Kitobni o'qish: «Тина и костяной свисток»

Name: Тина и костяной свисток
Author: Ирина Забаровская

Shrift:

Пробило полночь, но дождь всё не прекращался. Его капли становились всё тяжелее и тяжелее, а вой разбушевавшегося ветра – громче и пронзительнее.

Сверкнула молния, на мгновение ослепив всё вокруг. Затем грянул гром, глухой и в то же время оглушающий.

Тине не спалось. С невозмутимым спокойствием она подошла к окошку и тихо вздохнула.

– С днём рождения, Тина, – прошептала девушка сама себе и аккуратно провела пальцем по запотевшему стеклу большую цифру 15.

Словно в ответ, незамедлительно блеснула яркая вспышка, разорвав чёрное ночное небо напополам, а потом всё задрожало от тяжёлого громыхания.

Тина улыбнулась. Ей снова вспомнились слова покойной матери.

– «В ночь, когда ты появилась на свет, погода будто сошла с ума», – тихим голосом повторила их девушка.

Да, в ту непроглядную хмурую, осеннюю ночь многие люди прощались со своей жизнью, решив, что наступил конец света.

И такое сумасшествие в природе повторяется из года в год. Одной только Тине было известно, что это вовсе не конец света, а самые, что ни есть добрые и искренние поздравления от матушки-природы.

– Спасибо, – прошептала Тина и снова улыбнулась.

В такие минуты она была почти счастлива. Ещё несколько часов, до самого восхода солнца, будет бушевать ветер и хлестать ливень, а потом весь день – светить солнце. К её порогу из леса придут дикие звери, а на крышу дома слетятся сотни птиц. Все будут поздравлять Тину.

Маму она почти не помнила. В памяти лишь хорошо отпечатались ее добрая, скромная улыбка и золотистая прядь волос, в точности как у Тины… Эта прядь, неприметная при дневном свете, в темноте сияла точно чистое золото.

Девушка отошла от окна и присела на край кровати. Так уж сложилось, что в 9 лет она осталась круглой сиротой. Из многочисленных родственников никто не решился взять на воспитание ведьму. То, что она ведьма, никто из дядюшек и тетушек доказать не мог, но раз говорят люди, что ее мать была ведьмой, значит так и есть. Боясь всеобщего осуждения, кровные родственники так и не объявились. Да, Тина была самой настоящей ведьмой, такой же, как и её мама. А о своём отце она ничего не знала…

Резкий стук в дверь оборвал все мысли и заставил вздрогнуть. Кто бы это мог быть?.. Для поздравлений слишком рано. Возможно, снова какой-нибудь заблудившийся грибник или охотник попросит в её доме приют. Добросердечная хозяйка никогда и никому не отказывала в ночлеге.

Засунув ноги в тёплые коричневые тапочки, Тина осторожно подошла к двери, на всякий случай потрогала засов.

– Кто там? – спросила она и шумно повела носом.

Знакомый едкий запах мокрой псины заставил девушку сморщиться и широко улыбнуться. Отодвинув в сторону тяжёлый железный засов, Тина быстро открыла дверь. В непроглядной ночной мгле горели два жёлтых огня.

– Проходите, дядя Рудольф, – забеспокоилась она, заметив в открытом взгляде своего крёстного отца неясную тревогу.

И тут же ахнула – тело огромного оборотня было в крови.

– Проходите же скорее! – дрожащим голосом повторила девушка и открыла дверь шире.

Хромая и сильно качаясь из стороны в сторону, словно одурманенный каким-то колдовским зельем, истекающий кровью волк с трудом переступил через порог. Быстро закрыв дверь на засов, Тина сбегала в комнату и принесла оттуда своё большое одеяло.

– Ложитесь сюда, дядя, – сказала она, – я осмотрю Вашу рану…

– Не стоит, Тина, – быстро ответил оборотень, тяжело дыша, – думаю, меня уже не спасти…

Но Тина не слушала. Разорвав свою старую рубаху на две части дрожащими руками, она принялась осторожно вытирать мокрую от крови и воды шерсть волка. А когда увидела рану – обомлела…

– Теперь понимаешь? – прохрипел он и попытался встать.

Но тщетно – ноги его не держали.

– Это колдовство? – тихо спросила девушка, заранее зная ответ.

– Оно…

– Но кто же это сделал?.. Кто? – задрожал голос у Тины, сердце сжалось от боли и жалости.

Впервые после долгих лет ей вдруг стало дико страшно. Ведь если близкий и родной человек уйдет из жизни, она останется совсем одна – крестный отец был единственным, кто не оставил ее после смерти матери.

Оборотень тяжело и обрывисто задышал, его круглые желтые глаза помутнели и налились кровью.

– Мне пора, – проговорил он сквозь зубы, – не могу же я умереть прямо здесь… в таком виде…

Собрав последние силы, волк встал.

– Не уходите! – вдруг закричала девушка, крупные слёзы брызнули из её широко распахнутых глаз. – Не уходите никуда! Я смогу Вам помочь!.. Смогу! Я же ведьма!

С трудом подняв голову, оборотень с гордостью посмотрел на свою крестницу. Такие слова ненадолго придали ему сил.

– Да, девочка моя, ты самая настоящая ведьма, – произнёс он, немного помолчав, – ты станешь достойной заменой мне… Возьми это письмо и хорошенько его спрячь. А когда всё утихнет, отдай его Софье… Моя сестра добрая и порядочная женщина, я много о ней тебе рассказывал. Она с радостью примет тебя в нашей школе и всегда будет рядом…

Тина тихо всхлипнула, она никак не могла поверить в происходящее, все по-прежнему казалось дурным сном.

– А теперь пришла пора прощаться, меня ждёт дальняя дорога в другой мир… Как жаль, дочка, что сейчас я не могу тебя обнять!

Не стесняясь слёз, девушка крепко обхватила крёстного отца за мокрую шею, понимая, что прощается с ним навсегда.

– Будь… умницей, – с трудом проговорил дядя Рудольф, закрыв помутневшие от нестерпимых мук глаза, – и обязательно иди учиться… Там все… тебя ждут…

Открыв дверь, юная ведьма вдруг поняла, что гроза закончилась – в ночи висела оглушающая тишина. Всё вокруг замерло.

Прежде чем исчезнуть в ночной мгле навсегда, умирающий волк заглянул в глаза плачущей навзрыд крестнице и прошептал:

– С днём рождения, Тина.

А потом растворился в предрассветной тишине, оставив Тину один на один со своим горем.

На свою работу Тина никогда не опаздывала. Она всегда приходила за десять минут до закрытия магазина, сухо здоровалась и прощалась одновременно с огромной толстощёкой продавщицей Ниной и незамедлительно приступала к своим обязанностям. Работа была нехитрой – помыть полы да сидеть-сторожить магазин с провизией до самого утра.

Сегодня Нина уходить не торопилась. Она долго возилась у кассы, пересчитывала деньги по пять раз, а потом еще целый час топталась у зеркала.

Тина терпеливо ждала.

Наконец, красноносая продавщица всё-таки осмелилась и подошла к девушке.

– Ну что, я пошла, – громко пробасила женщина, неловко переминаясь с ноги на ногу.

Тина слегка кивнула головой в ответ, поведение Нины начинало её настораживать.

Потоптавшись на одном месте своими резиновыми сапожищами 45 размера, женщина вдохнула глубже и снова пробасила:

– Тина, а вправду люди болтают будто ты – ведьма?

Девушка нисколько не удивилась, именно такой вопрос она и ожидала услышать. Отодвинув в сторону ржавое ведро с водой, Тина в упор посмотрела на Нину своими тёмными синими глазами.

– Глупости говорят, – ответила она, едва сдерживая улыбку.

Но такой ответ продавщицу не удовлетворил.

– Оно, может, и глупости, – пожала она огромными, как два холма, плечами, – только вот если Николай Петрович узнает, враз уволит. Кто знает какими глупостями ты занимаешься… У нас это не приветствуется. Ну, я пошла!

Нина ушла, и дышать стало легче. Тина терпеливо относилась к людям, ко многим с уважением, но чувствовала себя среди них одинокой и чужой. Да, она была самой настоящей ведьмой, хотя к колдовству прибегала крайне редко.

Помыв полы в магазине, девушка проверила все дверные замки и погасила свет. Ночью она видела так же хорошо, как и днём.

Когда на усыпанное звёздами полотно ночного неба выкатилась похожая на спелый апельсин луна, за дверью чёрного входа неожиданно раздался какой-то странный шум. Тина прислушалась – шум повторился. Неужели вор?.. Сердце тревожно застучало, кровь волной ударила в виски. Неслышным кошачьим шагом девушка быстро приблизилась к хлипкой деревянной двери и поняла, что кто-то настойчиво пытается взломать замок.

– Не позволю, – тихо прошептали её губы и неожиданно растянулись в озорной улыбке.

Сейчас она им покажет! Ладоням стало жарко, глаза вспыхнули обжигающим демоническим огнём, раздразнённая колдовская сила неудержимым потоком рвалась наружу. Приготовившись раз и навсегда отбить охоту у вора проникнуть на её территорию, Тина быстро зашептала всплывающее в памяти само собой заклинание…

Но вдруг человек за дверью заговорил.

– Тина, ты здесь? Тина, открой дверь, я ключ потерял…

От неожиданности девушка вздрогнула, пошатнулась и едва не упала на ящики с овощами. В глазах резко потемнело. Это был голос Сережи – сына владельца магазина.

– Тина, ты меня слышишь?.. Ты здесь?

Когда в голове немного прояснилось и кровь в жилах перестала кипеть, Тина протянула дрожащую руку к двери и осторожно повернула ключ.

На пороге стоял улыбающийся во весь рот парень.

– Ничего не вижу, – сказал он и потянулся в карман за спичками. – Тина, ты?

– Ты чего по ночам шастаешь? – недовольно проворчала девушка и вдруг поняла, что была ужасно рада видеть этого доброго парня. – Я-то думала, что это вор в магазин ломится.

– Похоже, что вору ты была бы больше рада, чем мне. Что это там у тебя блестит такое?

– Ничего не блестит.

Тина быстрым движением спрятала прядь за ухо.

– Что? Мне же не показалось…

– Ничего. Ну что ты стоишь на пороге? Проходи. Что-то случилось?

Сережа пожал плечами и ответил:

– Да нет, просто мимо проходил, я тут вчера ключи потерял. Вот проведать тебя пришёл.

Тина искренне не понимала, почему этот высокий и красивый на ее взгляд парень так жаждет общения с ней, в то время как все вокруг её сторонятся.

Усадив своего ночного гостя на старый пыльный диванчик, стоявший в углу складского помещения, девушка включила электрическую плитку и поставила на неё чайник.

– Ключи нашёл? – спросила она.

– Не нашёл, да и чёрт с ними.

– Почему? Я могу их найти.

Но от помощи Тины парень отказался, сказав, что, потеряв одно, человек приобретает другое.

– Как хочешь, – пожала плечами девушка и предложила попить чаю.

– Не откажусь. А ты где пропадала все эти дни?

Тина достала из маленького шкафчика сахар, две чашки и, улыбнувшись, взглянула на Сережу. Тот смотрел на неё невидящим взглядом (в помещении висел тяжёлый полумрак), в его серых глазах читалось лёгкое волнение.

– Я болела.

– Болела? Что-нибудь серьёзное?

Неужели переживает?..

– Нет-нет, ничего особенного. Так, обычное недомогание. Сейчас всё в порядке. Я ведь предупредила твоего отца… то есть Николая Петровича.

Немного помолчав, он вдруг признался:

– А я тебя позавчера навестить приезжал.

Рука девушки дрогнула, едва не выронив чайник с кипятком.

– Приезжал? – осторожно переспросила она, заваривая ароматный травяной чай.

– Ну да, весь твой посёлок исколесил вдоль и поперёк, а тебя не нашёл. Люди сказали, что никакая девушка по имени Тина вообще там не живёт. Представляешь!

– Странно, – пробормотала Тина, почувствовав себя не в своей тарелке.

Девушке вдруг стало так стыдно за свой обман, что её щёки залились яркой краской. Хорошо, что ее друг ничего не мог видеть! Однако иного выхода у неё не было. Не могла же она сказать этому доброму парню, что живёт совсем одна в дремучем лесу, дружит с диким зверьём и имеет дядю оборотня. Ведь он мог поверить в то, что она ведьма и отвернуться от неё… Нет, этого допустить Тина не могла! Сережу она считала своим хорошим другом.

Размешав сахар и передав своему гостю горячую чашку, Тина присела рядом. Немного подумав, беззаботно прощебетала:

– Значит, ты плохо искал. Я же говорила тебе, что живу с бабушкой на самом отшибе…

– Плохо искал? – возмущённо воскликнул парень, обиженно сдвинув густые темные брови.

– Очень плохо.

– Значит, я идиот.

– Ну, этого я не знаю. Неужели ты думаешь, что я тебя обманываю? Просто ты ошибся, может, свернул не туда или ещё что-то.

– Я не мог ошибиться. В той стороне есть только одна деревня, больше ничего.

Сережа заметно разволновался. Краем глаза Тина заметила, что он положил свою руку рядом с ее рукой и замер. Сердце отчаянно застучало.

– Ну не знаю, плохо искал значит. Вот приспичило тебе поехать! Я никого в гости не приглашала.

– От тебя дождешься.

Сказав это, Сережа вскочил на ноги, поставил чай на пол и, сухо попрощавшись, ушёл. Тина молча смотрела ему в спину долгим, полным слёз взглядом. Ну вот, теперь у неё не осталось никого – ни родных, ни близких, ни друзей.

Где-то далеко в лесу заухал старый филин.

– Вот и пришла пора, – тихо проговорила Тина, задумчиво глядя в пол, – мне не место среди людей.

Вспомнив крёстного отца, девушка потянулась в карман за письмом, которое было предназначено сестре покойного колдуна. Бумага была наполовину залита кровью, а неровные буквы, написанные наспех, – почти все размыты до неузнаваемости.

В своём письме дядя Рудольф просил сестру Софью принять Тину как родную дочь. Так же там было написано, что на его жизнь покушаются люди, которым он доверял. Однако из-за размытых чернил прочитать имена злодеев было невозможно.

Прижав памятный клочок бумаги к груди, Тина поклялась найти убийцу своего крёстного отца.

Не дожидаясь рассвета, девушка попрощалась с маленьким жёлтым магазинчиком и с лёгким сердцем покинула спящий городок.

Когда тусклые уличные фонари остались позади, а прохладный ночной воздух наполнился бодрящим ароматом лесной хвои, Тина осторожно достала подарок дяди Рудольфа – маленький деревянный свисток в форме дикой утки. Подержав его немного в руках, она тихо подула в крохотное круглое отверстие.

Неожиданно зажурчала мягкая, завораживающая слух мелодия, наполнив ночную тишь дивными нотами. Тина улыбнулась и прислушалась. Но не к волшебной музыке. Услышав совсем рядом знакомое ржание, она звонко и весело рассмеялась.

Вековые сосны и лохматые старушки-ели нехотя расступились и выпустили из своих непроходимых недр четвероногого богатыря с горящими во тьме глазами – черногривого жеребца. Сильные ноги прекрасного животного в нетерпении буровили рыхлую землю, а его гладкие взмыленные от быстрого бега бока взволнованно вздымались. Взгляд чёрного красавца переполняли любовь и преданность.

Тина радостно помахала рукой своему другу.

Тряхнув шелковистой гривой, длинноногий жеребец галопом бросился навстречу девушке.

– Ну, здравствуй, Красавчик, – ласково обняла его за огромную тёплую шею Тина и озорно замотала головой, выпустив на свободу сверкающий локон волос. – Как давно я тебя не видела! Как у тебя дела? Вижу, что всё в порядке… А мне вот помощь твоя нужна. До Кривой горы не подбросишь?

Радостно мотнув в ответ головой, жеребец услужливо подставил девушке свою горячую спину. А уже через секунду он мчался быстрее ветра в сторону кривогорья.

На Кривой горе, как всегда, было шумно и людно. Траур по директору школы графу Рудольфу закончился, и занятия в школе Чародеев возобновились. Всё снова пошло своим чередом.

Сегодня впервые за много дней тётушка Софья находилась в превосходном настроении. Словно бабочка, порхала она по своему кабинету, переставляла книги с места на место, убирала пыль с полок и напевала себе под нос какие-то песенки. Сердце доброй волшебницы просто заходилось от счастья и волнения.

Когда в дверь постучали, вместо обычного «кто там?», тётушка Софья звонко прощебетала:

– Мария, заходи скорее!

Дверь открылась, и в кабинет нового директора школы Чародеев вошла стройная молодая женщина с толстой книгой в руках. Черты лица Марии Гордеевны были во многом схожи с чертами старой волшебницы – те же искрящиеся небесной синевой глаза, такой же маленький задорный нос, похожий на пуговку, и точно такие же пухлые розовые губы, слегка тронутые мягким блеском. Даже очки у них были абсолютно одинаковыми! Но ничего удивительного в этом не было – ведь Мария приходилась тётушке Софье родной дочерью.

Отбросив в сторону все дела, тётушка Софья устремила свой горящий взор на вошедшую дочь.

– Ну, наконец-то! – громко воскликнула она, хлопнув в ладоши, и тут же спросила: – Дочка, почему же ты раньше не зашла?

Закатив глаза от недовольства, Мария устало плюхнулась в желтое (это был любимый цвет тетушки Софьи) кресло. Она сразу заметила перемены в поведении и настроении матери. Положив книгу на стоящий рядом стол, молодая женщина склонила голову набок и сказала:

– Мамочка, ты, наверное, забыла, что твоя дочь давно уже не ученица знаменитой школы Чародеев. Я пришла к тебе сразу же, как только закончилось моё занятие.

– Я всё помню, – махнула пухлой рукой тётушка Софья и, улыбнувшись во весь рот, радостно произнесла: – Она сегодня приезжает!

Мария на минуту задумалась, вспоминая о ком идёт речь. Но голова всё ещё гудела от шума и крика ребятни, поэтому молодая учительница чар решила себя не мучить догадками.

– Кто приезжает?

– Да как же ты могла забыть?! – возмущённо нахмурилась мать, но тут же снова засияла. – Я говорю о крестнице Рудольфа! Сердце подсказывает мне, что она уже в пути.

Потрогав свои красные, как спелый помидор, щёки, тётушка Софья бросилась к окну.

– Лицо горит. Наверное, эта девочка сейчас думает обо мне… Бедняжка! Она осталась совсем одна. Ах, Мария, я приму её здесь, как родную дочь!

Разволновавшись не на шутку, старая волшебница подставила пылающие щёки навстречу прохладному утреннему ветерку.

Однако радость матери почему-то не передалась ее дочери. Положив ногу на ногу, та смотрела на неё, как на спятившую старуху.

– Это правда, что наша школа теперь принадлежит этой девчонке? – с некоторым раздражением поинтересовалась молодая женщина.

– Её зовут Тина, – сказала тётушка Софья, присаживаясь за стол. – Наша школа принадлежит не только Тине, но и каждому, кто здесь живёт. Ты же прекрасно знаешь, что все дети, которым мы передаём здесь наши знания, – сироты… Наша обязанность научить их использовать свой волшебный дар правильно, не во вред ни себе, ни людям… Ведь в дальнейшем им придется жить среди людей, скрывая свои способности и применяя их только во благо, и каждый выпускник должен будет выбрать подходящую профессию… Дочка, но почему я не вижу радости на твоём прекрасном лице? Почему твои добрые глаза не светятся от счастья?

Озадаченная и немного расстроенная волшебница внимательно присмотрелась к притихшей дочери.

– Маша? – настороженно прозвучал её голос.

– Только не надо пытаться прочесть мои мысли! – недовольно взвизгнула молодая женщина и вскочила со своего места. – И будь добра, не называй меня так!

Тётушка Софья печально опустила глаза.

– К сожалению, теперь мне это не удаётся. Много лет назад, не скрою, я часто заглядывала в твою душу, дочка. Пыталась разгадать причину твоего плохого настроения…

За дверью по коридору с оглушительным визгом пронеслась группа горластых привидений.

– Перемена закончилась, – обрадовалась неожиданному спасению молодая учительница. – После поговорим! У меня урок!

Схватив со стола книгу, она со всех ног рванула к двери.

– Вот так всегда, – разочарованно развела руками тётушка Софья, когда дверь с шумом захлопнулась.

Она снова подошла к окну. О странном поведении дочери тут же пришлось забыть – сердце в груди бешено запрыгало, дышать стало труднее.

– Она уже в пути! – схватилась за голову волшебница и выбежала из кабинета.

Настал час проверить всё ли готово к приезду Тины.

Оббежав весь замок, тётушка Софья убедилась, что подготовка к встрече дорогой и долгожданной гостьи шла полным ходом. Для Тины уже была приготовлена комната, в которой она будет жить с двумя другими девочками. Сначала старая волшебница хотела предоставить крестнице своего покойного брата отдельную комнату, но потом передумала. В коллективе девочке будет гораздо легче адаптироваться к новым условиям. «Бедняжка и так слишком много времени провела в одиночестве, – думала она, направляясь на школьную кухню. – Общение с девочками пойдёт ей только на пользу».

Заведующий хозяйством хромой старик Харитон полностью разделил радость своей начальницы.

– Вы, Софья Паллна, не беспокойтесь, – сказал он, преданно заглядывая в её счастливые глаза, – Вашу родственницу я в обиду не дам. Всегда приму, накормлю досыта и добрым словом обогрею. Ну и присмотрю, коль потребуете.

Осмотрев придирчивым взглядом блиставшую от чистоты просторную школьную столовую, тётушка Софья довольно проговорила в ответ:

– Спасибо, Харитон, за такие слова, за твоё понимание. Вижу, что здесь всё в порядке. Зайду теперь в комнату, в которой будет жить наша Тина, и немного побеседую с девочками.

Харитон недовольно свернул нижнюю губу в трубочку и нахмурил кустистые седые брови.

– Никак боитесь, что эти стрекозы плохо примут свою новую соседку? – спросил он, потирая обеими руками больную ногу.

– Нет, что ты! – воскликнула в ответ волшебница. – Конечно, характер у девчонок немного сложный. Особенно у Розы…

Тётушка Софья замялась, подбирая в уме нужные слова.

– Особенно у Розы, – проворчал старик. – Эти две несносные ведьмы друг друга стоят! Думаете, я не знаю, кто по ночам ворует сладости из школьного холодильника? Я всё знаю, и когда-нибудь, прости меня хосподи…

– Они хорошие девочки, – быстро проговорила старая волшебница и, сделав вид, что ничего не слышала, направилась к двери.

– Роза с Ленкой несносные девчонки! – воскликнул ей вслед своим глухим голосом Харитон, заливаясь бардовой краской. – А имя-то какое себе придумала – Элееен ее пожалуйста называйте… Елена ее уж не устраивает. Ох уж эта современная молодежь… тьфу! Вашей племяннице требуется другая комната! Желательно отдельная. А не то они ее там научат…

Но тётушка Софья была уже далеко.

Ни Розы, ни Элен в комнате под номером 7 не было. «Наверное, они ещё не вернулись с занятий», – подумала волшебница и переступила порог.

В комнате было чисто и уютно. Кровати девочек находились возле большого окна, между массивным деревянным столом с толстыми ножками. Третья кровать, которая предназначалась для Тины, находилась на противоположной от окна стороне, ближе к углу.

– Постельное бельё! – вдруг спохватилась тётушка Софья. – Где же свежее постельное бельё?

Покинув комнату девочек, волшебница со всех ног бросилась к Харитону. Каким бы ворчливым и недовольным не был этот старик, но без него в школе никто и шагу ступить не мог.

Промчавшись по шумному коридору ураганом, тётушка Софья даже не заметила проходящих мимо Розу и Элен. Девочки направлялись в свою комнату.

– Что это с нашей директриссой? – удивлённо приподняла тонкую бровь черноволосая девушка, обращаясь к своей подруге. – Пронеслась вихрем и даже не поздоровалась.

Белокурая Элен слегка пожала круглыми плечами.

– Не знаю, не знаю, – задумчиво произнесла она в ответ. – Говорят, что тётушка Софья очень ждёт одного человека.

Зелёные глаза Розы блеснули холодным малахитовым огнём. Девушка усмехнулась:

– Не собирается ли она случайно поселить этого важного человека в нашей комнате?

– Если этот человек – девушка, то всё может быть, – спокойно проговорила Элен, открывая дверь в комнату. – Ну, а если парень, то тебе нечего опасаться.

Увидев, что дверь в комнату была не заперта, Роза недовольно топнула ногой и с укором посмотрела на подругу.

– Ты опять оставила дверь открытой!

– Но ведь в нашей школе не было ни одного случая воровства, – невозмутимо ответила Элен, раздвигая шторы.

Яркий солнечный свет брызнул в окно, в комнате сразу стало светло и уютно.

– Тогда для чего во всех дверях стоят горластые замки? – прищурив оба глаза, спросила Роза. – Неужели для красоты?

Спорить с Розой было бесполезно, поэтому Элен решила сменить тему.

– Давай лучше займёмся домашним заданием, что зря время терять, – примирительным голосом предложила она подруге. – Я в библиотеке нашла интересную книгу…

– Отстань со своей учебой, не хочу! –капризно выкрикнула в ответ Роза, сейчас её волновало совсем другое. – Мне кажется, что в нашей комнате кто-то был. Носом чую убийственный запах духов тётушки Софьи. Всё-таки она подселит к нам новенькую! Это как пить дать!

– Места всем хватит, – спокойно сказала на это Элен, доставая из сумки учебники и тетради.

Но Роза так не думала. Мысль о том, что скоро в их комнате появится ещё один жилец, сводила её с ума.

– Ты же прекрасно знаешь, я не переношу шум и тесноту. И вообще, очень долго привыкаю к новым людям. На этаже столько свободных комнат!

– Давай я заварю свежего чая, – улыбнулась Элен и встала со стула. – Кажется, у нас оставалось печенье…

Не успела девушка достать из маленькой деревянной тумбочки кружки, как в дверь кто-то постучал.

Сердце Розы дрогнуло.

– Кто там? – спросила Элен и подошла к двери.

В ответ прозвучал тихий, навевающий тоску голос прачки Руфины:

– Возьмите чистое постельное бельё для новенькой.

Закатив от возмущения и недовольства глаза, Роза вскочила с кровати, как ужаленная, и в три шага оказалась рядом с подругой. Открыв дверь, она грубо выхватила из рук женщины шуршащий свёрток.

– Какой еще новенькой? Что она несет?.. Всё, чую, настал конец нашей спокойной жизни, – недовольно проворчала девушка и изо всей силы швырнула тщательно запакованные простыни в дальний угол.

– Роза, может быть, это всё не так уж и плохо, – терпеливо улыбнулась на это Элен.

Она бережно подняла с пола брошенное постельное бельё и аккуратно положила его на третью, предназначенную для Тины, кровать.

– Плохо! – возмущённо прокричала в ответ Роза, хищно сверкнув зелёными, как у кошки, глазами. – Три ведьмы в одной комнате – это очень плохо!..

Кривую гору было заметно издалека. Огромным кривобоким великаном возвышалась она над бескрайним морем зелёного леса. А на самой её верхушке гордо и величественно стоял замок.

Вспомнив, что возможно где-то там, за высокими каменными стенами бродит убийца графа Рудольфа, Тина пришпорила коня. В считанные минуты Красавчик преодолел усеянный дивными цветами диких растений крутой хребет горы и послушно остановился у подножья замка. Так близко от подпиравших лазурное небо стен знаменитой школы Чародеев Тина ещё никогда не была.

Выждав время и отпустив жеребца, взволнованная девушка приблизилась к невысоким и неустойчивым на первый взгляд воротам. Никакой стражи поблизости не было.

Осмотрев внимательно безупречно гладкую поверхность ворот, Тина заметила небольшой круглый выступ, в центре которого зиял чёткий отпечаток руки. Что бы это значило?

Немного подумав, девушка пришла к выводу, что этот необычный выступ служит своеобразным замком. Оставалось только вставить ключ. Без всякого страха и лишних сомнений Тина положила свою ладонь так, чтобы она совпала с отпечатком на стене. Почти сразу же пальцам стало невыносимо горячо. Невидимый замок щёлкнул, и ворота, жалобно заскрипев, распахнулись. Удивлению Тины не было конца – ведь там, за воротами её уже ждали.

– Ну, наконец-то! – к Тине подбежала седовласая, но полная жизненных сил, женщина в круглых очках, а за ней целая свита каких-то заполошенных людей.

Голубые глаза её радостно сверкали, излучая добро и свет.

– Здравствуй, девочка моя, – сказала она Тине немного дрожащим от волнения голосом, – вот ты и пришла.

Женщина обняла Тину за плечи и горячо расцеловала в обе щеки.

– Меня зовут Софья Павловна, – поспешила представиться хозяйка, – но все здесь называют меня просто – тётушка Софья.

– Очень приятно, – кивнула головой девушка, с удивлением отметив про себя, что сестра дяди Рудольфа совершенно на него не похожа – он был высоким худощавым мужчиной, черноволосым, с благородным орлиным профилем.

– Ты, наверное, устала с дороги и проголодалась, – спохватилась женщина и, взяв Тину за руку, повела её через школьный двор. – Сейчас я тебя накормлю, покажу нашу школу и познакомлю со своей дочерью…

– Спасибо, я не голодна, – невнятно пробормотала Тина, не ожидавшая такого бурного приёма.

– Какие глупости! – возмущённо отмахнулась тётушка Софья, но счастливая улыбка не сползала с её лица. – Я ведь знаю, что путь был неблизким. Рудольф как-то мне сказал, что живёшь ты у самого чёрта на куличках… Ах, Рудольф! Ну почему он не привёл тебя раньше?.. Но теперь всё изменится, всё будет по-другому. Вот увидишь, девочка моя, у тебя появится много друзей в нашей школе, тебя ждёт большое будущее. Я давно говорила своему покойному брату, чтобы он поскорей привёл тебя к нам. Но он всё твердил: не время, не сейчас, потом…

Тина послушно следовала за старой волшебницей, ощущая на себе множество любопытных глаз. Со всех сторон до её чутких ушей доносился приглушённый шёпот обитателей замка. Стараясь не смотреть по сторонам, девушка ускорила шаг. Скорей бы миновать школьный двор и спрятаться от этих пытливых глаз!

– Я столько раз хотела тебя навестить, девочка моя, – продолжала тетушка Софья, – но мой брат почему-то не позволял. Говорил, что ты еще не оправилась от горя, хочешь побыть одна. Однажды мы с ним едва не поссорились даже, представляешь. Ну да ладно. Видимо, так было угодно судьбе. Ну а может быть это я плохо настаивала…

Когда Тина переступила порог замка, то едва не обомлела – такой красотищи она никогда не видела!

– Ух ты! – только и смогла сказать девушка.

В памяти неожиданно всплыли смутные картинки детства – высокие потолки, большие светлые окна, обрамлённые тяжёлыми парчовыми шторами, дивные картины на гладких стенах… Неужели она всё это уже видела?

– Не удивляйся, девочка моя, – ласково проговорила тётушка Софья, не отпуская руку девушки, – твой настоящий дом был намного больше этого замка. И если бы не смерть твоей матери, то…

Женщина вдруг замолчала, подумав, что тронутая тема доставит Тине боль.

– Это ещё не красота! – громко воскликнула она через минуту, направляясь в сторону лестницы. – Красота будет дальше. Ах, Тина, нам о многом нужно поговорить, я так давно ждала этого дня, так ждала… Я ведь однажды даже приходила к тебе, познакомиться хотела. Конечно же, тайком от Рудольфа.

– Правда? – Тина была искренне удивлена. – Но когда? Почему я вас не видела? Наверное, меня дома не было…

– Я не домой к тебе приходила, милая.

– В магазин?

– Да-да, пришла, а тебя там нет. Продавец сказала, что ты придешь только вечером.

Перевести дух и немного успокоиться добрая волшебница смогла только у себя в кабинете. Усадив дорогую гостью на мягкий кожаный диванчик желтого цвета, она наконец-то замолчала и закрыла глаза. Так вот почему однажды и совсем неожиданно серый неприметный магазинчик на окраине города стал вдруг яркого желтого цвета.

Помещение навевало спокойствие и уют. Посмотрев по сторонам, Тина сразу же обнаружила вокруг себя много интересных и необычных вещей. Например, вот этот огромный цветок на окне. У него были большие красно-синие листья и вызывающий ядовито-жёлтый ствол с толстыми колючками, а с пушистой макушки тяжёлыми гроздьями свисали совершенно невинные на первый взгляд белоснежные цветочки. Тина знала, что их нежные лепестки использовались во многих колдовских зельях, а зубчатые синевато-красные листья этого растения некоторые смельчаки и хитрецы съедали перед тем, как кому-нибудь солгать. Собеседник тут же верил в услышанное, если, конечно, не замечал напротив себя окрашенный в тёмно-синий цвет язык. Прежде Тина никогда не видела Сладкую Ложь (именно таковым было название волшебного комнатного цветка), но тут же согласилась, что прекраснее растения она ещё не встречала. И если верить книгам, которые часто приносил дядя Рудольф к ней домой, то вкус у этих листьев был очень нежным, сладковато-ванильным, с лёгким ароматом клубники.

– Сладкая Ложь, – прошептала девушка, вспомнив название волшебного растения.

Прошло несколько минут, прежде чем Тина начала волноваться за сестру крёстного.

– С Вами всё в порядке? – несмело спросила она. – Вы… спите?

– Нет, моя дорогая, я не сплю, – тут же последовал ответ. – Я думаю.

Тётушка Софья открыла глаза и снова заулыбалась.

– Видишь ли, Тина, годы уже не те. Теперь для того, чтобы хорошенько сосредоточиться и восстановить силы, мне требуется время. Иногда хватает минуты, иногда целого дня мало. Ты, наверное, думаешь, что я старая перечница…

– Нет, что Вы! – замотала головой девушка. – Дядя Рудольф мне часто рассказывал о Вас…

– Правда? – схватилась за сердце женщина – рана была ещё слишком свежей. – Знала бы ты, Тина, как мне не хватает брата. Не понимаю, за что его так? Его тело нашли неподалеку от замка, если это можно было назвать телом… изувеченная шкура волка… Там же нашли и его золотую цепь. По ней и опознали…

На глаза Тины навернулись слёзы – со стены на девушку смотрел строгий портрет крёстного отца.

– Убийцу ещё не нашли? – осторожно спросила она у волшебницы.

Тётушка Софья тихо вздохнула, и тёплая материнская улыбка на её круглом румяном лице потухла.

– Нет, не нашли, – задумчиво проговорила она, нервно постучав по столу пальцами.

Сердце Тины бешено запрыгало. Ведь именно за этим она сюда и пришла – разоблачить того мерзавца, рука которого посмела замахнуться на дядю Рудольфа.

– Неужели убийца не оставил ни единой зацепки? – как можно спокойнее поинтересовалась девушка.

Но тётушка Софья ничего подозрительного в словах Тины не заметила, хотя и была великой волшебницей. Видимо, потеря близкого человека совсем выбила её из колеи.

– Единственное, что я знаю, – ответила женщина, поднимаясь со стула, – так это то, что убийца – хитрый и величественный колдун… Но зачем тебе знать, моя девочка? Не думай ни о чём, Тина, займись учёбой. Пойдём, я покажу тебе школьную столовую, познакомлю со стариком Харитоном. Там мы с тобой и пообедаем.

Тина послушно встала, только сейчас она поняла, как сильно голодна. Со вчерашнего вечера у неё во рту не было и маковой росинки. Похоже, эта милая и добрая волшебница даже и не подозревает о том, что убийца дяди Рудольфа находится здесь, в замке. И он не успокоится, пока не получит своё!

Ровно в три часа ночи Тина проснулась и не сразу поняла, где находится. Но, увидев в комнате двух спящих девушек, сразу всё вспомнила.

Справа от неё, тихонько посапывая, спала Элен, слева – Роза. Тина бесшумно встала и накинула на плечи тёплую вязаную кофту, которую вчера подарила ей добросердечная тётушка Софья. Стараясь не шуметь, девушка вышла из комнаты в наполненный прохладным ночным воздухом коридор и остановилась напротив распахнутого настежь окна. На улице висела умиротворяющая тишина.

Со дна проснувшейся памяти тут же всплыли все последние события. Вспомнив добрые и немного наивные глаза тётушки Софьи, Тина не смогла сдержать улыбку. Какая всё-таки она милая, эта полнощёкая женщина с круглыми очками! Дядя Рудольф был прав, когда рассказывал Тине о доброте и отзывчивости своей родной сестры. Хоть тетушка и была полной и давно уже немолодой дамой, неуклюжей назвать ее было трудно. А неухоженной и подавно. Весь гардероб тетушки Софьи был на один манер – строгие и в то же время немного нелепые костюмы и платья преобладающе желтого цвета, которые она меняла достаточно часто.

Совсем другой была Мария Гордеевна, дочь тётушки Софьи. Твёрдостью, хладнокровностью и прямолинейностью отличалась молодая наставница колдовства и чар от своей добросердечной матери.

Молчаливый образ Марии неожиданно сменило подозрительное выражение лица старика Харитона. Тине он тоже не понравился – скрытный, неприятный, с косым взглядом и хищной ухмылкой на тонких губах…

И соседки по комнате тоже оказались какими-то странными. Особенно недовольна была Роза, эта зеленоглазая ведьма с длинными чёрными волосами. Она всё время бросала на Тину колючий, полный недоброжелательности взгляд…

– Ты чего не спишь?

Тина повернула голову – рядом стояла белокурая Элен и сонно улыбалась.

– Я уже давно не сплю по ночам, – ответила Тина. – Привычка.

Элен подошла ближе и выглянула в окно.

– Красотища какая! – вдохнула она полной грудью прохладный воздух. – Сколько звёзд, только посмотри! А тихо как! Давненько не было такой звёздной и тихой ночи.

Элен замолчала, прислушиваясь к едва уловимому щебету каких-то полуночных птиц, а Тина вдруг подумала, что эта голубоглазая девушка не такая и странная, как ей вначале показалось. Может быть, и Роза окажется не такой уж несносной?

– Занятия начинаются в 9 утра, – снова заговорила Элен. – Здесь мы изучаем не только волшебство, но и самые обычные предметы – историю, географию, математику. Тебе нужно поспать, иначе будешь зевать на уроках. Некоторые учителя это на дух не переносят… Или ты сегодня не идёшь?

– Конечно же, я пойду, – улыбнулась Тина в ответ и привычным жестом убрала прядь за ухо. – Но спать мне пока действительно не хочется.

– Тётушка Софья сказала нам, что ты потомственная ведьма. Это правда?

– Наверное… я не знаю, – нехотя проговорила Тина, разглядывая мерцающие созвездия, – честно признаться, колдовством я владею не очень.

– Это почему? – удивилась Элен, широко распахнув большие, с бирюзовым оттенком глаза.

– Я рано осталась без матери, а отца и вовсе не помню… После смерти мамы я жила одна.

– Как одна? Совсем?

– Дядя Рудольф меня навещал довольно часто, так что…

Увидев, что Тина не расположена сейчас беседовать на такие темы, девушка взяла её за руку и тихо произнесла:

– Прости, иногда я забываю, что все мы здесь – сироты. Дети колдунов и волшебников…

– А какая разница между колдуном и волшебником?

– Честно говоря, я никакой разницы не вижу. Но люди говорят, если у тебя доброе сердце, ты – волшебник, а если нет – колдун. Или ведьма. По мне так это все ерунда! Знаешь, из родных у меня осталась одна бабушка, я её очень люблю. Именно она заставила меня пойти учиться в эту школу. А я сперва упиралась, не хотела оставлять её одну. Она тоже была ведьмой…

– Почему была?

– Потому что она такая старая, что все заклинания позабыла напрочь, как и то, кем была когда-то. Бабушка знала все-все заклинания на свете и могла приготовить любое зелье. Но сейчас она ничегошеньки не помнит.

Элен замолчала и снова повернулась к звёздам. А Тине стало не так одиноко.

– И как же твоя бабушка живёт одна? – спросила она, подумав, что никогда не бросила бы единственного родного человека на произвол судьбы.

– Она у меня молодец, – улыбнулась девушка, – на новогодние каникулы обязательно её навещу… Не знаю как, конечно, пока… Тина, пойдём в комнату и съедим что-нибудь сладкое. У меня под кроватью лежит целая коробка шоколадных конфет! Хочешь?

– Хочу.

Настроение сразу поднялось. Весело рассмеявшись, девушки направились в свою комнату. Однако перед тем, как закрыть за собой дверь, Тина вдруг обернулась и пристально посмотрела куда-то вглубь коридора.

– Ты чего? – удивилась Элен, доставая из-под своей кровати коробку со сладостями.

– Мне показалось, что там кто-то есть, – неуверенно пробормотала Тина.

– Ну и что? Тут постоянно кто-то бродит. Мало ли кому не спится так же, как и тебе.

Тина закрыла дверь и пожала плечами.

– Не знаю, но мою спину сверлил чей-то острый и любопытный взгляд. Мне так показалось.

Однако Элен ничего странного в словах своей новой соседки не увидела. Посоветовав не обращать внимания на подобные пустяки, она открыла большую зелёную коробку с конфетами и включила кипятильник.

– Сейчас я заварю чайку, – довольно потёрла она ладоши и, не удержавшись, положила шоколадную фигурку в рот. – М-м-м… Обожаю шоколад!

Одеяло на соседней кровати вдруг зашевелилось, и оттуда вынырнуло заспанное и ужасно недовольное лицо Розы.

– Ты опять лопаешь конфеты по ночам? – грозно прозвучал её голос. – Мечтаешь похудеть, а сама объедаешься, как поросёнок!

Элен испуганно захлопала глазами и, быстро отодвинув коробку в сторону, виновато опустила голову.

Тем временем Роза встала с постели и подошла к зеркалу.

– Вижу, за одну ночь вы успели стать лучшими подругами, – как можно беззаботнее проговорила она и принялась старательно расчёсывать свои блестящие тёмные пряди.

– Тина – хорошая девчонка, зря ты так, – мягко отозвалась Элен, поглядывая на кастрюльку с водой. – Да когда же закипит эта вода?

– Как мило, – закатила глаза Роза и, громко рассмеявшись, щелкнула пальцами.

Вода тут же закипела.

Тине был неприятен этот разговор. Почувствовав себя ужасно неловко, она решила оставить подруг наедине. Но рука Элен остановила её:

– Ты куда собралась?

– Т-туда… подышу свежим воздухом.

– Никуда ты не пойдёшь, – твёрдым голосом произнесла девушка и принялась разливать чай в кружки. – А на Розу не обращай внимания, она не со зла. Эта ведьма жить не может без ворчания. Со временем ты привыкнешь. А ты, Роза, прекращай так себя вести.

– Как хочу, так и веду себя, – язвительно отозвалась девушка.

Черноволосая Роза положила расчёску на тумбочку и неспеша подошла к коробке с конфетами.

– Можно? – прищурив правый глаз, спросила она у Элен.

– Ну, конечно, можно! Что за глупые вопросы.

Их глаза встретились. Целую минуту девушки испепеляли друг друга горящими взглядами. Съёжившись от страха, Тина подумала, что сейчас произойдёт что-то ужасное… Но неожиданно этот странный поединок закончился. Звонко расхохотавшись, подруги взялись за руки, а потом крепко обнялись.

– Ну ладно, прости меня, Элен, я была не права, – сквозь смех проговорила Роза.

– И ты меня прости.

– Тебя-то за что?

– За конфеты! Я же обещала не есть их больше.

Но Роза не обижалась. Она и сама обожала шоколад!

Глядя на такую тёплую картину, Тина едва не расплакалась. Как же ей хотелось быть для кого-то таким же верным и всепрощающим другом!

– Тина, иди сюда, – вдруг позвала её Роза. – Ты это… не обижайся на меня, ладно? У меня действительно дрянной характер, я и сама часто от этого страдаю. Потерпи немного.

– Всё в порядке, девочки, – мягко улыбнулась Тина и подошла к подругам. – Я не в обиде.

– Правда?

– Честное слово.

– Ну, тогда, считай, ты посвящена!

В тот момент, когда их руки сплелись, а волосы смешались в одну разноцветную копну, Тина неожиданно почувствовала, что прониклась дружеской любовью к этим двум девчонкам навсегда. Впервые за всю свою жизнь она встретила подруг, впервые тяжёлое чувство одиночества отпустило её истосковавшееся сердце из своих цепких лап, впервые за последнее время Тина поняла, что ещё не разучилась смеяться.

До самого рассвета подруги сидели за столом, ели шоколадные конфеты, украденные минувшей ночью из школьной столовой, и не могли наговориться. Тине не хотелось иметь от девочек никаких секретов, поэтому она сразу решила поделиться с ними своими переживаниями. Страшная смерть графа Рудольфа, бывшего директора школы Чародеев, привела девушек в ужас. Они даже и подозревали о том, что это было покушение!

– Прекрасно тебя понимаю, – печально проговорила Роза, с сочувствием глядя на притихшую Тину, – ты потеряла единственного близкого тебе человека. Но не переживай, рано или поздно убийца получит своё. Тётушка Софья безумно любила своего брата, поэтому так просто она это всё не оставит. Убийца будет наказан!

– Я тоже так считаю, – сказала Элен, положив в рот последнюю конфету. – Долго он по замку не побродит. Ума не приложу, кто бы это мог быть? Здесь все друг друга знают…

Уснули подруги лишь под утро, с первыми лучами солнца.

«Потеряв одно, мы приобретаем другое», – вспомнились Тине слова Сережи.

– Это верно, – прошептала девушка сама себе и, счастливо улыбнувшись, уснула.

На занятия подруги отправились вовремя. Весь десятый класс (и не только) проявил огромное желание познакомиться с новой ученицей.

В просторный, залитый лучами солнца коридор первого этажа стекалась большая и шумная толпа. Любопытных оказалось так много, что Тина снова стала чувствовать себя не в своей тарелке. Но рядом были её новые подруги.

Вопросы сыпались на Тину, как из рога изобилия.

– Тина, а это правда, что граф Рудольф был твоим отцом?

– Где ты жила до этого дня?

– Говорят, что твои родители были величайшими колдунами. Можно узнать их имена?

– Тина, мы слышали, что наша школа перейдёт тебе по наследству…

– А в каком классе ты будешь учиться?

– У тебя есть волшебная палочка?

Бедная девушка не успевала отвечать на вопросы, а на большинство она просто не находила ответов. Хорошо, что Роза и Элен стояли рядом, они с удовольствием помогали отбиваться от любопытных ребят.

– Я такая же, как и вы все, я сирота. И ничем не отличаюсь от всех вас.

– Она обыкновенная девчонка, – уверяла Роза какого-то мальчика в очках, – и с сегодняшнего дня будет учиться в нашем классе.

Когда прозвенел звонок на первое занятие, толпа школьников заметно поредела. На месте оставался лишь десятый класс.

Тина внимательно всмотрелась в незнакомые лица своих одноклассников и неожиданно встретилась с чёрными глазами темнокожей девушки. У неё было множество тонких косичек, широкий нос, похожий на картошку, и восхитительная белозубая улыбка.

– Привет, меня зовут Джульетта, – не теряясь, представилась мулатка и протянула Тине руку.

– Привет, – сказала в ответ Тина, заметив, как вдруг перекосились лица её подруг.

«Да они не ладят между собой!», – мелькнуло у неё в мыслях.

Следующим осмелился представиться рыжеволосый парень, лицо которого было усыпано множеством ярких веснушек.

– Лев Анатольевич, мадам, прошу любить и жаловать, – важно проговорил он и неожиданно поцеловал руку Тине. – Но для Вас – просто Лёва.

Весёлый Лёва заставил Тину улыбнуться. В его простом озорном взгляде девушка сразу разглядела что-то доброе, бескорыстное и жизнерадостное. Тина с уверенностью подумала, что рыжий Лёва обязательно станет добрейшим волшебником на свете.

Потом из группы вышел темноволосый мальчик, на его ровном, бесстрастном лице не было приветливой улыбки, а в холодных серых глазах – задорного блеска. В руках он держал какую-то книгу.

– Это тебе, – просто сказал он, глядя Тине прямо в глаза.

Растерявшись, девушка протянула руку и спросила:

– Что это?

– Книга. Её попросила тебе передать тётушка Софья.

– Спасибо.

Как ни старалась Тина, как ни заглядывала в мысли этого странного парня, ничего прочесть она там так и не сумела.

На этом знакомство с ребятами пришлось прервать. Откуда ни возьмись, рядом появилась разгневанная Мария Гордеевна. Одарив каждого колючим и осуждающим взглядом, молодая наставница резко подняла вверх указательный палец и негодующе прошипела:

– Все быстро в класс!

Возразить никто не посмел, ибо методы наказания у строгой учительницы были самыми суровыми, а порой и вовсе запретными.

В просторном классе висела неприятная прохлада, а от ледяного, пронзающего насквозь взгляда рассерженной учительницы становилось ещё холоднее.

Скромно устроившись на свободном краю школьной скамьи, Тина приготовилась к худшему. Неужели в этой школе все учителя такие?

– Приготовь чистую тетрадь и учебник по Чарам, – прошептала за её спиной Элен.

Так и сделав, Тина повернулась к своим подругам и тихо спросила:

– Как зовут того парня, который передал мне книгу?

Она быстро пробежалась глазами по притихшему классу. Все ребята сидели, опустив головы вниз.

– Это Марк, – ответила Роза и кивнула куда-то в сторону. – Вот он, сидит рядом с драной кошкой.

– С кем? – не поняла Тина. – С какой кошкой?

– С Джульеттой, – пояснила Элен, уткнувшись в учебник.

Действительно, темноволосый парень с красивыми глазами сидел рядом с темнокожей красоткой.

–Я вижу, вы уже успели познакомиться с новенькой девочкой, – наконец заговорила Мария Гордеевна, отложив в сторону школьный журнал. – Замечательно.

Молодая учительница встала со своего места и, звонко стуча острыми каблуками, подошла к Тине.

– Тебя зовут Тина, верно?

Девушка подняла бесстрашный взгляд.

– Да.

– Ну что же, добро пожаловать в нашу школу, Тина… Начнём с домашнего задания. Все справились? Вот сейчас и проверим. Кто хочет продемонстрировать свои знания и получить зачёт по теме «приворотные чары»?

Учительница вернулась за свой стол. В классе повисла мёртвая тишина… Но неожиданно над опущенными головами выросла чья-то рука. Это была отличница Элен.

Однако она была проигнорирована.

– Я нисколько не сомневаюсь в твоих знаниях.

Но больше никто не отважился поднять руку.

– Хорошо, – вздохнула Мария Гордеевна, поправляя съехавшие на кончик маленького носа очки, – в таком случае я сама буду вызывать. Лев.

Класс облегчённо выдохнул, а Лёва, беззаботно улыбаясь, вышел к доске.

– Ты готов? Или у тебя опять всю ночь болела голова?

– Голова болела, но я всё выучил, – весело ответил парень и неожиданно подмигнул Тине.

– Хорошо, – сказала на это учительница и открыла книгу по Чарам. – Итак, на прошлом уроке мы проходили приворот. Вот и покажи мне, как ты усвоил эту тему. На ком будем экспериментировать? Девочки, добровольцы есть?

Среди девочек добровольцев не оказалось.

– Тогда выбери сам, – спокойно сказала учительница.

Не переставая весело улыбаться во весь рот, рыжий Лёва окинул девочек хитрым взглядом, задержал его на Розе и неожиданно показал рукой на Тину.

– О, ты хочешь испытать свои чары на новой девочке, – удивлённо вскинула тонкую бровь учительница и, едва заметно ухмыльнувшись, обратилась к Тине: – Будь добра, выйди к доске.

– Так не честно! – вдруг подскочила со своего места Роза, её зелёные глаза негодующе полыхали. – Это же её первое занятие! Так нельзя!

– Роза, ты желаешь стать временной возлюбленной Льва? Лично я не против. У тебя нет ни одной оценки в журнале.

Побагровев от гнева и возмущения, Роза закричала:

– Ни за что на свете! Лучше умереть!

– Тогда сядь на своё место и не срывай мне урок, – злобно прошипела учительница и перевела холодный, как лёд, взгляд на Тину.

– Всё в порядке, я готова, – вдруг заявила девушка.

Ребята зашептались, а Тина смело вышла к доске и встала рядом с Лёвой.

– Лёва, начинай, – расплылись в довольной ухмылке алые губы Марии Гордеевны.

Уверенный в себе рыжеволосый парень повернулся к Тине и быстро прочёл вслух длинное, выученное наизусть заклинание приворотных чар. Затем он резко вскинул руки вверх и смешно растопырил свои длинные, слегка искривлённые пальцы. В лицо Тине дунул тёплый ветер, глаза немного защипало.

– Всё, готово. Она от меня без ума!

Класс замер.

Тина посмотрела на довольного Лёву и ничего, кроме дружеской симпатии, не испытала. Её сознание по-прежнему оставалось ясным.

– В чем дело? Почему она не признаётся ему в любви? – раздался чей-то удивлённый возглас.

В глазах Лёвы мелькнул испуг.

– Эй… Ты что, не влюблена в меня? – растерянно пробормотал он и перевёл беспомощный взгляд на учительницу.

Довольная улыбка победителя мгновенно сползла с его веснушчатого лица.

Тина пожала плечами.

– Кажется, нет, – ответила она и села на своё место.

Разочарованная Мария Гордеевна шумно вздохнула и постучала указкой по деревянному столу.

– Всё с тобой ясно, Лев. Садись, плохо. Очень плохо. Нужно увереннее и внятнее произносить заклинания! В будущем это придется делать мысленно. Я представляю, что ты там наколдуешь.

– Но я всё правильно сделал! – возмущённо воскликнул парень. – Я всю ночь учил! Пацаны, докажите!

– Хвастун! – донеслось в ответ.

– Сядь на своё место, я сказала, – в голосе учительницы прозвучали ноты раздражения. – На следующем занятие буду спрашивать. Элен, ты, кажется, хотела отвечать…

Понуро опустив голову, под приглушённые смешки одноклассников, Лёва поплёлся на своё место.

Тине стало жаль парня. Однако, вспомнив, что пять минут назад он хотел сделать из неё всеобщее посмешище, она тут же избавила себя от этого чувства.

В отличие от Лёвы, Элен продемонстрировала отличные знания, которые, безусловно, порадовали привередливую наставницу чар.

Подопытным кроликом был выбран низкорослый худой мальчик в больших квадратных очках по кличке Пискля.

– О, моя королевна, я готов целовать Ваши прелестные ножки всю ночь! – стоя на коленях, обращался он к хохочущей Элен писклявым, как у мышонка, голоском. – Только тебе единственной, свет моих очей, я буду посвящать свои стихи!

Всю вторую половину занятия класс слушал любовные стихи Гарика, посвящённые белокурой отличнице Элен.

На перемене подруги решили пойти в школьный сад, который располагался на заднем дворе замка.

Для осени погода стояла удивительно тёплая. Солнце светило необыкновенно ярко, совсем по-летнему, приятно пригревая своими ласковыми лучами.

Старый сад стоял на самом склоне Кривой горы, с которого взору девушек открывался восхитительный пейзаж.

– Просто дух захватывает! – громко воскликнула мечтательница Элен, подставляя раскрасневшееся лицо свежему ветру.

Встав на самый обрыв, девушка с наслаждением закрыла глаза и тихо замурлыкала себе под нос какую-то песенку.

Мягкие порывы шутливо подхватывали её лёгкие белоснежные пряди, словно облака, и вздымали в чистую поднебесную высь.

Роза и Тина сидели за спиной Элен и с улыбкой наблюдали за её поведением.

– Она опять впала в детство, – сказала Роза и тут же спросила: – Тина, а ты можешь прямо сейчас вызвать сильный дождь?

– Дождь? – удивилась Тина. – Но зачем?

– Обдать бы эту романтическую особу холодной водичкой! – весело рассмеялась подруга.

– Она что, влюблена? – понизила голос девушка и почувствовала, как сильно забилось её сердце.

На такие темы она ещё ни с кем и никогда не разговаривала. И тем более ни разу не была влюблена!

– Только тихо! – испуганно приставила палец к губам Роза и покосилась на Элен. – Вообще-то это большой секрет, и я тебе ничего не говорила. Поняла?

– Поняла.

Роза придвинулась поближе к Тине и прошептала:

– Она влюблена, это верно. Но имя этого мальчика я тебе сказать не могу… Да и зачем тебе его имя? Всё равно пока ты здесь почти никого не знаешь. А потом, быть может, Элен и сама тебе во всё признается. Такие чувства в себе держать просто невозможно!

– Почему невозможно? – не смогла не поинтересоваться Тина.

– Ты разве никогда не была влюблена? – удивилась подруга.

– Н-нет.

– Тогда понятно.

– Роза, а давно она влюблена?

– Не знаю, лично я узнала об этом два дня назад. Парень, который покорил сердце нашей Элен, учится в одиннадцатом классе, ему уже восемнадцать лет… Так как насчёт дождя?

Тина пожала плечами.

– Я могу вызвать дождь, но только тогда, когда это действительно необходимо.

Наступила тишина. Где-то внизу, в самой непролазной гуще Нечистого леса раздался печальный волчий вой. Тине тут же вспомнился дядя Рудольф. «Люди-волки становятся четвероногими зверьми только с единственной целью – убивать», – сказал он ей однажды.

