Kitobni o'qish: «Феномен ментализма: гипноз и абсурды сознания»

Вступление

Если вы рассчитываете, что по прочтении этой книги случится чудо и удача станет вашей спутницей без всяких усилий, хочу вас разочаровать: я не продавец чудес. Больше того – я в них… не верю.

Я расскажу вам, почему удача, будь то бизнес или любовь, не приходит к тем, кто плывет по течению. Да, случаются ситуации, когда люди не знают, как справиться с проблемами и им хочется, чтобы все решилось простым «экстрасенсорным» способом. Но я не тот, кто будет подкреплять в вас чувство беспомощности. У меня нет «быстродействующих рецептов» легкого счастья. Зато я знаю, что любая растерянность перед сложными обстоятельствами – приобретенное, а не врожденное качество. А значит, бессилие всегда можно обратить в силу.

Жизнь не ставит перед нами неподъемных задач. И каждый человек может сотворить свое «чудо» сам… Если только у него нет блоков на подсознательном уровне.

Большинство заболеваний носят психосоматический характер в том числе. Негативные подсознательные программы передаются по наследству. Фобии не проходят наподобие гематом. А взывать к голосу разума человека с угнетенным подсознанием так же бессмысленно, как водить его по психотерапевтам и экстрасенсам.

Я объясню вам, почему нельзя усилием воли избавиться от токсичных мыслей и повторяющихся негативных ситуаций, приведу примеры из своей практики с детальным анализом фобий, из-за которых эти ситуации возникли. Читатель научится сам искать корень своих проблем. Я расскажу, как убрать страх раз и навсегда, изложу механизмы «чистки» подсознания.

А главное – я поделюсь с вами своим опытом менталиста.

Кто такой менталист? Люди, посетившие мои шоу, скажут: экстрасенс. Ведь он угадывает и внушает мысли, перемножает в уме шестизначные цифры, владеет гипнозом, демонстрирует трюки, которые иначе как магией не назовешь.

Но никакого отношения к чудесам непонятной природы ментализм, естественно, не имеет. Это наука, с помощью которой ваше тело, зрение, слух, обоняние и ум становится сверхточным безотказным инструментом. Скажу по секрету, в науке ментализма не существует ни школ, ни учителей. Чтобы овладеть ею, нужно пройти большой самостоятельный путь.

У меня на этом пути не было надежных проводников. Но если вы намерены изменить свою судьбу, эта книга станет вашим первым шагом к пониманию главного закона жизни: невозможного нет.

Надеюсь, мой пример будет для вас и поддержкой, и мотивацией. Ведь недаром зрители считают меня почти магом. А между тем я – обычный человек, как и вы. С той лишь разницей, что мне удалось развить в себе навыки и умения, которые кажутся чудом.

Глава I
Внушение

О сознании

Что такое – сознание? Точная наука с ответом затрудняется, вопрос считается философским. Почему? Может, потому что наука неизбежно встает перед выводом: сознание – это не только духовная субстанция. Это еще и материальная сила.

Простой пример: пчелы. Безусловно, с точки зрения пчел, каждая из них – отдельная личность с индивидуальным сознанием. Но если взглянуть свысока – глазами человека? Пчелы кажутся частью пчелиного улья, ведь все они выполняют команды коллективного разума.

Люди, как и пчелы, впрочем, как и слоны или другие представители фауны, обладают обоими видами сознания. Да, все мы – индивидуальны, живем отдельной друг от друга жизнью. И все же – все мы находимся в подчинении коллективного сознания, выполняем его команды, не отдавая себе в этом отчета.

Но что такое индивидуальное сознание, наше «Я»? Тонкая надстройка личного опыта. А что под ним? Под ним – подвалы и провалы бессознательного, тайники всего родового опыта, все страхи предков и наши собственные страхи. Из этих провалов к нам приходят сны, которые кажутся вещими. Но большинство вряд ли задумывается над природой этих снов. Почему стоит подвергать анализу свои сновидения, мы поговорим отдельно.

А теперь посмотрим на коллективное сознание – планетарное «Я». Земля – подобие того же муравейника. Все наши маленькие задачи – лишь отработка общей цели одного гигантского социума. Какая это цель, догадаться не трудно: продолжение жизни. Все сплетено воедино, живет как единый живой организм, и даже войны – лишь болезни этого организма разной степени тяжести.

Но если коллективное сознательное представить еще как-то можно, то охватить разумом коллективное бессознательное почти нереально. Это необъятное как космос, древнее, уж точно старше Адама и Евы, хранилище всего и вся. У этого хранилища есть свое название: нуминозный, то есть «божественный» опыт человечества.

Недаром говорят: то, что мы можем представить – существует. Ведь человеческое «Я» находится в единстве со всей Вселенной. Мы можем представить форму жизни или явление, к которым никогда не имели ни малейшего отношения – и их бытие будет доказано: таких примеров множество.

А еще нас порой озаряют видения – мы будто мгновенно сканируем личность других людей, проникаем в их «голову», понимаем их мысли, настроения, намерения. Многие испытывают эти состояния прови́дения, но, опять же, редко кто размышляет об их природе.

А стоило бы задуматься. Ведь каждый из нас находится во власти внушения, продиктованного коллективным бессознательным.

Вся наша жизнь окружена внушением. Все наши поступки и все ситуации, в которых мы находимся, словом, – все наше сознание подчинено гигантской силе коллективного бессознательного. Это данность, от нее не уйти. Да и что было бы с человеком, у которого стерт «божественный» опыт? С человеком, лишенным всех неявных связей с миром? Может ли клон иметь нуминозные/божественные переживания?

Впрочем, наш разговор не о клонах.

Коллективное бессознательное подчиняет нас на каждом шагу, но мы не замечаем этого, не подозреваем, чем продиктованы те или иные наши поступки. Мы слишком малы перед грандиозностью коллективного бессознательного.

Зато мы можем пронаблюдать, как влияет на нас коллективное сознательное. Как? Очень просто!

Нам внушают, как питаться, одеваться, что любить и что ненавидеть, чему поклоняться, какие гаджеты использовать – и так далее. Коллективное сознательное – это бесперебойные потоки общедоступной информации, а информация – та же пища. Эти потоки внедряются в наш мозг ежеминутно, и им нет числа. Они нацелены на то, чтобы мы, в конечном счете, приняли чужие мысли и идеи за свои. И нам действительно кажется, что мы мыслим независимо или делаем тот или иной выбор самостоятельно.

Но порой жизнь подкидывает эпизоды, которые, казалось бы, вообще не поддаются анализу. Вот эти-то эпизоды и привлекли мое внимание, когда я был еще подростком. Я стал разбираться: почему произошло то или иное событие, что я при этом делал и как реагировал, каковы предшествующие причины, как повлияли окружающие меня знакомые и незнакомые люди на эти причины и так далее.

У меня очень хорошая память, в большей степени аудиальная, то есть слуховая. Подозреваю, что ее развитие не обошлось без влияния мамы – актрисы, ведь заучивание ролей – часть ее профессии, у всех актеров слуховая память развита лучше.

В раннем детстве мама постепенно приобрела для меня настоящую коллекцию пластинок с записями сказок в исполнении лучших советских актеров с прекрасным музыкальным сопровождением. Я не уставал их слушать, одну за другой, одну за другой. Спустя какое-то время я повторял эти сказки слово в слово (сейчас-то я понимаю, как важно родителям учить с детьми стихи, тренируя их память).

Потом пришло время телевизора. Бесконечные бразильские сериалы стали фоном всей жизни, куда ни зайдешь – отовсюду неслись «мыльные» реплики. Знаете, после какого сериала в Советском Союзе дачи стали называть «фазендами»? Правильно: после «Рабыни Изауры». Я до сих пор помню все имена создателей и персонажей «мыльных мелодрам» той поры. Серьезно – разбудите меня ночью, и я произнесу их списком или по отдельности. А еще – все рекламные слоганы конца восьмидесятых, они прочно засели в моей голове. И множество другой информации, нужной и не нужной…

Надо ли говорить, что учеба не представляла для меня сложности? Я все запоминал моментально.

Не скажу, что какой-либо вид памяти особенно важен в работе менталиста. Если только речь не идет о методах дедукции и колдридинга, то есть так называемого «холодного чтения», когда первая информация считывается с внешнего облика человека. Холодное чтение всегда используется любым менталистом, гипнологом, гадалкой и даже хорошим уголовным следователем.

