Kitobni o'qish: «Русская эмиграция и гражданская война в Испании 1936–1939 гг.»

Автор выражает глубокую признательность своим друзьям и коллегам за помощь в работе над книгой. Особенно хочется поблагодарить М.Ю. Блинова, О.И. Бэйду, А.Ю. Вовка, Н.А. Кузнецова, Д.П. Шергина, сотрудников Государственного архива Российской Федерации, Государственного бюджетного учреждения культуры г. Москвы «Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына», Центра социально-политической истории Государственной публичной исторической библиотеки.

Рецензенты:

Кандидат исторических наук, профессор В.А. Рунов

Кандидат исторических наук Н.А. Кузнецов

Издано при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2012–2018 годы)».

© Семенов К.К., 2016

© Ассоциация книгоиздателей

© Ассоциация книгоиздателей «Русская книга», 2016

© ООО «ТД Алгоритм», 2016

Вместо предисловия

Незаметно для многих 17 июля 2016 г. минуло 80 лет со дня начала Гражданской войны в Испании. Для отечественного читателя эта война всегда была далекой и малоизвестной, лишь в 2000-х годах произошел небольшой сдвиг в восприятии этой темы в России. В связи с ростом интереса к истории Русского Зарубежья участие российских эмигрантов в Гражданской войне в Испании 1936–1939 гг. становится объектом ряда публикаций.

Книга Константина Семенова «Русская эмиграция и Гражданская война в Испании. 1936–1939 гг.» представляет собой новое исследование по истории Русского Зарубежья и существенно отличается от уже изданных работ.

На примере Гражданской войны в Испании автором рассматриваются противоречия, сложившиеся в среде российской эмиграции в середине 1930-х гг. и приведшие к трагическому противостоянию наших соотечественников на полях Испании. В научный оборот вводятся ранее неизвестные документы из российских и зарубежных архивов, делается попытка назвать поименно всех эмигрантов-участников войны. Автором исследования проведен сравнительный анализ мотивов, численности, примеров боевого применения российских эмигрантов в республиканской и франкистской армиях, показан весь трагизм братоубийственной войны на полях Испании.

Исследование масштабных внутринациональных конфликтов в наше время приобретает первостепенное значение, а участие в Гражданской войне в Испании эмигрантов и советских воинов-интернационалистов делает книгу Константина Семенова значимой для российской историографии.

Доктор исторических наук,

Действительный член

Академии военных наук

А.В. Окороков

Введение

Если останемся живы, напишем. Если нет, запишите где-нибудь наши имена, чтобы их помянула будущая Россия.

Поручик Н., доброволец в армии Франко

80 лет назад в далекой Испании началась кровопролитная Гражданская война. В события этой войны оказались вовлечены все европейские страны. Впервые в истории Европы произошло столкновение не национальных интересов определенных стран, а различных политических систем.

В испанские события оказалась втянута и наша страна: Советский Союз поддержал законное правительство Испанской республики и оказал ему самую широкую помощь как людьми, так и вооружением. Но не только советские граждане приняли участие в войне – она коснулась и беженцев из России – русских эмигрантов.

Особой трагизм ситуации заключался в том, что в отличие от советских граждан русские эмигранты сражались по разные стороны баррикад. Эта книга – попытка разобраться в причинах этого трагического явления и не допустить подобного противостояния вновь.

Основой нашего исследования стали самые разные источники и работы. Позволим себе кратко остановиться на них.

Особую ценность для любого исторического исследования представляют первоисточники. Большая часть использованных нами документов находится на хранении в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ). Среди них особо хочется отметить документы, отложившиеся в фондах: Русский Обще-Воинский Союз (Р-5826), А.А. фон Лампе (Р-5853), Юго-Восточный отдел ОРВС (Р-5796), III отдел РОВСа (Р-9116), В.В. Орехов (Р-10231) и в коллекции отдельных документов различных эмигрантских организаций (Р-9145).

В фонде 35082 Российского государственного военного архива (РГВА) хранятся использованные нами дела: 179 – Доклады советских военных советников о боевых действиях в Испании и 384 – Сборник информационных материалов по Испании. Выдача ранее доступного дела 870 (Ф. 33897. Оп. 3) в настоящий момент закрыта, а в нем содержится важная для нашего исследования информация.

В Архивном собрании Дома русского зарубежья Александра Солженицына (АДРЗ) ряд дел имеет отношение к участию эмигрантов в испанских событиях. Наиболее ценна авторизованная машинописная копия воспоминаний А.П. Яремчука 2‑го (Ф. 162. Оп. 1. Д. 1.). Интересные детали службы эмигрантов в республиканской армии отложились в фонде 25 (Оп. 1. Д. 60, 75). Судьбы некоторых добровольцев-франкистов можно проследить по документам РОВС в фонде 55 (Оп. 1. Д. 117).

Большой массив дел о русских эмигрантах в рядах республиканской армии находится в фонде 545 Интербригады республиканской армии Испании. Наиболее важными для исследования являются дела, собранные в 6‑й описи фонда: 1538 – Списки с характеристиками русских эмигрантов, добровольцев интербригад, 1539 – Заявления русских эмигрантов, добровольцев интербригад, о въезде во Францию и Мексику, 1540–1556 – Личные дела русских эмигрантов, добровольцев интербригад.

В фондах 400 (Главный штаб Военного министерства) и 409 (Послужные списки офицеров) Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА) уточнялись биографические данные бывших военнослужащих Русской армии – участников Гражданской войны в Испании.

В документальных фондах Центрального музея Вооруженных Сил Российской Федерации (ЦМВС) в коллекции общества «Родина» (Ф. 4/47) хранятся воспоминания В.И. Ковалевского, А.А. Трингама и Н.В. Шинкаренко, позволяющие увидеть изнанку участия русских эмигрантов в войне на стороне националистов.

Благодаря любезной помощи коллеги О.И. Бэйды автору удалось ознакомиться с документами П.П. Савина, Н.В. Шинкаренко и А.П. Яремчука 2‑го и, хранящимися в архиве Гуверовского института войны революции и мира.

Испанские коллеги предоставили автору ряд документов о белоэмигрантах, хранящихся в Центральном военном архиве в Авиле (AGMAV – Archivo General Militar de Ávila). Эти документы позволяют проследить процесс переговоров белоэмигрантов с франкистами, численность добровольцев в разные периоды и переводы из части в часть.

В связи с отсутствием доступа к документам ФСБ и СВР большую ценность имеют сборники документов «Русская военная эмиграция 20–40-х годов. Документы и материалы»¹, в которых были опубликованы документы закрытых ведомственных архивов о военной эмиграции.

Историография участия русских эмигрантов в испанской войне немногочисленна, но представляет несомненную ценность для исторического наследия Русской эмиграции.

Важна для нашего исследования работа М.В. Назарова «Миссия русской эмиграции»². В ней автор детально рассматривает внутриполитические процессы, происходившие в Русском Зарубежье накануне Второй мировой войны. Десятая глава книги «Фашизм: надежды и разочарование» рассказывает нам и о взглядах русской эмиграции на испанскую войну и о непосредственном участии эмигрантов в конфликте.

Интересный анализ испанских событий был сделан Н.Н. Протопоповым в сборнике «Русский корпус на Балканах»³. При написании статьи ее автор использовал в основном книгу Яремчука, но рассмотрение испанского опыта русской эмиграции в контексте сборника придает статье особую ценность и логическую завершенность.

Главным источником по службе русских добровольцев в армии националистов является книга А.П. Яремчука 2‑го «Русские добровольцы в Испании»⁴. Основой книги стали личные воспоминания автора и статьи русских эмигрантов – участников и очевидцев событий Гражданской войны в Испании. В центре воспоминаний – история Русского национального отряда, существовавшего в рядах карлистской милиции. Книгу дополняют краткие биографии ряда русских добровольцев. Вплоть до сегодняшнего дня эта книга является единственной работой, посвященной собственно русским добровольцам. О ее основополагающей роли в этом вопросе свидетельствует и то, что она является главным источником для позднейших работ по теме.

Авторизованная копия воспоминаний А.П. Яремчука 2‑го в Архиве ДРЗ им. Александра Солженицына

Духовные искания русской эмиграции сквозь призму Гражданской войны в Испании мы видим и в книге Л.Д. Любимова «На чужбине»⁵. Автор воспоминаний – эмигрант-«оборонец», рассказывает нам об отношении некоторой части эмиграции к испанским событиям.

Событием для отечественного читателя стало переиздание книги Д.В. Леховича «Белые против красных»⁶. Повествуя о судьбе генерала Деникина, автор рассказывает нам и о трагическом конце генерала Миллера, и об отношении Деникина к участию русских в испанской войне.

Большой информационный материал мы находим в третьем томе справочного издания «Русское зарубежье»⁷. Составители сборника проделали громадную работу. В нем общественная жизнь русской диаспоры во Франции расписана день за днем. Скупые строки рассказывают нам о встречах, собраниях и балах русской эмиграции. Упоминаются и собрания, на которых обсуждался испанский вопрос.

