Kitobni o'qish: «Квартира 713»
Джеку Келли, который проводил нам замечательные архитектурные экскурсии и был гостеприимным хозяином
Перевод
Екатерины Зиганшиной
Художник
Виктория Стеблева
© Kevin Sylvester, 2022.
This edition published by arrangement with HarperCollins Publishers Ltd. and Synopsis Literary Agency
© Зиганшина Е., перевод, 2023
© Стеблева В., иллюстрации, 2023
© Оформление. Строки, 2023
Глава 1
Джейк Симмонс сгорбился на краю кровати и таращился на отклеивающиеся обои. Узор, возможно, когда-то изображал виноградные лозы или цветы, но теперь выцвел настолько, что разобрать было трудно. С обратной стороны к обоям липли хлопья пожелтевшей штукатурки.
От лёгкого ветерка обрывок обоев шелохнулся, и штукатурка крошками посыпалась на пол. Джейк оглянулся. Окно было закрыто.
– Класс, – сказал он. – Либо в этой дыре призраки, либо она разваливается.
Снова налетел ветер, и стекло в раме задребезжало.
– Что-что, Джейк? – раздался из соседней комнаты мамин голос.
– Я сказал: «Меня бесит этот дом».
Послышался громкий вздох, шорох бумаги, шебуршание коробок, но никакого другого ответа не последовало.
Джейк принялся ковырять обои. От стены снова начала отваливаться штукатурка, её хлопья, словно снег, падали на серый коврик в пятнах и истёртые деревянные половицы.
– МЕНЯ. БЕСИТ. ЭТОТ. ДОМ! – проорал Джейк.
Яростно рванув, он содрал со стены целую полосу. Неровная рана уставилась на него в ответ, как оскалившаяся пасть. Обнажившаяся штукатурка шла трещинами, а местами и вовсе отсутствовала, открывая пыльные деревянные планки.
– Перестань, пожалуйста, – на этот раз мамин раздражённый голос донёсся из дверного проёма.
Джейк уставился на полоску обоев, таких хрупких, что казалось, щипни – рассыплются. Он щипнул.
– Я скучаю по нашему старому дому.
– Я знаю, – тихо сказала мама, прислоняясь к косяку.
– Скучаю по своей комнате. По играм. Скучаю по окну, которое не дребезжит.
Окно затряслось. Джейк выругался.
– Следи за языком.
– Зачем? Потому что через эти картонные стены нас у соседей слышно? – Он шлёпнул по деревянным планкам – в воздух поднялось облачко пыли и осело на коврик.
– Я знаю. – Мама опустила голову.
– Почему нам пришлось переехать в эту дыру?
Мама глубоко вдохнула. Они обсуждали это уже сто раз.
– Ты знаешь почему. У нас не было выбора. Из-за моей работы. А потом, когда мы с Джейми расстались, я не могла… – Ещё более глубокий вздох. – Или сюда, или…
– Без разницы. – Джейк бросил кусок обоев на пол.
– Послушай, Джейк. Здесь можно жить. Пока что. Пока не найдём что-то получше. Пока не встанем на ноги, понимаешь?
– Не знаю, как можно встать на ноги, если они липнут к кухонному полу.
Мама запустила пальцы в волосы и поджала губы.
– Дедушка оставил мне эту квартиру, когда умер.
– Прадедушка? – Хм, что-то новенькое. – Он что, в споре проиграл или типа того?
Вопрос мама пропустила мимо ушей.
– Это своего рода семейная тайна. Когда мы были маленькими, у него над каминной доской висел ключ. – Она на миг умолкла, вспоминая.
Джейк внимательно слушал, изо всех сил делая вид, что не слушает.
– Дедушка говорил, что это ключ от чего-то под названием «Регентство». Звучало величественно, но он никогда не рассказывал, что это такое на самом деле. Зато говорил, будто «Регентство» помогло ему в трудный момент – и поможет нам, если у нас не будет иного выбора.
– Не могу представить, зачем ещё кому-то захотелось бы тут жить, – пробурчал Джейк. «Какая-то тайна», – подумал он.
– Ладно. – Мама закрыла глаза и развернулась, собираясь уйти. Потом остановилась, стиснув кулаки, и заговорила, не оборачиваясь: – Это всё, что у меня… у нас… осталось. И может быть, если ты перестанешь отдирать от стен обои, мы сможем сделать это место нашим домом.
Она удалилась к стоявшим стеной картонным коробкам.
Добрых полчаса Джейк сидел, не шевелясь, пока мама трудилась в других комнатах. Он таращился на пятна на коврике, на хлопья раскрошившихся обоев, на пыль со стен.
Раньше жизнь Джейка была потрясающей. Выглядывая в окно своего прежнего, загородного дома, он видел деревья и просторный зелёный двор. Широкая асфальтированная подъездная дорожка вела к широкой асфальтированной улице.
А здесь? Через мутное окно мальчик видел лишь ещё более мутное окно соседнего здания – гораздо большей дыры.
Стены его старой спальни были увешаны постерами с любимыми группами, бейсболистами, геймерами.
Джейк ссутулился. Игры? Никаких больше игр. Компьютер оказался одной из вещей, которые пришлось продать, чтобы заплатить за переезд.
Там у него был высокоскоростной интернет и самый современный телик.
Здесь? Никакого телика. Старый мамин ноутбук. Высокоскоростной интернет? Джейк рассмеялся.
Постеры были скручены в трубочку. Выяснилось, что одним из тупых правил этого тупого дома запрещалось дырявить стены. Никаких кнопок. Никаких гвоздей.
Джейк уставился на потрескавшуюся штукатурку и ободранные обои. И кого-то беспокоили НОВЫЕ дыры? Он фыркнул.
Что имела в виду мама, когда сказала: «Дедушка оставил мне эту квартиру, когда умер»? Кто вообще оставляет кому-то квартиру? Прадедушка здесь даже не жил. Он жил в своём доме в совершенно другом городе. Эта квартира ему принадлежала? Значит, теперь она принадлежала Джейку с мамой, так? И если квартира принадлежала им, почему они не могли ДЫРЯВИТЬ СВОИ СОБСТВЕННЫЕ СТЕНЫ?
Джейк снова собрался заорать, но передумал, когда из соседней комнаты донёсся сдавленный всхлип. За последние несколько недель мальчик много раз слышал этот звук. Раньше его мама работала, как она говорила, на «шикарной работе» – секретарем юриста. Больше нет. Её последние отношения? Разорваны. С Джейми было здорово и весело – пока они жили все вместе. Было с кем обсудить комиксы и фильмы. Но сначала начались споры про деньги, потом – про их отсутствие, а потом…
Джейк скучал по той жизни.
Новый сдавленный всхлип. Джейк остался на кровати.
В последнее время он часто обнимал маму. Он её любил. Правда любил. Но теперь, поневоле очутившись в этом… этом месте, он просто не мог пойти и обнять её. При одной только мысли об этом щёки начинали гореть. Джейк и сам не знал почему, и от этого злился сам на себя.