О тренировке памяти мы поговорим чуть позже. А пока скажу лишь, что постепенно я развил в себе склонность анализировать, а значит и запоминать все события своей жизни. Зачем мне это нужно? Представьте аккуратную картотеку, в которой архивист по щелчку клиента моментально находит самую нужную и максимально полную информацию. Так вот, я – такой архивист в бесконечной картотеке своей памяти.

Я могу с легкостью мысленно вернуться в любой день из своего прошлого, отследить всю цепочку взаимосвязей с предыдущими и последующими эпизодами и таким образом понять закономерность сегодняшних событий. И разумеется, это дает мне возможность прогнозировать будущее. Острая и точная память – гарантия того, что человек совершит меньше ошибок и сможет прожить полнокровную, яркую, осознанную жизнь. Помните об этом…

Природа берет свое. Я понимал: во мне есть определенная предрасположенность. И я уверен, психолог из меня получился лучше, чем если бы я выбрал, скажем, работу резчика по металлу.

И однажды, пытаясь сложить пазлы из разрозненных фраз, намеков, жестов и фактов в единую картину, я понял, что существует определенная система, управляющая миром. На том этапе жизни я определил эту систему как перенесение уже пережитого опыта в существующий момент.

Меня так увлекло мое «открытие», что я начал проверять его на других. При этом я использовал приемы невербального внушения, то есть интонации, жесты, взгляды, паузы, тембр голоса и так далее. Мои эксперименты только укрепили меня: да, система есть, и она работает безотказно!

Мы действительно можем предугадать события, передать другому человеку свою мысль, заставить совершить какое-то действие, внушить линию поведения. Это не гипноз. Но это намного круче гипноза!

Правда, до конца осознать свой вывод я смог, лишь изучив гипноз.

О гипнозе

О гипнозе пишут, снимают фильмы, рассказывают мифы и небылицы, приписывают ему фантастические свойства.

И правильно делают! Гипноз как явление того стоит. Мы знаем о гипнозе лишь малую часть, это можно сравнить с вершиной айсберга. Остальное скрыто в потемках бессознательного.

Начнем с того, что гипноз не является изобретением человечества, гипнозом обладают и многие животные. Но не нужно путать гипнотическое состояние с катаплексией, когда из-за сильного испуга животные становятся неподвижными и не реагируют на раздражители. То же состояния оцепенения из-за страха испытывают люди.

Гипноз – это состояние высокой степени фокусировки внимания, когда гипнотизируемый способен сосредоточиться лишь на одной мысли или ощущении.Причем есть разница между классическим, эстрадным и уличным, или криминальным, гипнозом.

Классический гипноз помогает выудить из глубин подсознания нужное прочно забытое воспоминание. Проделав определенную работу с этим воспоминанием, гипнотизируемый может пересилить свои страхи.

Эстрадный гипноз – это метод отсеивания наиболее гипнабельных личностей из большой аудитории. Чем больше зал – тем больше вероятность того, что там попадутся гипнабельные люди.

Криминальный гипноз опасен не только тем, что вы можете очнуться с опустошенным кошельком и не будете помнить, почему он пуст: с помощью запрещенных техник можно «вырвать» из памяти важные события или даже полностью обезличить человека.

Но можно ли загипнотизировать любого? Не факт.

Есть такой термин:гипнабельность. Это некий параметр мозговой деятельности. Есть люди, которые постоянно контролируют свой мыслительный процесс. Им нужно постоянно о чем-то думать, они не могут «отпускать» свои мысли. А есть люди, которые – раз, задумаются и витают в облаках. То есть умение отключить поток мыслей – это один из показателей возможности войти в гипнотическое состояние.

Дети и подростки гипнотическому влиянию поддаются легче. Люди с проблемной психикой и психотравмами – гипнабельны в большей степени, чем остальные. Те, кто быстро засыпают – могут так же быстро отключить поток мыслей, поэтому в данном случае тоже есть вероятность, что они хорошо поддаются гипнозу. И не факт, что женщины гипнабельнее мужчин, хотя такой миф существует.

Если рассуждать обобщенно, гипнабельный человек должен иметь способность концентрировать внимание, уметь уступать лидерство и быть эмоционально открытым. Остальные свойства личности не столь уж важны, так же как не важно, имеет ли человек диплом о высшем образовании, какая у него физическая конституция, европеец он или азиат. Но все, конечно, относительно. Оценка гипнабельности чаще всего носит лишь возможный характер.

Итак, прежде всего гипнолог определяет гипнабельность человека. Даже если она низка, всегда можно прибегнуть к определенным наработкам, чтобы углубить состояние гипнабельности вплоть до сомнамбулизма.

Существуют техники принудительного введения в состояние гипноза. Если речь идет о так называемых шоковых методиках, то тут с помощью различных эффектов, в том числе эффекта неожиданности, используется резкий звук – удар, свет, чтобы погрузить человека в нужное состояние, а потом дать ему команду.

Особый метод – этоперегруз модальностей. Такой метод используется на улице, когда у человека одновременно перегружаются все его типы восприятия с последующим наведением транса.

Шоковые методики можно использовать в работе, но лишь в случае, когда не эффективны другие формы наведения транса. Шоковый метод помогает не всем, он воспринимается иначе, ведь в ход идет резкость, грубость. Я бы советовал применять его лишь тогда, когда не получается ввести человека в требуемое гипнотическое состояние.

«Табу» в использовании запретных техник каждый гипнотизер устанавливает для себя сам. Я знаком со всеми видами гипноза, но для меня шоковые приемы неприемлемы по соображениям морали. Исключение составляют безобидные демонстрационные моменты и работа на телевидении.

Существует так называемая теория 10 000 часов. Совершенно в любой отрасли знаний человек может достичь наивысшего результата, если он потратит 10 000 часов на свое обучение и занятия в определенной сфере. То есть, спустя 10 000 часов мы будем иметь профессионала высшего уровня. Соответственно, если на обучение ушло вдвое меньше времени, то на выходе будет хороший мастер своего дела, специалист. Еще меньше – и мы получим мастера более низкой квалификации. Но 10 000 часов – это золотое правило подлинного эксперта.

И все же гипноз в ряду всевозможных навыков и талантов составляет, пожалуй, единственное исключение. Бывает так, что дар гипноза дается от рождения. Мама рассказывала мне историю, которую слышала от своего деда: в его селе жили два брата, умеющие создавать массовые визуальные галлюцинации. Например: идут девки по селу, а братья-гипнотизеры кричат: ливень пошел! Девки быстро подхватывают юбки и бегом по домам, как будто бы и вправду небеса разродились ливнем. Или другой пример: заскочат братья к кому-нибудь в дом, и орут: волки! В доме – переполох, мужики хватаются за рогатины, бабы визжат…

Ни в коем случае не хочу как-то задеть чувства верующих, но есть версия, что Иисус был гипнотерапевтом. Не берусь ни утверждать, ни опровергать. Но если размышлять в духе рационалистического отрицания чудес, многое может служить на пользу этой версии. С точки зрения гипнолога объяснимы и пир из пяти хлебов, и вино из воды, и хождение по воде, и даже явления Иисуса после Воскресения – ведь соратники Христа могли быть подвергнуты гипнотическим внушениям заранее.

Индийские факиры умели проходить сквозь огонь, изменять свою внешность, летать, оживлять камни… Конечно, и эти трюки – лишь массовый гипноз.

В чем главный секрет успешного гипнолога?В несокрушимой уверенности в себе и в сокрушающем любые преграды таланте внушения. Значит, первое, что должен воспитывать в себе будущий гипнолог: сила воли или, если брать шире – характер.

Когда я учился владеть собой, а это – важнейшая способность для менталиста, приходилось идти на разные эксперименты, которые для меня могли заканчиваться далеко не безобидно. Например, я подбегал к прохожим на улице и пытался проверить на них эффект внушения. Получалось не всегда.

Конфликтные ситуации у гипнологов, работающих на публику, случаются чаще, чем хотелось бы. В моей практике один только проект «Звезды под гипнозом» чего стоит. Люди, сталкиваясь с гипнологом, чаще всего начинают бравировать: давай-давай, все равно я ни во что «такое» не верю! Такая реакция – типичная. Как и обратная реакция – изумления после сеанса. К этому просто нужно привыкнуть. Впрочем, свои положительные и негативные стороны есть в любой профессии.