Крайне важны и интересны воспоминания руководителей Национального союза нового поколения (НСНП, позже Народно-трудовой союз – НТС) Б. Прянишникова⁸ и В.М. Байдалакова⁹, рассказывающие об отношении членов этой организации к испанской войне. Оба автора открывают и неизвестный аспект деятельности НСНП в годы испанской Гражданской войны, рассказывая о диверсии, проведенной «новопоколенцами» во Франции. Строки об отношении дальневосточной эмиграции к восстанию националистов мы находим в мемуарах Г.М. Семенова¹⁰. Автор воспоминаний проводит параллель между Россией 1917 г. и Испанией 1936 г. и надеется на создание единого антикоммунистического фронта.

Наконец, надо упомянуть и о мемуарах эмигрантов, сражавшихся за республику. Очень интересны мемуары Алексея Эйснера, служившего в XII интербригаде республиканской армии¹¹. Автор воспоминаний – активный член Союза возвращения на Родину – повествует о своей записи в ряды интернационалистов и дороге в Испанию. Он не делает секрета и из широкомасштабной помощи, шедшей республиканцам из Франции. Однако приводимое автором число эмигрантов, вступивших в республиканскую армию, вызывает большое сомнение.

В постсоветский период стали появляться новые работы, упоминающие о белоэмигрантах и Испании. Так, историк М. Раев в своей аналитической работе «Россия за рубежом» рассмотрел внешнеполитические взгляды эмиграции и морально-этические предпосылки участия русских эмигрантов в войне¹².

Широко освещались события Гражданской войны в Испании в периодической печати Русского Зарубежья. На страницах газет и журналов развернулась полемика между различными течениями русской эмиграции о взгляде на испанские события. Всю эмигрантскую периодику можно разделить на пронационалистическую, прореспубликанскую и, условно говоря, независимую. К первому лагерю относилась основная часть эмигрантских изданий, из них наиболее значимую роль в освещении испанских событий сыграли журнал «Часовой», газеты «Возрождение» и «Наш путь». Рупором прореспубликанской периодики стали «Новая Россия», «Наш союз» и «Наша Родина», а независимых представляли «Последние новости», «Царский вестник», «Иллюстрированная Россия».

Наиболее полная информация об испанской войне встречается на страницах журнала «Часовой». На протяжении 1936–1939 гг. в журнале публиковались письма русских добровольцев с фронта, репортажи редактора издания В.В. Орехова из Испании. Представители эмигрантской военной мысли, не имея возможности проводить широкомасштабные учения и использовать опыт современных боевых действий на практике, анализировали операции франкистских войск¹³. Кроме того, «Часовой» представлял свои страницы и иностранным военным специалистам, анализировавшим испанские события¹⁴.

«Возрождение», «Царский вестник» и «Наш путь» в основном печатали статьи идеологического характера, обосновывавшие участие белоэмигрантов в войне на стороне Франко с морально-этической стороны. Однако изредка в «Возрождении» публиковались и письма русских добровольцев. Писали об испанских событиях и профильные эмигрантские журналы. Например, в «Морском журнале» был опубликован мартиролог на морского летчика В.М. Марченко, погибшего в Испании¹⁵. Спустя 15 лет другой морской эмигрантский журнал – «Военные записки» – опубликовал воспоминания Н.А. Рагозина¹⁶. Они представляют большой интерес для нашего исследования, так как рассказывают о службе русского эмигранта в испанской армии еще до начала восстания, кроме того, воспоминания Н.А. Рагозина не вошли в книгу Яремчука.

Страницы просоветского журнала «Наш союз» пестрели от гневной критики, но не в адрес националистов, а в адрес «Последних новостей», посмевших критиковать способы вербовки эмигрантов в интербригады. Кадетские «Последние новости» отвечали им тем же.

Интерес к испанским событиям в среде русской эмиграции не угас с годами. Так, к примеру, в уже упоминавшемся нами «Часовом» в 1954 г. появилась итоговая статья В.В. Орехова «Испания и мы», а с 1956 г. в связи с 20-летним юбилеем начала национального восстания в Испании стали вновь публиковаться материалы о русских добровольцах.

Попытки рассказать об участии эмиграции в испанской войне предпринимались и позже. Издание Союза чинов Русского корпуса «Наши Вести» несколько раз перепечатывало материалы о русских в Испании, опубликованные ранее в «Часовом»¹⁷. Статья главного редактора «Наших вестей» с заглавием «Una, Grande, Libre!» стала ярким образцом подлинно эмигрантского восприятия испанских событий¹⁸. В 1999 г. в русскоязычной эмигрантской газете «Эспаньола» была опубликована статья «Вторая Гражданская война»¹⁹. В ней безымянный автор рассказывает об участии русских эмигрантов в испанской войне.

В том же 1999 г. в другой эмигрантской газете – «Русская жизнь» – была опубликована большая статья о русском отряде в националистической армии²⁰. К сожалению, автор, проведя интересный обзор предыстории испанских событий, в дальнейшем ограничился лишь кратким пересказом книги А.П. Яремчука.

Участие русских эмигрантов в национальном восстании вдохновило одного из известнейших прозаиков Русского Зарубежья на роман, посвященный Гражданской войне в Испании. Николай Николаевич Брешко-Брешковский на страницах произведения «Кровавые паяцы» рассказал о службе русских эмигрантов в испанском Иностранном легионе и об их участии в восстании 1936 г.²¹ В этом романе автор продолжает тему противостояния белых и красных, добра и зла, начатую им ранее.

Советская историография также уделила некоторое внимание участию белой эмиграции в Гражданской войне в Испании. В СССР первые сведения о белоэмигрантах – участниках испанской войны встречаются в мемуарах советских военных специалистов, служивших в годы войны в республиканской армии. В основном, они упоминают лишь эмигрантов в составе республиканской армии. Так, С.М. Кривошеин в своих воспоминаниях рассказывает об одном офицере-белогвардейце, храбро воевавшем за республику, который уже в 1938 г. оказался в Москве в качестве… советского гражданина²².

Другой советский военспец – летчик К.Т. Деменчук – упоминает в своих воспоминаниях об одном белоэмигранте в составе советского экипажа, который также стал последовательным борцом с нацизмом и погиб, сражаясь во французском Сопротивлении²³. Вероятно, он рассказывал о А. Иванове.

Еще один красный командир – А.А. Ветров – в своих воспоминаниях²⁴ рассказывает о сотнях русских эмигрантов в армии республики.

Некоторые моменты из воспоминаний советских военспецов являются явным преувеличением, и, видимо, само упоминание об эмигрантах в республиканской армии должно было показать читателям торжество социализма над вчерашними врагами – раскаявшимися и примирившимися с СССР белоэмигрантами.

Не обошли своим вниманием белоэмигрантов и асы советской пропаганды – Илья Эренбург и Михаил Кольцов. В своих заметках они оба красочно описывают бывшего офицера-артиллериста В.К. Глиноедского²⁵. Впрочем, М.Е. Кольцов немало внимания уделяет русским франкистам, погибшим в Испании.

Советские историки, напротив, неоднократно уделяли внимание белоэмигрантам, сражавшимся за националистов. Первым к этой теме обратился В.В. Комин²⁶. Автор диссертационного исследования первым из отечественных историков рассмотрел участие русских эмигрантов в контексте антисоветской борьбы 1939–1945 гг.

В более поздний советский период качественно новую попытку рассмотреть участие русской эмиграции в войне в Испании предпринял Л.К. Шкаренков в своей монографии «Агония белой эмиграции»²⁷. Несмотря на просоветские взгляды автора, объем проделанной им работы не вызывает сомнения.

Большой интерес представляет сборник «Русский Обще-Воинский Союз», изданный российским отделом РОВСа²⁸. Составитель сборника сделал обзор деятельности РОВСа с момента его создания и до наших дней, уделив должное внимание всем председателям союза и Гражданской войне в Испании.

Иногда упоминание об участии белоэмигрантов в испанской войне можно найти и в полярных этой проблеме работах отечественных историков. Так, например, в работе Ю.Е. Рыбалкина «Операция “Х”» вскользь упоминаются белогвардейские отряды, сформированные в различных европейских странах для отправки в национальную Испанию²⁹.

Книга «Белый террор?», написанная В.Ф. Ершовым в соавторстве с Ю.П. Свириденко, рассказывает об образовании в Русском Зарубежье непримиримого крыла, вставшего на последовательный путь борьбы с большевизмом³⁰. Несмотря на дилемму, таящуюся в названии, и время создания книги, ее авторы сочли возможным использовать в отношении непримиримого крыла русской эмиграции термин «экстремизм», что вызвано, лишь политической конъюнктурой.

Более удачной в плане осмысления миссии русской эмиграции стала диссертация Е.Г. Кривошеевой³¹. Автор рассказывает об особом взгляде на Гражданскую войну в Испании генерала А.И. Деникина.