В день своей смерти крёстный обернулся волком. «Зачем? – тысячу раз задавала она себе этот вопрос. – Неужели он оборачивался зверем только для того, чтобы убивать?»

– А вы видели выражение лица Лёвы, когда его чары не сработали? – раздался звонкий голос Элен.

Наконец, девушка рассталась со своими романтическими мечтаниями и приземлилась рядом с Тиной и Розой.

– Бедняга, он ведь действительно всю ночь зубрил, – вздохнула она, всем сердцем сочувствуя однокласснику.

Сорвав какой-то пожелтевший цветок и зачем-то положив его к себе в карман, Роза с удивлением взглянула на Элен:

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

– Об этом мне сказали Пупс и Пискля, – ответила девушка и добавила: – Они всё-таки в одной комнате с ним живут.

Но Роза только рассмеялась.

– Больше слушай этого болтливого толстяка и заучку очкарика, – махнула она рукой и скорчила лицо. – Рыжий – бездарный мальчишка, великим магом ему никогда не быть. И сегодня он это доказал.

Элен поднялась с мягкой травы и снова подошла к обрыву.

– Не будь такой злюкой, Роза… Скажи, Тина, что ты думаешь о Лёвке? Неужели ты тоже считаешь его бездарным волшебником?

Тина вспомнила сегодняшний урок.

– Он способный парень, – ответила она задумчивым голосом, – и домашнее задание выполнил на отлично.

– Чего? – в один голос не поверили девушки.

Услышав такое заявление, Роза и Элен не смогли не удивиться.

– Как это на отлично? – Роза в упор посмотрела на невозмутимо спокойную Тину. – Он же сегодня сел в лужу!

– Не смотрите на меня так, я правду говорю, – сказала на это девушка. – Лёва всё сделал правильно, просто всё дело… во мне. Я думаю, что его чары на меня не подействовали. Окажись на моём месте другая девчонка, он бы возможно получил пятёрку.

Подруги непонимающе переглянулись.

– Но почему? – серьёзно нахмурив светлые брови, спросила Элен и присела рядом.

– Я не знаю, – пожала плечами Тина, – я чувствовала его чары, они были тёплыми и немного разъедали глаза. Но сила этого заклинания оказалась или слишком слабой, или я защитилась в ответ другим заклинанием… Я сама не знаю, как это объяснить.

Девочки были ошарашены. Но немного подумав, они пришли к выводу, что это очень хорошо.

– Здорово! – сверкнула глазами Роза. – Это ведь о многом говорит.

– Например, о том, что у тебя мощная защита, – проговорила Элен, глядя на Тину умными глазами. – А о твоих возможностях в области магии я могу только догадываться. Тина, ты сама хоть это понимаешь? Тебе надо в этом срочно разобраться.

Тина снова пожала плечами и посмотрела вдаль. Понимает ли она это?

– Теперь я всё понимаю.

Перемена подходила к концу, нужно было возвращаться в школу. Отряхнув одежду от сухой травы, подруги пошли вверх по вытоптанной тропинке.

– Девочки, мне так стыдно, – вдруг призналась Тина, перепрыгивая через бурлящий ручей.

– Но за что? – удивилась Элен.

– Лёва ведь всё правильно сделал, а из-за меня получил двойку…

– Да забудь ты о нем, – хмыкнула на это Роза и едва не упала, споткнувшись о старую сухую корягу, – в следующий раз пусть не тебя выбирает, а кого-нибудь подоступнее… Вот чёрт! Новые джинсы порвала.

Следующее занятие называлось «светлая магия» и вела его тётушка Софья.

– Ну, как у тебя дела, милая моя? – ласково обняла Тину за плечи круглощёкая женщина. – Как прошёл первый урок?

– Очень хорошо, – улыбнулась в ответ девушка, – всё в порядке, не переживайте за меня.

– Вот и славненько, – радостно вздохнула она и перевела искрящийся взгляд на Розу и Элен. – Вижу, вы уже сдружились?

Девушки незаметно переглянулись.

– Да, Тина просто супер, – кивнула головой Роза, – с новой соседкой по комнате нам крупно повезло.

– Роза всё время твердила, что к нам подселят какую-нибудь зануду, – улыбнулась Элен. – Но Тина оказалась хорошей девочкой, нам есть чему друг у друга поучиться.

– Правда? – просияла довольная тётушка Софья, хлопнув в ладоши. – Вы меня просто радуете.

Весь свой урок добрая волшебница порхала, как бабочка, и никому не поставила ни одной плохой оценки.

Когда занятие закончилось и класс опустел, Тина неожиданно решила поговорить с тётушкой Софьей о смерти крёстного отца.

– Мне Вам нужно кое-что сказать…

– Что-то случилось? – сразу забеспокоилась Софья Павловна, заметив в печальных глазах Тины смутную тревогу. – Уж не заболела ли ты?

– Нет-нет, я в полном порядке, – Тина достала из своей школьной сумки мятый клочок бумаги. – Вам нужно это прочесть.

– Что это?

– Это предсмертное письмо Вашего брата.

Испуганно посмотрев по сторонам, тётушка Софья взяла в руки письмо и осторожно его развернула.

– Господи, да что же это такое, – едва слышно прошептали её побледневшие губы.

Тина чувствовала себя прескверно. Ей было стыдно за то, что это письмо она передала не сразу, а только сейчас.

Ещё раз пробежав глазами по закрашенным кровью родного человека строчкам, тётушка Софья тихо произнесла:

– Успокойся, девочка моя, и вытри слёзы. Этим горю не поможешь. Я догадывалась, что дело это пахнет нечисто… Ну ничего. Скажи, Тина, тебе известны имена этих негодяев, которые подстроили заговор против моего брата? Может быть, Рудольф тебе еще что-то говорил?

Тина покачала головой. Нет, она ничего не знала.

– Слушай меня внимательно, – снова заговорила женщина, снимая запотевшие очки, – никому ничего не рассказывай. Это письмо и наш с тобой разговор должны остаться между нами. Я не прощу себя никогда, если с тобой что-нибудь случится. Ты меня понимаешь?

В этот момент тётушку Софью словно подменили. Из мягкой, добродушной и улыбчивой старушки она вдруг резко превратилась в серьёзную, решительную женщину.

– Я обещаю тебе, девочка моя, убийца Рудольфа будет найден. Первым делом я попытаюсь разгадать письмо. Быть может его ещё можно спасти. Ну, а ты не вздумай никому говорить о том, что что-то знаешь.

– Но неужели Вы не знали, что это было убийство? Вы же сами сказали, что все тело дяди было изуродовано.

Волшебница не отвечала. Глаза её растерянно смотрели на письмо, руки мелко подрагивали. Она снова стала терять самообладание.

– Тётушка Софья, Вы разве не видели страшную рану на его теле?

По щекам женщины ручьём хлынули слёзы. Испугавшись, Тина принялась её утешать. Но та быстро пришла в себя.

– Ах, Тина, это я во всём виновата.

– Что вы такое говорите? – пробормотала девушка и протянула ей чистый носовой платок.

– Я ведь видела, что с моим братом творится что-то не то. Замечала беспокойство в его глазах, иногда – страх. Но страх не за себя! Страх за своих близких – за детей, за меня, за тебя… Мне тогда нужно было подойти к нему, расспросить обо всём, узнать. Нет, я подумала, что всё обойдётся, что Рудольф сильный и сам справится со своими проблемами. Видишь, к чему это привело.

Замолчав, тётушка Софья смахнула с лица слёзы, надела очки и попыталась улыбнуться.

– Рану, о которой ты говоришь, я не видела. В день похорон я не могла даже с постели встать, так мне не здоровилось. О том, что тело оборотня было страшно изуродовано колдовством, мне сказал профессор Эдуард Васильевич. Это он его нашел в Нечистом лесу.

– Но как же магия? – удивилась Тина. – Вы же волшебница!

– Даже наш профессор был не в силах поставить меня на ноги, а уж он-то знает толк в магии, – махнула рукой женщина и взяла в руки журнал. – Тина, ступай в столовую, а не то из-за меня без обеда останешься. Мы с тобой потом ещё поговорим об этом.

– Хорошо, – кивнула головой девочка, озадаченная резкими переменами в поведении волшебницы, – я пойду.

Поцеловав Тину в лоб, тётушка Софья снова превратилась в добрую старушку.

За дверью кабинета девушку ждали подруги.

– Что случилось? – подскочили они к Тине. – Мы слышали, она плакала!

– Девчонки, я потом вам всё расскажу, – прошептала в ответ та, закрывая дверь.

– Тогда идём скорее в столовую, – сказала Роза и схватила подруг за руки, – я голодная, как волк.

Элен радостно запрыгала и, растянувшись в счастливой улыбке, произнесла:

– Сегодня будет очень вкусный десерт.

Роза в недовольстве закатила глаза и нехотя поинтересовалась:

– Откуда ты знаешь про десерт?

– От верблюда, – облизнулась девушка в предвкушении сладостей. – Ну, чего стоим? Так недолго и без сладкого остаться.

С весёлым смехом подруги заторопились в просторную столовую, где уже собралась вся школа.

Дни шли за днями. Так незаметно подкралась зима.

Первый снег выпал глубокой ночью.

– Снег, – тихо прошептала Тина, посмотрев в окно.

Сегодня был выходной, но ей почему-то не спалось.

Решив принять горячую ванну, Тина взяла из своей тумбочки шампунь, мыло, полотенце, любимую книгу и вышла в коридор. Женская ванная комната располагалась в самом его конце.

Задумчиво глядя на свои пушистые зелёные тапочки, которые на прошлой неделе подарила ей Элен, Тина неожиданно на кого-то налетела.

– Ой, извини, – тихо пробормотала она, но, увидев с кем столкнулась, едва не потеряла дар речи. – Т-ты?

Это был Жан, мальчик из одиннадцатого класса. Высокий, статный, с красивыми голубыми глазами блондин сводил с ума всех девчонок вокруг, начиная с пятиклассниц.

Тине Жан тоже нравился, но любовью это чувство она назвать не могла. Скорее, парень с курчавыми завитками вызывал у неё обыкновенную симпатию. Но что мог делать этот голубоглазый маг ночью в женском крыле? Неужели он провожал какую-нибудь девочку?

– Ты чего не спишь? – испуганно прошептал Жан и удивленно присвистнул, увидев ее горящий золотом локон волос.

– А ты здесь что забыл? – в свою очередь спросила Тина, поднимая с пола книгу. – Вообще-то мальчикам запрещено появляться тут по ночам.

– Я и без тебя это знаю, – буркнул парень и зашагал прочь.

Принимать ванну после такой встречи сразу расхотелось.

– Грубиян.

Девушка показала язык вслед школьному ловеласу, почувствовав себя ужасно некрасивой.

С другими девчонками Жан никогда не позволял себя так вести. Чем же она хуже других?

Когда Тина вернулась в комнату, то увидела, что её подруги уже проснулись. Элен валялась в постели в своей любимой розовой пижаме и читала какой-то учебник, а Роза красовалась у зеркала в новом огненно-красном платье.

– Ну как? – кокетливо улыбаясь, обратилась Роза к вошедшей Тине. – Нравится?

– Нравится, – ответила девушка, присаживаясь на кровать к Элен, – просто обалдеть.

Действительно, в этом ярком праздничном платье Роза выглядела настоящей королевой.

– Ты и без платья у нас красавица, – улыбнулась Элен, отложив книгу в сторону, – не то что я – толстая корова.

– Не говори ерунды, – махнула рукой Тина, – ты тоже очень красивая.

Повертевшись немного у зеркала, Роза решила, что чего-то не хватает и бросилась к шкафу. Отыскав там свои новые туфли на высоком каблуке, она с любовью прижала их к груди.

– Ни разу ещё их не надевала, – сказала она подругам и вдруг нахмурилась, – ты, Элен, сама виновата.

– В чём я виновата?

– Меньше сладкого нужно есть, а от булочек и вовсе советую отказаться, – ответила Роза и поставила туфли на место. – По ночам шоколад прекрати есть. Яблоко лучше съешь.

Ничего не ответив, Элен снова уткнулась в учебник.

Роза пожала плечами и вернулась к зеркалу.

– А ты где шарахаешься по ночам? – обратилась она к Тине. – Я проснулась – тебя нет.

– Душ захотелось принять, – быстро ответила девушка и показала на свои принадлежности. – Вот.

– Полотенце сухое, – бесстрастным голосом заметила Роза.

– И мыло тоже, – добавила Элен, выглянув из-за книги.

Весело рассмеявшись, Тина встала и положила вещи на тумбочку.

– Вас не обманешь, я душ не принимала, потому что передумала. В коридоре я столкнулась с парнем из одиннадцатого класса. Это был Жан. Наверное, провожал какую-нибудь девочку. Он немного мне нагрубил, и мне сразу расхотелось идти в ванную. Вот и всё, и нигде я не шарахалась. Я даже книгу уронила…

Но её уже никто не слушал. Роза сидела, потупив взор, и нервно теребила пальцами край нового платья. А Элен…вся просто побелела.

И тут Тине всё стало ясно. Она вспомнила слова Розы, сказанные когда-то по секрету в школьном саду: «Элен влюблена…он учится в одиннадцатом классе».

Элен тихо плакала, закусив нижнюю губу. Прозрачные слезинки тоненькой струйкой стекали по её розовым щёчкам и падали на одеяло.

– Не плачь, Элен, – попыталась утешить подругу Тина, чувствуя себя виноватой, – мало ли что он мог тут делать… Может быть, он тебя хотел увидеть.

Положив голову на подушку, плачущая девушка закрыла глаза и тихо проговорила:

– Я знаю, он приходил к ней… Значит, это всё правда…

– Какая правда! – как можно мягче, воскликнула Роза, не в силах больше молчать. – Кто тебе наговорил этой ерунды? Опять Пупс или Пискля? Я сколько раз тебе говорила – не слушай этих болтунов.

– Нет, они тут ни при чём, – всхлипнула Элен, – мне об этом сама ОНА сказала. Я вначале не поверила, но теперь вижу, что всё это правда. Жан приходил к ней…. У нас конфеты есть?

Роза протянула подруге кружевной носовой платок и сказала:

– Конфет нет.

– А булочки?

– Вечером всё съели, – вздохнула Тина.

– Может, шоколадка где-нибудь завалялась? – умирающим голосом спросила Элен.

Но ничего сладкого в комнате не было. Внезапно Роза вскочила со стула и набросила на плечи чёрный шерстяной платок.

– Одевайтесь, – приказала она.

Элен перестала плакать и удивлённо захлопала мокрыми глазами. Растерянно посмотрев по сторонам, Тина потянулась руками к одежде.

– Идём на кухню, – сказала Роза твёрдым голосом. – За конфетами, шоколадом, булочками, тортиками. Короче, за сладостями. Шевелитесь, девочки, пока не начало светать. Одевайтесь теплее, на первом этаже холодно. Тина, а ты волосы свои спрячь, чтобы не блестели.

По всей школе стояла мёртвая тишина. Спустившись на первый этаж и удачно миновав перед столовой мирно спящего сторожа, подруги направились к кухне. Внезапно мимо них с вихрем пронеслось одноглазое привидение, отставшее от своей неугомонной группы. Тина сморщила нос:

– Фу, что за запах?

Она вопросительно посмотрела на своих подруг, но те нисколько не смутились.

– Это Вонючка, – спокойно ответила Роза, не останавливаясь.

– Вонючка? Какая Вонючка? Кто это?

– Привидение, – пояснила Элен. – Так зовут одноглазое привидение, которое только что промчалось мимо нас. Тина, не притворяйся, что не видела его ни разу. Вонючка тоже горластое привидение и вместе с остальными предупреждает о начале и конце урока. Оно всегда портит воздух, когда сильно напугано или взволновано. Не переживай, Вонючка никому не расскажет, что видел нас тут ночью. Даже тётушке Софье.

Тина была удивлена. Вообще-то она всегда думала, что привидения никого и ничего не боятся.

– И что же его могло так напугать? – спросила девушка, стараясь не дышать.

Роза обернулась и пожала плечами.

– Быть может то, что оно отстало от своих горластых собратьев, – ответила она. – Мы пришли.

Девушки остановились.

– А как же Харитон? – прошептала Тина, показав пальцем на дверь кухни. – Говорят, он ночует прямо там…

– Т-с-с, – прошептала Роза, – не впервой. Обычно в такое время он спит мертвым сном. Или возится в своем чулане.

– А если не спит?

– Что-нибудь придумаем, – ответила упрямая Роза, ради своей подруги она была готова на всё. – Я как раз хотела на ком-нибудь испытать новые чары.

Такая новость не очень-то понравилась девочкам.

– Но это же запрещено! – испуганно проговорила Элен и резко побледнела от страха. – Я никуда не пойду. Ни к чему такие жертвы ради каких-то конфет. Нас могут исключить из школы!

– Не ради конфет, а ради тебя, – терпеливо поправила её Роза, не собираясь останавливаться на полпути.

Тина была согласна с Элен, но переубедить Розу было невозможно.

– Ну вы и трусихи! Или мы идём все вместе, – заявила она упрямо, – или я иду одна. Старый хрыч видит десятый сон, возьмём что нам нужно и быстренько смоемся.

Деваться было некуда, и девушкам пришлось принять условие Розы.

Дверь была не заперта. Словно воры, подруги прокрались в просторную тёмную кухню и остановились напротив огромного холодильника.

– Где старик? – тихо прошептала Роза, оглядываясь по сторонам. – Тина, ты видишь в темноте, как кошка. Обычно он спит на топчане за тем углом.

– Сейчас я всё проверю, – проговорила в ответ девушка, – а вы пока займитесь холодильником.

Школьная кухня была огромной, повсюду стояли, важно подбоченившись, столы и стулья, кривобокие табуретки и неуклюжие шкафы. Все эти вещи чем-то напоминали своего хромоногого хозяина Харитона – насупившись, они искоса поглядывали на непрошенную гостью и даже как будто недовольно перешёптывались между собой.

Старый Харитон мог оказаться где угодно, поэтому Тина с осторожностью заглядывала за каждый угол и тщательно прислушивалась к любому шороху. Сейчас ей нужно было только одно – убедиться в том, что старик крепко спит, и с лёгким сердцем вернуться к подругам. Однако на сердце нисколько не полегчало – топчан, на котором должен был лежать Харитон, пустовал.

Ноги девушки окутал ледяной страх. Внезапно она почувствовала себя самым настоящим вором. «Нужно немедленно убираться из кухни! – застучала кровь в висках у Тины. – Чёрт с ними, с этими конфетами!».

Но не успела она это подумать, как вдруг до её слуха донёсся чей-то странный и неясный шёпот. Тина прислушалась. Уж не показалось ли ей? Быть может, это ветер балуется в трубе? Или мышь под полом пробежала? Но звуки повторились снова, и Тина смогла убедиться в своих подозрениях – кто-то разговаривал в чулане…

Сердце учащённо забилось, ладони стали влажными от волнения. Заставив себя успокоиться, Тина всё-таки решила вернуться к подругам и покинуть кухню. Но разговор в чулане стал громче, и до неё ясно донеслось:

– Проклятый Рудольф…

Ноги сами понесли к хлипкой дверце, за которой в этот момент кто-то обсуждал её крёстного отца. Дрожа от страха и волнения, Тина прислушалась.

– Ты считаешь меня за идиота?

– Нет, что Вы такое говорите, мой господин…

– Молчи, старый и никчёмный пёс! Со дня смерти Рудольфа прошло почти полгода, а ты так ничего не нашёл. Долго я ещё буду прятаться и скрываться, как помойная крыса?!

– Тише, умоляю Вас, мой господин! Нас могут услышать. Потерпите немного, и я найду эту вещь, верьте мне.

– Где ты её найдёшь? Как?

– Есть у меня одна догадка, господин Чертополох…

– Говори!

– Я Вам уже рассказывал о ней, об этой девчонке. Рудольф, между прочим, любил её, как родную дочь…

Тина задрожала всем телом, как в лихорадке, в глазах резко потемнело. Эти двое говорили о ней! Голос одного она сразу же узнала, он принадлежал старику Харитону. Голос другого человека был ей незнаком. Но ясно было одно – эти двое имели прямое отношение к смерти дяди.

Переборов страх и негодование, Тина взялась за холодную ручку двери и осторожно, стараясь не дышать, её приоткрыла. То, что девушка увидела своими глазами в пыльном чулане, едва не лишило её сознания – хромой Харитон жалко горбился напротив трёхногой деревянной табуретки, на которой восседало нечто до ужаса безобразное и омерзительное…

Едва сдерживая крики и подкатившую тошноту, Тина со всех ног бросилась прочь.

– Уходим! – крепко схватила она своих подруг за одежду. – Быстрее!

Подумав, что сюда идёт Харитон, девушки оставили холодильник в покое и без слов покинули школьную кухню.

Нетерпеливо ёрзая на стуле, угрюмый Харитон молча наблюдал за работой непрерывно галдящих гномов. После ужина, как обычно, осталась огромная гора грязной посуды и куча объедков.

Повара давно разошлись по своим комнатам, и на кухне орудовали одни гномы. Свою работу коротышки выполняли добросовестно, хотя и не без шума. Казалось, их рты не закрывались ни на секунду. Но старику приходилось терпеть и зорко следить за каждым их шагом.

Когда кучка гномов приблизилась к дверце, открывающей вход в огромный подземный погреб, Харитон внезапно оживился.

– Куда? – резво подскочил он к гномам, забыв про свою больную ногу.

Увидев разгневанный взгляд старого завхоза, маленькие работяги пронзительно запищали в ответ и показали своими крохотными пальчиками на широкий деревянный ящик.

– Что? Что вы говорите? – затыкая уши обеими руками, прокричал Харитон. – Не все сразу!

Шум немного утих, и старик смог понять гномов.

– Вот, сладости остались от ужина – конфеты с начинкой, шоколадные зайчики и мармеладные фрукты. Нужно их в хранилище отнести, чтоб не испортились.

Но Харитон сердито замахал своей длинной палкой и недовольно проворчал:

– Ничего не нужно туда тащить, глупые гномы. Ещё, чего доброго, скатитесь вниз по ступенькам вместе с этим ящиком. А мне потом отвечай за вас! Привела вас Софья Паллна на мою голову. И откуда вы только взялись такие неуклюжие? Приберите всё это в холодильник.

– Но там очень мало места, очень-очень мало…

– Делайте что вам велено, – злобно сверкнул глазами Харитон, теряя терпение, и топнул ногой. – Найдёте куда положить. Ишь, лентяи какие, совсем от рук отбились. Трудно им конфеты в холодильник прибрать! Проще бросить их в погреб и забыть! Для чего, спрашивается, я притащил сюда этот громадный холодильник? Не для красоты, конечно! Живо за дело!

Испуганно шушукаясь, малыши-гномы послушно потащили ящик в обратную сторону.

А старик Харитон, облегчённо вздохнув, снова присел на свой стул.

Засияла кухня идеальной чистотой только глубокой ночью. Последней помещение покинула старая уборщица Авдотья, в прошлом славившаяся безошибочными предсказаниями судьбы.

– Спокойной ночи, Харитон, – попрощалась она скрипучим голосом перед тем, как закрыть за собой дверь. – Ты спать-то идёшь? Аль опять тута заночуешь?

– Некогда мне спать, – сухо отозвался хромой завхоз, глядя в сторону сердитым взглядом, – отчёт мне надо написать.

– Так ведь завтра у тебя вроде как выходной.

– Вот завтра и высплюсь, – тем же деловитым тоном ответил Харитон, – а ты иди, Авдотья, не любопытствуй тут.

Обиженно пожав острыми плечами, старушка удалилась.

Дождавшись абсолютного уединения и тишины, Харитон вскочил со стула и дрожащими руками открыл деревянную дверь погреба. В глаза ударила темнота.

Подземное хранилище некогда служило замку темницей, сейчас же здесь был самый обыкновенный погреб для овощей и фруктов.

В левой руке старик держал большой и тяжёлый фонарь, в правой – шерстяное покрывало. Сердце бешено колотилось, в коленках появилась неприятная дрожь. Каждый раз, когда Харитону доводилось сюда спускаться, его тело начинало лихорадочно трястись. Виной всему был страх.

– Мой господин, – сдавленным голосом прошептал он, рассеивая старинным фонарём недружелюбную, жгучую темноту, – это я, Ваш верный слуга…

Где-то впереди, за высокой стеной из ящиков с картофелем, послышался слабый, осторожный шум.

– Выходите, ничего не бойтесь, мой господин, – снова заговорил Харитон, поднимая фонарь выше, – это я, Ваш верный слуга…

В ответ раздался слабый, но пронзающий насквозь душу голос:

– Ты принёс то, что я просил?

– Принёс, мой господин.

– Бросай сюда.

Поставив моргающий фонарь на сырую землю, старик аккуратно сложил тёплое одеяло вчетверо и бросил его за ящики.

Через минуту оттуда показался нечёткий, размытый серой темнотой силуэт, плотно закутанный в шерстяное одеяло, сгорбленный, тощий и измученный. Едва передвигая костлявые, похожие на длинные жерди, ноги, существо приблизилось к Харитону. Руки старика затряслись ещё сильнее, испуганный взгляд упал вниз. Лицо господина, если это можно назвать лицом, было настолько безобразным, отвратительным и нечеловеческим, что невольно вызвало у старика дикий ужас. Словно мертвец, поднявшийся из могилы и изъеденный трупными червями, предстал сейчас перед ним в этом погребе чёрный маг по имени Чертополох, вернувшийся с того света с помощью Харитона.

– Сегодня я чувствую себя немного лучше, – прохрипел колдун, широко раздувая круглые большие ноздри, – силы постепенно возвращаются ко мне, Харитон. Кровь летучих мышей пошла на пользу… Здесь находиться больше не могу, слишком сыро, холодно и небезопасно…

Харитон набрался смелости и взглянул на страшное, пучеглазое лицо чернокнижника.

– Но куда Вы пойдёте? – тихо спросил он и снова отвёл глаза в сторону – слишком невыносимым был взгляд напротив. – Вы ведь ещё слишком слабы…

Бледное, как лист бумаги, лицо внезапно перекосилось, колдун натянул одеяло на голову и ответил:

– Поговорим об этом в чулане.

– Как скажете, мой господин…

…Усадив тощее и ослабленное тело чёрного мага на табуретку, стоявшую в пыльном чулане, Харитон покорно встал напротив и приготовился выслушать своего хозяина.

– Да, сегодня мне придётся покинуть тебя на некоторое время, – заговорил колдун страшным шёпотом. – Но я обязательно вернусь. Хочу сказать, что я благодарен тебе за то, что ты вернул мне жизнь, Харитон… Хотя согласился ты на это не сразу.

– Но ведь я думал, что это просто жуткий сон! Тьфу, и приснится же такое, прости меня господи…

– Да, мне приходилось разговаривать с тобой по ночам, когда ты крепко спал. Убивая моё тело, проклятый Рудольф даже не догадывался о том, насколько бессмертна моя душа. Он убил меня, а потом я убил его! Кстати, Харитон, ты нашёл то, что принадлежит только мне – мою кость? Я знаю, что она где-то здесь, чую ее…

Старик испуганно затоптался на месте, в его глазах отразился необъятный страх за собственную жизнь. Превозмогая дикую дрожь, он всё-таки нашёл в себе силы повернуть онемевшим языком и ответить.

– Пока всё безрезультатно, но…

– Ты считаешь меня за идиота?

– Что Вы такое говорите, мой господин…

– Молчи, старый и никчёмный дурень! Со дня смерти Рудольфа прошло почти полгода, а ты так ничего и нашёл. Долго я ещё буду прятаться и скрываться, как помойная крыса?!

– Тише, умоляю Вас, о мой господин! Нас могут услышать, – превозмогая страх, взмолился Харитон и упал на колени. – Потерпите немного, и я найду то, что Вы просите. Верьте мне… клянусь всем, что у меня есть…

– В этой маленькой косточке хранится более половины всей моей колдовской силы, – прищурив круглый, как яйцо, глаз, прошипел колдун. – Только с ней я могу стать бессмертным! Где ты её найдёшь? Как?

– Есть у меня одна догадка, господин Чертополох…

– Говори!

– Я Вам уже рассказывал о ней, об этой девчонке по имени Тина. Между прочим, Рудольф любил её, как родную дочь. Перед смертью он мог передать вашу вещь ей…

Старик замолчал, заметив, как сильно вдруг побледнел колдун. Синие жилы на его тонкой, как у цыплёнка, шее страшно вздулись, неестественно запузырились и почернели.

– Что-то дышать тяжело, – прохрипели потрескавшиеся губы чернокнижника, – не пойму, что происходит… Я уже тебе говорил, что меня не будет какое-то время?

– Да, мой господин.

– К моему возвращению ты должен найти кость…

– Я сделаю всё, что в моих силах, клянусь, – пообещал Харитон в ответ.

– Открой окно!

Сломя голову, старик бросился к маленькому заляпанному окошку, а когда обернулся, то едва не обомлел… На старой табуретке вместо слабого, обессиленного тела Чертополоха сидела огромная жирная летучая мышь с выпученными глазами цвета крови.

Издав пронзительный писк, волосатое чудовище взмахнуло чёрным крылом и стремительно исчезло в висевших за окном звёздах.

Тина долго не могла отдышаться. Давненько у неё не было такой сумасшедшей пробежки! Но особенно тяжело пришлось Элен. Добравшись до кровати, она камнем рухнула на одеяло.

– Я … сейчас … умру, – задыхаясь, проговорила она, уткнувшись носом в подушку и напрочь забыв о сладостях, которые чудом не растерялись по дороге.

Сбросив с плеч платок, Роза быстренько закрыла дверь на ключ и демонстративно высыпала из мешка на стол весь улов. На раскрасневшемся лице девушке просияла радостная улыбка.

– Только посмотрите сколько здесь вкуснятины! – восторженно воскликнула она, перебирая пальцами пёструю кучу. – Ну же, Элен! Мы сделали это ради тебя.

Собрав последние силы, Элен подняла растрепанную голову и протянула руку к столу.

– Держи! – рассмеялась Роза и протянула подруге шоколадную фигурку в виде сердца.

На лице Элен промелькнула слабая полуулыбка, но чем больше девушка съедала конфет, тем шире и ярче она становилась.

– Тина, а ты что молчишь? Присоединяйся! – обратилась к девушке Роза, наслаждаясь нежным вкусом молочного шоколада. – Нужно как можно быстрее уничтожить следы преступления.

– Это мы быстро, – довольно промычала Элен, не успевая протягивать руку.

Тина подошла к столу и посмотрела на сладкую кучу невидящим взглядом.

– Боже, что с тобой? – испугалась Роза. – Ты такая бледная! Тина, кого ты так испугалась? У тебя такой вид, словно ты не Харитона увидела, а живого мертвеца.

Очнувшись от страшных воспоминаний, Тина вздрогнула и тихо прошептала в ответ:

– Так оно и было, девочки…

– Что было? – непонимающе изогнула чёрную бровь Роза. – О чём ты говоришь?

– Вы даже себе не представляете, что я увидела и услышала там, на кухне.

Подруги переглянулись, а Тина продолжила:

– В чулане был Харитон…

– Ну и что? – пожала плечами Роза, повертев в руках клубничную карамельку. – Харитон, конечно, не красавец, но не до такой же степени можно испугаться его рожи.

– Роза, дай Тине договорить, – вставила слово Элен, – вечно ты перебиваешь. Дурная привычка!

Вся в шоколаде и разноцветной глазури, Элен сейчас была похожа на маленькую девочку, которая наконец-то добралась до конфет. Но даже это не развеселило Тину.

– Харитон там был не один, – продолжила девушка шёпотом и присела на край кровати Элен, – в чулане был ещё один человек. Точнее, это был не человек, а … а нечто страшное, омерзительное и ужасное, похожее на мертвеца или даже хуже…

Подружки перестали есть шоколад и внимательно посмотрели на бледную Тину.

– Что они там делали? – перешла на шёпот Элен. – Разговаривали? Это существо разговаривало? Оно было живое?

– Да, – кивнула в ответ головой девушка, снова и снова вспоминая отталкивающий портрет колдуна, – я слышала часть этого разговора. Мертвец говорил, что дядя Рудольф некогда лишил его жизни, а потом … потом это чудовище убило моего крёстного…

– Но как такое может быть? – удивилась Роза. – Если верить твоим словам, то этот нечеловек действительно мертвец.

Едва не взвизгнув от страха, пугливая Элен вдруг вскочила с кровати и бросилась к окну. Задвинув шторы, она быстро подошла к двери, проверила замок и вернулась на своё место.

– Но мертвецы просто так не оживают, – прошептала она и тихонько развернула очередную конфету.

– И простому мертвецу не под силу одолеть такого сильного колдуна, как дядя Рудольф, – печально проговорила Тина.

Перед глазами девушки снова возникло безобразное лицо живого мертвеца. Словно пытаясь избавиться от страшной картины, Тина встала и заходила туда-сюда по комнате.

– Гасите свет! – воскликнула Роза и щёлкнула выключатель настольной лампы.

– Но почему? – испуганно пролепетала Элен.

– Как почему? Сейчас ночь, все должны спать. Если кто-то увидит свет в нашем окне, то мы пропали. Тина, Харитон и этот мертвец тебя видели?

– Кажется, нет…

– Отлично, – облегчённо выдохнула Роза. – Ты должна всё рассказать тётушке Софье, пусть она сама разбирается во всей этой истории. А ты не вздумай лезть в этот гадюшник.

Тина легла на свою кровать и накрылась одеялом, сердце выпрыгивало из груди.

– Конечно же я всё ей расскажу, – прошептала она в ответ, – но это только два.

– Что два? – в один голос спросили девушки, затаившись под своими одеялами, словно мыши.

– В своём письме дядя Рудольф говорил о трёх мерзавцах, которые покушались на его жизнь.

Уснуть подругам не удавалось, ночное приключение надолго выбило из них сон.

– А что ещё говорил этот колдун? – не унималась Роза.

– Ещё они говорили обо мне. Харитон никак не может отыскать для своего господина, так он обращался к этому существу, какую-то вещь. Старик считает, что эта вещь находится у меня. Знаете, девочки, мне показалось, что она очень необходима колдуну. Если память и слух мне не изменяют, то речь шла о какой-то кости. Но у меня нет ничего подобного.

– Харитон – предатель, – прозвучал из темноты злобный голос Розы, – на месте тётушки Софьи я бы живьём с него шкуру сняла. Знаешь, Тина, тебе нужно немедленно пойти к ней! Вдруг эти двое ещё в чулане?

Близился рассвет. Звёзды на небе померкли, словно их окутала мягкая молочная пелена. Сумерки в комнате постепенно рассеивались.

– Пойдём все вместе, – решительно заявила Элен, – всё-таки Тина была там не одна.

Девушка встала с кровати, включила свет и направилась к двери. Однако подруги даже не пошевелились.

– Ну и что вы лежите? – недоуменно развела руками Элен. – И что вы так на меня смотрите?

Когда на лицах Тины и Розы появились странные улыбки, Элен сразу обо всём догадалась. Бросив на них сердитый взгляд, девушка быстрым шагом направилась к зеркалу.

– Боже, на кого я похожа! – ахнула она, увидев своё чумазое отражение.

– Ты похожа на клоуна, – весело хихикнула Роза, запихивая ноги в тапочки. – Иди умойся, поросёнок.

Такое обращение не очень-то пришлось по душе Элен.

– Перестань называть меня поросенком! – метнула она в подругу рассерженный взгляд. – И не надо мне подсовывать конфеты!

Роза пожала плечами и ничего не ответила.

– Как я пойду в ванную комнату? – чуть не плача, проговорила Элен. – А если меня кто-нибудь увидит?

Тина решила помочь несчастной подруге.

– Посмотри на меня, – обратилась она к девушке.

– Что ты собралась делать?

– Домашнее задание по уроку труда, – непринуждённо ответила Тина, сосредотачивая свой голубой взгляд на лице Элен. – Или вы забыли, что тема нашего прошлого занятия проходила под названием «Чистота и порядок»?

Элен рассеянно развела руками и пробормотала:

– Но это же не какое-нибудь там пятно на столе, это … это же моё лицо …

– А какая разница? – хихикнула Роза в сторонке.

В памяти Тины всплыли нехитрые слова заклинания. Вокруг перепачканного лица девушки внезапно закружился прохладный вихрь золотистого цвета, всё ближе и ближе подбирался он к размазанному по щекам шоколаду…

Элен ничего не оставалось делать, как закрыть глаза и надеяться на лучшее.

– Вот и всё, – услышала она через секунду голос Тины, – можешь расслабиться, твое лицо на месте.

Повернув голову к зеркалу, Элен облегчённо вздохнула. Поправив рукой мягкие белоснежные пряди волос, она довольно улыбнулась.

– Спасибо, Тина. Но признаюсь, что экспериментировать со своим лицом я не люблю.

Элен не была некрасивой. Скорее, наоборот, в её мягкой, быстро и надолго запоминающейся внешности присутствовала некая особенная изюминка. Что придавало белокурой мечтательнице необычности, Тина понять не могла – то ли эти большие и внимательные глаза небесно-бирюзового цвета в сочетании со скромной и немного по-детски наивной улыбкой, то ли эти прелестные ямочки на щеках, то ли эти лёгкие, как первый снег, локоны… Сама же Элен считала себя страшной дурнушкой и во всех неудачах винила свой ненавистный лишний вес.

Закрыв комнату на ключ, девушки решительно направились в сторону лестницы, чтобы подняться на третий этаж. Именно там находились комнаты учителей.

Школа постепенно пробуждалась от ночного сна. То тут, то там уже можно было увидеть помятые от подушек лица проснувшихся учеников. На лестнице девушки встретили Лёву, Марка и Джульетту. Увидев трёх подружек, они сразу прекратили все разговоры.

– Что это с вами? – удивлённо проговорил Лёва, загородив путь своим одноклассницам. – Обычно дрыхните до обеда, а сегодня вскочили ни свет, ни заря.

– Наверное, у Розы сегодня день рождения, – ухмыльнувшись, сказал Марк.

– С чего ты взял, глупый? – грубо бросила в ответ Роза и вызывающе посмотрела на парня.

В его глазах мелькнуло нечто вроде восхищения. Или ей показалось?

– Да так, какая-то ты сегодня не такая, – склонил голову набок Лёва и неожиданно засмущался. – Красивая очень.

Элен и Тина удивлённо переглянулись и побежали вверх по мраморным ступенькам, а темнокожая Джульетта повертела пальцем у виска.

Тут Роза вспомнила, что забыла снять своё новое красное платье. Так всё дело в нём!

– Не путайся тут под ногами, – сказала девушка Лёве и, грубо оттолкнув парня в сторону, бросилась за подругами.

В небольшом кабинете тётушки Софьи царила мёртвая, непривычная тишина. Когда собрались приглашённые учителя школы, тётушка Софья немедленно открыла собрание. Круглое лицо женщины было хмурым как никогда, без весёлого, моложавого румянца и приветливой улыбки, а взгляд голубых глаз – мрачен и серьёзен.

На закрытое собрание были приглашены два человека. Это были молодая учительница Чар Мария Гордеевна и седобородый профессор Эдуард Васильевич.

– Что происходит, Софья Павловна? – не смог скрыть своего беспокойства старик профессор, внимательно глядя на директора школы поверх квадратных очков. – Не томите, прошу Вас. На обычное собрание это не похоже.

Тяжело вздохнув, тётушка Софья кивнула головой в ответ:

– Действительно, Эдуард Васильевич, Вы как всегда правы. И это даже не собрание, а скорее совещание. Мне необходим Ваш мудрый совет, профессор, а от тебя, дочь, потребуется немного чар. Но я начну с самого начала. Жил некогда в этом замке один колдун, в те далёкие времена он преподавал «тёмную магию». Сейчас, как вы знаете, в нашей школе запрещено учить детей этому искусству … Человек этот был не простым колдуном, а величайшим чёрным магом, весьма сильным и способным. Но не только этим отличался он от нас, своих коллег. Как со временем стало известно, злость, зависть и ненависть к тем, кто окружал его, руководили душой этого мага. В тот час во главе этой школы уже находился Рудольф, мой покойный брат. После одного случая (к несчастью, погиб один из наших учеников) Рудольф запретил преподавать в школе тёмную магию и отстранил чернокнижника от дел. Злость и ненависть охватили чёрного колдуна после такого позора, и он попытался убить моего брата. Думаю, все помнят этот неприятный случай…

Тётушка Софья замолчала и внимательно посмотрела на своих коллег.

– Да, всё закончилось весьма трагично, – задумчиво проговорил бородатый профессор, вспоминая далёкое прошлое. – Господину Рудольфу пришлось покончить с этим колдуном раз и навсегда. Но что поделать, иного выхода у него не было.

Осушив залпом стакан воды, тётушка Софья обратилась к дочери:

– Мария, а ты что-нибудь знаешь?

Молодая наставница слегка пожала плечами.

– Я была ещё ребёнком, когда мне рассказали эту историю, – ответила она устало и вдруг спросила: – А как звали того чернокнижника?

Потеребив пальцами кончик белоснежной бороды, старый профессор негромко произнёс имя колдуна:

– Чертополох.

В кабинете повисла тишина. Однако продлилась она совсем недолго.

– Я продолжу, – снова заговорила тётушка Софья. – С тех пор прошло много времени, целые десятки лет … Не стало Рудольфа, он ушёл из жизни трагическим образом – его убили. И у меня есть подозрения, что это дело рук Чертополоха.

Профессор вдруг нахмурился.

– Убили? – воскликнул он удивлённым голосом. –Уважаемая Софья Павловна, это был несчастный случай, ваш брат сорвался с обрыва. Я ведь сам нашел его…

– Нет, это было самое настоящее убийство, – твёрдым голосом повторила женщина и встала из-за стола, за которым проходило собрание. – И сделал это Чертополох. Теперь я в этом почти уверена.

Старый профессор непонимающе посмотрел на Марию.

– Но объясните же мне, как такое возможно? – спросил он и снова схватился за кончик бороды.

– Возможно, к великому сожалению, – тяжело вздохнула тётушка Софья и подошла к окну.

Где-то там, в самой чаще Нечистого леса таилось древнее кладбище колдунов. Именно в этом тихом и уединённом месте были похоронены два великих колдуна одного времени – чёрный маг Чертополох и её брат Рудольф. Сердце дрогнуло от нахлынувших воспоминаний. Но нужно было продолжать разговор, и, взяв себя в руки, женщина снова заговорила:

– Проклятый Чертополох вернулся.

Глаза профессора округлились от удивления.

– Этой ночью его видели наши девочки. Не мне вам объяснять, что для того, чтобы вернуться на землю с того света одного желания недостаточно. У колдуна есть сообщник, а может и не один, который и помог Чертополоху вновь обрести плоть и силу.

Старый профессор удручающе покачал седовласой головой, его лицо было мрачнее тучи.

– Но кто он? – спросила Мария, – Нужно быть просто сумасшедшим, чтобы совершить подобное безумие.

Тётушка Софья вновь села за стол. До сих пор она не могла поверить в предательство этого человека.

– Харитон.

– Харитон? – воскликнула девушка. – Я нисколько не удивлена. Интуиция постоянно мне говорила, что у этого старика гнилая душонка.

– Эдуард Васильевич, что будем делать? – задала свой главный вопрос тётушка Софья и внимательно посмотрела на профессора. – Установить за нашим завхозом наблюдение или…

– Никакого наблюдения! – стукнул кулаком по столу профессор. – Нужно немедленно привести его сюда и дать возможность покаяться. Этот безумец должен нам всё рассказать! Наверняка, Чертополох затеял нечто недоброе, если это, конечно, не выдумка и не шутка. Время терять просто недопустимо.

Женщины согласились с мудрецом и немедля послали за Харитоном одного из учеников.

Харитон явился сразу же, на его сморщенном желтоватом лице читался испуг.

– Вызывали, Софья Паллна? – натянуто улыбаясь, спросил старик и услужливо протянул тётушке Софье кипу каких-то бумаг. – Вы, наверное, на отчёт желаете взглянуть? Так ведь вот он, всю ночь работал, не спал…

– Нет, Харитон, твой отчёт здесь ни при чём, – холодно обратилась к старику волшебница и показала рукой на стул. – Присаживайся, в ногах правды нет.

Тут старик почуял нечто неладное. Руки его внезапно мелко задрожали, маленькие узкие глаза лихорадочно забегали по углам.

Со своего места встала Мария Гордеевна.

– Ну что, сам все нам расскажешь или как? – спокойно спросила она и упёрлась в Харитона ледяным взглядом.

– Что? Что вы собираетесь со мной сделать? – заметался старик в панике.

– Ничего плохого, Харитон, – попыталась успокоить его тётушка Софья.

Но Харитон не поверил. Он вдруг резко вскочил со стула и дико заверещал во всё горло:

– Не имеете права! Я буду жаловаться в Министерство образования! Изверги!

Прокричав это, обезумевший Харитон сделал рывок, чтобы броситься к двери, но чары Марии его опередили.

Тело старика замерло и будто одеревенело. Только глаза бешено вращались из стороны в сторону, выражая не только испуг, но ещё и безграничную ненависть и ярость. Однако сказать пленник чар ничего не мог.

– Чары остолбенения подействовали, – спокойно проговорила Мария Гордеевна, присаживаясь на свой стул, – сейчас самое время наложить сверху кое-какие запретные чары. Тогда его язык сам нам всё расскажет.

– Не нужно, – вдруг возразил профессор и сделал шаг навстречу онемевшему Харитону, – это может негативно отразиться на его здоровье. Быть может, мы зря паникуем! Дадим человеку возможность самому во всём признаться, а уж потом будем принимать крайние меры. Если понадобится. Мария, будьте добры, освободите Харитону язык.

Пожав хрупкими плечами, молодая учительница снова встала и зашептала какие-то слова. Взмах рукой и старик теперь мог вращать не только глазами, но ещё и языком.

– В чём я провинился? – жалобно простонал обездвиженный чарами пленник. – За что вы так насмехаетесь над несчастным, больным стариком? Ведь я вам столько лет служил верой и правдой…

Однако эти слова не растопили лёд в сердце даже у такой сердобольной женщины, как тётушка Софья. Сердито сдвинув тонкие брови-ниточки, она укоризненно покачала головой в ответ.

– Ах, Харитон, Харитон … Я ведь так тебе доверяла, жалела, уважала, как нормального, порядочного человека. Рассказывай всё от начала до конца и не делай, прошу тебя, вид, что ты ничего не понимаешь. Ты встал на тёмную сторону, Харитон Иванович! За такое предательство ты можешь лишиться не только свободы, но и жизни. Однако если ты раскаешься и признаешься нам во всём, то будешь помилован.

Харитон закрыл глаза.

– Что вы знаете? – прохрипел он, немного помолчав.

– Нам известно многое, практически всё, – вступил в беседу профессор. – Однако мы не знаем, как чёрному магу удалось вернуться с того света. Кто ему в этом помог?

По окаменевшим щекам Харитона внезапно пробежали две маленькие скупые слезинки. Сгорая от стыда и раскаяния, старик заговорил:

– Я, во всём виноват только я. Каюсь! Нет, мне прощенья! Я сейчас всё расскажу, всё … только не убивайте меня, не губите несчастного старика! Хосподи, какой позор под старость лет…

– Ближе к делу, Харитон, – поторопила несчастного тётушка Софья твёрдым голосом.

Её сердце дрогнуло, однако, не от жалости к скулящему старику, а от предвкушения долгожданной правды.

– Начался этот кошмар несколько лет назад, – зазвучал дрожащий голос старика. – Он стал приходить ко мне во сне!

– Кто? – строго поинтересовалась молодая учительница. – Говори яснее, пожалуйста.

– Как кто? Чертополох, колдун проклятый, – перешёл на шёпот Харитон и широко выпучил глаза. – Он приходил ко мне каждую ночь и просил о помощи, то сулил золотые горы и райскую жизнь, то угрожал смертельной расправой… Простите меня, дурака пустоголового! Продолжалось это много лет, и однажды я решился, потому как мне до ужаса надоели эти ночные кошмары. Сделал всё, как велел колдун: пошёл на кладбище, откопал гроб и достал его мощи… Каждую ночь орошал косточки каким-то колдовским зельем. Я даже и не думал, что из этого что-то получится!

Тут старик прикусил язык, но было уже поздно.

– Погодите, – насторожился профессор. – Что это было за зелье?

– Я не знаю, профессор! Клянусь своей никчёмной жизнью! Оно было закопано в Нечистом лесу, там, за ручьём. Видать, колдун ещё при жизни обо всём позаботился. Чуял смерть! От зелья этого кости колдуна постепенно срастались, обрастали плотью и наливались силами. Однако, прежнего облика Чертополоху вернуть не удавалось… Из-за отсутствия одной части тела.

– Какой? – тут же спросила тётушка Софья.

– На правой руке колдуна не достаёт большого пальца. По его словам, это рук дело Рудольфа, а точнее – дело его зубов. Без этой маленькой косточки Чертополох никогда не сможет стать прежним колдуном, никогда не обретет силу и бессмертие. Так что вам не стоит и беспокоиться…

Харитон замолчал, чтобы перевести дыхание. А профессор снова затеребил свою бороду.

– Это означает, что нам нечего опасаться, – задумчиво проговорил он и внимательно посмотрел на тётушку Софью. – Косточки этой давно уже нет. Ваш брат, обернувшись оборотнем, откусил палец и проглотил его. Конец истории.

Но тётушка Софья покачала головой.

– У этой истории конца-края ещё не видно, – уверенно произнесла она, – и Тина мне сказала, что …

– Тина? – вдруг удивлённо выпучил глаза Харитон. – А она откуда об этом знает? Откуда этой девчонке известно про кость Чертополоха? Об этом ведь никто…

– Никто и не знает ничего, – поспешила перебить коллегу женщина.

Потеряв терпение, Мария Гордеевна вскочила со своего места. Её маленькое круглое личико вспыхнуло от гнева.

– Этот подлый старик много говорит лишнего! И возможно, в его словах нет ни капли правды. Я считаю, что мы зря тратим на него время. Дайте мне волю, и…

– Дочка, погоди, – мягко перебила девушку тётушка Софья, – присядь, пожалуйста, выпей воды. Пусть Харитон договорит.

Недовольно скривив губы, молодая волшебница села на место. Ей вовсе не хотелось терять своё драгоценное время на этого жалкого предателя. Постучав пальцами по столу, профессор дал всем возможность собраться с мыслями. А через минуту, посмотрев на старика серьёзным взглядом, он сказал:

– Продолжай, Харитон. Скажи нам, где сейчас находится чёрный маг?

– Вот этого я не знаю, – тяжело вздохнул Харитон, говорить ему было всё труднее, – этой ночью он обернулся огромной прегадкой летучей мышью и куда-то улетел. А куда и зачем – не сказал. Может, он уже и не вернется, кто его знает. Больше я ничего сказать не могу… Профессор, может, Вы и правы, продолжения у этой истории не будет… Я всё вам рассказал, освободите моё тело, мне тяжело дышать…

Тётушка Софья молчала, не зная радоваться ей или нет, верить Харитону или прислушаться к собственному сердцу. Она смотрела на стоящего напротив старика и ничего, кроме злости и ненависти, в нём не видела. Но почему душа Харитона такая холодная? В чём причина такой страшной бессердечности?

– Нет, не всё, – как можно спокойнее обратилась она к Харитону. – Скажи мне, ради чего ты помог воскреснуть злу? Что такого мы тебе сделали? С тобой плохо обращались в школе? Или к тебе неуважительно относились наши дети? Что? Почему ты предал людей, которые от чистого сердца предоставили тебе кров? Ты же мог подойти ко мне и все рассказать.

Харитон молчал, не зная, что ответить.

– Молчишь? – гневно сверкнула глазами женщина. – Это вы убили моего брата, я в этом уверена. И я это докажу!

– Вы меня отпустите? – прохрипел Харитон, не осмеливаясь поднять глаз.

– Нет, об этом не может быть и речи, – твёрдо ответила тётушка Софья и обратилась к профессору: – Эдуард Васильевич, в темницу его! До утра пусть в своём погребе посидит, а там мы уже решим, что с ним делать. Чары не снимать.

Профессор согласно кивнул головой.

– Не имеете права! – диким голосом заверещал старик. – Вы об этом пожалеете, Софья Паллна! Очень скоро пожалеете!

Но тут же замолк – чары Марии Гордеевны сделали своё дело. А тётушка Софья, схватив со стола папку с бумагами и свою волшебную палочку, которой она пользовалась крайне редко, со всех ног бросилась из кабинета.

В тёмном и сыром погребе, который когда-то служил замку темницей, Харитон просидел до самого вечера. Когда чары остолбенения ослабли и стали рассеиваться, в погреб вернулись профессор, тётушка Софья и её дочь.

– Харитон, мы пришли за тобой, – устало обратилась к старику старая волшебница и осветила фонарём его скорченное лицо. – Надеюсь, ты раскаиваешься в содеянном?

Глаза Харитона налились лютой ненавистью, однако на этот раз он сумел сдержать свой гнев.

– Каюсь, Софья Паллна… уж поверьте, голубушка…

– Тогда следуй за нами, наш разговор ещё не закончен. Чары уже рассеялись.

Уставшее, измученное тело с трудом слушалось старика. Еле передвигая ноги, он понуро поплёлся к свету.

А на кухне его уже поджидали. Там собрались все: повара, их помощники, посудомойщицы, старушка Авдотья и даже неугомонные привидения. Увидев Харитона, толпа сразу зашушукалась, зашепталась, а маленькие коротышки-гномы вдруг хором запищали:

– Злой! Злой!

Для Харитона подобное унижение было настоящей пыткой. Улучив момент, он пригрозил всем кулаком, на что гномы заверещали ещё громче и пронзительней:

– Злой! Харитоша злой! Он злой!

Громче всех кричало одноглазое привидение по имени Вонючка:

– Наказать его! Наказать предателя!

По помещению поплыл невыносимый запах. Сморщив нос, старушка Авдотья схватила с пола тряпку и замахнулась на воющих привидений.

– Ах вы, вонючки! Нигде от вас спасенья нет! Кыш отседова!

Продолжить беседу тётушка Софья решила в кабинете профессора Эдуарда Васильевича. Там было гораздо просторнее.

Усадив угрюмого старика на стул, она поправила очки, сбившуюся причёску и обратилась к нему:

– Харитон, мы долго советовались, решали, спорили, но к единому мнению так и не пришли. Ты понимаешь, о чём идёт речь?

Старик кивнул головой.

– О моей судьбе.

– Да, о твоей жизни. Наш окончательный приговор будет зависеть от дальнейшей беседы. Но одно хочу тебе сказать – в этой школе тебе больше находиться нельзя.

Харитон промолчал. Он ожидал самого худшего…

В разговор вступил профессор.

– Харитон, ответь для начала на следующий мой вопрос, – спокойно обратился он к теперь бывшему завхозу. – Как смог чернокнижник убить графа Рудольфа?

Обвиняемый старик решил ответить откровенно. Растирая больные ноги, он быстро заговорил:

– В этом помог ему я. Колдун, как я уже говорил, был ещё слишком слабым для того, чтобы осуществить свою месть в одиночку. В ту роковую ночь я напоил вашего братца каким-то страшным зельем приготовленное колдуном, рецепт которого мне неизвестен. Что было потом, я не видел. Но вы, наверное, теперь и сами всё знаете…

Схватившись за сердце, тётушка Софья слушала спокойную речь старика и не понимала, откуда в этом человеке столько зла. Разволновавшись, она перевела взгляд на профессора и увидела, как тот странно ухмыляется.

– Что смешного в словах этого безумца, профессор? – удивлённо спросила она.

Усмешка тут же сползла с бледного лица профессора.

– Я только что придумал для него справедливое наказание, – нахмурился Эдуард Васильевич и нервно затеребил бороду пальцами.

Услышав это, Харитон занервничал.

– Что Вы ещё придумали? Отвечайте, что меня ждёт – смерть, помилование, заточение? Что?..

Тётушка Софья встала и медленно приблизилась к старику. В её голубых глазах застыла вечная боль.

– Всё сразу, – ответил за всех профессор, – и смерть, и помилование, и заточение. Софья Павловна, как Вы смотрите на то…

– Делайте с ним всё, что хотите, – тихо проговорила женщина, не в силах больше продолжать этот разговор. – Я Вам доверяю.

Сказав это, она покинула кабинет. Профессор довольно потёр руки и обратился к сидящей в сторонке учительнице чар:

– А Вы что скажете? Нужно как можно быстрее все решить, пока об этом не узнали выше. Если в это дело вмешается закон, ничего хорошего не жди. В министерстве образования вряд ли поверят в эту историю! А портить репутацию нашей школы ни к чему.

Бросив на перекошенное лицо Харитона холодный взгляд, Мария сжала кулаки.

– Я не знаю, что Вы там придумали, но моё наказание было бы куда суровее. Спорить с Вами у меня нет ни времени, ни желания. Такое ничтожество, как Харитон, заслуживает вечные страдания. Вечные!

Ухмылка профессора стала ещё шире. Кивнув седой головой, он попросил Марию Гордеевну распорядиться приготовить сани. В глазах девушки застыл страх.

– Куда Вы его повезёте? – прошептала она, догадываясь обо всём. – Неужели к сумасшедшей колдунье и её кровожадным насекомым?