Собственные эмоции для гипнолога вторичны. Как ты к человеку относишься, значения не имеет. Но ты видишь человека насквозь. Ты должен сделать свое дело. И ты его делаешь.

Умение располагать к себе, вызывать доверие – второй обязательный навык гипнолога и менталиста. И снова выдам секрет: в вопросах доверия «не проходит» никакая фальшь, никакие психологические «подстройки» не смогут расположить человека, если гипнолог не обладает внутренней убежденностью. Не поможет и артистизм.

Кстати, думаю, у меня нет предрасположенности к актерскому мастерству. Мой образ «мрачного Воланда» придуман стилистами российского Первого канала, причем особенно перевоплощаться мне не пришлось – накинули плащ на плечи, и возникла «органика». Но это – всего лишь отработанная на внешних приемах техника. Ведь мне очень хорошо известно, как должен выглядеть человек, в котором нельзя сомневаться, я наблюдателен, многое из подмеченного использую в работе. Но в обычной жизни вне сцены я – абсолютно другой. И короля Лира не смог бы сыграть, это точно.

Я учился гипнозу где только можно: на курсах, у различных гипнологов, в России и за рубежом. И должен признаться, меня постигло большое разочарование. Дело в том, что большинство инструкторов, что у нас, что за границей, дают одну и ту же информацию, едва превышающую пределы популярной литературы. Есть такая шутка: кто умеет – делает, кто не умеет – учит других, а кто не умеет и этого – учит учителей. Но в каждой шутке – лишь доля шутки, как все мы хорошо знаем.

Итак, из своих попыток перенять чужой опыт я не извлек никакой пользы: всюду – одни и те же заезженные схемы. А поиск Учителя, предназначенного именно мне, ни к чему не привел. И тогда я пришел к выводу, что, раз на передачу подлинного мастерства из чужих рук рассчитывать мне не приходится, мне самому предстоит стать Мастером.

И я стал постигать науку гипноза (и не только гипноза), положившись на наитие, анализируя изучаемые техники в совокупности с другими знаниями из разных областей, опираясь на психологию, физиологию и точные науки.

Пианисты начинают с нуля и долго работают над собой, прежде чем становятся виртуозами. Да, на первых порах им нужен учитель. Но лишь затем, чтобы поставить слух и технику игры. Все остальное – дело личного упорства и таланта.

Разумеется, найти подлинного Наставника, который согласился бы передать кому-то наработанный «потом и кровью» уникальный опыт, или, как говорят в бизнес-кругах, нематериальные интеллектуальные активы – редкая удача. Для наставников, берущих новичков, большой проблемой становится разрыв в знаниях. Да и времена, когда «менторы» учили молодых «телемахов», давно канули в Лету.

Сейчас, по прошествии своих 10 000 часов ученичества, по прошествии периода накопления опыта и мастерства, я сам могу выступать наставником. И я охотно передаю свои навыки как гипнолог, разумеется, у ученика должна быть ярко выраженная готовность к обучению. Но прошу понять меня правильно, я не готов передавать кому-либо свои знания как менталист. Почему? Просто потому, что это… бессмысленно.

У фокусников есть правило: выдавшего секреты убивают. Шутка. Но кто знает…

Когда Льва Толстого спросили, о чем его «Война и мир», он сказал: чтобы ответить на этот вопрос, придется написать еще один роман. Менталист играет на таких струнах, которые сложно поддаются рациональному описанию: чутье, интуиция, эмоции, чувства…

Так вот, научить ментализму нельзя. Но научиться можно. Такой парадокс…

И начинать свое обучение нужно не с гипноза. А спонимания людей.

О психотипах

Все тайны влияния на человеческое сознание скрыты непосредственно в нашей жизни. Если выработать в себе навыки постоянного наблюдения за тем, как люди контактируют в зависимости от ситуации и степени напряженности, как взаимодействуют между собой, будучи расслабленными – можно выстроить определенное представление об основных моделях коммуникаций. Зная, какие эмоции, мотивы и типы личности стоят за различными моделями поведения, можно научиться читать людей как открытые книги.

Вспомните известную вам компанию людей. Наверняка в ней найдется человек, который позволяет над собой подшучивать. Но есть и другой, тот, с кем шутки плохи, хотя вроде вы одного статуса и круга. Наверняка в этой же компании есть человек, с которым легко общаться. А есть тот, с кем поневоле будешь держать дистанцию. Найдется и тот, кто постоянно обращается к другим за советом. И еще тот, к кому мы сами охотно идем за советом, «непререкаемый авторитет», мнение которого ценится всей компанией. И в любой группе можно встретить человека «без права голоса», того, на чье мнение всем ровным счетом наплевать.

Уверяю вас, немного практики, и вы начнете распознавать эти и другие типажи. Причем одно и то же разделение на типажи будет наблюдаться в абсолютно любом коллективе. Напрягите память – вспомните свой класс, институтскую группу, коллег – проверьте меня.

Убедились?

Конечно, слабый человек мало кого волнует – он воспринимается как часть толпы. Но я уверен, нет никого, кто был бы равнодушен к магии характера вождя. Имена людей, способных увлечь за собой миллионы, вписаны в исторические хроники золотом и кровью: Македонский, Чингисхан, Наполеон, Гитлер, Сталин…

Мы знаем вождей, публичное поведение которых выглядело неадекватно. Например, Гитлер. Он нес в себе огромное количество комплексов, производил впечатление параноика или даже клоуна. Но при этом его влияние на немцев было почти мистическим. Или вождь другого склада – Сталин. Немногословный, тихий на первый взгляд. Но этот человек своим ледяным спокойствием внушал непреодолимый ужас. Одним росчерком пера стирал чью-то жизнь. И все же в годы войны именно с именем Сталина шли на верную смерть.

Разные времена – разные вожди. Эгрегор мировой войны рос с начала прошлого века. А в период рождения христианства сильнее был эгрегор мира. Эгрегор питается коллективным бессознательным, если подпитки нет, он перестает существовать. И это тоже нужно помнить всем нам: давайте «питать» эгрегор мира.

Любой вождь обладает способностью гипнотизировать массы людей независимо от проповедуемой идеи, собственной внешности и поведения. И это особый вид внушения: вождь наделяется магическими свойствами пророка и пробуждает в миллионах экзальтацию и энтузиазм. Такой лидер – как цемент, с помощью которого каждый отдельный человек скрепляется с другими людьми, и в итоге вырастает крепкое строение общей веры в некие идеалы. Словом, вождь превращает толпу в единое существо. Впрочем, возможно, толпа сама растит своих вождей – ради этого чувства единства…

Толпа очень управляема. Так что не стоит недооценивать эффект публичности. Как видим, лидер, как Крысолов из известной сказки, может увести людей очень далеко. Не будем же уподобляться детям.

Знать механизмы инстинктов толпы важно. Но еще важнее знать основы человеческой психики. Помните: ярче всего характер человека проявляется в стрессовых, нестандартных ситуациях. Это, конечно, не значит, что мы должны устраивать другим постоянные «проверки на вшивость», вгонять в стресс только ради того, чтобы понять реакцию. Люди заслуживают бережного к себе отношения. Я лишь призываю вас запоминать нюансы поведения других и делать выводы.

Изучая схемы взаимодействия людей, можно вывести определенную графическую кривую поведенческих особенностей. И на этом этапе вы вдруг начнете ясно видеть: некоторые из ваших знакомых в состоянии манипулировать вами. А точнее – могут внушать вам мысли и даже поступки до такой степени, что вы начинаете воспринимать их, как собственные.

Вывод-то вы сделали. Но как работает механизм внушения, с помощью каких «крючков»?

О «якорях»

Не «крючков», а «якорей».

Есть такой анекдот: в детстве физиолога Павлова укусила собачка. Собачка укусила и забыла. А Павлов вырос и не забыл.

Для современных защитников прав животных имя Павлова – серьезный раздражитель, ведь ученый проводил бесчеловечные опыты. Любой раздражитель становится «якорем».

«Якорь» – это условный рефлекс, который бессознательно вызывает какую-либо реакцию у человека или животного. Знаете ли вы, что ваше собственное имя – ваш самый сильный «якорь»?