В книге В.Л. Телицына «“Пиренеи” в огне», подробно рассказывающей о советских военспецах в Испании, одна из глав посвящена участию белоэмигрантов в испанских событиях³². В ней автор рассказывает об эмигрантах, служивших как в националистической, так и в республиканской армии. Главу органично дополняют дневниковые записи Я.Т. Полухина – добровольца в национальной армии. Кроме того, В.Л. Телицын справедливо ставит под сомнение указанное А. Ветровым количество белоэмигрантов, служивших республиканцам.

Отрывочные сведения об участии русских эмигрантов мы находим в книгах Павла Тулаева «Консервативная революция в Испании»³³ и Юрия Цурганова «Неудавшийся реванш»³⁴. В своих работах авторы, вполне лояльные Белому движению, делают обзор участия белоэмигрантов в испанской войне, кратко пересказывая книгу Яремчука. Интересные сведения о белоэмигрантах в республиканской авиации мы находим в исследовании Н.Н. Платошкина³⁵.

Как уже выше отмечалось, библиография рассматриваемой нами проблематики крайне невелика, поэтому биографические данные участников событий представляют особую ценность. Биографический справочник петербургского историка К.М. Александрова содержит подробную биографию И.К. Сахарова³⁶, а его сборник «Против Сталина» освещает существование Русского отряда в армии Франко³⁷.

Ряд биографий русских участников войны в Испании мы находим в справочнике С.В. Волкова «Офицеры армейской кавалерии»³⁸. Автор-составитель, проработав огромное количество архивных документов, представил список офицеров армейской кавалерии Русской Императорской армии, из которого мы узнаем, в каких полках служили рассматриваемые нами лица. Позже были изданы и другие мартирологи, подготовленные этим же автором³⁹.

Наиболее последовательным в изучении участия русской эмиграции в испанской войне стал автор целого ряда работ по истории Русского Зарубежья А.В. Окороков. В своей монографии «Фашизм и русская эмиграция» автор детально рассматривает весь спектр правых организаций русской эмиграции, подоплеку их возникновения и участие в идеологической и вооруженной борьбе с большевизмом. Отдельная глава посвящена участию русских белоэмигрантов в испанской войне⁴⁰.

Следующая книга этого автора – «Русская эмиграция» – делится на три главы. В первой рассказывается о политических и военных организациях 1920–1945 гг., во второй – о русских воинских формированиях в 1920–1945 гг. в том числе и о Русском отряде в армии генерала Франко⁴¹. Третья глава посвящена эмигрантским организациям, созданным после 1945 г.

Другая монография А.В. Окорокова «Русские добровольцы» тоже уделяет внимание испанской теме⁴². В книге автор сделал попытку проанализировать такой феномен, как участие русских добровольцев в войнах ХIХ – ХХ вв. Отдавая должное войнам ХIХ в., А.В. Окороков подробно рассматривает участие представителей русской эмиграции в малых войнах первой половины ХХ в. Испанской войне посвящен очерк «По разные стороны баррикад», в котором рассказывается о противостоянии на испанской земле русских белоэмигрантов и советских военспецов. Очерк дополнен краткими биографическими данными русских добровольцев в армии генерала Франко.

Заметный рост интереса в нашем обществе к судьбам русской эмиграции обусловил создание различных научно-публицистических сборников по истории антисоветского движения и русской эмиграции. В серии сборников «Материалы по истории Русского освободительного движения» нашла отражение и тема Гражданской войны в Испании⁴³.

Сборник «Между Россией и Сталиным», подготовленный коллективом РГГУ, посвящен истории Русского Зарубежья 1936–1945 гг.⁴⁴ Особую ценность в нем для нашего исследования имеют статьи «Оборонцы и пораженцы» и «Испания: по разные стороны баррикад». В первой статье рассматривается внутриполитическая ситуация в Русском Зарубежье накануне войны и пропасть, разделившая «оборонцев» и «пораженцев» в 1936–1945 гг. В статье, посвященной собственно войне в Испании, авторы рассматривают участие русских эмигрантов в вооруженной борьбе по разные стороны фронта. Особенно интересны сведения об эмигрантах в республиканской армии, а также методы вербовки эмигрантов, используемые Союзом возвращения на Родину.

Книга О.Г. Гончаренко «Белоэмигранты между звездой и свастикой» содержит неплохой обзор испанских событий и судеб их русских участников⁴⁵. Стоит сказать, что автор первым поставил под сомнение обычно указываемое в большинстве исследований число эмигрантов, вступивших в армию Франко.

В фундаментальной работе В.И. Голдина «Роковой выбор» была предпринята новая попытка осмыслить роль русской военной эмиграции во Второй мировой войне⁴⁶. В контексте книги подробно рассмотрены создание, организация и деятельность Русского Обще-Воинского Союза и предпосылки участия русских белоэмигрантов в испанской Гражданской войне. Проработав большое количество источников, автор, к сожалению, не остался в стороне от идеологических штампов советской эпохи. В своей следующей книге Владислав Иванович продолжил освещение истории русского военного зарубежья и его участия в испанских событиях⁴⁷.

Заметной новинкой стала книга А.О. Наумова⁴⁸. Новизна этой работы заключается в том, что автором исследования впервые были широко использованы зарубежные источники, доселе находившиеся вне поля зрения отечественных и эмигрантских историков. Книга А.О. Наумова дает прекрасное представление о развитии правых европейских движений после подписания Версальского договора. Впервые на русском языке подробно рассказывается об участии иностранных добровольцев из различных европейских стран в войне на стороне националистов. Однако рассказ о иностранных добровольцах в республиканской армии в контексте самой книги и особенно в ее третьей части, которую автор назвал «Фашистский Интернационал на службе Третьего Рейха» вызывают по меньшей мере недоумение.

Заметный сдвиг в изучении участия русских добровольцев в испанской войне произошел в 2009 г. после издания книги Кузнецова Н.А. «Русский флот на чужбине»⁴⁹. В работе рассматривалось участие русских эмигрантов-моряков в различных военных конфликтах первой половины ХХ в.

В 2012 г. свет увидела новая книга О.Г. Гончаренко «Изгнанная армия», рассказывающая о судьбах военной эмиграции и затрагивающая тему участия эмигрантов в Гражданской войне в Испании⁵⁰. Спустя четыре года вышла и новая книга В.И. Голдина о противостояния советских спецслужб и РОВСа⁵¹. Одна из глав книги посвящена генералу Миллеру и участию РОВСа в испанской войне.

Не обошли своим вниманием участие русских эмигрантов в Гражданской войне в Испании и периодические военно-исторические издания. В одном из них была напечатана прекрасная статья историка-униформиста и, кстати, потомка испанских эмигрантов Роберто Паласиоса-Фернандеса⁵². Статья была снабжена цветными рисунками автора, и потому и по сей день она является единственным доступным материалом, иллюстрирующим униформу Русского отряда в национальной армии.

Одним из лучших биографических очерков об эмигрантах-участниках испанской войны стала статья Н.А. Кузнецова о судьбе русского морского летчика В.М. Марченко, опубликованная в журнале «ФлотоМастер»⁵³. На основе архивных документов автор статьи подробно рассказал о трагической судьбе русского офицера.

В газете «Совершенно секретно» было опубликовано интервью с графом Григорием Павловичем Ламсдорфом, служившим в Испанском иностранном легионе. У единственного на тот момент оставшегося в живых русского добровольца брала интервью Джин Вронская⁵⁴.

Несколько позже в одном из отечественных специализированных журналов была напечатана статья Сергея Балмасова «Русские в бандерах Испанского иностранного легиона»⁵⁵. При написании статьи автор использовал книгу Яремчука и письма из Испании, опубликованные в «Часовом», поэтому вызывает удивление то, что Русский отряд в карлистском рекете был причислен им к иностранному легиону. В заключение хочется отметить воспоминания В.А. Рудинского, опубликованные в московском военно-историческом журнале «Доброволецъ»⁵⁶. В них автор рассказал о своем знакомстве с русскими ветеранами Гражданской войны, произошедшем в годы Второй мировой войны на оккупированной территории СССР.

Участие белоэмигрантов в конфликте вызвало интерес и у зарубежных исследователей, занимающихся Гражданской войной в Испании. Главным отличием работ зарубежных авторов от эмигрантских историков и современных российских исследователей является то, что участие русских белоэмигрантов в войне на стороне националистов они рассматривают в контексте других иностранных добровольческих формирований в армии генерала Франко. Такой подход, с одной стороны, позволяет нам воспринимать участие иностранцев в борьбе с испанскими левыми в качестве общеевропейского Крестового похода, но с другой – притупляет восприятие особенной русской эмигрантской мотивации борьбы с левыми в Испании.

Отдельных глав об эмигрантах-республиканцах в интербригадах или в республиканской армии в зарубежных источниках, к сожалению, до сих пор нет.