Старый профессор промолчал. Его кустистые брови внезапно нахмурились, чёрные глаза загорелись неистовым огнём.

– Но это же действительно незаконно, профессор…

Приподняв подол длинного вязаного платья, испуганная учительница поспешно выскочила за дверь и едва не сбила с ног старую уборщицу Авдотью.

– Мне бы прибраться в кабинете профессора, – пробормотала старушка, показывая на ведро с водой. – Уже неделю полы немыты…

– Туда нельзя! – крикнула старушке Мария Гордеевна и сломя голову бросилась исполнять просьбу профессора.

В комнате Тина больше не могла находиться. Она молча подошла к платяному шкафу и достала оттуда свой серый полушубок и пушистую шапку-ушанку. Подруги сразу же насторожились.

– Ты куда? – прозвучал строгий голос Элен.

– Душно здесь очень, пойду прогуляюсь, – ответила девушка и набросила на шею белый шарфик.

Элен лежала на кровати и читала книгу, Роза сидела за столом.

– Подожди две минуты, Тина, – повернула голову Роза. – Я допишу письмо своему брату, и мы вместе сходим на улицу. Тебе сейчас одной нельзя находиться.

Но Тина уже направлялась к двери.

– Я ненадолго, – пробормотала она и быстренько выскользнула из комнаты.

– Тина! Вернись!

Но Тина уже мчалась по длинному коридору. Хотелось быстрее вырваться на свежий воздух. На лестнице, едва не сбив с ног какую-то девочку, она лоб в лоб столкнулась с Лёвой.

– Куда ты так летишь? – обиженно почесал ушибленное место парень, но, тут же заулыбавшись, спросил: – Новость знаешь?

Глаза Лёвы загадочно сверкнули.

– Говори, но только быстро, – торопливо ответила Тина. – У меня голова болит.

Одноклассник отошёл в сторону, пропуская шумную стайку первоклассниц.

– Харитона бросили в темницу. Представляешь? Ходят слухи, что он связался с тёмными силами.

Однако Тина нисколько не удивилась. Об этом она уже знала, а изображать на своём лице изумление у неё не было настроения. К тому же в глубине души девушка чувствовала себя немного виноватой. Конечно, это было не так, и предатель Харитон получил по заслугам, но всё же от всей этой тёмной истории Тине было нехорошо.

– Мне очень жаль, – пожала она плечами в ответ и побежала вниз по ступенькам.

– И всё? – разочарованно протянул Лёва и бросился вслед за ней, размахивая широкими рукавами тёмно-зелёного пиджака.

Догнав странно ведущую себя одноклассницу, он с укором посмотрел ей в глаза.

– Тебе очень жаль? – спросил парень. – И всё? Я Харитона, между прочим, уважал, да и он ко мне неплохо относился. Ко всем нам он неплохо относился…

– Он всех нас люто ненавидел, – спокойно оборвала горячую речь Тина, – а иначе никогда бы этого не сделал.

Лёва насторожился, на его усыпанном оранжевыми веснушками лице заиграло нестерпимое любопытство.

– Чего не сделал? – быстро спросил он, наступая девушке на пятки. – Тина, что он сделал?

– Ты сам сказал, что Харитон принял сторону тёмных сил.

– Нет, ты имела в виду что-то другое…

Да, Тина имела в виду совсем не это, но рассказывать Лёве она, конечно же, ничего не собиралась.

– Лёва, что ты хочешь от меня? – устало проговорила девушка, не останавливаясь. – Мне, действительно, жаль старика, но он того заслужил. Поверь мне на слово.

– Ну, не знаю, – пожал плечами парень, едва поспевая за своей одноклассницей, – Харитон всегда проявлял к нам интерес. Даже про тебя спрашивал, познакомиться поближе хотел.

Тина вдруг остановилась и уставилась на Лёву удивлённым взглядом.

– Что он спрашивал?

– Да я уже не помню, – испугавшись такой внезапной реакции, пробормотал тот. – Ну, чем ты занимаешься, что любишь, есть ли у тебя какие-нибудь интересные и необычные вещи…

– А ты что? Что ты ему обо мне рассказывал?

Лёва смотрел на свою одноклассницу и не узнавал её. Такого дико горящего взгляда он не видел ни у одной знакомой ведьмы!

– Да успокойся ты, – сделав шаг назад, пробормотал Лёва, – я же ничего о тебе толком не знаю. Так и сказал ему. Ну он и отстал сразу.

Тина облегчённо вздохнула, но на сердце было неспокойно. Она чувствовала себя так, как будто кто-то чужой, вор или злодей, пытался вторгнуться на её территорию, тянул к ней свои грязные ручищи и исходил слюной. От такого неприятного ощущения бросало в дрожь.

– А ты что так испугалась? – спросил одноклассник, не сводя с Тины зелёных глаз.

– Тебе показалось, – ответила девушка и направилась к выходу, оставив Лёву стоять в одиночестве.

Она вышла из замка и едва не ослепла.

– Какая красота, – улыбнувшись, прошептала Тина и сразу же подставила ладонь под падающие с небес снежинки.

Белые, пушистые хлопья сыпались на землю, как пух из порванной подушки. Вспомнилась ее старая избушка в лесу, на душе стало тоскливо…

– Тина, иди к нам! – вдруг раздался чей-то знакомый звонкий голос.

Повернув голову, Тина заметила среди толпы девушку из одиннадцатого класса, Наташу. Тина познакомилась с ней в библиотеке, когда готовилась к зачёту по оборотным зельям. Наташа была настоящей красавицей. Стройная, с мягким и кротким взглядом, она с лёгкостью покоряла сердца всех парней в школе. Втайне Тина завидовала красоте и непринуждённости этой девушки, её изящности, естественности, умению достойно вести себя в обществе мальчиков.

На спортивной площадке находилась почти вся школа. Рядом с Наташей стоял Жан, они играли в снежки и весело хохотали. Щёки девушки горели ярким румянцем, а слегка раскосые карие глаза искрились от счастья.

Тине вдруг всё стало ясно. Вот кого провожал Жан ночью! Помахав в ответ рукой, она зашагала совсем в другую сторону. Сейчас ей хотелось побыть в одиночестве.

Девушка немного удивилась, заметив на девственно чистом и нетронутом снежном полотне чьи-то следы. Ведь обычно школьный сад пустовал.

Впереди чернела одинокая фигура. Тина подошла поближе. Это была Джульетта. Тина удивилась вдвойне – она впервые видела здесь свою одноклассницу. Всё лицо Джульетты было в слезах.

– Что случилось? Почему ты плачешь?

Вздрогнув от неожиданности, темнокожая девушка достала из кармана маленький носовой платок и быстро вытерла слёзы. Видимо, она так же не думала здесь кого-то встретить.

– Ничего, всё в порядке, – испуганно проговорила Джульетта и попыталась изобразить на заплаканном лице беззаботную улыбку. – Так, кое-что вспомнила…

Тина пожала плечами и задумчиво посмотрела вдаль.

– Не хочешь говорить, не надо. Но я бы выслушала. Знаешь, у меня тоже неприятности, плакать ужас как хочется. Вот я сюда пришла успокоиться немного… Знаешь, этот сад обладает какой-то положительной энергией. Здесь так хорошо, легко, спокойно.

Джульетта улыбнулась, на этот раз по-настоящему.

– Спасибо за поддержку, но на самом деле всё не так уж и плохо, как я себе тут навоображала. Подумаешь, парень, который мне нравится, влюбился в другую девчонку.

И здесь всё дело в любви. Вот и Элен убивается из-за соперницы, лежит всё утро мрачная, как туча.

Взяв в руки немного снега и сделав крепкий снежок, Тина осторожно сказала:

– Если ты плачешь, значит, этот парень не просто тебе нравится. Наверное, ты любишь его по-настоящему.

– Вздор! – вдруг воскликнула на это темнокожая девушка. – Ну что в нём такого? Обычный парень. А сегодня вот увидела его во дворе с Наташей, и сердце заныло…

Тина удивлённо захлопала глазами, но ничего не сказала. И Джульетта влюблена в Жана! Как и Элен, и многие другие бедные девочки этой школы.

– А у тебя что произошло? – поинтересовалась Джульетта, стряхивая со своей кожаной куртки снег. – Неужели ты тоже безответно влюблена?

Тина замахала руками:

– Нет, что ты! В этом плане мне повезло, моё сердце пока закрыто. Дело в другом…

Девушка замялась, не зная, что говорить дальше. Наверное, следовало что-нибудь придумать или просто сменить тему, но в глазах напротив было столько искреннего сочувствия и неподдельного интереса, что Тине вдруг захотелось открыться.

– Я не могу тебе рассказать всего, это слишком долго, – немного помолчав, сказала Тина. – Но может быть, ты дашь мне добрый совет? Даже не знаю, с чего начать…

– Говори как есть, – взгляд Джульетты был серьёзен, – секреты хранить я умею.

– Хорошо, буду с тобой откровенна. Эта история лишила меня покоя. Одному чёрному магу, которого убили много лет назад, каким-то образом удалось воскреснуть. Никто не знает, как одолеть этого колдуна, но очевидно одно – задумал он нечто ужасное.

Увидев, как Тина разволновалась, Джульетта быстро взяла её за дрожащие руки.

– Откуда тебе это известно? – спросила она. – И почему ты так переживаешь?

– У меня на это есть причины, – ответила девушка, – проклятый колдун забрал у меня самое дорогое – жизнь родного и близкого человека.

На лице мулатки отразилось сочувствие.

– Понимаю, тебе хочется отомстить.

Но Тина покачала головой:

– Нет, не месть правит мной. Я хочу остановить чернокнижника и искоренить зло, которое от него исходит, навсегда. В этот раз пострадать можем все мы.

– Но почему ты? – удивилась девушка. – Если всё так серьёзно, то тебе необходимо всё рассказать тётушке Софье или нашему профессору. Уж они-то быстро разберутся с этим колдуном!

Но Тина покачала головой, её глаза наполнились слезами отчаяния.

– Они всё знают, принимают какие-то меры, но время на месте не стоит. Чертополох до сих пор на свободе и готовится нанести свой очередной удар. Я слышала об этом собственными ушами!

Джульетта задумалась. В её больших выразительных глазах вспыхнуло нечто вроде печали. Помолчав несколько минут, она вдруг просияла.

– У меня есть одна идея! – воскликнула мулатка и вдруг перешла на шёпот: – Но для этого придётся покинуть территорию школы. Не боишься?

– Конечно, нет.

Тина прекрасно знала, что за подобные проделки им сразу же грозит исключение из школы. Но сейчас она об этом не думала.

Посмотрев по сторонам, Джульетта зашептала ещё тише:

– На севере Нечистого леса живёт моя бабушка, старая и мудрая ведьма. Она знает всё. За советом к этой ведьме когда-то приезжали колдуны и волшебники с других частей света. Я просто уверена, что эта старушка сможет тебе помочь. Но до её избушки два дня ходьбы…

– Это ерунда, – махнула рукой Тина, заинтригованная словами одноклассницы, – я готова на всё. Как найти твою бабушку?

– Боюсь, что сама ты её не найдёшь. Я пойду с тобой.

Тина удивлённо посмотрела на Джульетту. Шутит ли она? Но лицо девушки оставалось серьёзным.

– Ты готова рискнуть ради меня? – спросила Тина. – Но почему? Я не могу позволить этого…

– Не отговаривай меня, Тина, прошу тебя. Сейчас в моей жизни нет ничего светлого и радостного, одни разочарования и беспросветная тоска. Мне просто необходимы новые впечатления! Скажу тебе по секрету, я просто рождена для приключений. Я пойду с тобой. В Нечистом лесу небезопасно, а вдвоём будет не так страшно. Но скажу ещё раз – до старой ведьмы два дня ходьбы.

Загадочно улыбнувшись, Тина достала кожаный шнурок, на котором висел памятный подарок дяди Рудольфа, и тихо сказала:

– Верхом мы доберёмся за несколько часов.

Спуск с крутого склона, на котором располагался школьный сад, оказался не таким простым, как предполагали девушки. Неровная поверхность горы в виде припорошенных лёгким снегом булыжников, колючие кустарники и старые коряги сейчас были главным препятствием на их пути.

Потеряв кучу времени и сил, Тина и Джульетта, наконец, преодолели непокорный участок и приблизились к плотной зелёной стене бескрайнего Нечистого леса.

– О каких… лошадях… ты говорила? – задыхаясь, спросила Джульетта.

Обессиленная Тина упала на пушистое одеяло и закрыла глаза.

– Сейчас увидишь, – ответила девушка, сморщив нос от падающих снежинок, – вот только дух переведу…

Но Джульетта была категорически против передышек.

– Тина, нас могут заметить в любой момент. Да и время терять нельзя. Вставай.

Тина послушно встала, на её лице играл счастливый румянец. В этот момент она была похожа на птицу, вырвавшуюся на свободу.

– Джульетта, ты даже не представляешь, как я соскучилась по этому лесу, – призналась она. – Лес – мой родной дом. Находиться в замкнутом пространстве очень тяжело.

– После Нового года нас будут отпускать в город один раз в неделю, по воскресеньям, – улыбнулась Джульетта, но глаза её оставались серьёзными. – Жить станет легче и веселее.

Взяв Тину за руку, она направилась к лесу.

– Да, я слышала об этом, – ответила девушка. – Но что мы там будем делать?

– Что за глупый вопрос!? Отдыхать, развлекаться, делать покупки и попутно выполнять домашние задания. У каждого они будут разными. Все эти задания, на мой взгляд, очень глупы. Особенно, если их задаёт тётушка Софья.

– Откуда ты всё это знаешь? – не без удивления в голосе спросила Тина, раздвигая руками мохнатые лапы елей.

Рассмеявшись, Джульетта ответила:

– Все об этом знают! Всего будет четыре задания, по главным из предметов, и до летних каникул их необходимо выполнить. Обязательное условие – среди людей оставаться незамеченными, то есть с умом распоряжаться своими магическими способностями. За каждый прокол можно остаться на второй год, и тогда уже дорога в светлое будущее для тебя будет закрыта. Неужели ты ничего не знаешь об этом? Разве твои подруги тебе не рассказывали?

Джульетта остановилась и с неподдельным удивлением заглянула Тине в глаза.

– Может, и говорили, да только в последнее время мне было не до этого. Знаешь, Джульетта, когда я работала в городе, то ужасно его ненавидела…

– Ты работала в городе? – ещё больше удивилась мулатка.

– Ну да, – кивнула головой девушка и продолжила: – А вот сейчас с удовольствием бы там побывала. Совсем недавно я обнаружила, что очень соскучилась по своему магазинчику, в котором работала.

Тина замолчала, вспоминая маленький жёлтый магазинчик, краснощёкую продавщицу Нину и своего друга Сережу. Сердце странно сжалось, когда она подумала об этом весёлом парне. Как он там? Что сейчас думает о ней? Внезапно девушке стало стыдно за то, что она даже не попрощалась с ним, ничего не объяснила. А ведь могла хотя бы записку оставить. Теперь он никогда с ней не заговорит.

– Как ты уживаешься с этими заносчивыми занудами? – прозвучал голос Джульетты.

Наверное, она имела в виду Розу и Элен.

– Нет, они вовсе не зануды, – мягко возразила Тина, сжимая в руке прохладный свисток. – Вам нужно обязательно помириться.

– Какая ерунда, – небрежно хмыкнула в ответ девушка, – ни за что на свете. И с чего ты взяла, что нам нужно помириться?

– Причиной ваших ссор стал Жан, ведь так? – прямо спросила Тина и, не дожидаясь ответа, продолжила: – А тебе не кажется странным то, что все самые красивые девочки нашей школы влюблены в него по уши? Хотя вокруг немало и других симпатичных парней… Ладно, об этом мы поговорим, когда вернёмся, а сейчас я позову Красавчика.

– Кто такой Красавчик? – удивилась Джульетта.

Когда в воздухе зазвучала приятная, завораживающая слух мелодия, темнокожая девушка невольно заслушалась. Однако тут же ей пришлось вздрогнуть и насторожиться. Схватив Тину за руку, Джульетта испуганно прошептала:

– Сердце вдруг странно забилось…

– Что это значит? – Тина внимательно посмотрела по сторонам.

– Не знаю, ничего хорошего. Моя интуиция никогда не подводит.

Глаза мулатки загорелись ярким зелёным пламенем, как у дикой пантеры, в руках появилась мелкая дрожь.

Тина прислушалась, прижимая к сердцу свисток, от которого повеяло ледяным холодом. Внезапно до её слуха донёсся какой-то странный пронзительный писк…

– Пригнись! – успела прокричать она Джульетте.

Прямо над головами перепуганных девушек стремительно пронеслось нечто большое и чёрное, слегка задев острыми когтями их меховые шапки.

– Что за чертовщина? – открыв рот от страха и непонимания, прошептала Джульетта. – Что это было? Похоже на какую-то взбесившуюся хищную птицу…

Тина посмотрела по сторонам.

– Не знаю, мне показалось, что это была гигантская летучая мышь, – быстро проговорила она, – и она возвращается, я слышу взмахи крыльев… Бежим!

Схватившись за руки, девочки со всех ног бросились в чащу леса. Острый слух подсказывал Тине, что чудовищное существо гонится за ними и вот-вот настигнет… Впереди мелькнула чья-то тень.

– Красавчик! – обрадовалась девушка.

Животное возбуждённо сверкало глазами, из больших ноздрей шёл густой пар. Словно поторапливая девочек, жеребец нервно бил копытами снег и встряхивал блестящей гривой.

– Скорей, скорей, – приговаривала Тина, усаживаясь на горячую спину Красавчика позади Джульетты.

Но внезапно пронзительный до боли в ушах писк странного существа пропал, в лесу снова царила тишина.

– Кажется, этот крылатый монстр улетел, – прошептала Джульетта. – Или затаился.

– Улетел, – с уверенностью ответила Тина.

– Наверное, его напугал твой жеребец. Знаешь, для летучей мыши этот монстр слишком велик. Ты так не считаешь? Впервые вижу такую страшную тварь.

Джульетта ласково погладила Красавчика по тёплой шее.

– Даже не знаю, что и думать, Джульетта. Но сердце подсказывает, что всё это как-то связано с моей историей.

Повернув голову, темнокожая подруга испуганно захлопала глазами и тихо спросила:

– Уж не хочешь ли ты сказать, что это чудовище подослал тот колдун? А может быть, это действительно была летучая мышь?

– Нет, это не зверь и не птица, – покачала головой Тина, – мне известен язык животных. Я попыталась поговорить с этим существом, но оно на контакт не пошло.

Ещё раз посмотрев по сторонам, девушка хлопнула нетерпеливо перебирающего ногами жеребца по спине.

– Скорее уходим отсюда! – воскликнула она. – На север, Красавчик! На север!

Встряхнув длинной чёлкой, чёрный, как безлунная зимняя ночь, жеребец со всех сил рванул вперёд.

С уходом Тины в комнате стало ещё тише. Лишь старые деревянные ходики на стене и перелистывание страниц книги Элен нарушали эту мёртвую тишину.

Каждая из подруг была занята своим делом, однако мысли обеих сейчас были об одном.

Замечтавшаяся Роза тайком разглядывала маленькую чёрно-белую фотографию Жана, а умирающая от тоски и ревности Элен молила бога избавить её от внезапной соперницы – смазливой Наташи с глубокими карими глазами.

Но неожиданно это молчаливое царство нарушил резкий стук в дверь.

– Кто там? – вздрогнула Элен и отложила учебник в сторону.

В комнату вошёл Лёва, его большие зелёные глаза возбуждённо горели, а на щеках пылал волнительный румянец.

– Привет, заучки, – парень изо всех сил пытался скрыть своё волнение. – Всё корпите над уроками? Вы когда-нибудь отдыхаете?

Роза подняла голову, незаметно спрятав маленькую фотокарточку в первую попавшуюся тетрадь.

– Чего тебе? – уставшим голосом спросила она.

Лёва сделал вид, что не заметил недоброжелательного настроя одноклассниц и, не дожидаясь приглашения, присел на край кровати.

– А я сейчас Тину видел.

– Ну и что? – пожала плечами Элен. – Мы тоже её видели, она же не невидимка.

Последние слова Лёва пропустил мимо ушей.

– Она была какой-то странной, – продолжил он. – ну… мне так показалось. И ещё её нисколько не удивило то, что Харитона утром бросили в темницу, то есть в погреб.

– Ну и сплетник же ты, Лёвка, – зевнула Роза. – Тебя хлебом не корми – дай языком почесать.

– Ты дальше слушай, – обиженно насупился парень и снова заговорил: – А сейчас я видел собственными глазами, как профессор повёз какой-то огромный деревянный ящик в лес. Вроде, это был гроб. Я спрятался на заднем дворе в бочку и наблюдал за ним. Профессор постучал рукой по ящику и, ухмыльнувшись, сказал: «Ну что, Харитон, поехали?». Вот. А Тину это нисколько не тронуло! Как ни в чём не бывало, она пошла в сад, где её уже ждала Джульетта.

– Что?! – в один голос воскликнули подруги, не поверив собственным ушам.

Лёва закивал головой.

– Да-да, меня это тоже удивило. Они стояли у старой яблони и весело разговаривали, как две лучшие подружки. А потом…

– Постой-ка, Лёвка, – вдруг перебила одноклассника Роза, – ты был там? О чём они разговаривали?

– Да я ничего не слышал, – развёл руками тот, – потому что находился далеко. Я стоял за углом замка и…

– Подглядывал, – нахмурилась Элен. – Зачем ты следил за Тиной?

Она встала с кровати и сердито посмотрела на Лёву сверху вниз.

– Да не следил я ни за кем, – заёрзал на своём месте парень, – с чего ты взяла? Просто пошёл за Тиной, чтобы… чтобы кое-что спросить у неё. Вот.

Девушки переглянулись, а Лёва, немного смутившись, вскочил с кровати и подошёл к столу. Там лежала большая кипа книг и тетрадей.

– А что ты хотел у неё спросить? – с подозрением в голосе поинтересовалась Роза. – Спроси у нас, мы тебе ответим честно и прямо.

Лёва схватил первую попавшуюся книгу и принялся нервно её перелистывать.

– Ну, хорошо, я спрошу, – пробормотал он, залившись краской. – Но только пообещайте, что скажете правду и не засмеёте.

Роза пожала плечами, а Элен сказала серьёзным голосом:

– Мы обещаем. Спрашивай.

В руках Лёвы оказалась тетрадь Розы, дрожащие пальцы перевернули страницу… Неожиданно его глаза злобно сверкнули и заблестели от слёз.

– Ты чего молчишь? – спросила Элен. – О чём ты хотел спросить?

– Вот о чём, – поднял руку Лёва, – у Тины я хотел спросить о нём.

В руке обиженный парень держал фотографию Жана, спрятанную Розой в тетрадь.

– Не буду ничего спрашивать, – глухо проговорил он и положил фото на место. – Всё и так ясно. Повлюблялись все в этого… этого своего Жана-донжуана, как дурочки. Глупые курицы!

Сказав это, Лёва собрался покинуть комнату. У дверей его догнал вопрос Элен:

– Лёва, а с Харитоном что?

– Не знаю, профессор увёз его куда-то в лес. Навсегда.

Сказав это, обиженный парень тихо закрыл за собой дверь.

В комнате снова повисла мёртвая тишина. Первой нарушила молчание Элен.

– А откуда у тебя его фотография?

Роза чувствовала себя весьма неловко, ведь её тайна раскрылась самым нелепым образом и так неожиданно. Чтобы хоть как-то унять нервную дрожь в теле, она с усердием принялась наводить порядок на столе. Но всё, как назло, падало из рук, вот и эта злосчастная фотография Жана вдруг выскочила из тетради и словно бумажный самолётик приземлилась у ног Элен.

– Не хочешь, не отвечай, – пожала плечами Элен и подняла упавшее фото.

Но внезапно Роза, словно дикая кошка, подскочила к своей подруге и грубо выхватила из её рук портрет любимого парня.

– Не смей трогать мои вещи! – недовольно прошипела она и прижала бумажку к груди.

Глаза удивлённой и обиженной Элен наполнились слезами.

– Смотри… смотри не подавись своей любовью! – заикаясь от негодования, воскликнула она.

Громко хлопнув дверью, девушка оставила Розу одну в комнате. Едва сдерживая слёзы несчастья, она бросилась бежать по коридору и неожиданно натолкнулась на тётушку Софью.

– Элен, девочка моя, что случилось? – удивлённо воскликнула волшебница, увидев расстроенное лицо Элен. – Ты плачешь?

Элен опустила глаза и тихо пробормотала в ответ:

– Нет-нет, Вам показалось, я не плачу. Всё хорошо.

– Ну я же вижу, что что-то случилось. Неужели ты с кем-то поссорилась? Хорошо, я не буду вмешиваться в ваши дела. Скажи, Элен, а Тина в комнате?

– Нет, она ушла около часа назад.

– Куда? – насторожилась женщина, в её голубых глазах появилась тревога. – Вы же всё время вместе.

Вспомнив слова Лёвы, девушка сказала:

– Кажется, Лёва её видел на улице. Спросите у него… А вот и он.

Впереди замаячила знакомая огненно-рыжая шевелюра.

– Лёвочка, поди сюда! – тут же позвала парня тётушка Софья, её щёки ярко запылали от волнения и тревоги. – Господи, да когда же этот парень подстрижется! Где Тина?

Одарив Элен взглядом, полным обиды и негодования, Лёва приблизился к старой волшебнице.

– Это я и сам хотел бы узнать. Но, впрочем, мне все равно.

– Что такое ты говоришь? – удивилась тётушка Софья. – Элен сказала, что ты видел её.

– Видел. В саду с Джульеттой, – буркнул Лёва, – а потом они исчезли.

Женщина непонимающе вскинула тонкую бровь и сняла очки. Что такое говорит этот мальчишка!?

– Как это исчезли? – воскликнула Элен и одарила одноклассника колючим взглядом. – Этого ты нам с Розой не сказал. Болтун.

– Не сказал, потому что вы меня всё время перебивали. Я и вернулся, потому что вспомнил, что не всё вам рассказал. Тина исчезла.

Тётушка Софья внимательно посмотрела на Лёву. Шутит ли он? Но нет, взгляд мальчика был серьёзен как никогда.

– Но как это произошло, Лёва? – развела руками волшебница, всё ещё ничего не понимая.

Нахмурившись ещё больше, парень ответил:

– Я не знаю, как это произошло. Тина и Джульетта стояли в нашем саду у самого обрыва, а потом их резко не стало. Я думаю, что девчонки убежали в Нечистый лес.

Услышав такую новость, тётушка Софья схватилась обеими руками за сердце, а Элен тут же набросилась на одноклассника:

– Что ты несёшь? Какой Нечистый лес? Зачем? Тина никогда бы так не поступила! Лёва, скажи прямо, что это твоя очередная дурацкая шутка.

Но Лёва не опроверг сказанного. Обиженно надув губы, он молча сверлил пол упрямым взглядом и ждал, что скажет на это тётушка Софья.

– Так, ребята, обойдите всю школу вдоль и поперёк, – тяжело дыша, произнесла волшебница и надела очки. – А я пойду в школьный сад и постараюсь всё прочесть по их следам. И никому ни слова!

Элен кивнула головой и сразу же побежала на первый этаж. А Лёва, напрочь забыв про гордость и обиду, со всех ног бросился за ней.

Зимний лес был царственно прекрасен. Пушистые красавицы-ели, старые молчуньи-сосны, стройные девы-берёзы и вековые богатыри-дубы мирно дремали под мягким снежным покрывалом.

То там, то тут мелькали спины, уши и рога диких животных. Казалось, что лесные звери нисколько не боятся неожиданных гостей. Вот огромных размеров бурый медведь, который никак не мог отыскать себе подходящую берлогу, вежливо уступил лесную тропу быстроногому Красавчику и важно помахал Тине вслед своей большой тяжёлой лапой. А стая молодых волков приветливо склонила головы, радостно размахивая серыми хвостами.

Благодаря своей выносливости и невероятной силе, Красавчик доставил девушек до нужного места за несколько часов. Поплутав немного по подмёрзшему болоту, Тина и Джульетта, наконец, отыскали ветхую избёнку, в которой жила старая колдунья.

За много лет деревянный домик наполовину врос в землю, зарос густыми камышами и колючим кустарником. В малюсеньком кривом окошке едва мерцал тусклый жёлтый свет, что говорило о том, что старуха была дома.

На чёрном небе зажглись первые звёзды, мороз крепчал. Дрожа от волнения, девушки медленно приблизились к прогнившему порогу избушки. Тина решительно подняла руку, чтобы постучать в дверь, но неожиданно Джульетта её остановила.

– Тина, погоди, – прошептала она, виновато хлопая пушистыми ресницами, – мне нужно кое-что тебе сказать.

Тина опустила руку.

– Говори.

Подруга замялась.

– Помнишь, я сказала тебе, что эта ведьма – моя бабушка?

– Ну да, конечно, помню, – насторожилась Тина и внимательно посмотрела на одноклассницу. – В чём дело?

– На самом деле это не так…

– Не так? – пробормотала девушка в ответ. – Но почему…

Джульетта натянуто улыбнулась и сказала:

– Я не знаю эту старуху, она мне не родственница. И вообще, я никогда прежде её не видела. Прости меня… Мне просто хотелось тебе помочь.

Тина ничего не понимала. Она стояла напротив Джульетты и не знала что говорить. Ругаться она не умела, а горячиться раньше времени было не в её правилах.

– Я помочь тебе хотела, – повторила темнокожая девушка, открыто глядя ей в глаза. – Про старуху эту я слышала краем уха от нашего профессора. Он кому-то рассказывал, что она первоклассная ведьма и всё знает. Вот я и подумала, что эта старуха тебе поможет…

Тина ничего не ответила.

– Мне кажется, мы правильно сделали что приехали сюда! – отчаянно воскликнула Джульетта, её голос дрогнул. – Эдуард Васильевич просто так никого не похвалит. Если он сказал, что эта ведьма – настоящий клад, значит, так оно и есть.

– Тише, – Тина взяла девушку за руку и предложила отойти в сторону.

– Ну откуда ты знаешь, что она ведьма? – тихо спросила она у Джульетты. – Ты что-то услышала от профессора и сразу же поверила его словам… И что нам теперь делать?

Тем временем на небо выкатилась сочная, как апельсин, луна и осветила всё вокруг своим успокаивающим мягким светом. В нескольких шагах от девочек стоял Красавчик и терпеливо их ждал. Подумав несколько минут, Тина решительно заявила:

– Возвращаемся в школу.

Но Джульетта неожиданно её остановила:

– Тина, послушай меня, прошу! Раз уж мы здесь, то нужно зайти. Давай попробуем, а вдруг она тебе поможет? Доверься мне, подруга! Я чувствую, что мы не зря сюда приехали.

– Но я не могу доверять свои тайны каждому встречному. Эта ведьма тебе не родственница, а вдруг она…

– Что?

– Ничего.

– Тина, моя интуиция редко ошибается, – взгляд Джульетты стал серьёзным и не по годам взрослым. – Сегодня ты в этом убедилась.

– Убедилась, – кивнула головой девушка, вспомнив странное нападение летучей твари. – Твоя интуиция сработала быстрее моей. Чёрного монстра ты заметила раньше меня, это так.

– Я не заметила его, не увидела, а почувствовала опасность сердцем! Сейчас я тоже чувствую. Чувствую, что мы пришли сюда не зря…

Тина на минуту задумалась. Что она теряет? А может быть, Джульетта действительно права? Быть может, стоит зайти и попытать счастья?..

– Ладно, попытка не пытка, – в конце концов махнула рукой девушка и поправила выбившуюся из-под шапки золотую прядь. – Вдруг эта старуха и вправду даст мне добрый совет?

– А добрые советы мудрых людей ещё никому не вредили, – тепло улыбнулась Джульетта.

Вернувшись на маленькое кривое крылечко, девушки решительно постучали в дверь. Минута ожидания показалась им вечностью. Но вот послышались неторопливо шаркающие по неровному земляному полу шаги, раздался сухой кашель, затем прозвучал скрипучий старушечий голос:

– Долго же вы не решались зайти в гости к одинокой старухе… кхе-кхе…

Подруги с ужасом переглянулись.

– Она всё знает! – еле слышно прошептала Джульетта и вдруг радостно сверкнула глазами. – Я же тебе говорила, что она настоящая ведьма!

Но Тина в этом ничего сверхъестественного пока не заметила.

– Джульетта, она просто видела нас в окне. Да уж, нас с тобой только в разведку посылать…

Громыхнул ржавый засов, и хлипкая дверца старой избушки с жалобным скрежетом отворилась. Перед глазами девушек предстала невысокая, слегка горбатая фигура хозяйки этого дома. В руках она держала старинный серебряный подсвечник с тускло горящей бесформенной свечой.

– Здравствуйте, бабушка, – первой поздоровалась Джульетта. – Погреться не пустите? Мы, кажется, заблудились…

Старуха подняла свечу повыше. Она долго вглядывалась в лица незваных гостей, щурила выцветшие от старости глаза и что-то бормотала себе под нос. Тина незаметно толкнула подругу в бок и тихо прошептала:

– Пошли отсюда.

Но тут старуха остановила на ней свой цепкий взгляд и сказала:

– Проходите, девочки.

В единственной комнате избы горело всего три свечи, однако это нисколько не помешало Тине внимательно изучить окружающую обстановку. Крохотное помещение было просто завалено всяким хламом, начиная от каких-то заколоченных ящиков и заканчивая высушенными травами, ящерицами и летучими мышами. Низкий потолок обволакивала омерзительно плотная серая паутина, на которой хищно притаились большие и жирные красные пауки с длинными лохматыми лапами. Тина вздрогнула, такого ужасного зрелища ей ещё никогда не доводилось видеть. В углу избы горел древний, как и сама хозяйка, камин.

Сама старуха на первый взгляд выглядела устрашающе – большой орлиный нос, почти прозрачные глаза с маленькими колючими зрачками и растрёпанные сальные пряди редких седых волос…

– Присаживайтесь сюда, – показала сморщенной рукой хозяйка на кучу старого грязного тряпья. – Хотите чаю? Или может быть молока? Мои дикие козы дают отличное молоко, кхе-кхе… И если его выпить с закрытыми глазами, то можно навсегда избавиться от мучающих ваше тело недугов. Оно обладает уникальной целительной силой, вы даже себе не представляете. Вы мне не верите? Зря… Я прожила на белом свете уже более двухсот лет и планирую прожить ещё столько же. Это молоко я пью с самого рождения, девочки, и чувствую себя вполне здоровой.

– Нет, спасибо, если можно, то просто воды, – несмело отозвалась Тина и отвела глаза в сторону – слишком тяжёлым и изучающим был взгляд старой ведьмы.

Она ещё раз осмотрелась и увидела на стене одну-единственную старинную фотографию, на которой был изображён маленький улыбающийся мальчик лет шести.

– Это мой внук, – проговорила старуха, наливая в деревянный ковш холодную воду. – Сейчас он уже вырос, многого добился. Может быть, вы даже знаете его.

Девочки переглянулись. Уж не о профессоре ли она говорит?

– Меня зовут Джульетта, а это моя подруга Тина, – поспешила представиться Джульетта. – А как Вас зовут?

Старуха передала воду и, устроившись в своём плетеном кресле-качалке поудобнее, закурила трубку. Пустив в воздух несколько аккуратных колечек белого дыма, она проскрипела:

– У меня нет имени, но вы можете как-нибудь меня называть… Например, Роза. Пойдёт?

Тина покачала головой и быстро перевела взгляд на висящих над ними пауков. Чудовищные насекомые пугали её не на шутку.

– Нет, мою подругу зовут Роза, – сказала она.

Старуха едва заметно улыбнулась.

– Ну, тогда зовите меня Элен.

Тина посмотрела на седовласую ведьму удивлёнными глазами, сердце забилось сильнее.

– Это имя моей второй подруги, – пробормотала она несмело и, словно прося помощи, взглянула на Джульетту.

Тонкие губы старухи растянулись в довольной ухмылке. Эта игра, безусловно, приносила ей огромное наслаждение. В её прозрачных глазах вдруг заплясал дикий огонёк.

– Откуда вам известны имена моих подруг? – серьёзно обратилась к ней Тина, стараясь не показывать своего волнения.

Неожиданно старая ведьма расхохоталась, ощерив сгнившие до самых дёсен зубы. Да так громко, что все мохнатые пауки, висящие на своих толстых нитях, испуганно разбежались по тёмным углам.

Тина не стала пить предложенную воду и поставила деревянный ковшик в сторону. Ведьма это заметила.

– Зря, очень зря, – прищурила она левый глаз, став похожей на старую ворону. – Моя родниковая вода не только придаёт сил и решительности, но ещё наделяет человека мудростью, помогает ему открыть глаза на привычные вещи. Такой воды, девочка моя, тебе больше никто и никогда не предложит. Может быть, испив её, ты найдёшь ответы на мучающие тебя вопросы. Кто знает?..

Неожиданно старуха зевнула и закрыла глаза. По комнате поплыл тихий ненавязчивый храп.

– Уснула, – с облегчением вздохнула Джульетта и на всякий случай приблизилась к старухе. – Действительно, спит!

Тина взяла в руки ковш и внимательно посмотрела на прозрачную воду.

– Что ты собираешься делать? – спросила её подруга. – Не вздумай пить эту воду. Знаешь, я уже жалею о том, что заставила тебя сюда зайти. По-моему, эта старуха – сумасшедшая. Я представляла её совершенно иной.

– И какой же?

– Ну, этакой милой и доброй волшебницей… Ты права, Тина, я такая дурочка…

– Не вини себя, ты ведь не знала ничего.

Ещё раз посмотрев на воду, Тина поднесла ковш к губам и сделала несколько глотков. На вкус вода была совершенно обыкновенной, со слабым привкусом затхлости. Неужели старая ведьма обманула её?

– Ну что? – взволнованно прошептала мулатка. – Как ты себя чувствуешь?

– Как обычно, – пожала плечами девушка. – Вода как вода, ничего особенного.

Глаза Джульетты вдруг заблестели от слёз.

– Мне стыдно.

– Но за что? – удивилась Тина и подошла к подруге.

– Я притащила тебя в эту глушь в надежде помочь, а в итоге… вместо мудрой ведьмы мы нашли спятившую от одиночества старуху. Теперь нас исключат из школы! Ладно меня, но ты… ты ведь ни в чём не виновата…

Но Тина так не считала и тем более не собиралась ни в чём винить Джульетту.

– Не говори ерунды, – махнула она рукой и по-дружески обняла подругу за плечи. – Никто нас не исключит, всё будет хорошо. Немедленно вытри лицо.

Джульетта тихо вздохнула и, слегка улыбнувшись, послушно избавилась от слёз.

– Что может находиться в этих ящиках? – вдруг прошептала она, остановив свой горящий любопытством взгляд на огромной куче деревянных коробок.

Тина пожала плечами:

– Какая разница? Наверное, какой-нибудь старый хлам… Похоже, это гробы. Меня больше настораживают эти жирные пауки. Они просто истекают слюной. Думаю, нам пришла пора убираться из этой избушки.

Но любопытство Джульетты оказалось сильнее.

– Погоди минуту, – попросила она, изучая заинтересовавшие её ящики, – посмотри, здесь имеются какие-то надписи… Читай: «Чертополох». Что-то знакомое…

Тина перевела удивлённый взгляд на Джульетту. Да ведь это же имя колдуна, который убил её крёстного отца! Девушка подошла к деревянному ящику и посмотрела на надпись. Неровные буквы были аккуратно вырезаны на выпуклой крышке гроба. Страшные догадки мелькнули у неё в голове.

– Посмотри, Тина, все ящики похожи на решето! – воскликнула Джульетта не своим голосом, заметив на крышках множество дыр. – Пауки пытались добраться до трупов!

– Тише, Джульетта…

– Эта старуха живёт среди мертвецов и кормит своих насекомых трупами! Она и нас убьёт!

Спящая ведьма перестала храпеть, веки её дрогнули, но не открылись. Склонив седую голову набок, она снова мирно засопела носом. Девушки облегчённо выдохнули.

– Ой! – Джульетта неожиданно отскочила в сторону, будто ужаленная змеёй.

– Что случилось? – испугалась Тина.

– Вот, посмотри скорее сюда, – голос темнокожей девушки странно дрожал.

Джульетта повернулась боком и показала пальцем на своё плечо, на котором странно пузырилась безобразная белая слизь…

– Это слюна пауков, – прошептала Тина, медленно поднимая голову вверх. – Они смотрят на нас.

– Поговори с ними!

– Не могу, это же не звери и не птицы, а насекомые. Да ты только взгляни на этих чудовищ, у них в голове нет ни одной мысли.

Джульетта с отвращением посмотрела на затаившихся пауков и сказала:

– Нет, одна мысль у них всё-таки присутствует – монстры желают поужинать.

Взявшись за руки, девушки стали медленно продвигаться к выходу. Пауки сразу зашевелились. Внезапно один из них, с кроваво-красными глазищами, пронзительно пища, бросился на один из ящиков. Истекая слюной, чудовищное насекомое распахнуло свою огромную мохнатую пасть, откуда следом показались острые черные клыки…

– Что он собирается делать? – ужаснулась Джульетта.

– Скорее уходим, – тихо проговорила Тина, не останавливаясь.

Но уйти подруги не успели. Ещё один паук, не желавший бороться с голодом, ловко спрыгнул с потолка на пол и оказался от них в трёх шагах. Джульетта тихо взвизгнула. Когда из пасти, извиваясь, словно гигантский червь, показалось нечто омерзительное, Тина протянула навстречу лохматой туше свою ладонь. Её глаза вспыхнули синим пламенем, дрожащие губы быстро зашептали слова какого-то заклинания. При виде светящейся ладони чудовищный паук испуганно попятился назад. Но было слишком поздно – светло-голубые лучи, исходящие от ладони девушки, быстро настигли насекомое и накрыли его плотным облаком магической синевы.

Тина опустила ладонь, лучи рассеялись. Облако исчезло, а вместе с ним и голодное насекомое.

– Я не убила его, – шепнула Тина поражённой подруге, открывая дверь, – просто уменьшила в размерах. Так он никому не причинит вреда.

– Откуда тебе известно это заклинание? – удивлённо спросила Джульетта. – Насколько мне известно, его изучают в одиннадцатом классе.

– Не знаю, – честно призналась девушка, – просто в один момент я поняла, что знаю его и всё. Может быть, все дело в родниковой воде этой старухи?..

Подруги вышли во двор, небо было затянуто мрачными снеговыми тучами. Внезапно из жгучей тьмы навстречу им выскочил Красавчик, глаза животного возбуждённо горели. Тина заволновалась.

– Сюда кто-то направляется! – сказала она, всматриваясь в чёрную ночь.

– Кто? – испугалась Джульетта. – Что ты видишь?

На лице Тины отразились удивление и страх.

– Уж не за нами ли это приехали? Кажется, это наш профессор Эдуард Васильевич… На санях, позади его, лежит какой-то ящик, похожий на гроб… Не может быть!

Джульетта испуганно закрыла ладонью губы.

– Всё, нам конец, – пробормотала она.

Девушки быстро запрыгнули на горячую спину жеребца. Ударив копытами мёрзлую землю, Красавчик стрелой бросился в непроглядную чащу Нечистого леса.

Школьный сад гудел, как пчелиный улей. Все младшие классы собрались здесь, чтобы поиграть в первые снежки и вылепить большую снежную бабу.

– Добрый день, тётушка Софья! – радостно здоровались с доброй волшебницей краснощёкие ребята.

Тётушка Софья не могла сдержать улыбку, глядя на такую милую сердцу картину. Когда-то, давным-давно, она так же училась в школе для волшебников, играла в догонялки и лепила снеговиков…

Взглянув на землю, женщина слегка покачала седеющей головой. Весь снег в саду был истоптан. Попробуй сейчас разбери, где чьи следы!

– Ребята, время обеда подходит! – громко хлопнула она в ладоши. – Пора идти переодеваться и мыть руки. Сегодня вас ждёт чудесный стол и необычный сладкий сюрприз!

Резвясь на улице, школьники успели изрядно проголодаться, поэтому, услышав такие слова тётушки Софьи, они с радостными криками бросились к школе.

Когда зимний сад опустел и вокруг снова царила безмятежная тишина, старая волшебница решила прибегнуть к незаменимой помощи магии. Делала она это только в очень крайних случаях, и сегодня он был именно таковым. Набрав в лёгкие побольше свежего воздуха и сложив губы трубочкой, она выпустила его из себя тоненькой перламутровой струйкой. Искрящиеся частицы разлетелись по всему саду и, медленно осев на белоснежном покрывале, исчезли… но только в тех местах, где не было следов Тины. Там, где ступали ноги крестницы Рудольфа, снег приобрёл удивительно сверкающий перламутровый оттенок.

Внимательно присмотревшись к следам, тётушка Софья убедилась в своих подозрениях. Они вели к обрыву, затем резко уходили вниз, навстречу Нечистому лесу.

– Ах, глупенькая моя девочка, – испугавшись за жизнь Тины, прошептала женщина. – Куда же ты убежала?

Хлопнув в ладоши и взмахнув в воздухе волшебной палочкой, она быстрым шагом покинула школьный сад. Следы Тины снова смешались с ослепительным снежным фоном…

В кабинете тётушку Софью ждала чем-то расстроенная Мария. Завидев мать, девушка тут же изобразила на своём лице горе и громко воскликнула несчастным голосом:

– Мама, я потеряла подарок Артура!

С трудом сообразив о каком именно подарке идёт речь, волшебница присела на край дивана.

– Неужели ты потеряла свой золотой браслет?

– Да! – забегала по тесному кабинету та, чуть не плача. – Что же мне теперь делать? Что?

Голубые глаза девушки блестели от слёз, маленький подбородок нервно подрагивал, а руки не знали за что схватиться. Матери стало жаль свою единственную дочь. Ласково улыбнувшись, тётушка Софья сказала:

– Найдётся твой браслет, никуда не денется.

– Не найдётся! – капризно топнула ногой молодая учительница Чар. – А скоро Новый год!

И тут волшебница вспомнила, что на праздник в их школу приедут важные и желанные гости из далёкой академии Волшебства – супружеская пара преподавателей и их старший сын Артур. Именно он подарил Марии потерявшийся браслет. Женщина давно заметила обоюдную симпатию этой парочки, но приставать к дочери с расспросами не торопилась. Всему своё время.

– Успокойся, дочка, найдём мы твой браслет, – тихо вздохнула тётушка Софья, задумчиво глядя в сторону окна. – Я помогу тебе, вместе мы быстро отыщем твой подарок.

– Как мы его найдём? Ты палочкой лишний раз боишься взмахнуть! Она у тебя уже слоем пыли покрылась.

– Столько всего навалилось, – снова вздохнула старая волшебница, не замечая слёз дочери, – и Тина пропала…

Услышав такую новость, Мария Гордеевна сразу же прекратила стучать острыми каблуками по блестящему полу и присела на кожаный диванчик.

– Как это пропала? – спросила она удивлённым голосом.

– Вот так, – беспомощно развела руками мать. – В замке её нет, во дворе тоже, а куда ушла – никто не знает… До утра подожду, не появиться – будем искать.

Девушка на минуту задумалась. То, что её мать так возится с этой Тиной, ей не очень-то и нравилось. Однако выразить своё недовольство напрямую она не решилась.

– Быть может, наша школа не пришлась ей по душе? – осторожно проговорила девушка, заглядывая под стол. – Так пускай возвращается в свою избушку на курьих ножках.

– Маша! – невольно сорвалось с языка у тётушки Софьи.

– Не называй меня так! – взвизгнула та в ответ. – Я же просила тебя не произносить это… это имя вслух!

Тётушка Софья закрыла глаза и положила ладонь на лоб. Она всегда тяжело переносила любую ссору со своей дочерью. А в последнее время таких мелких, но крайне неприятных ссор было хоть отбавляй. И что являлось тому виной, она не знала – то ли вынужденная разлука с любимым человеком, то ли чересчур избалованное детство. Мария росла без отца, но с великой ненавистью к нему. В память о себе отец оставил ей одно лишь имя – Маша…

– Дочка, но ведь это твоё имя, – мягко возразила тётушка Софья, не желая ссориться с дочерью. – Почему бы тебе не принять его? Ну и что с того, что отец тебя все время так называл…

– Мама, угомонись. Я уже взрослая женщина! Да и вообще, ты могла бы подобрать мне другое имя. Назвать так, как хотела ты, а не он.

– Как хотела я? У тебя замечательное имя… Доченька, прошу тебя, прими своё имя, забудь все обиды, живи настоящим. Я уверена, что после этого ты станешь другой, обретёшь спокойствие души и радость жизни. Это же глупо, в конце-то концов…

– Другой? – воскликнула девушка дрожащим от обиды голосом. – С каких это пор я перестала тебя устраивать? Может быть, ты найдёшь себе новую любимицу? Тина очень подходит на эту роль! И имя у неё намного лучше моего!

– Дочка, что такое ты говоришь…

Но девушка ничего не хотела слышать. Быстрым шагом она подошла к овальному зеркалу, нервно поправила съехавшие на кончик носа очки и причёску.

– Ты куда?

– Искать свой браслет.

В дверях она неожиданно столкнулась с Розой и Элен. Увидев красное от гнева и обиды лицо своей учительницы, девочки в страхе отступили в сторону.

– Добрый день, – несмело поздоровались они.

– Ничего доброго в нём не вижу, – недовольно буркнула в ответ та и исчезла в тускло освещённом коридоре.

Такое поведение родной дочери заставило тётушку Софью густо покраснеть. Вскочив с места, она неуклюже подбежала к своим ученицам и предложила присесть.

– Мы на минуту, – сказала Элен, – только спросить…

Но добрая волшебница уже схватила их за руки и настойчиво повела к кожаному диванчику.

– Вот здесь вам будет удобно, присаживайтесь.

Подруги послушно присели.

– Мы пришли сказать, что Тины нигде нет, – начала Элен, печально хлопая глазами. – Мы очень обеспокоены её неожиданной пропажей и хотим, чтобы Вы немедленно приступили к её поискам. Пожалуйста.

– Ещё нам известно, что последней Тину видела Джульетта, – сразу же продолжила Роза более твёрдым голосом. – Но она тоже пропала.

О пропаже ещё одной девочки тётушка Софья не знала. Удручающе покачав головой, она обеспокоено заговорила:

– Об этом я не знала, девочки. А вот Тина действительно пропала, на территории школы её нет, а следы ведут к Нечистому лесу…

Девушки ахнули и испуганно посмотрели друг на друга. Именно такую новость они больше всего боялись услышать.

– Да-да, она ушла. И никто не знает, что толкнуло вашу подругу на такой шаг. На рассвете я лично займусь её поисками, поеду туда, где она жила до недавнего времени. Быть может, она решила вернуться домой…

Но девушки так не считали. Возвращаться в старый домик Тина не собиралась. По крайней мере, до тех пор, пока не раскроется тайна убийства её крёстного отца и пока все три злодея не будут наказаны.

– Нет, Тина никогда бы так не поступила, – уверенно проговорила Элен, – и если она ушла, то на это наверняка были серьёзные причины.

Достав из ящика стола какие-то бумаги, тётушка Софья устало сказала:

– Ладно, девочки, ступайте в столовую, сейчас как раз обед подают.

Пропажа Тины и ссора с дочерью лишили её последних сил.

Подруги молча направились к выходу, но у самой двери Роза вдруг остановилась.

– Тётушка Софья, это правда, что Харитона увезли из замка в заколоченном ящике? – прямо спросила она.

Старая волшебница растерянно заморгала, не зная, что ответить своим ученицам – правду или ложь.

– Откуда вам это известно? – сняв круглые очки, удивлённо спросила она.

– Он предатель! – сжала кулаки Роза и гневно свернула глазами. – Мы нисколько Вас не осуждаем и обещаем держать язык за зубами. Так ему и надо!

После этого подруги ушли.

Весь оставшийся день время тянулось очень медленно, минуты казались часами, часы – вечностью. Когда висевшие на первом этаже часы с золотым единорогом пробили полночь, тётушка Софья решительно подошла к ночному сторожу. Неуклюжий громила стоял у огромной высеченной из мрамора арки, охраняя школьные ворота.

– Кто-нибудь заходил после девяти часов? – спросила она.

– Нет, товарищ директор, – замотал лысой головой великан и добродушно растянул толстые, похожие на варёные сосиски, губы. – нарушителей порядка не замечено. На посту без происшествий, как говорится.

Перед тем, как отправиться на поиски Тины, тётушка Софья решила зайти в комнату к девочкам. Она тихо поднялась по крутой лестнице, миновала тёмный коридор и нерешительно остановилась напротив двери. А вдруг Роза и Элен уже спят? Затаив дыхание, старая волшебница осторожно взялась за прохладную ручку и медленно приоткрыла дверь.

За круглым деревянным столом под тусклым светом кривобокой свечи сидели чернобровая Роза, белокурая Элен, темнокожая красавица Джульетта и … Тина.

– Тина! – ахнула она, не поверив своим глазам.

Увидев удивлённое лицо тётушки Софьи, девочки сразу же прекратили шептаться.

– Ну, рассказывай, где ты была! – сердито нахмурила тонкие брови волшебница и вошла в комнату.

Не смотря на такой устрашающий вид, Тина широко улыбнулась, однако глаза девушки оставались серьёзными. Джульетта виновато опустила голову.

– Тётушка Софья, мне сказали, что профессор увёз Харитона в лес, – вдруг сказала Тина, улыбка на её лице резко потухла.

Женщина нахмурилась ещё сильнее. То, как поступил Эдуард Васильевич с Харитоном, считалось незаконным, а разговоры об этом среди учеников не сулили ничего хорошего.

– Да, увёз, – шёпотом ответила она и с опаской выглянула за дверь, – но у нас не было другого выхода. По закону нашему завхозу грозила либо смерть, либо вечное заточение в подземной тюрьме, а мы сохранили ему жизнь. Вы должны понимать, что Харитону нельзя было оставаться в школе, среди детей… Когда с Чертополохом будет покончено, когда мы во всем разберемся, мы освободим беднягу и дадим возможность покаяться в своих грехах… Лично я готова его простить. Но только потом.

В глазах Тины загорелся огонь. Схватив волшебницу за дрожащую руку, она вдруг воскликнула:

– Но в ящике был не Харитон! Там был кто-то другой. На долгие годы заточения и невыносимые муки профессор отправил не злобного старика, а другого человека. И, скорее всего, совершенно невиновного! А ещё…

Тут девушка немного замялась и посмотрела на своих притихших подруг, но через секунду продолжила:

– А ещё один из ваших учеников незаконно использует приворотные чары.

Подготовка к занятиям на следующее утро началась не как обычно.

Тина собиралась на первый урок с плохим настроением. Ночной разговор с тётушкой Софьей ни к чему конкретному не привёл – упрямая волшебница отказывалась верить словам и предпочла дождаться возвращения профессора. По поводу же Жана, который влюбил в себя полшколы с помощью чар, обещала принять меры.

Забросив на плечо набитую учебниками и тетрадями сумку и поправив горло тёплого вязаного свитера, Тина попыталась незаметно выскользнуть из комнаты. Но перехитрить острый глаз Розы было просто невозможно.

– Тина, до начала занятий ещё полчаса.

– Я знаю, – пожала плечами девушка и вернулась на место.

Элен с подозрением покосилась на подругу и спросила:

– Ты разве нас не подождёшь?

– Да жду, жду. Просто я хотела поговорить с Джульеттой…

Роза стояла напротив своего любимого зеркала с круглой расчёской в руке и тщательно выбирала средство для укладки. Последние слова Тины не очень-то пришлись ей по душе.

– Может быть, ты хочешь переселиться к ней в комнату? – язвительным тоном поинтересовалась она. – Так ведь мы не против.

– Роза! – строго выкрикнула Элен, доставая из-под кровати обувь. – Не говори ерунды. Мы против!

– По-моему, это не ерунда, – обиженно проговорила Роза и швырнула расчёску на подушку. – А то, что говорит Тина – вот это точно ерунда.

Тина удивлённо захлопала глазами.

– Ты это о чём?

Сердце девушки учащённо забилось – в глазах Розы сверкнул недобрый огонёк.

– Я говорю о Жане. Ты всё придумала, потому что сама влюблена в него по уши! Жан не такой дурак, чтобы рисковать собственной репутацией. Ему это совершенно ни к чему. Он красив, как бог! Его и без чар все обожают.

Сохраняя спокойствие, Тина положила сумку на кровать и решительно подошла к рассерженной подруге.

– Роза, он такой же, как и все мальчишки вокруг. В нём нет ничего особенного – ни ума, ни божественной красоты.

– Ты говоришь так, потому что Жан не обращает на тебя никакого внимания!

Минуту девушки стояли друг напротив друга и мерились гневно горящими взглядами. Одна – ослепительно зелёным, хищным и пронзающим насквозь, другая – невозмутимо твёрдым и всепрощающим. Неизвестно сколько бы продолжался этот немой поединок, если бы вдруг не вмешалась Элен.

– Прекратите немедленно! – воскликнула она сердито и с трудом втиснулась между девушками. – Вы ещё подеритесь из-за своей любви! Тина, лучше скажи, с чего ты взяла, что профессор увез не Харитона?