Спорим, вы всегда обернетесь, если кто-то выкрикнет ваше имя в толпе.

Опыты физиолога Павлова с собаками – «классика жанра», яркий пример якорной техники. Мы все со школьной скамьи помним: подопытные животные знали, что звонок означает подачу пищи. Когда же звонок звенел, а пищу не подавали, выработанный условный рефлекс все равно заставлял организм выделять желудочный сок.

«Якоря» окружают нас всюду, ведь наша жизнь – сплошные рефлексы. Тело и сознание – части одной системы, хотите, называйте эту систему по аналогии с компьютером, хотите – по аналогии с заводом. Суть не в сравнении – суть в том, что вся приходящая к нам через органы чувств информация обрабатывается «на всех этажах», комплексно и одновременно.

Пример: в детстве вы из любопытства решили лизнуть железо на морозе – и прилипли. Или вас испугал незнакомец в темном переулке. Или вы переживали сильную эмоцию, а при этом играла какая-то музыка. Не нужно быть менталистом, чтобы понять: у вас выработались «якоря» и на то, и на другое, и на третье. С тех пор вы плотно сжимаете губы, стоит вам взяться голой рукой за железную ручку при минусовой температуре, избегаете ходить по пустынным проулкам и обязательно вздохнете, если зазвучит та самая мелодия.

Запах, цвет, вкус, звук, интонация, манера речи, движение, жест, касание, даже бабушкины пирожки… Какой смысл перечислять все возможные «якоря»? Стать «якорем» может что угодно, любой знак, который из-за интенсивности переживания принимает форму сигнала.

Зачастую мы сами себя «якорим». Простой пример. Во времена вашей юности вы с каким-то симпатичным вам человеком ужинали в ресторане. Это был очень значимый для вас момент жизни, связанный с яркими эмоциями. Отныне вы всегда будете реагировать на музыку, звучавшую в тот вечер, на вкус еды, которую ели в том ресторане, на запах парфюма, исходящий от вашего собеседника… и на множество других элементов, связанных с тем приятным вечером. Воспоминание будет вспыхивать каждый раз самопроизвольно, вызывая в вас определенное состояние.

Внимательный к деталям человек всегда подметит «заякоренность» другого на определенные сигналы. Этим, кстати, всегда пользуются аферисты всех мастей, отлично знающие, что такое нейролингвистическое программирование. Помимо якорения, приемами НЛП являются «калибровка» (расшифровка мыслей по телодвижениям), «подстройка» (копирование ритма дыхания, жестов) и введение в транс (построение фраз со скрытым приказом). «Якорями» могут быть фразы: «У вас красивая улыбка» или «Почему ты меня не слышишь!». Опытные люди, владеющие техникой «якорения», подлавливают жертву в определенные моменты, учитывая ее природные «якоря». Помните о развитой наблюдательности мошенников и будьте внимательны сами!

Жизнь на всем ее протяжении вырабатывает в нас разнообразные условные рефлексы. Так что все мы – «собаки Павлова» в каком-то смысле.

«Якоря» – самый опасный инструмент скрытого воздействия в семейных отношениях. Супруги не замечают, как сами вырабатывают друг в друге какие-то эмоции и реакции, чаще, к сожалению, разрушительного свойства. В семейной психологии для таких пар накладывается запрет на любые разговоры. Почему? Да по той же причине «якорения». Супруги настолько привыкают друг к другу, что с годами начинают видеть только раздражающие факторы. Но в том-то и дело, что чем больше повторов – тем прочнее закреплены «якоря». Так что лучшим выходом для проблемных пар может стать расставание, временное или постоянное – это зависит от конкретной ситуации. Цель расставания – выработка иных реакций поведения. Психолог знает, что паре нужно найти новые способы общения, разбить прежние установки.

Кстати, «якорь» можно снять, этот процесс называется «переякорением». Но некоторые «якоря» без дополнительного подкрепления уходят сами собой.

Если осознать, что мы можем навредить себе больше, чем любой недруг, превращаясь в подобие «собаки Павлова», можно сломать стереотипное поведение самостоятельно.

А когда стереотип ломается, можно начинать формировать «новый образ идеального себя». Главное помнить: наш организм всегда и «на всех этажах» готов к переработке собственного чувственного опыта в позитивные или негативные программы. Какую хотите выбрать вы?

Надеюсь, раз уж вы держите в руках эту книгу, вы настроены на кардинальные перемены к лучшему.

Кстати, вам в детстве говорили родители о пользе регулярной утренней зарядки, мол, как начнется утро, так пройдет весь день? Если не говорили – очень жаль.

Так вот, если вы твердо намерены что-то менять в своей жизни, топервое – определитесь с целями и приоритетами. Второе – учитесь самодисциплине. Ведь любой спортсмен развивает мускулатуру ежедневными упражнениями. Так же, как и любой ученый, писатель, артист, сталевар, менеджер. Всем приходится нарабатывать «мускулатуру» своего профессионализма ежедневными упражнениями.

С чего же следует начать вам? С упражнений на внимание.

Глава II
Ментализм

О внимании

Слово «ментализм» происходит от французскогоmental (мысленный). Собственно, ментализм – демонстрация на публике психологических экспериментов и «магических» способностей. Это действительно могущественная и безграничная сила, в ней соединяются начала любых наук.

Гипнолог-менталист, имея представления о «якорях», учитывая все тонкости поведения и характера человека, понимает, как именно, в каких ситуациях и при каких обстоятельствах его внушение будет работать.

Однако в ментализме важны вовсе не «якоря». Важно все. В том числе моментотвлечения внимания.

Хотите проверить свою внимательность? Я часто использую этот трюк во время выступлений. Прошу публику посмотреть на свои часы, у кого они есть, конечно. Люди смотрят на часы, отрываются от этого действия, я переключаю их внимание на что-то другое. А потом вновь возвращаю к часам, прошу ответить на вопрос: есть ли на часах секундная стрелка. Обычно люди, даже годами имея часы на руке, не помнят точно, есть ли там эта стрелка или нет.

Далее я прошу зрителей еще раз взглянуть на часы. Они смотрят, а потом я спрашиваю: а вы запомнили, какими цифрами, греческими или римскими, у вас обозначается время? И вновь – растерянность. После этого я прошу третий раз посмотреть на часы и спрашиваю: а можете назвать точное время? Результат тот же. То есть люди смотрят, но не запоминают каких-то нюансов. И вот на этом эстрадные гипнологи часто строят свои номера.

Я всегда сосредотачиваю зрителя на нужном мне объекте или на нужном образе. Весь вопрос в том, чтобы показать другому человеку некий центр, «точку сборки». Гипнолог всегда работает на периферии внимания. Периферийное внушение образа крепко «садится» в подсознании человека.

Чем была бы наша жизнь без образов? Образ, если говорить достаточно примитивно – это рисунок, знак. Но это и отраженная картина мира, причем образ любого предмета или явления всегда идеален.

Ментализм – это еще и передача образов.

Как это работает? Приведу простойпример. Представьте, вы пьете чай, на столе – ваза с разными конфетами. Вы замечаете, что ваш собеседник выбирает одни и те же конфеты. Допустим, с ромашкой на обертке. Вы берете лист бумаги и, не показывая оппоненту, рисуете ромашку. Затем начинаете формировать образ ромашки в сознании собеседника. Для этого вы нарочито медленным движением, так, что на этом жесте невозможно не сконцентрироваться, тянетесь за конфетой с ромашкой. Затем задаете вопрос: «А что бы ты сейчас нарисовал?» и начинаете медленно разворачивать обертку, открывая конфету. Замечаете? Вы создали два «якоря»: образ ромашки зафиксировался в подсознании дважды. Вне сомнений, оппонент скажет: «Ромашку». Вы показываете нарисованную заранее ромашку, и человек долго изумляется, искренне думая, что вы предугадали его намерение. Хотите – раскрывайте свои «фокусы», хотите – нагоняйте таинственности и стройте из себя предсказателя, дело ваше…

Но как говорил Холмс, все элементарно. Нужно лишь знать технологии овладения чужим вниманием.

Как я уже говорил, любое «чудо» произрастает из умения анализировать, наблюдать и брать в подчинение сознание оппонента. Люди, как правило, ведóмы. И им хочется верить в существование необъяснимых явлений.