Наиболее серьезно к изучению участия русских эмигрантов в национальном восстании подошла Джудит Кин – историк из Австралии. В своей книге «Сражались за Франко» она рассказывает нам об английских, французских, ирландских и румынских добровольцах в армии националистов⁵⁷. Пятая глава книги – «Валенки в солнечной Испании» – посвящена русским эмигрантам, вступившим в армию националистов. Джудит Кин смогла правильно осмыслить путь русской эмиграции. «Русскую» главу своей книги она начинает с обзора жизни Русского Зарубежья, затем переходит к рассмотрению течений «оборонцев» и «пораженцев», уделяет должное внимание РОВСу. Рассматривая участие эмигрантов в войне, автор использует не только традиционный для этой темы источник – Яремчука, но и различные архивные документы, хранящиеся в зарубежных архивах.

Участие русских эмигрантов в испанской войне было освящено в зарубежных периодических изданиях. Так в двух номерах американского военно-исторического журнала «Axiseuropa» было опубликовано интервью с графом Ламсдорфом⁵⁸. На страницах журнала он рассказал читателям о своей службе в испанской, французской и Русской освободительной армиях.

Наконец, завершая обзор библиографии об участии русской эмиграции в Гражданской войне в Испании, необходимо осветить и книги, рассказывающие о войне в целом. В первую очередь хочется отметить прекрасную книгу Хью Томаса «Гражданская война в Испании», правдиво рассказывающую о войне в целом и об иностранных добровольцах в частности⁵⁹. Автор книги детально рассматривает подоплеку испанских событий, делая обзор политической жизни Испании с 1931 г. Упоминает автор и белоэмигрантов, сражавшихся на стороне республиканцев.

Книга С.Ю. Данилова «Гражданская война в Испании» стала первой попыткой в постсоветское время осмыслить чужую гражданскую войну⁶⁰. В ней автор попытался рассказать историю Гражданской войны, избегая при этом идеологических штампов.

В заключении необходимо упомянуть и большое количество биографий генерала Франко, наиболее значимыми из которых являются книги Пола Престона⁶¹ и Габриллы Ходжес⁶².

Над всей Испанией безоблачное небо. Предыстория конфликта

Два долгих года носил я корону Испании, и Испания жила в постоянной борьбе и ежедневно на ее глазах время мира и счастья, которого я так страстно желал, все отдалялось и отдалялось.

Амадей I Савойский, король Испании

История Испании красочна и богата героями и событиями. Эль Сид и Реконкиста, Колумб и открытие Америки, иезуиты и инквизиция. Однако корни рассматриваемого нами конфликта уходят в эпоху Наполеоновских войн. Именно тогда в Испании началось широкое распространение либеральных идей. Бездумное отречение монарха Карла IV и оккупация Испании французскими войсками дали толчок к народной национально-освободительной войне. Весной 1812 г. в Испании была принята конституция. Поражение Наполеона в 1814 г. вернуло власть испанским Бурбонам – сыну Карла Фердинанду VII, ростки либерализма были подавлены и Испания вновь стала католической монархией. Тем не менее события 1808–1814 гг. получили название Первой испанской революции.

Вторая испанская революция началась в 1820 г. и продолжалась три года. Восставшими двигали идеи испанской конституции 1812 г. и возмущение против правления Фердинанда. Для борьбы с королевскими войсками испанцы организовали народную милицию. При помощи французской интервенции восстание было жестоко подавлено. Смерть Фердинанда в 1833 г. стала началом династического раздора в испанском королевском доме. Умершему наследовала малолетняя дочь Изабелла, регентшей при которой была назначена жена покойного – Мария-Кристина. Но свои права на престол предъявил младший брат умершего короля дон Карлос. В октябре 1834 г. сторонники дона Карлоса (т. н. карлисты) подняли вооруженное восстание на севере и северо-востоке страны против правления женщин⁶³. Династический конфликт длился в Испании почти целый век, ослабляя и без того слабые монархические силы страны.

В 1840 г. против монархии восстала уже испанская армия. Ее мятеж стал третьей по счету революцией в Испании. Королевская семья бежала за границу, бросив своих сторонников, сражаться с либералами продолжали лишь карлисты. Более 10 лет Испанией правили диктаторы из числа военных, хотя номинально на престоле с 1843 г. находилась Изабелла. С годами она стала принимать все более активное участие в политической жизни страны и проводить в правительство своих фаворитов. Неумелое правление юной королевы привело к четвертой испанской революции, начавшейся в 1854 г. Несмотря на победу правительства, спустя 14 лет в Испании вспыхнула новая революция. Впервые в испанской истории было образовано Временное правительство. Оно предложило занять испанский престол итальянскому принцу Амадею. В ноябре 1870 г. Амадей был коронован. Так, желая сохранить свои привилегии, испанская буржуазия призвала на трон чужеземца. Новое восстание карлистов и непрекращающиеся волнения в стране вынудили Амадея отречься от престола 9 февраля 1873 г., а спустя два дня в Испании была провозглашена республика⁶⁴.

Хаос, царивший в республике, в конце концов надоел военным, и 24 декабря 1874 г. в Испании произошел военный переворот, в ходе которого была вновь провозглашена монархия, а королем Испании стал сын Изабеллы – Альфонс, ставший в испанской истории 12-м королем с этим именем. Правление этого монарха было относительно спокойным – Испания устала от потрясений. Новый испанский монарх пользовался уважением у своих подданных, и можно было предположить, что царствование будет долгим. Однако Альфонс был тяжело болен туберкулезом, от которого и скончался в возрасте 26 лет. Ему наследовал родившийся уже после его смерти сын Альфонс, регентшей при котором стала его мать, по иронии судьбы тоже носившая имя Мария-Кристина.

В 1902 г. Альфонс XIII официально вступил на испанский престол. Вместе с молодым королем в новый век перебрались и его враги – сепаратисты Каталонии и Страны Басков, а также свирепые анархисты и республиканцы всех мастей. Испанское правительство проводило либеральную политику, получившую название «революция сверху». Однако поражение испанской армии в войне с местными племенами в Марокко в 1909 г. вызвало волнения в стране. В Барселоне анархисты разгромили монастыри и храмы и вступили в вооруженное противостояние с армией.

Король Испании Альфонс XIII с супругой

Затяжная война в Марокко предостерегла Испанию от вступления в Первую мировую войну. Испания смогла разбогатеть на поставках в воюющие страны, но это не отразилось на благосостоянии неимущих слоев. На фоне социальных проблем резко активизировалась деятельность профсоюзов и анархистов. Февральская революция в России стала для республиканцев всего мира сигналом к действию. В августе 1917 г. по всей Испании началась всеобщая забастовка, возглавляемая профсоюзными деятелями. В стране было объявлено военное положение и армия приступила к наведению порядка. Через шесть дней порядок в стране был восстановлен.

Большевистский переворот в России окрылил испанских левых. Они наконец увидели реальные последствия революционной деятельности. В очередной раз по всей Испании прокатилась волна забастовок и резко возросла активность леворадикальных организаций. После образования Коммунистического Интернационала (далее Коминтерн) в 1919 г. наметился численный рост испанских последователей Ленина. В апреле 1920 г. была образована Испанская коммунистическая партия во главе с Гарсией Кехидо.

Летом 1921 г. в Испании разразился новый кризис, вызванный сокрушительным поражением испанских войск во главе с генералом Сильвестре под Аннуаллем в марокканской области Рифф. У этого местечка риффские повстанцы разгромили 15-тысячный испанский корпус. Одними убитыми испанцы потеряли 12 981 человек, а также почти все свое тяжелое вооружение⁶⁵. Это поражение способствовало усилению антимилитаристских настроений среди населения. Под давлением общественности была создана особая правительственная комиссия для расследования причин аннуальской катастрофы.

Для предотвращения леворадикальных волнений войска генерала Мигеля Примо де Риверы в Каталонии подняли вооруженный мятеж против правительства 13 сентября 1923 г. Через два дня Примо де Ривера образовал военную директорию. Его правление принесло некоторую стабильность в жизнь Испании. Повысился уровень производства в некоторых отраслях промышленности. В качестве министра финансов диктатором в правительство был приглашен молодой и популярный лидер монархистов Хосе Кальво Сотело. Король Испании называл Примо де Риверу «моим Муссолини», но диктатор имел мало общего с главой итальянского правительства, а в некоторых вопросах проявлял недопустимую халатность, что и стало причиной для его ухода в отставку.

После ухода «сильного человека» король Альфонс пытался некоторое время править страной, как будто ничего и не изменилось. Но сразу после ухода де Риверы по стране стали с новой силой распространяться антимонархические настроения, в Каталонии усилились позиции сепаратистов. Волнения в стране разжигали и испанские интеллектуалы. Так, к примеру, уже в конце 1930 г. испанский философ-идеалист Хосе Ортега и Гассет заявил: «Испанцы! Вашего государства больше не существует! Нет монархии!»⁶⁶.