– Не знаю, мне та старуха сказала выпить ее воды… Я сделала всего пару глотков и после этого…

– Какая глупость, – закатила глаза Роза. – Может быть, эта ведьма захотела, чтобы ты так думала.

– Роза! – Элен вдруг рассердилась. – Ну тебя же там не было! Слово не даешь никому сказать!

Роза виновато опустила глаза, только сейчас осознав свою ошибку в поведении, и молча вернулась к зеркалу. Тина вихрем выскочила за дверь.

– Ну? И чего ты добилась своим колючим, злым языком? – вышла из себя всегда спокойная и уравновешенная Элен. – Ты снова хочешь со мной поссориться?

– При чём тут ты?

– Тина – моя подруга. А если она действительно уйдёт о нас?

– Скатертью дорога.

– У тебя невыносимый характер.

Сказав это, раскрасневшаяся Элен покинула комнату.

Встретились три подруги на занятии. Пока Мария Гордеевна с озабоченным видом копалась в своих бумагах, шустрый Лёва быстро пересел к Тине. Его большие зелёные глаза горели от любопытства.

– Ты где пропадала? – шёпотом спросил он, заговорщицки толкая её локтем в бок. – Я уже было подумал, что ты не вернёшься в школу. Расскажи, что происходит?

Но Тина была не в духе сейчас с кем-либо беседовать, а тем более на такую тему. Безразлично пожав плечами, она кратко ответила:

– Ничего, просто захотелось навестить свою избушку.

Лёва разочарованно засопел носом.

– Нууу… а я-то думал…

Немного помолчав, рыжеголовый парень снова попытался завязать разговор.

– Но почему ты не предупредила тётушку Софью? А Джульетта? Вы были вместе, ведь так?

– Да, были.

– Её теперь исключат из школы.

– Почему только её? – удивлённо посмотрела на одноклассника Тина. – Если уж исключать, так нас обеих – и её, и меня.

– Нет, тебя никто не тронет. – Лева кивнул головой, покосившись на Розу и Элен. – А с этими что? Опять поругались?

Тина отвернулась, ничего не сказав, а обиженный Лёва вернулся на своё место.

Тем временем учительница Чар закончила свои дела и перешла к теме. А в конце занятия, перед тем как попрощаться с ребятами, она попросила одного из учеников найти Жана.

Когда прозвенел звонок, в кабинет вошел Жан. Тина внимательно посмотрела на испуганного донжуана и с удовлетворением заметила, как сильно побледнело и вытянулось его лицо. Ни любви, ни жалости, ни сочувствия в эту минуту девушка к нему не испытывала. Чарам Жана она явно была не по зубам.

На перемене подруги помирились. Первой подошла Роза и попросила у Тины и Элен прощения, осознав всю свою вину. А потом вдруг призналась, сгорая от стыда:

– Знаете, девочки, я, кажется, больше его не люблю.

То же самое сказала и Элен.

– Вот видите, – улыбнулась довольная Тина, – это была не любовь, а приворотные чары героя-любовника. Недолго же длилось его счастье.

– Каков подлец, – гневно сверкнула кошачьим взглядом Роза, – я столько слёз вылила на подушку из-за него. Сама на себя была не похожа! Вот кого из школы нужно исключить! Тина, ты оказалась права – на самом-то деле в нём нет ничего особенного.

Но больше всех радовалась Элен. Залившись счастливым румянцем, она мечтательно проговорила:

– Вот теперь я точно похудею.

Подруги весело рассмеялись.

– Зачем тебе худеть? – удивилась Тина. – Ты ведь у нас и так настоящая красавица.

Девушки стояли у окна, недалеко от кабинета, в котором сейчас находился Жан. Им приходилось только догадываться о том, что там происходит.

– Я не пойду на занятия, пока не посмотрю этому гаду в глаза, – решительно заявила Роза.

Элен и Тина не стали с ней спорить. Мимо прошли девочки из одиннадцатого класса, среди них была Наташа.

– Наташа, постой! – вдруг крикнула Элен, обращаясь к худенькой кареглазой девушке.

Обернувшись, Наташа удивлённо подняла брови.

– Я?

– Да, я хотела кое-что у тебя спросить.

Немного засмущавшись, Элен приблизилась к Наташе.

– Это правда, что ты встречаешься с Жаном?

Старшеклассница вдруг от души рассмеялась, обнажив ряд ослепительно белых зубов.

– Конечно же, нет! Кто тебе сказал такую глупость?

Элен слегка пожала плечами.

– Поначалу он мне действительно нравился, – вдруг шёпотом призналась Наташа, наклоняясь над ухом девушки. – И я даже вообразила себе, что это любовь. Но сегодня я вдруг поняла, что всё это неправда. Жан совершенно не в моём вкусе!

Сказав это, она вернулась к своим подругам.

– Вы слышали? – воскликнула довольная Элен, глядя во все глаза на Тину и Розу.

Из-за угла появилась Джульетта, на её темнокожем лице блуждала счастливая улыбка. Судя по всему, она тоже была освобождена от навязчивых чар Жана.

– Где он? – сразу же спросила девушка.

– Ещё не выходил, – ответила Тина.

В этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге показался разоблачённый ловелас. Подруги переглянулись.

– Фу, какой у него оказывается горбатый нос, – разочарованно прошептала Элен.

– Как мне могли нравиться такие большие уши? – удивлённо пробормотала Роза.

– Он ниже меня ростом! – только сейчас заметила Джульетта. – Какой у него жалкий вид…

Увидев презрительные взгляды хихикающих девчонок, Жан пристыжено опустил глаза и неожиданно залился густой краской.

По коридору с оглушительным воем и пронзительным улюлюканьем пронеслись горластые привидения, оповещая учеников о начале занятий. Довольные окончанием затянувшейся истории счастливые подруги уверенно зашагали в конец коридора. Тина нарочно замедлила шаг, чтобы поговорить с Джульеттой тет-а-тет.

– Как ты думаешь, меня исключат из школы? – первой начала разговор темнокожая подруга, в её больших глазах появилась грусть.

– Не говори чепухи, никто тебя не тронет. Тётушка Софья была, конечно, недовольна нашей самовольной отлучкой, но она нас сразу же простила. Главное, чтобы профессор ничего не узнал.

– А когда он возвращается?

– Наверное, ближе к вечеру, – ответила Тина и, усмехнувшись, добавила: – Ведь его лошади не такие быстрые, как Красавчик.

– Откуда ты знаешь, что в том ящике был не Харитон, а кто-то другой? Я вот думаю, что профессор теперь будет прятать этого старикашку у своей сумасшедшей бабули.

– Я и сама не знаю, – Тина пожала плечами. – Но мне кажется, что все дело в той воде…

Рядом появился сгорающий от любопытства Лёва. Поравнявшись с Розой, он принялся горячо о чём-то её расспрашивать. Но и здесь ему дали от ворот поворот.

Джульетта тихонько рассмеялась, показывая пальцем на несчастного парня.

– Он влюблён в Розу, – прохихикала она, – но я очень сомневаюсь, что ему что-нибудь светит.

Тина была удивлена.

– Откуда тебе это известно?

– Нужно быть абсолютно слепым, чтобы не заметить обожания в его глазах, – снова прохихикала девушка.

Подруги остановились напротив кабинета.

– Тётушки Софьи ещё нет, – заглянула за дверь Тина, – значит, можно немного поболтать.

Джульетта была не против. Когда шумный коридор опустел, она поставила сумку на пол и тихим голосом проговорила:

– Тина, я видела свисток, на звук которого прибегает твой Красавчик. Откуда он у тебя? Из чего он сделан? Похоже, из какого-то прочного дерева.

Тина нащупала маленький свисток, висевший у неё на шее на кожаном шнурке. Сердце её забилось чаще.

– Эту вещицу подарил мне дядя Рудольф. И сказал беречь это как зеницу ока. А из чего он сделан… Не задумывалась об этом никогда.

Тина вдруг задумалась.

– Ты чего?

– Ничего, так, вспомнилось кое-что…

– Ты знаешь, мне сегодня приснилась эта огромная летучая мышь, – вдруг сменила тему разговора Джульетта, глаза её широко открылись. – Почему ты не рассказала о ней тётушке Софье? Эта тварь явно покушалась на твою жизнь. Знаешь, в местных газетах пишут будто какой-то зверь в городе убивает людей по ночам… Может, конечно, и болтовня, но все же жутко.

– Я не хотела её лишний раз расстраивать, – ответила Тина задумчивым голосом, – хватит с неё и тех мохнатых пауков, которых старая ведьма подкармливает своими пленниками…

Джульетта печально вздохнула и невольно вздрогнула, вспомнив большую кучу гробов-ящиков с обескровленными телами.

– А где же тогда Харитон?

Ответить Тина не успела – по опустевшему коридору неожиданно звонко застучали острые каблучки тётушки Софьи.

– Почему не в классе? – строго воскликнула волшебница и недовольно покачала головой. – Девочки, вы снова нарушаете дисциплину.

Но, несмотря на сердито сдвинутые брови, голубые глаза тётушки Софьи по-прежнему излучали добро и свет.

Схватившись за руки, подруги быстро исчезли за дверью кабинета.

– Ох, уж эти девчонки, – не смогла сдержать улыбку на уставшем лице женщина, глядя вслед своим ученицам.

Внезапно вокруг всё потемнело, и школьный коридор наполнился пугающе тяжёлым мраком. Испуганно повернув голову в сторону окна, тётушка Софья едва не закричала. Там, за большим цветным стеклом она увидела страшную летучую мышь невиданных размеров. Мохнатое чудище злобно сверкнуло огненным глазом и, словно призрак, растворилось в воздухе.

Ночь подкралась незаметно. Чёрная, густая и безлунная, она сразу же поглотила всё вокруг своим бездонным зевом. Ближе к полуночи у ворот замка остановились сани.

Услышав за окном тихое ржание обессиленных лошадей, тётушка Софья быстро накинула на плечи шерстяной платок, погасила свет в кабинете и поспешила навстречу профессору. Мысли путались в голове; всё, что происходило в её школе, очень и очень ей не нравилось. Особенно насторожили волшебницу слова Тины…

Миновав длинный коридор и спустившись по крутой лестнице в зал, она лицом к лицу столкнулась с Эдуардом Васильевичем. Видимо, профессор не ожидал увидеть директора школы в столь поздний час – он неожиданно сильно вздрогнул и испуганно схватился за свою волшебную палочку. Но, увидев, кто перед ним, облегчённо вздохнул и покачал седеющей головой.

– Ух, и напугали Вы меня, Софья Павловна.

Отдышавшись, тётушка Софья попыталась извиниться, однако старый профессор сразу предложил перейти к делу.

– Вижу по Вашему лицу, уважаемая Софья Павловна, что что-то стряслось, – сказал он тихим голосом, нервно пряча свою волшебную палочку в карман длинного пальто. – Рассказывайте, не томите.

– Что, прямо здесь?

– Вы правы, поднимемся мой кабинет.

Сказав это, Эдуард Васильевич и его коллега направились к лестнице. Остановившись напротив своего кабинета, профессор полез в карман за ключом. Неожиданно в нос ударил резкий неприятный запах.

– Чем это пахнет? – сморщился профессор, открывая дверь.

Волшебница недоумённо пожала круглыми плечами и принюхалась.

– Похоже, этот странный запах исходит из Вашего кабинета, – удивлённо произнесла она.

– Действительно, – задумчиво сказал в ответ белобородый старик и неожиданно снова закрыл дверь на ключ. – Наверное, это я начудил с зельями перед отъездом… Ничего не понимаю! Софья Павловна, поговорим у Вас. Вы не против?

– Конечно, конечно, – пробормотала озадаченная женщина.

Она никак не могла взять в толк – как такой аккуратный, точный и опытный маг, как Эдуард Васильевич, смог ошибиться в зельеварении? Прежде с ним никогда ничего подобного не случалось. Однако высказать вслух свои мысли тётушка Софья не осмелилась.

Усадив профессора на диван и налив ему в стакан воды, волшебница сразу же перешла к беспокоившему её разговору.

– Эдуард Васильевич, заранее извините меня за недоверие и, быть может, глупые мысли, но… но меня очень сильно беспокоит эта история с Харитоном. Прошлой ночью я узнала, что вместо нашего бывшего завхоза Вы увезли кого-то другого. Я не знаю, как этому вёрткому негодяю удалось проделать подобный фокус и обвести нас вокруг пальца…

– Постойте, – холодно перебил женщину старый профессор, сурово сдвинув свои кустистые брови, – с чего Вы всё это взяли? Кто наговорил Вам такой чуши?

Тётушка Софья замялась и растерянно посмотрела по сторонам, выдавать девочек ей не хотелось, ведь строгий профессор мог потребовать их немедленного исключения.

– Я не могу Вам этого сказать, потому что… потому что дала слово.

Лицо старого мага оставалось каменным и серьёзным. Потеребив острый кончик бороды белыми пальцами, он задумчиво произнёс:

– Моя родственница, та полоумная ведьма, к которой я отвёз Харитона, видела двух девчонок…

Сердце тётушки Софьи учащённо забилось, руки мелко задрожали. Чтобы не выдать своего волнения, она быстро встала и подошла к окну.

– Уж не эти ли девчонки Вам всё рассказали? – спокойно спросил профессор и, не дождавшись ответа, продолжил: – К сожалению, ведьма не запомнила их имён. Но, быть может, ещё вспомнит? Я вот что хочу Вам сказать, Софья Павловна – Харитона я увёз и передал его в надёжные руки. С ним ничего плохого не случится, обещаю…

– С ним точно всё будет в порядке?

– Вы сомневаетесь в моих словах?

– Не знаю, хотелось бы верить.

– А что говорят Вам эти девочки – не слушайте. Как я понимаю, исключение их из школы мы пока отложим.

Внутри у волшебницы всё похолодело. Повернув испуганное лицо к профессору, она громко воскликнула:

– Зачем же их исключать? Ограничимся предупреждением!

Эдуард Васильевич внимательно посмотрел на побледневшую женщину.

– Почему Вы так за них переживаете? – задумчиво спросил он, склонив седую голову набок. – Одна из них Вам особенно близка, не так ли?

Тётушка Софья взяла себя в руки и села на место.

– Уважаемый профессор, эти девочки – наши ученицы, у них нет другого дома. Мы не может бросить сирот на произвол судьбы.

Уверенность и сила вновь вернулись к ней. Сейчас волшебница была готова защищать Тину, как родную дочь. Так, как сделал бы на её месте Рудольф. Прочитав это по глазам женщины, профессор поспешил завершить разговор.

– С Харитоном мы разобрались, больше он никому не причинит вреда, – сказал он и залпом выпил воду.

– А как же Чертополох? – с недоверием в голосе поинтересовалась тётушка Софья.

– Я думаю, что без поддержки Харитона он долго не протянет. Нам нечего опасаться. Спокойной ночи, Софья Павловна.

Сказав это, профессор удалился.

Уснуть после этого волшебница не смогла. Она долго ворочалась в своей кровати, печально вздыхала и время от времени вздрагивала, вспоминая недавний разговор с Эдуардом Васильевичем. Когда он успел так отдалиться от неё, превратиться в чужого, холодного человека? Перемены в поведении профессора были на лицо. Даже внешне он как будто стал другим – весь осунулся, посерел, в глазах появился странный настораживающий блеск. Но больше всего тётушку Софью беспокоило его нежелание с ней разговаривать. Делал Эдуард Васильевич это с великой неохотой, словно желал отмахнуться от неё, как от назойливой мухи. Он не принимал её всерьёз, и это было очень обидно.

На соседней кровати мирно посапывала носом Мария. На её порозовевшем круглощёком личике блуждала лёгкая, совсем детская улыбка.

– Всё ясно, – прошептала себе под нос тётушка Софья, увидев на руке дочери золотой браслет, – нашёлся подарочек. Ну, слава богу.

Она быстро перевела взгляд на стену, где висел большой календарь с изображениями симпатичных щенков – наступило 20 декабря. Скоро Новый год! Как же она могла забыть об этом?! Завтра же нужно заняться подготовкой к празднику, организовать поход в лес за ёлкой – главной красавицей Нового года. Раньше этим всегда занимался Харитон…

Бурный поток мыслей прервал тихий стон проснувшейся дочери.

– Мама, ты почему не спишь? – с трудом разлепив сонные глаза, пробормотала девушка.

– Не могу уснуть, дочка, – вздохнула в ответ волшебница, приподняв голову. – Вот лежу и думаю – Новый год на носу…

– Да-а-а…

– Ждёшь своего принца?

– Жду… Ты думаешь, он не приедет?

От одной этой мысли молодую учительницу Чар бросало в холодный пот. Положив руку на грудь, она подняла голову с подушки и уставилась на мать испуганным взглядом.

– Как это не приедет? – поспешила успокоить дочь тётушка Софья. – Обязательно приедет твой Артур, никуда не денется. От его родителей в прошлом месяце письмо было, в котором говорилось, что они приедут к нам всей семьёй.

Мария снова безмятежно заулыбалась. Крепко прижав к сердцу золотой браслет, подаренный любимым Артуром, она спросила:

– Мама, а все-таки, почему ты не спишь?

Тётушка Софья снова тяжело вздохнула. Взяв со своей тумбочки серебряный гребешок, она принялась неспеша расчёсывать белоснежные от седины пряди.

– Профессор вернулся, – серьёзным голосом проговорила она.

– Что-то случилось?

– Нет, ничего. Пока ничего. Хотя, пожалуй, и случилось. Мне не понравилось его сегодняшнее поведение. От разговора с Эдуардом Васильевичем у меня остался неприятный осадок.

– Но почему? – удивилась девушка. – Вы поссорились?

Проблемы матери в последнее время волновали её меньше всего, мысли влюблённой учительницы сейчас были заняты совершенно другим. В силах мудрой волшебницы Мария не сомневалась, а поэтому не посчитала нужным внедряться в подробности.

– Тебе вечно что-то мерещится, – махнула рукой девушка и сладко зевнула. – Ложись спать.

– Спокойной ночи, дорогуша, – ласково отозвалась в ответ тётушка Софья и дёрнула шнурок ночной лампы.

Свет погас, по комнате снова поплыло безмятежное посапывание спящей дочки. Но волшебнице уснуть никак не удавалось. До самого рассвета проворочалась она в своей постели, размышляя над странным поведением профессора. А может быть Мария всё-таки права?

– Завтра же нужно заказать новые очки, – пробормотала волшебница перед тем, как уснуть, – а то мне уже гигантские летучие мыши стали мерещиться…

Весть о том, что Жан влюблял в себя девочек с помощью чар, быстро распространилась по всей школе и накрыла несчастного донжуана вечным позором. За его спиной стали шептаться, тыкать пальцем и насмехаться над неудачной проделкой. Друзья разом отвернулись от Жана, одноклассники перестали с ним общаться, и вскоре бедолага превратился в настоящего изгоя.

Тине вдруг стало жаль парня. Ей-то он не сделал ничего дурного. На большой перемене перед занятием «оборотные зелья», девушка решила подойти к Жану.

Он стоял в коридоре напротив окна и задумчиво смотрел сквозь стекло.

– Привет, Жан, – несмело поздоровалась Тина и присела на край подоконника.

– Привет, – холодно отозвался тот, продолжая смотреть куда-то вдаль.

Пауза молчания продлилась минуту или две.

– Ты не держишь на меня зла? – наконец, заставила себя произнести девушка.

Повернув голову в сторону Тины, парень удивлённо приподнял выразительную бровь.

– За что?

– Как за что? – растерянно пробормотала девушка. – За то, что я рассказала тётушке Софье о твоём… незаконном использовании чар в отношении наших девочек.

Жан усмехнулся и снова перевёл взгляд в окно, его глаза были наполнены глубокой печалью.

– Я не знал, что это сделала ты. Теперь буду знать.

Тина почувствовала себя ужасно неловко. Но желание расшевелить парня, вернуть его к полноценной жизни и помочь забыть неудачную проделку после этого только усилилось. Тем более на носу был Новый год, праздник чудес и добрых поступков.

– Я ни на кого не держу зла, – вдруг сказал Жан и, внимательно посмотрев на девушку, спросил: – Как тебе удалось противостоять моим чарам? Это странно. Что не так?

Тина слегка улыбнулась, заметив краем глаза, как неодобрительно косятся на неё проходящие мимо одноклассники.

– А как тебе удалось очаровать всех девчонок в школе? – задала встречный вопрос она, решив ни на кого не обращать внимания. – Я знаю, что по программе долгоиграющие чары у вас будут только весной. Теперь благодаря тебе их удалят из школьной программы навсегда.

Лицо старшеклассника повеселело, в его выразительных глазах появилась едва заметная хитринка. Тина почувствовала, что свои секреты Жан выдавать пока не готов.

– Ладно, оставим всё в прошлом, – махнула она рукой и спрыгнула с подоконника. – Ты не знаешь, профессор вернулся?

– Вернулся, – кивнул кудрявой головой парень, – всю ночь не давал мне спать.

– Почему?

Жан пожал плечами.

– Его кабинет находится над нашей комнатой. Мальчишки, с которыми я там живу, спят мёртвым сном и им хоть бы хны. А я при малейшем шуме просыпаюсь. До самого утра профессор бродил по своему кабинету туда-сюда, гремел какими-то банками-склянками и будто с кем-то разговаривал. По крайней, мере мне так показалось.

Мимо прошла Джульетта, всем своим видом показывая, что не одобряет поступок Тины.

– А вот у нас сейчас как раз «оборотные зелья» будут, – вспомнила Тина и поправила висевшую на плече сумку.

– Тогда тебе следует поторопиться, – посоветовал Жан, – после бессонной ночи профессор будет не в настроении. Ни пуха, ни пера!

Тина по-дружески улыбнулась и, помахав ему рукой, побежала догонять Джульетту. На лице темнокожей подруги отразилось недоумение.

– С чего это ты вдруг решила с ним заговорить? – обиженно нахмурила густые брови девушка.

Подруги остановились перед дверью кабинета зельеварения, до начала занятия оставалась ровно две минуты.

– Мне стало жаль его, – искренне ответила Тина. – Я думаю, что Жан уже раскаялся в содеянном и больше не повторит своей ошибки. Он это сделал не со зла, я уверенна, а по глупости, ради любопытства.

– Конечно, не повторит! – возмутилась Джульетта. – За малейшую оплошность его исключат из школы. Теперь он злостный нарушитель порядка. А ты чересчур добренькая.

– Мы с тобой тоже злостные нарушительницы порядка, – напомнила Тина. – И от нас тоже могли все отвернуться.

Джульетта закатила глаза. Спорить с подругой было невозможно.

– Да, это было бы ужасно, – сказала она и, понизив голос до шёпота, спросила: – Ну, как у тебя дела?

– Не знаю, – пожала плечами Тина, – тётушка Софья не хочет верить в мои слова, а я не верю профессору…

В ушах запищало, навстречу подругам по широкому коридору мчались лупоглазые привидения. Их рты были широко открыты, и оттуда исходили истошные, оглушающие вопли.

– Неужели нельзя орать потише!? – разозлилась Джульетта, закрывая уши ладонями.

Девушки быстрее направились в класс.

Через минуту в дверях показался белобородый профессор, в своих руках он держал несколько небольших колб, почти наполовину наполненных противной на вид зеленоватой жидкостью.

– Добрый день, – сухо поздоровался старик, пристально всматриваясь в серьёзные лица притихших учеников.

Тина напряглась и сжалась в комок, ей вдруг показалось, что профессор пытается отыскать глазами именно её…

– Все присутствуют? – снова прозвучал строгий голос Эдуарда Васильевича.

– Все, – хором ответил класс.

Профессор довольно потёр ладони.

– Вот и славненько, – усмехнулся он, присаживаясь за стол.

Пристальный взгляд внезапно остановился на Тине. Целую минуту профессор сверлил девушку своими маленькими колючими глазками, пытаясь пробраться в её мозг. Но Тина была уверена в своих силах; стараясь не думать о происходящем, она крепко вцепилась похолодевшими пальцами в учебник и повторяла в уме домашнее задание.

– Я слышал, что две девочки из нашей школы осмелились нарушить дисциплину и вопреки установленным правилам убежали в лес, – как гром среди ясного неба прозвучали слова учителя. – Более того, эти безответственные особы осмелились опорочить моё доброе имя и придумали совершенно нелепую историю.

Джульетта испуганно захлопала глазами и растерянно посмотрела в сторону подруги. Ещё чуть-чуть и она себя выдаст! Тина решила, во что бы то ни стало держаться до конца. Надев на лицо маску спокойствия, она гордо расправила худенькие плечи, вздёрнула вверх свой с небольшой горбинкой нос и стряхнула остатки страха.

– Я Вас не боюсь, – неслышно прошептала девушка себе под нос и бесстрашно посмотрела профессору в глаза.

Старику не понравилось такое вызывающе бесстрашное поведение Тины. Повысив голос, он продолжил:

– Так вот, за подобные проделки мы исключаем таких смельчаков из школы. Этот случай не исключение… А сейчас перейдём к нашему уроку.

После последних слов класс облегчённо вздохнул – не хватало им ещё допроса!

– Это он вас припугнул так, – успокоил Джульетту Марк, улучив момент пока профессор изучал свои крючковатые записи. – Никто вас исключать не собирается, я лично разговаривал с тётушкой Софьей…

– Но он просто мечтает об этом, – вздохнула в ответ девушка, всё ещё не решаясь поднять глаз. – Старик не отступит от своего решения.

Отложив в сторону журнал, белобородый маг вдруг перевёл внимательный взгляд на Джульетту и неожиданно поманил её пальцем.

– Иди к доске, – толкнул локтем девушку Марк, – тебя вызывают…

– Я? – испуганно пробормотала та.

– Да-да, Джульетта, – насмешливо проговорил профессор, – подойди, пожалуйста, ко мне.

Резко побледнев от испуга, девушка встала со своего места и несмело приблизилась к Эдуарду Васильевичу. В этот момент её сердечко готово было выпрыгнуть из груди.

– Сегодня мы будем варить зелье, с помощью которого любой волшебник сможет обернуться диким животным. Рецепт, последовательность приготовления и необходимое заклинание вы должны были найти в нашей библиотеке, переписать в рабочую тетрадь и, соответственно, выучить. Верно я говорю, Джульетта?

– Д-да, – заикаясь, кивнула девушка головой.

Она просто сгорала от стыда и страха и беспомощно смотрела на притихших ребят. Конечно же, она не была ни в какой библиотеке и домашнее задание не выполнила.

Довольный профессор показал рукой на стоявшие на столе склянки с жидкостями, сухими травками и разноцветными порошками.

– Прошу, – коротко сказал он.

Несчастная девушка едва не расплакалась.

– Я … я не знаю, как варить это зелье, – она, наконец, нашла в себе силы признаться.

Белобородый старик удручающе покачал головой.

– У тебя были на это причины? – терпеливо поинтересовался он.

– Нет…

– Тогда сейчас, специально для тебя, Джульетта, и для тех, кто не справился с заданием, я расскажу и покажу, как готовить это зелье.

Увидев, что девушка собирается вернуться на своё место, Эдуард Васильевич вдруг её остановил. В его глазах запрыгали странные дьявольские огоньки.

– Не торопись, ты мне ещё нужна.

Тина настороженно следила за каждым движением профессора, изредка ощущая на себе его ледяной и колючий взгляд.

– Записывайте! Запоминайте! – повторял старик, приготавливая колдовское оборотное зелье. – Порошок из кости умершей от голода водяной крысы, листья полыни, болотная жижа, щепотка соли, глаз виноградной улитки… Успеваете?

Затем он быстро прочёл короткое заклинание и взмахнул волшебной палочкой, зелье вдруг жарко забурлило, задымилось и приобрело болотный желто-зелёный оттенок.

– Готово! – воскликнул профессор и внимательно посмотрел на Джульетту поверх очков. – Теперь его нужно испытать, ведь я мог что-то напутать. Я приготовил напиток для превращения в дикую пантеру.

Бедняжка от страха закусила губу. В её тёмных глазах застыла немая мольба.

– Мы Вам верим! – зашумели ребята, почувствовав нечто неладное. – Не нужно его испытывать!

– И всё-таки мы его испытаем, – причмокнул губами тот и неожиданно обратился к Тине: – А ты, Тина, как считаешь?

Девушка вышла к доске и встала рядом с Джульеттой.

– Вы точно что-то напутали, – сказала она, взяв в руки склянку с густой жидкостью. – У Вас получилось оборотное зелье для превращения в пиявку, а не в дикую пантеру.

Класс ахнул. Джульетта удивлённо захлопала глазами, полными благодарности к своей спасительнице. Получается, если не Тина, то сейчас она была бы… мерзкой болотной пиявкой?! Закрыв лицо руками, темнокожая девушка бросилась на своё место.

– Превосходно, Тина! – неожиданно похвалил Тину профессор, улыбаясь в седую бороду. – Ну, теперь тебе придётся найти подтверждение своим словам. Что не так с этим зельем?

Девушка нахмурилась и, взболтнув бурлящую жидкость, ответила:

– Всё не так. Начиная с костного порошка болотной крысы и заканчивая глазом улитки. Эти болотные твари не имеют никакого отношения к дикой пантере, не так ли?

– Браво, – захлопал в ладоши Эдуард Васильевич, однако из его глаз по-прежнему сквозил невероятный холод. – Тогда, быть может, ты приготовишь нам нужное зелье?

Ничего не ответив, Тина поставила неверное зелье обратно на стол и взяла в руки пустой бутылёк. Насыпав туда сухой травы зверобоя, измельчённых костей диких хищников и налив немного дождевой воды, девушка громко прочла длинное заклинание. Так как волшебной палочкой Тина не пользовалась, она просто взмахнула рукой и… залпом выпила только что приготовленное зелье.

Ребята ахнули – прямо у них на глазах Тина стала обрастать блестящей чёрной шерстью, её пальцы стремительно вытянулись в острые, как шипы дикой розы, когти, глаза округлились и заблестели хищным зелёным блеском. Издав тихое рычание, девушка встала на четвереньки и окончательно приобрела внешность грациозной пантеры.

– Браво! – снова захлопал в ладоши профессор, на его бледном лице сияла довольная ухмылка.

Затем он громко щёлкнул пальцами, дотронулся до головы чёрной кошки своей волшебной палочкой и быстро произнёс вслух какие-то слова. Заклинание тут же вернуло Тине её прежний вид.

– Что ж, Тина, ты отлично справилась с домашним заданием и получаешь за это заслуженную оценку. Можешь сесть на своё место. Ты меня порадовала, осмелюсь признаться.

После занятия к девушке подошли удивлённые подруги – Роза, Элен и Джульетта.

– Как тебе это удалось? – спросила Элен, в её глазах горело нескрываемое восхищение.

Тина пожала плечами.

– А вы разве не были в библиотеке? – пробормотала она, думая совершенно о другом.

Профессор грозился исключить их из школы и, похоже, от своего он отступать не собирался. За себя Тина не боялась, но за Джульетту она переживала очень сильно. Её темнокожая подруга мечтала окончить школу Чародеев с красным дипломом и после поступить в Академию волшебства. Неужели по вине Тины все мечты её новой подруги должны рухнуть?

– Мы всю библиотеку перерыли, – хмыкнула Роза, бросив сердитый взгляд на какого-то сопливого мальчишку из младших классов, – но этого рецепта так и не нашли.

– Почему вы не сказали об этом профессору? – возмутилась девушка.

Подруги переглянулись, по их хмурому виду стало всё ясно – доказывать что-либо странному старику было бесполезно.

У Джульетты было своё мнение.

– Я просто уверена в том, что профессор хотел поиздеваться надо мной и Тиной. Он догадывается о нашем визите к старой ведьме, но доказать пока ничего не может. Думаю, что он планировал пожаловаться на нас тётушке Софье – мол, эти две девчонки совсем распоясались, ничего не учат, ничего не знают. Если этот противный старикан решил выгнать нас из школы, то он обязательно этого добьётся. А если и не выгонит, то экзамен по «оборотным зельем» я не сдам никогда. Не видать мне красного диплома, как своих ушей.

Тина молча согласилась с подругой, но ничего по этому поводу не сказала. Джульетта и без того выглядела ужасно разбитой и подавленной.

– Сегодня у него ничего не вышло, – попыталась успокоить девушку Элен. – Тина просто лишила его дара речи! А к следующему уроку ты основательно подготовишься и получишь пять баллов. Я тебе помогу, не переживай.

– Если за тебя возьмётся Элен, то ты точно получишь пятёрку, – улыбнулась Роза, хитро взглянув на серьёзное лицо Элен.

После таких слов Джульетте стало намного легче, и она заметно повеселела.

А потом, немного посмеявшись над неудачей хитрого профессора, подруги дружно отправились в столовую обедать. Вкусная еда и хорошая компания – отличный способ забыть на время о неприятностях.

После занятий Тина и её подруги решили зайти в библиотеку, чтобы найти нужную информацию для выполнения домашнего задания по истории. К их радости, там, кроме старой глуховатой библиотекарши в огромных очках с толстыми линзами, никого не было. Девушки сели в читальном зале за овальный стол, на котором пылилась груда каких-то старых книг, и решили между делом немного поболтать. В центре событий снова оказалась Тина.

– Расскажи, каково это – находиться в шкуре кошки? – первой принялась обсуждать превращение Тины в пантеру Роза. – Тебе было больно? Или, быть может, неприятно?

Тина задумчиво посмотрела на книги, вспоминая свои ощущения. Тогда она и не думала о том, больно ей или нет, все мысли девушки на тот момент были направлены на спасение подруги. Да, она сделала это ради Джульетты.

– Дайте подумать… Не могу сказать, что это превращение доставило мне удовольствие, но и сильной боли я тоже не припомню. Было как-то странно ощущать в своём теле такие грандиозные перемены.

Однако Розе такого ответа показалось недостаточно.

– В тот момент ты испытывала какие-нибудь особые желания? – сверкнув белоснежными зубами, спросила она. – Ну, может быть, тебе хотелось мяса? Или кого-нибудь укусить? Убить? Загрызть?

– На счёт мяса я не уверенна, а вот вцепиться клыками в руку нашего профессора мне хотелось.

Тина внезапно нахмурилась, заметив во взглядах своих подруг нечто странное.

– Что вы так на меня смотрите? Клянусь вам, это было впервые! Я никогда прежде не готовила оборотные зелья и тем более ни в кого не оборачивалась.

– Мы тебе верим, – спокойно произнесла Элен, отложив в сторону книгу.

– Нет, я же вижу, что не верите, – отчаянно проворила Тина, внутри у неё всё горело – то ли от недоверия подруг, то ли от действия оборотного зелья. – Мой дядя был оборотнем, это правда, но в то же время он был хорошим человеком. Вы думаете, что и я… что я…

Девушка замолчала, вдруг осознав, что несёт чушь. Виновато опустив глаза, она уткнулась в какой-то старый учебник с чёрно-белыми картинками.

– Успокойся, Тина, – нарушила тишину Джульетта. – Что ты так раскипятилась? Никто и не собирался тебя в чём-либо обвинять, это просто глупо… Мы хотели сказать, что ты просто молодец, не ударила в грязь лицом. И меня выручила. Если бы не ты, мне пришлось бы надеть на себя шкуру болотной пиявки. Бр-р-р! Представляю, как это мерзко…

Подруги весело рассмеялись, однако Тине было не до смеха.

– Я не знаю, как такое может быть, – сказала она, – но сейчас я знаю все рецепты оборотных зелий. Хотя никто и никогда мне о них не рассказывал… Это странно, не правда ли? И ещё я смогла почувствовать, что в ящике, который вёз профессор на своих санях, находился не Харитон, а кто-то другой. Всё это меня очень беспокоит, не могу понять, что со мной происходит…

В это время в читальный зал вползла неуклюжая библиотекарша Клавдия Поликарповна и медленно направилась к их столу.

– Девочки, поставьте эти книги в шкаф, – попросила она жалобным голосом. – Профессор Эдуард Васильевич сегодня вернул их, а на место не поставил. Но ведь сама я не дотянусь…

Переглянувшись между собой, подруги одновременно протянули руки к лежавшим на столе книгам.

– Это же рецепты оборотных зелий и заклинания к ним! – ахнула Джульетта, открыв одну из книг. – Как мы раньше их не заметили? Девочки, я же говорила вам! Старый пень всё подстроил! Тина, он хочет нас исключить из школы.

Тина хотела что-то ответить, но, заметив на себе любопытный взгляд сквозь толстенные линзы очков старой библиотекарши, передумала. Старушка стояла рядом и, открыв рот, пыталась понять, о чём здесь идёт речь. Однако предательски слабый слух никак не давал ей вникнуть в суть дела.

– Клавдия Поликарповна, мы всё уберём! – громко прокричала Роза. – Вы идите, Клавдия Поликарповна!

Пожав плечами, библиотекарша медленно, как огромная улитка, поползла на своё рабочее место.

Разговор снова оживился.

– Профессор чего-то боится, – прошептала Роза, наклоняясь над столом, – и поэтому пытается от вас избавиться. Думаю, что он действительно увёз не Харитона, а кого-нибудь ещё.

Лицо Тины посветлело.

– А я что вам говорила? – воскликнула она и вскочила со стула. – Прямо сейчас пойду к тётушке Софье и поговорю с ней ещё раз. Может быть, теперь она поверит моим словам?

– Иди, Тина, а мы пока книги на место поставим, – согласилась Элен и принялась складывать толстые книги в ровную стопку.

Не теряя ни минуты, Тина бегом бросилась разыскивать директора школы. Мысли путались у неё в голове, сердце выпрыгивало из груди. Вот кто был третьим! Профессор! В этом девушка уже не сомневалась, осталось только убедить тётушку Софью.

За дверью библиотеки девушка неожиданно лоб в лоб столкнулась со своими одноклассниками Лёвой, Пупсом и Писклёй.

– Тётушку Софью не видели? – тут же спросила она.

– Не видели, – пожал плечами пухлощёкий Пупс.

– Я видел, – сказал Лёва, прищурив правый глаз, – она на кухню собиралась. А что случилось?

Снова он со своими расспросами! Сколько любопытства в этом мальчишке!

– Да ничего не случилось, – отмахнулась Тина.

Но Лёва, как всегда, не поверил и ловко перегородил однокласснице дорогу.

– Ты опять что-то скрываешь, – недоверчиво прошептал рыжеголовый парень. – Вы с девчонками что-то замышляете…

– А ты у Розы спроси, – усмехнулась Тина и оттолкнула чересчур любопытного Лёву в сторону, – она как раз хотела с тобой поговорить.

Девушка внимательно посмотрела на возбуждённое выражение лица одноклассника и вдруг почувствовала, как сильно ей его жаль. Вначале знакомства Лёва показался ей очень живым и жизнерадостным мальчиком. От необузданного озорства, что искрило и пылало в его блестящих зелёных глазах, неимоверно захватывало дух, а от весёлых шуток сразу же поднималось настроение. Но, присмотревшись к парню повнимательнее, Тина вдруг с ужасом обнаружила, что это дикое озорство в его глазах стремительно потухало, шутки быстро иссякали и на смену им приходила странная неуверенность. Ключ к разгадке девушка нашла с помощью Джульетты, которая рассказала о безответной любви несчастного парня к Розе. Да, Роза и была этим самым ключом. В Лёве она видела только всё самое плохое и замечала рыжего горемыку только тогда, когда с ним случались разного рода неприятности и неудачи. Любая мелочь, от плохой оценки до неряшливого внешнего вида, у Розы вызывала гамму негативных эмоций.

– Неудачник! – то и дело тыкала она ему пальцем в грудь. – Из тебя никогда не получится ничего стоящего. Посмотри на себя, ты похож на огородное пугало. И что ты вообще делаешь в школе Чародеев?

Лёва терпеливо поджимал губы, но в ответ ничего сказать не решался. Он был доволен уже тем, что Роза, его давнишний предмет обожания, хотя бы таким образом уделяет ему внимание, но всё чаще и чаще вешал нос.

Тине было искренне жаль беднягу. Несколько раз она даже пыталась поговорить об этом с холодной подругой, показать на чистую и безобидную любовь парня, но всё было тщетно. Роза ничего не желала слышать – Лёва оставался для неё пустым местом, неудачником и бесперспективным волшебником. Смотреть на всё это Тине было ужасно больно, ведь окончание у этой истории может быть самым ужасным. В конце концов, Лёва поверит в то, что он неудачник и весь его магический дар однажды исчезнет навсегда. А это худшее, что может случиться с любым из одаренных чарами людей. Она обязательно должна вмешаться в эти отношения!

– Лёва, спроси об этом у Розы, – повторила Тина уже мягче. – Она хотела тебе кое-что сказать.

Конечно, это было неправдой, но другого способа убежать от лишних расспросов она пока найти не могла. А потом она обязательно поможет несчастному влюблённому.

Парень удивлённо захлопал огненными ресницами и мгновенно потерял дар речи. Проводив поникшим взглядом стремительно удаляющуюся девушку, Лёва повернулся к своим друзьям и небрежно к ним обратился:

– Стойте тут, я пойду с девчонками потрещу.

Мальчишки пожали плечами. Но уже через минуту их рыжий друг вернулся, на его веснушчатом лице тлело разочарование.

– Что, отшили? – пробасил двухметровый толстяк Пупс и растянулся в довольной улыбке.

Следом захихикал и Пискля.

– Этих девчонок не поймёшь, то им помощь нужна, то они сами разберутся, – недовольно буркнул Лёва и, понуро опустив голову, поплёлся в свою комнату.

Тем временем Тина вихрем влетела в жаркую кухню, где в это время кашеварили тучные повара. Старая волшебница стояла у плиты с длинным пером в руках, поверх её длинного бардового платья был надет красивый голубой передник с пушистыми кружевами в виде накрахмаленных снежинок, а на голове важно восседал белоснежный колпак. Завидев Тину, женщина широко заулыбалась.

– Какая Вы сегодня красивая! – восхищённо воскликнула девушка. – Подготовка к Новому году идёт полным ходом.

Отложив в сторону все свои дела, тётушка Софья приблизилась к Тине. Несмотря на свой необычный внешний вид, глаза женщины выглядели уставшими. Девушке стало жаль сестру своего крёстного, ведь после смерти Рудольфа на её плечи легло столько проблем и вопросов.

– Мне нужно с Вами поговорить, но вижу, что пришла не вовремя…

По кухне с озабоченным видом сновали неуклюжие повара, их шустрые помощники и шумные коротышки-гномы. Тине то и дело приходилось уступать дорогу то одним, то другим.

– Ах, Тина, Новый год на носу, а я не знаю за что схватиться, – пожаловалась своей ученице старая волшебница, поправляя фартук. – Ёлки нет, где все новогодние украшения – никто не знает. Всем заведовал Харитон. Каждый год он сам ходил в лес за ёлкой, составлял праздничное меню и организовывал смешные конкурсы. Каждая вещь у него имела своё место. Что тут говорить, Харитона не стало, и вместе с ним исчез весь порядок. Ты только посмотри, что тут творится – настоящий хаос.

Схватившись за голову, тётушка Софья присела на стоящий рядом стул и закрыла глаза. Только сейчас Тина заметила, как сильно постарело за эти несколько месяцев лицо волшебницы, сколько дополнительных морщин легло под её уставшими глазами…

– Вот кого мне послать за ёлкой? – вздохнула она, не открывая глаз. – Кого? И никому нет дела до предстоящих праздников. К профессору я уже боюсь подходить, голова моей дочери забита совершенно другим…

Тина уже поняла, что поговорить сейчас не удастся, поэтому просто сказала:

– Тётушка Софья, предоставьте это мне.

Распахнув покрасневшие от бессонных ночей глаза и удивлённо приподняв тонкие брови, тётушка Софья быстро встала со стула.

– Девочка моя, ты шутишь?

– Нет, я не шучу, – улыбнулась в ответ девушка и весело тряхнула завитушками непослушных волос. – Я найду для нашей школы самую красивую, самую пушистую, самую зелёную ёлку. И об украшениях можете не беспокоиться. Я справлюсь.

Волшебница нахмурилась.

– Но я не могу отпустить тебя одну в лес.

– А что если со мной пойдут мои подруги?

Ещё около получаса тётушка Софья никак не могла согласиться отпустить Тину в лес за елью, но, в конце концов, сдалась. Благодарно посмотрев на крестницу своего брата повеселевшими глазами, она вернулась к плите. К волшебнице тут же подлетел невысокого роста шеф-повар с длинными, как у жука, усами и круглым, словно пивной бочонок, животом. Размахивая во все стороны пучком какой-то вялой зелени, он что-то недовольно тараторил на горячем непонятном языке.

Тине ничего не оставалось делать, как вернуться к своим подругам. Девушки как раз выходили из библиотеки.

– Ну что? – в один голос спросили они, облепив девушку со всех сторон.

– Поговорить не получилось, тётушке Софье сейчас не до этого, – почему-то без грусти в голосе ответила Тина. – Она сейчас составляет праздничное меню, началась подготовка к Новому году.

– Давно пора, – недовольно буркнула Роза, – уже какое число, а ёлки до сих пор нету.

Тина принялась изо всех сил защищать тётушку Софью и с радостью сообщила, что добрая волшебница доверила ей такое ответственное задание, как поиск лесной красавицы. Подруги были удивлены.

– Но как она на это согласилась? – недоумевала Элен. – Тебя нельзя отпускать одну в лес. Неужели она этого не понимает?

– Я сказала, что пойду не одна, а с вами.

Такая новость была принята на ура. Особенно обрадовалась Элен.

– Я так давно не была в зимнем лесу! – не поверив своим ушам, выдохнула она.

Подруги бодро направились вперёд по широкому коридору и остановились напротив лестницы. Мимо пробежали мальчишки из старших классов. Кто-то дёрнул Розу за волосы в знак приветствия, а кто-то незаметным взмахом волшебной палочки наколдовал ей небольшой букетик ландышей. Пряча довольную улыбку, девушка с нежностью принюхалась к весенним цветам.

– Настоящие? – поинтересовалась Джульетта.

Подруга кивнула в ответ головой.

– Везёт же тебе, Роза, – с завистью в голосе проговорила Элен, глядя на белоснежные головки майских цветов. – Мальчишки от тебя без ума.

– Глупости, – отмахнулась девушка и вдруг протянула ей букет. – Возьми его себе.

Спускаясь по гладким мраморным ступенькам, Тина снова столкнулась с Лёвой. Обиженно надув губы, рыжий одноклассник молча прошёл мимо.

– Роза, у меня есть к тебе одна просьба, – с такими словами обратилась она к подруге, когда девушки переступили порог комнаты. – Это касается Лёвы.

Роза недовольно закатила глаза, но ничего не сказала, а только слегка кивнула головой. Тина продолжила:

– Пожалуйста, не называй его больше неудачником и пустоголовым троечником. Старайся впредь придерживать язык за зубами.

Девушки удивлённо переглянулись, Джульетта громко прыснула в кулак и плюхнулась на кровать Тины.

– Ты что, влюбилась в Лёвку? – спросила она, едва сдерживая смех.

– Нет, просто Роза поступает очень жестоко по отношению к нему. Мне его жаль, Лёва этого не заслуживает.

Роза запрыгнула на стол и, словно маленькая озорная девочка, свесила ноги. Судя по всему, ей нисколько не было жаль одноклассника, но не исполнить просьбу подруги она не могла.

– Ну ладно, я не буду его трогать, но тогда пусть и он прекратит ходить за мной по пятам.

Тина вздохнула и присела рядом с Джульеттой.

– Просто не обращай на него внимания, – снова обратилась она к Розе.

Но в глазах Розы неожиданно вспыхнул огонь. Стукнув кулаком по столу, она закричала:

– Как на это не обращать внимания? Все вокруг смеются надо мною! Мальчишки из старших классов не хотят меня замечать, а все первоклашки тычут пальцами в спину и кричат вслед: «Жених и невеста»! Потому что этот твой Лёва приклеился ко мне, как… как банный лист к одному месту! Я стала посмешищем для всей школы!

Да, дело совсем плохо. Своим нудным преследованием Лёва отбил у Розы почти всех поклонников и это, как только что выяснилось, не нравилось ей больше всего. Что ж, теперь придётся поговорить с Лёвой.

Наступил последний день занятий, в школе наконец-то запахло долгожданным новогодним праздником.

Отступив от правил, тётушка Софья неожиданно дала волю волшебству – повсюду на стенах, на потолке, на деревянных рамках огромных старинных картин искрились и переливались всеми цветами радуги праздничные украшения. Настроение школе приподняло и ещё одно чудесное событие – расцвело волшебное апельсиновое дерево. Обитатели замка встретили это знаменательное событие с радостью и единогласно восприняли как добрый знак. Окружив пушистое чудо-дерево плотным кольцом, счастливые ученики пытались дотянуться до спелых апельсинов. Однако сделать это было не так-то и просто – ветви с аппетитными оранжевыми шариками ловко изворачивались и уходили прямо из рук. Немногие счастливчики крепко прижимали сочные плоды к груди и с радостным визгом покидали шумный зал. На месте сорванных апельсинов тут же вырастали новые – ещё крупнее, ароматнее и сочнее. Насыщенный сладкий запах мгновенно окутал всю школу своими чарующими и многообещающими объятиями.

Тине достался большой, почти красный апельсин. Она долго рассматривала его упругую, пористую поверхность, вертела в руках и наслаждалась дивным ароматом.

– Перед тем, как его съесть, загадай желание, – шепнула ей вдруг на ухо Джульетта, – и ни с кем не делись.

– Это шутка? – улыбнулась Тина и подбросила вверх оранжевый шар.

– Нет, это не шутка, – серьёзно проговорила девушка и бережно прижала к груди свой апельсин. – Это волшебное дерево, оно плодоносит всего лишь один раз в сто лет и его плоды славятся тем, что в большинстве случаев исполняют желания тех, кто их съест. Но об этом никому не говори.

Тина удивлённо посмотрела на свою темнокожую подругу.

– Почему не говорить? Об этом никто не знает?

– Об этом знают все, – прошептала Джульетта, поглядывая на часы, – но молчат. Если много говорить о волшебной силе этих апельсинов, можно остаться с носом. Желание не сбудется. Поэтому больше ничего не спрашивай, а делай то, что я тебе сказала… Ой, мы же на урок опаздываем!

Действительно, занятия начались уже десять минут назад. Пытаясь сорвать постоянно выскальзывающие из рук плоды, подруги забыли обо всём на свете.

– Вот нам сейчас влетит от Златы Захаровны! – испуганно распахнув зелёные глаза, ахнула Джульетта. – Теперь нас точно исключат!

Спрятав апельсины в свои школьные сумки, девушки со всех ног бросились вверх по ступенькам. Опоздание на урок в школе Чародеев прощалось, но только в том случае, если на это имелась уважительная причина. А для невыносимо строгой Златы Захаровны уважительных причин просто не существовало.

– Нужно срочно придумать супер-уважительную причину, – на одном дыхании выпалила Джульетта, остановившись напротив кабинета, в котором сейчас проходили уроки труда.

– Давай, скажем как есть – задержались у волшебного дерева, – предложила Тина.

– Что ты! – замахала руками девушка. – Не пройдёт. Это не причина.

– Но ведь оно цветёт всего лишь один раз в сто лет!

– Тина, ты разве не знаешь нашу училку? Ей наплевать на всё. Даже землетрясение не послужит поводом для отмены приготовления её любимых пирожков с вареньем или шитья младенческих чепчиков.

Девушки стояли напротив двери, за которой противно, словно звук ржавой пилы, звенел голос их учительницы. В классе находились только девочки, у мужской половины был свой учитель.

– Нашим мальчишкам повезло, – с завистью прошептала Джульетта, начиная паниковать, – они сейчас все стоят под апельсиновым деревом и спокойно запасаются волшебными плодами. Их учитель даже слова не скажет, потому что самозабвенно бегает под деревом вместе с ними.

Тина промолчала. В голове, как назло, не находилось ни одной спасительной идеи. Неожиданно по опустевшему коридору зазвучали чьи-то торопливые шаги. Подруги обернулись и едва не завизжали от удивления, увидев идущую им навстречу Элен. Их одноклассница была прилежной ученицей, и опаздывать на занятия было не в её правилах.

– Элен?! – не поверив своим глазам, воскликнула Тина. – Ты почему не на уроке?

Элен испуганно посмотрела на подруг и быстро достала из своей сумки маленькое круглое зеркальце, которое тут же пропищало тонким противным голосом:

– Фу-у-у!!!

– Я… апельсин ела, – заикаясь, проговорила девушка.

Джульетта вежливо протянула ей свой носовой платочек и удивлённо переглянулась с Тиной. Всё лицо Элен было перепачкано оранжевой мякотью волшебного плода.

– Никогда бы не подумала, что ты способна опоздать на занятие ради какого-то желания, – пожала плечами Джульетта. – Оно ведь может и не сбыться.

– Сбудется, – уверенно заявила девушка, пряча зеркало в сумку, – моё желание обязательно сбудется.

На её пухлом розовом личике заиграла лёгкая, безмятежная улыбка, а большие бирюзовые глаза мечтательно возвысились к потолку. Казалось, Элен нисколько не волнует сложившаяся ситуация.

– Что будем делать? – спросила Тина.

Джульетта опустила голову вниз, не зная, что сказать, а Элен и вовсе не услышала слов подруги. С подозрением присмотревшись к белокурой мечтательнице, Тина строго воскликнула:

– Элен, ты снова витаешь в облаках!

Вздрогнув всем телом, Элен резко вернулась в реальность. В этот момент двери класса с шумом и скрипом отворились и оттуда, оглушающе громыхая и скрежеща, медленно выползли три огромных мусорных бака доверху набитые разными отходами. Следом раздались визгливые вопли Златы Захаровны, обращённые к классу:

– С помощью этого нехитрого заклинания, девочки, вы можете с лёгкостью освободить вашу кухню от любого мусора. Не беспокойтесь, мусорные баки сами найдут верную дорогу. Вы и глазом не успеете моргнуть, как они вернутся назад! А пока наш мусор путешествует, займёмся вязанием тёплых носочков, которые очень скоро вам могут пригодиться. По прогнозам учителя труда ваших мальчиков, зима в этом году будет весьма суровой…

Двери захлопнулись, тяжелые мусорные баки медленно и неуклюже направились в сторону лестницы, время от времени хлопая ржавыми металлическими крышками. Проводив их глазами, Тина вдруг хитро усмехнулась и повернулась к прижавшимся к холодной стене подругам.

– Кажется, у меня появилась идея.

Во взгляде девочек загорелась надежда, ведь они уже почти смирились с тем, что их ждёт наказание за опоздание. Не теряя времени даром, Тина быстро изложила им свой план:

– Когда мусорные баки вернутся, мы спрячемся в них и таким образом проберёмся в класс. Злата Захаровна не сидит на одном месте, вы же это прекрасно знаете, она всё время ходит по классу, делает нам всякого рода замечания и никогда не упускает возможность продемонстрировать свои знания. Мы выберем подходящий момент и незаметно выберемся из мусорных баков. Тем более, что эти бачки стоят за кучей всякого хлама! У нас есть все шансы.

Джульетте идея понравилась, но Элен радоваться не торопилась. Внимательно выслушав Тину, она серьёзно сказала:

– Но Злата Захаровна, возможно, уже заметила наше отсутствие.

– Элен, ты же прекрасно знаешь, что Сорокина всегда проверяет отсутствующих в конце занятия. А девчонок на занятии слишком много, чтобы сразу заметить недостающих. Тут же сразу несколько классов присутствует! Тина, план потрясающий! Если всё получится, мы спасены.

В это время по коридору снова зазвучало знакомое громыхание старого металла, а через минуту из-за угла выползли пустые заколдованные баки. Увидев решительные взгляды своих подруг, Элен растерянно опустила руки.

– Вы что, серьёзно? – пробормотала она, не представляя, как будет забираться в мусорную жестянку.

– Приготовились, – уверенно прошептала Тина и вдруг дала знак рукой: – Вперёд!

Сорвавшись с места, девушки быстро подскочили к опустевшим бакам, сорвали с них покрытые ржавчиной выпуклые крышки и ловко запрыгнули вовнутрь…

– Ну вот, девочки, пока мы вязали носочки, наши баки сами освободились от мусора, – гордо прозвучал голос Златы Захаровны, когда двери отворились.

Класс посмотрел на едва передвигающиеся бачки и весело захихикал. Учительница непонимающе вздёрнула и без того высоко посаженную бровь.

– Что-то они неважно выглядят, – осмелилась заметить одна из учениц. – Похоже, мусора в них не убавилось, а наоборот – прибавилось.

Растерянно хлопая редкими ресницами, обескураженная наставница труда выронила из рук свою волшебную палочку.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она, но тут же взяла себя в руки. – Наверное, это старьё уже своё отслужило и им пора в отставку. Сегодня же займусь ими.

Словно испугавшись строгих слов хозяйки, мусорные баки тут же прибавили шаг и резво заняли свои места.

– То-то же, – подняла вверх указательный палец Злата Захаровна и громко обратилась к классу: – Продолжаем вязать носочки. У кого-то есть вопросы?

– У меня есть! – вдруг громко воскликнула одна из учениц.

Это была Роза.

– Подойдите сюда, пожалуйста. Я не знаю, как нужно перейти к пятке… Взгляните, ничего не получается!

Злата Захаровна подошла к девушке и недовольно покачала головой, при этом её высокая, похожая на башню причёска стала угрожающе раскачиваться из стороны в сторону.