Вот вам другой пример. Представьте: журналисты (скептики в «кубе»), стол в студии, на столе – микрофоны и пластиковые стаканчики. Тот же «фокус»: я рисую некий знак на бумаге, какой именно, никто из присутствующих не знает. Разговор продолжается. Но я начинаю готовить оппонента к своему «фокусу». Беру стаканчик и сжимаю в руке так, чтобы оппонент видел круг горлышка. Внедряю в разговор нужные мне слова-«якоря»: «Недавно я смотрел программу „Вокруг света“… Кенийские бегуны бегают по кругу и их никто не обгонит…» и так далее – то есть на протяжении программы закрепляю в сознании журналистов образ круга (его я и нарисовал заранее). И вот в финале задаю вопрос: какую геометрическую фигуру вы бы нарисовали сейчас? Мне отвечают: круг. И я показываю свой рисунок.

Формирование нужных установок – процесс ненавязчивый. Достаточно грамотно выстроить форму преподнесения нужного образа. Ты вроде и не говоришь что-то конкретное, лишь наталкиваешь на определенные мысли. А подсознание улавливает и фиксирует «от и до».

Внимание – это наше все!

Есть разные методики чтения мыслей, как я уже говорил, многие из них относятся к нейролингвистическому программированию.

Людям кажется, что они думают о чем-то конкретном. Но обычно в голове крутится множество мыслей, вызванных житейскими проблемами, это что-то вроде космического мусора, крутящегося по земной орбите.

Если у вас болеет ребенок, вряд ли вы сможете полностью сосредоточиться на работе. Человеческий сенсорный аппарат и «эго-система» по сути своей – фильтры, ограничивающие потоки информации. А если эти фильтры убрать? Именно это происходит при гипнозе, когда отключается самоконтроль, связанный с левым полушарием. Через левое полушарие мы распознаем речь, слова, предметы, там образуются причинно-следственные связи.

Внимание – это концентрация на одном объекте. Не зря нам говорили в детстве: не распыляйся, сосредоточься, только так ты усвоишь урок и добьешься успеха. Внимание можно сравнить с вектором цели. Если вы умеете концентрировать свое внимание на цели, я вас поздравляю – вы успешный человек.

Наша жизнь – череда мгновений. И мы проживаем их в состоянии большей или меньшей концентрации внимания. Мы не можем существовать на пределе внимания всегда. Вернее, далеко не всем это под силу. Ведь острота внимания зависит от бессознательного.

Умение управлять своим вниманием делает вас более эффективным, при этом вы работаете и над собственной волей, и над степенью своей осознанности, и развиваете остроту мышления.Где внимание – там результат.

А теперь я раскрою главный секретотличной памяти. Вот он: тренировка внимания начинается там, где каждому занятию придается значение. Так, кстати, повышается осмысленность и интерес к делу. Помогает деление каждой задачи на мелкие блоки: вы глубже уходите в процесс решения, тренируете способность концентрироваться на конкретном деле. Кстати, синонимический ряд к слову «внимание» строится от слов «интерес», «заинтересованность». Поймали связь? Тогда идем дальше.

Никогда не забывайте себя поощрять, как это делают дрессировщики животных. Поощрение закрепляет сосредоточенность на чем-либо.

Предельная концентрация внимания – этотранс. Состояние транса известно каждому, не нужно тратить время на его описание. Транс особенно часто посещает художников и ученых, словом, тех, кто ставит перед собой важную творческую задачу и стремится к ее осуществлению.

Транс делает нас отрешенными от буквальной реальности. В состоянии транса совершаются большие открытия и геройские поступки, ведь транс бывает разным. Есть транс миротворческий, когда найдена точка покоя. А есть транс боевой, когда покоя не будет, пока задача не разрешится. Кстати, издавна известно, что воин в боевом трансе становится фактически неуязвимым. Удивительно, правда?

Все древние ритуалы шаманизма, все традиции с пением, танцами и мифологическими действиями были призваны вводить людей в состояние транса. Мне порой кажется, что транс необходим нам как еда или сон. Входя в транс, мы как будто присоединяемся к «мировому древу», совсем как в фильме «Аватар». В состоянии транса наше подсознание может совершить перестройку психики, убрать тревогу, исправить представление о мире и о себе. Транс исцеляет.

Мы, сами того не замечая, по нескольку раз в день впадаем в легкий кратковременный транс. Женщина моет посуду в состоянии транса. Мужчина молча курит на балконе – и это тоже транс. Ребенок сидит перед ненавистным учебником, читает, но не понимает ничего – и это транс.

Транс – это врата в бессознательное. Логика отключается и мозг работает не так, как обычно. Не бойтесь трансовых состояний. Ведь транс дает возможность перемен.

А если вернуться к теме эстрадного гипноза, то здесь есть момент самонастройки. Дело в том, что публика идет на такие представления в подготовленном состоянии – все ждут чуда. Да, кто-то заранее развенчивает гипнотизера, кто-то «хочет верить, но сомневается», а кто-то доверчив заранее, как дитя. Но в любом случае, на бессознательном уровне зрители готовы к восприятию «странного», не укладывающегося в рамки повседневности. Людям хочется почувствовать состояние «необычного», посмотреть со стороны, ничем не рискуя и не утруждая себя особо.

Мне нравится, как писал об этом в своих воспоминаниях Вольф Мессинг: «Сегодня мне предстоит выступить с очередным сеансом моих „Психологических опытов“. Мне предстоит выйти в зал, где сидит почти тысяча человек и все смотрят на меня. Мне надо захватить этих людей, взволновать и удивить их, показывая им мое искусство, которое большая половина из них считает чудесным, удивить и в то же время, не разочаровывая, убедить, что ничего чудесного в этом нет, что все делается силой человеческого разума и воли. А ведь это совсем нелегко – выйти одному в зал, где на тебя устремлены тысячи глаз: недоверчивых, сомневающихся, бывает и просто враждебных, – и без сочувствия, без поддержки, во всяком случае, в первые, самые трудные, минуты выполнить свою работу».

Феномен гипноза можно демонстрировать в любом месте, в любое время, при любых обстоятельствах. Но… к эстрадному гипнозу он никакого отношения не имеет. Эстрадный гипноз – это совсем другое. Потому что гипнологу приходится работать с большой массой людей, объединяющейся на время шоу в одно массовое сознание. Представьте: единое сознание нескольких сотен зрителей – против сознания одного человека на сцене… Хотите знать, каково это?

Итак, в зале от ста до тысячи зрителей. Разумеется, среди такой массы число чувствительных к гипнозу людей будет немалым. Они примут на себя поток внушаемых гипнологом образов и «заведут» остальную публику, ведь все элементы шоу рассчитаны, прежде всего, на эффектную подачу. Не думаю, что когда-либо зрители уходили разочарованными с концертов профессиональных гипнологов – что-то, а положительные эмоции, на которые они рассчитывали, были получены.

Чего нельзя получить от гипнолога на массовых шоу? Разумеется, ни о каких серьезных проработках проблем того или иного зрителя (к примеру, разрешить его внутренние комплексы) речи быть не может. Ведь, повторюсь, задача у шоу иная: дать легкую установку на хорошее расположение духа, на хорошее настроение и так далее.

Эстрадный гипнотизер – артист, в первую очередь. Он готов лишь показать, что может быть с человеком в состоянии транса, продемонстрировать потрясающие ментальные трюки, так называемую ментально-вербальную магию. В своем шоу, например, в первой части я ввожу зрителей в гипноз, а во второй части демонстрирую трюки, используя невербальные формы внушения и чтения мыслей. Таким образом, практически все зрители в зале могут прочувствовать это состояние, и я точно знаю, что ни один из пришедших на мой концерт не пожалеет о потраченном времени.

Я стремлюсь возродить искусство эстрадного гипноза как оригинального сценического жанра. Увы, долгое время он был незаслуженно забыт в России. Но, вновь повторюсь, зрители должны понимать разницу междушоу и гипнотерапией.

Об иллюзиях

Можно превратить воду в колу, или в вино. Как? С помощью иллюзии.