Ситуация в стране накалялась… Республиканцы начали готовить антиправительственный заговор с целью свержения короля. К заговору примкнула и часть молодых офицеров-республиканцев. Выступление было назначено на 12 декабря 1930 г., но затем перенесено на 15 декабря. Однако 12 декабря все же восстал гарнизон в городке Хака, возглавляемый молодыми обер-офицерами. На следующий день мятежники были разбиты правительственными войсками, а 14 декабря главари мятежников Фермин Галан и Анхель Гарсия Фернандес были расстреляны. Преждевременное выступление в Хаке лишило мятежников фактора внезапности, и практически не было предпринято других попыток вооруженного восстания. Основные лидеры заговорщиков были арестованы.

Неудавшийся мятеж тем не менее повлек за собой смену правительства и спровоцировал короля на проведение муниципальных выборов. Они были назначены на 12 апреля 1931 г. Этот день стал отправной точкой в грядущих кровавых событиях в Испании. Муниципальные выборы превратились в плебисцит против монархии. По точному определению тогдашнего главы испанского правительства адмирала Аснара: «Испания уснула монархической, а проснулась республиканской»⁶⁷.

13 апреля 1931 г. в стране стали известны результаты выборов – народ Испании заявил о своем недоверии королевской власти и потребовал республику. По всей стране начались широкомасштабные выступления и митинги республиканцев. Утром 14 апреля в городке Эйбар была провозглашена республика, затем это произошло в Барселоне, Валенсии, Севилье, Овьедо. Вечером красно-желто-фиолетовый республиканский флаг был поднят в Мадриде. После вечернего заседания король подписал отречение и со своей семьей отбыл во Францию. Отречение Альфонса XIII содержало такие строки: «Воскресные выборы доказали, что я больше не пользуюсь любовью своего народа. Я мог бы очень легко найти средства для всемерного поддержания королевской власти, но я решил не делать ничего, чтобы мои соотечественники не выступили друг против друга в братоубийственной гражданской войне»⁶⁸.

На основе революционного комитета, состоявшего из членов различных буржуазных и социалистических партий и организаций, было образовано Временное правительство во главе с правым республиканцем Нисето Алькало Саморой. Первыми актами правительства стали амнистия и т. н. Юридический устав республики. Однако самые радикальные силы революции – коммунисты и анархисты – в правительство не вошли: первые потому, что на тот момент были слабо организованы, а вторые потому, что презирали парламентскую борьбу.

28 июня 1931 г. состоялись выборы в Учредительные кортесы республики, на которых социалисты одержали убедительную победу. В декабре 1931 г. была принята новая Конституция Испании. Был запрещен орден иезуитов, начались гонения на Церковь и священнослужителей. Жуткая волна антиклерикальных акций накрыла Испанию, военный министр Временного правительства Мануэль Асанья с гордостью заявлял: «Испания перестала быть католической»⁶⁹.

Курс, выбранный правительством, не мог удовлетворить самых горячих сторонников революционных идей, и в ряде населенных пунктов произошли кровопролитные столкновения между бунтарями и гражданской гвардией. Тем временем в Католонии состоялся плебисцит о статусе этой провинции. Подавляющее большинство каталонцев высказалось за самоуправление и автономию. Конституция Испании допускала федеральное устройство, и правительство признало результаты каталонского плебисцита. На базе муниципального правительства Барселоны было организовано правительство Каталонии, позже известное как женералитат. Вслед за Каталонией автономии потребовала Страна Басков.

Новый, 1932 г. не принес спокойствия в жизнь Испании. Правительство продолжало идти на уступки сепаратистам, антиклерикальная кампания продолжалась, количество политических убийств в стране перевалило за сотню. Армия, глубоко переживавшая развал страны и наступивший хаос, исподволь начала готовиться к восстанию. Военные планировали одновременное выступление в ряде испанских гарнизонов, надеясь, что затем к восстанию присоединятся армейские гарнизоны по всей стране. Номинальным главарем военных стал командующий корпусом карабинеров генерал Хосе Санхуро. Он был ветераном испано-американской и марокканской войн, за участие в последней даже получил прозвище «Рифский лев». Несмотря на большой военный опыт, Санхуро не смог правильно организовать выступление и удержать подготовку к восстанию втайне. 10 августа 1932 г. часть армейских гарнизонов в Мадриде и Севилье начала восстание. Вопреки ожиданиям заговорщиков не все армейские части поспешили присоединиться к восставшим, а реакция правительства была молниеносной и жесткой. Мятеж был быстро подавлен. Его лидер пытался бежать в Португалию, но на границе был схвачен и доставлен в Мадрид.

Провал восстания заставил правых задуматься об объединении. В октябре 1932 г. произошло слияние нескольких правых организаций в т. н. Испанскую конфедерацию автономных правых (CEDA). Лидером конфедерации стал Хосе Мария Хиль Роблес.

Следующий, 1933 г. начался с мятежа анархистов в провинции Кадис. Гражданская и штурмовая гвардии подавили выступление последователей Бакунина, но для уничтожения одного из очагов обороны анархистов в деревне Касас-Вьехас пришлось вызывать бомбардировщик⁷⁰. Часть пленных анархистов была расстреляна гвардейцами сразу после сдачи оружия.

На фоне консолидации правых сил раздоры в лагере левых все более усиливались. Этому способствовали кризис, поразивший республику, и ошибки правительства Асаньи, ставшего к тому времени премьером. Осознавая свои ошибки, он подал в отставку 12 сентября 1933 г., а его преемник удержался на этом посту менее месяца. 10 октября 1933 г. новым главой правительства стал известный испанский масон Мартинес Баррио. Он распустил кортесы и назначил новые выборы на ноябрь 1933 г. В ходе их правые организации одержали решительную победу, получив 216 мест в кортесах, однако, остались без портфелей в правительстве.

1934 г. стал годом насилия в республиканской Испании. По всей стране разгорелась уличная война между сторонниками правых и левыми. Каждая партия и политическая организация начала создавать и обучать полувоенные отряды милиции. Помимо анархистов своими боевиками обзавелись и правые, и левые. Трагизм ситуации усугублялся тем, что в ряды боевиков шла преимущественно молодежь.

Милиционеры-анархисты

В апреле 1934 г. в Мадриде социалисты сорвали демонстрацию правых в Эскориале. Затем, в начале сентября 1934 г., вооруженные активисты и боевики левых организаций разогнали санкционированное собрание молодежной организации Испанской конфедерации автономных правых. Напомним, что эти мероприятия левых экстремистов были направлены против партии, имеющей в кортесах большинство. Эскалация левого экстремизма заставила правых требовать наведения порядка в стране и включения представителей CEDA в состав правительства.

4 октября 1934 г. глава правительства Испании Алехандро Леррус ввел в состав своего правительства трех членов конфедерации. Они получили портфели министров земледелия, юстиции и труда, а левые – повод к выступлению. Вечером 4 октября боевики социалистов начали готовиться к восстанию, а профсоюз Испании – Всеобщий союз трудящихся – объявил о забастовке. Правительство знало о намерении левых превратить забастовку в восстание и распорядилось подавлять зачатки бунта в зародыше. Ожидаемое восстание социалистов вспыхнуло сразу в нескольких городах страны. В Мадриде восставшие были рассеяны первыми залпами войск. Воспользовавшись начавшимся хаосом, в Каталонии было объявлено о создании Каталонского государства в составе Федеративной испанской республики.

Но главные события восстания развернулись в Астурии. Здесь левым удалось договориться о тесном сотрудничестве. Движущей силой астурийского восстания стали шахтеры. Уже задолго до восстания ими были сделаны большие запасы оружия и взрывчатки, кроме того, в первые дни восстания был захвачен оружейный завод со всей продукцией. За три дня почти вся Астурия оказалась в руках мятежников. Было объявлено о создании социалистической республики и образовании Красной армии, в ряды которой было мобилизовано 30 000 рабочих⁷¹.

Генерал Ф. Франко

Правительство республики было напугано размахом астурийских событий, успех шахтеров мог спровоцировать новую волну левого экстремизма по всей стране. Военный министр лихорадочно искал способы подавления астурийского восстания. Руководить умиротворением Астурии было поручено молодому генералу Франсиско Франко, отличившемуся в годы марокканской войны. Количество правительственных войск в Астурии было явно недостаточным, и Франко предложил использовать части Африканской армии.

В Сеуте в срочном порядке были погружены на корабли и отправлены в Астурию следующие части из состава Африканской армии: 3 батальона Иностранного легиона, один батальон марокканских войск, два пехотных батальона и соединение горных стрелков⁷². Африканские части прибыли в Астурию только 10 октября 1934 г., но уже 18 октября восставшие запросили перемирия. Лавры усмирителя Астурии достались Франко. Правые увидели в нем фигуру, способную остановить произвол левых. Левые тем временем начали работать над координацией своих действий: в декабре 1934 г. был организован национальный комитет связи между социалистической и коммунистической партиями и профсоюзными организациями.