Винил ли он маму? Возможно.
Джейк поднялся и как мог тихо закрыл дверь в комнату.
Он прошаркал обратно к кровати мимо нераспакованных коробок с вещами.
Открыл клапан ближайшей коробки, увидел футболку – подарок от Джейми на день рождения – и с яростью захлопнул коробку. А потом пнул так сильно, что нога продырявила картон.
Он вытащил ногу, снова пнул коробку и плюхнулся на кровать, зарываясь лицом в подушку.
Глава 2
Джейк аккуратно закрыл входную дверь, стараясь, чтобы мама не услышала, как он уходит. Они прожили в «Регентстве» уже примерно неделю. Всё это время он не вставал с кровати – разве что поесть, принять душ и сходить в туалет.
В конце концов из квартиры его выгнало не любопытство, а смесь скуки и досады. Ему нужно было убраться подальше от мамы. От бардака. Мама распаковала вещи и разложила всё по местам в других комнатах. Джейк время от времени залезал в свои коробки за чистым бельём и носками, но от этого бардак в его комнате только усиливался. Мальчику казалось, стоит распаковать пожитки – и переезд станет окончательным.
На всё это у него не было настроения. Так что он решил осмотреться.
Замок щёлкнул, закрываясь. Джейк затаил дыхание, но с той стороны двери не послышалось шагов.
Он выпрямился, медленно выдохнул и оглядел коридор.
– Фу, – сказал Джейк. – «Регентство»? Ты реально дыра.
Обои – те, что не были содраны или порваны, – оказались выцветшими. Красный ковёр протёрся настолько, что из-под него выглядывали половицы.
Джейк читал книги про людей, которые заканчивали в таких вот местах. «Заканчивали» – ключевое слово.
Он медленно побрёл прочь от квартиры.
Джейк старался не задевать стен, боясь, что испачкает свою последнюю приличную толстовку, если вдруг коснётся грязи непонятного происхождения, покрывавшей обои.
Джейк не имел особого представления, куда пойти. В тот день, когда они въехали, он не заметил почти никаких деталей, кроме того, что поселились они на девятом – и последнем – этаже. Он помогал перетаскивать вещи из грузовика, который они едва смогли себе позволить, и в основном следил за носками своих ботинок и трещинами на дорожке. Он так усиленно таращился на тротуар, словно хотел просверлить в нём взглядом дыру и сбежать.
Может, стоит поискать выход на крышу? Возможно, получится краем глаза посмотреть на старый дом. Джейк ссутулился. «Регентство», подумал он, находится в другой части реальности. С таким же успехом можно высматривать дом на Марсе.
В любом случае Джейк больше предпочитал оставаться в комнате. На улице, цитируя любимое выражение Джейми, лило как из ведра.
«А в доме только пахнет как из ведра – помойного», – ехидно усмехнувшись, подумал Джейк.
В мигающем свете лампочек он зашагал по пустому коридору. На его этаже было девять других квартир. Мальчик по очереди прислонился ухом к двери каждой, но не услышал ни звука.
– Эй? Есть тут кто живой? – его голос эхом разнёсся по коридору. – Пусто.
Джейк поискал лифт, чтобы выяснить, царит ли на других этажах – как он предполагал – такая же тоска, но не смог его найти. В прошлый раз они поднимались на грузовом лифте, сбоку здания, но для того, чтобы им воспользоваться, требовался специальный ключ. И пахло там так, будто кого-то стошнило. Или кто-то умер. Или всё сразу.
На стене в конце коридора висела табличка с надписью «Лестница». Джейк подошёл, вдохнул и толкнул створку. Та со скрипом открылась.
Воздух на лестнице оказался затхлым – так могла бы пахнуть старая книга, которая десятилетиями лежала в сыром подвале. Джейк подавил рвотный позыв и едва не вернулся в коридор, но тут услышал, как дверь его квартиры распахнулась и мамин голос позвал:
– Джейк? Джейк? Ты тут? Можешь помочь мне кое с чем? У меня звонок в пять. Джейк?
Звонить мама собиралась по поводу очередной работы, на которую её, конечно же, не возьмут. Джейк ненавидел фальшивую улыбку, которую она натягивала перед каждым таким звонком. Но ещё больше он ненавидел унылый голос, каким мама произносила «Конечно. Но всё равно спасибо» в конце. Иногда её собеседник уже успевал отключиться, и ей не удавалось даже этого сказать.
Джейк тихо прикрыл за собой дверь и начал быстро на цыпочках спускаться.
В тот миг, когда он проходил мимо двери на четвёртый этаж, до него донёсся какой-то звук. Джейк остановился.
– Эй?
– Мяу, – негромко раздалось в ответ из-за двери.
Джейк осторожно приоткрыл её.
В щель высунулся крохотный серый котёнок и потёрся о носок его кроссовка.
– Миу, – мяукнул он.
– Привет, малыш. – Мальчик вошёл в коридор и закрыл за собой дверь, чтобы котёнок не сбежал, а потом наклонился погладить его по мягкой шёрстке. Котёнок замурлыкал.
Раздалось новое мяуканье, и вот об ногу Джейка уже тёрлась рыжая кошка. Потом к первым двум присоединились ещё и ещё.
– Какого фига? – Джейк оглядел коридор. Вереница кошек вела к открытой двери. – Да у вас тут массовый побег!
Он взял котёнка на руки и зашагал, осторожно обходя других кошек. Дверь квартиры 405 была слегка приоткрыта. Джейк распахнул её и поставил котёнка на пол. Котёнок тут же удрал на кухню.
– Эй? – позвал Джейк.
Котёнок мяукнул из глубины квартиры, и мальчик услышал, как что-то скользит по кафельному полу.
Он заглянул в комнату.
За круглым столиком сидела, глядя в пустоту перед собой, старушка. Она была невероятно худа и куталась в выцветший халат, а с одного её плеча спадала вязаная шаль.
Котёнок нашёлся под столом – гонял по полу лапой пустую миску. Он посмотрел на Джейка, мяукнул и направился в другую комнату.
– Мэм? – окликнул Джейк. – Это ваш котёнок?
Старушка медленно повернулась к нему. Глаза у неё оказались серыми и слегка осоловевшими, словно она была готова вот-вот уснуть.
– Анастейша? – почти шёпотом произнесла она.
– Э-э, меня зовут Джейк. Если Анастейша – это котёнок, то я её только что принёс. Остальные кошки пришли с нами, так что всё хорошо.
Старушка едва заметно кивнула и продолжила таращиться в пустоту. Через некоторое время она принялась тихонько напевать незнакомую Джейку песенку. Затем подняла правую руку и стала помахивать ею в такт мелодии.
Взрослые кошки сидели теперь возле её ног, переводя взгляд с пустой миски на хозяйку.
– Мэм?.. – сказал Джейк, осторожно шагая вперёд. – С вами всё в порядке? Кошки, кажется, проголодались.