Существуют химические соединения, когда при взбалтывании их в воде происходит реакция, и вода меняет цвет. Вопрос даже не во вкусовых рецепторах, можно показать визуально, что вода из белой стала красной, как вино, или черной, как кола – и люди, которые используют эту иллюзию, преодолевают барьер зрительской критики.

Гипнологи, конечно, не фокусники. Но под гипнозом человек может точно так же, глядя на обычную воду, увидеть в ней вино, и напиться до состояния опьянения.

Человеческая история полна эпизодов, когда фокусы преподносились как чудо.

Да и сегодня таких «кудесников» немало. К примеру, индуистский религиозный гуру и «чудотворец» Сатья Саи Баба, производящий опыты с материализацией предметов. Многими иллюзионистами он был разоблачен как фокусник, обладающий довольно высокой квалификацией. Наверное, следует причислить к ряду фокусников и всех древнеегипетских жрецов, и средневековых алхимиков и чернокнижников.

Говорят, Мессинг мог подчинить своей воле любого, распутывал самые сложные преступления, одним прикосновением мог излечить тяжелого больного. Словом, Мессинг был больше чем гипнотизер. Очень может быть. Но личности такого масштаба быстро обрастают легендами.

В воровском мире самыми почетными профессиями считаются профессии карманника и «медвежатника» (сейф на воровском сленге – «медведь»). Искусство карманника кроется в предварительном точном «сканировании» клиента, то есть в знании человеческой психологии, искусство медвежатника кроется в тонком слухе и чувствительных руках. Эти «сверхспособности» можно развить, как и любые другие умения.

Возьмем, к примеру, такую сверхспособность, как лечение руками. Очень чувствительный человек способен определить на ощупь место, где сосредоточена телесная болезнь. Как? Да просто внимательно читая реакцию на прикосновение по мимике больного. Кроме того, «больное место» выдает себя слегка повышенной температурой. Это и многое другое служит сигналами для целителя. Так вправе ли мы говорить о каких-то суперспособностях в этом случае? Ведь не происходит ничего сверхъестественного, в ход идет внимательность и знание человеческой психологии и физиологии.

Мессинг был очень хорошим психологом и, задав вопрос, всегда держал испытуемого за руку, читая ответ по его сокращению лицевых мышц. Так он блестяще исполнял свой традиционный трюк с поиском спрятанной зрителем в зале иголки. Но мысли читать он никак не мог – только образы, внушенные все с помощью того же НЛП.

Знаменитый менталист Ури Геллер называл себя экстрасенсом на том основании, что ловко гнул стальные ложки. Этот трюк – тоже лишь старый хорошо известный иллюзионистам фокус. Ведь если вы заявляете, что влияете на предмет силой мысли, вам не нужно держать его руками. Геллер, кстати, использовал ложки из специального металла «с памятью». А принцип «телепатического» внушения образов я вам уже объяснил.

Если хотите иметь пример для подражания, то лучше нашего современника Юрия Горного не найти. Феноменальная слуховая и зрительная память, способность одновременно выполнять до шести различных действий. Свои секреты Юрий Гаврилович не выдает, зато охотно развенчивает чужие, являясь членом Комиссии по борьбе с лженаукой при Российской Академии наук.

Об умении некоторых людей «читать» чужие мысли упоминалось еще в древнейших шумерских текстах. Есть описание феномена телепатии и в Библии, и в Коране. В XIX веке изучением телепатии занимался физиолог и психолог Владимир Бехтерев. И ему удалось выяснить, что человеческий мозг излучает электромагнитные волны, которые действительно может улавливать другой человек. Даже глухие слышат жужжание, если оказываются в сфере действия импульсных радиоволн с частотой от 200 до нескольких тысяч Мгц. Изучала эффект телепатии в свое время и нацистская служба «SS Ahnenerbe». И кстати, «экстрасенс» Мессинг тоже был объектом исследований в советских лабораториях. Но подтвердить действительное присутствие телепатического феномена до сих пор так никому и не удалось. Почему, как думаете?

Не там искали.Телепатии попросту не существует.

Есть наблюдательность. И умение делать выводы. Как говорил Вольф Мессинг, чтение мыслей на самом деле есть «чтение мускулов», то есть предельно острое наблюдение за человеком.

Существует множество иллюзий, которые достигаются с помощью специальной техники. Но психотехнологии и ментализм стоят совершенно обособленно от иллюзий. Они не требуют предварительной подготовки, им не нужен никакой реквизит.

Самые неверующие в мире люди – китайцы, у них в ходу поговорка, что любое чудо – это знания.

Конечно, можно прочесть сто книг по гипнозу или сто книг по искусству создавать иллюзии – и ничему не научиться. Но согласитесь, каждому свое.

Да, Мессинг казался современникам кем-то вроде всемогущего волшебника. Между тем пытливый читатель уследит в его книгах ясное описание методов, с помощью которых работают «маги» всех мастей. Мессинг был достаточно умен, чтобы не разрушать сложившийся миф о себе – ведь тайна была его профессией. Но и достаточно честен, чтобы сказать в своих воспоминаниях потомкам: ничего магического в его манипуляциях с публикой не было, он лишь воспитал свою память, наблюдательность и реакцию до поистине «сверхъестественного» состояния.

Впрочем, не буду и отрицать возможности того, что Мессинг и другие прославленные менталисты перешли ту заветную черту, когда талант действительно способен творить чудеса, когда открывается мир за гранью возможного…

О «чудесах»

В 1990-х годах ментализм как вид эстрадного шоу умер. Искусство заместилось мифом, каким-то суеверным представлением о ментализме.

Взять тот же гипноз. Вспомните, лишь несколько лет назад вся страна усаживалась к телевизору с банками и склянками, и вера в то, что дядя с экрана зарядит эту воду целительной энергией, была безгранична.

Даже если кому-то от «зарядов» Чумака и Кашпировского полегчало, мы все знаем про эффект плацебо, ведь так? Ни Чумак, ни Кашпировский какими-либо сверхспособностями не обладают. Ничего аномального в психологических трюках менталистов не было, нет и, уж простите, не будет.

Менталист – это эстрадный человек-универсал чрезвычайно высокой квалификации. Подлинных менталистов в мире куда меньше, чем президентов развитых стран. И даже из этого числа настоящих мастеров – единицы. Хватит пальцев одной руки, чтобы их пересчитать. Представили соотношение с общей численностью планеты?

Говоря о ментализме, нельзя не упомянуть о человеке, который и ввел в обиход понятие «менталист». Американский иллюзионист и гипнолог Джордж Крескин поражал умением находить любой предмет, читать мысли, внушать образы – словом, он проделывал все известные трюки менталистов. При этом он всегда настаивал, что магия тут ни при чем: Крескин развил в себе дар считывать людей по психологическим особенностям поведения, «читать» их по малейшим нюансам жестов, мимики, стиля одежды, лексике, реакциям, рефлексам и так далее.

Да, с ментализмом все несколько проще, чем привыкли считать непосвященные люди. И все же… Действительно, это особая наука, особое состояние и особые навыки.

Менталист может узнать о вас то, что вы хотели бы скрыть. Менталист может повлиять на ваше настоящее.Значит, менталист, изменив ваше восприятие прошлого, может изменить ваше будущее.

Космонавт готовится к старту примерно десять лет. Менталист учится на протяжении всей жизни. Поверьте, сложнее этого занятия придумать трудно. Ментализм связан со сценой, с иллюзией, но не терпит имитации (впрочем, публику нельзя обмануть: зрительный зал – это единое коллективное сознание). Работа менталиста включает в себя умение оперативно мыслить в стрессовой ситуации, безукоризненное владение собой, навыки управления другими и так далее. И – никаких помощников или технической оснастки, кроме понимания скрытых закономерностей.

Я пришел к ментализму на волне поиска новых знаний. Я был действительно жаден до новых открытий в самых разных областях тела и духа. И я никогда не расценивал ментализм как возможную работу, связанную с доходом. Мне было просто интересно.

Я наблюдал за лучшими менталистами мира из ныне живущих, изучал опыт их предшественников. Постепенно вопросов оставалось все меньше, я все чаще понимал, «как это сделано». И в какой-то момент пришло ощущение профессиональной свободы.

Я понял, что стал менталистом.