– Я же вам уже два раза объясняла! – взвизгнула она. – Бестолковые девчонки! Чем вы слушаете?

Роза терпеливо поджала губы.

– Я забыла, – виноватым голосом пробормотала она и жалобно попросила. – Объясните ещё раз.

Демонстративно вздохнув, учительница наклонилась над вязанием Розы и едва не сбила своей башней висевшую над их головами люстру.

– Неужели так трудно запомнить два слова? – проворчала она. – Проще заклинания просто не существует! Объясняю последний раз, слушайте все. Для того, что связать пятку носка необходимо произнести: «НИТИУС-ПЯТУС» и дёрнуть спицу за кончик. Вот так.

Спицы Розы принялись послушно вязать красную пятку. Учительница хотела было вернуться на своё место, но девушка неожиданно принялась её горячо благодарить.

– Спасибо Вам огромное, Злата Захаровна! Я просто обожаю Ваши занятия. С самого детства я мечтала научиться вязать носки и рукавицы, печь пироги и булочки… Вы учите нас тому, чему не удалось научить родной матери! Спасибо Вам за всё, дорогая наша Злата Захаровна!

На минуту растерянная учительница труда потеряла дар речи. Таких тёплых слов ей ещё никто и никогда не говорил! На глаза внезапно навернулись слёзы, острый подбородок мелко задрожал от волнения. Поправив съехавшую набок причёску, Злата Захаровна сломя голову бросилась к двери.

– Я сейчас… сейчас вернусь, – пробормотала она, путаясь в длинной и узкой юбке.

Когда дверь за растрогавшейся учительницей захлопнулась, из мусорных баков показались перепачканные лица Тины, Джульетты и Элен. Класс удивлённо зашушукался.

Сердито сдвинув тонкие брови и некрасиво скорчив лицо, Роза, словно ужаленная, вскочила со своего места.

– Где вас носит? Быстро вылезайте оттуда, садитесь за парты и доставайте свои чёртовы спицы! Благодарить будете потом.

Не осмелившись что-либо сказать в ответ, подруги послушно сели на свои места и молча уткнулись носом в тетради. В этот момент в класс вернулась Злата Захаровна. Её лицо снова приобрело каменное и надменное выражение. Открыв журнал и взяв в руку перо, она громко произнесла:

– А сейчас я хочу отметить отсутствующих.

Элен и Джульетта облегчённо выдохнули и с благодарностью посмотрели на Тину. Пронесло.

Всё свободное время тётушка Софья теперь проводила не у себя в кабинете, а на кухне. Причиной тому была внезапная неорганизованность работников. Без Харитона кухня постепенно превращалась в сумасшедший дом. Ко всему этому случилась и ещё одна неприятность – неожиданно исчезла Авдотья, школьная уборщица. Пропажу тихой старушки заметили не сразу, а только тогда, когда школа стала покрываться толстым слоем пыли.

От последней неприятной новости у тётушки Софьи страшно разболелась голова и повысилось давление. Но недаром говорят, пришла беда – отворяй ворота.

– Странные вещи, между прочим, творятся в нашей школе, – с такими словами сегодня подошла к ней крупногабаритная повариха с широким мясистым носом и большими красными руками.

Волшебница рассеянно посмотрела на решительное лицо женщины, пытаясь прочесть её мысли.

– В школе, между прочим, пропадают люди, – продолжила повариха тем же высоко поставленным тоном и упёрлась кулаками в свои круглые бока, – а Вам хоть бы хны. Ничего не делаете, ни о чём не думаете. Вчера – Харитон, сегодня – Авдотья, а завтра… А кто завтра? Нет, такое положение дел меня не устраивает, я не желаю жить в постоянном страхе за собственную жизнь. Вы меня, Софья Паллна, извиняйте, но я ухожу.

Сказав такие слова, тучная повариха демонстративно сняла с себя колпак и передник и небрежно бросила их на ближайший стул. Её кустистые брови гневно сдвинулись на переносице, выражая решительность и крайнее недовольство.

Тётушка Софья заметила, что на кухне после этого повисла тяжёлая гробовая тишина.

– Но… куда же Вы пойдёте, Лизавета Петровна? – пробормотала она, оглядываясь по сторонам и ища защиты у своих работников. – Авдотья скоро вернётся… я надеюсь.

– Не вернётся, – холодным голосом обрезала повариха, – и Харитон сюда не вернётся. Стало быть, плохи дела в школе Чародеев, а посему здесь работать больше не желаю.

Подняв нос до потолка, она покинула притихшую кухню. Вопросительные взгляды остальных работников дружно упёрлись в уставшее лицо волшебницы.

– Кто-нибудь ещё желает уйти? – спросила она.

Но никто не осмелился нарушить молчание.

– Вот и хорошо, – облегчённо выдохнула тётушка Софья и направилась к двери.

Глаза защипало от слёз и непонимания, сердце заныло под тяжестью десятков враждебных глаз. Неужели она заслужила такое отношение к себе? В чём её вина? Откуда столько несправедливости в этом мире? Чем больше волшебница думала об этом, тем безвыходнее казалась ей эта ситуация.

– Ах, дорогой мой брат, как же мне тебя не хватает, – пробормотала она, закрывая за собой дверь.

Отвлечься от тяжёлых и мрачных мыслей её заставил звонкий и настойчивый стук чьих-то острых каблучков. Быстро смахнув платком набежавшие слёзы, тётушка Софья подняла глаза и увидела перед собой Злату Захаровну и её фирменную причёску до потолка. Несносная, придирчивая, заносчивая и вечно недовольная учительница стояла на пороге школьной кухни с неловкой и даже как будто немного виноватой улыбкой на губах…

– Софья Павловна, можно Вас на минуту?

– Конечно, конечно, – пряча удивлённый взгляд за стёклами очков, ответила старая волшебница. – Пройдёмте в мой кабинет…

– Нет-нет, поговорим здесь, а точнее там, – быстро проговорила учительница труда, показывая пальцем на дверь кухни.

– Как Вам удобно, можно и там, – пожала плечами тётушка Софья и снова открыла дверь.

Странно улыбаясь, Злата Захаровна не сразу решилась начать беседу, словно чего-то побаивалась. Она долго осматривала кухню своим острым, всевидящим и любопытным взглядом, тщательно принюхивалась к запахам, которые исходили из бурлящих кастрюль и котелков, пока, наконец, не решилась на разговор.

– Уважаемая Софья Павловна, заранее надеюсь на Ваше понимание и здравый ум…

Сердце волшебницы дрогнуло и забилось чаще. Неужели теперь и учителя отвернутся от неё, своего руководителя?

– Я бы хотела взять всю ответственность на себя, – продолжила Злата Захаровна, после короткой паузы, – в свои руки.

Тётушка Софья удивлённо распахнула глаза и внимательно посмотрела на собеседницу поверх очков.

– Какую ответственность? За что? Что Вы хотите взять в свои руки?

В помещении снова образовалась мёртвая тишина. Замолчали даже визгливые гномы, навострив маленькие уши. Поправив на своей копне золотую брошь в виде бабочки, Злата Захаровна ответила:

– Я хочу взять в свои руки эту кухню.

Такой поворот дела принёс тётушке Софье невероятное облегчение, на душе вдруг потеплело.

– Вы знаете, Софья Павловна, я бы никогда не решилась на такой шаг, если бы не один случай, который произошёл сегодня со мной. Именно он заставил пересмотреть моё отношение к школе, к жизни и, прежде всего, к детям. Сегодня я узнала, как сильно меня любят мои ученики, как нуждаются в моей заботе, внимании и знаниях… Я многим заменила родную мать!

Последние слова учительница труда произнесла особенно громко и горячо, гордо подняв голову. Откуда-то сверху посыпались какие-то баночки и свёртки с приправами – слишком высокая причёска Златы Захаровна смела их с полок, как веником. Чихнув несколько раз подряд, тётушка Софья схватила её за руку и оттащила подальше от полок и шкафчиков. Поправив причёску, молодая наставница продолжила:

– И я подумала, что мои девочки заслуживают больше, чем обычный борщ или макароны.

– Что вы имеете в виду? – тихо спросила тётушка Софья и испуганно посмотрела по сторонам – маленькие гномы, повара, поварихи и их помощники, открыв рты, внимательно вслушивались в каждое произнесённое слово. – Чем Вам не нравится борщ, который готовят наши повара? Между прочим, в нашей школе уже много лет работают лучшие повара мира…

Но Злата Захаровна неожиданно весело рассмеялась.

– Вы имеете в виду вот эти бочонки, которые занимают полкухни? Много лет они работают… За это время многое в мире поменялось. Я ничего против борща не имею, но есть его каждый день, согласитесь, уже надоело.

Сгорая от стыда, старая волшебница схватилась за голову, но перечить решительно настроенной учительнице просто не было сил.

– Так вот, я хотела бы Вам напомнить, уважаемая Софья Павловна, что это не просто школа, а школа магии. С помощью волшебства можно решить многие проблемы. Например, освободить это помещение от лишнего хлама…

Последние слова прозвучали особенно громко и предназначались они не тётушке Софье, а присутствующему персоналу.

– Думаю, что теперь оно освободится и без помощи волшебства, – обречённо вздохнула тётушка Софья и присела на край деревянной скамьи.

И действительно, оскорблённые работники обиженно сорвали с себя белоснежные передники и колпаки и гневно швырнули их на пол. Даже малютки-гномы, сердито надув губы, оставили свою работу и присоединились к поварам. Через пять минут кухня опустела.

– Что Вы наделали, Злата Захаровна? – горько вздохнула волшебница, не в силах встать со скамьи. – Так нельзя…

– Я всего лишь очистила эту кухню от толпы бездельников, – нисколько не расстраиваясь, ответила та. – Они всё равно бы от Вас ушли. Ну а тем, кто все-таки останется, работа найдётся, не переживайте.

– Как?

– Не притворяйтесь, Софья Павловна, что ничего не происходит. Сегодня ушла Лизавета, я её встретила по дороге сюда. Она-то мне и сказала, что остальные работники покинут нашу школу этой ночью. Так что не стоит понапрасну лить слёзы… Вы сами создаёте себе проблемы! Вместо того, чтобы воспользоваться силой магии, Вы унижаетесь перед этими заносчивыми поварами и заставляете своих учеников есть всякую гадость.

Раскрасневшаяся Злата Захаровна подошла к огромному столу, который был доверху завален разными продуктами, начиная от картофеля и заканчивая крупами.

– Какой беспорядок! – покачала головой она, но тут же замерла – башнеобразная причёска задела старую люстру, висевшую прямо над её головой. Сверху тут же посыпались мертвые мухи. – Невообразимый беспорядок!

На краю стола лежала толстая, потрёпанная поваренная книга с рецептами.

– Это же прошлый век! – ахнула учительница, быстро переворачивая пожелтевшие страницы одну за другой. – Бедные дети! Сплошное однообразие, максимум калорий и минимум витаминов… Нет, я не позволю издеваться над моими девочками, которым, я, между прочим, стала родной матерью.

За спиной раздался дикий скрежет. Затем в помещение неуклюже вползли мусорные баки.

Голос Златы Захаровны дрогнул от волнения. С силой захлопнув потрёпанную книгу с засаленными страницами и швырнув ее в один из бачков, она устремила свой горящий решительностью взор на притихшую тётушку Софью.

– Что скажете, Софья Павловна?

Очнувшись от размышлений, старая волшебница встала со скамьи и махнула рукой.

– Делайте, что хотите, Злата Захаровна. Всё равно терять уже нечего, весь коллектив разбежался в разные стороны, обвинив меня во всех земных грехах. К тому же головная боль не даёт мне сосредоточиться, и здесь, на кухне, я совершенно бесполезна…

Злата Захаровна снова покачала головой, хрустальная люстра угрожающе зазвенела. Достав из кармана длинной юбки свою волшебную палочку, она внимательно посмотрела на стоявшую в пяти шагах волшебницу.

– Вы же волшебница, – проговорила она и странно прищурила оба глаза.

– Что Вы собираетесь делать? – испугалась тётушка Софья и снова села на скамейку.

– Ничего страшного, – успокоила её учительница труда и легко, как бы играючи, взмахнула своей волшебной палочкой. – Вот и всё, Софья Павловна. А теперь, если Вы не против, я займусь своим делом. Ужин сегодня будет королевским!

Тут началось настоящее волшебство. От едва заметных взмахов тонкой волшебной палочки вокруг всё заплясало, загремело, зашевелилось, закружилось и заходило ходуном. Огромные кастрюли, пузатые чугунки, ложки и поварёшки выстроились в ровную очередь к мойке, где уже вовсю орудовали мочалки и ёршики, ножи весело принялись за чистку овощей, а в печи жарко затрещали дрова. Из приоткрытого шкафа неспеша выполз сонный мешок с мукой и неуклюже к столу, где его уже ждало несколько десятков белоснежных яиц. Откуда-то из-за угла выскочили длинная деревянная швабра Агафьи и ведро, в котором шумно болтыхалась заскучавшая по работе половая тряпка.

– За дело, дорогуша! – воскликнула возбуждённая учительница, обращаясь к тряпке. – Вокруг должно всё блестеть!

Увидев, что Злата Захаровна разошлась не на шутку, тётушка Софья поспешила покинуть затрещавшую по швам от избытка магии кухню и заняться неотложными делами. Но прежде сказала:

– Злата Захаровна, спасибо, что избавили от головной боли…

– Пустяки! – махнула рукой учительница, лихорадочно сверкая глазами. – Вы и сами могли это сделать. Впредь не забывайте о том, кто Вы есть на самом деле. И прошу, не опаздывайте на ужин! Для Вас я приготовлю специальное блюдо.

– Да-да, я обязательно приду, – пробормотала та в ответ, вспомнив, что уже много лет она не давала волю своим способностям.

Когда старая волшебница вошла в кабинет, то с удивлением обнаружила, что всё вокруг сияло чистотой и свежестью. Из-под стола неожиданно вынырнула юркая швабра с мокрой и счастливой тряпкой. Сделав неуклюжий поклон, заколдованные вещи быстро выскочили за дверь, чтобы освободить из пыльного плена следующее помещение.

Вдохнув полной грудью наполненный магической свежестью воздух, тётушка Софья подошла к окну. На стекле белело небольшое пятнышко. Руки сами собой потянулись к тряпке, лежавшей на подоконнике, чтобы вытереть невесть откуда взявшееся пятно. Однако, вспомнив строгий взгляд Златы Захаровны, волшебница улыбнулась и просто взмахнула своей волшебной палочкой. Пятно сразу же исчезло.

В лес за ёлкой девушки собирались отправиться вчетвером. Но в самый неподходящий момент на их пути, словно из-под земли, возник профессор Эдуард Васильевич.

– Куда направляемся? – криво усмехаясь в седую бороду, спросил он.

– За ёлкой, – ничуть не робея, ответила Тина.

Подруги испуганно опустили головы, боясь встретиться глазами с острым и пытливым взглядом учителя.

Удивлённо вскинув седую бровь, профессор подошёл ближе.

– Разве вы не знаете, что покидать территорию школы запрещено? Вижу, вам понравилось нарушать правила. Предупреждаю, это может плохо кончиться.

Сердце Тины вздрогнуло. Не нужно было ему говорить про ёлку! Но, как говорится, слово не воробей – назад не вернёшь.

– Тётушка Софья нас отпустила, – твёрдо произнесла она, с трудом выдерживая тяжёлый взгляд старого наставника, – школе нужна ёлка.

Профессор вновь усмехнулся. Склонив седую голову набок, он как будто с издевкой в голосе сказал:

– И как такие маленькие и хрупкие девочки, скажите на милость, смогут принести в школу большую и высокую ель? Хотел бы я посмотреть на такое зрелище. И о чём только думала ваша тётушка Софья, поручая такое ответственное задание?

– Мы справимся, можете не беспокоиться, – спокойно произнесла Тина, мечтая поскорее закончить этот разговор.

В зрачках профессора заплясали злые огоньки.

– Вижу, что тебе, уважаемая крестница покойного дядюшки Рудольфа, не нужно лезть в карман за словом. Что ж, не буду тебе мешать нарушать установленные много столетий назад правила нашей школы. Можешь идти.

Помолчав, старик добавил:

– Одна.

Затем он грозно обратился к притихшим девушкам:

– А вы немедля ступайте по своим комнатам и займитесь делом.

Посверлив ещё некоторое время испуганных подруг злобным взором, учитель удалился. Девушки понуро вышли во двор.

– Ненавижу его! – сжала от гнева и бессилия кулаки Роза. – Меня переполняют злость и негодование! Что же нам теперь делать?

Осмелиться ослушаться старого профессора не посмел никто. Даже Джульетта, вопреки всем своим желаниям и тяге к приключению, виновато опустила голову. На этот раз покинуть территорию школы она не решилась.

– Что ж, поход за ёлкой отменяется, – печально вздохнула Джульетта, – пусть Эдуард Васильевич теперь сам за ней едет. Мы ещё, оказывается, не доросли до такого ответственного поручения… А я так хотела ещё раз побывать в зимнем лесу! Эх, видимо, не судьба.

Девушки стояли полукругом и с безрадостным настроением смотрели себе под ноги. Но тут Тина неожиданно для всех заявила, что не собирается оставаться в замке и прямо сейчас отправляется в лес. Конечно же, подруги сразу принялись её отговаривать.

– Мы тебя никуда не отпустим, – сказала на это Роза. – Это полнейшее безумие – идти одной в Нечистый лес. Ты можешь заблудиться или натолкнуться на какого-нибудь хищника.

Щёки Джульетты вспыхнули жарким огнём, при одной только мысли о крылатом монстре со страшными клыками ей становилось дурно.

– Тина, Роза права, не ходи, – шёпотом проговорила она и на всякий случай посмотрела по сторонам. – Оно снова может на тебя напасть, у меня плохое предчувствие. Ещё вчера тебе хотела об этом сказать, но побоялась, что ты назовёшь меня трусихой… Девочки, мы не должны отпускать её одну. Элен, скажи что-нибудь.

Подруги взглянули на молчавшую всё это время Элен и с удивлением обнаружили, что туманный взгляд девушки был отсюда далеко.

– Да что с тобой происходит?! – потеряв терпение, вскричала Роза и схватила свою безмятежно улыбающуюся подругу за руку. – Элен, ты меня слышишь?

Тряхнув белокурыми локонами, Элен рассеянно посмотрела вокруг себя и неуверенно пробормотала:

– Мы за ёлкой собирались… кажется. Или нет? Профессор не директор, он не смеет нам приказывать.

– Всё с тобой ясно! – в сердцах воскликнула Роза, гневно сверкнув зелёными глазами. – Опять, дурочка, в кого-то влюбилась!

Джульетта настороженно присмотрелась к витающей в облаках Элен.

– Влюбилась ли? – с сомнением спросила она. – Может быть, это снова чьи-то чары? Например, Жана.

Но Роза так не считала. С презрением махнув рукой, она ответила:

– Какой Жан, ты что! Он же наказан, девочки. Чарами любви наш донжуан теперь сможет воспользоваться не раньше, чем через тридцать лет. Но в кого могла влюбиться эта романтическая особа, даже не представляю.

Роза сердито посмотрела на Элен и продолжила.

– Я ещё вчера заметила перемены в её поведении. Ничего вокруг себя не слышит и не замечает. Постоянно летает в облаках, о чём-то думает и, что странно, не просит шоколада. А знаете, что это означает? Это означает, что у неё прекрасное настроение! Не понимаю, неужели твоя любовь, дорогая моя Элен, взаимна? И если это так, то почему я ничего не знаю?

Джульетта улыбнулась, а Элен с укором в голосе проговорила:

– Не говори ерунды, Роза. Ни в кого я не влюблена, а шоколада не хочу, потому что решила сесть на диету.

– Что-то плохо верится, – хмыкнула в ответ Роза.

– Но я говорю правду, девочки. Так мы идём в лес за елкой?

Девочки переглянулись.

– Ты что не слышала, что сказал профессор? – удивлённо спросила Роза. – Он нам запретил покидать территорию школы. Если ослушаемся, об этом узнают в министерстве образования, и тогда уж влетит не только нам. Там и без этого к нашей школе не очень-то хорошо относятся, все труднее и труднее скрывать от обычных людей наше существование. Вы ведь прекрасно знаете, что наше министерство состоит из нескольких волшебников, которые работают в министерстве образования людей. Поэтому мы никуда не пойдём, это слишком рискованно. Тина, давай вернёмся в школу. Тина?

Но Тина ей не ответила. Посмотрев по сторонам, девушки с испугом и удивлением обнаружили, что их подруги рядом не было.

– Удрала! – ахнули они в один голос и со всех ног бросились разыскивать тётушку Софью.

Но Тина отсутствовала недолго, уже через полчаса она снова была рядом со своими подругами. Глаза её лихорадочно горели, щёки пылали ярким, здоровым румянцем. Завидев на пороге комнаты свою пропавшую одноклассницу, девушки тут же подхватили её за руку и заставили немедленно всё рассказать, а после отвели к умирающей от переживаний и неведения тётушке Софье.

– Тина, слава богу, с тобой всё в порядке! – дрожащим голосом воскликнула старая волшебница, когда девушка появилась в дверях её комнаты. – Проходи скорее!

Комната, в которой жили тётушка Софья и её дочь Мария Гордеевна, была небольшой, но уютной и со вкусом обставленной. Тине нравилось здесь находиться.

– Присаживайся вот сюда, на этот стул, – быстро проговорила тётушка Софья и протянула девушке пустой стакан. – Что будешь пить? Чай, лимонад, какао? А может быть, ты хочешь тёплого молока?

Тина присела на стул у невысокой тумбочки, на которой горела слабо светящаяся лампа под мягким, золотистым абажуром, и вдруг подумала, что очень устала и продрогла. Немного подумав и не переставая наслаждаться домашним уютом комнаты, она ответила:

– Честно говоря, очень хочется горячего чаю с лимоном, но не хочу Вас утруждать. Я потом сама…

– А кто сказал, что ты меня утруждаешь? – сказала на это старушка и вдруг достала из кармана свою волшебную палочку. – Пустяки.

Тина удивилась. Нечасто можно было увидеть тётушку Софью с волшебной палочкой в руках. Что она собирается делать? Взмахнув в воздухе палочкой, волшебница что-то тихо пробормотала и улыбнулась. Неожиданно пустой стакан Тины потяжелел и наполнился обжигающим напитком с насыщенным бодрящим ароматом. Затем откуда-то сверху в горячий чай плюхнулся ровный кружок лимона.

Удивлённая Тина перевела широко распахнутые глаза со стакана на свою безмерно довольную наставницу.

– Тётушка Софья! – восхищённо воскликнула она и с удовольствием сделала маленький глоток.

Согревающая жидкость прокатилась по продрогшему телу приятной волной.

– Ах, Тина, вижу, что ты удивлена.

– Да, тётушка Софья, очень! Вы же всегда твердили, что использовать свой магический дар необходимо только в самых крайних случаях.

Внимание девушки неожиданно привлекла небольшая стопка книг, которая скромно покоилась на той же тумбочке.

– Остров сокровищ! – присвистнула она, прочитав название одной из них. – Читаете перед сном?

Волшебница как-то неловко улыбнулась и ответила:

– Эти книги мне нужно отдать одному очень хорошему мальчику, который больше всего на свете любит читать.

– Если хотите, я сейчас отнесу ему эти книги, – от всего сердца предложила свою помощь Тина. – Кто этот мальчик? В какой комнате он живёт?

Но тётушка Софья замотала головой, лицо её внезапно потемнело.

– Я сама, – сказала она, глядя куда-то в пол, – этот мальчик нездоров, не стоит его беспокоить.

Девушка пожала плечами и не стала настаивать, решив вернуться к последнему разговору:

– А почему Вы не пьёте? Налейте себе что-нибудь с помощью волшебного заклинания.

Волшебница взяла в руки ещё один пустой стакан и, взмахнув палочкой, наполнила его вишнёвым компотом.

– Если хочешь, я тебя научу этому фокусу, – ласково проговорила в ответ тётушка Софья. – Сегодня я вдруг поняла, что с помощью волшебства я могу значительно облегчить не только свою жизнь, но и жизнь окружающих. Даже такой пустяк, как горячий чай, поднял нам настроение, верно? И школу мы еще украсим так, что все ребята ахнут. К чему ограничивать свой дар в стенах школы?

– Но ведь Вы уже её украсили.

– Украсила. Но теперь понимаю, что недостаточно. И как я раньше не замечала, что старые новогодние украшения Харитона безнадёжно устарели ещё много лет назад? Как хорошо, что я вовремя всё осознала, ведь скоро приезжают гости из знаменитой Академии волшебства. Наша школа не должна ударить в грязь лицом. Так же прибудут гости из министерства образования.

– Вы настоящая волшебница, – снова улыбнулась Тина.

Тётушка Софья вдруг спохватилась, на её круглом лице снова появилось беспокойство. Поставив недопитый компот на тумбочку, она поправила свои съехавшие на нос очки и серьёзно посмотрела на Тину.

– А теперь расскажи мне, почему ты убежала от своих подруг. Мне это очень не понравилось, ты поступила весьма глупо.

Глаза старушки наполнились глубокой печалью. В этот момент девушке стало стыдно за свой поступок, ей вовсе не хотелось заставлять переживать и волноваться эту добрую женщину. Ведь у тётушки Софьи и без того хватает проблем!

– Пока тебя не было, девочка моя, я успела сто раз пожалеть о том, что отпустила тебя в лес. Это полностью моя вина, и, если бы с тобой что-нибудь случилось… Ах, я бы не пережила этого! Я ведь и сама могу притащить в школу ёлку. С помощью магии, конечно. Тина, я такая бестолковая, всё время забываю кто я есть на самом деле.

– Вы самая замечательная волшебница в мире.

– Нет, это не так. Никогда себе не прощу, что разрешила тебе одной пойти в лес.

– Но со мной всё в порядке, тётушка Софья.

– И слава богу! Больше я тебя никуда не отпущу, так и знай.

Голубые глаза волшебницы снова засветились теплом и любовью.

– Завтра же я займусь ёлкой, – проговорила она и потянулась за своим стаканом.

– Но ёлку я уже принесла, – вдруг сказала Тина.

Тонкие брови тётушки Софьи удивлённо поползли вверх. Видимо, она не думала, что Тина сможет в одиночку справиться с лесной красавицей.

– Но как? – только и смогла спросить она.

Девушка загадочно улыбнулась и протянула руку. На её ладони лежала маленькая, размером со спичечный коробок, еловая шишка. В добрых глазах волшебницы мелькнула догадка. Взяв в свою руку крохотную шишку, она не смогла сдержать слёз.

– Девочка моя, это же…

– Да, тётушка Софья, это подарок дяди Рудольфа. Вы, наверное, знаете, что в прошлом году крёстный навещал своего друга и привёз из дальних стран много интересных вещей. Я вышла из нашей школы и только потом вспомнила о ней. Этот Новый год мы встретим вместе под огромной волшебной елью…

Старушка всхлипнула и достала из кармана носовой платок.

– Я много слышала о таких деревьях, – тихо произнесла она, внимательно разглядывая маленькую еловую шишку. – Стоит только положить в землю это волшебное семя и полить его тёплой дождевой водой, как оно тут же взойдёт. Тина, это чудо. Рудольф мне рассказывал каких невиданных размеров достигают эти чужеземные деревья. Ах, эта ёлка станет настоящим подарком для всей нашей школы. Спасибо тебе, моя дорогая!

Тина почувствовала себя счастливой. Как давно она не ощущала столько тепла и любви от близких людей!

– Я рада, что Вам понравилась эта идея.

– Жаль, что Рудольфа не будет рядом с нами… – вздохнула тётушка Софья и положила шишку назад, на ладонь девушки. – Но не будем грустить, хорошо? Я доверяю это ответственное поручение тебе. В ночь, когда в нашей школе будет новогодний бал, ты посадишь это семя в землю и польёшь его водой. Представляю, как будут рады дети! Мы будем водить хоровод, петь песни, танцевать, играть в игры и проводить разные конкурсы. Будет весело. А украшения для нашей ёлочки я беру на себя.

Внезапно дверь с шумом отворилась и на пороге появилась точёная фигура Марии Гордеевны. Увидев в своей комнате постороннего человека, она недовольно сморщила лицо и метнула в мать едкий, полный неодобрения взгляд.

– Ну, мне пора, – заторопилась Тина, почувствовав себя крайне неудобно. – До свидания, тётушка Софья, и спасибо за чай.

Она встала и направилась к выходу.

– Ступай с богом, девочка моя, – улыбнулась в ответ волшебница.

Уже за дверью Тина услышала недовольное ворчание. «За что она так меня не любит? – невольно подумалось ей по дороге в свою комнату. – Я же не сделала ей ничего плохого».

Проходя мимо кабинета профессора, Тина остановилась – её тонкий слух внезапно уловил чей-то приглушённый и полный таинственности разговор. Вспомнив слова Жана, девушка остановилась напротив плотно закрытых дверей и прислушалась. Там велась оживлённая беседа, уловить которую могли только её уши.

– Я не могу больше сидеть взаперти! – жалобно прошелестел чей-то голос.

– Терпи, несчастный! Пока я не могу тебе ничем помочь, – прозвучал следом знакомый нервный шёпот профессора.

– Пожалуйста, профессор, увезите меня отсюда! Умоляю Вас…

– Слишком опасно, дурень ты хромоногий. Потерпи немного, в новогоднюю ночь всё решится. Наш господин нашёл то, что искал…

– Нашёл?! Кость у него?

– Тише, болван! Не хватало ещё, чтобы из-за тебя нас разоблачили раньше времени…

Тина вздрогнула, сердце забилось чаще. Колдун нашёл кость? Дрожащие пальцы сами собой потянулись к шнурку, висевшему у неё на шее. Неужели она потеряла свисток? Нащупав маленькую уточку, девушка облегчённо вздохнула. То, что этот свисток был сделан из дерева и кости Чертополоха, она уже не сомневалась.

– Ещё нет, но вот-вот окажется у него в руках… Поздравляю, Харитон, ты был прав – кость нашего господина находится у этой девчонки, крестницы Рудольфа.

– А что я говорил! Эта противная девчонка вечно суёт свой длинный нос не туда, куда надо.

– Ничего, Харитон, ей недолго осталось жить, дни любимицы проклятого волка сочтены…

Услышав последние слова, Тина задрожала и выронила из рук волшебную шишку.

– Там кто-то есть! – воскликнул испуганным шёпотом Харитон.

– Заткнись и спрячься в шкаф!

Через минуту дверь отворилась, в щели сверкнул острый глаз профессора, затем показалась его белоснежно-седая голова. Внимательно посмотрев по сторонам, он облегчённо прокряхтел:

– Всё в порядке, это просто кошка.

Дверь закрылась, а сидевшая напротив пепельного окраса кошка неожиданно стала стремительно увеличиваться в размерах и превращаться в человека. Если бы профессор повнимательнее присмотрелся к животному, то заметил бы как сверкает и переливается золотом в полумраке шерсть возле кошачьего уха.

– Носить с собой оборотные зелья иногда бывает очень полезно, – тихо пробормотала Тина и, подняв с пола упавшую еловую шишку, со всех ног бросилась к своим подругам.

Если бы Тина увидела себя со стороны, то, наверное, пришла бы в ужас. В ужас пришли и её лучшие подруги Элен и Роза. Безумное выражение лица девушки заставило их немедленно отложить все свои дела и разговоры и сломя голову броситься к ней.

– Тина! – ахнула Элен, сердцем почувствовав что-то неладное. – На тебе лица нет! Что случилось?

Не промолвив ни слова, Тина вошла в комнату и села на стул. Она посмотрела на своих подруг широко распахнутыми глазами, пытаясь остановить бешеный ритм разбушевавшегося сердца. Ничего не хотелось её слушаться – ни руки, ни ноги, ни даже язык.

– П-пить хочется, – с трудом пробормотала девушка, беспомощно оглядываясь по сторонам. – Во р-рту всё пересохло…

Подруги засуетились.

– Боже мой, да ты на себя не похожа! – схватилась за голову Роза и немедленно бросилась на поиски воды или сока. – Подожди, сейчас что-нибудь найду.

Но, как назло, все бутылки, стоявшие на окне и под столом, оказались пустыми. Схватив в руки пустой стакан, Роза бросилась к двери.

– Тина, я сейчас, потерпи минуту, я воды принесу…

– Не надо никуда ходить, – вдруг остановила подругу Тина едва заметным жестом руки. – Мне уже лучше.

Роза удивлённо пожала плечами и вернулась на место, но, почувствовав, как вдруг потяжелел стакан, удивлённо вскинула бровь.

– Что это? – спросила Элен, прищурив оба глаза. – Что за шутки?

Ничего не объяснив, Тина вдруг выхватила из рук Розы стакан с наколдованной жидкостью и осушила его в два глотка. Заметив на себе удивлённые и вопросительные взгляды подруг, она слегка улыбнулась и показала пальцем на пустой стакан.

– Это лимонад. Не думала, что получится с первого раза.

Элен с осторожностью принюхалась.

– Приятный запах, – пробормотала она.

– Этому фокусу я научилась у тётушки Софьи, – сказала Тина, постепенно приходя в себя. – Но не пойму как…

Она хотела признаться подругам, что старая волшебница не успела раскрыть свой секрет заклинания, но передумала. Тину серьёзно беспокоило то, что ей вдруг стали известны все заклинания, какие только доводилось видеть. Но об этом они поговорят потом.

– Что ты не поймёшь? – спросила Роза. – И вообще, что всё-таки с тобой произошло?

– Не пойму, откуда взялась такая дикая жажда, – пожала плечами Тина, задумчиво разглядывая пустой стакан. – То ли от страха, то ли от оборотного зелья…

Девушки переглянулись. Тина всё больше и больше заставляла их беспокоиться.

– Когда ты успела испугаться и выпить оборотное зелье? – Роза начинала паниковать и нервничать. – Тебя нельзя оставлять одну, ты обязательно вляпаешься в какую-нибудь историю.

Тина попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какой-то натянутой и неестественной. Ещё бы, ведь несколько минут назад она узнала, что её собираются лишить жизни. Скрывать эту новость от своих лучших подруг она не собиралась, поэтому прямо сказала:

– Меня хотят убить.

– Что?!? – не поверили своим ушам девушки. – Тина, это шутка? Кто? Ты снова видела того мертвеца?

От волнения лицо Элен покрылось мелкими бардовыми пятнами, а Роза побелела и стала похожей на лист бумаги. Ничего не ответив, Тина стянула с себя вязаный свитер и взяла в руки маленький свисток, висевший у неё на шее на толстом кожаном шнурке.

– Вот, – крепко сжала она памятный и ненавистный одновременно подарок крёстного отца и посмотрела на своих подруг испуганным взглядом.

Девушки нагнулись над свистком.

– Что это? – спросила Элен. – Талисман?

– Это костяной свисток, – сухо произнесла Тина, вспоминая тот день, когда дядя Рудольф подарил его ей, – вещь, которую я теперь люблю и ненавижу одновременно. Это то, что ищет Чертополох. Да, внутри этого свистка спрятана кость колдуна.

– Фу, какая мерзость! – скривилась Роза.

Элен в страхе пошатнулась и неожиданно смахнула рукой со стола пустой стакан. Мелкие осколки разлетелись по всему полу.

– Быть беде! – ахнула Элен, хватаясь руками за пылающие жарким огнём щёки.

– Не говори ерунды! – прикрикнула на неё Роза и, не растерявшись, быстро произнесла несколько длинных и непонятных слов.

Её зелёные глаза хищно сверкнули в полутьме. Нарисовав пальцем в воздухе какой-то знак, она резко взмахнула над головой кистью руки и отошла в сторону. В ту же секунду, сотни мелких осколков с невероятной скоростью начали двигаться к месту, где был разбит стакан, а ещё через мгновение соединились в одно целое.

– В следующий раз будь осторожнее, – сердито буркнула девушка, обращаясь к Элен.

– А как же примета… – пробормотала та в ответ, виновато хлопая мокрыми ресницами.

– Прикуси свой язык, – взмахнула указательным пальцем Роза, метнув в свою подругу острый, полный гнева и негодования взгляд. – Займись лучше своим невидимым женихом!

Элен промолчала, громко ссориться она не умела, это было не в её правилах.

– Всё в порядке, девочки, – рассеянно проговорила Тина, – я не верю в дурные приметы.

Ей совсем не хотелось становиться причиной ссор между двумя закадычными подругами. Пожалев о том, что рассказала им о костяном свистке и покушении на свою жизнь, Тина быстро встала со своего места и хотела покинуть комнату. Но Роза и Элен уже осознали свою ошибку в поведении.

– Тина, прошу тебя, не уходи! – воскликнула Роза дрожащим от раскаяния голосом.

В её глазах блеснули слёзы.

– Прости меня, я веду себя ужасно и порой очень грубо, – продолжала говорить девушка, хватаясь влажными ладонями за пылающее от стыда лицо. – Ненавижу себя за это!

– Всё нормально, – Тина снова присела на стул, – просто моя жизнь действительно в опасности…

Нисколько не обижаясь на Розу, Элен взяла Тину за руку и усадила на свою кровать.

– Расскажи нам всё, – решительно сказала она. – Что это за свисток и кто сказал, что тебя хотят убить. Мы этого не допустим и обязательно что-нибудь придумаем.

Слова безудержно рвались из Тины наружу, ей было просто необходимо поделиться с кем-нибудь своими переживаниями. В глазах притихших подруг то и дело вспыхивал огонёк удивления, но перебивать Тину они не решались. Рассказав о том, что профессор прячет Харитона у себя в комнате, девушка вопросительно и почти отчаянно посмотрела на своих подруг.

– А откуда Чертополоху стало известно об этом свистке? – тихо спросила Элен.

Тина пожала плечами, этого она не знала, но это было сейчас неважно. К тётушке Софье она идти не хотела, ведь у бедной волшебницы сейчас и без того хватало забот. Да и нужно ли ей вмешиваться во всю эту историю? Защищая Тину, старая волшебница может и сама пострадать. Нет, рисковать жизнями близких людей Тина не хотела.

– К тётушке Софье ты не пойдёшь, – прочитала по глазам Роза. – Это так?

– Пока ей лучше ничего не знать, – кивнула головой Тина. – Боюсь, что тётушка Софья не справится с ними одна. Никто не знает возможностей нашего профессора, но я чувствую, что силы его велики.

Элен встала и заходила по комнате.

– Но твоя жизнь в опасности! – с отчаянием в голосе воскликнула она. – А это значит, что в опасности вся наша школа, все мы. Нет, мы не можем здесь сидеть сложа руки и ждать, пока Чертополох завладеет этим злосчастным свистком и сделает всех нас своими рабами. Нужно что-то делать! Нужно что-то придумать!

Тина была согласна с Элен, но в голову ничего не шло. Как они смогут противостоять великому чернокнижнику и его верным соратникам? Пока единственное верное действие – беречь костяной свисток.

– Я придумала, девочки! – вдруг радостно выкрикнула Роза и подбежала к Тине. – А что если мы уничтожим этот свисток?

В комнате повисла тишина. С растерянным выражением лица Тина переводила взгляд со свистка на своих подруг. Об этом она не подумала…

– Даже не знаю, – неуверенно пробормотала она и вдруг вспомнила слова крёстного, – дядя Рудольф велел беречь этот свисток, как зеницу ока, и никогда с ним не расставаться. Именно так он мне и сказал.

Роза возмущённо топнула ногой и посмотрела на Элен, которая нервно кусала губы и тайком смахивала со щёк набежавшие слёзы.

– Ты посмотри на неё, Элен! Ей подарок дороже собственной жизни. Тина, твой дядя мог и не знать о том, что этот свисток сделан из кости Чертополоха. И вообще, кто его смастерил? А вот если бы он знал, что это за вещица, то наверняка бы давно избавился от неё. Это ведь глупо – повесить на шею своей крестнице ярмо верной смерти.

Да, определённо в словах Розы присутствовала некая логика. Сердце Тины противилось изо всех сил, но в тот момент она думала о безопасности других.

– Хорошо, давайте попробуем уничтожить эту кость прямо сейчас.

Облегчённо вздохнув, Элен радостно высморкалась в носовой платок и сказала:

– Сожжем его в нашем камине.

– Нет, – осмотрев камин, замотала головой Тина, – он слишком мал.

– Тогда сожжём его в печи на кухне.

Никто не возразил. Тогда Элен добавила:

– Заодно захватим с собой немного сладостей.

За дверью висела непоколебимая тишина и пугающий полумрак. Из трёх громоздких фонарей, что освещали по ночам женское крыло, сейчас горел только один. Переборов свой страх перед неизвестностью, подруги неслышно спустились на первый этаж. На этот раз сторож, охранявший дверь столовой, не спал. Серьёзно насупив лохматые брови, он сидел на табуретке и читал школьную газету.

Девушки замерли за углом в нерешительности.

– Что будем делать? – прошептала Элен. – Сторож нас не пропустит ни за какие коврижки, да и мы не можем допустить, чтобы он нас увидел.

В голову Тине неожиданно пришла неплохая идея.

– У меня с собой есть оборотное зелье, которое мы с Джульеттой готовили. Обернувшись кошками, мы сможем беспрепятственно проникнуть в столовую, а потом и в кухню.

Элен с испугом посмотрела на маленькую бутылочку, которую Тина достала из кармана своих синих джинсов. Густо покраснев, девушка опустила голову и закрыла лицо белоснежными локонами.

– Неужели не найдётся другого способа проникнуть за дверь? – пробормотала она.

– В чём дело, Элен? – насупилась Роза. – Ты что, испугалась?

– Нет, я не испугалась. Просто, обернувшись кошкой, я не смогу прихватить с собой конфет.

– Но ты же на диете!

– Нет, я не на диете.

Роза скривила лицо.

– Понятно, снова безответная любовь.

На Элен было жалко смотреть. Бедняжка беспомощно хлопала пушистыми ресницами, изо всех сил пытаясь не заплакать. Тине стало жаль подругу.

– Ладно, Элен, мы найдём другой способ попасть на кухню. Но за это ты должна нам кое-что пообещать.

Элен с надеждой посмотрела на своих подруг, растянувшись в радостной улыбке.

– Всё что угодно!

– Когда мы вернёмся в комнату, ты нам всё расскажешь.

– Обещаю!

Тина напрягла память. Заклинания, словно огромный рой пчёл, закружились у неё в голове. Девушка снова удивилась своим знаниям. Выбрав нужное, она неслышно зашевелила губами. В воздухе вспыхнуло множество мерцающих мягким голубым огнём искорок. Плавно покачиваясь на невидимых волнах, они покружили над головами девушек, а затем неспеша полетели в сторону читающего сторожа. Уже у самого изголовья переливающиеся ласковым светом искорки вдруг приобрели формы прекрасных бабочек дивной красоты.

Заметив в воздухе нечто неладное, великан быстро убрал газету и снял заляпанные пальцами очки.

– Это что за чертовщина? – пробурчал он себе под нос и протёр огромными кулаками глаза. – Что за шутки?

Приблизившись вплотную к напуганному охраннику, сверкающие бабочки стали кружить над его головой.

– Прочь, гадкие насекомые! Прочь, паразиты! – замахал руками бедняга и хотел было вскочить со стула.

Но не успел. Сотни голубых огоньков, как по команде, плотно облепили его голову, превратив её в гигантский шар. Лишь суровое лицо великана осталось нетронутым. Веки сторожа внезапно потяжелели, а руки бессильно опустились вниз. По залу поплыл монотонный храп. Это был Мирон, который на самом деле не был никаким великаном. Но его огромный рост и широкие плечи давали ему полное право так себя называть.

– Всё, он спит, – быстро проговорила Тина и бросилась вперёд. – Девочки, запомните, у нас есть ровно пятнадцать минут. Потом колдовство рассеется, и сторож проснётся. Это я прочитала в книге, случайно.

Беспрепятственно переступив порог столовой и кухни, девушки остановились напротив огромной, ещё неостывшей дверцы печи. Не теряя времени даром, Тина сняла с кожаного шнурка прохладный костяной свисток. В глазах невольно вспыхнуло сомнение, в памяти всплыли слова покойного крёстного… Быть может, не стоит этого делать? А вдруг попытка уничтожить костяной свисток только усилит ненависть чёрного колдуна и его желание убивать?

– Тина, ну ты что?

Тина очнулась от мыслей, ощутив в боку лёгкий толчок воинственно настроенной Розы.

– Передумала, что ли? Давай сюда эту гадость!

Выхватив из рук подруги прохладный свисток, Роза довольно ухмыльнулась – разжигать огонь было её любимым заклинанием. Негромко выкрикнув несколько коротких слов, девушка решительно подняла вверх указательный палец и нарисовала перед собой большой огненный шар. Затем бросила в печь свисток. Внезапно шар ожил, нехотя зашевелился и медленно поплыл в открытую пасть печи.

Мысленно попрощавшись с памятным подарком крёстного, Тина прикрыла горячую дверцу печки и посмотрела на подруг взглядом, полным тревоги.

– Вот и всё, Тина, – облегчённо вздохнула Элен, обняв девушку за плечи, – пусть теперь Чертополох попробует вернуть свою былую силу. Тина, слава богу, ты в безопасности…

Но Тина почему-то радоваться не тропилась. Внимательно наблюдая за красными языками волшебного пламени, она вдруг заметила, что кость колдуна … не горит. А когда пламя полностью потухло, девушка убедилась в своих страшных подозрениях.

– Этого не может быть! – не поверила своим глазам Роза и осторожно достала из печи костяную вещь. – Он ничуть не нагрелся! Девочки, моё пламя никогда прежде меня не подводило. Что за чертовщина?!

Закусив губы от досады, Тина снова повесила непобедимый свисток на шею. По телу разлилась колючая враждебная прохлада.

– Пора возвращаться, сейчас сторож проснётся. Берём конфеты и уходим.

– Какие к чёрту конфеты! – воскликнула Роза, до сих пор не веря в происходящее. – А как же свисток? От него срочно нужно избавиться. Эта вещь несёт с собой смерть!

– Быть может, пропустим его через мясорубку? – неуверенно предложила Элен.

– Потом что-нибудь придумаем, – спокойно ответила Тина, махнув рукой. – Сторож обязательно поднимет шум, сюда сбегутся все учителя, в том числе и профессор. Эдуард Васильевич не дурак, сразу обо всём догадается, и тогда моя смерть наступит раньше времени.

Роза промолчала, не найдя что сказать в ответ.

– Сладкое должно лежать в холодильнике… – сказала Тина, но стронуться с места не успела.

Из ближайшего тёмного угла внезапно послышался какой-то странный, настораживающий шум.

– Там кто-то есть! – испуганно прошептала Элен, прячась за подруг. – Ой, девочки, я боюсь…

Сердце Тины забилось чаще, сразу вспомнились страшные слова профессора: «Ей недолго осталось жить, совсем недолго…». Неужели её жизнь сейчас оборвётся? Оборвётся именно тогда, когда в ней по-настоящему проснулось желание бороться! Нет, сдаваться Тина не собиралась.

– Тина, ты же прекрасно видишь в темноте! – перешла на крик Роза, забыв обо всякой осторожности, и храбро заслонила своих подруг спиной. – Кто, чёрт подери, там шевелится?

– Может быть, это крысы? – с надеждой в голосе пролепетала Элен, хотя крыс в своей жизни она боялась, как чумы.

Переборов страх и волнение, Тина сосредоточилась и присмотрелась в темноту. Но там никого не было.

– Я ничего не вижу, кроме большого мешка с картошкой…

И тут неизвестно откуда к их ногам выкатилось несколько белых шаров, размером с человеческую голову. Элен испуганно вскрикнула:

– Это человеческие головы!

Но тут же осеклась. Это была капуста.

– Но … она живая! – снова зазвенел от страха её голос. – Посмотрите, они шевелятся! Девочки, я боюсь…

Огромные, крепкие кочаны быстро окружили подруг плотным кольцом и угрожающе заскрипели своими хрустящими листьями. Следом из угла выскочил большой и неуклюжий мешок с картошкой и угрожающе затоптался на месте.

– Что происходит, девочки? – продолжала дрожать Элен. – Это же овощи…

– Это не просто овощи, это взбесившиеся овощи, – ничуть не испугавшись, сказала Роза и смело приготовилась к бою. – Ну, сейчас мы им покажем.

Тина продолжала думать, что всё это дело рук Чертополоха. Она молча смотрела на прыгающие кочаны и не знала, чего от них ожидать. Что, что задумал этот колдун? Где затаилась её смерть? А тем временем Роза уже была готова к атаке. Направив полыхающий зелёным огнём взгляд в сторону кухонных принадлежностей и покрепче сжав в руке свою волшебную палочку, она громко воскликнула:

– Что ж, будем готовить щи!

В ту же секунду в воздухе дико закружилась целая дюжина ножей и тесаков. Блеснув в полумраке острым лезвием, они, словно дрессированные хищники, бросились на белые кочаны капусты и в один миг засыпали кухню пушистыми белоснежными хлопьями. Мешок с картошкой неуверенно затоптался на месте, но, заметив стремительно приближающихся металлических врагов, трусливо отступил обратно в свой тёмный угол и затих.

– Победа! – радостно воскликнула Роза, провожая горящим взглядом заколдованные ножи.

Побледневшая Элен слегка улыбнулась и тут же принялась стряхивать со своих волос мастерски нашинкованную капусту.

– Ты молодец, – пробормотала она, – а у меня, признаюсь честно, сердце в пятки ушло.

– Это потому что ты трусишка, – рассмеялась Роза и посмотрела на Тину: – Что с тобой?

Девушка стояла в большой куче капустных хлопьев и невидящим взглядом смотрела в угол. Очнулась она только тогда, когда подруги схватили её за руку.

– Тина?

– Всё в порядке, – пробормотала девушка, оглядываясь по сторонам, – не понимаю, что это было…

– Какая разница что это было! – махнула рукой Роза. – Нужно немедленно уносить отсюда ноги.

– А как же конфеты? – растерянно пробормотала Тина и посмотрела на Элен.

Элен неуверенно пожала плечами, но ответить ничего не успела – за дверью кухни вдруг послышались чьи-то тяжёлые шаги. Затем раздался недовольный голос очнувшегося от чар сторожа.

– Он идёт сюда! – снова задрожала Элен и с надеждой посмотрела на своих подруг.

Через минуту разъярённый Мирон с шумом распахнул дверь и ворвался в помещение.

– Кто здесь? Чьи это шутки?

Включив свет и увидев разбросанную по всей кухне капусту, громила враз потерял дар речи. Он долго щурил маленькие узкие глазки, раздувал широкие ноздри и пыхтел себе под нос всякие нехорошие ругательства.

– Это же проделки Златы Захаровны! – наконец, догадался он. – Я сразу подметил, что этой странной дамочке с муравейником на голове не место на кухне!

Неожиданно под столом кто-то зашевелился.

– Кто? – грозно рявкнул сторож, но, увидев выскочивших оттуда трёх кошек, малость успокоился: – Брысь отседава, блохастые дармоеды! Эх, Харитона Иваныча тут не хватает, он бы живо навёл порядок.

Воспользовавшись удобным моментом, кошки быстро проскользнули в щель приоткрытой двери и тут же исчезли в ночном полумраке.

Первый день каникул в школе начался со скандала. Громче всех кричал школьный сторож – неповоротливый Мирон с блестящей залысиной на квадратном затылке и с отвисшей до крутого, мясистого подбородка нижней губой.

Мирон возбуждённо размахивал своими длинными, как грабли, руками перед бледным лицом тётушки Софьи и во все стороны брызгал слюной. Позади него толпилась куча поваров и поварят и несмело поддакивала разбушевавшемуся сторожу. Была тут и та самая крупноносая повариха Лизавета Петровна.

– Как Вы могли доверить нашу кухню, Софья Паллна, этой странной дамочке? – гремел Мирон своим устрашающим басом. – Вы только посмотрите, что она там натворила! Сегодня ночью ваша Злата Захаровна изрезала недельный запас капусты! Так недолго и с пустым брюхом остаться!

Сторож замолчал, чтобы перевести дыхание. Одна из поварих воспользовалась моментом и, сделав шаг вперёд, обратилась к тётушке Софье неприятным, визгливым голоском:

– Уважаемая Софья Павловна, если Вы уберёте из кухни эту Злату Захаровну, то мы все, так уж и быть, вернёмся на свои рабочие места.

– Это ж надо было так! – снова загудел сторож, шлёпая нижней губой. – Сначала она меня, значится, заколдовала, чтоб я ничего не услышал. А после превратила кухню в настоящую помойку! Но я парень бывалый, колдовство на меня, можно сказать, полноценно и не действует. Проснулся, слышу – на кухне кто-то разбойничает, я – туда. Эх, опоздал! Нет, я требую справедливости! Сегодня она меня заколдовала, а завтра что? А завтра и вовсе прибьёт!

Все разом ахнули. От этого шума у тётушки Софьи снова разболелась голова. Неприятности сыпались на неё со всех сторон. Только она вздохнула с облегчением, как эта маленькая радость обернулась для неё настоящей бедой.

– Погодите, господа, давайте разберёмся как следует, без шума и гама, – обратилась волшебница, внимательно рассматривая беспорядок на кухне. – Сейчас придёт Злата Захаровна, нужно ведь и её выслушать. А ты, Мирон, успокойся и перестань так громко кричать.

Но упрямый сторож просьбы тётушки Софьи не услышал и продолжал гудеть до тех пор, пока не пришла Злата Захаровна. В ещё не проснувшихся глазах учительницы читалось лёгкое недоумение.

– В чём дело? – удивлённо спросила она и едва не упала, увидев, во что превратилась её новое рабочее место. – Кто это сделал? Что это? Снег?

Нагнувшись, изумлённая Злата Захаровна осторожно принюхалась и с опаской потрогала белые хлопья.

– Это, между прочим, не снег, – злобно буркнула Лизавета Петровна, приняв свою излюбленную позу – руки в бока, – это, между прочим, капуста. Белокочанная! Из которой, между прочим, можно было варить всю неделю щи для наших деток.

Злата Захаровна удивлённо изогнула тонкую бровь.

– Ваши щи уже давно всем надоели, – как можно мягче проговорила она в ответ, сморщив нос, и посмотрела на тётушку Софью непонимающим взглядом.

Повариха широко раскрыла рот и закричала:

– Вот видите! Видите, люди добрые, что творится! Ей щи наши надоели, так она лучшего способа отыскать не сумела, как всю капусту порубать! На мелкие кусочки, между прочим! Нашла где дать свободу своим ненормальным колдовским фантазиям! Теперь-то и на кухню страшно заходить, того и гляди на тебя набросится заколдованный нож.

– Или топор, – пробасил сторож и, широко распахнув рот, зевнул. – А я вот теперича не выспался из-за ваших причуд.

Тётушка Софья не знала, что тут сказать.

– Злата Захаровна, все ждут объяснений…

Походив по кухне, Злата Захаровна, наконец, пришла в себя.

– Я здесь ни при чём, – сказала она уверенным голосом, – ни я, ни моя магия. Здесь орудовал другой человек, а может, их было несколько. Вижу, что ночью в печи горел магический огонь…

– Огонь? – удивилась тётушка Софья, настороженно заглядывая в печь. – Вы правы… Это действительно следы магического огня. Как я сразу не заметила, не понимаю…

Злата Захаровна удовлетворительно закивала распушившейся причёской, верхушка которой съехала набок и стала похожей на кривую букву «Г».

– Хочу честно признаться, Софья Павловна, в том, что овощи действительно заколдовала я…

– Вы? Но зачем?

К печке живо подскочила визгливая повариха. Показав пальцем на Злату Захаровну, она громко закричала:

– Эй, Мирон, ты слышал? Это она овощи заколдовала! Призналась все-таки!

– Как это заколдовала? Это что ж получается? Наши детки будут есть заколдованные овощи?

Все присутствующие зашушукались, осуждающе глядя на учительницу труда.

Тётушка Софья повернулась к толпе.

– Господа, нельзя ли потише? А вообще, ступайте все по своим комнатам. Слышите, все свободны! Я хочу поговорить со Златой Захаровной наедине.

Бросив на тётушку Софью возмущённый, полный неодобрения взгляд, краснощёкая Лизавета Петровна нехотя направилась к выходу, остальные работники покорно последовали за ней. Замыкал цепочку неуклюжий полувеликан Мирон. Глаза его были закрыты – сторож уже спал на ходу.

– Вот теперь можно поговорить спокойно, – с облегчением вздохнула тётушка Софья и внимательно посмотрела на Злату Захаровну.

– Я заколдовала все продукты, находящиеся на этой кухне.

– Но зачем?

– С детства люблю, чтобы всё было под контролем, – спокойно объяснила учительница и ещё раз окинула помещение пристальным взглядом. – На кухне много интересных вещей, а всех нормальных детей переполняет естественное любопытство. Но не все интересные вещи безопасны.

Волшебница снова вздохнула.

– Я всё поняла. Капуста подняла тревогу.

– Совершенно верно, – согласно кивнула головой учительница, – но ночные гости оказались хитрее меня. Они тоже пустили в ход свои магические способности и бесстрашно атаковали мою беззащитную капусту ножами. Ах, ну почему же я не догадалась заколдовать и ножи?

Увидев, как покраснело от испуга лицо тётушки Софьи, Злата Захаровна поспешила её успокоить.