Старушка продолжала напевать. А потом её тело сотряс неожиданно мощный приступ смеха.
Джейк застыл. Но старушка вдруг перестала смеяться – так же резко, как начала, – и откинулась на спинку кресла, снова напевая. Джейк не знал, поискать ли ему кошкам еду или просто развернуться и уйти.
– Лили, – произнёс чей-то низкий голос за его спиной, – как вы сегодня?
Лицо старушки расплылось в широкой улыбке. Она перестала напевать и повернулась, глядя прямо сквозь Джейка.
Джейк тоже повернулся.
В дверном проёме стоял здоровенный мужчина в зелёных рубашке и штанах, он аккуратно отпихивал в сторону носком ботинка одну из кошек. С его пояса свисала связка ключей.
– Стив, это ты? – спросила Лили.
– А кто же ещё, – ответил тот.
Джейк посмотрел на бейджик на рубашке здоровяка. Там ясно читалось «Дэнни». Он подмигнул Джейку и приложил палец к губам.
– Просто проверяю, всё ли у Анастейши и остальных хорошо.
Лили словно впервые осознала, где находится, – и что вокруг её ног вьётся с десяток кошек. Однако она явно не вполне понимала, что с ними делать.
– Эм, да… – пробормотала она и умолкла.
Дэнни, или Стив, положил ладонь Джейку на плечо и осторожно отодвинул его в сторону.
– Я знаю, где их корм, – сообщил он, подходя к буфету, стоявшему рядом с древним лаймово-зелёным холодильником.
– Да, Стив. Ты всегда был таким хорошим мальчиком, – сказала Лили.
Дэнни-Стив вытащил несколько банок кошачьего корма. Открыл одну и плюхнул содержимое в миску у ног Лили.
Лили хихикнула, когда кошки начали тереться о её лодыжки, собираясь вокруг еды.
– Здесь всем хватит, – заверил кошек здоровяк. Он снова заглянул в буфет, достал ещё с полдюжины банок и поставил на стол.
Джейк попятился в коридор, но Дэнни-Стив окликнул его, указывая на банки.
– Если малость поможешь, сынок, – сказал он, – я буду очень признателен.
Джейк подошёл к столу и открыл одну банку.
Теперь Лили смотрела прямо на Джейка, на миг прищурившись.
– Дж… Дж?.. – недоумённо пролепетала она. Затем миг ясности прошёл, и старушка снова захихикала, когда одна довольная кошка запрыгнула к ней на колени и принялась мурчать.
Дэнни-Стив заново наполнил кошачью миску, а потом похлопал Лили по руке и поправил сползшую с её плеча шаль. Кожа старушки была усеяна пигментными пятнами и походила на сухую натянутую бумагу, под которой проглядывали синие вены.
Дэнни-Стив кивнул Джейку, указывая на дверь.
– Лили, я ещё приду вас проведать, хорошо?
– Стив! – воскликнула Лили. – Я и не знала, что ты здесь! – Она продолжила почёсывать кошку. Дэнни-Стив улыбнулся ей.
Джейк, не зная, что делать, ждал в коридоре, пока здоровяк закрывал за ними дверь. На него сейчас накричат за то, что он зашёл в чужую квартиру?
– Так вы Стив или Дэнни? – быстро спросил он, пытаясь избежать нотаций.
– Дэнни. Я комендант в «Регентстве», – он протянул мальчику огромную ладонь.
Джейк мгновение медлил, воображая, как эта ладонь сожмёт его пальцы мёртвой хваткой. Однако рукопожатие коменданта оказалось на удивление мягким.
– Джейк.
– Добро пожаловать в «Регентство», Джейк. Я виделся с твоей мамой, когда вы въезжали. Пытался и с тобой поздороваться, но ты был немного занят своими шнурками. – Дэнни хмыкнул.
– Так что не так с… – Джейк кивнул на закрытую дверь квартиры 405.
– Лили? По существу, всё с ней так. Просто путается немного. Думает, что я её внук Стив. Он с семьёй нечасто сюда приезжает. – Дэнни повернулся взглянуть на дверь и вздохнул. – Но она всё равно ужасно милая. Думаю, они с домом ровесники.
– Только она чуть менее дряхлая, – пошутил Джейк.
Дэнни закатил глаза.
– В общем, Джейк, я просто провожу дневной обход. Хочешь со мной на экскурсию?
Джейк оглядел дыру, в которой очутился, и воспротивился каждой клеточкой тела. Но мама, скорее всего, опять звонила и звонила, и улыбалась, и плакала… так что он просто пожал плечами и сказал:
– Ладно.
Глава 3
Двери в квартиру 403 разъехались в стороны, открывая взгляду железную решётку и три затейливо украшенные зеркальные стены. Пол покрывала слегка истёртая мраморная плитка. Квартиры 403 не существовало.
– Здесь есть потайной лифт? – Джейк вытаращил глаза.
Дэнни улыбнулся.
– Это одна из множества тайн «Регентства».
– Вроде той, как он вообще остаётся стоять? – хмыкнул Джейк.
Комендант склонил голову набок.
– Ну, ну. Будь добрее. Эта дряхлая красотка полна удивительных секретов. Почему лифт замаскирован под квартиру? Никто не знает.
Джейк и Дэнни вошли внутрь. В отличие от коридоров, лифт казался сияющим и чистым. Зеркала обрамляла безукоризненно отполированная замысловатая резьба из дуба. Виноградные лозы и листья переплетались в сложном плавном узоре.
Панель с кнопками была из отполированной меди, кнопки располагались в отдельных кружочках и сияли, как жемчужины. На каждой выгравирован номер этажа, покрытый позолотой.
На кнопке третьего этажа по центру виднелась трещина. Насколько Джейк мог судить, это был единственный изъян во всём лифте. Они будто очутились в другом, гораздо более приличном здании.
– Может, кто спроектировал потайной лифт, не хотел, чтобы всякие случайные неудачники заходили в холл и бродили по этажам? – предположил Джейк, проводя пальцем по лозе.
– Может, – согласился Дэнни. – Но случайные неудачники, как ты их называешь, не всегда те, кем кажутся.
– То есть?
Комендант не ответил.
– Ты читал надписание на фасаде?
– Какое предписание?
– Надписание. Снаружи, на верхней части «Регентства». Гравировка на камне.
Джейк помотал головой. Дэнни провёл пальцем по воздуху, словно прочерчивая линию по потолку лифта.
– Оно гласит: «Дом – место, у которого есть сердце. Сердце делает место домом. Это мой дом. Тебе здесь всегда рады». Разве не мило?
Джейк пожал плечами, не до конца понимая, что Дэнни хочет этим сказать.
– И его до сих пор можно прочитать? Я снаружи одну грязюку видел.
– Наверное, ты прав. – Комендант нажал на медную кнопку с выгравированной «П». – Но даже целый век дыма, сажи и голубиного помёта не может скрыть красоту.