Любого из вас, пробегающих глазами эти строки, я смогу прочесть как открытую книгу. Любого смогу удивить так, что вы потеряете сон и будете готовы поверить во что угодно. Любого смогу убедить быть откровенным со мной – без всяких слов, я ведь не священник, зачем мне исповеди. И любого из вас я могу избавить от ваших страхов – фобий, на языке психологов. С обывательской точки зрения я творю чудеса. Но я не получал никаких особых даров свыше, а развил в себе сверхспособности сознательно и целенаправленно.

Выходя на публику, я знаю, что зрителей раздирает противоречие: с одной стороны, зал ждет чуда, с другой – провала. Но провала не будет.

Да, менталисты знают безотказные приемы, способные впечатлить самого отъявленного скептика. И – да, это впечатление отчасти можно сравнить с эффектом, который произвел Иисус Христос в Галилее на пять тысяч человек. Иисус был вынужден творить знамения. К сожалению, так устроены люди: прежде чем поверить тому, кто взывает к их собственной вере – неважно, в Бога или в собственные силы, они требуют чуда.

Вы задумывались, что испытывает менталист, изучая другого человека? Он видит не туманные образы. А прямые ответы. Насколько вы честны. Насколько решительны. Насколько самостоятельны. Это можно сравнить с МРТ: идет моментальное сканирование вашей личности.

Конечно, как и в любой другой профессии, среди менталистов есть просто специалисты и специалисты экстра-класса. Взять шахматистов: один может грамотно передвигать фигуры на доске, а другой станет чемпионом. И цели у менталистов тоже могут быть разными. Кто-то скажет, что он намерен сделать самое «крутое» в мире шоу, а кто-то – что для него важно растить энергию позитива в людях.

Меня часто спрашивают: а в чем мой посыл миру? Все просто. Я намерен удивлять людей лишь настолько, насколько нужно, чтобы они поверили мне. Но цель у меня иная. Я хочу, чтобы каждый из вас смог почувствовать свое тело храмом, и в этом храме не должно быть места слабостям. И главное – в нем не должно быть отсутствия веры в себя.

Я хочу избавить людей от чувства страха. Каждый при желании может мощно развить свои органы чувств, физические возможности и интеллект. Как и те единицы обычных людей, поднявшихся над повседневностью и ставших менталистами. Эти люди – живой пример тому, что можно научиться управлять собой и, в конечном счете, своей судьбой. Неверие, ожесточенность, безволие возникают там, где не хватает информации о безграничной мощи человеческих возможностей. А пределы этих возможностей каждый устанавливает для себя сам.

Я принял это правило. И я постоянно учусь: если другой может достичь совершенства в исполнении какого-то трюка, то и я смогу.

Когда я впервые осознал, что понимаю другого человека яснее, чем самого себя, признаюсь, я немного испугался. Чего именно? Ответственности. Мне открылись чужие секреты. Я принял чужую боль. И с этим нужно было что-то делать. Исток моего решения помогать людям лежит именно в той минуте.

У меня никогда не было кумиров. Я не помню, чтоб мне хотелось быть похожим на кого-то из публичных людей. Конечно, в моей судьбе были личности, повлиявшие на мое мировоззрение. Но их имена вам ни о чем не скажут.

Разумеется, в силу профессии я контактирую с разными людьми. Часто я вижу то, что они хотели бы скрыть даже от самих себя. И я знаю, как помочь этим людям.

Социальный статус человека мне безразличен. Мне не важно, знаменит ли человек, достиг ли он чего-то в своей профессии и так далее. Единственная ценность – каков он по своей сути.

Конечно, каждый – это целая вселенная. И каждый опирается на свой жизненный опыт. Если опыт позитивный, жизнь хороша. Если опыт омрачен проблемами, все видится в черных красках.

Так почему вопрос о кумирах – не мой вопрос?

Человек должен двигаться вперед, имея перед глазами образ идеального себя: сам себе кумир. Невозможного нет – если есть цель, развита воля, натренированы ум и тело.

Глава III
Блоки подсознания

О связи психики и физики

Определений у понятия «психологическая травма» довольно много, несведущий человек легко может запутаться в разных концепциях и теориях.

Само понятие «травма» взято из медицинской терминологии. Если идти по аналогии, травма – это ушиб, от гематомы до перелома. Гематома, проще говоря, синяк, проходит довольно быстро, сама собой. А вот исправить последствия перелома можно только при помощи специалиста. Если не наложить гипс, не зафиксировать сломанную конечность в правильном положении, кости, разумеется, рано или поздно срастутся. Но в искривленной форме.

Вот вам простой пример. Солдат-десантник во время прыжка с парашютом неудачно приземлился и сломал ногу. Но командиру об этом не сказал. Посчитал, что жаловаться на боль в ноге – не по-мужски. А у десантников свои нормативы. Каждое утро – пробежка на пять километров. Наш солдат, превозмогая боль, бежит. Но, поскольку вся казарма знает о его травме, остальные десантники из чувства солидарности сбавляют темп пробежки. Командир недоумевает: почему его бравые солдаты вдруг резко снизили скорость. Недели две отряд покрывал бойца. Командир исходил гневом. Думал: саботаж. А в это время нога нашего солдата потихоньку срасталась – и срослась: в изуродованном виде. Когда кто-то разумный все же проговорился об этом командиру, горе-героя срочно отправили в хирургию. Кость пришлось ломать заново.

Я привел этот пример для того, что показать: во-первых, серьезные травмы не проходят бесследно, во-вторых, они влияют не только на жизнь травмированного человека, но и вовлекают в зону этой травмированности его близких.

Что бы ни подразумевала под собой физическая травма (удар, укол, рана, перелом, порез, укус, ожог), она всегда идет в ущерб и во вред. После травмы наша жизнь развивается хуже, чем прежде. Мы переживаем все фазы травмирования, от острой, как вспышка, боли до ее угнетения и затухания. Но последствия травмы остаются, даже если внешне ничем не проявляются.

Травма настигает нас неожиданно. Это схоже с приступом эпилепсии: никогда нельзя предугадать момент падучей. С физической травмой все довольно просто: место перелома ноет на непогоду. Механизмы психологической травмы намного сложнее. Попробуем разобраться в них.

Вы замечали, что ваше настроение иногда вдруг резко меняется с хорошего на плохое? Откуда берется этот внезапный дискомфорт? Может, его навеяло давно прошедшее и крепко забытое негативное для вас событие?

Психологический дискомфорт всегда находит проявление на телесном уровне. Это прекрасно описано у классиков. Лично мне даже кажется, что чем более травмирован персонаж, тем глубже произведение. Впрочем, судите сами.

Русские классики часто прибегали к описанию лихорадки как последствия психических травм. Героиня пушкинской «Метели», переживая полученный удар, впадает в продолжительную нервную горячку. И есть от чего: ведь девушку случайно обвенчали с первым встречным! Осознав это, она сначала падает в обморок, затем сутки обдумывает случившееся, и вот ее подсознание формирует концепт устойчивой психологической травмы. Затем две недели героиня лежит в горячке, находясь на краю гибели. И после – несколько лет проводит в затворничестве. Пока не сталкивается со своим «случайным мужем» лицом к лицу – то есть пока не переживает столь же сильное, но теперь уже целительное, потрясение.

Или возьмем другой пример. В «Братьях Карамазовых» Федор Достоевский описал острый фебрильный психоз, развивающийся у Ивана на фоне невозможности разрешения с точки зрения морали вопроса отцеубийства. Начало болезни Ивана проявляет себя классически: небольшие вегетативные и общесоматические нарушения нарастают, переходят в мучительную головную боль со стуком в висках, в непонимание места и времени своего нахождения, в судороги. Далее – в бред, переходящий в конвульсии от внезапных испугов. Обострение психоза у Ивана сопровождается появлением кошмарных видений. Герой начинает общаться с галлюцинацией черта, его он воспринимает совершенно реалистично. На самом деле Иван общается с образным выражением своей психологической травмы. Просто у каждого это образное выражение принимает свой лик.

Нейролингвист Татьяна Черниговская в своих лекциях о бессознательном приводит пример из собственной практики в психиатрической больнице. Да, черти посещали не только персонажей Достоевского. Пациенты описывали их и на запах, и на цвет, и на ощупь: у кого-то зеленые и лохматые, у кого-то черные и гладкие. Человеческая психика – вселенная без границ, остается только удивляться ее причудам…

Физическую травму мы можем представить буквально. А как быть с психологической травмой? Что болит? Как болит? Можно ли вылечить или пройдет само?