– Нет-нет, Софья Павловна, не пугайтесь. Мне нужно было просто обездвижить все опасные предметы, находящиеся на этой кухне – ножи, топоры, тёрки, вилки и мясорубку.

Всё стало ясно – Злата Захаровна тут ни при чём, на сумасшедшую она не была похожа. Кому же понадобилось среди ночи разжигать огонь в печи? Это было немного странно.

– Я думаю, что это проделки наших старшеклассников, – предположила учительница труда, заглядывая под стол. – Только мальчишки способны на такой поступок. Что ж, прямо сейчас я займусь уборкой, а потом приготовлю завтрак.

– Вам придётся изрядно потрудиться, – озабоченно проговорила тётушка Софья, показывая рукой на беспорядок. – Может быть, позвать гномов?

– Что Вы! Дело пяти минут.

Старая волшебница почувствовала себя крайне неловко. Она снова забыла о том, что с помощью магии можно не только заглядывать в будущее, но ещё и наводить порядок в помещении.

Быстро попрощавшись со Златой Захаровной и извинившись перед ней за некрасивое поведение бывших работников кухни, тётушка Софья решила навестить своих учениц. Она прекрасно знала, что никакой мальчишка не решится проникнуть на кухню, рискуя собственной репутацией ради сладостей. А больше здесь брать нечего. И то, что эти три девчонки частенько шастают в поисках конфет и шоколада, она знала давно. Долгое время старая волшебница делала вид, что ни о чём не догадывается, но сегодня пришла пора поставить в этом точку.

Как она и предполагала, девочки ещё спали.

– Кто там? – за дверью прозвучал сонный голос Элен.

– Элен, открой, пожалуйста, дверь, – как можно строже проговорила тётушка Софья и ещё раз постучала. – Мне нужно с вами серьёзно поговорить.

Послышался слабый скрип – девушка встала с кровати, засунула ноги в пушистые тапочки и несмело приблизилась к двери. Щёлкнул замок, и дверь отворилась.

– Доброе утро, – поздоровалась Элен и тут же виновато опустила глаза.

Тётушка Софья сразу почувствовала, что она чем-то напугана, однако нападать не стала.

– А который час? – в кровати лениво зашевелилась Тина, но, увидев перед собой строгое лицо волшебницы, тут же оторвала взлохмаченную голову от подушки. – Тётушка Софья? Мы что, опоздали на занятия?

– Сейчас почти шесть утра, – терпеливо ответила та и присела на стул, – и на занятия вы не опоздали, потому как с сегодняшнего дня у всех школьников и учителей начинаются долгожданные зимние каникулы. – Как можно было забыть о таком радостном событии?

– Мы не забыли, – сказала Элен, возвращаясь в свою постель.

– И Вы пришли нас поздравить? – сонно промямлила Роза, не открывая глаз. – Я такой сон классный видела…

Уголки губ тётушки Софьи слегка дрогнули, но она всё же нашла в себе силы сдержать улыбку. Нахмурив тонкие брови, она так же строго ответила:

– Нет, дорогуши, мои поздравления вы услышите в эту пятницу на школьном вечере.

Услышав радостную весть, Роза тут же разлепила глаза. Школьные вечера и дискотеки были её излюбленным делом!

– Так вечер всё-таки состоится?

– Конечно, состоится. В начале церемонии мы будем поздравлять всех вас с наступающим Новым годом и вручать лучшим ученикам волшебные золотые часы. Затем будут избраны лучший учитель старого года и лучший работник школы. Ну, а в конце вас ждёт самое приятное – подарки от деда Мороза и дискотека до утра. Конечно, программа еще может поменяться, но …

– Ура! – радости подруг не было предела.

Особенно была счастлива Роза. Подскочив с кровати и путаясь в длинной ночнушке, она быстро подбежала к шкафу и залезла в него чуть ли не с ногами.

– А Лёва нам сказал, что никакого вечера не будет, – донёсся из шкафа её звонкий голос. – Сказал, что в связи с тем, что в нашей школе пропадают люди, начальство запретило проводить всяческие мероприятия. И ещё сказал, что тридцатого декабря всех учеников отправят встречать Новый год к родственникам.

На этот раз тётушка Софья не смогла не улыбнуться. Один только вид счастливых девочек заставлял её доброе сердце биться чаще и трепетать от бесконечного тепла. Окинув своих учениц ласковым, материнским взглядом, она, уже мягче, сказала:

– Школьный вечер никто не отменял, он состоится в пятницу двадцать девятого декабря. Надеюсь, наше руководство все-таки не заявится к нам на это мероприятие, и без них головной боли хватает… А на следующий день все желающие могут поехать к своим родственникам и встретить Новый год с ними. Так что после школьного вечера, девочки, вы можете навестить близких. Запомните, после обеда, в шестнадцать ноль-ноль будет подан школьный автобус, который и отвезёт вас к вашим родным.

Больше всех такой вести обрадовалась Элен. Уже очень давно она не видела свою больную бабушку и общалась с ней только путём переписки. От нахлынувшей радости девушка едва не расплакалась.

– А я-то думала, что Лёвка опять наврал, – сквозь слёзы пробормотала она. – Тётушка Софья, спасибо огромное, Вы даже не представляете себе, какое это счастье…

Волшебница подошла к Элен и ласково погладила её по пушистым волосам.

– Представляю, девочка моя, – вздохнула она и незаметно убрала с ее головы кусок капусты, – поэтому и добилась в Министерстве образования этого распоряжения. Вы бы знали, чего мне это только стоило… Но не будем грустить. Элен, вытри слёзы и возьми пример со своей подруги.

Элен широко улыбнулась и посмотрела в сторону шкафа – оттуда то и дело вылетали разные платья и кофточки.

– Это слёзы счастья, – проговорила девушка, – раньше родственников можно было навещать только один раз в три года, на летних каникулах.

Тина удивлённо посмотрела на волшебницу.

– Раз в три года? – переспросила она. – А разве во время поездок в город нельзя видеться со своими близкими?

– Можно, – кивнула головой тётушка Софья, разглядывая картины на стене, – но у большинства ребят родственники живут далеко отсюда.

Из шкафа наконец-то показалась растрёпанная голова Розы, на её покрасневшем лице сияла довольная улыбка.

– Из всех родных у меня остался только брат, – сказала она, нежно прижимая к груди какое-то яркое платье, – я ужасно по нему соскучилась, хотя виделась с ним летом.

Тина тихо вздохнула:

– А у меня никого нет.

Сердце тётушки Софьи вздрогнуло и облилось кровью. Повернув голову к загрустившей девушке, она быстро и горячо заговорила:

– Как это никого нет?! У тебя есть я, моя девочка, и в Новогоднюю ночь я тебя никуда не отпущу. Слышишь? Как ты могла сказать такую глупость?

После таких слов Тине стало намного легче. Озарив лицо радостной улыбкой, она снова легла на подушку. Горячо поцеловав крестницу покойного брата в лоб, добрая волшебница встала и направилась к двери.

– Тётушка Софья, Вы же хотели с нами серьёзно поговорить, – несмело прозвучал робкий голос Элен.

Волшебница остановилась и задумчиво посмотрела себе под ноги.

– Пустяки, – махнула она рукой через секунду, – ложитесь, девочки спать, ещё очень рано.

– Но куда же Вы так торопитесь? – спросила Тина. – Поговорите с нами ещё немного.

– Не могу, мне ещё нужно в библиотеку заскочить.

– В такую рань? – удивилась Роза.

– Да, очень нужны кое-какие книги.

Сказав это, тётушка Софья ушла. Теперь она была уверена в том, что на кухне сегодняшней ночью пошалили именно эти девчонки. Однако разговор решила отложить на потом, слишком хорошее у них было настроение, и немедленно заняться поисками бесследно пропавшей Авдотьи. Тем более, зацепка к этой запутанной истории у неё уже имелась.

После раннего визита тётушки Софьи спать уже никому не хотелось. И тогда подруги принялись бурно обсуждать события этой длинной ночи. Приятных воспоминаний было мало, а точнее их не было вообще. Особенно огорчённой выглядела Тина, её наполненные грустью глаза беспомощно смотрели куда-то сквозь стену.

– Да не переживай ты так, – попыталась успокоить свою подругу Роза. – Сегодня мы ещё раз попробуем уничтожить этот свисток. В этот раз у нас всё получится, вот увидишь. Не может такого быть, чтобы какая-то косточка…

– Это не просто какая-то косточка, – хмуро перебила её Тина, – это часть колдуна. Часть того, кто хочет всех нас раздавить и заняться осуществлением своих ужасных планов. Я даже думать боюсь о том, что творится у него в голове. Интересно, где он прячется все это время?

Девушка медленно перевела потухший взгляд со стены на Розу, которая сидела на полу в огромной куче одежды и неожиданно для себя улыбнулась. Ей было непонятна эта странная любовь Розы ко всяким платьям, заколкам и булавкам. Однако смотреть на всё это Тине доставляло удовольствие. Ещё бы, Роза была настоящей красавицей!

– Ты не думай, что мне эти тряпки дороже тебя, – сказала Роза, стряхивая пыль с голубой юбки. – Я сейчас быстренько выберу подходящее платье для новогоднего вечера, и мы сразу же займёмся этим проклятым свистком. Мы ему покажем, где раки зимуют! Ничего себе, в огне он не захотел гореть… Чёрт, одно старьё!

Сердито нахмурившись, девушка со злостью отшвырнула в сторону сразу половину кучи нарядов.

Элен удивлённо захлопала глазами и подняла голову.

– Роза, у тебя же есть прекрасное красное платье, – сказала она. – Надень его.

Роза задумалась.

– Вы считаете, оно мне идёт?

– Конечно! Это платье очень выгодно подчёркивает твою фигуру, да и красный цвет – полностью твоя фишка.

– Но в нём меня уже видели…

Пожав плечами, Элен закрыла глаза и чихнула несколько раз подряд.

– Будь здорова, – отозвалась Тина, – ты всю ночь чихала и продолжаешь до сих пор.

Элен засунула ноги в тапочки и направилась к двери.

– У меня аллергия на кошек. Пойду умоюсь.

Тина снова улыбнулась в подушку, крепко сжимая в руке ненавистный и холодный, как осколок льда, костяной свисток. С каждым днём эта вещь становилась всё холоднее и холоднее, и Тину это стало настораживать. Такие перемены не к добру. Повертев ещё немного в руках подарок крёстного отца, девушка решила, что нужно срочно что-то делать. Немедленно, иначе потом будет поздно. Об этом говорило и её сердце. Да, Тина боялась, но боялась не за свою жизнь, а за жизнь близких людей. За последние полгода в её судьбе произошли грандиозные перемены, у неё появилось много друзей. А вот этих двух девчонок она полюбила, как родных сестёр! Нет, будет несправедливо, если все эти люди пострадают из-за её халатности и медлительности.

Решительно вскочив с теплой постели, девушка стала быстро переодеваться. Увидев это, Роза сразу же оставила в покое свой гардероб.

– Ты куда?

Тина ничего не ответила. Сбросив с себя ночную пижаму, она принялась торопливо натягивать потёртые синие джинсы.

– Нет, ну вы посмотрите, она опять куда-то сбегает! – воскликнула Роза и решительно заявила: – В этот раз я пойду с тобой.

– Нет, я пойду одна. Я ненадолго.

– Но куда?

– Сделать то, что у нас не получилась этой ночью…

– Свисток?

– Ага, только тише, – приставила палец к губам Тина и взяла в руки свитер. – У меня появилась одна идея. Не знаю, получится у меня что-нибудь или нет, но я всё потом вам расскажу.

В зелёных глазах Розы мелькнула обида, она никак не могла понять, почему Тина отказывается от её помощи.

– Тина, я хочу пойти с тобой. Я знаю, ты снова идёшь в Нечистый лес! Если ты уйдёшь одна и с тобой что-нибудь случится, я не прощу себе этого никогда… А тётушка Софья? Ты о ней подумала? В прошлый раз бедняжка хваталась за сердце.

Зашнуровав ботинки, Тина подняла голову и с благодарностью посмотрела на свою подругу.

– Роза, всё будет хорошо. В этом лесу я чувствую себя в полной безопасности, ведь Нечистый лес – мой родной дом. А что касается тётушки Софьи… не говорите ей ничего.

Роза подошла к девушке и заглянула ей в глаза.

– За тобой охотится Чертополох.

– Пока свисток находится у меня, колдун не сможет никому причинить вреда, и это главное.

Чуть не плача, Роза крепко обняла подругу за плечи.

– Какая же ты упрямая, – пробормотала она, уткнувшись в мягкие волосы Тины. – Умоляю тебя, будь осторожна…

– Обещаю! – улыбнулась Тина, на душе стало спокойно. – Всё будет хорошо, я не могу позволить Чертополоху вернуться с того света. Слишком вас всех люблю.

В это время открылась дверь и на пороге комнаты возникла фигура Элен.

– А что это вы делаете? – удивлённо спросила она, увидев на полу обнимающихся девушек. – Я что-то пропустила?

Роза вернулась к куче одежды.

– Представляешь, Тина опять в лес уходит, – тихо вздохнула она.

Элен вопросительно взглянула на Тину.

– У меня нет другого выбора, поверьте, – развела руками та.

Роза снова вздохнула, на этот раз громче. Сейчас ей хотелось встать, закрыть дверь на ключ и никуда не отпускать свою упрямую подругу. Может быть, она бы так и поступила, только прочитанная в печальных глазах Тины тревога заставила её покориться воле судьбы и довериться небесам.

– Как это нет другого выбора? – возмущённо воскликнула Элен, не собираясь ничему и никому покоряться. – Выбор всегда есть! Как подруга, ты поступаешь очень некрасиво – уходишь, даже не посоветовавшись с нами. Мы же договаривались, что будем действовать сообща, как единое целое! Что ты там будешь делать, в этом лесу? Снова к сумасшедшей старухе пойдешь?

Тина отложила в сторону шапку, на её лице мелькнуло удивление. Такой Элен она ещё ни разу не видела!

– Но, девочки, поймите же вы, наконец, – пробормотала она, почувствовав себя виноватой перед своими подругами, – от этого свистка так просто не избавиться. Я просто уверена в том, что дядя Рудольф так же пытался его уничтожить.

– И у него ничего не вышло, – сказала Элен, не отходя от двери. – Неужели ты считаешь себя сильнее своего крёстного?

– Конечно же, не считаю. Но попытаться нужно. Да, у него не вышло, поэтому он спрятал эту вещь в деревянный свисток, звук которого слушается Красавчик. А не вышло потому, что дяде не хватило времени!

Взглянув на висевшие на стене часы, Тина поняла, что нужно торопиться – сегодня после обеда во дворе школы она должна посадить волшебную ель. Взяв в руки шапку, девушка решительно приблизилась к Элен.

– Я скоро вернусь, девочки, – сказала она, – пожелайте мне удачи.

И Элен сдалась.

– Пожалуйста, будь осторожна, – прошептала она, обнимая подругу, – мы будем молиться за тебя…

– Всё будет хорошо, – улыбнулась в ответ Тина и закрыла за собой дверь.

В зале на первом этаже, под пушистыми ветвями апельсинового дерева она неожиданно столкнулась с Джульеттой.

– Привет, Тина…

– Привет. Ты что тут делаешь?

Джульетта выглядела немного странно, такой её Тина ещё не видела никогда. Испуганно посмотрев по сторонам, темнокожая подруга тихо прошептала:

– У меня свидание.

– Свидание? – удивилась Тина. – Но с кем?

Немного помолчав, Джульетта смущённо заулыбалась и виновато опустила глаза.

– С Жаном…

Вот так сюрприз! Неужели она снова находится под действием чар этого парня? Но нет, это было исключено – Мария Гордеевна лишила его этого дара на долгие-долгие годы. Тогда в чём дело?

– Тина, я тебе потом всё объясню, ладно? Умоляю, ничего пока у меня не спрашивай!

– Да мне и некогда, я тороплюсь, – пожала плечами Тина, глядя на горящее от волнения и испуга личико подруги.

Джульетта благодарно вздохнула и снова посмотрела по сторонам. Попрощавшись, Тина направилась к выходу.

В лицо ударил холодный северный ветер. Тина нахмурилась. Натянув шапку на глаза, она решительно зашагала по заметённой снегом тропе, ведущей в школьный сад. Покинуть территорию школы через главные ворота девушка не решилась.

С низко висевшего серого неба сыпались мелкие колючие снежинки, сердитый ветер тут же их подхватывал своими невидимыми руками и снова поднимал в небо. Надвигалась метель.

Легко преодолев все уже знакомые кочки и ухабины на крутом склоне Кривой горы, девушка остановилась напротив плотной стены Нечистого леса и обернулась назад. Замок показался вдруг таким далёким и ненастоящим, что она на минуту засомневалась в его существовании. Всё стало сном, белым зимним сном… Однако подрагивающие в снежной дымке голубые огоньки замка быстро вернули её в реальность. В одном из окон мелькнула чья-то фигура, сердце Тины странно вздрогнуло. Профессор?

Массивные стволы дремлющих деревьев нехотя расступились, и Тина оказалась в чаще лесного царства. Достав из-под тёплой одежды маленький обледеневший свисток, девушка приготовилась звать Красавчика. Но, немного подумав, она не стала этого делать. А вдруг это могло привлечь внимание колдуна? Всё-таки свисток – это часть его. До избушки было несколько километров.

Огромные белоснежные сугробы засасывали ноги, словно прожорливая трясина, замедляли ход и забирали много сил. Пурга засыпала ей глаза. Но Тина не собиралась сдаваться, она упрямо двигалась вперёд, пряча лицо от колючих порывов ветра. Внезапно до ее слуха донеслось чье-то странное фырканье. Девушка в страхе обернулась, приготовившись к самому худшему…

– Красавчик!

Но как? Она ведь не звала его!

– Ты что же, сам пришел, получается? – радости и удивлению Тины не было предела.

Красавчик услужливо встал на колено.

До своей деревянной избы девушка добралась совершенно обессиленная. Внутри было холодно, одиноко и тоскливо. Оглядев родные стены взглядом полным любви и жалости, Тина решила растопить печь и вдохнуть в своё жилище жизнь.

За дровами идти не пришлось, у самой печи лежало несколько сухих толстых поленьев. Огонь вспыхнул мгновенно, осветив холодные бревенчатые стены мягким, радостным светом.

– Так-то лучше, – заулыбалась Тина, её сердце затрепетало от счастья. – Как же я соскучилась по родному дому!

Через некоторое время изба наполнилась теплом и уютом. Развесив мокрые вещи напротив огня, девушка села за свой стол и достала из ящика большой альбом с фотографиями. Пальцы задрожали от волнения, в глазах мелькнули слёзы… Вот на неё строго смотрит молодая, счастливая и очень красивая женщина – её мать. На следующей странице альбома Тина увидела лицо своего отца – крупного бородатого мужчины в чёрной шляпе, средних лет с тёмными печальными глазами. Девушка напрягла память, пытаясь вспомнить хоть что-то из своего детства. Но тщетно – жизнь её родного отца словно находилась за огромной бетонной стеной, неприступной и непробиваемой… Видимо, так было угодно судьбе.

Резкий стук в окно заставил Тину вздрогнуть. Закрыв старинный альбом, она быстро набросила на плечи тёплый полушубок и осторожно открыла дверь. Предчувствие не подвело – у порога её дома уже собрались все её друзья.

– Ну, здравствуйте, мои пушистики, – радостно рассмеялась девушка.

К её ногам со всех сторон тут же посыпались разноцветные пушистые комочки – зайцы, белки, куницы, острожный старый енот и рыжая лиса. А с ветки старой накренившейся набок ели Тину важно поприветствовала пятнистая рысь. Девушка была безумно рада вновь увидеть всех своих лесных любимцев. Прижимая к щекам пушистые уши и лапки пугливых белых зайчат и заливаясь громким, счастливым смехом, она неожиданно позабыла обо всём на свете…

Сердце странно запрыгало, по телу обжигающе холодной волной пробежала сильная дрожь. Испугавшись чего-то неизвестного, Тина с волнением посмотрела по сторонам. Кто-то хищно сверлил её тело острым, пристальным взглядом. Подбежав к старенькой, хлипкой калитке, девушка внимательно всмотрелась в чащу леса, и острое зрение её не подвело – вдалеке мелькнула быстрая фигура зверя.

– Волк… – пробормотала она, прижимая к груди дрожащего зайчонка.

Тина хотела успокоиться, но её душа кричала о затаившейся рядом опасности. Девушка попыталась сосредоточиться. Если это обыкновенный волк, тогда почему ей так нехорошо от его взгляда? Дрожь в руках не унималась, она снова всмотрелась вдаль, чтобы получше рассмотреть странного хищника. Но на этот раз ничего не увидела, колючий снег засыпал глаза.

Внезапная острая боль в области груди заставила Тину закричать. Выронив перепуганного до смерти зайчонка, она упала на колени и прижала руки к больному месту. В глазах резко потемнело. Понадобилось несколько минут для того, чтобы понять в чём дело – это костяной свисток прожигал её насквозь своим смертельно ледяным дыханием. В голову сама собой пришла страшная мысль – Чертополох здесь, рядом. Он пришел, чтобы убить ее.

Заставив себя не думать о невыносимой боли, Тина с трудом подняла голову и посмотрела по сторонам. Вокруг никого не было, все звери куда-то исчезли, в воздухе по-прежнему висела настораживающая тишина.

– Значит, это был не волк, – проговорила она тихо, стиснув зубы от боли. – Это был Чертополох.

Вот и пришёл этот час. Колдун настиг её, чтобы забрать своё. Решив не сдаваться до последнего, Тина попыталась встать. Боль усилилась в несколько раз.

– Не-ет! – прокричала она отчаянным голосом. – Я всё равно его не сниму!

Собрав последние силы, девушка встала на онемевшие от холода ноги и приблизилась к калитке. Там по-прежнему стояла непроглядная снежная стена. Но опасность поджидала её совсем с другой стороны.

Рассекая воздух острым крылом, над её головой пронеслось нечто большое, тяжёлое, похожее на птицу. Это была знакомая чудовищная летучая мышь.

– Чертополох! – вырвалось у Тины из сдавленной невыносимым холодом груди.

Гигантское лохматое чудовище с дикими, пронзающими насквозь глазами цвета крови и устрашающе острыми, крючковатыми когтями повисло в воздухе в нескольких шагах. Его чёрные, бездонные ноздри шевельнулись и жадно втянули воздух.

Боль снова усилилась, и сознание Тины затуманилось. Как бы она не сопротивлялась, как ни противостояла этому дикому, неестественному, изощрённому холоду костяного свистка, сила чернокнижника была во сто крат мощнее.

Едва не потеряв сознание, девушка упала на колени. Ни руки, ни ноги уже не слушались её, всё тело превратилось в один сплошной очаг боли. Мысли в голове закружились сумасшедшим вихрем, и Тина поняла, что вот-вот задохнётся под тяжестью магии Чертополоха.

Чёрное чудовище сверкнуло огненным взглядом и медленно обнажило ряд длинных и острых, как иглы, зубов, готовясь к решающему прыжку. В воздухе мелькнул длинный извивающийся язык, на землю потекла зеленая ядовитая слюна…

Тина закрыла глаза, прощаясь со своей жизнью. Она уже не ощущала ни боли, ни страха, ни ненависти, ни сожаления. Ничего, кроме пустоты… Резкое предупреждающее рычание заставило её собраться с мыслями и открыть глаза. В ту же секунду из непроглядной снежной завесы выпрыгнул огромный чёрный волк. Схватив крылатого монстра за свисающие крючковатые когти, он мягко приземлился рядом с Тиной.

– Дядя Рудольф… – неслышно прошептала девушка и, потеряв сознание, упала лицом в снег.

Очнулась Тина в своей маленькой деревянной избушке на тёплой, приятно пахнущей душистым луговым сеном постели. В прояснившейся памяти тут же всплыли последние события, перед уставшими глазами быстро замелькали размытые и нечёткие воспоминания – сумасшедший снегопад, испуганные глаза дрожащего зайчонка, резкая, сдавливающая тугим обручем боль в груди, пугающий оскал крылатого чудовища, чёрный волк… Неужели это всё произошло с ней?.. Тина замерла и прислушалась к своему телу – никакой боли, тишина и покой.

– Дядя Рудольф? – несмело прозвучал голос девушки. – Дядя, где Вы?

Но в ответ никто не отозвался. Тина закрыла глаза. Внезапно в голову пришла мысль о том, что всё это было лишь долгим кошмарным сном. Надежда на то, что самый близкий и родной человек остался в живых, рухнула в один миг, словно непрочный карточный домик.

Девушка достала свисток. Он снова был тёплым. Слёзы ручьём хлынули с глаз, Тина задыхалась от одиночества и несправедливости. Уж лучше бы всё это произошло с ней наяву! Ради того, чтобы увидеть рядом с собой крестного, она была готова пережить весь этот ужас ещё раз.

– Тина, почему ты плачешь?

От испуга и неожиданности девушка едва не закричала.

– Кто здесь? – дрожащим от волнения голосом спросила она и быстро вскочила с постели.

Огромное тёмное пятно мелькнуло у неё перед глазами и замерло прямо у ног. Это был тот самый чёрный волк, спасший её от зубов Чертополоха. И это был не сон.

– Дядя Рудольф, это Вы? – прошептала девушка, не поверив глазам. – Это Вы…

Волк склонил лохматую голову набок и, слегка улыбнувшись, тихо проговорил в ответ:

– Да, Тина, это я, твой несчастный крёстный отец. Здравствуй, моя девочка…

В жёлтых глазах оборотня вспыхнул огонь, но они были печальны.

– Как видишь, старуха-смерть не смогла сломить моего желания выжить и отступила.

Боясь, что всё это окажется миражом, нереальностью, её больным воображением, Тина бросилась крёстному на шею. Мягкая и немного влажная шерсть волка защекотала нос и уши, по щекам девушки снова побежали слёзы. Только сейчас она поняла и ощутила, как сильно истосковалась её душа по родному человеку.

– Ну-ну, хватит плакать, – ласково погладил тёплой лапой плачущую крестницу по голове волк, – немедленно вытри слёзы.

– Это слёзы счастья, – улыбнулась Тина, мечтая уснуть в объятиях своего дяди на всю жизнь. – Вы живы, какое же это счастье…

Круглые выразительные глаза волка наполнились глубокой грустью, а седые брови неожиданно сурово сдвинулись.

– Прости меня, дочка.

– Но за что? – удивлённо воскликнула девушка. – За что? Вы ни в чём передо мною не виноваты.

Оборотень замотал головой.

– Нет, Тина, виноват. Прости меня за то, что оставил одну и взвалил на тебя такую непосильную ношу, как этот… свисток. За это проклинаю себя ежечасно.

Тина хотела возразить, но дядя Рудольф продолжил:

– Мне многое нужно тебе рассказать, дочка. Рассказать о том, что не успел тогда, истекая в этой избушке кровью. Не думал, что выкарабкаюсь, и лишь мысли о том, что оставляю тебя одну на растерзание этому безумцу, помогли мне выжить, перебороть смерть…

Но Тина ни в чём не винила своего крёстного. Сейчас главным было то, что он жив, сидит рядом с ней, целый и невредимый.

– Дядя Рудольф, почему бы Вам не принять человеческий облик?

– Не могу, – вздохнул в ответ оборотень, – пока это не в моих силах.

Сердце девушки забилось сильнее, почувствовав неясную тревогу.

– Рана, которую нанёс мне проклятый колдун, ещё не зажила. Но не переживай, дочка, меня лечит хороший лекарь, так что очень скоро я смогу встать с четырёх лап на две.

Вспомнив Чертополоха, Тина насторожилась. Что с ним стало? Жив ли он? Рука снова потянулась к свистку – он по-прежнему был тёплым.

– Тина, тварь, которая хотела на тебя напасть, и есть Чертополох, – сказал дядя Рудольф осторожно. – Тот колдун, что едва меня не убил…

– Я знаю, он хочет заполучить этот свисток.

Оборотень был удивлён.

– Знаешь?

– Да, я всё знаю. За то время, что я провела в школе, мне многое стало известно. К сожалению, письмо, которое Вы написали тетушке Софье, не сохранилось… Но я уже сама догадалась, что Харитон и профессор – сообщники этого проклятого колдуна. Тётушка Софья тоже это знает, но она сильно напугана. Ваша смерть выбила её из колеи. Бедняжка не была готова встать на Ваше место, дядя Рудольф. Она не знает, что делать, как бороться с предателями и их господином. Но я не виню её, я всё прекрасно понимаю. К тому же, Мария Гордеевна, Ваша племянница, нисколько не интересуется делами матери, не предлагает свою помощь. А тётушке Софье очень необходима поддержка родной дочери!

Волк молча слушал свою крестницу, изредка кивая головой в ответ. Он даже не предполагал, что Тина окажется в курсе всех событий, в одиночку разгадав все планы чёрного колдуна.

– Ты просто умница, – с гордостью в голосе произнёс он, выслушав Тину. – Я не сомневался в тебе, дочка.

– Но я едва не погибла, верно?

– Успокойся и забудь о Чертополохе, теперь мы нескоро его увидим. Твой старик крёстный хорошенько потрепал негодяя за мерзкие конечности. Но рано или поздно он вернётся, обязательно вернётся…

– Я думала, Вы его убили.

– С удовольствием бы прикончил эту мерзкую тварь, но пока я слишком слаб.

Тина улыбнулась, рядом со своим крёстным она чувствовала себя в полной безопасности. Погладив мягкую лапу волка, она снова прижалась к его широкой груди. Сейчас ей ничто не угрожает.

– Теперь Вы заберёте этот свисток? – облегчённо вздохнув, спросила девушка.

Оборотень замялся.

– Боюсь, что это невозможно, – наконец, ответил он. – Переходя из рук в руки, часть колдуна будет набирать силу и передавать её своему хозяину. А оставаясь у тебя, есть шанс, что вся сила, которая заключена в этом маленьком свистке, однажды перейдёт тебе. Или же вовсе бесследно исчезнет… Он примет тебя, я в этом уверен, надо только подождать. Тина, я бы с радостью освободил тебя от этой ноши, но пока я слишком слаб. И если этот свисток лишит меня последних сил, то потом я больше ничем не смогу помочь ни тебе, ни всем остальным. Скажу тебе по секрету, что, умирая, я передал какую-то часть своих знаний тебе. Не знаю, ощутила ли ты это…

Тина широко открыла глаза от удивления.

– Так вот откуда я знаю все рецепты и заклинания оборотных зелий!

– Я рад, что хоть чем-то смог тебе помочь, – улыбнулся волк одними глазами и вдруг спросил: – Тина, расскажи мне, как обстоят дела в замке?

– В замке сейчас царит не очень приятная атмосфера, в воздухе постоянно витает какая-то скрытая угроза. К тому же пропала наша уборщица Авдотья. Тётушка Софья места себе не находит, всё время винит себя… Боюсь, что однажды Ваша сестра сляжет.

– С Авдотьей всё хорошо, – вдруг сказал дядя Рудольф, поглядывая в окно, – и скоро она вернётся в школу.

Тина была очень удивлена.

– Но где она? – спросила девушка.

– Сейчас она находится у моего знахаря, а точнее – у знахарки. Бедной старушке сполна досталось от этого негодяя, профессора Эдуарда Васильевича. Но она в безопасности.

Внезапно волк замолчал и снова посмотрел в окно. Сердце Тины странно ёкнуло от боли и заныло.

– Вам пора, дядя Рудольф? – тихо спросила она, заранее зная ответ.

Оборотень кивнул головой, его добрые круглые глаза виновато вспыхнули в густом полумраке плохо освещенной комнаты.

– Да, дочка, мне пора уходить, – сказал он в ответ. – Если я не буду регулярно пить это чертовски отвратное на вкус зелье, которое варит мне старуха-знахарка, то останусь в волчьей шкуре навсегда. А я не могу этого допустить.

Стараясь сдержать слёзы, Тина взяла в руки костяной свисток.

– Но что мне с ним делать? – спросила она предательски дрожащим голосом. – Я ведь пришла сюда для того, чтобы избавиться от него. Я хотела выложиться по полной, применить всю свою силу, чтобы уничтожить это…

– Какая же ты глупышка.

Оборотень склонил голову набок и внимательно посмотрел на то, что лежало на ладони Тины. Наверное, в эту минуту он вспоминал тот самый бой, когда Чертополох лишился своего пальца.

– От кости колдуна невозможно избавиться, Тина, – наконец, ответил волк, – иначе я давно бы это сделал. Береги его, дочка, держи всегда при себе до самого моего возвращения…Но будь осторожна, когда почувствуешь в нём обжигающе смертельный холод! Это первый признак того, что мерзавец рядом. Дочка, эта твоя прядь волос, как у матери… Ты уже знаешь, что она наделена волшебной мощью?

– Нет… Откуда Вам это известно?

– Мама твоя однажды так сказала. Быть может, это была шутка… Ладно, мне пора… И, пожалуйста, не говори никому о нашей встрече.

Последние слова заставили Тину сильно удивиться.

– Но почему? Ведь теперь Чертополох знает о том, что Вы живы.

– Нет, не знает, – неожиданно проговорил волк, покидая комнату, – моё нападение было неожиданным настолько, что колдун не успел меня рассмотреть. Надеюсь, он решил, что это сделала ты с помощью свистка. В таком случае впредь Чертополох будет тебя опасаться… Тина, возвращайся в замок со спокойной душой. И не бойся пользоваться помощью Красавчика, этот жеребец поможет тебе оградиться от злых чар Чертополоха…

Сказав это, оборотень решительно покинул дом своей крестницы и быстро растворился в непроглядной снежной бели. Посмотрев в окно, девушка вдруг с радостью обнаружила, что тоска, висевшая тяжёлой ношей на её сердце, вдруг куда-то исчезла. Прижав к груди маленький костяной свисток, она на удивление не испытала к этой вещице ни ненависти, ни злости, ни отвращения, ни обиды.

– Мы с тобой ещё обязательно подружимся, – произнесла Тина вслух, обращаясь к свистку. – А пока буду тебя беречь, как зеницу ока, как самый дорогой подарок.

Потушив в печи остатки раскалённых углей, девушка была готова отправиться в обратный путь.

Тина не любила бездумно слоняться по холодным коридорам замка, предпочитая ютиться в своей тёплой комнате вместе с подругами. Иногда они растапливали небольшой старинный камин и затем молча наслаждались тихим зимним вечером, ласковым потрескиванием горящих поленьев и завораживающими танцами озорных искр, читая вслух книги и газеты или просто дремля на взбитых подушках.

Но сегодня девушке почему-то не спалось и не сиделось на месте. Было пять утра. Проникнутая внезапным желанием побродить в одиночестве по нескончаемым коридорам замка, по тем потайным закоулкам лабиринта, куда обычным обитателям замка соваться строго воспрещалось, Тина накинула на голову капюшон и неслышно покинула комнату. Убедившись в том, что её никто не видит, она поднялась на учительский этаж и быстренько прошмыгнула в сквозящую отсыревшим ветром щель массивной двери. Почти сразу же Тину поглотила тяжёлая, мрачная темень. Прищурив оба глаза, она напрягла своё острое кошачье зрение и осмотрелась. Вокруг – пустота. Для любого другого человека эти затхлые стены сразу же показались бы неуютными и пугающими до дрожи в коленках, но Тина почувствовала себя здесь вполне нормально. Девушка не боялась одиночества, с малых лет привыкнув подолгу находиться одна в дремучем, непролазном лесу, один на один с глубокой ночью, засыпая под протяжный вой старого бродяги-волка и осторожного уханья седого филина. Нисколько не раздумывая, она двинулась вперёд.

Погрязший в вязкой тьме коридор казался нескончаемым лабиринтом из ночных кошмаров. Его шершавые, сильно отсыревшие стены всё тянулись и тянулись вперёд, увлекая Тину за собой. Время от времени на отдельных кирпичиках, из которых были сооружены эти грубые стены, встречались странные надписи на непонятном ей языке.

Но вот показалась какая-то дверь. К сожалению, а быть может, и к счастью, она была заперта. Если бы Тина не была так занята своими тяжкими, как горные булыжники, раздумьями, то она обязательно бы проявила желание проникнуть за эту глухую дверь. Тихо вздохнув, девушка неторопливо зашагала дальше. В этот момент она, конечно же, думала о своём крёстном. Дядя Рудольф жив. Жив! Он жив, несмотря ни на что. Сердце подскочило, заставляя остывшую от пробирающих до самых костей сквозняков кровь быстрее бежать по жилам, рука сама собой потянулась к свистку. В себе Тина была уверена – что бы не произошло, она будет сражаться до конца, до тех пор, пока силы не покинут её. Она не боялась бездушного Чертополоха, презирала тошнотворного Харитона и почему-то жалела предателя-профессора. Да, с некоторых пор ей было искренне жаль Эдуарда Васильевича, но почему – Тина не могла объяснить даже себе. Быть может, в этом с виду хладнокровном и жёстком старике она сумела разглядеть запутавшегося в собственных дебрях человека. Однако, она прекрасно понимала, это его нисколько не оправдывало!

Устав бродить по безлюдным лабиринтам и дышать спёртым от многовековой сырости воздухом, девушка решила повернуть обратно. Но совершенно неожиданно влажные стены тупо упёрлись в перекошенную дверь – лабиринт закончился.

Подумав, что по ту сторону двери покоится какой-нибудь заброшенный склад давно забытых и ненужных вещей, девушка безразлично толкнула её рукой. Дверь с лёгкостью отворилась. В глаза брызнул прыгающий свет разбушевавшегося каминного огня. В помещении царили удивительный порядок и почти идеальная чистота, повсюду теснились разнокалиберные горшки с благоухающими диковинными растениями невиданных размеров, гладкий мраморный пол был аккуратно выстлан ярко-оранжевой шкурой какого-то страшного заморского хищника. Единственное, что было странным и немного огорчающим – это отсутствие окна. Однако ласковый дневной свет лился отовсюду, он буквально сочился со всех щелей, щедро насыщая своим теплом сочные зелёные листья цветущих растений.

Переполненная удивлением и любопытством, Тина невольно переступила высокий порог и тут же получила в лоб прямой вопрос:

– Ты кто?

Девушка остановилась и внимательно всмотрелась в густую буйно разросшуюся зелень.

– Меня зовут Тина, – спокойно ответила она, тщетно пытаясь отыскать глазами хозяина чудо-комнаты.

Внезапно куст, который находился к Тине ближе остальных, зашевелился и оттуда незамедлительно показалась чья-то до безобразия шишковатая голова зеленоватого оттенка… Неужели приятный, мелодичный голос, который несколько мгновений назад задавал ей вопрос, принадлежит вот этому жабоподобному существу? Однако ужасаться не было времени.

– Здравствуйте, – неуверенно пробормотала девушка, внимательно разглядывая зелёного уродца, – я… заблудилась, извините.

Странно ухмыляющийся лягушонок деловито хмыкнул в ответ и окончательно выбрался из своих непролазных зарослей, показав незваной гостье остальную часть тела. Зелёный монстрик был размером с крупную кошку, внешне он сильно напоминал лягушку, особенно его приплюснутая кривая рожица…

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Тина, подумав, что лучше не связываться с этим странным лягушонком, который мог оказаться союзником Чертополоха, – до свидания.

От такой мысли стало не по себе. Сделав шаг назад, девушка ещё раз попрощалась. Но тут произошло нечто невероятное и совершенно неожиданное – заросли снова зашевелились и перед Тиной предстал совершенно обычный паренёк в больших круглых очках и толстою книгой под мышкой. Так вот кому на самом деле принадлежал голос!

– Извини, если мой Друг тебя напугал, – улыбнулся мальчик, однако взгляд его карих очей был печальным, – он не нарочно.

Зелёный уродец издал какой-то клокочуще-блеющий звук и, словно обыкновенный домашний котёнок, стал с нежностью тереться о ноги своего хозяина.

– Меня зовут Виктор, – представился мальчик, безотрывно глядя на Тину.

– Очень приятно, – искренне улыбнулась в ответ девушка, совершенно неожиданно испытав к этому худенькому светлоголовому мальчишке горячий прилив нежности и симпатии, – а я – Тина, ученица этой школы. Признаюсь честно, что раньше никогда тебя не встречала. В каком классе ты учишься? Судя по виду, ты младше меня на три-четыре года. Что ж, давай знакомиться!

Она с радостью протянула правую руку, сделав шаг вперёд. Но мальчик, совсем неожиданно, нахмурился и резко отступил к неистово трещащему обгорелыми поленьями огню.

– Не приближайся! – предупреждающе прозвучал его голос.

Толстая книга упала на пол, придавив мурлыкающему лягушонку лапу, и Тина прочла знакомое название с детства любимой книги «Остров сокровищ».

– Не приближайся ко мне, если тебе дорога жизнь, – снова сказал мальчик, уже мягче.

По коридору неожиданно зазвучали чьи-то торопливые шаги, а через секунду в прогретое огнём помещение ворвалась тётушка Софья.

– Тина? Что ты тут делаешь?

В руках волшебница держала большую стопку каких-то книг.

– Я заблудилась, – соврала Тина, отступая к двери – недовольный вид волшебницы привёл её в замешательство, – но уже ухожу.

Одарив ученицу рассерженным взглядом, тётушка Софья положила книги на пол.

– Я сама виновата – снова забыла закрыть все двери на ключ, – посетовала она, однако вид её добрее и мягче не стал. – Вот голова! Тина, жди меня у кабинета, я сейчас подойду.

Внезапно Тине вспомнился недавний разговор с тётушкой Софьей, когда та сказала, что должна отнести книги одному больному мальчику. Вне всякого сомнения, этим мальчиком являлся Виктор. Но разве можно держать взаперти заболевшего ребёнка, среди этих сырых стен и затхлых углов? Как бы то ни было, девушка не решилась пойти на спор и, прежде чем покинуть случайно найденную комнату, взглянула на притихшего пучеглазого уродца. И неожиданно для себя улыбнулась.

Через полчаса недовольная волшебница появилась у двери своего рабочего кабинета.

– Никому ни слова о том, где ты сейчас была и кого видела, – сразу заявила она, не глядя девушке в глаза. – И никаких вопросов. Договорились?

– Как скажете, – Тина пожала плечами, – буду молчать.

– Тина, мы с тобой обязательно об этом поговорим, но только не сейчас. Просто пообещай мне, что больше не будешь гулять там, где не положено.

– Обещаю, – вздохнула та в ответ, ещё не зная, что очень скоро легко нарушит своё обещание.

Лицо взволнованной женщины посветлело.

– Вот и хорошо, девочка моя. Ты не переживай за него, мальчик живёт там ни в чём не нуждаясь.

Сказав это, тётушка Софья ушла. Может быть, в книгах и пище Виктор и не нуждался, но как же насчёт общения со сверстниками? А прогулки на свежем воздухе? Комнатные растения, безусловно, придавали помещению домашний уют, но без окна оно всё равно выглядело темницей.

– Где ты была? – с такими словами встретили Тину возбуждённые подруги, когда она вернулась в комнату.

– Что случилось? – пробормотала девушка и вспомнила, что завтра будет бал.

Взволнованные предстоящим событием, Роза и Элен схватили её за руки и бесцеремонно потащили к двери.

– Что вы делаете?

– Неужели ты забыла, что сегодня приезжает Модница?!

Тину совершенно не интересовала ни Модница, ни её бусы и заколочки, но ради уважения к своим подругам, она послушно последовала за ними на первый этаж. А там уже собрались первые покупательницы.

– Ну, вот, опоздали, – с досадой в голосе, проговорила Роза, увидев на руках знакомой старшеклассницы новые часики. – Всё самое лучшее достанется другим.

– Не всё, что-нибудь и нам перепадёт, – спокойно сказала на это Элен.

Однако такой ответ Розу совсем не устраивал. Метнув в подругу разгневанный взгляд, она нагло протиснулась меж заворожённых девчонок к торговавшей красотой Моднице. Не обращая внимания на осуждающее со всех сторон шипение, девушка широко улыбнулась пышногрудой торговке:

– Здравствуйте, Марья Андреевна, Вы привезли то, что я просила в прошлый раз?

Марья Андреевна обнажила ряд крупных, как у породистой лошади, зубов и, запустив руку в свою большую корзину, ответила:

– Конечно, милочка, конечно! Неужели ты думаешь, что я могла забыть?

Воспользовавшись моментом, Тина тихо оставила своих загипнотизированных блестящими украшениями подружек и направилась в комнату.

Мысль о новом знакомом не покидала её ни на минуту, даже костяной свисток и Чертополох отошли на второй план. Вспомнилась тётушка Софья, проболтавшаяся о том, что Виктор был нездоров. Сердце сжалось от жалости к бедняге.

Когда развесёлые девушки вернулись в комнату, обвешанные с ног до головы звонко поющими побрякушками, то с удивлением обнаружили, что Тины там не было.

До Новогоднего бала, который устраивала школа Чародеев каждый год, оставалось всего несколько часов. Для Тины это был первый бал. Она даже и представить себе не могла, что подготовка к праздничному мероприятию занимает у всех столько сил и времени.

С самого утра Тине пришлось успокаивать капризную Розу, которая никак не могла совладать со своей пышной и непокорной шевелюрой.

– Ненавижу свои волосы! – стучала кулаком по зеркалу вспыльчивая подруга, в дикой ярости разбрасывая по комнате сломанные расчёски. – С самого рождения они доставляют мне одни неприятности!

Тина улыбалась и говорила:

– Давай помогу. Роза, у настоящих ведьм должны быть именно такие волосы.

– Кто тебе сказал такую чушь?! Такие волосы должны быть у настоящего барана, а не у ведьмы!

– Ну, давай помогу.

Но помощь уже требовалась не Розе, а Элен.

– Какая же я толстая! – плакала бедная девушка, стоя напротив зеркала. – В этом платье я похожа на матрёшку… Все трещит по швам…

Тина быстро переметнулась к плачущей подруге.

– Не говори ерунды, Элен. Ты настоящая красавица! Посмотри, Роза, как прекрасно сочетается голубой цвет этого платья с её цветом глаз.

Но Розе было не до этого, сейчас она была озабочена только своей внешностью.

– У всех всё сочетается, – проворчала девушка недовольным голосом, – только у меня одной ничего не сочетается. Мои волосы торчат во все стороны, как иглы у взбесившегося ежа. А эти ужасные туфли совсем не подходят под моё красное платье!

Последней каплей для Розы стала следующая неприятность.

– Ненавижу своё лицо! – вдруг дико вскричала девушка и упала на кровать лицом вниз.

– Что случилось? – испугалась Тина.

Оставив расстроенную Элен, она со всех ног бросилась к рыдающей подруге.

– Роза, что случилось на этот раз? Ты сломала последнюю расчёску?

– У меня на носу вскочил прыщ! – захлёбываясь от горя, прокричала та. – Огромный, ужасный, безобразный!

Только этого не хватало! Присев рядом с Розой, Тина покачала головой.

– Покажи.

– Нет, он слишком страшный!

Тина взяла плачущую девушку за руки и заставила её встать на ноги. Смахнув с горячих щёк слёзы, Роза шумно шмыгнула носом и сказала:

– Вот. Теперь я точно не пойду на этот чёртов бал. Уж лучше бы его отменили! И, как назло, я не знаю ни одного заклинания против прыщей!

Внимательно присмотревшись к покрасневшему кончику носа подруги, Тина с трудом обнаружила там маленькое пятнышко.

– Но ведь он совсем крошечный, – удивлённо развела она руками, – никто твоего прыщичка даже не заметит.

Однако Розе от этого легче не стало. Оттолкнув от зеркала насупившуюся Элен, она снова всмотрелась в своё отражение.

– И это безобразие ты называешь крошечным прыщичком?! – возмущённо воскликнула девушка и снова плюхнулась на кровать.

Тихо вздохнув, Тина терпеливо присела рядом. Если она сейчас выйдет из себя и плюнет на все эти капризы, то на новогодний бал точно никто не попадёт. Девушка взглянула на Элен, которая стояла напротив стола и, надув губы, измеряла свою талию эластичной линейкой. На её помощь рассчитывать не придётся.

– Роза, посмотри на меня! – обратилась Тина к вздрагивающей от плача подруге командным голосом. – Тебе надо успокоиться.

– Не хочу, – донеслось в ответ. – Отстаньте от меня, я никуда не пойду!

Тина наклонилась над лицом подруги, чтобы еще раз взглянуть на злосчастный прыщ.

– Ай! – вскрикнула вдруг та. – Жжет!

– Что жжет?

– Твои волосы упали на мое лицо! И сразу зажгло огнем…

Тина испуганно вскочила.

– Роза, хватит врать, – вмешалась Элен. – И прыща никакого у тебя нет, ты все придумала.

– Как нет? Ты что, ослепла?

Роза вскочила с кровати и подошла к зеркалу. Она долго всматривалась в свое отражение, но никакого прыща так найти и не смогла.

– Врушка, – усмехнулась Элен.

– Но он был! – девушка не верила своим глазам. – Тина, ты же видела?

– Да, действительно, был, но он… исчез, – Тина пожала плечами. – Куда он исчез?

Роза еще раз посмотрела на свое лицо.

– Ты наклонилась, твои волосы упали на мое лицо. Меня будто обожгло! После этого прыща не стало… Тина, эта твоя золотая прядь, она непростая! Она обладает целительной силой!

Тина пожала плечами и вдруг вспомнила, что дядя Рудольф тоже сказал ей что-то подобное.

– Не знаю, может, он сам исчез?..

Слёзы горя испарились сами собой, на губах появилась счастливая улыбка. Роза быстро превращалась в саму себя.

– Супер, – пробормотала она, не в силах оторвать восхищённого взгляда от своего отражения. – Тина, ты просто сокровище.

– Дядя Рудольф тоже говорит, что мои волосы обладают некой силой…

Тина пересела на свою кровать, неожиданно почувствовав, что совершенно обессилена.

– Дядя Рудольф? – переспросила Роза, подкрашивая губы. – Но он же умер…

Тине очень хотелось рассказать подругам о недавней встрече со своим крёстным отцом. Она даже на минуту заколебалась, но всё-таки сумела себя вовремя остановить. Вспомнив, что дядя Рудольф попросил хранить своё чудесное спасение в секрете, девушка ответила:

– В смысле, он давно это говорил… Да и мне самой все время казалось, что эта прядь будто живая.

– Ну, раз говорил, значит, так оно и есть, – улыбнулась Элен. – Нужно доверять своему внутреннему голосу, так всегда говорила моя покойная мама…Позже мы изучим и испытаем эту твою прядь. У меня часто выскакивают на носу всякие прыщи.

– Хорошо, – улыбнулась Тина, – мне и самой интересно. Кстати, существует примета – если на носу вскочил прыщик, это означает, что в тебя кто-то влюбился.

Роза весело рассмеялась, она прекрасно знала, что в неё влюблена добрая половина малолеток.

– Меня интересуют мальчики постарше, – сказала она, наконец-то оторвав горящий взгляд от своего отражения. – Но они не обращают на меня внимания.

– Сегодня все старшеклассники будут смотреть только на тебя, – снова улыбнулась Тина и обратилась к Элен: – Ну, как ты? Успокоилась?

Но Элен по-прежнему выглядела недовольной. Результаты измерения талии девушку не удовлетворили, и она снова была на грани плача.

– Я похожа на толстую корову! – снова захныкала она, придирчиво оглядывая свои выпуклости со всех сторон. – Мне нельзя носить платья. А как я пойду на новогодний бал без праздничного платья? Ах, девочки, лучше я останусь в комнате…

Тихо вздохнув, Тина собрала последние силы и терпение и подошла к подруге. Нужно было начинать всё сначала.

– По-моему, всё замечательно, – уверенным голосом сказала она. – Платье очень красивое, ты в нём смотришься сногсшибательно… Попробуй распустить волосы, думаю, что так будет лучше.

Элен немедленно последовала совету подруги и неожиданно осталась довольна результатом. На белом личике девушки засияла радостная улыбка.

– Действительно, так гораздо лучше! – звонко рассмеялась она и захлопала в ладоши. – Не такая я уж и толстая, как казалось мне минуту назад.

Набросив на открытую шею блестящее украшение для ёлки, Элен весело закружилась по комнате.

Облегчённо вздохнув, Тина взглянула на настенные часы и с ужасом обнаружила, что до начала новогоднего бала оставалось меньше часа. Но волновалась девушка не за себя (на бал Тина идти не собиралась), она волновалась за своих подруг. Праздник вот-вот начнётся, а Роза и Элен всё ещё топтались у зеркала.

– Тина, а ты почему не переодеваешься? – вдруг спросила Роза удивлённым голосом. – Где твоё платье?

– Да, Тина, мы уже почти готовы, – прекратила начёсывать свои пушистые волосы Элен. – Быстренько переодевайся.

Тина пожала плечами и села на стул.

– У меня нет платья.

Подруги разом ахнули. Из-за всей предновогодней суеты им даже в голову не пришло проверить наряд Тины и предложить свою помощь. Залившись от стыда густой краской, они быстро подскочили к подруге.

– Как это нет платья? – пробормотала Элен. – Почему ты всё время молчала? В чём же ты пойдёшь на бал?

– Я не собираюсь идти на бал. Я.. я не привыкла к таким шумным мероприятиям, все праздники я встречала в тишине и спокойствии…

– То есть в одиночестве! – ахнула Роза. – Нет, Тина, так дело не пойдёт. Сейчас мы что-нибудь придумаем, тебе обязательно нужно платье. Сейчас…

Схватив Элен за руку, Роза со всех ног бросилась к шкафу. Перебирая все свои лучшие наряды, девушки попытались подобрать для Тины подходящее по размеру платье. Но ни одно платье ей не подошло.

– Моя одежда слишком велика, – огорчённо вздохнула Элен, перебирая в руках все свои наряды. – Как жаль, все эти вещи почти новые, я никогда их не надевала из-за своих комплексов… Ах, Тина, что же делать?

У Розы так же не оказалось ничего подходящего.

– Моя одежда слишком мала, – сказала она, – к тому же Тина ниже меня на голову. Может быть, ты наденешь вот это?

Увидев коротенькое чёрное платьице, Элен возмущенно воскликнула:

– Роза, убери этот срам обратно в шкаф! Носи его сама, эту тряпочку нельзя назвать платьем.

Пожав плечами, Роза положила своё платье на место.

– Девочки, прекратите суетиться, – Тина снова взглянула на часы, – вы можете опоздать на начало. Я никуда не пойду.

Задвинув ящики, Роза огорчённо вздохнула и сказала:

– Ничего подходящего. Может быть, у девчонок из 12-ой комнаты что-нибудь найдётся?

– Они все давно уже внизу, – махнула рукой Элен и посмотрела на Тину печальным взглядом. – Тина, раз ты не идёшь на бал, то и я никуда не пойду.

То же самое заявила и Роза. Ответить Тина не успела – в дверь неожиданно кто-то постучал. Через секунду на пороге появилась улыбающаяся во весь рот Мария Гордеевна.

– Девочки, к вам можно?

Подруги удивлённо переглянулись, они никак не ожидали увидеть строгую учительницу чар в своей комнате.

– Проходите, конечно, – пробормотала Элен, запихивая свою одежду обратно в шкаф.

Мария Гордеевна медленно вплыла в комнату, ослепив девушек своей красотой. Длинное до пола платье нежно-розового цвета сразу же приковало к себе их восхищённые взгляды. В руках молодая женщина держала небольшой свёрток.

– Тина, я к тебе, – мягко обратилась она к Тине, не переставая лучезарно улыбаться, – возьми, пожалуйста, вот это.

Протянув девушке бумажный пакет, учительница посмотрела сначала на Розу, потом на Элен.

– Какие же вы красавицы, девочки! Я просто уверена, что одна из вас троих сегодня станет королевой бала и получит в подарок золотую корону.

Девушки снова удивлённо переглянулись. Такую новость они слышали впервые.

– Королева бала? – переспросила Роза.

Учительница звонко рассмеялась. Схватив в руки подол своего лёгкого платья, она вдруг непринуждённо, словно школьница, закружилась по комнате.

– Сегодня впервые за всю историю новогодних торжеств почётный гость нашего вечера выберет королеву бала и наденет на её голову настоящую корону.

Новость пришлась девушкам по душе, но вспомнив, что у Тины нет платья, они снова повесили нос.

Посмотрев на себя в зеркало придирчивым взглядом, Мария Гордеевна гордо вздёрнула маленький носик. Сегодня она была без очков. Тина подумала, что без них дочь тётушки Софьи выглядит совсем как их ровесница.

– Королеву будут выбирать среди учениц, поэтому я в конкурсе участвовать не буду, – снова заговорила учительница. – Неужели моя мать ничего вам не рассказала?

– Нет, – пожала плечами Элен и присела на край своей кровати.

– Ой! – вдруг вскрикнула та, взглянув на часы, и сломя голову бросилась к двери. – Совсем с вами тут заболталась! Мне пора, советую и вам поторопиться. Сегодняшний вечер будет полон приятных сюрпризов!

Тина повертела в руках свёрток. Прежде чем закрыть за собой дверь, Мария Гордеевна повернула голову и обратилась к ней загадочным голосом:

– Тина, это мой подарок тебе.

Дверь с шумом захлопнулась, по коридору застучали острые каблучки. Роза перевела удивлённый взгляд на подруг.

– Что это с ней? – повертела она пальцем у виска. – С кровати, наверное, грохнулась.

Элен недовольно покачала головой и подбежала к Тине.

