё не определилось — оно висит в воздухе, как статическое электричество перед грозой.

Квартира совсем крохотная, с маленькими комнатами, совмещёнными ванной и туалетом, но уютная. В углу — массивный лакированный сервант с фарфоровой посудой, хохломой и хрусталём, который достают только по праздникам; рядом — диван с покрывалом, которое всё время съезжает. На стене — конечно же, ковёр с узорами, который мама повесила «для уюта». На подоконнике — фикус в горшке, листья которого Марк протирал каждую субботу по настоянию бабушки.

Наш главный герой сидит за столом у окна — ему восемнадцать, и он весь в предвкушении. Перед ним — первый в жизни компьютер. Не новый, подержанный, с громоздким монитором, но для него он — портал в другой мир. Он трепетно, с уважением нажимает на пластмассовые кнопки, словно пробуя нажатия «на вкус», экран мерцает, а в груди — знакомое покалывание азарта.

Из кухни доносится мамин голос:

— Марк, иди ужинать! Борщ остывает!

— Сейчас, мам, я уже, я уже почти! — не отрываясь от экрана, отвечает он.

В дверях появляется отец — в старом свитере, с газетой в руках. Он смотрит на сына, качает головой и садится напротив.

— Опять за своё? — спрашивает он, откладывая газету. — Марк, посмотри на меня.

Марк неохотно отрывается от компьютера.

— В жизни главное — живое общение, — говорит отец, и в его голосе слышится не упрёк, а желание посоветовать, как лучше. — Люди, глаза в глаза, рукопожатия, смех за столом. А это… — он кивает на мерцающий экран, — оно разве заменит всё это?

Марк улыбнулся — не насмешливо, а по-доброму. Он любит отца, но чувствует: тот чего-то не понимает.

— Пап, это же не замена, — объясняет он. — Это… расширение. Представь, что можно поговорить с кем угодно, где угодно. Не надо ехать через весь город, ждать встречи — просто нажал пару клавиш, и вот он, собеседник.

Отец нахмурился, но не спорил. Вместо этого он взъерошил волосы сына и встал.

— Ладно, учёный. Только не засиживайся допоздна.

Когда он ушёл, Марк снова повернулся к экрану. Но не успел он погрузиться в свою эйфорию, как в дверь квартиры раздался громкий стук. Отец спешно натянул тапки и побежал открывать.

— Марк! — Дима, его лучший друг, чуть не сбил отца с ног, врываясь в комнату с горящими глазами и телефоном в руке, миновав коридор. — Смотри, что я нашёл! Сервис знакомств 684. Это изменит всё.

Марк замер. В груди что-то ёкнуло — как перед прыжком в воду. Он чувствует, как учащается пульс, а ладони слегка потеют.

— Что это? — спрашивает он, но уже тянется к телефону.

Дима ухмыляется, тычет пальцем в экран:

— Это, братан, будущее. Ты вводишь свои данные и пожелания для поиска собеседника, и тебе подбирают людей. Можно переписываться, знакомиться, общаться…

Марк взял телефон. Экран светился мягким голубым светом, буквы расплывались перед глазами. Он прочитал описание сервиса — короткие строки, простые правила — и вдруг понял: это действительно что-то новое. Бросил короткий взгляд на Диму. Тот смотрел в ответ и чуть ли не пританцовывал от нетерпения.

— Ну что, — шептал Дима, — попробуем?

Марк кивнул. Пальцы уже тянулись к кнопкам мобильника.

Где-то за окном сумерки сгущались, и город зажигался огнями — пока ещё обычными, аналоговыми лампочками, которые используют очень давно, но одновременно зажигались и первые рекламные баннеры. Мир менялся. И Марк, сам того не осознавая, стоял на пороге этих перемен.

Ты чувствуешь это? Воздух уже не тот. Что-то надвигается. Что-то, что перевернёт всё вокруг.

И начинается это прямо сейчас.

Глава 2. Первые сигналы

В один прекрасный день отец положил на стол маленькую чёрную коробочку.

— Это тебе, — сказал он, слегка улыбаясь. — Теперь ты взрослый.

В груди что-то ёкнуло, дыхание перехватило. Марк медленно протянул руку и взял коробочку. Лёгкая. Слишком лёгкая для того, что сейчас происходило.

— Пап… — прошептал он, не отрывая глаз от упаковки. — Это правда мне?

Мать, стоявшая у плиты, обернулась. На её лице читалась тревога.

— Серёж, — обратилась она к мужу, — может, не стоит? А вдруг это вредно? Вдруг излучение какое-то?

Отец только отмахнулся:

— Да что за глупости, Наташ! Это же не микроволновка. Это прогресс. Марк же хотел, ему нужно быть на связи.

Марк осторожно разорвал обёртку. Внутри лежал пейджер — компактный, чёрный, с крошечным экраном и клавиатурой. Он казался почти нереальным, как предмет из будущего, случайно попавший в их уютную кухню с запахом жареной картошки и старых обоев в цветочек.