И снова напомню о Марье из повести «Метель» и Иване из романа «Братья Карамазовы». Взяты два полярных психотипа. Марья – невинное светлое существо, очень преданная, с крепким нравственным стержнем. Ивана сам Достоевский сравнивал с Фаустом, в черновых записях называл его «ученым» и «убийцей». Для Марьи данная Богу клятва нерушима. Иван – ниспровергатель, ни Бог, ни черт ему не брат. И каково же разрешение внутренних конфликтов для этих героев?

Марья, как нравственно здоровая личность, моментально снимает с себя груз душевной травмы – когда понимает, что ее «случайный муж» был дарован ей свыше. Иван, закопавшись в вечных вопросах, протестует против божественного начала в человеке и необратимо сходит с ума.

Конечно, благополучный исход с Марьей и катастрофический исход с Иваном – крайности. Каждый человек имеет собственный запас психической прочности. Из одних – «гвозди бы делать». А другие – сплошной «комок нервов». Да и границы болевого порога у всех разные, и эпоха накладывает свои отпечатки.

В пушкинские времена нельзя было представить утонченную девушку без обязательных обмороков из-за каких-то душевных переживаний. Правда, нужно отличать эффектные продуманные падения от грубых, действительно опасных истерических припадков с судорогами.

До недавнего времени о психотравмах было не принято говорить. Но нельзя сказать, что о них не знали. Любой здравомыслящий медик со времен Авиценны всегда свяжет в единую картину психологический стресс и физическую болезнь. Потому-то врачи «скорой помощи» и задают пациентам в первую очередь стандартный вопрос о стрессах и волнениях. Ведь стресс может проявлять себя как угодно.

Психологическую травму зачастую называют душевной, эмоциональной или моральной, так как она приводит к внутреннему разладу, становится причиной неадекватного поведения человека при внешне здоровой психике. Психотравма всегда связана с внутренним надломом, с трудными, болезненными событиями прошлого.

Но случается, что человек сам придумывает себе психологическую травму и живет в полном соответствии с картиной посттравматического расстройства. Почему это происходит?

О мнимых психотравмах

Знакомо ли вам состояние, когда вдруг пропадает всякое желание решать насущные дела и проблемы? В такие моменты всегда маячит соблазн уйти в сторону, закрыться в своей «скорлупе».

Но у кого-то эти минуты слабости кратковременны. А у кого-то затягиваются на всю жизнь.

Известная истина гласит: кто хочет – делает, кто не хочет – ищет себе оправдания. Вот и люди, по той или иной причине не желающие брать жизнь в свои руки, с легкостью оправдывают себя. Ведь всегда можно объяснить собственную пассивность трудными обстоятельствами прошлого, нанесшего тебе незаживающие раны. То есть психологическими травмами.

Нас окружает множество людей, которых хлебом не корми – дай пожаловаться. Они буквально на лету выстроят логическую цепь от своей сегодняшней профессиональной и личной невостребованности до неправильной формы соски, которую давала мать.

Кто-то веселый придумал афоризм:«Я могу победить лень. Но мне лень».

Так что же движет, если так можно выразиться, инертными людьми? Почему им проще оправдать свое бездействие, чем начать действовать?

«Банальная лень» – это все-таки не ответ. Проблема глубже. А что если лень – это страх ответственности, а не отсутствие мотивации? Прошу заметить: ключевое слово здесь – «страх», то есть фобия.

Подробнее о фобиях мы поговорим чуть позже. А сейчас я хочу остановиться на проблемах воспитания.

Так называемая «лень» не что иное, как следствие неправильных родительских установок. Наверняка ленивый человек в детстве наслушался таких фраз: «Это тебе не по плечу», «Не делай – испортишь», «Не считай себя умнее» и так далее. Стоит ли удивляться, что с тех пор внутренний голос всегда нашептывал «ленивцу»: ты все равно потерпишь фиаско, даже не пытайся что-то исправить в себе!

Подсознание всегда ставит нас в определенные рамки, хотим мы этого или нет. Особенно пугающими эти рамки кажутся социально незрелым личностям, тем самым, о которых как раз и говорят, что они ленивы, капризны, эгоистичны и так далее.

Обратите внимание на свое окружение – нет ли рядом с вами людей, которым постоянно хочется вызвать в других жалость по отношению к себе, хочется, чтобы с ними «церемонились», ухаживали, проявляли заботу?

Ко мне на прием довольно часто попадают люди, готовые пойти на что угодно, лишь бы переложить на других ответственность за все, что с ними происходит. Причем эти люди приходят ко мне не самостоятельно – их приводят родные. Положению родных не позавидуешь. Неизвестно, что лучше: близкий человек с реальной психотравмой или «мнимый больной», не умеющий обходиться без посторонней помощи.

Да, у всего есть свои причины. Но все-таки если кто-то раздувает «из мухи слона», чаще всего нужно понимать, что мы имеем дело с энергетическим вампиризмом.

Чтобы оставаться в сбалансированном состоянии, человек должен расходовать и восполнять внутреннюю энергию равномерно. Всем нам нужна не только еда и вода – не меньше мы нуждаемся в энергии. Именно она делает нас бодрее утром, хотя и чашка кофе не помешает.

Энергия заставляет нас ощущатьэмоциональный подъем и физическую активность. Человек так устроен, что он сам себе – энергостанция, и все потраченные запасы в разумных пределах может восстанавливать. Если только по соседству не окажется энергетического вампира.

Энергетический вампир тратит больше, чем вырабатывает сам. Причина растраты может быть любая: нерешенные проблемы, негативные эмоции, нелюбимая работа, неспособность идти по жизни самостоятельно. Словом, не всегда мы расходуем свою энергию по доброй воле.

Конечно, и у такого состояния есть свои причины. Подсознание руководит всеми нашими действиями, в том числе действиями энергетических вампиров.

Вспомним детей-манипуляторов. Эти дети точно знают, что родители купят все, стоит только пожелать. А если капризного ребенка поместить в другую среду, туда, где капризам не суждено сбыться, то терапевтический эффект не замедлит себя ждать. Просто эгрегор эгоизма не будет получать подпитку и сойдет на нет.

У меня на приемах часто появляются девушки, в сознании которых отпечаталось, что они вправе манипулировать не только родителями, но и будущими мужьями. Мне жаль этих девушек. Возможно, им повезет, и они встретят мужчин, которые решатся отправиться с ними в ЗАГС. Но это будет драматическая история, вряд ли брак с энергетическим вампиром может сделать кого-то счастливее. Поневоле такой человек будет выстаивать с партнером ту же модель отношений, что и с родителями.

К сожалению, процент людей, предпочитающих жить с родителями и ощущающих себя детьми до седин, в современном обществе неудержимо растет.

От болезни под названием «инфантильность» есть лишь одно лекарство: разрыв с родительской пуповиной. Родители в определенный момент должны дать свободу своему чаду, отпустить его в самостоятельный путь. Всему свое время: к маленькому ребенку нужно относиться так, к подростку – иначе, к юноше, к мужчине – соответственно их возрасту. В Америке и Европе детей отпускают из дома в семнадцать лет. И это правильно. Ребенок должен нарабатывать собственную жизненную энергию, а не питаться от энергии предков.

Так сложилось, что в России слишком много однополых семей. Успокойтесь, я не собираюсь делать шокирующих заявлений. Я говорю о семьях, где под одной крышей живет несколько поколений одиноких женщин: бабушка, мама, дочь. Еще и кошка в придачу. Разумеется, в таких семьях от старшего поколения младшим передается негативный опыт общения с мужчинами. И это обретает масштаб эпидемии.

Если ребенка воспитывает мать, в любом случае в определенном возрасте она должна дать ему не просто возможность выбора, она сама должна создавать такие условия, чтобы он был вынужден выбирать свой путь, стремился к активности. Иначе он всегда будет перекладывать ответственность на нее.

Меня тоже воспитывала мама. Папа умер, когда мне было одиннадцать лет. Я точно знаю: если ребенок окружен слепой материнской любовью – у него два пути: либо превращаться в комнатное растение, либо становиться мужчиной, опираясь на бойцовский уличный опыт. Мне приходилось добирать нехватку мужского воспитания на стороне.