– Что там? Разворачивай скорее бумагу, мне не терпится посмотреть на подарок.

– Будь осторожнее, – проворчала Роза, – эта сумасшедшая могла завернуть туда какую-нибудь пакость.

Тина несмело потянула за кончик алой атласной ленточки, хрустящая бумага зашуршала и развернулась. В глазах Элен застыло восхищение.

– Ну что там? – подкрашивая губы в пятый раз, спросила Роза.

Восторженный визг Элен заставил её выронить из рук маленький тюбик с помадой и повернуться к подругам. Тина сидела на стуле и с волнением доставала из пакета…

– Это же платье! – воскликнула счастливая Элен, заливаясь ярким румянцем, и осторожно потрогала дрожащими от волнения пальцами нежную золотистую ткань. – Какая красотища! Тина, ты только посмотри на это чудо, ты только посмотри…

Ни слова ни говоря, Тина взяла в руки невероятной красоты лёгкое, как весеннее облачко, платье и уже не смогла отвести от него глаз. Большие молочно-розовые бутоны, обрамлённые нежно-зелёными листьями на прохладной ткани, выглядели так правдоподобно, что девушка на минуту поверила в их естественность. Это было её первое праздничное платье, самое первое в жизни.

Когда платье было надето, Роза тихо прошептала:

– Девочки, кажется, я знаю, кто сегодня будет королевой бала.

Засмущавшись, Тина зарделась и опустила голову вниз. Ей было немного непривычно и неудобно находиться в таком очень женственном обличье, ведь прежде, кроме старых потёртых джинсов и толстых, мешковатых свитеров, она никогда не носила ничего подобного. Подруги не могли оторвать от неё восхищённых взглядов.

– Тина, да ты красавица… – проговорила Элен и вдруг заметила, что на ногах девушки были надеты старые тапочки. – А где же туфли? Тина, у тебя же нет подходящей обуви!

Роза покачала головой и полезла под кровать. Через секунду оттуда показалось её довольное лицо, а в руках девушка держала пару белоснежных туфелек на изящном тоненьком каблучке.

– Должны подойти, – сказала она, вылезая из-под кровати, – они мне немного маловаты, но тебе, думаю, будут как раз.

Пока Тина переобувалась, Элен решила заняться её причёской и макияжем. От недавних капризов у девушки не осталось и следа.

– У меня замечательное настроение! – радостно щебетала она, кружась вокруг Тины с уцелевшей расчёской в руках. – Праздник вот-вот начнётся!

Тина молча смотрела на себя в зеркало и никак не могла поверить, что девушка, стоявшая напротив – это она сама. От одной мысли о том, что через несколько минут ей предстоит пойти вместе со своими подругами на первый в её жизни бал, начинали трястись коленки.

Элен, наконец-то, закончила колдовать над лицом Тины и, отложив в сторону кисточки и расчёску, торжественно произнесла:

– Готово!

Роза окинула работу подруги придирчивым взглядом.

– Неплохо, – сказала она, – но не хватает завершающего штриха.

Взяв со своей тумбочки розовый блеск в круглой баночке, она осторожно провела по губам Тины тонкой кисточкой.

– Вот теперь готово, – улыбнулась девушка и посмотрела на часы. – Пора.

Тина неуверенно сделала шаг вперёд.

– Мне кажется, что в этих туфлях я похожа на неуклюжую корову… Может быть, будет лучше, если я пойду в кроссовках?

– Не-е-ет! Ты что! – тут же воскликнула Роза в ответ. – Нет лучшего способа освоения новых туфель, чем небольшая пробежка по крутой винтовой лестнице!

Схватившись за руки, счастливые и взволнованные предстоящим праздником подруги быстро покинули комнату. Спускаясь по усыпанными разноцветной мишурой и новогодними гирляндами ступеньками, они услышали, что внизу зазвучала торжественная музыка.

– Начинается! – взвизгнула Роза и ускорила шаг.

Не жалея ног, Элен и Тина бросились за ней по опустевшей лестнице туда, где уже собралась вся школа. Перепрыгивая через хохочущие диким смехом бумажные снежинки, Тина подумала, что передвигаться на каблуках вовсе не так уж и неудобно, как ей казалось раньше. Дикий визг одной из снежинок, на которую она случайно наступила своим острым каблучком, заставил девушку бежать ещё быстрее. Когда лестница закончилась, Тина уже чувствовала себя вполне уверенно. Новые туфли Розы больше не казались ей врагами.

Школьная столовая, в которой проходили все праздничные мероприятия, преобразилась до неузнаваемости. Сдвинутые к высоким стенам столы и стулья освободили пространство для танцплощадки, у подножья небольшого подиума, где сейчас восседал весь учительский коллектив, в ожидании собралась шумная толпа.

Музыка затихла, и в зале зазвучали горячие поздравления директора школы.

– Тётушка Софья волнуется, – заметила Роза, упрямо пробираясь вместе с подругами ближе к сцене, – у неё голос дрожит немного. Из министерства, кажется, никто не приехал…

Растолкав локтями приодетых в строгие костюмы мальчишек своего класса, девушки наконец-то остановились и устремили свои горящие взгляды на тётушку Софью.

– А сейчас, друзья, я бы хотела представить вам наших дорогих гостей из знаменитой академии Волшебства. Они уже не раз бывали в нашей школе, и вы должны их хорошо помнить.

Школа рассыпалась в звонких аплодисментах, к тётушке Софье подошла немолодая супружеская пара преподавателей.

– Кто это? – наклонившись к уху Элен, спросила Тина.

– Теперь ясно, почему наша Марфуша сегодня цветёт и пахнет за километр, – фыркнула Роза, встав на цыпочки, чтобы отыскать глазами счастливую учительницу чар.

Элен с укором посмотрела на неё и ответила Тине:

– Это родители жениха Марии Гордеевны. Они должны были приехать только на Рождество, но их планы, судя по всему, изменились. Посмотрите, как счастлива наша учительница! А стоящий рядом с ней молодой человек и есть тот самый принц, в которого она влюблена.

В этот момент к девушкам подошёл Лёва. На нём был надет длинный чёрный фрак, на голове красовалась блестящая широкополая шляпа, а его любопытные зелёные глаза были спрятаны под золотистой маской. Увидев своих одноклассниц, Лёва на секунду растерялся и открыл рот – то ли от удивления, то ли от восхищения.

– Ну, девчонки, вас не узнать, – пробормотал он и вдруг расцвёл: – Роза, это платье очень тебе идёт. Хорошо, что ты его… надела.

Но Роза пропустила слова Лёвы мимо ушей и продолжала смотреть на сцену, внимательно разглядывая жениха своей учительницы. На неловкие и смешные ухаживания своего ровесника она не обращала внимания, не замечая, что тем самым очень сильно его огорчает.

– Лёва, а ты Джульетту не видел? – спросила Тина, оглядываясь по сторонам.

– Видел, – вздохнул парень, поправляя на груди чёрную атласную бабочку, – она с Жаном за столиком сидит.

Услышав такую новость, подруги удивлённо переглянулись. Но больше всех была потрясена Элен.

– С Жаном? – перекрикивая шум вокруг себя, воскликнула Роза. – А ты ничего не перепутал? Может быть, это был не Жан, а кто-то другой?

Лёва пожал плечами.

– Да нет, вроде бы это был Жан…

– Да, нет или вроде? – накинулась на него Роза. – Не говори того, в чём не уверен, понял? И вообще, не называй имя этого негодяя в нашем присутствии.

Элен вдруг опустила глаза вниз и залилась густой краской.

– Но ведь Джульетта божилась, что и близко к нему не подойдёт, – пробормотала она, – клялась, что ей противно слышать его имя и… всем говорила, что у Жана слишком длинный нос… и что он ниже ее ростом…

Роза махнула рукой и сказала:

– Да не переживай ты так, Джульетта сама разберётся в своих чувствах. Может быть, у них там любовь?

Последнюю фразу Роза произнесла шутки ради, чтобы просто разрядить обстановку, но Элен эта шутка смешной не показалась.

– Любовь? – ахнула она сквозь слёзы, хватаясь руками за горячие щёки. – У них любовь, а я… а я… Проклятые апельсины!

Схватив в руки пышный подол своего платья, Элен бросилась прочь. Тина хотела её остановить, но Роза почему-то не позволила.

– Пусть поплачет, дурочка. Нашла из-за кого слёзы лить! Просто задето ее самолюбие и все.

Проводив удивлённым взглядом плачущую одноклассницу, Лёва развёл руками.

– Ну вы, девчонки, даёте… И что вы только находите в этом Жане?

– Я и сама этому удивляюсь, – хмыкнула Роза и, гордо вздёрнув нос, снова устремила свой взгляд на сцену.

Тине всё стало ясно. Элен нравился Жан, так же, как и Джульетте. И теперь им осталось как-то его поделить.

– Только при чём тут апельсины? – почесал рыжий затылок Лёва, снова устремив взор на предмет своего обожания – Розу.

Роза метнула в одноклассника взгляд полный злости и гнева. Лёва начинал её раздражать.

– Не суй свой длинный нос не в своё дело, – медленно произнесла она, потеряв терпение. – Вечно ходишь по пятам, что-то вынюхиваешь. Ступай лучше к своим деревянным дружкам!

– Я все равно узнаю.

Обидевшись за грубые слова, Лёва вернулся к своим хихикающим друзьям. Тина мысленно одобрила поступок одноклассника, всё-таки уйти и обидеться намного лучше, чем продолжать унижаться под обидные оскорбления любимой девушки. Нужно обязательно с ним об этом поговорить! Но не сейчас.

А тем временем тетушка Софья продолжала что-то с волнением вещать, горячо поздравлять своих коллег, никак не решаясь назвать имя лучшего учителя года.

Тина схватила Розу за руку.

– Роза, она ела апельсины и загадывала желания, связанные с Жаном!

Ответить девушка не успела – потух свет, грянула музыка, и, освободив место для танцев, толпа разбилась на пары. Отыскав свободный столик, подруги решили подождать Элен за стаканом холодного лимонада. В зале стало слишком душно, людей всё прибавлялось.

Не успели девушки присесть, как вдруг, словно из-под земли, перед ними выросла худосочная Злата Захаровна с неизменной башней на голове.

– Сделайте, пожалуйста, заказ.

– Здравствуйте, Злата Захаровна, – поздоровалась Тина и, вспомнив последний урок труда, не смогла сдержать улыбку. – Какая Вы сегодня красивая!

– Сделайте, пожалуйста, заказ, – вежливо повторила учительница, глядя пустым взглядом куда-то сквозь стену.

Тина пожала плечами и удивлённо посмотрела на подругу.

– Что будем пить? – спросила она.

– Я бы не отказалась от колы, – быстро ответила Роза.

На лице Златы Захаровны не дрогнул ни один мускул.

– В меню имеются только полезные для здоровья блюда и напитки, – тем же холодным голосом произнесла она. – Молоко, кефир, минеральная вода, зелёный чай с лимоном, сок без сахара, морс и молочно-фруктовый коктейль. Сделайте, пожалуйста, ваш заказ.

– Ой! – глаза Розы неожиданно округлились. – Тина, обернись скорее. У меня что, галлюцинации?

Испугавшись за подругу, Тина повернула голову. За соседним столиком мирно сидела знакомая ей парочка – Джульетта и Жан. А рядом с ними возвышалась… ещё одна Злата Захаровна.

– Злата Захаровна, Вы что, раздвоились? – не веря своим глазам, спросила Тина у первой учительницы.

Но лицо женщины оставалось всё таким же ледяным и далёким.

– Сделайте заказ, – терпеливо повторила она, – время на исходе.

– Два фирменных коктейля и фруктовую вазу! – раздался вдруг чей-то бодрый и звонкий голос рядом.

Девушки вздрогнули и, одновременно подняв удивлённые глаза, увидели рядом со Златой Захаровной… ещё одну, третью, Злату Захаровну.

– Вы удивлены? – от души рассмеялась учительница белоснежной улыбкой и обратилась к своему застывшему двойнику: – Милочка, принеси девочкам два моих фирменных коктейля и самую большую фруктовую вазу.

Не говоря ни слова, первая Злата Захаровна послушно удалилась в сторону кухни.

– Если хорошенько присмотреться, – сказала учительница труда, наклонившись над столиком, – то в этом зале можно насчитать целых двадцать моих двойников. Но не пугайтесь так, девочки! Это всего лишь на одну ночь. Вы уже ознакомились с меню? Тогда желаю вам приятного вечера. И не стесняйтесь, мои хорошие, заказывайте столько, сколько пожелает ваша душа. Мои верные помощницы с радостью принесут любое блюдо! Полезное для здоровья, разумеется. Всего хорошего!

Шурша длинными юбками, счастливая Злата Захаровна удалилась, а через минуту к столику девочек вернулся её двойник.

– Два коктейля и фруктовая ваза, – прозвучал знакомый бесстрастный голос.

– Спасибо, – рассеянно пробормотали девочки в ответ.

Тут зажглись огни, музыка остановилась и по залу снова зазвучал звонкий от волнения голос тётушки Софьи. Глаза Розы загорелись от предвкушения.

– А сейчас я попрошу наших девочек быть особенно внимательными. Приготовьтесь, красавицы, через минуту наш дорогой гость выберет королеву бала – самую очаровательную, самую женственную, самую красивую девочку школы Чародеев – и наденет на её голову эту прекрасную корону.

В руках волшебницы ослепительным блеском сверкнул золотой овал.

– Тина, пошли скорее! – воскликнула Роза, поставив на столик недопитый коктейль. – Здесь нас никто не заметит! Сегодня одна из нас должна стать королевой!

Девушка вскочила на ноги и хотела схватить Тину за руку, но та неожиданно категорично замотала головой.

– Я никуда не пойду, Роза! А ты поторопись, корона тебя ждёт.

– Что за глупости? Неужели ты готова вот так уступить эту корону какой-нибудь замухрышке-старшекласснице? Посмотри, какое на тебе сногсшибательное платье!

– Я надела его не для того, чтобы присвоить это звание, – спокойно ответила Тина. – Роза, не теряй времени даром, иди к сцене и покажи, кто здесь королева.

Одарив упрямую подругу негодующим взглядом, Роза стремглав бросилась разгребать руками притихшую от волнения толпу. Конечно, в глубине души Тине хотелось поучаствовать в этом необычном конкурсе, поблистать перед всей школой своим ослепительно-прекрасным платьем, ощутить над гордо поднятой головой прохладное объятие настоящей золотой короны… Девушка неожиданно поймала себя на мысли, что очень хотела бы, чтобы в этом платье её увидел Сережа. Если бы он присутствовал в этом зале, то она, наверное, решилась бы поучаствовать в конкурсе. От последней мысли тело Тины бросило в пот, от стыда загорелись щёки. Схватив в руки бурлящий коктейль, любезно предоставленный клоном Златы Захаровны, она одним глотком осушила бокал.

– Тина, а я тебя не узнала, – за спиной прозвучал чей-то ужасно знакомый голос.

К столику подошла Джульетта, на ней было красивое тёмно-синее платье с нежными голубыми кружевами на рукавах и чересчур глубоким вырезом.

– Ты потрясающе выглядишь! – восхищённо проговорила она, присаживаясь рядом.

– А где же Жан? – спросила Тина.

Джульетта пожала плечами и весело прощебетала:

– Вышел на минуту, что-то забыл в своей комнате. Тина, он такой… такой замечательный! Просто душка!

Безусловно, Тина была рада видеть свою подругу такой счастливой, но в то же время она понимала, что где-то в стенах этой школы захлёбывается от горя бедняжка Элен. Сердце дрогнуло от жалости к подруге.

– Джульетта, скажи, а твои чувства взаимны? – осторожно поинтересовалась девушка, повертев пальцами трубочку от коктейля.

Щёки Джульетты густо покраснели. Опустив глаза и немного помолчав, она тихо ответила:

– Я не знаю, если честно… но, думаю, что да. Пока мы с ним об этом не разговаривали, слишком рано. Это просто общение.

Понятно. Всё только начинается. Свои следующие вопросы Тина задавала уже более смело:

– А ты ела волшебные апельсины?

– Д-да.

– И все твои желания были связаны с ним, с Жаном?

– Тина, что за допрос? – обиженно надула губы девушка. – Давай об этом поговорим потом…

– Джульетта, ответь честно, – Тина была непреклонна.

Темнокожая девушка вздохнула, но ответила честно:

– Да, я съела четыре апельсина. Ну, чтобы наверняка… Я хотела ему отомстить, а заодно проверить правда это или нет… И вот, неожиданно влюбилась.

Тина схватилась за голову. Элен тоже ела волшебные плоды! И, если ей не изменяет память, тоже четыре. А желания обеих девушек были на сто процентов одинаковы.

– А что случилось? – в больших глазах Джульетты вспыхнул испуг. – Ты что-то знаешь?

Ответить Тина не успела. К их столику неожиданно подошёл незнакомый молодой человек, в его руках ослепительным блеском сотен крохотных драгоценных камней сверкала маленькая золотая корона. Незнакомец одарил Тину долгим, оценивающим, полным восхищения взглядом и громко произнёс на весь зал:

– Королева бала найдена!

От дикого приступа волнения у Тины тут же перехватило дыхание, к горлу подступил тяжёлый горячий ком, и она потеряла дар речи.

Незнакомец, казалось, не замечал её растерянного взгляда. Не переставая широко улыбаться во весь рот, он смело приблизился к окаменевшей от неожиданности Тине и взял её за руку. Девушка неуклюже встала рядом и густо покраснела от стыда. Как же глупо она сейчас выглядит! Перед глазами возникли любопытные, удивлённые и немного завистливые взгляды учеников. Тине казалось, что все вокруг смеются над ней.

Задрожав от неловкости, девушка приготовилась услышать в свой адрес громкие и колючие насмешки. Нет, в этом прекрасном платье сейчас должна находиться не она! В школе полно красавиц таких, как кареглазая старшеклассница Наташа или даже Роза, у которых полно поклонников. Наверное, Наташа теперь будет ненавидеть её, презирать ту, что заняла не своё место. Какая она королева, если ни один мальчик в школе ни разу не обратил на неё внимания…

Тем временем белокурый парень с ослепительными, как жемчуг, зубами уверенно вёл Тину куда-то вперёд через замершую толпу, и все взгляды присутствующих были прикованы к ней.

– Тина, ты молодец! – до её слуха донёсся чей-то изумленный голос.

Всё происходило точно во сне, словно не с ней, а с кем-то другим. Чем ближе было место коронования, тем больше восхищённых слов доносилось в её адрес.

– Выше голову, красавица! Это честная победа!

Кажется, это был голос Наташи. Тина не поверила своим ушам.

– Как идёт ей это чудесное платье! Кто эта милая девочка?

А эти слова были сказаны старой и медлительной библиотекаршей. Глаза Тины затмили слёзы благодарности.

– Клавдия Поликарповна, это же Тина, крестница графа Рудольфа, – услышала она ответ какого-то мальчика из одиннадцатого класса. – Она действительно очень красива!

Клавдия Поликарповна прищурила глаза и незаметно толкнула в бок стоявшую рядом учительницу истории Полину Савельевну.

– Это одна из тех, что про колдуна что-то болтала, – прошептала библиотекарша ей на ухо.

– Да ты что, – ахнула та в ответ и скривила губы, – такое творится вокруг, а они веселятся…

– Да уж, Полина, и не говори… Тот колдун преследует этих девчонок, по ночам по замку бродит и ищет что-то…

Клавдия Поликарповна сама толком не понимала что происходит. Услышав из разговора девочек несколько слов, она дальше сама додумала страшную историю и поделилась ею с Полиной Савельевной.

– Подруга, я тебя люблю! – прокричал сквозь плотную толпу чей-то взрывной, звонкий, как колокольчик, и счастливый голос. – Ты лучше всех!

Да это же Элен! Отыскав глазами пропавшую подругу, Тина на время забыла о себе – лицо смеющейся Элен озаряло неожиданное счастье. А причина хорошего настроения находилась рядом с ней.

– Жан? – удивлённо прошептала Тина, покорно следуя за белокурым незнакомцем.

Зал рассыпался в аплодисментах. В руках незнакомца снова сверкнуло золото, и через мгновение шокированная происходящим девушка почувствовала на себе его прохладное прикосновение.

Совершенно неожиданно рядом возникла раскрасневшаяся тётушка Софья.

– Поздравим нашу очаровательную королеву! – воскликнула она в микрофон, который порхал в воздухе сам по себе, пытаясь скрыть своё волнение. – Думаю, что не только наш уважаемый гость Артур, но и все вы согласны с тем, что Тина достойна быть королевой бала!

По залу снова прозвучали шумные и горячие аплодисменты.

– Спасибо, – пробормотала девушка, всё ещё дрожа от волнения.

Но ото всюду сочилась крепкая и искренняя поддержка, и Тине вдруг стало намного легче. Слабость, дрожь и страх постепенно испарялись, уступая место уверенности, радости и благодарности. Распрямив плечи и стряхнув с себя остатки скованности, девушка окинула зал светлым, ясным взглядом. Она даже и представить себе не могла, сколько у неё здесь друзей!

Но вот снова зазвучал голос тётушки Софьи:

– А прямо сейчас, дорогие мои, мы отправимся на свежий воздух и… зажжём нашу ёлку.

По залу мощной, взрывной волной пронеслись радостные крики, и все ринулись к выходу. Тина облегчённо вздохнула: наконец-то её оставили в покое. Но не тут-то было!

– Тина, королева бала зажигает ёлку, – к девушке подошла тётушка Софья и, взяв её за руку, тепло улыбнулась. – Идём со мной.

– Я выглядела ужасно…

– Нет, девочка моя, ты выглядела достойно, я горжусь тобой. Хочу тебе сказать, что эта победа была честной, если вдруг ты в чём-то сомневаешься.

Тина вздохнула:

– Да, признаться, в голову приходила такая мысль… Мне подумалось, что Вы или Ваша дочь могли договориться с этим гостем из Академии волшебства.

– Глупышка! – волшебница рассмеялась. – Посмотри на себя – ты же настоящая красавица! Не терзай себя всякими глупыми мыслями, Артур выбрал тебя сам. Кстати, его родители безоговорочно одобрили этот выбор.

– Но как же Мария Гордеевна, ваша дочь? – осторожно поинтересовалась девушка. – Ведь именно она подарила мне это платье.

– Я знаю, – кивнула головой тётушка Софья, – для меня это было неожиданно, честно тебе признаюсь. Думаю, что это приезд Артура так повлиял на настроение моей дочери. Тебе понравилось платье?

– Очень.

– Это платье я привезла Маше из Парижа ровно десять лет назад… Ах, кажется, что это было только вчера!

Тина удивлённо посмотрела на волшебницу. Не ослышалась ли она?

– Вы сказали Маша? – спросила она. – Вы так называете свою дочь?

Ничего странного в этом не было, ведь родители могут называть своих детей так, как им вздумается. Возможно, Машей женщина называла свою дочь в детстве и до сих пор подвержена влиянию недавних воспоминаний. Но реакция тётушки Софья оказалась немного странной, испуганно посмотрев по сторонам, она едва слышно прошептала:

– Тина, прошу тебя, не спрашивай меня ни о чём… Когда-нибудь я тебе расскажу о нашей семье более подробно, но не сейчас.

Договорить волшебница не успела – к ним направлялись Мария Гордеевна и тот самый белокурый молодой человек. Молодая учительница Чар мило улыбалась и была похожа на обыкновенную школьницу с задорными глазами и свободной, беззаботной походкой.

– Спасибо за платье, – как только парочка приблизилась, Тина сразу же решила поблагодарить дочь тётушки Софьи за необыкновенный подарок. – Оно просто бесподобно.

– Я рада, что оно тебе подошло. Моя мама, наверное, тебе уже успела разболтать, что это платье она мне привезла из Парижа. Я тогда была примерно твоего возраста…

– И в этом платье ты станцевала свой первый танец, – вспомнила тётушка Софья. – Никак не могу припомнить имя того счастливчика, что первым осмелился пригласить тебя на танец. Николай? Нет, не Николай… Тимур?

Дочь старой волшебницы скромно опустила глаза, видимо, воспоминания нахлынули на неё бурной волной и заставили окунуться с головой в недалёкое прошлое.

– Мама, его звали Александр, – сказала она и тихо вздохнула. – Неужели ты не помнишь, что Сашка был самым красивым мальчиком в нашей школе? Ах, это был самый незабываемый вечер в моей жизни…

Но, вспомнив, что рядом находится Артур, Мария Гордеевна быстро спустилась с небес и поправилась:

– …не считая этого.

Тина улыбнулась и подумала, что она не такая уж и противная, эта учительница, а даже наоборот – милая и немного забавная. Как же всё-таки меняет человека любовь! Погладив нежную ткань платья, девушка представила в нём юную Марию, а рядом с ней – её первого возлюбленного мальчика по имени Сашка… Как интересно, ведь у неё, у Тины, тоже есть один знакомый парень из прошлого, пусть и не из далекого. Испугавшись, что окружающие могут случайно прочесть её мысли, Тина постаралась подумать о чём-нибудь другом.

– Что же, милые дамы, – обратился Артур слащавым голосом к тётушке Софье и Тине, – надеюсь, вы не будете против, если я снова украду из вашего милого общества эту прекрасную фею.

Мария Гордеевна радостно просияла.

– Ступайте с богом, – ответила старая волшебница, – но не забывайте, что через несколько минут мы с Тиной будем зажигать новогоднюю ёлку.

Когда влюблённая парочка удалилась, Тина вдохнула полной грудью. Поправив на голове девушки корону, тётушка Софья печально проговорила:

– Ах, Тина, видел бы тебя сейчас Рудольф…

Тину так и подмывало обо всём ей рассказать, возбуждённое сердце девушки рвалось наружу и кричало: он жив! Жив и скоро вернётся! Но как бы ей этого не хотелось, приходилось держать язык за зубами – пока это тайна, которую она должна хранить так же, как и костяной свисток.

Неожиданно словно из-под земли рядом с ними вырос бородатый профессор в новом костюме. Его глаза были чернее ночи, а лицо – мрачнее тучи.

– Здравствуйте, профессор, – сухо поздоровалась со своим коллегой тётушка Софья, набрасывая на плечи тёплую шерстяную шаль, и недовольно поинтересовалась: – Где Вы пропадали всё это время? Вы пропустили много интересного.

Посмотрев на Тину долгим задумчивым взором, белобородый старик как-то странно хмыкнул и сказал:

– Не беспокойтесь так, Софья Павловна, всё самое интересное у меня ещё впереди. Да и у Вас тоже.

Сердце Тины вздрогнуло. Что он имел в виду? Неужели Чертополох очухался от нанесённых ран и снова вернулся? Беспокойство за свисток заставило девушку открыто заглянуть в холодные глаза предателя. В надежде прочесть там ответ на свой вопрос, она вложила в эту непродолжительную схватку все свои силы. К великому удивлению, Эдуард Васильевич не выдержал прямого и твёрдого взгляда Тины и отвернулся.

– Полагаю, следующая часть праздничного вечера будет проходить на свежем воздухе, – рассеянно пробормотал он и, опустив костлявые плечи, направился к выходу.

Тётушка Софья с удивлением наклонила поседевшую голову набок.

– Тина, девочка моя, как это у тебя получилось? Ещё никому не удавалось устоять перед взглядом нашего профессора. Что с ним происходит?

Тина промолчала. Рука потянулась свистку. Но его на шее не оказалось. Тут девушка поняла, что, переодеваясь, во всей этой новогодней спешке она забыла его в комнате, под подушкой!

– Как тебе это удалось? – снова удивилась тетушка Софья.

– Я.. я не знаю…

Быть может, Тина бы и не устояла, но только профессор сам прекратил эту схватку. Что повлияло на это, девушка не знала – то ли старик был не в духе, то ли он просто её боялся. Но старая волшебница и не настаивала на ответе. Схватив свою ученицу за руку, она заторопилась на улицу.

– Нас, наверное, уже все заждались, – быстро проговорила она, ускоряя шаг. – Ты когда-нибудь украшала ёлку волшебством?

– Если честно, то нет. Мне всегда нравилось это делать обычным способом…

– В нашем случае обычный способ занял бы слишком много времени, – рассмеялась тётушка Софья в ответ. – Ты только взгляни, как вымахала наша заморская красавица!

От неожиданности у Тины перехватило дыхание. Такой громадной ели она ещё не видела никогда! А ведь ещё вчера она была раз в десять меньше.

– Ух ты! – только и смогла выговорить поражённая невиданными размерами чудесного дерева девушка.

Вся школа замерла в ожидании. Не теряя времени даром, тётушка Софья приблизилась к новогодней красавице и звонко щёлкнула пальцами. В руках тут же возник волшебный микрофон.

– Дорогие мои ребята, гости и коллеги, – громко зазвучал её голос, – перед тем, как зажечь нашу зелёную красавицу, позвольте поздравить вас всех с наступающим Новым годом. Завтра наша школа опустеет, многие из вас уедут встречать Новый год со своими родными и близкими. Так давайте же, пока мы все вместе, сделаем так, чтобы сегодняшний вечер запомнился нам на долгие-долгие годы!

Публика тут же шумно зааплодировала, а в руках возбужденной волшебницы неожиданно появилась волшебная палочка.

– Раз! Два! Три! Ёлочка, гори! – закричали дети.

Один взмах – и на ёлке засверкали голубые гирлянды из блестящих стеклянных шариков, другой – пушистые ветви новогоднего дерева заискрил золотистый дождик, третий – в глазах зарябило от сотен разноцветных игрушек, ещё один – подножье ствола завалило множество праздничных подарков, тщательно упакованных в плотную бумагу и коробки. Ребята зачарованно смотрели на яркие волшебные огни и загадочные подарки, не в силах отвести восхищённого взгляда. Такого праздника у них ещё не было!

– Среди этих коробок есть и твой подарок, Тина, – обратилась волшебница к девушке и смахнула со лба несколько капелек пота. – Ну, что же ты стоишь? Неужели королева бала не поможет старухе?

– С радостью! – воскликнула Тина, хитро сверкнув синими глазами.

В голове тут же возникли яркие идеи, от тревоги и переживаний за свисток, случайно оставленный в комнате под подушкой, не осталось и следа. Она плавно взмахнула рукой – и на лапках ели заискрился мягкий, волшебный иней, ещё взмах – и на макушке дерева засияла большая пятиконечная золотая звезда. Напоследок раскрасневшаяся от веселья девушка топнула ногой, и в руках всех детей и взрослых неожиданно возникли сверкающие бенгальские огни.

Довольные малыши прыгали и визжали от восторга, а взрослые едва сдерживали свои чувства, чтобы не пустится в пляс вслед за ними. С этого момента королевой вечера была новогодняя ёлка. Пользуясь случаем, Тина незаметно прошмыгнула в тень и быстренько направилась к арке. Слишком большое всеобщее внимание и непривычный шум забрали у неё много сил, поэтому девушка решила немедленно отправиться в свою комнату и погрузиться в сон. Заключительной частью вечера будут разнообразные конкурсы и дискотека для старшеклассников, а шумные вечеринки она не любила.

Странное предчувствие у Тины появилось только перед самой дверью комнаты. Доверившись интуиции, она остановилась напротив, замерла и прислушалась. Едва уловимый шум доносился по ту сторону двери… Быть может, это её подруги вернулись с праздника раньше времени? Но на Розу это не было похоже – так тихо и осторожно она себя никогда не ведёт. Неужели Элен снова проливает слёзы разочарования?

– Элен, это ты? – негромко спросила Тина, медленно открывая дверь.

И сразу же поняла, что совершила большую ошибку. Кто-то небольшого роста, но крепкого телосложения, неожиданно сбил её с ног, вихрем вырвавшись из комнаты.

– Проклятая девчонка! – злобно прошептал вор и, неуклюже ковыляя и разгребая руками тяжёлый полумрак, бросился прочь.

Прежде чем Тина очнулась и встала с холодного пола, недоброжелательный ночной гость бесследно исчез. Кто это был и что он делал в её комнате?

– Костяной свисток! – ахнула девушка, почувствовав, как сильно застучала кровь в висках. – Они ищут костяной свисток!

В комнате стоял полный беспорядок, все вещи лежали на полу в разбросанном виде. Тина подошла к своей кровати и подняла подушку. Под ней ничего не было, свисток бесследно исчез. Быстро сняв с себя золотую корону и платье, Тина со всех ног бросилась прочь.

На каждой из коробок, лежавших под новогодней елью, имелась надпись. Все подарки были подписаны личным пером директора школы Чародеев и давались в руки только тому, чьё имя было на них написано. Тётушка Софья работала над этим всё лето, составляла списки желаний своих учеников и самые заветные из них воплощала в реальность. Никто не остался без подарка. Даже профессору Эдуарду Васильевичу был подготовлен небольшой сюрприз.

– Для Вас, уважаемый профессор, так же имеется новогодний подарок от нашей школы, – сказала ему волшебница, немного нахмурившись. – Я очень надеюсь, что Вы всё поймёте.

Старик был удивлён. Уже много лет он не получал подарков ни от школы, ни от друзей, ни от родственников.

– Любопытно, – пробормотал он и подошёл к ёлке.

Одна из разноцветных коробок неожиданно выскочила из общей кучи и с пронзительным смехом ловко прыгнула в руки профессору. На ней ярким красным огнём горело его имя. Потрясённый Эдуард Васильевич долго вертел в руках синюю коробочку, не решаясь развернуть подарок.

– Ну, что же Вы медлите? – нервно спросила тётушка Софья, но лицо её оставалось спокойным. – Открывайте свой подарок.

– Пожалуй, я разверну его позже, – ответил старик уклончиво и отвёл взгляд в сторону.

– Очень жаль.

– Но у меня для Вас, Софья Павловна, тоже заготовлен небольшой подарок.

– Правда? – склонила голову набок волшебница и насторожилась. – И какой же?

– Вы его скоро получите по почте. Разумеется, секретной. А теперь, извините, я тороплюсь.

Сказав это, профессор растворился в толпе. Не почувствовав в словах коллеги ничего угрожающего, тётушка Софья посмотрела по сторонам, вот уже несколько минут она никак не могла отыскать глазами Тину. Для крестницы её брата так же имелся подарок. Но девушки нигде не было. Возле ёлки мелькнула чёрная шевелюра Розы.

– Я не знаю где она, – пожала плечами девушка, прижимая к груди огромный букет красных роз, – наверное, разговаривает с Элен или с Джульеттой. А может быть, беседует с каким-нибудь мальчиком, ведь теперь у неё от поклонников не будет отбоя. Это платье покорило всех!

Тётушка Софья покачала головой и с укором заглянула в светящиеся от радости глаза ученицы.

– При чём тут платье? – сказала она. – Оно здесь совершенно ни при чём, Тина сама по себе красива, красива изнутри и снаружи. Роза, пойми, что это самое главное.

Девушка рассмеялась.

– Никто с этим и не спорит, тётушка Софья! Но красота внешняя так же играет большую роль. Посудите сами, какой парень захочет встречаться с некрасивой девочкой? Сегодня все заметили, что Тина – красавица, а я всегда ей говорила, что не стоит прятать свою красоту под мешковатыми свитерами и потёртыми джинсами.

Прижав ароматный букет к груди, Роза радостно закатила глаза. Волшебница тут же догадалась, что кто-то из мальчиков подарил ей этот букет. Оставив счастливую девушку возле ёлки, она снова принялась за поиски Тины. Внутри всё клокотало от волнения. Ну куда же она подевалась? Почему эта девочка постоянно ускользает из её поля зрения?

– Впредь я буду бдительнее, – пробормотала себе под нос тётушка Софья, оглядываясь по сторонам в надежде отыскать глазами неожиданно исчезнувшую Тину среди сияющих лиц. – Буду всё время держать её за руку.

Вдруг заметив в гудящей толпе знакомую до боли маленькую, сухощавую фигурку, волшебница едва не вскрикнула от удивления и неожиданности и сломя голову бросилась вперёд. Отовсюду на неё тут же посыпались горячие поздравления, радостный смех и весёлые песни. Но не сводя изумлённых глаз с мелькающего впереди силуэта, она упрямо рвалась сквозь праздничный шум.

– Авдотья! – закричала тётушка Софья издалека. – Авдотья, постой!

Внезапно кто-то крепко схватил её за руку. Это была старая учительница истории Полина Савельевна, с головы до ног увешанная разноцветной новогодней мишурой. На сморщенном личике старушки сияла довольная, благодатная улыбка.

– Ах, Софья Павловна, дорогуша, уделите мне минуточку, – прокряхтела старая учительница, сверкнув золотыми зубами. – Такой чудный вечер…

– Не могу, не могу, – не глядя на старуху наставницу, пробормотала волшебница и попыталась вырваться из её цепких рук.

На сероватом морщинистом лице Полины Савельевны отразилось крайнее недовольство. Сурово сдвинув редкие крашеные брови, она злобно свернула свои тонкие напомаженные губы неровной трубочкой и недобро прошипела:

– Как это Вы не можете? Я прошу уделить мне всего одну минуту.

– Полина Савельевна, я тороплюсь…

Тётушке Софье, наконец, удалось вырваться из удивительно сильных рук старухи. Наспех извинившись, она снова бросилась разгребать толпу.

– Вы ещё об этом пожалеете, Софья Павловна, – прищурив оба глаза, проговорила обиженная учительница истории, – горько пожалеете…

Однако волшебница уже ничего не слышала. Растерянно оглядываясь по сторонам, она пыталась отыскать Авдотью, зацепиться глазами за её маленькую, чуть сутулую фигурку. Но старушка пропала так же внезапно, как и появилась. Внезапно сознание тётушки Софьи посетила одна пугающая мысль – образ пропавшей уборщицы мог ей почудиться… В последнее время ей стала мерещиться всякая нелепица, перед глазами невольно замаячило мохнатое тело отвратительной летучей мыши с безобразно открытой пастью. Волшебница могла поклясться, что эту тварь она видела собственными глазами! Но мысль о том, что её поднимут на смех, пугала её и заставляла верить в злую шутку своего больного воображения. Неужели она сходит с ума? Сердце сжалось от безысходности…

– Здравствуйте, Софья Павловна, – за её спиной прозвучал чей-то знакомый голос.

Быстро обернувшись, тётушка Софья не поверила своим глазам.

– Авдотья! – радостно вскрикнула она. – Так это действительно была ты!

– Я, Софья Павловна, – улыбнулась старушка одними глазами, – я, голубушка…

Оглядев старушку со всех сторон внимательным взглядом и убедившись, что с ней всё в порядке, волшебница уверенно направилась в свой кабинет. Сердце ей подсказывало, что исчезновение Авдотьи не было простым недоразумением.

Выслушав короткую, но до боли жуткую историю старенькой уборщицы, тётушка Софья схватилась за голову. Она долго не могла поверить в происходящее, изо всех сил пытаясь найти всему этому разумное объяснение. Но, глядя в безмятежно спокойные глаза Авдотьи, она быстро сдалась. Всё, что только что рассказала эта маленькая худощавая старушка, было правдой, горькой, страшной правдой. Тихо вздохнув, волшебница подошла к окну и открыла форточку, в лицо дунул освежающий морозный ветерок, думать стало легче.

– Авдотья, профессор тебя видел?

– Кажется, нет.

– Это хорошо, – облегчённо выдохнула тётушка Софья, – он не должен знать, что ты вернулась. Пока никто не должен этого знать.

Старушка пожала плечами, казалось, что она совсем не испытывает страха.

– Не так давно рядом с дверью комнаты профессора я увидела твой порванный платок, – обратилась волшебница к Авдотье виноватым голосом. – Платок, с которым ты никогда не расставалась. Вот тогда мне в голову и закрались подозрения… Я долго отказывалась верить, закрывала глаза на увиденное, не слушала Тину. Теперь понимаю, что была не права. Ах, Авдотья, мне давно следовало обратиться за помощью в Министерство образования! Пока я бездействовала, трусливо прячась в своём кабинете и ища оправдания для предателей, Чертополох набирал силу, занимался усовершенствованием своих гнусных планов и смеялся над моей глупостью… Да, я глупая трусливая курица! Рудольф давно бы разобрался с этими негодяями, очистил школу от их грязных рук, навёл порядок.

Авдотья улыбнулась, она по-прежнему выглядела удивительно спокойной.

– Не вините себя, Софья Павловна, всё образуется, вот увидите. Каждый получит по заслугам, так говорит моё сердце. На профессора и Харитона я зла не держу, каждому свойственно ошибаться в этом мире…

– Авдотья! – ахнула тётушка Софья, закрывая форточку. – Ошибаться путём чьей-то жизни? Они могли тебя убить, они хотят убить всех нас, ты это понимаешь? Завтра же напишу письмо в отдел по чрезвычайным ситуациям и отправлю секретной почтой, которой пользовался мой покойный брат. Пора положить этому конец!

На мгновение лицо волшебницы озарила ярая решительность, в её голубых глазах вспыхнул огонь, но через минуту она снова рассеянно заламывала пальцы, сомневаясь в своём решении.

– Но у меня нет никаких доказательств, а простых слов наверняка будет недостаточно. От Харитона я по своей глупости избавилась вместо того, чтобы использовать его как свидетеля и соучастника. Харитон на свободе, профессор обвёл всех нас вокруг пальца. Каков мерзавец! Слава богу, эта старая ведьма тебя пожалела и отпустила… Это же надо, посадить тебя в ящик вместо негодяя Харитона и увезти в Нечистый лес. У меня сердце обливается кровью от одной только мысли о том, что ты едва не погибла от их мерзких рук… Нет, пока никто не должен знать о том, что ты вернулась. Ах, Авдотья, я напишу письмо, но пока Министерство будет разбираться в этой запутанной истории, искать следы и подтверждения, Чертополох и профессор могут спокойно завершить начатое. О боже, они могут навредить Тине!

Голос тётушки Софьи дрогнул. Присев на край желтого дивана, она беспомощно посмотрела на Авдотью.

– Мой Вам совет, Софья Павловна, – глаза старушки излучали добро и свет, – оставьте всё как есть. Авось всё разрешится и без вмешательства вашего министерства образования.

Перед глазами волшебницы снова возникла Тина, на бледном личике девушки застыла немая беспомощность… Вскочив со своего места, женщина нервно заходила по кабинету. Она давно догадывалась о том, что Тине грозит какая-то опасность, хотя крестница Рудольфа ни разу ей не пожаловалась. Ну, как она может сидеть, сложа руки, когда Тине что-то угрожает?

– Вас что-то гложет? – осторожно спросила Авдотья, положив руки на колени.

– Ах, Авдотья, я не могу ждать, не могу надеяться на случай, я беспокоюсь за Тину, крестницу моего брата. Быть может, стоит ее отправить учиться в другую школу? Подальше отсюда… Но ведь Чертополох рано или поздно и там ее отыщет.

Уборщица нахмурилась. Потеребив край своего платка, она тихо прошептала:

– Вашей девочке действительно угрожает опасность. Но не беспокойтесь, она находится под надёжной защитой, она справится. Тина далеко пойдёт, уж поверьте мне, старой предсказательнице будущего.

Сказав это, старушка сладко зевнула.

– Без работы кости совсем занемели, – проговорила она, схватившись за спину, – завтра же возьмусь за швабру. Без меня, наверное, школа слоем пыли покрылась.

Тётушка Софья промолчала, боясь расстроить Авдотью тем, что теперь чистотой замка заведует Злата Захаровна.

– Авдотья, о чьей защите ты говорила? Кто этот человек?

Но Авдотья больше ничего не сказала, глаза старушки закрывались от усталости. Она снова зевнула и склонила голову набок, быстро погружаясь в крепкий сон.

Укрыв уставшую старушку тёплым покрывалом и заботливо подложив мягкую подушку, тётушка Софья направилась к двери. Решив, что на этот раз узнает всё до конца, волшебница закрыла свой кабинет на ключ и со всех ног бросилась разыскивать Тину. Сейчас она словно прозрела. Вокруг творится настоящий кошмар, а она спокойно готовится к Новому году, встречает гостей и как ни в чём не бывало общается с профессором! На дно сердца крепко залегли загадочные слова Авдотьи о том, что Тина находится под чьей-то надёжной защитой. Неужели кто-то ещё заботится о жизни и безопасности этой девочки? Кто-то, чьё имя известно Авдотье и неизвестно ей. И не означает ли это, что она не справилась с просьбой своего покойного брата? В этот момент старая волшебница себя просто ненавидела. Ненавидела за свою нерешительность, рассеянность, несобранность, презирала за трусость и слепоту.

В зале вокруг отплодоносившего апельсинового дерева Злата Захаровна проводила смешные конкурсы среди малышей и раздавала всем сладкие подарки. Тины здесь не было. Не останавливаясь, тётушка Софья прошла в столовую, откуда звучала весёлая музыка школьного оркестра. Неожиданно прямо у дверей возникла возбуждённая Роза, её большие зелёные глаза лихорадочно горели в лёгкой полутьме.

– Тётушка Софья, я только что видела Тину!

– Где она? Где ты её видела?

– Кажется, у неё что-то случилось…

– Роза, нужно немедленно её найти!

Но отыскать Тину оказалось не так-то просто. Повсюду гудело веселье, празднование новогоднего школьного вечера шло полным ходом – гремела музыка, звенел детский смех, взрывались сладкие хлопушки, перед глазами, словно яркая радуга, мелькали смешные разноцветные маски. Казалось, что толпа школьников увеличилась в несколько раз.

Тут зазвучала торжественная чисто новогодняя музыка, все ребята и учителя немедленно взялись за руки и дружно закружились в хороводе. Тётушка Софья не переставала всматриваться в лица, пытаясь отыскать знакомые глаза девушки, но неожиданно кто-то крепко схватил её за руку и решительно потащил в шумный хоровод. Это снова была учительница истории Полина Савельевна.

– Вот я Вас и поймала! – довольно усмехнулась Полина Савельевна. – На этот раз от меня не убежите!

Объяснять что-либо упёртой наставнице было невозможно, к тому же громкая музыка заглушала все слова. Набравшись терпения, волшебница нырнула в жаркий хоровод.

– В лесу родилась ёлочка, в лесу она росла! – подпевали ребята выученные наизусть слова новогодней песенки.

Тётушка Софья и сама не заметила, как губы озарила тёплая улыбка, и она невольно подхватила простые и добрые слова. По телу пробежала горячая волна любви ко всем этим детям, каждого из которых она любила, как своего, родного. Ещё больше нежности отношению к ребятам придавал и тот факт, что все они являлись сиротами. Нет, всё-таки она не зря старалась, готовилась к этому празднику, составляла список желаний и подарков. Глядя на счастливые лица своих учеников, волшебница вдруг поняла, что эти дети являлись смыслом всей её жизни…

Тётушка Софья вздрогнула, заметив на себе колючий и неодобрительный взгляд Полины Савельевны. Густо намазанные яркой помадой губы старой учительницы странно изогнулись в недоброй ухмылке, а в узких мутно-серых глазах вдруг вспыхнул осторожный, едва заметный огонёк недоброжелательности.

– Чудный вечер, Софья Павловна! – пропела она фальшивым голоском. – И таит он в себе немало интересных сюрпризов!

Ничего не ответив, тётушка Софья изо всей силы выдернула свою руку из липких пальцев старой назойливой наставницы и покинула шумный хоровод.

Рядом снова замаячила растрёпанная шевелюра Розы.

– Тётушка Софья, я нашла Тину! – возбуждённым голосом проговорила девушка, хватаясь ладонями за красные щёки. – Она у ёлки!

Не говоря ни слова, волшебница решительно направилась к выходу и покрепче сжала в руке свою незаменимую в последнее время волшебную палочку. Если Тина и сейчас сумеет от неё скрыться, то она, не раздумывая, пойдёт на крайние меры.

В последние дни профессор заметил, что стал плохо спать. Каждые три часа, а то и каждый час, вскакивал он со своей кровати, словно ужаленный змеёй. Холодный пот заливал глаза, сердце готово было выскочить из груди. Поначалу Эдуард Васильевич думал, что всё дело в страхе перед Чертополохом, который вот уже несколько дней не появлялся, но потом осознал, что причина была куда серьёзнее. Слоняясь по комнате туда-сюда, он никак не мог успокоиться и косо поглядывал на шкаф, из которого то и дело доносились монотонные всхрапы крепко спящего Харитона. Вот уже который раз за последние три ночи в голову профессора приходила одна и та же мысль – а не пойти ли ему в Министерство образования и не признаться чистосердечно во всех своих грехах? Мучавшая душу совесть крепко засела в горле, будто кость, не давала свободно дышать и трезво мыслить.

Вот и сегодня, в ночь перед праздничным школьным вечером, старик снова лишился сна. Он бездумно простоял перед окном около часа, глядя потухшими глазами на яркое звёздное небо. Внезапно его больную, разбухшую от бессонницы голову посетила одна ясная мысль.

– Харитон! – громким шёпотом воскликнул профессор, подбегая к своему шкафу. – Просыпайся!

Быть может, Харитон поймёт его? Вдруг он также испытывает угрызения совести и желает покаяться? В руках мелькнул ключ, через секунду дверь платяного шкафа была открыта.

– Просыпайся же, кому говорю! Ну!!!

На лице ещё не проснувшегося Харитона мелькнуло недоумение.

– Профессор? Что стряслось? Который час?

– Вылезай из шкафа! Разговор есть.

– Как скажете, – пробормотал тот и с явным недовольством вывалился из своего временного укрытия, словно мешок с картошкой.

Профессор с отвращением покачал головой.

– Ты стал похож на… безмозглого борова, – произнёс он сквозь зубы, осматривая покруглевшие бока сообщника.

Но Харитон лишь усмехнулся в ответ:

– А что мне ещё остаётся делать? Только есть да спать. Поглядел бы я на Вас, очутись Вы на моём месте…

Усадив Харитона на стул и подсунув ему под нос тарелку со вчерашними пирожками, Эдуард Васильевич начал разговор:

– Я вот о чём хотел с тобой поговорить…

– Чертополох вернулся? – запихнув в рот холодный пирожок, бесцеремонно перебил его старик, и тут же сморщился: – Э-э, да они холодные!

Лицо профессора перекосилось от гнева. Но он всё-таки сумел сдержать порыв и терпеливо взмахнул в воздухе своей кривой волшебной палочкой.

– Так-то лучше, – расплылся в довольной ухмылке Харитон, глядя на задымившиеся пирожки, – горячее лучше усваивается. Так о чём Вы хотели со мной погуторить?

В этот момент профессор засомневался в правильности своего решения. Глядя на заплывшее от жира лицо бывшего завхоза, на его вечно голодные глаза, лишённые всякого смысла, он вдруг понял, что этот разговор ни к чему хорошему не приведёт.

– От нашего господина нет никаких вестей, и я начинаю волноваться, – задумчиво произнёс Эдуард Васильевич. – Да и кость всё ещё не найдена. Я перерыл все окрестности леса, заглянул за каждое дерево, не говоря уже об этом замке… Даже побывал в избушке Тины!

– Она у этой девчонки! – уверенно прохрюкал Харитон, запихнув в рот последний пирожок, и вдруг спросил: – Школьный вечер ещё не отменили?

– Нет.

– Тогда я готов рискнуть своей шкурой и пробраться в комнату к Тине.

– Ты безумец! Тебя могут увидеть.

Харитон хрипло рассмеялся и схватил со стола кружку с водой. Сделав несколько жадных глотков и вытерев жирный рот рукавом, он прошептал:

– В тот момент все будут на открытии вечера, профессор. Я незаметно проберусь в комнату и быстренько её обыщу. Даю руку на отсечение, кость нашего господина там! Ну, а если поймают… Лишите меня языка перед тем, как отпустить. Только потом не забудьте вернуть его на место.

– Болван! – сплюнул профессор, поглядывая на своего собеседника с нескрываемым отвращением. – Ты думаешь, если я лишу тебя твоего языка, то тогда никто не сможет заставить тебя заговорить? Какой же ты дурак. Но на небольшой обыск комнаты я согласен. Возможно, ты прав, и эта девчонка прячет кость где-то в комнате.

В глазах Харитона загорелся радостный огонь. Сидеть в тёмном шкафу ему давно уже надоело.

– Однако будь осторожен, – продолжил профессор, – крестница Рудольфа не такая уж и простушка, как я считал ранее…

– Что за вздор! – рассмеялся старик и встал со стула. – Обычная девчонка.

– Нет, не обычная и она уверена в своих силах. Чертополох хотел покончить с Тиной в тот день, когда она была в своей старой избушке. Но она вернулась живой и невредимой, а нашего господина до сих пор нет. Не считаешь ли ты это более чем странным?

Харитон снова рассмеялся. Приблизившись к полкам с заспиртованными гадами и неизвестными ему безволосыми монстрами, старик повертел пальцем у виска.

– Профессор, Вам самому не смешно от таких мыслей? Скажите мне, ну как может эта безобидная девчонка, которая, кроме тряпки да швабры, ничего в своей жизни не видела, навредить великому чернокнижнику?

Спорить с глупым и наивным завхозом Эдуард Васильевич не захотел. Он знал, что Рудольф перед своей смертью мог передать все свои знания и силу Тине, наделить её любыми способностями, и, наконец, передать ей свою волчью шкуру… Сердце забилось сильнее. Так может быть, ему не стоит упускать из рук такой подходящий момент и тратить время на пустые разговоры с этим слепым болваном?

– Я обыщу комнату и, вот увидите, найду эту кость, – бормотал себе под нос Харитон, разглядывая огромную пучеглазую ящерицу в банке. – А господин за это щедро меня отблагодарит…

И профессор решил. Если Харитон вернётся с пустыми руками, то он немедленно признается во всём. Ни страшные наказания, ни вечные муки, ни пожизненное заточение, ни даже смерть его не пугали. Единственное, чего желала в этот момент его истерзанная сомнениями и раскаяньем душа, так это очищения совести от грязных поступков, мыслей и непомерной тяжести. Избавиться от такой ноши было не в силах ни одно существующее на земле заклинание, а заглушить – ни одно известное ему зелье. Существовал только один способ избавления от столь удушающей, нечеловеческой муки и имя ему было Признание. «Я должен во всём признаться, – всё чаще и чаще думал Эдуард Васильевич. – Но что меня останавливает?». Действительно, что же останавливало профессора, если его не пугали даже самые страшные последствия?

– Ступай в шкаф, я хочу спать, – мрачным голосом обратился профессор к старику.

– А может, я сегодня тут прилягу…

– Ступай в шкаф.

Тяжело вздохнув, Харитон нехотя поплёлся в сторону огромного шкафа.

Но уснуть Эдуард Васильевич всё же не смог. Слишком взволнованно было его сердце.

– Всё решится завтра, – бормотал он себе, пытаясь уснуть, – завтра или никогда. Самое страшное наказание – душевное, и я его уже получил… мне больше нечего терять…

Сам собой вспомнился последний урок с классом Тины. В который раз он поразился способностям этой невзрачной на первый взгляд девчонки. Внезапно профессор поймал себя на мысли, что при иных обстоятельствах он бы с радостью взял Тину под свой контроль. У этой девочки большое будущее… Если, конечно, оно у неё будет. Да, жизнь Тины висела на волоске. Старику вдруг захотелось, чтобы она не сдавалась, продолжала бороться за свою жизнь, доказала всем, что не такая, как все, что способна на многое. Ему захотелось называть эту большеглазую девочку своей ученицей, гордиться ей так, как мог бы гордиться своими детьми, которыми, к сожалению, судьба его обделила. Но от таких мыслей так же становилось нехорошо и страшно. Всё, что творилось в голове профессора, мог увидеть Чертополох. Нужно было либо думать о другом, либо немедленно уснуть. Неожиданная симпатия к Тине могла вызвать у тёмного волшебника ещё большую ненависть. Вскочив с постели, Эдуард Васильевич лихорадочно схватил с одной из полок небольшой пузырёк с жёлтыми пилюлями, достал две и немедленно положил под язык. Таблетки подействовали почти сразу же, в голове затуманилось, мысли превратились в лёгкий дым и глаза невольно закрылись.

Покинув свою комнату, Тина, не раздумывая, направилась в сторону опочивальни профессора. Всевозможные чувства бурным и неразборчивым почерком густо стелились перед её глазами, тут было место и ярости, и отчаянию, и ненависти, и обиде. Тина шла вперёд твёрдым и уверенным шагом, ощущая каждой клеточкой своего тела недавние, ещё горячие следы хромого Харитона. В том, что в её комнате побывал именно он, девушка нисколько не сомневалась. В эти минуты она была готова убить гнилодушного старика, раздавить своей так внезапно разбушевавшейся внутренней силой, заставить взглянуть на мир другими глазами, по-новому. Но ещё больше негодования Тина испытывала по отношению к себе. Как она могла оставить свисток без присмотра? Зачем позволила снять его с себя и положить под подушку? Да, на тот момент она была слишком взволнованна предстоящим праздником и не смогла увидеть ничего страшного в том, что костяной свисток полежит некоторое время без внимания. Слишком открытое платье не позволяло оставить свисток на шее, поэтому девушка спрятала его под подушку. А потом забыла взять его с собой! Ах, какая же она всё-таки глупая! Что скажет дядя Рудольф, когда узнает о такой немыслимой безответственности? Конечно же, он сразу отвернётся от неё… Нет, этого Тина допустить не могла.

– Я верну свисток, во что бы то ни стало, – проговорила девушка, приближаясь к комнате профессора. – Пусть даже мне придётся погибнуть. Уж лучше умереть в честном бою, чем посмотреть после такого позора в глаза дяде Рудольфа.