— Пейджер, — выдохнул Марк, проводя пальцем по гладкой поверхности. — Настоящий…

— Теперь ты можешь получать сообщения от кого угодно, — пояснил отец. — Представь: ты в институте, а я тебе пишу: «Обедай вовремя». Или друзья позовут гулять.

Мать вздохнула, но подошла ближе, разглядывая устройство:

— И как это работает?

— Очень просто, — отец взял пейджер из рук Марка. — Набираешь оператора пейджинговой компании с любого телефона, говоришь номер абонента, диктуешь сообщение — и через несколько минут оно у него на экране. Магия, да?

Марк слушал вполуха. Он уже представлял, как будет использовать эту штуку. Друзья точно обзавидуются!

— Можно я попробую? — Он нетерпеливо потянулся к пейджеру.

— Конечно, — отец вложил устройство ему в руки. — Давай, позвони кому-нибудь. Например, Диме. Попроси его позвонить в кол-центр и надиктовать тебе сообщение.

Сейчас это кажется глупостью — позвонить человеку и попросить, чтобы он позвонил в кол-центр и надиктовал тебе сообщение на пейджер. Но в те времена это был тест — сам факт проверки устройства. Осознание того, что это работает, зачастую и было маркетинговым ходом.

Он позвонил Диме:

— Привет. Это Марк. У меня есть пейджер! Позвони оператору, попробуй отправить мне что-нибудь, вот номер моего пейджера.

Слово «моего» он сознательно выделил интонацией.

— Марк, привет! — ответил Дима. — Хорошо, сейчас протестим, я за!

Марк положил трубку и начал ждать.

Секунды тянулись, как резина. Марк смотрел на экран, затаив дыхание. Сердце билось быстро, неровно. В голове крутились мысли: «А вдруг не сработает? А вдруг Дима не дозвонится оператору?»

Вдруг — короткий звуковой сигнал, и на экране появилось: «Проверка связи».

— Получилось! — с гордостью в голосе произнёс Марк.

Через несколько минут — ещё один сигнал. Пейджер завибрировал в руке.

«Выходи на улицу, покажу кое-что!»

Марк поднял глаза на родителей:

— Я… я на улицу, ладно? Дима ждёт.

Мать хотела что-то сказать, но отец положил руку ей на плечо:

— Пусть идёт. Это часть взросления.

Во дворе было прохладно — ранняя осень давала о себе знать. Листья шуршали под ногами, где-то вдалеке лаяла собака.

Дима уже ждал у подъезда — в своей неизменной кожаной куртке, с хитрой улыбкой.

— Ну что, новоиспечённый пейджер-юзер, — протянул он, хлопнув Марка по плечу. — Готов к магии связи?

— А что ты хотел показать? — Марк сжал пейджер в руке, боясь упустить хоть слово.

— Смотри, — Дима достал свой, более усовершенствованный пейджер — такой же чёрный, но побольше, с полноценной клавиатурой под экраном. — С помощью моего можно напрямую писать без оператора!

Он быстро набрал что-то на клавиатуре.

— Вот, например. Смотри!

Пейджер Марка завибрировал. На экране высветилось: «Слабо?»

Марк вздрогнул. Он поднял глаза на Диму:

— Это ты?

— Ага, — Дима ухмыльнулся. — Представляешь, сразу тебе?

Он говорил ещё что-то, Марк вроде слушал, но мысли были где-то далеко. Азарт. Волнение. Ощущение, будто он стоит на пороге чего-то большого.

— Давай ещё раз, — попросил он.

Дима рассмеялся:

— О, братан, ты даже не представляешь, во что ввязываешься. Это всё стоит денег, каждое сообщение.

Пейджер снова завибрировал в руках Марка. Новое сообщение: «Готов платить?»

Он посмотрел на экран, потом на Диму. Улыбка сама собой появилась на лице.

— Готов, — прошептал он.

Глава 3. Аналоговый рубеж

Мир изменялся. Границы раздвигались, и вдруг ты понимаешь: теперь многое становится возможным.

Но до этого было много дней — долгих, тяжёлых, наполненных усталостью и упорством.

Утро начиналось в шесть — раньше, чем звонок будильника. Марк вставал, быстро завтракал остатками вчерашнего ужина и выходил на улицу, пока город ещё спал. В руках — тяжёлая сумка с газетами, на плечах — рюкзак с учебниками. День студента первого курса начинался не с лекций, а с развозки прессы по соседним кварталам.

Он шёл по улицам, где асфальт был испещрён трещинами, а на стенах домов ещё виднелись старые плакаты с обещаниями «светлого будущего». Листья тополей шуршали под ногами, холодный ветер забирался под куртку. Марк ёжился, потирал замёрзшие руки и шёл дальше.