В феврале 1935 г. состоялся процесс над главарями октябрьского мятежа, решением трибунала они были приговорены к смертной казни, но позже правительство помиловало осужденных, и мера наказания была изменена на 30-летнее заключение. В ответ на это министры из движения Хиля Роблеса покинули правительство. Уход из правительства одной из влиятельнейших партий спровоцировал в стране очередной кризис, доказавший Леррусу, что с правыми необходимо считаться. В результате этого было образовано новое правительство, в состав которого вошло уже пять членов Конфедерации автономных правых, сам Роблес получил портфель военного министра, а известный нам генерал Франко стал главой испанского Генерального штаба⁷³.

В сентябре 1935 г. руководство армии при участии Франко и Роблеса организовало и провело масштабные военные учения в Астурии, на которых была отработана оборона Овьедо. Позднее один из профранкистских авторов анализируя эти учения, заявил, что они «представляли собой один из главных элементов подготовки национального восстания»⁷⁴.

В конце 1935 г. общественности стали известны подробности финансовых махинаций республиканских министров, что стало поводом для отставки премьер-министра Лерруса. Под давлением Роблеса и его конфедерации новый премьер Х. Чапаприэту был вынужден 9 декабря 1935 г. уйти в отставку. Уже 12 декабря 1935 г. было образовано Временное правительство во главе с Мануэлем Портелой.

4 января 1936 г. были распущены кортесы. Новые выборы были назначены на февраль 1936 г. Оставшийся до выборов период прошел в лихорадочной предвыборной агитации. Враждующие лагеря вышли на выборы двумя большими блоками. Правые, монархисты и аграрии образовали Национальный фронт, а социалисты, коммунисты и профсоюзы – т. н. Народный фронт.

16 февраля 1936 г. на выборах в кортесы с небольшим перевесом победил Народный фронт (разница в количестве голосов, поданных за оба фронта, составила 392 555 голосов)⁷⁵. Народный фронт получил 269 мест, партии центра – всего лишь 48 мест, а организации Национального фронта – 157 мест. После оглашения результатов сторонники Народного фронта повсеместно вышли на улицы, началась кровавая вакханалия. Роблес, Франко и Сотело неоднократно призывали правительство ввести чрезвычайное положение и взять ситуацию под контроль, но Народный фронт был ближе президенту и премьер-министру республики, чем его противники.

19 февраля 1936 г. Мануэль Асанья сформировал новое правительство, в состав которого вошли преимущественно левые республиканцы. Через два дня была объявлена амнистия, и тысячи боевиков-анархистов вышли из тюрем, пополнив многотысячную армию потенциальных революционеров. Начался новый виток в антирелигиозной кампании левых экстремистов. Армия получила приказ не препятствовать антирелигиозным акциям и поджогам церквей и монастырей⁷⁶. Кроме того, новым правительством на все руководящие посты в армии были выдвинуты прореспубликански настроенные генералы и офицеры. Франко был снят с поста начальника Генерального штаба и отправлен командовать войсками на Канарские острова.

Весной 1936 г. правительство Асаньи обрушилось на инакомыслящих: закрывались правые газеты, запрещались националистические организации. От правительства не отставали и анархисты, нападавшие на своих противников на улицах и взрывавшие церкви. В среде военных росло негодование, началась работа по организации заговора, ключевыми фигурами в котором стали генералы Мола и Санхуро (последний был помилован республиканцами и после освобождения проживал в Португалии, откуда и руководил подготовкой заговора).

На фоне уличных столкновений между правыми и республиканцами стала обостряться и парламентская борьба. Выступления депутатов в кортесах с каждым днем становились все более эмоциональными. 16 июня 1936 г. прения велись с особенным жаром. Лидер конфедерации Хиль Роблес, анализируя более чем четырехмесячное правление левых республиканцев, привел в своем выступлении следующее цифры: за это время в стране было дотла сожжено 160 церквей и монастырей, убито 269 активистов различных партий и организаций и еще 1287 ранено, разгромлено 69 партийных центров и 10 редакций газет, состоялась 401 забастовка⁷⁷.

Вслед за ним слово взял Кальво Сотело. В своем выступлении он пошел еще дальше и заявил: «Хаос в Испании – это результат демократической Конституции 1931 г. Исходя из нее невозможно построить крепкое жизнеспособное государство»⁷⁸. Таких слов республика простить ему не смогла…

В ночь на 13 июля 1936 г. Кальво Сотело был забран из дома офицерами-республиканцами и расстрелян якобы в отместку за убитого фалангистами офицера гражданской гвардии, повинного в убийстве одного из функционеров фаланги. Убийство депутата Сотело стало последним громким убийством в республике. До восстания оставались считанные часы…

Мятеж или восстание?

Слава африканской армии!

Испания превыше всего!

Генерал Франко. 18 июля 1936 г.

К июлю 1936 г. почти вся испанская армия была опутана паутиной антиреспубликанского заговора. Республиканский режим не смог завоевать много сторонников в армии, а антивоенные и антиклерикальные законы еще больше увеличивали число идейных противников республики. В недрах армии уже на рубеже 1932–1933 гг. оформилась разветвленная антиреспубликанская организация – Испанский военный союз (УМЕ). Организация объединяла в своих рядах штаб- и обер-офицеров сухопутной армии. Лидерами ее были подполковник Эмилио Родригес Тардучи и капитан Бартоломе Барба Эрнандес⁷⁹.

Опасаясь военного мятежа, республиканское правительство всячески перекраивало армию и урезало ее штатную численность. Однако для реформирования были и объективные причины. Отсутствие боевого опыта (Испания не участвовала в Первой мировой войне) негативно сказывалось на боеспособности войск, что особенно проявилось в годы войны в Марокко. Другим недостатком испанской армии являлось непомерно большое число генералов и офицеров. В момент провозглашения республики в рядах испанской сухопутной армии насчитывалось 105 000 человек, не считая чинов Африканской армии, из них генералами были 159 человек, 5938 человек – штаб-офицерами и 10 988 человек были обер-офицерами⁸⁰. Кроме того, еще 437 генералов и 407 штаб-офицеров находились в резерве. Республиканцы пытались снизить число генералов и офицеров в армии, но делали это крайне неумело. Были отменены звания генерал-лейтенантов и генерал-капитанов, с 16 до 8 уменьшено количество военных округов, закрыта Военная академия.

Генерал Э. Мола

Безусловными лидерами подготавливаемого восстания были генералы Санхуро и Эмилио Мола. Санхуро, находившийся в Португалии, организовывал и координировал деятельность инсургентов на западе и северо-западе Испании; Мола, бывший военным губернатором Памплоны, руководил на севере. В Марокко и на юге руководство было в руках генерала Франко. Общее руководство восстанием должен был осуществлять мятежник со стажем – генерал Санхуро, поэтому планировалось, что в первые дни мятежа он возвратится из Лиссабона в Испанию.

Многое еще не было определено и согласовано, но обстоятельства заставили правых торопиться. Убийство Кальво Сотело и последовавшее за ним закрытие 13 июля 1936 г. по приказу правительства штаб-квартир монархических организаций в Мадриде еще раз продемонстрировало подлинное лицо республики⁸¹.

Указанные события способствовали скорейшему назначению точной даты восстания. Из штаба генерала Молы по всей стране разошлись телеграммы, содержавшие следующие слова: «17‑го в 17. Директор». Таким образом, выступление было назначено на 17 часов 17 июля 1936 г. Начать мятеж должны были части Африканской армии, расположенные в Марокко. В ее ряды на тот момент входили: Испанский иностранный легион (6 батальонов, т. н. «бандер», около 600 человек каждый), регулярные марокканские войска (10 полубатальонов, т. н. «таборов», по три роты каждый), 7 испанских пехотных батальонов, 6 испанских кавалерийских эскадронов и 6 артиллерийских батарей⁸². Позже в состав Африканской армии вошли полицейские части Халифа Марокко, т. н. части Мехал-ла (6 таборов).

К 17 июля 1936 г. в сухопутной армии республики насчитывалось 135 888 человек, то есть за пять лет республиканского правления ее численность увеличилась более чем на 30 000 человек. В составе Африканской армии было 45 186 человек, в рядах ВВС республики – 4778 человек, в рядах ВМС – 19 407 человек. Кроме того, в рядах гражданской и штурмовой гвардий числилось 34 187 человек⁸³. После начала восстания, к 22 июля 1936 г. сложилось следующее соотношение сил: Африканская армия поддержала восставших полностью; из сухопутной армии 62 275 военнослужащих заняли сторону инсургентов, а 55 225 – республики; из авиации 2200 человек поддержали восставших, а остальные – республику; 7000 моряков приняли сторону мятежников, а остальные – правительства⁸⁴.

Как уже говорилось выше, восстание началось в Марокко 17 июля 1936 г. В Мелилье части Испанского иностранного легиона выступили даже ранее назначенного часа из-за предательства одного из фалангистов. Затем началось восстание легиона в городах Сеута и Тетуан.