Джейк был совершенно с ним не согласен, но на этот раз решил промолчать.
Двери закрылись, а с ними закачалась железная решётка. Она проскребла по проёму, издавая пронзительный визг.
– Это защитное ограждение, – объяснил Дэнни. – Чтобы люди не прислонялись к дверям.
– Уши мои оно не защитило, – заметил Джейк.
– Да, скоро опять придётся его смазывать. – Дэнни закрыл решётку.
Лифт слегка дёрнулся и начал опускаться. Краем глаза Джейк поймал в зеркалах своё отражение. Множество джейков изогнутой чередой уходили вдаль, становясь всё меньше, и меньше, и меньше. Он им подмигнул, и они подмигнули в ответ. Он скривил рожицу, и они в ответ скривились так же. Он прищурился, стараясь увидеть самую далёкую свою версию, но джейкам, казалось, не было конца.
Снова дёрнувшись, лифт остановился. Дэнни сдвинул защёлку на железной решётке, и двери разъехались, открывая…
– Мы в подвале этой помойки? – с сарказмом поинтересовался Джейк.
Повсюду лежали груды металлических механизмов, труб, винтиков и болтиков. Джейк не совсем понимал, для чего они нужны, но явно видел, что они все железные, старые и ржавые.
Дэнни протиснулся мимо него, качая головой.
– Ох уж эти нынешние дети.
Джейк поднял голову. Потолок скрывался за переплетающимися трубами, плотно обмотанными изолентой на стыках, но, несмотря на это, в некоторых местах наружу всё равно прорывались клубы пара. От балки к балке замысловатой паутиной тянулись покрытые пылью провода, извиваясь вокруг труб и переплетаясь друг с другом. Джейк оглянулся на изящные лозы, обрамляющие зеркала лифта. Кабина казалась противоположной версией этого мира. Где-то вдали на пол шлёпнулась капля воды.
– Это внутренности «Регентства», – со смехом объяснил Дэнни. – Не очень симпатичные, но необходимые – как кишки у людей – и в основном функционирующие. – Он осторожно постучал по стеклянной крышке медной шкалы, приделанной к стальному резервуару. Резервуар заворчал, а потом заурчал. – Нужно трудиться день и ночь, чтобы поддерживать всё в рабочем состоянии.
– Оно работает?! – сказал Джейк, делая вид, что шокирован. Его шутку сопроводило шипение пара.
– Ха-ха. Ладно. Послушай, я знаю, снаружи здание выглядит не очень. Очередная старая каменная развалина, в городе таких полным-полно?
Джейк пожал плечами:
– Оно и внутри так себе.
– Но «Регентство»… в нём есть нечто большее.
– Больше проблем?
Дэнни прищурился.
– Эта экскурсия явно не откладывается у тебя вот здесь, – он постучал по груди Джейка точно так же, как только что стучал по шкале.
Тот нахмурился.
– Ну вы же начали её буквально с самого низа, значит, мы будем подниматься. Может, там станет получше.
– Не спеши. Сначала мне нужно прихватить отсюда кое-что. – Дэнни подошёл к огромной стальной стене, изогнутой, словно бок бочки.
– Это водяной котёл или типа того?
Комендант покачал головой и улыбнулся. Он нажал на одну из заклёпок, и в стене распахнулась панель, за которой оказалась большая круглая комната с обитыми дубом стенами.
Из единственного крохотного окошка сверху лился луч сероватого света.
– Это даже круто, – сказал Джейк.
– Ещё одна тайна. – Дэнни вошёл внутрь.
В комнате стоял стол со старомодным телефоном. Комендант указал на древний офисный стул. Его древесина была обшарпанной и в бороздках, зелёное кожаное сиденье – продавленным и потрескавшимся. По бокам торчали кусочки поролона.
– Присядь. Я на секунду.
Джейк сел и немедленно об этом пожалел. Стул накренился влево, и мальчику пришлось взмахнуть руками, чтобы не свалиться. Ему удалось вернуть колёсам стула равновесие, а потом медленно подкатиться к столу. Он поднял телефонную трубку. По ощущениям та весила килограммов сорок пять. Джейк приложил её к уху. Ничего.
– Связи нет.
Джейк не удивился. Он вернул трубку на рычаг. Дэнни рылся в ящичках какого-то старинного шкафа для бумаг; над ним во всю стену простиралась панель с рядами маленьких красных стеклянных пузырьков. Под каждым из них имелась медная табличка с выгравированным числом.
– Что это? Какой-то древний пинбольный автомат? – поинтересовался Джейк.
Дэнни поднял голову.
– Вообще-то это система оповещения. Все эти лампочки соединены с разными квартирами. Ты не замечал звонок рядом с дверью у тебя на кухне?
Джейк не замечал.
– Так вот, если тебе что-то нужно, ты нажимаешь на звонок, и он передаёт сигнал на эту панель.
Лампочка над табличкой с номером 804 засветилась ярко-красным.
– Вот, например, Гас интересуется, чего это я опаздываю.
– Гас?
– Квартира 804. Ему каждый день приходят посылки.
– И их доставляете вы? Почему он сам сходить не может?
Дэнни не ответил. Он взял со стола посылку.
Джейк снова перевёл взгляд на панель. Лампочка над табличкой «713» была густо заклеена изолентой.
– А эта что, сломана?
Дэнни несколько секунд глядел на табличку.
– Там ничего нет, – сказал он. А потом добавил: – Туда нельзя заходить. – Он жестом велел Джейку выйти из кабинета и закрыл дверь. – Скажем так, в квартиру 713 входа нет.
Комендант прошёл мимо Джейка в лифт.
– Экскурсионный автобус отъезжает через три, две…
Джейк запрыгнул в лифт ровно в тот миг, когда двери начали закрываться.
Глава 4
Однако первую остановку они сделали не у Гаса в квартире 804, а в 415-й, где жила женщина, которую Дэнни называл Профессором. Комендант вошёл в квартиру, даже не постучавшись, и направился прямиком на кухню.
Джейк торчал в дверном проёме и наблюдал за хозяйкой, стоявшей в гостиной перед огромной грифельной доской. Женщина увлечённо писала и стирала бесконечные числа, стрелочки и незнакомые Джейку символы. На столике рядом с ней приютился ноутбук, и время от времени она прерывалась, чтобы взглянуть на экран.
– Здрасьте, мэм, – окликнул её Джейк.
Женщина никак не отреагировала. Она продолжила писать, стирать, смотреть в ноутбук, писать, стирать.
«Очень дружелюбно», – подумал Джейк.
– Ну ладно, до свидания! Отлично поболтали.
Никакого ответа.
Он пожал плечами и отправился на кухню. В воздухе разливался неприятный запашок, становившийся всё сильнее.
Дэнни стоял над раковиной, запихивая в мусорный пакет старые упаковки от фастфуда. Джейку не понадобилось смотреть, чтобы догадаться: там тухлые объедки.