Каждый день — один и тот же маршрут: двадцать домов, восемьдесят квартир. Подъезды с разбитыми стёклами, домофоны, которые не работали, лестницы с облупившейся краской. Он раскладывал газеты в почтовые ящики, иногда поднимался на верхние этажи, если просили жильцы.

— Держись, парень, — говорил ему дядя Ваня, хозяин газетного киоска. — Оно того стоит. Я в твои годы о таком и не мечтал. У нас тогда и телефонов-то нормальных не было.

Марк кивал, растирал усталые плечи и шёл дальше. В голове крутилась одна мысль: «Ещё немного».

По вечерам он считал мелочь, складывал монеты в жестяную банку из-под кофе. Цифры росли медленно. Слишком медленно. Но он не сдавался.

И вот этот день настал.

Марк стоял перед витриной магазина, за которой мерцали экраны телефонов. Громоздкие, с антеннами, в пластиковых корпусах — но такие прекрасные. Он провёл пальцем по стеклу, будто мог через него ощутить вес устройства.

— Ну что, берёшь? — спросил продавец, лысоватый мужчина в очках.

— Да, — выдохнул Марк. — Этот.

Он выложил на прилавок накопленные деньги — монеты, смятые купюры, даже несколько монет, которые нашёл на улице. Продавец пересчитал, хмыкнул, но кивнул:

— Поздравляю с первым мобильником.

Марк взял коробку. Она была тяжёлой. Реальной. Его.

Дома он долго рассматривал телефон. Пластиковый корпус, маленькая антенна, экран с зелёной подсветкой. Он нажал кнопку включения — раздался короткий сигнал, экран засветился.

— Мам, пап, смотрите! — Марк вбежал на кухню, где родители пили чай.

Мать подняла глаза, нахмурилась:

— Марк, ты опять всё потратил на свою электронику?

Отец отложил газету, присмотрелся:

— Что это, настоящий мобильник?

— Да! — Марк поставил коробку на стол. — Теперь я могу звонить кому хочу и мне кто хочет. Представьте: я в институте, а ты мне звонишь: «Обедай вовремя» — я беру трубку и отвечаю, да!

— Ты мог бы на эти деньги купить учебники, — вздохнула мать. — Или хотя бы зимнюю куртку.

— Мама, — Марк сел рядом, положил руку на её ладонь. — Это не глупости. Это будущее. Ты не понимаешь, но скоро все будут с такими. Это связь, свобода, возможность…

Отец молча встал, подошёл к сыну, положил руку ему на плечо:

— Пусть так. Раз считаешь, что это неизбежно. Вы — молодёжь, новое поколение, вы чувствуете прогресс, эволюцию этого мира, чувствуете по-новому, свежим взглядом.

Мать вздохнула, но больше не спорила.

Первый звонок Марк сделал Диме. Дима, как всегда, со своими беззаботными родителями, которые работали на овощной базе, опередил его с покупкой телефона. Марк понимал, что родителей не выбирают. Дима был просто его хорошим другом ещё со времён детского сада.

Он долго стоял у окна своей комнаты, сжимал в руке телефон, набирал номер дрожащими пальцами. Набрал. Нажал «вызов».

Гудки. Один. Второй. Третий.

— Алло? — раздался голос Димы на том конце провода.

Марк замер. В груди что-то сжалось, дыхание перехватило. Он не мог поверить: его слышат. Там, на другом конце города, Дима слышит его голос.

— Алло, — прошептал Марк. — Дим, это я. Я звоню с телефона. Со своего.

— Ого! — голос друга стал громче, веселее. — Ну ты даёшь! Накопил наконец? Как тебе впечатления?

— Не знаю… — Марк улыбнулся. — Как магия. Я стою у окна, а ты меня слышишь.

Он посмотрел вниз, на улицу. Там люди стояли в очереди к телефонной будке — тесной, с разбитым стеклом. Кто-то нервно стучал ногой, кто-то курил, ожидая своей очереди.

А он… он мог позвонить прямо сейчас.

Вечером Марк вышел на балкон. Смотрел на окна соседних домов. Где-то вдалеке гудел поезд, слышались голоса прохожих.

Он держал телефон в руке. Тот казался почти живым — тёплым, вибрирующим в такт его мыслям.

Марк поднял взгляд к небу. Облака расступались, открывая звёзды — такие далёкие, но теперь, казалось, чуть ближе.

Он нажал кнопку включения. Экран засветился. Марк набрал номер Димы — просто так, без причины.

— Алло? — ответил друг почти сразу.

— Ничего, — улыбнулся Марк. — Просто хотел убедиться, что ты всё ещё там.

Дима рассмеялся:

— И что?

— Теперь я везде, — тихо сказал Марк. — Я могу быть где угодно и говорить с кем угодно. Понимаешь?

На том конце провода повисла пауза. Потом Дима тихо произнёс:

— Ну, это логично.

Марк опустил телефон, посмотрел вниз. Люди всё ещё стояли в очереди у телефонной будки. А он стоял здесь, на балконе, и знал: мир уже изменился. Для него — точно.