Испанский иностранный легион был создан стараниями ветерана марокканских войн подполковника Хосе Мильяна Астрая. Прототипом этого подразделения был знаменитый Французский иностранный легион. 4 сентября 1920 г. Астрай получил разрешение Альфонса XIII на формирование иностранного полка (терсио экстраньерос). Однако создатель подразделения, да и сами солдаты называли свою часть просто Легион. Главным отличием Испанского легиона от французского аналога было строго оговоренное число испанцев в его рядах – не менее 90 %, в то время как во Французском иностранном легионе % иностранцев не регулировался⁸⁵. В начале восстания «Иллюстрированная Россия» указывала, что в нем (легионе) «имеется незначительное количество белых русских и немцев»⁸⁶.

Именно в рядах иностранного легиона прошло становление многих лидеров восстания. Так Франсиско Франко добился известности, командуя частями легиона. В начале восстания, да и на протяжении всей войны легион являлся самой боеспособной частью армии националистов. К середине 1938 г. в составе легиона было образовано еще 9 новых бандер, а также танковая бандера, группа легких танков и противотанковая рота. С момента образования легиона в его составе служили и иностранцы, не являвшиеся подданными короля Испании.

В рядах легиона служили представители почти всех европейских стран. Были в его составе и русские белоэмигранты. Один из них – генерал-майор Николай Всеволодович Шинкаренко вспоминал: «В воспоминаниях моих о Легионе, где я пробыл больше года, есть разное, – как это и бывает почти всегда в жизни людской. И среди этого разного первое впечатление занимает отчетливейшее впечатление того, что Легион был классной воинской частью, и того, что и среди офицеров Легиона, и среди простых легионеров, очень многие вели себя в бою с самой отличной храбростью»⁸⁷.

К восставшей армии поспешили присоединиться испанские фашисты. Первая фашистская партия была организована в Испании в феврале 1931 г. почтовым служащим Рамиро Ледесмой Рамосом. Он назвал свою партию Хунтой национал-синдикалистского наступления (ХОНС). Следующая правая испанская партия – Кастильская хунта Испанского действия (ХКАХ) – была организована спустя четыре месяца Онесимо Редондо Ортегой в Вальядолиде. В октябре 1931 г. была образована самая значимая фашистская организация Испании – Испанская фаланга (ФЕ). Она была образована Хосе Антонио Примо де Риверой, сыном бывшего испанского диктатора генерала Мигеля Примо де Риверы.

Список иностранных добровольцев в составе Испанского иностранного легиона. Среди добровольцев указан Николай Барк

Лидер фаланги был харизматической личностью и прекрасным оратором. В феврале 1934 г. ему удалось добиться слияния всех трех организаций в единую Испанскую фалангу хунты национал-синдикалистского наступления (ФЕ ХОНС)⁸⁸. Видя всю бесперспективность парламентской борьбы за власть руководство фаланги начало организовывать военизированную партийную милицию.

Существенную поддержку восставшим оказали и ранее упоминаемые нами карлисты, объединенные в т. н. Традиционалистскую общину (КТ). В начале 1930-х гг. ими были созданы военизированные отряды – красные береты (бойнас ройяс) или рекете (милиция). В апреле 1934 г. был образован Национальный фронт красных беретов. Филиалы карлистских организаций имелись во всей Испании, но особенно сильны они были в Наварре и Алаве. В апреле 1935 г. в состав Традиционалистской общины входило более 700 местных хунт и делегаций, 350 кружков, 250 юношеских секций, 300 женских группы и 80 местных секций рекете⁸⁹.

С момента создания рекете готовились к вооруженному восстанию против республики. Еженедельно, в воскресенье, ими проводились различные марши, стрельбы и строевые занятия. Основным местом проведения этих мероприятий была карлистская Наварра – область Испании, где позиции левых были крайне слабы. Инструкторами рекете были монархически настроенные офицеры испанской армии. Один из них – полковник Варела, ранее осужденный за антиреспубликанскую деятельность и выпущенный из тюрьмы по амнистии в 1934 г., – провел комплексную реорганизацию рекете. После нее низшим звеном в рекете стал патруль (4–6 человек с капралом), три патруля объединялись в группу (около 20 человек), три группы образовывали пикет (около 70 человек), три пикета – роту (около 250 человек, также называлась рекете), три роты сводились в терсио (около 700–800 человек). Лидеры карлистов также договорились с функционерами итальянской фашистской партии о военном обучении 120 лидеров рекете в Италии и Ливии⁹⁰. К началу 1936 г. в рядах рекете насчитывалось около 30 000 человек, из них 10 000 прошли начальное военное обучение и были вооружены, а остальные были резервом.

Стоит сказать, что белоэмигранты очень высоко оценивали части Иностранного легиона, карлистов и фалангистов. В одной из статей даже разбирался социальный состав правых ополчений: «В составе его милиций РЕКЕТЕ и ФАЛАНГИ большинство состоит из крестьян, мелких собственников, мелких торговцев…»⁹¹.

Ранним утром 18 июля вся территория испанского Марокко была в руках восставших. Генерал Франко принял командование Африканской армией и выпустил манифест, который спустя несколько часов был передан в эфир всеми радиостанциями Марокко и Канарских островов. Еще несколькими часами позже о восстании в Марокко сообщило мадридское радио. Тем временем оно стало распространяться по всей Испании.

Успех восставшим сопутствовал в Севилье, Галисии, Кадисе, Кордове, Сарагосе, Овьедо. В Барселоне и Мадриде мятежные войска были разбиты. Сепаратистские правительства Каталонии и Страны Басков поддержали власти республики. Но это не помогло правительству республики – оно не выдержало удара и ушло в отставку. 19 июля 1936 г. новый премьер-министр Испании Хосе Хираль распорядился выдать оружие так называемой народной милиции – боевикам социалистических организаций. Кроме того, в ночь на 19 июля Хираль обратился за помощью к своему французскому коллеге – премьер-министру Франции Леону Блюму. В своей телеграмме он просил французов «помочь нам оружием и самолетами»⁹². Чуть позже, с аналогичной просьбой к властям Германии и Италии обратились и восставшие, 19 июля посланец Франко Луис Болин отправился в Рим, а 24 июля в Берлин прибыл капитан Франсиско Арранс. Таким образом, уже в первые дни восстания противники попытались вовлечь в конфликт иностранные государства.

Пока главы иностранных государств раздумывали об участии своих подданных в испанском конфликте, братоубийственная война распространялась по всей Испании. В местах, где восставшим войскам сопутствовал успех, к ним немедленно присоединялись активисты фаланги и карлисты, создававшие свои отряды по территориальному признаку. Там, где восстание было подавлено, поспешно начиналось формирование народной милиции из членов социалистических партий и профсоюзов. Вскоре в рядах республиканцев оказались и иностранные добровольцы. Первыми иностранцами, вступившими в республиканскую армию, стали спортсмены-рабочие, прибывшие на Рабочую Олимпиаду в Барселону. Из-за мятежа Олимпиада не состоялась, но ряд спортсменов-социалистов организовал 8 иностранных подразделений в составе республиканской народной милиции⁹³.

Добившись стратегического успеха на территории Марокко, Франко задумался о переброске Африканской армии на материк, где ситуация начала принимать для восставших нежелательный оборот. Они не могли переправить свои войска на материковую часть страны с помощью транспортных кораблей, так как основная часть личного состава ВМФ Испании осталась верна республике. Тогда Франко пришла мысль использовать транспортные самолеты. На тот момент в его распоряжении было лишь три старых самолета «Фоккер VII». По приказу генерала самолеты делали ежедневно по три рейса в Севилью, беря на борт около 20 человек. С такими темпами восставшие долго бы не продержались…

25 июля 1936 г. на республиканской территории приземлилось 55 самолетов, отправленных властями Французской республики по просьбе Хираля, спустя три дня в Марокко прибыли первые из немецких транспортных самолетов, а 30 июля там же появились и итальянские бомбардировщики. Так началось иностранное вмешательство в гражданскую войну в Испании. Позже и Советский Союз начал активно поставлять военную технику республике.

Получив немецкие транспортные самолеты, Франко распорядился организовать воздушный мост с Севильей и начать широкомасштабную переброску своих войск на материк. Первыми были отправлены части Иностранного легиона и марокканские войска. В июле-августе из Марокко было перевезено по воздуху 10 500 человек, в сентябре – еще 9700 человек⁹⁴. Таким образом, умело воспользовавшись плацдармом Кадис – Севилья и полученными от Италии и Германии самолетами, Франко смог в короткие сроки сосредоточить Африканскую армию на материке. Гораздо большую территорию к концу июля смогла занять так называемая Северная армия во главе с главным конкурентом Франко – генералом Эмилио Молой. Накопив силы, восставшие начали наступление. Армия Франко наступала к северу от Севильи, а армия Молы – в провинции Гипускоа Страны Басков. Борясь против басков в рядах Северной армии, один из русских эмигрантов сделал любопытные выводы: «Баски – это наши самостийники… Тут, как и у нас, Великая и Неделимая, и так же, как и у нас, имеются самостийники, готовые бороться даже рядом с красными»⁹⁵.