– Она становится слегка рассеянной, когда работает над проектом, – объяснил Дэнни. – Так что я слежу, чтобы мусор не слишком уж загнивал.
– Слишком поздно, – сказал Джейк, бессмысленно махая рукой перед носом и сдерживая тошноту.
Дэнни завязал полный мусорный мешок и вышел из квартиры. Джейк последовал за ним, закрывая за собой дверь. Когда он обернулся, Дэнни стоял перед стеной рядом с лифтом. Комендант засунул мешок в какую-то дыру. Приглядевшись, Джейк понял, что отверстие мусоропровода замаскировано под голову гиппопотама. Его пасть открылась, а потом, когда мешок скользнул во тьму, закрылась.
– Это тоже даже круто, – сказал Джейк.
Дэнни улыбнулся.
– Говорил же. Здесь полным-полно сюрпризов. Идём, надо разносить посылки.
Они отнесли почту Тео в квартиру 501. Он оказался пианистом и не прекратил играть, даже когда Дэнни положил на стол одну стопку писем и забрал другую. На вкус Джейка «музыка» Тео звучала так, словно кто-то мучил кошек Лили. Мальчик с облегчением выдохнул, когда Дэнни закрыл дверь.
Потом в квартире 602 они навестили Ирен, забывшую ключи в почтовом ящике. Опять. Её квартиру переполняли книги и стопки бумаги. Выглядела Ирен так, будто никогда в жизни толком не стриглась. В её свитере зияли дыры, которые она явно пыталась залатать сама – безуспешно.
Хавьер из 615-й квартиры издал радостный визг, когда Дэнни вручил ему посылку из какой-то компании под названием «Головокружительные парики».
Седьмой этаж выглядел заброшенным, и Дэнни прислонился к стене и поглядел на часы. Он даже не постучал ни в одну из дверей.
– Эй, чего мы ждём? Призрака? – поинтересовался Джейк. Ещё на пятом этаже он начал задумываться, зачем продолжает таскаться за комендантом. Но он жил на девятом, и ехать на золотом лифте было лучше, чем снова оказаться на затхлой лестнице.
– Не призрака, – ответил Дэнни. – Просто друга.
– У-гу.
Джейк кинул быстрый взгляд на дверь 713-й квартиры. Она ничем не отличалась от остальных. Он собирался уже подойти посмотреть повнимательнее, когда из лифта раздалось громкое звяканье. Двери «703» открылись, и в коридор выскочил тощий тип в рваных шортах, рваной футболке и с рваным рюкзаком. На нём были спортивные перчатки и велошлем, покрытый наклейками с черепами.
– Дилейни… – Дэнни кивнул.
– Чувак! – Дилейни широко улыбнулся. – Оно у тебя?
Дэнни снова кивнул и передал Дилейни толстый конверт.
Дилейни буквально подпрыгнул и быстро сунул конверт в карман рюкзака. Потом стиснул Дэнни в медвежьих объятьях, открыл квартиру 702 и заскочил внутрь. Дверь с громким щелчком закрылась.
– Какого. Фига. Сейчас произошло? – Джейк спросил Дэнни, придерживавшего двери лифта.
– Я знаю одного парня, который знает другого парня, – туманно ответил комендант. – Так что иногда я достаю Дилейни кое-какие…
– НЕТ. – Джейк поднял руку. – Не говорите. Даже знать не хочу.
Дэнни пожал плечами.
– Ладно. Как скажешь.
Они вошли в лифт.
– Разве это всё входит в работу коменданта? – поинтересовался Джейк, пока Дэнни закрывал железную решётку.
Здоровяк слегка улыбнулся.
– В «Регентстве» – да.
– Неудивительно, что у вас нет времени починить оборудование.
– Хочешь помочь? Я бы не отказался от помощника. Много платить не смогу, но…
– Ха! – фыркнул Джейк. – Да ни за что на свете.
Лифт звякнул, и Дэнни открыл двери.
Последняя остановка была у Гаса – кем бы тот ни был.
Дэнни подошёл к квартире 804 и аккуратно побарабанил по двери. Ответа он дожидаться не стал, а просто наклонился и положил посылку на пол. Потом выпрямился и развернулся.
– А вы не хотите убедиться, что он дома? – спросил Джейк.
– Он всегда дома. – Дэнни встал перед лифтом. – Спасибо, что составил компанию, Джейк.
– Эм, ага. – Мальчик не сводил глаз с посылки и так и не открывшейся двери.
– Я возвращаюсь в подвал. Сможешь сам найти обратную дорогу?
Джейк не ответил. Его мысли были заняты другим. Когда он жил в старом доме, его соседка, чокнутая мисс Фредерикс – так Джейк её называл, – установила над своей дверью камеру, чтобы никто не воровал её посылки. Такое случилось всего раз, хотя, по словам Джейми, курьер просто перепутал адрес. Но мисс Ф., видимо, всё равно считала, будто за каждым кустом гортензии прячутся воры. Даже Джейк не избежал подозрений. Если он подходил слишком близко к её крыльцу, она пристально таращилась на него и указывала на камеру.
Тот тип из 702-й квартиры – Дилейни – казался гораздо подозрительнее любого из жителей старого района Джейка. Как раз из тех, кто может подбежать к крыльцу и уволочь беспризорную посылку.
Джейк повернулся к Дэнни.
– А вдруг кто-то будет проходить мимо и стащит её?
Дэнни покачал головой.
– Гас заберёт её, как только мы уйдём.
– Что? Почему? – Джейк прислушался, не подаёт ли за дверью кто-то признаков жизни, но ничего не услышал.
Мальчик уставился на посылку. Он даже не знал толком, отчего вдруг так встревожился. Просто почему-то ему хотелось убедиться, что та будет доставлена в целости. Здесь, в коридоре, могло произойти что угодно. Это было всё равно что наткнуться на новорождённого котёнка – одинокого, брошенного, беззащитного, когда что-то пойдёт не так, когда всё пойдёт не так…
Джейк почувствовал комок в горле, с усилием сглотнул и направился к двери Гаса.
Дэнни помешал створкам лифта закрыться.
– Джейк, ты должен уйти, иначе он не выйдет.
Джейк прислонился к двери и заговорил в замочную скважину:
– Гас, меня зовут Джейк. Вы меня не знаете. Я, ну, недавно здесь. Только что переехал на последний этаж. Здрасьте. Я подумал, в этой посылке, наверное, что-то важное, так что я просто… не знаю. Я волнуюсь, что если вы её сейчас не заберёте, то она может… потеряться. – Он умолк и прижал ухо к двери, но так ничего и не услышал.
В голове у него вдруг возникли неожиданные слова:
– Гас, терять что-то ценное или важное – это… Я так от этого устал. Я не против постоять тут и подождать, пока вы не решитесь. Вот и всё. Я отхожу от двери.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Затем – шарканье и щелчок: кто-то открыл дверь.