10 августа 1936 г. колонна полковника Ягуэ из Африканской армии захватила городок Мериду и установила контакт с Северной армией. Теперь можно было начинать наступление на столицу республики – Мадрид. Этот этап противоборства получил название маневренной войны, обе стороны применяли тактику мобильных колонн для перехвата инициативы у противника. В целом операции восставших которыми командовали профессиональные офицеры были более успешны. К середине августа 1936 г. восставшие подошли к Мадриду, а в начале сентября 1936 г. взяли стратегически важный город Ирун в Стране Басков.

В начале августа 1936 г. под давлением Великобритании Франция была вынуждена свернуть операцию по поставке вооружения в Испанию и закрыть границу. Кроме того, французы были вынуждены поддержать британское предложение о создании Комитета по невмешательству в испанскую войну. Позже к ним присоединилось еще 27 европейских государств.

2 октября 1936 г. на совещании генералитета Франко был избран вождем восставших, которых теперь стали называть франкистами. Тем временем количество иностранцев, вовлеченных в испанскую Гражданскую войну, продолжало неуклонно расти. Немецкие военнослужащие, направленные в Испанию, были объединены в т. н. «Легион Кондор», а итальянцы, прибывшие на помощь Франко, организованы в Корпус добровольческих войск. Помимо отправки военнослужащих Германия и Италия направляли восставшим большое количество военных грузов. Не остался в стороне от испанской войны и Советский Союз, в свою очередь направивший республиканскому правительству значительные партии вооружения и военной техники. Кроме того, в Испанию было отправлено около 4000 советских военных советников и инструкторов⁹⁶. По решению Исполнительного комитета Коминтерна стали формироваться добровольческие интернациональные бригады, создание первой из них – XI было окончено к октябрю 1936 г. Своевременное использование XI интербригады помогло осенью 1936 г. отразить наступление франкистов на Мадрид. После чего этап маневренной войны окончился и она приняла затяжной характер.

Бойцы интербригады

Комитет по невмешательству старался ограничить иностранное участие в испанской войне. После лондонских совещаний 16 февраля 1937 г. он принял решение о запрете отправки добровольцев в Испанию с 20 февраля 1937 г. и об установлении международного контроля за исполнением решений с 6 марта 1937 г. Все страны-члены комитета голосовали за. Лишь представитель Португалии проголосовал за запрет отправки добровольцев, но воздержался по вопросу о контроле⁹⁷.

В начале февраля 1937 г. войска армии Юга под командованием генерала Кейпо де Льяно и 9 батальонов итальянского корпуса овладели городом Малагой на юге страны. В то же время франкисты начали широкомасштабное наступление на реке Харама к югу от Мадрида. На восточном берегу Харамы им удалось достичь тактического успеха и захватить плацдарм, но после серии контратак республиканцы отбросили противника в исходное положение. В марте 1937 г. франкисты развернули наступление на Мадрид с северо-востока. Несмотря на наметившиеся противоречия между Франко и итальянцами, роль тарана в этом наступлении должен был играть итальянский Корпус добровольческих войск. Помимо испанских и итальянских войск в нем приняла участие и бригада генерала О’Даффи, сформированная из ирландских добровольцев. Итальянская дивизия «Черное пламя» прорвала фронт двух республиканских дивизий, но через несколько часов погода резко ухудшилась, начался ливень, дороги были размыты, продвижение итальянцев было остановлено. Перебросив резервы и вовремя воспользовавшись улучшением погоды, республиканцы смогли разгромить автоколонны итальянцев на марше в районе Гвадалахары.

После поражения итальянцев при Гвадалахаре франкисты перенесли основные усилия на север страны. 31 марта 1937 г. Северная армия генерала Молы начала штурм Бильбао, борьба за который продлилась до 19 июня 1937 г.⁹⁸ Летом-осенью 1937 г. республиканское командование попыталось перехватить инициативу у противника. В начале июля два армейских корпуса республиканцев перешли в наступление у Брунете, достигнув локальных успехов и окружив город, они понесли тяжелые потери, ряд батальонов из состава интербригад был почти уничтожен. Позже республиканцы попытались перейти в наступление у Сарагоссы, но и эта операция не стала их триумфом. Франкисты и итальянцы тем временем продолжали покорение Страны Басков, вскоре был взят Сантадер. 22 октября 1937 г. пал последний оплот республиканцев на севере – город Хихон.

Несмотря на неблагоприятное положение на фронтах, республиканцы продолжали подготавливать различные контрнаступательные операции. 15 декабря 1937 г. под завесой снежной пурги они начали наступление на город Теруэль. Не желая выдавать своих намерений, республиканцы отказались от артиллерийской подготовки. К вечеру 11-я республиканская дивизия прорвала позиции националистов и окружила Теруэль. В городе было окружено около 4000 франкистов, но их сопротивление было окончательно сломлено лишь 8 января 1938 г. Через 9 дней теперь уже франкисты начали контрнаступление у Теруэля. Однако отбить город им удалось лишь в конце февраля. В ходе этой операции франкисты пленили 14 500 человек, кроме того, в самом городе было обнаружено 10 000 тел погибших республиканцев⁹⁹.

Весной 1938 г. франкисты начали широкомасштабное наступление в Арагоне. Вскоре они достигли рек Эбро и Гвадалупе. 15 апреля 1938 г. положение республиканской армии сильно пошатнулось. В этот день Наваррская дивизия, сформированная из частей рекете, вышла на побережье Средиземного моря у городка Винарис, разрезав надвое территорию республиканцев. Из оставшихся в Каталонии войск республиканцами была образована Восточная армия. Летом 1938 г. республиканский генеральный штаб подготовил новое наступление, имевшее своей целью воссоединение Каталонии с остальной территорией. 25 июля 1938 г. части республиканской армии «Эбро», входившей в состав Восточной армии, начали форсирование реки Эбро. Наступление стало сюрпризом для франкистов, и потому республиканцы, имевшие правда большой перевес в живой силе и артиллерии, с легкостью захватили плацдарм на правом берегу реки шириной 40 км по фронту и 20 км в глубину. Наступающие части дошли до Гандесы, и лишь 2 августа их продвижение было полностью остановлено. Открыв шлюзы водохранилища Камарасы, националисты смогли разрушить понтонные переправы республиканцев через Эбро, что крайне осложнило снабжение их армии. Сражение на Эбро стало последней крупной операцией республиканцев, в которой приняли участие интербригады. 21 августа 1938 г. под давлением Комитета по невмешательству республиканское правительство объявило о выводе интербригад из Испании¹⁰⁰.

Тем временем франкисты, оправившись от шока, начали штурмовать республиканский плацдарм на Эбро. В августе-октябре 1938 г. франкисты 6 раз переходили в наступление и пытались сбросить республиканцев в Эбро, обе стороны в этих боях понесли тяжелые потери. 30 октября франкисты начали 7-е наступление, на этот раз удача сопутствовала им. Шаг за шагом они выдавливали республиканцев с правого берега реки. 18 ноября 1938 г. республиканцы были вынуждены оставить правый берег, потеряв при этом 20 000 пленными, еще около 30 000 погибло в боях¹⁰¹.

Близился к концу 1938 г. С каждым днем положение республики становилось все более шатким. Усилились внутренние противоречия в лагере республиканцев, различные фракции обвиняли друг друга во всех бедах республики. Вывод интербригад сильно подорвал боеспособность и мощь республиканской армии. 23 декабря началось новое наступление франкистов в Каталонии. 14 января 1939 г. они захватили Таррагону, 26 января – столицу Каталонии Барселону, 5 февраля их войска вошли в Герону¹⁰². Около 250 000 республиканских солдат и офицеров было вынуждено уйти во Францию вслед за беженцами и ранеными. 21 февраля в покоренной Барселоне состоялся парад армии националистов, после чего началась переброска ее частей на мадридское направление.

27 февраля 1939 г. правительство Франко было официально признано Великобританией и Францией, правительство республики осталось почти в одиночестве. В начале марта 1939 г. военные республиканцы во главе с командующим армией Мадрида полковником Касадо подняли антикоммунистический мятеж, к которому присоединились и анархисты. Мятежники требовали немедленного заключения мира с националистами. В столице начались междоусобные бои, это была агония республики. Мятежники, образовавшие Хунту национальной обороны, разгромили коммунистов и вступили в переговоры со штабом Франко. Единственным условием франкистов была безоговорочная капитуляция. Хунте не оставалось ничего другого, как подписать капитуляцию. К 30 марта 1939 г. вся Испания перешла в руки франкистов.

Такова краткая история Гражданской войны в Испании. Теперь нам предстоит узнать об участии в ней русских эмигрантов.