Из-за двери высунулись металлическая трость, а за ней – густо покрытая татуировками рука. Рука схватила посылку и втянула её внутрь. Джейк разглядел татуировку с двумя орлами над черепом и скрещёнными мечами.
В глубине квартиры играло радио – Джейк услышал громкий треск, а потом радостные вопли.
– Вы… вы любите бейсбол? – спросил он.
Рука быстро скрылась, и дверь со щелчком захлопнулась.
Снова наступила тишина, прервавшаяся негромким свистом Дэнни – тот стоял в дверях лифта.
У Джейка голова шла кругом. Почему его вдруг так взволновал странный незнакомец с его странной посылкой? Почему он сказал то, что сказал?
Потом он подумал о маме, которая потеряла практически всё. Которая прямо сейчас, этажом выше, пыталась устроиться на работу, когда вакансий не было никаких. О маме, жизнь которой неожиданно рухнула. Которая изо всех сил пыталась всё наладить.
Вокруг Джейка тоже всё рушилось.
Он таращился на дверь Гаса, замечая каждую трещинку, потёртость и щербинку. «Регентство» – настоящая дыра. Если Джейк не хочет остаться в этой стрёмной развалине навсегда – нужно что-то делать.
Джейк подошёл к лифту и поднял взгляд с выцветшего ковра на доброе лицо коменданта.
– Дэнни…
– Да, Джейк?
– Вам правда нужен помощник?
Глава 5
Первые несколько ежедневных обходов не особо изменили мнение Джейка о доме и его немногочисленных обитателях. Однако – исподволь – он стал относиться к ним терпимее. Он даже придумал каждому из своих «клиентов» прозвище.
«Профессор Милашка» не удосуживалась пробурчать даже приветствие, когда Джейк уносил испорченные остатки лапши с курицей.
А каждый раз, когда приносил почту Тео «Бряцальщику», ставил на максимум громкость наушников.
«Мутный» Дилейни продолжал получать странные пухлые конверты. Их бросали в щель для почты в холле на первом этаже. Джейку пришлось несколько раз их доставлять, и Дилейни всегда щёлкал пальцами и говорил: «Йо, спасибо, чувак», а потом быстренько скрывался в квартире, ничего не объясняя.
То, что имя «Дилейни» было накарябано на конвертах прыгающим почерком – и иногда как будто бы восковым мелком, – совершенно не успокаивало подозрений Джейка насчёт его сомнительных делишек.
Гас «Призрак» продолжил открывать дверь, но лишь для того, чтобы тростью втянуть в квартиру посылку. Он по-прежнему ничего не говорил и даже не благодарил Джейка.
Кошки Лили с подозрением относились к корму, который давал им Джейк. Они таращились на него, будто обвиняя, что он не такой щедрый, как Дэнни. Мальчик таращился на них в ответ, но в игре в гляделки кошкам нет равных. Так что, уходя, Джейк каждый раз показывал «Капризным котярам» язык.
Для самой Лили он прозвища не придумал. Казалось, это неправильно.
Зато обходы позволяли ему смываться из квартиры и не путаться у мамы под ногами.
Она так и не нашла работу – даже временную.
Мама расплакалась, когда Джейк рассказал ей про свою подработку, но это были слёзы радости.
– Каждый цент не помешает. Ну до чего же ты вырос! – Потом она поплакала ещё немного и обняла его. Джейк даже обнял её в ответ.
Кстати, он наконец-то разобрал свои вещи и как смог заклеил порванные обои. Но квартира по-прежнему казалась тесной и старой, а обстановка – угнетающей.
Так что каждое утро Джейк просыпался, готовил завтрак, пока мама настраивалась на новые звонки, а потом уходил ждать почту.
Днём он обедал с Дэнни, который, казалось, всегда был рад поболтать.
– «Регентство», когда его построили, было единственным в своём роде.
– Это до или после динозавров? – пошутил Джейк.
– Ха-ха. Некоторое время оно было единственным здешним небоскрёбом. Остальные вырастали уже после. Но сейчас многие рушатся. Не лучшая тут была часть города.
– Да и сейчас тоже.
Дэнни кивнул и начал разрезать торт, который принёс Дилейни.
– До сих пор скучаешь по старому району? – спросил он, передавая Джейку кусочек.
Джейк покосился на торт, прикидывая, что победит – опасение, что Мутный Дилейни мог напихать в тесто каких-нибудь секретных ингредиентов, или голод. Он решил рискнуть.
– С каждым днём всё сильнее, – сказал Джейк, принимаясь за торт – оказавшийся вообще-то весьма вкусным.
– Хм-м. Наверное, тебе там очень нравилось. Хороший дом. Две машины. Здоровенный телик. Или, может, ты больше любил бывать на свежем воздухе? Скейтборд? Бейсбол?
Джейк не ответил. На самом деле он по возможности предпочитал сидеть дома. Видеоигры, сериалы, спортивные программы – эти занятия всегда казались ему веселее, и для них незачем было выходить на улицу.
Дэнни продолжил:
– И, держу пари, у тебя была уйма друзей.
Джейк перестал жевать. Комендант попал в больное место. «Друзья». У Джейка их было несколько – в школе и в интернете, – но ни один из них не позвонил и не написал ему с тех пор, как он переехал. Конечно, если бы у него остался компьютер (или если бы его старый телефон был способен на большее, чем воспроизводить музыку), он мог бы болтать с ними, пока играл, как обычно.
Возможно.
Не то чтобы он ждал, что друзья придут к нему в гости – по крайней мере, точно не в «Регентство». Джейк подозревал, что они в эту часть города даже не сунутся, разве что на спор. И всё-таки почему они даже не пытаются узнать, как у него дела?
– Ага. Классные ребята, – ответил Джейк, не поднимая взгляда.
– Здешний народ, – Дэнни махнул рукой, имея в виду этажи над ними, – они иногда необычные. Но по-своему очаровательны. Они постепенно пустят корни в твоей душе.
– Что, как сорняки?
Дэнни хмыкнул.
– Мне начинают нравиться твои шутки, Джейк.
Джейк снова откусил торт.
– Почему здесь все такие немножко… не знаю, странноватые?
– Что ж, думаю, можно сказать, это не обычный многоквартирный дом. Здесь нельзя просто снять квартиру – нужно подписать особое соглашение.
– Особое соглашение?
Дэнни кивнул.
– Давным-давно, когда «Регентство» построили, многим людям, особенно в этой части города, было непросто найти жильё по карману. По разным причинам. Некоторые просто опустились на самое дно. Другие погнались за мечтой – и проиграли. Но всем им требовалась помощь, чтобы выбраться.
Джейк подумал про себя и маму.
– Такое до сих пор случается.
– Это правда. Так что уговор был – и остаётся – следующий: живи здесь, плати за аренду сколько можешь, а если вдруг станешь успешным – отплатишь. Но помнишь то надписание, про которое я тебе говорил? Как только оказываешься здесь – всегда можешь вернуться. Если место найдётся. Что в последнее время не проблема.
– Что, в экономике перегрев? – фыркнул Джейк.
– Ха. Нет. Слишком многие квартиры нуждаются в ремонте, поэтому стоят пустые. За годы стены, ковры и полы здорово пообветшали.
– Это объясняет, почему «Регентство» такая дыра. Ни у кого из жильцов нет денег, чтобы помочь с ремонтом.
– Эй! – Дэнни сделал вид, будто Джейк ударил его по руке. – Мы стараемся как можем.
– Простите. Я имел в виду…
Комендант поднял ладонь.
– Всё нормально, Джейк. И это правда. Этот дом знавал лучшие дни. Но ему просто нужен шанс, чтобы… хм, снова встать на ноги. – Он посмотрел на Джейка и подмигнул.
Тот вздрогнул. Мама недавно сказала ему в точности то же самое.
– Эм… на ноги. Ага.
На панели зажглась лампочка 804-й квартиры.
Дэнни принялся вытирать рот салфеткой, но Джейк уже вскочил. Он схватил со стола Гасову посылку и помчался к двери.
– Я побежал! – И прихватил последний кусочек торта.
– Эй! – крикнул Дэнни.
– На дорожку!
Джейк ехал в лифте и нервно улыбался. Торт он взял вовсе не «на дорожку». Просто ему в голову пришла идея.
Лифт звякнул, прибыв на восьмой этаж. Джейк глубоко вдохнул и направился к двери Гаса. Он постучал.
– Гас, я знаю, что вы там. – Мальчик прислонился ухом к деревянной двери. Оттуда доносился приглушённый звук бейсбольного матча по радио. – Это «Атлетикс»1? Буллпены2 у них в этом году классные.
Джейку показалось, он прижимался ухом к двери целый час. Наконец из квартиры раздалось шарканье и щелчок замка.
Дверь самую малость приоткрылась. Гас подал не руку – голос. Хриплый, будто он давно ни с кем не разговаривал.
– Любишь бейсбол?
– Ага. Я не прям фанат. Но люблю. Часто его смотрю по телику, вернее, смотрел.
– Играешь?
– Играл на компьютере, если это считается.
Гас закряхтел, но ничего не сказал.
– В общем, у меня тут ваша посылка и кусочек просто офигенного торта. – Джейк положил посылку и салфетку с тортом на пол у двери и отошёл.
Дверь оставалась открытой. Радио затрещало. Голос комментатора стал громче – мяч перелетел через центральное поле, давая возможность для хоум-рана.
– Дэвис. Он классный, – сказал Джейк.
Гас молчал.
– Ну ладно. Потом поболтаем, – сдался Джейк. – Наслаждайтесь игрой. – Он помахал Гасу и отправился к лифту. – И тортом.
Прежде чем двери лифта закрылись, Джейк услышал тихое:
– Спасибо.
На душе у него стало так приятно, что с остальными делами он расправился мигом. И даже дал кошкам Лили побольше вкусняшек.
Глава 6
Несколько дней спустя Джейк вошёл в лифт, неся в руках пачку писем, очередную посылку для Дилейни и кусочек торта.
– Первая остановка – Гас, – сказал Джейк. Он протянул руку, чтобы нажать на кнопку восьмого этажа, но замешкался. Его палец замер между кнопками второго и третьего этажей.
Кнопками, которые явно никогда не работали – или больше не работали.
Он нажимал их раз сто. Кнопка второго этажа зажигалась, но лифт никогда там не останавливался. «Да ты просто издеваешься», – говорил Джейк после каждой неудачной попытки.
А кнопка третьего этажа вообще была ненастоящая. Как бы сильно Джейк ни давил, та отказывалась поддаваться. Он решил, что трещину, разделяющую её пополам, оставил кто-то посильнее его – возможно, Дэнни, – приложив столько усилий, что кнопка раскололась.
«Ещё одна тайна», – подумал Джейк. Он всё равно нажал на кнопки, но лифт, поднимаясь, не остановился ни на втором, ни на третьем, и мальчик вздохнул, продолжая путь от подвала до восьмого этажа.
Лифт открылся, и Джейк вышел. Он сделал глубокий вдох и понёс Гасову посылку и кусочек торта к квартире 804. Постучался, а потом сел на пол, прислонившись спиной к стене рядом с дверью.
Ожидая Гаса, Джейк улыбался. Отныне ему уже не терпелось отправиться на дневной обход. Не только потому, что это позволяло ему выйти из квартиры – и оказаться подальше от мамы, так до сих пор и не нашедшей работу, – но и потому, что Дэнни оказался прав. «Клиенты» пустили корни в его душе.
Дверь приоткрылась, и Джейк просунул в щель посылку и торт. Дверь осталась открытой, так что Джейк продолжил разговор с того, на чём они остановились в прошлый раз.
– Говорил же, «Янки» вернутся в игру.
– «Джейс» должны были вывести Смита до того, как он встретился с Родригезом, – отозвался Гас.
Джейк рассмеялся.
– Левша с жёстким броском, подающий хиттеру3-левше, – обычно неплохой план.
– Счёт говорил об обратном. «С жёстким броском»? Смит подаёт фастболы4 медленнее, чем ты мне почту доставляешь. – За последние несколько дней голос Гаса окреп.
– Эй! – возмутился Джейк. Он старался говорить с Гасом исключительно о бейсболе, но сегодняшний день почему-то показался ему особенным. – Гас, как думаете, сможем мы когда-нибудь поболтать лицом к лицу? Может, даже игру посмотреть?
Гас секунду молчал.
– У меня нет телика. По радио бейсбол лучше. И… лицом к лицу? – Он мрачно хмыкнул. – Меня всё устраивает как есть, парень.
Они послушали ещё несколько иннингов5, болтая о счёте и стратегии, а потом Джейк наконец поднялся.
– Ну что, завтра в то же время?
– Завтра разве не воскресенье? Почты не будет.
– Это правда, – согласился Джейк. – Но завтра две игры. Мне тоже нравится бейсбол по радио.
– Ладно, парень. Ладно. – Гас медленно закрыл дверь, а Джейк направился к лифту и нажал кнопку «Вниз».
Он простоял в коридоре лишнюю секунду, размышляя о Гасе, поэтому ему пришлось буквально запрыгивать в закрывающиеся двери. Железная решётка зацепилась за его наушники. Джейк потянул за провод, и один наушник оторвался.
Мальчик выругался. Дальше ему предстояло зайти к Тео, а Джейк заглушал грохотом музыки в наушниках грохот его пианино.
Двери лифта распахнулись на пятом этаже, и Джейк засунул уцелевший наушник в правое ухо, надеясь, что этого хватит.
Он вошёл в квартиру 501, выкручивая громкость на максимум. Рэп. Мощные биты и громкий голос.
– ЭЙ! – завопил Джейк.
Тео махнул ему через плечо правой рукой, не переставая при этом бренчать по клавишам левой.
Джейк помахал в ответ, хоть и знал, что Тео снова с головой ушёл в искусство. Он начал разбирать входящую и исходящую почту.
Складывая конверты в стопочку, Джейк поймал себя на том, что движется в такт музыке. Не рэпу. И не бряцанью Тео на пианино. И тому и другому вместе. Бит песни в его ухе каким-то образом накладывался на музыку, которую играл Тео. Мелодия, которую Джейк не запомнил за многочисленные визиты в эту квартиру, соединилась с цифровым ритмом, и в результате получилось нечто новое. Что-то, что Джейк действительно мог оценить.
Он вынул наушник из уха и даже без бита уловил, что играет Тео.
Тео закончил быстрым, сильным и высоким «плям».
Джейк громко завопил и зааплодировал.
– Серьёзно? – спросил Тео, поворачиваясь на табуретке.
– Просто огонь!
Тео пришёл в явное недоумение.
– И это хорошо?
– Ещё, блин, как! Но… может, вам стоит подложить под это бит.
– Бит?
– У меня в одном ухе играла песня. Щас. – Джейк как смог отбил ритм своей песни по столешнице.
Тео постучал пальцем по воздуху, запоминая.
– И правда должно получиться.
Джейк собрал письма.
– Продолжайте в том же духе!
Но Тео уже повернулся к пианино и нацарапал что-то на партитуре. Потом снова заиграл, на этот раз выстукивая правой рукой негромкий бит. Закрывая дверь, Джейк насвистывал в такт.
Остаток дня был полон новых сюрпризов. Джейк начал разговаривать с остальными жильцами, и все они отвечали ему.
Посылки для Дилейни? Никакие они не мутные. Там специи и особые дрожжи, которые нужны для выпечки.
– Когда-нибудь я открою собственную пекарню, – сказал он Джейку. – Назову её «Карпе Даниш».
– Какой карп?
– Это означает «лови даниш». Выпечку такую.
– А-а. И вы собираетесь печь одни даниши?
– Не. Это просто каламбур. Я много всего буду печь. Вот, попробуй – сегодня утром сделал.
Он протянул коробку, полную маленьких пирожков. Пахли они изумительно.
– Дэнни понравится, – сказал Джейк.
Дилейни хлопнул его по ладони и повязал фартук. Фартук был смоляно-чёрный, с нарисованной серебряной головой дракона спереди.
– Крутой, – похвалил Джейк.
Дилейни отвесил низкий поклон.
Следующей остановкой была Профессор. Поначалу та не разговаривала с Джейком, но когда мальчик спросил, над чем она работает, то Профессор указала на картинку, нарисованную на доске, – планету, вращающуюся вокруг огромного красного солнца.
– Очень похоже на Землю, – заметил Джейк. – Это Земля?
Профессор повернулась и улыбнулась ему.
– Нечто подобное Земле. Вращающееся вокруг отдалённой звезды. Мой научный руководитель считает, что невозможно выяснить, действительно ли оно там есть. Но если мне удастся вычислить точное…
Она умолкла и отвернулась, снова с пылом принимаясь за вычисления. Джейк собрал оставшиеся пару коробочек от жареной курицы и картошки фри и по дороге выбросил их в мусоропровод. Они почти не пахли тухлятиной, но, возможно, это оттого, что Джейк приходил ежедневно.
Что до Ирен – той леди, которая постоянно забывала ключи… Она оказалась писательницей.
– Идея для новой истории возникает у меня в голове, когда я меньше всего ожидаю. Я просто обязана её записать, так что…
– Так что иногда вы забываете ключи в почтовом ящике, а зонт – у входной двери.
Ирен кивнула.
– Прямо сейчас у меня в голове рождается один роман.
– Я бы хотел когда-нибудь его прочитать, – сказал Джейк, передавая ей пакет с продуктами, который она забыла в лифте.
Хавьер оказался артистом кабаре. Он дал Джейку примерить новый парик – блёстки и электрически-фиолетовые пряди.
– Выглядишь отпадно! – восхитился Хавьер.
Напоследок Джейк всегда навещал Лили. Она стала, возможно, наравне с Гасом, его любимицей. Особой причины для этого не было. Лили не разговаривала с ним – вообще. Когда Джейк приходил, она называла его Стивом и начинала напевать, а он сгонял кошек вместе и кормил их.
Джейк пытался найти и другие способы помочь ей. Он смахивал пыль и переставлял фото на каминной доске. На фото, в большинстве чёрно-белых, в основном была изображена её семья. На одном была чуть более молодая Лили в окружении, видимо, её детей с их семьями. Они сидели на том самом диване, который Джейк видел в гостиной. Почти все улыбались. Но не очень искренне. Некоторые из младших казались скучающими. Дэнни говорил, что у Лили есть дети и внуки. Но Джейк никогда не видел, чтобы её кто-то навещал.
Однажды, когда мальчик смахивал пыль, он задел одно из фото – за ним оказалась рамка поменьше. Фотография там была надорванной и обгоревшей – её края загнулись и побурели. Кто-то пытался её склеить, и Джейку показалось, что он может разглядеть расплывчатое лицо какого-то мужчины. Но он не был уверен.
«Зачем кому-то такое хранить?» – подумал Джейк. Однако всё же аккуратно поставил рамку на место.
На стенах висело четыре или пять рисунков. Они выцвели и тоже слегка обгорели. Джейк мог смутно разглядеть карандашные наброски чьих-то лиц, каких-то зданий, вроде бы цветов. Однажды он спросил Лили, кто их нарисовал, но та лишь улыбнулась, засмеялась и продолжила напевать.
Перед уходом Джейк каждый раз заваривал Лили чайник чая (не слишком горячего) и сидел с ней немного, попивая из своей кружки.
Лили всегда говорила:
– О, ты слишком добр.
Или:
– До чего замечательный юноша. Я всегда знала, что ты вырастешь особенным.
Пусть ей казалось, что она говорит это кому-то по имени Стив, Джейк всё равно чувствовал прилив гордости.
И время от времени Лили как будто слегка менялась, словно узнавала его. На этот раз, покормив кошек, Джейк улыбнулся ей, а она посмотрела ему прямо в глаза и спросила:
– Что-нибудь из этого помогло?
Джейк наклонил голову.
– Что помогло?
Но тут Анастейша вскочила на стол и потёрлась о ладонь хозяйки. Лили слегка улыбнулась, погладила кошку и снова уставилась в пространство, напевая песенку с одной лишь ей известными словами.
Когда Джейк наконец закончил обход – и отнёс (почти все) испечённые Дилейни пирожки Дэнни, – он обнаружил, что мама сидит на диване и красит ногти.
– Угадай, кого пригласили на личное собеседование завтра с утра! – сказала она, широко улыбаясь. А потом встала и исполнила мини-танец.
Джейк подбежал к ней и стиснул в объятьях.
Мама посмотрела на него, гладя по голове.
– Всё наконец-то начинает налаживаться.
Bepul matn qismi tugad.