Дверь была заперта. Тина не стала стучать. Направив горячую от избытка магической энергии ладонь в сторону замка, она быстро прошептала какие-то лишённые на первый взгляд смысла слова. Раздался жалобный хруст, и невидимая сила вышибла дверь, словно какую-то щепку.

Решительно переступив высокий порог, Тина сразу же увидела перед собой белое, как лист бумаги, лицо Харитона. В его мутных глазах читался страх, однако хитрый и увёртливый старикашка сумел вовремя взять себя в руки.

– Ты! – воскликнул он охрипшим и предательски дрожащим голосом. – Что ты тут делаешь, противная девчонка?

Вдохнув поглубже, девушка мысленно попыталась себя успокоить, чтобы не натворить глупостей раньше времени. Но внутри её было слишком много волнения, негодования и гнева. Все чувства, словно сорвавшись с цепи, бурным и неудержимым потоком рвались наружу.

– Немедленно верните мне то, что только что взяли в моей комнате!

Харитон засуетился. Спрятавшись за шкафом, он вдруг стал смело буравить Тину сквозь заспиртованные банки с неестественно скрюченными пресмыкающимися своим злым и колким взглядом. Однако ни нескрываемая ненависть в его маленьких припухших глазках, ни нервная дрожь в коротких кривых пальцах не смогли смутить девушку. Она по-прежнему ждала ответа.

– Я прошу Вас по-хорошему, верните мою вещь.

Укрывшись за огромной банкой с каким-то серым существом, походившим на кровожадного аллигатора, Харитон криво усмехнулся в ответ.

– Я не понимаю, наглая девчонка, что тебе нужно от меня. Поговорим начистоту. Это тебе следовало бы вернуть кое-что моему господину… Думаю, ты догадываешься о ком и о чём идёт речь…

– Не пытайтесь меня запутать, грязный предатель! – Тина начала терять терпение.

Она понимала, что сейчас время играет не на её стороне. В любой момент сюда мог ворваться профессор и тогда… Тогда-то уж ей точно не поздоровится.

А тем временем к Харитону продолжала возвращаться напущенная, вызывающая уверенность. Крепко обхватив руками огромную стеклянную колбу со странной зубастой рептилией, старик тихо посмеивался над Тиной и явно не собирался ничего ей возвращать. Его кривые губы противно извивались в довольной усмешке, а от белой маски страха на припухшем лице не осталось и следа. Сердце девушки странно забилось. Что происходит? Почему этот трус стал таким самоуверенным? Неужели он не боится, что, повинуясь своим чувствам, она сейчас навсегда лишит его способности так ядовито ухмыляться? Да, в эти минуты Тина была готова на всё что угодно. С ровным выражением лица и удивительным спокойствием удава она запросто могла сравнять этого подлого человечишку с землёй. Но сначала было нужно вернуть свисток.

– Не глупи, девочка, подумай хорошенько, – снова зазвучал ехидный голос Харитона.

Резко обернувшись назад, Тина была готова увидеть за своей спиной вернувшегося профессора. Но там никого не было.

– Тина, отдай мне эту вещь, – притворно сладким голоском пропел старик, продолжая буравить девушку полным ненависти и злобы взглядом. – И тогда, быть может, мой великий и всемогущий господин смилуется и сохранит тебе жизнь.

– Замолчи! – не выдержав, воскликнула Тина и почувствовала, что больше не может слышать этот противный голос. – О какой вещи ты говоришь?

Харитон причмокнул губами и осторожно погладил шершавой ладонью запотевшее стекло.

– Ая-яй, Тина, ты пытаешься сделать вид, что ничего не понимаешь. Но ведь ты всё прекрасно знаешь! Я говорю о кости моего хозяина, маленькой косточке, которую ты не имеешь никакого права держать у себя. И если тебе дороги твои милые подружки, твоя сердобольная тётушка Софья и вообще все-все-все, кто живёт в этом замке, то прошу тебя по-хорошему, отдай мне эту кость. Где ты её прячешь? В твоей комнате её нет, ведь так? В твоей избушке тоже нет… Но тогда где она?

И тут Тина всё поняла. Неужели костяной свисток взял не Харитон? Но тогда кто? И что ей теперь делать?

– Ты подумала?

– Вы ничего не получите, – холодно бросила в ответ девушка и сделала шаг вперёд. – Ни Вы, подлый предатель и трус, ни профессор, ни тем более ваше мерзкое, волосатое чучело!

Удивлённый таким смелым и вызывающим ответом, Харитон хотел было открыть рот, чтобы что-то сказать, но заклинание обескостенения его опередило. Мощной взрывной волной оно прошло сквозь толстое стекло и невидимой силой ударило опешившего старика в хлипкую грудь. И уже через секунду, словно большой слизняк, он беспомощно болтыхался в собственном разбухшем от влаги и слизи теле и непонимающе озирался по сторонам.

– Что… что ты со мной сделала? – задыхаясь от возмущения, прокричал он, когда Тина подошла ближе. – Ты, дрянная девчонка, такая же дрянная, как и твой дядюшка…

– Не трогайте моего крёстного, – пригрозив пальцем, проговорила в ответ девушка и с отвращением повела носом – от разбухшего студенистого тела Харитона исходил весьма неприятный запах, – иначе до конца своих дней будете плеваться головастиками и пиявками.

Услышав такую угрозу, старик взвыл от безысходности. Больше Тине здесь было делать нечего. Поставив дверь на место едва заметным щелчком пальцев, она хотела покинуть наполнившуюся тошнотворным запахом комнату, но вдруг остановилась. Какой-то странный шум, а быть может просто предчувствие, заставило девушку насторожиться и резко обернуться. Тина не сразу поняла в чём дело, первое, что бросилось в глаза – странно ухмыляющееся лицо Харитона… Её лихорадочно сверкающий взгляд сам собой остановился на серовато-чешуйчатой морде заспиртованного монстра.

– Чертополох! – тихо ахнула она от страшной догадки, ещё не зная, бежать ей или остаться.

Несомненно, это был он, тёмный колдун, так безжалостно замахнувшийся на жизнь её крестного отца. Зверский взгляд этого беспощадного, жестокого чернокнижника она запомнила очень хорошо. Тина приготовилась к самому худшему, но огромное хвостатое чудище почему-то бездействовало, лишь непрерывно сверлило её своими большими и острыми, как стекло, глазами. На секунду девушке показалось, что замаскировавшийся колдун колеблется, словно чего-то опасаясь. Но если она сейчас попытается убежать, то, конечно же, получит смертельный удар в спину.

– Отдай мне мою кость! – неожиданно прогремело у неё в висках.

Тина испугалась – Чертополох с лёгкостью добрался до её сознания, теперь он может прочесть все её мысли. Боясь дать волю своим размышлениям, она сделала то, на что бы не решилась на её месте даже тётушка Софья. Выкрикнув непослушным языком короткое заклинание, девушка закрыла глаза. Ослепительная вспышка в одно мгновение заполнила небольшую комнату профессора своим плотным и непробиваемым белым светом. Пора! Не открывая глаз, Тина со всех ног бросилась за дверь.

– А-а-а! Проклятая девчонка! – донёсся ей вслед испуганный, полный отчаяния и ярости голос Харитона. – Я ничего не вижу! Я ничего не вижу! Я ослеп!

Праздник не приносил Лёве никакого удовольствия. Более того, он действовал на отвергнутого юношу весьма удручающе. Повесив нос, он уныло слонялся из стороны в сторону, из угла в угол по гудящей, словно пчелиный улей, школе. То тут, то там перед его потухшим, ничего не видящим взором возникали сияющие лица друзей и одноклассников. Ребята всё время пытались затащить опечаленного парня в жаркий центр веселья, заинтересовать удивительными подарками, нескончаемыми конкурсами и свежими, только что раздобытыми заклинаниями типа «макаронный фейерверк» или «ослиные уши». Но всё было тщетно, Лёва лишь равнодушно отмахивался ото всех, снова и снова пытаясь отыскать то место, где его никто не потревожит, место, в котором он сможет полностью отдаться своим ещё вчера радужным, а ныне серым и безрадостным мыслям о несчастной любви. Ведь именно сегодня бедняга и разочаровался в себе окончательно – Роза так и не удостоила его своим вниманием, её даже нисколько не восхитил его новый новогодний костюм, который, между прочим, был сшит по специальному заказу за немалые деньги…

Едва передвигая ноги, Лёва решил уединиться на этаже, где в одном крыле располагалась библиотека, а в другом – комнаты для учителей. Сейчас этаж пустовал и выглядел весьма мрачно.

– Как раз под моё состояние души, – тихо вздохнул юноша, – здесь мне будет намного легче пережить сегодняшний позор, мысленно переварить то унижение, на которое меня обрекла эта бессердечная злодейка.

Ускорив шаг и минуя молчаливые двери учительских опочивален и кабинетов, Лёва направился в самый конец полутёмного коридора, к широкому подоконнику, на котором одиноко ютился маленький горшок с геранью.

Чёрные, тяжёлые мысли ядовитыми жуками копошились в его разбухшей голове, не давали поднять набрякшие от переживаний веки и сбросить с души этот непосильный груз, именуемый безответной любовью. Всякие думы посещали несчастного Лёву, медленно бредущего по опустевшему, объятому подозрительной тишиной и вязким мраком, коридору. Ну что ещё он может сделать для того, чтобы ОНА его заметила?

– Написать предсмертную записку и…, – пробормотал парень сам себе и тут же остановился, испугавшись собственной смелости и резкой мысли.

Нет, жить отвергнутому юноше ещё хотелось, поэтому он решил придумать более щадящую идею. Однако, как назло, в голову ничего умного и оригинального не шло.

– Я полный неудачник, – наконец, горько вздохнул Лёва, ненавидя и презирая себя всем сердцем. – Роза права, от меня нет никакого толку. Что я делаю в этой школе? Просто протираю штаны на школьной скамье, занимаю место в комнате, надоедаю учителям своей бестолковостью…

И он решил. Решил немедленно, прямо сейчас, покинуть школу Чародеев. Навсегда. Сделав несколько твёрдых, полных решимости и уверенности, шагов назад, парень неожиданно остановился. Но остановился он не оттого, что снова испугался собственных мыслей, нет, на этот раз его остановили какие-то странные крики, доносившиеся из комнаты профессора Эдуарда Васильевича. Обернувшись, Лёва заметил, что его дверь была слегка приоткрыта. Крики снова повторились. Нисколько не раздумывая, он со всех ног бросился туда. Но в шаге от порога, дверь неожиданно широко распахнулась, наполнив сумрачный коридор ослепительно-резким белым светом. Затем, в этих неестественно ярких лучах, он увидел Тину, глаза девушки были закрыты.

– Тина? – удивился юноша, но больше сказать ничего не успел.

Ноги одноклассницы вдруг резко подкосились и она, потеряв сознание, рухнула ему на шею. Подхватив обмякшее тело девушки, Лёва инстинктивно потащил её к выходу, сердцем почуяв беду.

– Свисток… где свисток? – бормотала Тина, заплетающимся языком.

– Тише, тише, – успокаивал её парень, оглядываясь назад.

Предчувствие его не подвело – дверь комнаты профессора с шумом и скрежетом вылетела из своих петель и разлетелась на мраморном полу в мелкие щепки. Лёва ускорил шаг, не переставая оглядываться назад.

– Что за чертовщина? – ахнул он, увидев нечто, что поразило его сознание.

Переваливаясь через невысокий порог, из комнаты Эдуарда Васильевича показались два огромных мерзких щупальца отвратительного фиолетово-красного оттенка. Словно принюхиваясь, скользкие конечности приподнимали свои острые кончики вверх, мелко подрагивая ими и вырисовывая в воздухе непонятные фигуры. Определив в какой стороне находилась их добыча, обезображенные страшными жировыми наростами щупальца уверенно поползли в сторону Лёвы и Тины. Тина стала приходить в себя.

– Что происходит? – заплетающимся языком проговорила она и приоткрыла глаза.

– Это я и сам хотел бы знать! – отчаянно прокричал в ответ парень, не отпуская ещё слабое тело девушки. – За нами гонятся два каких-то червя довольно внушительных размеров. Признавайся, это ты нахимичила в комнате профессора?

Тина испуганно открыла глаза и ловко выскользнула из рук Лёвы. Огромные щупальца быстро приближались, угрожающе покачиваясь из стороны в сторону. До конца коридора оставалось несколько метров. Остановившись, девушка стала лихорадочно соображать, перебирая в памяти всевозможные заклинания.

– Ну что ты встала? Бежим! – заорал Лёва и, крепко схватив её за руку, потащил к выходу.

Со всех ног ребята бросились к лестнице. Остановились они только между первым и вторым этажами, чтобы убедиться в том, что оторвались от погони мерзких щупалец.

– Кажется, они больше не преследуют нас, – отдышавшись, сказал парень и тут же спросил: – Что это было?

Тина с благодарностью заглянула в зелёные глаза одноклассника:

– Спасибо тебе, Лёва, ты спас мне жизнь. Я этого никогда не забуду.

– Пустяки, – засмущался тот, и в этот момент все его веснушки вдруг вспыхнули ярким, живым огнём, – ещё бы чуть-чуть и эти черви нас схватили.

– Если бы это были черви…

– Нет? А что же это?

Девушка замялась, не зная, стоит ли посвящать Лёву в эту страшную тайну. Наконец, благодарность за спасённую жизнь взяла верх.

– Это был Чертополох, чёрный маг, вернувшийся с того света, чтобы обрушить на всех нас свою месть.

Такой ответ привёл парня в некоторое замешательство. Конечно, как и все мальчишки, он всем сердцем жаждал острых приключений, отчаянного героизма и кровавой войны со страшными саблезубыми монстрами, но реальность происходящего совсем неожиданно окатила его ледяной водой с головы до ног.

– Чёрный маг? Ты говоришь правду?

– Да, Лёва, но давай поговорим об этом не здесь, – ответила ему Тина, с опаской оглядываясь по сторонам. – Мне необходимо рассказать о случившемся тётушке Софье. Чертополох стремительно набирает силу, а поэтому пришла пора действовать. Пойдём, отыщем её.

Поражённый действительностью, Лёва не стал настаивать на более подробном ответе и послушно двинулся за своей одноклассницей. Мысль об уходе из школы напрочь вылетела из его головы, теперь он мог думать только об одном – его родной школе угрожает страшная опасность, и спасение близких людей от смерти станет теперь его священным долгом.

Разыскивая тётушку Софью, Тина молилась о том, чтобы случайно не встретиться с профессором. Заглянув в её возбуждённые глаза, он сразу обо всём догадается и наверняка помешает встретиться с сестрой Рудольфа. Но противного старика нигде не было, а медлительный Пупс, которого они увидели за одним из столиков, сказал, что профессор куда-то уехал.

– Уехал? – удивилась Тина. – Откуда ты знаешь?

– Случайно увидел, как он направлялся в сторону конюшни, – пробасил Пупс, доедая шестую порцию мороженого. – А в руках он нёс большой чемодан.

– Коричневый? – прищурив правый глаз, спросил Лёва.

– Коричневый, – подтвердил толстый парень, облизывая перепачканные шоколадом губы.

– Этот чемодан профессор берёт с собой в дальние поездки, – сказал Лёва и посмотрел на Тину: – Это плохо?

Девушка пожала плечами:

– Нет, это неплохо, но очень странно. Пошли.

Как назло, тётушки Софьи нигде не было. Тина начала беспокоиться, перед её глазами то и дело маячили эти страшные, вездесущие щупальца с уродливыми наростами. А что если Чертополох добрался до тётушки Софьи? От таких мыслей бросало в дрожь.

– Ну где же она? – нервно спрашивала девушка, озираясь по сторонам.

Лёва покорно следовал за своей предводительницей, готовый в любую минуту броситься на помощь. Обойдя весь первый этаж, друзья выбежали на улицу. В лицо тут же ударил бодрящий зимний воздух. Впереди показалось обеспокоенное лицо Розы.

– Тина! – крикнула она и тут же бросилась навстречу. – Тина, где ты пропадаешь?

Увидев Розу, Лёва тут же опустил глаза. Ему вдруг стало стыдно за свою слабость. Сейчас он не понимал, как было можно решиться бросить всё ради этой бессердечной девчонки? Да, безусловно, это было проявлением трусости, нерешительности и неуверенности в себе.

– Тебя тётушка Софья разыскивает! – воскликнула зеленоокая красавица, но, заметив рядом с подругой Лёву, удивлённо приподняла брови.

Тина схватила Розу за руку:

– С ней всё в порядке?

– Вроде, да, – рассеянно пробормотала та, пожав плечами. – Но она выглядела как-то странно…

– Роза, где она?

– Не знаю, побежала тебя искать. Кстати, Элен тоже про тебя спрашивала, сказала, что желает серьёзно с тобой поговорить.

Тина вздохнула. Наверняка, Элен будет плакаться ей в жилетку, жаловаться на несчастную любовь и наглость Джульетты. Хотя там, у сцены, она выглядела весьма счастливой…

– А этот что делает рядом с тобой? – тыкнула пальцем Роза в сторону Лёвы.

Метнув в подругу недовольный взгляд, Тина ответила:

– Роза, у ЭТОГО есть имя – Лёва. И он только что спас мне жизнь.

На лице черноволосой подруги отразилась кислотная смесь удивления и непонимания, но расспрашивать подробности она не стала. Лишь сказала:

– Пойду скажу тётушке Софье, что ты нашлась. Стой здесь и никуда не уходи.

Когда Роза растворилась в галдящей толпе, Лёва снова обрёл голос.

– И что я ей такого сделал?

Тине было жаль несчастного парня, но утешение сильного пола ни к чему хорошему не приводит, поэтому она не стала вселять в Лёву надежду, а просто сказала:

– Не обращай на всё это никакого внимания. Будь самим собой, таким, каким ты был всегда – задорным, остроумным, всевидящим и жизнерадостным. Вот тогда у тебя всё получится.

Лёва попытался улыбнуться:

– Ты так считаешь?

– Я в этом уверенна. Держи нос выше, и раз я тебе доверила такую тайну, то ты должен быть всегда наготове. Опасность теперь подстерегает нас на каждом повороте.

– В этом можешь не сомневаться! Тина, но ты не сказала мне, чего хочет этот Чертополох? И что он делал в комнате профессора?

Убедившись в том, что их никто не подслушивает, Тина вкратце рассказала Лёве всю историю, связанную с появлением чернокнижника. Казалось, в этот невероятный рассказ невозможно было поверить, но Лёва слушал свою одноклассницу открыв рот.

– Почему ты раньше мне ничего не рассказала? – воскликнул он, озорно сверкнув зелёными глазами. – Я ведь чувствовал, что что-то происходит, и сердце меня не обмануло.

Решительности и бесстрашию Лёвы сейчас Тина могла только позавидовать. Сама же она чувствовала себя в этот момент прескверно. Ещё бы, ведь у неё из-под носа унесли костяной свисток, хранить который дядя Рудольф просил, как зеницу ока. Что теперь будет? Если свисток попадёт в руки Чертополоху, то это будет конец, поражение по её вине. Какой позор!

– А ведь я спрашивал тебя, Тина, но ты никогда не принимала меня всерьёз…

Ответить девушка ничего не успела – навстречу им неслась Элен. Судя по её сияющему лицу, история с кучерявым донжуаном закончилась счастливо. Но тогда почему в глазах девушки было столько возмущения и озабоченности?

– Тина, мне нужно с тобой очень серьёзно поговорить! – воскликнула Элен, но, заметив Лёву, добавила: – Наедине.

Пожав плечами, Лёва отошёл в сторону, решив ни в коем случае не сводить с девчонок глаз.

– Что случилось? – спросила Тина.

– Ты сказала, что с костяным свистком всё кончено. Так?

К горлу подступил ком. Тина не любила обманывать, а тем более – обманывать своих близких людей. Но отступать было уже поздно.

– Да, сказала, – кивнула головой девушка, стряхнув с плеч новогоднюю мишуру.

Возмущение в глазах Элен возросло в десятки раз.

– Тогда скажи мне на милость – что это?

Протянув руку, Элен разжала кулак. На её розовой и мокрой от волнения ладони мирно покоился… костяной свисток. Увидев потерянную вещь, Тина едва не обомлела.

– Но… как он оказался у тебя? – задыхаясь от облегчения, спросила она.

Взяв в руки крохотный свисток, девушка с нежностью прижала его к своей груди, не обращая внимания на его обжигающий холод. Похоже, такая реакция немного успокоила Элен. Она даже улыбнулась:

– Когда я узнала о том, что Жан и Джульетта сидят за одним столиком, то ужасно расстроилась и убежала в нашу комнату. Там я дала волю своим чувствам – схватила первую попавшуюся подушку и стала в неё реветь. А потом краем глаза заметила этот одиноко лежавший свисток, ведь подушка оказалась твоей. Мне показалось неосмотрительным оставлять эту вещь без присмотра, поэтому я прихватила его с собой.

– Элен, ты даже не представляешь, какая ты молодец! – радостно воскликнула Тина, не переставая прижимать холодеющий свисток к груди. – Ты просто умница.

Улыбка белокурой подруги стала ещё шире.

– Ах, Тина, у меня слишком хорошее настроение, чтобы сейчас с тобой ссориться. Но всё-таки скажу, что ты поступила нехорошо, обманув своих лучших подруг. Зачем было скрывать от нас то, что свисток остался цел? Неужели ты нам больше не доверяешь?

– Прости меня, Элен, – Тина снова испытала прилив стыда, – мне казалось, что чем меньше людей будет знать о существовании костяного свистка, тем лучше. Но видимо, я ошибалась. Элен, знаешь, если бы не ты, то…

Договорить Тина не успела – из-за угла показались Роза и тётушка Софья. Наконец-то! Такого взволнованного выражения лица девушке ещё никогда не доводилось видеть. Не замечая вокруг себя горячих поздравлений и чистосердечных благодарностей за умелую организацию праздника, тётушка Софья летела навстречу Тине, словно на крыльях.

– Тина! Как же ты меня напугала!

Но, не взирая на испуг и негодование в глазах женщины, Тина широко улыбалась. Неожиданное возвращение костяного свистка снова вернуло к ней уверенность в своих силах и непреодолимое желание продолжать бороться. И ничто больше не сможет испортить ей настроения!

– Тина, я жду объяснений! Немедленно рассказывай, что здесь происходит! – на одном дыхании выпалила старая волшебница и на всякий случай пригрозила своей ученице пальцем. – Всё зашло слишком далеко.

– Я знаю, – спокойно произнесла девушка, переглянувшись с Элен и Лёвой. – Давайте поговорим, но только не здесь.

– Мы поговорим в комнате у Виктора, – властно ответила та, боясь снова упустить из виду свою ученицу. – Пришла пора выложить все карты на стол.

Тина удивлённо приподняла бровь, но ничего не сказала. В груди вспыхнуло странное желание снова увидеть умирающего от одиночества мальчика, живущего одними книгами и растениями, убийственный дар которого раз и навсегда оградил его от внешнего мира.

Достав из кармана тяжёлую связку заколдованных ключей, тётушка Софья неуверенно затопталась на месте, после чего устремила на свою ученицу влажные от слёз глаза, полные мольбы и надежды:

– Ты ведь уже была у него?

Волшебница имела в виду второе посещение Тины.

– Была, – честно ответила та.

– Тогда ты, наверное, всё знаешь…

Когда за Тиной потянулась длинная вереница из Лёвы, Элен и надутой Розы, тётушка Софья остановилась и посмотрела на Тину пытливым глазом.

– Всё в порядке, тётушка Софья, – с прежней невозмутимостью сказала девушка, – мои друзья обязательно должны присутствовать при этом разговоре.

– Тебе виднее, – вздохнула женщина с некоторым облегчением, – надеюсь, ты понимаешь всю серьёзность происходящего.

– Ещё как.

С замиранием сердца Тина вновь шагала по мрачному коридору, чувствуя сильное волнение впереди идущей волшебницы. Она вновь подумала о том, что силу Виктора, которая убивает всякого, кто к нему прикоснётся, можно как-то использовать против Чертополоха и тем самым освободить несчастного мальчика от её разрушающего воздействия. Но как это сделать, она не могла придумать и видела лишь единственный верный выход – посоветоваться с крёстным.

– Кто такой Виктор? – нарушила вязкую тишину Роза, с отвращением принюхиваясь к затхлому воздуху.

– Сейчас увидите, – коротко ответила Тина, заметив, как напряглась тётушка Софья.

Вот и та дверь, за которой находилось тёплое жилище Виктора. В руках волшебницы снова звякнули заколдованные ключи, подчиняющиеся только ей одной.

– Проходите.

Мальчик встретил гостей с невозмутимым спокойствием, однако большие карие глаза сразу выдали его волнение своим ярким лихорадочным блеском. Тина понимала Виктора, который столько лет просидел в этом замке наедине с горьким одиночеством и безутешными мыслями.

– К мальчику не подходите, – сразу же предупредила ребят тётушка Софья и ласково улыбнулась своему племяннику: – Витя, познакомься, это мои ученики – Лёва, Роза и Элен. Ну, а Тину ты уже знаешь.

– Очень приятно, – ответил тот, прижимая к груди испуганного Друга.

– Присаживайтесь, места должно всем хватить, – сказала волшебница и закрыла дверь на ключ. – Непонятно почему, но его сила не приносит никакого вреда одному этому питомцу…

Тина не стала ждать, пока женщина потребует объяснений, и сразу всё рассказала, начиная с таинственной пропажи свистка и заканчивая его обнаружением. Рассказ девушки заставил её удивиться.

– Свисток? – развела руками тётушка Софья. – Но что эта за вещь и почему за ней охотиться Чертополох? Я видимо, многого не знаю.

Тине пришлось всё объяснить.

– Это подарок дяди Рудольфа, – достала она маленькую вещицу и положила её на ладонь. – В этом свистке спрятана кость самого Чертополоха. Это ее он ищет! Даже не верится, что в такой крохотной штучке находится столько силы! Стоит только чернокнижнику завладеть этим свистком, как вся эта сила мгновенно перейдёт в его тело и тогда нас уже ничто не спасёт. Тётушка Софья, дядя Рудольф велел мне беречь его, как зеницу ока, до тех пор…

Тина замолчала. Она не могла сказать, что её крёстный жив.

– До каких пор? – забеспокоилась волшебница и подошла ближе. – Сколько времени ты будешь носить этот проклятый костяной свисток на шее и подвергать свою жизнь опасности? Тина, отдай мне эту гадость.

Девушка растерянно посмотрела на своих притихших друзей, не зная, что сказать.

– Рудольф не имел права доверить такое ответственное задание несмышленому ребёнку! – горько воскликнула женщина, на её глаза навернулись слёзы. – Но почему он ничего не сказал мне? Тина, тебя снова попытаются убить, отдай мне эту вещь, и я с ней разберусь.

Спрятав свисток подальше, девушка замотала головой:

– Я не могу этого сделать, тётушка Софья. А разбираться нужно не со свистком, а с Чертополохом и его прислужниками.

– С чего же нам начать? – рассеянно пробормотала волшебница, возвращаясь на своё место. – Быть может, поговорим с профессором? Мне сегодня показалось, будто в его глазах затаилось раскаяние…

Тут Тина сказала, что профессора, скорее всего, в замке нет.

– Неужто сбежал? Или отправился на выполнение очередного задания своего господина?

Новости не радовали тётушку Софью, она никак не предполагала, что вся эта история окажется такой запутанной.

– Тогда я сейчас же разберусь с Харитоном, – заявила она, – пора очистить замок от всякой нечисти. Уж в этот раз я развяжу ему язык!

– Но там был Чертополох! – предупредила Тина, вспомнив мясистые щупальца колдуна.

– Ничего, без этого свистка негодяй беспомощен, – сказала в ответ женщина, направляясь к двери, – а в подмогу я возьму Марию Гордеевну и Злату Захаровну. Уж втроём-то мы его одолеем.

Эти слова прозвучали так уверенно, что девушка даже не подумала отговаривать волшебницу.

– А вы посидите пока здесь, – открывая дверь, проговорила та, – у Виктора вам ничто не будет угрожать. Комната надежно заколдована. Но только тихо.

Щёлкнул замок, и тётушка Софья быстрым шагом направилась к выходу, решив раз и навсегда разделаться с подлыми предателями.

После ухода старой волшебницы в комнате образовалась гробовая тишина. Впечатления за этот вечер оказались настолько сильны, что Тина невольно закрыла глаза и с головой погрузилась в свои невесёлые размышления. Тело ныло от напряжения и казалось ватным, а веки неожиданно налились свинцовой тяжестью. Приближалось утро.

Напротив Тины, в нескольких шагах, сидел Виктор и с серьезным не по годам лицом наблюдал за шушукающими в другом конце комнаты ребятами.

Особенно была на себя не похожа Роза. Всегда говорливая, она стояла рядом с Элен и Лёвой и задумчиво смотрела в пол. Рассказ Тины поразил её до глубины сознания, точнее не рассказ, а то, что Лёва в этом рассказе выглядел настоящим героем. Роза не могла заставить себя в это поверить, однако и не поверить Тине было тоже невозможно.

Наконец, любопытство взяло верх. Окинув тихо стоявшего рядом Лёву холодным и надменным взором повелительницы, девушка обратилась к нему:

– Это правда, что ты спас Тину от кровожадного чудовища?

Собрав всю свою волю в кулак, юноша кивнул в ответ рыжей шевелюрой:

– Было дело.

Но такой ответ Розу, конечно же, не удовлетворил.

– Тина опустила подробности. Как это было?

Лёва заставил себя поднять голову и заглянуть в горящие малахитовым любопытством глаза одноклассницы. Совершенно неожиданно он обнаружил, что больше не испытывает к ней ни обожания, ни страха, ни больной любви. Лишь пустота в сердце. Теперь Роза казалась ему самой обычной девчонкой, такой же как и все. Ну, может, и не совсем такой. Все-таки на ней сегодня было это сногсшибательное красное платье.

– Ну что ты молчишь, словно в рот воды набрал?! – топнула в нетерпении каблуком девушка. – Рассказывай, как всё было? Я не могу поверить в это, тут что-то не так. Наверное, Тина немного преувеличила или не так всё увидела. Скорее всего, это она спасла тебе жизнь, а не ты ей.

Лёва не стал спорить. Пожав плечами, он направился к Тине.

– Да что… что он себе позволяет? – задыхаясь от негодования и возмущения, воскликнула Роза. – Элен, ты видишь?

Элен покачала головой и, взяв подругу за руку, тихо проговорила:

– Тише, Роза, не забывай, где ты находишься. Ты не у себя в комнате. Пожалуйста, не обращай внимания, вы с Лёвой после разберётесь.

– Я не собираюсь с ним разбираться, – вздёрнула от обиды нос девушка и закрыла ладонью дрожащий подбородок. – Скорей бы тётушка Софья пришла, мне надоело тут торчать. Ты ничего не понимаешь, этот нахал оскорбил меня.

Элен тихо вздохнула, меньше всего ей сейчас хотелось видеть лучшую подругу в разгневанном состоянии.

– Никто тебя не оскорблял, – как можно мягче произнесла она, – все устали, Лёва тоже устал, пойми. Не может же он все двадцать четыре часа в сутки бегать за тобой, как хвостик, и признаваться в любви.

– Не верю своим ушам, – хмыкнула на это Роза. – Твой Лёва мне даром не нужен, ни он, ни его любовь. Ты, как всегда, мелешь ерунду.

Девушки замолчали. Элен заметно нервничала, всё время закусывала нижнюю губу, нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и прислушивалась к звукам за дверью.

– Почему тётушка Софья не возвращается?

– Боишься, что Джульетта уведёт твоего ненаглядного женишка? – язвительно усмехнулась в ответ Роза и метнула в сторону Лёвы разъярённый взгляд. – Да я ей за это спасибо скажу. Вокруг столько парней, а ты сходишь с ума по этому бесстыднику.

Пожав круглыми плечами и поёжившись от сырости, Элен смущённо опустила глаза. Ей было ужасно стыдно за свою нелепую любовь, но в то же время неудержимо хотелось всё это обсудить.

– Он вовсе не такой уж и плохой, – робко пролепетала она, в глубине души надеясь на понимание подруги, – а очень даже милый… Мне просто стало его жаль после той истории… Что плохого в том, что я поддержала человека, помогла ему разобраться в себе, выговориться. Знаешь, Жан просто экспериментировал с тем зельем, ему вовсе не нужна была любовь всех девчонок. И уж точно он не собирался никому ничего доказывать. Он просто проверял свои способности. Я ему верю.

Но Роза на этот раз ничего не ответила. Устало зевнув, она обессилено присела под ближайший лохматый куст.

А тем временем Тина очнулась от своих раздумий. Увидев рядом с собой Лёву, она улыбнулась:

– Кажется, я задремала.

Напротив сидел Виктор, не мигая, он смотрел на девушку и поглаживал обеими руками гладкую голову своего Друга.

– Этот мальчик спас тебе жизнь? – вдруг спросил он.

Тина кивнула головой:

– Да, если бы не Лёва, то страшно подумать, что бы со мной было. Думаю, у этого свистка сейчас был бы другой хранитель.

Виктор отпустил из своих худеньких ручонок неугомонного лягушонка и сказал:

– Можно взглянуть на этот свисток?

– Да, конечно.

Девушка положила холодный свисток на ладонь и протянула руку навстречу мальчику, не забывая держать дистанцию. Виктор внимательно присмотрелся.

– Он мне знаком, – задумчиво проговорил он и снова занял прежнее положение на своём синем кресле, – только раньше у этой вещи не было формы свистка, на первый взгляд это была обыкновенная костяшка.

Тина была удивлена. Так значит Виктор тоже был посвящён в страшную тайну костяного свистка!

– Дядя Рудольф не раз оставлял эту вещь здесь, в моей комнате, надолго отлучаясь из замка. В случае чего я должен был всё рассказать тётушке Софье и передать это ей в руки.

После этих слов девушка удивилась ещё больше, немой вопрос застыл на её растерянном лице. Мальчик всё понял, однако дать вразумительный ответ не смог. Он не знал, почему дядя Рудольф вдруг решил передать костяной свисток Тине; быть может, он подумал, что так будет надёжнее, а может, просто доверился своему сердцу…

– Если тётушка Софья узнает об этом, то у неё тут же случится нервный срыв, – нарушил минутную тишину Лёва, чувствуя себя рядом с Виктором первоклассником и тут же спросил: – Наверное, тяжело жить вот так, в изоляции от всех?

Мальчик тихо вздохнул.

– Я бы все отдал, чтобы избавиться от этого проклятия. Часто задаюсь вопросом: почему именно со мной судьба сыграла такую злую шутку? Почему тетушка Софья сохранила мне жизнь, зная о том, что мое существование несет угрозу? Она нашла меня в городском парке, на скамейке, совершенно одного, брошенного матерью… Поначалу мои прикосновения доставляли жуткую боль другим людям, но со временем они становились все опаснее… Иногда я ловлю себя на мысли, что хочу умереть. В моей жизни нет никакого смысла. Жутко такое осозновать.

Сердце Тины сжалось от жалости к этому несчастному мальчику.

– Ну почему ты думаешь, что это проклятие? – спросила она, сделав шаг навстречу. – Быть может, это настоящий дар… Только пока мы не знаем, как его использовать.

Виктор промолчал.

– А если хочешь, мы будем к тебе приходить каждый день, – Леве тоже стало жаль мальчика.

– Спасибо, я буду рад.

За дверью внезапно раздался какой-то шум. Щелкнул замок.

– Тетушка Софья!

На пороге возникла знакомая фигура тетушки Софьи. Глаза женщины странно горели, а лицо было невозмутимо спокойным.

– Тина, пойдем со мной скорее, – позвала она хриплым голосом. – Остальные пусть ждут здесь.

Ребята недоуменно переглянулись между собой.

– Но что случилось? – Тина замялась, на душе было тревожно. – Вы видели Чертополоха? Где он?

Тетушка Софья тихонько хихикнула и сняла очки.

– Не беспокойтесь, сейчас он далеко отсюда, – загадочно ответила она и убрала очки в карман. – Отдай скорее мне эту кость, ее нужно уничтожить.

Не вставая, Роза возмущенно хмыкнула:

– Но эту вещь невозможно уничтожить, Вы же знаете об этом.

Тут подскочил Лева, молчать в такой ситуации он мог.

– А откуда Вы знаете, что он далеко? Может быть, он затаился где-нибудь в замке и ждет удобного момента, чтобы напасть на Тину! Вы же сказали, что разберетесь с ним.

Тина потрогала свисток. Он вдруг стал теплым как никогда! А это значит, тетушка Софья говорила правду – Чертополох был далеко отсюда.

Директор школы нервно затопталась на месте, на ее лбу появилась испарина.

– Тина, идем со мной, пока Чертополох не вернулся!

И, схватив девушку за руку, она покинула комнату.

Мысли в голове у Тины перемешались, странное поведение тетушки Софьи немного настораживало.

– Куда мы идем? – девушка попыталась замедлить шаг.

– Сейчас все увидишь, дорогуша!

Остановились они только напротив кабинета пропавшего профессора. На раскрасневшемся лице возбужденной волшебницы засияла радостная ухмылка.

– Ну вот мы и пришли.

Перед глазами вдруг сами собой возникли мерзкие щупальца колдуна. Тина сморщилась и испуганно покосилась на дверь.

– Что там?

– Дай сюда кость, – тетушка Софья протянула руку. – Где она? Скорее!

Тина послушно сняла свисток с шеи и протянула его женщине.

– Но как Вы его собираетесь уничтожить? – пробормотала девушка неуверенным голосом и вдруг заметила, что дверь стала медленно открываться.

Тина едва успела отпрыгнуть в сторону – из темного кабинета Эдуарда Васильевича бесшумно выползло обмякшее тело Харитона. Выпучив на девушку безумные глаза, старик дико захохотал.

– Что это с ним? – растерянно спросила она у тетушки Софьи. – Почему он смеется?

Но и та вдруг стала вести себя крайне странно. Грубо схватив обеими руками костяной свисток, она закрыла веки и зашептала какие-то непонятные слова. Лицо ее некрасиво вздулось, покраснело и затем стало стремительно меняться. Уже через минуту перед Тиной стоял совсем другой человек… Если это можно было назвать человеком. Тот самый мерзкий мертвец из чулана, только более окрепший и уверенный в себе. Хищно сверкнув налитыми до краев кровью глазами, он с нескрываемой ненавистью буровил ее своим колючим взглядом. Заветная кость наконец-то была у него в руках!

– Чертополох! – ахнула девушка в ужасе.

– Вот и все! – ощерило гнилые зубы существо и метнуло в Тину ядовитую струю света. – Можешь попрощаться с жизнью, дрянная девчонка! Как же было легко вас обмануть! Умри же!

Со страшной ураганной силой колдовская магия ударила оцепеневшую от происходящего девушку в грудь и отбросила в самую глубь коридорного полумрака.

Наблюдавший за своим хозяином Харитон, пользуясь удобным случаем, подполз ближе и жалобно простонал:

– А как же я, мой господин? Я не могу ходить из-за этой противной девчонки… Прошу вас, помогите, верните мне мои силы… Вы теперь всемогущи и всесильны, можете все… Помогите!.. Ведь это благодаря мне Вам удалось обернуться Софьей Паллной…

Но обезумевший от предвкушения победы над своими врагами колдун лишь злобно расхохотался. Накинув на свою плешивую бугристую голову огромный капюшон, он звонко скрипнул зубами-иглами:

– Побудь теперь и ты в моей шкуре, несчастный подхалим! Почувствуй каково это быть беспомощным существом! С этой девчонкой я покончил раз и навсегда! Теперь пришла пора разобраться и с остальными.

– За что мне такие муки? Я так старался для Вас! Вы ведь не бросите меня?

– Я подумаю, Харитон!

Прошипев эти слова, Чертополох ловко обернулся гигантской летучей мышью и, издав истошный пронзительный писк, исчез.

– У-у-у-у-у-у! – заскулил Харитон, перекатываясь из одного места в другое, словно комок слизи. – Пощадите-е-е-е! За что-о-о-о?..

Тина открыла глаза. Она не умерла! Чертополох не убил ее. Но почему? Она с трудом встала на ноги и с презрением посмотрела на старика.

– Как? – изумленно закричал тот, увидев девушку живой и невредимой. – Ты жива? Но это невозможно… Колдун тебя убил! Такой был план…

– Куда он направился? – Тина подошла ближе и посмотрела на него сверху вниз. – Что задумал этот гад? Говори немедленно, иначе я сейчас раздавлю тебя, как жалкого слизняка!

Она уверенно подняла ногу над дрожащим телом Харитона.

– Он хочет убить Софью Паллну и ее дочку, – жалобно пробулькал тот, захлебываясь в слезах. – Они там, возле елки…

Услышав это, Тина со всех ног бросилась к лестнице.

Спускаясь на первый этаж, Тина столкнулась с толпой испуганных учеников. Не останавливаясь и не обращая внимания на их вопросительные взгляды, она быстрым шагом направилась к выходу из замка. Только бы успеть! Ее сердце сейчас было готово выскочить из груди. Почему костяной свисток так подвел ее? Почему не обжег своим колючим, ледяным холодом, когда Чертополох принял облик тетушки Софьи и с такой легкостью обвел всех вокруг пальца?.. И как она, Тина, не заподозрила неладное, когда колдун в облике волшебницы снял очки и убрал в карман? Тетушка Софья никогда с ними не расставалась! Резкий морозный воздух словно отрезвил ее, ударив по лицу своим бодрящим зимним дыханием. Тина остановилась – там, у подножья гигантской ели, в куче новогодней мишуры стояла мрачная, как туча, тетушка Софья, а в ее руках решительно сверкала волшебная палочка. Но она ли эта? Быть может, это снова были проделки злобного колдуна?..

– Тина, не приближайся! – строго предупредила женщина, заметив девушку. – Чертополох где-то рядом! И у него твой свисток!

– Теперь это его свисток, – угрюмо буркнула сама себе под нос Тина и осмотрелась.

Вокруг никого не было, над замком удручающе висела все такая же непроглядная зимняя ночь, хотя время было уже раннее. Едва уловимый шорох заставил девушку поднять глаза вверх. Там, на самой верхушке заснеженной ели что-то явно шевелилось…

– Он там! На елке!

Тут раздался знакомый истошный писк монстра. Одно мгновение и его черная мохнатая туша камнем рухнула на землю, обернувшись безобразным стариком.

– Тебе удалось выжить, глупая девчонка, – с усмешкой проскрипел он, крепко сжимая в кулаке свою заветную кость. – Но сейчас ты об этом пожалеешь! Сейчас я вас всех уничтожу… Так, как когда-то уничтожил меня ваш любимый оборотень. Отправляйтесь же на тот свет и передавайте пламенный привет Рудольфу от меня!

Лицо тетушки Софьи перекосилось от ненависти и презрения. Решительно направив в сторону колдуна волшебную палочку, она неслышно прошептала всплывшие из глубин памяти слова какого-то убийственного заклинания и метнула в него тяжелый ослепительный шар магической силы. Но Чертополох отбил его ладонью, словно обычный теннисный мяч. Тетушка Софья растерянно посмотрела по сторонам и только сейчас заметила, что за этим поединком, затаив дыхание, наблюдает вся школа. Да, все в страхе смотрели на воскресшего из мертвых колдуна, перешептывались и ничего не понимали.

А Чертополох, казалось, просто упивался этим зрелищем.

– Теперь я бессмертен! С этой костью, с моей частью тела, – затряс в воздухе он сжатым кулаком, – никто не сможет меня убить!.. Никто! Ведь именно в ней была сосредоточена вся моя колдовская мощь. Умри же, несчастная!

Подняв скрюченную, как узел старой веревки, руку вверх, он приготовился к решающему взмаху. Но тут в напряженной тишине неожиданно прозвучал чей-то скрипучий голос и заставил старика обернуться.

– Одумайся, безумец, или я тебя прокляну.

Это была та самая старая ведьма из Нечистого леса. Рядом с ней стояли Злата Захаровна под своей неизменной шевелюрой и воинственная Мария Гордеевна.

– Я приехала сюда на своих козах, чтобы забрать тебя, – продолжала она. – А эти две милые особы услужливо встретили меня у ворот и проводили сюда, кхе-кхе…

Сбросив с себя остатки оцепенения, Тина подошла к тетушке Софье.

Чертополох замер и на минуту задумался. Было видно, что такого поворота событий он никак не ожидал.

– А тебя кто сюда звал, старая ты карга? – рявкнул он, изо всех сил пытаясь скрыть удивление. – Твое дело сидеть в своем курятнике с пауками и сторожить мертвецов в гробах. Тебе что, праздника захотелось?

Старуха лишь хмыкнула на это и неспеша проковыляла поближе к елке, расчищая путь от новогодней мишуры своей кривой клюкой.

– Меня внук мой отправил сюда, – наконец, ответила она и остановилась, разглядывая гигантское дерево. – Красивая у вас тут елка! Давненько я не была на праздниках…

Ошарашенный такой внезапной новостью, колдун нервно сплюнул в сторону.

– Кругом одни предатели, – прошипел он, тряся кулаками. – Но я не удивлен! Что еще можно было ожидать от этого труса. Хотя это ничего не меняет, ты зря сюда приползла, старая кляча.

Ничуть не обидевшись, ведьма подошла к тетушке Софье и ее окружению. Пристально на нее посмотрела.

– Софья Павловна, а ведь я не одна пришла. А с подарком для Вас и Тины. Да что уж тут скрывать – все будут довольны, кхе-кхе.

– С подарком? – растерянно пробормотала женщина, ведь сейчас явно не до подарков!

Чертополох навострил уши. О чем бормочет эта спятившая старуха? Что она несет? Любопытство все же взяло верх, и он решил, что смерть тетушки Софьи и этой девчонки подождет. Главное, что его кость была при нем! А пока можно и посмотреть какой подарок приготовила эта сумасшедшая.

Старая ведьма хитро улыбнулась, напугав всех своими сгнившими до самых корней зубами, и показала рукой куда-то в сторону.

– Разве мой внук, Эдуард Васильевич, не говорил вам о подарке? И о письме.

Тетушка Софья задумалась. Да, да, что-то такое она припоминает…

– Письмо я получила, но не успела его прочесть.

Сердце Тины бешено застучало от непонятного предчувствия.

– Давай скорее показывай свой подарок! – в нетерпении крикнул Чертополох. – Что ты там собралась дарить? Своих диких тощих коз? Или, быть может, ты привела сюда свое мерзкое стадо пауков?

От собственной шутки колдун расхохотался. В ответ из толпы учеников тут же донесся чей-то смех. Это был Лева. Рядом с ним стояли Джульетта, Роза и бледная, как лист бумаги, Элен.

– Как ты посмел смеяться надо мной, глупый мальчишка? – заскрипел зубами старик и взмахнул своей волшебной палочкой. – Сейчас ты у меня попляшешь…

Из толпы неожиданно вышел сторож Мирон. Загородив своим огромным телом перепуганных детей, он пригрозил Чертополоху похожим на вареную сардельку указательным пальцем.

– Ты, пень трухлявый, не балуй тут мне, – пробасил он, шлепая отвисшей нижней губой, и деловито почесал взопревшую залысину. – Что это ты тут устроил посреди ночи? Детишек вот напугал. Убирайся-ка ты, друг сердечный, восвояси, пока я тебя метлой поганой сам не вымел.

Колдун даже немного опешил.

– Ты хоть знаешь кто я такой? – взвизгнул он, брызгая слюной, и снял капюшон, как будто там на голове у него была корона. – Ты, тупое создание, хоть понимаешь, что сейчас я из тебя сделаю котлету?..

Чертополох вновь взмахнул палочкой. Но колдовства не случилось. Что-то огромное и тяжелое напрыгнуло на него сзади и вцепилось в горло. Палочка отлетела в сторону. Это был волк. А точнее оборотень.

– Рудольф! – ахнула тетушка Софья, не веря глазам, и упала на землю, потеряв сознание.

Несмотря на свою худобу и немощь, Чертополох сумел освободиться. Уже через минуту он схватил волка за шею острыми крючковатыми когтями и начал его душить.

– Что же вы стоите?! – воскликнула Злата Захаровна, направив на колдуна потрескивающий луч магии. – Его нужно остановить!

В эту же минуту к ней присоединились Тина и Мария Гордеевна, из испуганной толпы выбежал Артур. От взмахов волшебных палочек вокруг стало жарко и светло так, что можно было ослепнуть. Обезумевший Чертополох склонил свое позеленевшее лицо над теряющим силы волком, заливая его густую шерсть ядовитой слюной. Казалось, что магия волшебников не приносила ему никакого урона. Но это было не так. Колдун постепенно терял силы. Однако и волк тоже.

Тина шептала заклинания одно за другим, заливаясь слезами. А дядя Рудольф уже не сопротивлялся.

– Ненавижу! –рычал Чертополох, не понимая почему его враг до сих пор дышит, а он сам слабеет. – Где же моя сила???

Увлеченный борьбой, он даже не заметил, как кто-то тихо подошел сзади и положил руку ему на плечо. Это был худенький мальчик с печальными глазами.

– Виктор, нет! – истошно прокричала тетушка Софья, придя в себя. – Отойди! Не делай этого!

– Кто это? – Злата Захаровна опустила волшебную палочку, боясь навредить взявшемуся неведома откуда мальчику. – Что он делает? Мальчик! Отойди!

Но мальчик покачал головой и продолжал сильнее сжимать пальцами костлявое плечо.

– Кто здесь? – голос старика оборвался, и он отпустил жертву. – Я ничего не вижу… Что происходит… Что со мной?

Воспользовавшись моментом, Артур и Мария Гордеевна оттащили бездыханное тело Рудольфа за ель.

Со стороны, казалось, ничего не происходило. Но на самом деле это было не так. Тело колдуна постепенно уменьшалось в размерах под безразмерным старым плащом, ссыхалось и, наконец, стало похожим на древнюю мумию. Сделав последний вдох, оно, наконец, замерло. А Виктор, обессилев, упал на землю, будто кленовый листок. Тина и тетушка Софья встретились взглядами. Наверное, в эту секунду все подумали об одном и том же – неужели все мертвы…

– Рудольф, брат мой, – волшебница на ватных ногах подошла к волку и, встав на колени, погладила его по мокрой шерсти. – Очнись, прошу тебя…

– Он жив, – спокойно проговорила старая ведьма и достала из кармана своих лохмотьев какой-то заляпанный бутылек. – Ему нужно выпить эту воду. Это целебная вода, она поможет ему прийти в себя, кхе-кхе… А вот мальчику следует выпить козьего молока, и как можно быстрее. Своего дара он лишился на какое-то время, а быть может, и навсегда… Но жить будет, кхе-кхе…

Подойдя к лежащему без признаков жизни Виктору, старуха запустила руку в тот же карман и вытащила оттуда другой бутылек, поменьше.

– Я помогу, – Тина взяла молоко.

– Осторожно, не разлей. Он должен выпить все, до последней капли.

Окружив плотным кольцом место событий, вся школа затаила дыхание. Даже болтливые гномы молча и неподвижно стояли в сторонке и сейчас казались обыкновенными садовыми фигурками.

Когда бутылек опустел, Тина без страха дотронулась до руки Виктора. Она была холодной.

– Но он не приходит в себя, – растерянно прошептала девушка и с мольбой взглянула на старую ведьму.

Но та уже копошилась возле обугленного тела Чертополоха.

Тучи рассеялись, а вместе с ними и тьма, нависавшая над замком. Погрузив то, что осталось от колдуна на сани, запряженные дикими козами, она стала прощаться.

– Ну, мне пора, кхе-кхе… Путь неблизкий, да и козы мои проголодались. Ты, сынок, – обратилась старуха к Рудольфу, который к этому времени пришел в себя и стоял, хоть и с трудом, на ногах в нормальном человеческом обличии, – не серчай на внука моего. Главное, что он вовремя одумался и тьма не успела завладеть его душой. Не серчай на меня, старуху такую-сякую, держала тебя взаперти, в гробу запирала… Но сейчас это место освободилось для прежнего хозяина, кхе-кхе…

И она небрежно ткнула своей кривой клюкой в Чертополоха, будто до сих пор не верила в то, что он мертв.

– Ты жизнь мне спасла. Нашла в лесу, выходила, вылечила. За это я тебе благодарен! А что касается Эдуарда Васильевича… Думаю, придет время и мы с ним еще поговорим.

– Вот и славно, – причмокнула губами старая ведьма и резво запрыгнула на сани. – Ну, не поминайте лихом!

Раздался свист и козы тронулись с места.

– Где Тина? – граф Рудольф попытался сделать шаг. – С ней все в порядке?

– Не волнуйся, брат, она с Виктором.

А тем временем мальчик Витя открыл глаза. Он долго не мог понять, что происходит.

– Я жив?

– Ты жив, – улыбнулась сквозь слезы Тина, – давай помогу тебе встать.

– Но…

– Ты теперь не опасен.

– Но как?

– Я не знаю как это произошло. Твоя сила убила Чертополоха и покинула тебя. Та старая ведьма сказала, что навсегда.

– Но это неточно, – деловито вставил слово Лева, помогая мальчику подняться. – Твоя убойная сила может еще и вернуться. Так что будь начеку.

– Лева! – Роза с укором хлопнула его по плечу и … неожиданно улыбнулась, а затем как ни в чем не бывало спросила у Тины: – А что это у тебя в руках? Палочка? Но ты же не пользуешься…

– Т-с-с-с… Это палочка Чертополоха, он выронил ее, когда дядя Рудольф напал на него.

– А свисток? – прошептала Роза едва слышно. – Что с ним? Колдун не стал бессмертным, а это значит, что сила свистка не перешла к нему.

Тина пожала плечами и протянула ладонь, на которой лежал потрепанный шнурок.

– Это все что от него осталось.

Автобус прибыл за школьниками ровно в шестнадцать ноль-ноль. Это был самый обычный на вид автобус желтого цвета. Четыре колеса, один руль, газ и тормоз. Необычное в нем было только то, что салон мог вместить в себя целых две сотни человек. Припарковался автобус возле большого снеговика, которого утром слепили первоклашки.

Школа быстро опустела. Стоял на удивление теплый, совсем не по-зимнему солнечный денек.

– Какая погодка сегодня, а? – подмигнул пребывавший в отличнейшем настроении Лева своим одноклассницам, помогая Розе тащить к автобусу чемодан. – В городе можно будет по площади погулять, в кино сходить, в кафе какое-нибудь зайти, пиццу заказать, газировки попить… Мне до ужаса надоела вся эта полезная еда нашей Златы Захаровны. Вкусно, конечно, но иногда хочется и чего-нибудь вредного. А? Как на это смотрите?

– Посмотрим, но скорее всего нет, – коротко ответила на это Роза, хотя на самом деле сама была не прочь погулять по городу и поесть разных вкусностей и вредностей. – Я тороплюсь домой, к своему брату, хочу устроить ему сюрприз.

– А что он не в курсе твоего приезда? – удивился парень.

– Нет.

– Ну ты даешь, а вдруг у него дела.

– Какие дела?

– Важные.

– Что может быть важнее семьи?

– Ну не знаю…

– Лева, лучше помолчи!

Позади шла и тихо пыхтела Элен. Сумка у нее была хоть и небольшая, зато ужасно тяжелая и неудобная. Девушка уже десять раз пожалела, что взяла с собой столько учебников. Но чем ей еще заниматься на каникулах у бабушки?..

– Давай помогу! – перепрыгивая через блестящие от яркого солнца лужи, к ним подбежала Джульетта. На ней была короткая красная куртка и полосатый шарфик. – А где Тина?

– Она там, со своим крестным, – махнула рукой раскрасневшаяся Элен, бросая на мокрый снег ненавистную сумку. – Сказала скоро подойдет.

– Жаль, что она остается здесь, – вздохнула Джульетта, ловко подхватив сумку подруги.

– Роза пыталась уговорить ее поехать с нами, но все бесполезно. Она хочет провести время с дядей Рудольфом и тетушкой Софьей. И я ее понимаю, – Элен вспомнила свою бабушку. Как она там? И писем давно не было, поэтому девушка переживала – все ли у нее в порядке.

– Ага, – подтвердила слова подруги Роза, останавливаясь возле автобуса. – Я бы ее с братом своим познакомила. Но она ни в какую… О, смотрите-ка, донжуан ваш стоит. Едет покорять новые сердца!

В кругу галдящих старшеклассников стоял Жан с клетчатым рюкзаком за плечами. Его кучерявые волосы уже изрядно отросли и небрежно торчали из-под вязаной шапки. При виде девушек улыбка сразу же сползла с его лица. Он испуганно отвел глаза в сторону и поспешил в автобус.

– Что это с ним? – открыто рассмеялась Роза. – Избегает вас, а?

– Да просто достали они его со своей любовью, – тяжело пропыхтел Лева и поставил чемодан на землю. – Фу-у-ух… Что там у тебя, кирпичи, что ли?..

Джульетта и Элен стыдливо промолчали. Вспоминать историю с апельсинами им сейчас не очень-то хотелось. Но Лева не унимался.

– Напугали парня до смерти, – продолжал он развивать тему. – Вы, девчонки, странный народ, никогда вас не понимал. Все пытались доказать то, что вы особенные, что любовь у вас не такая как у других, а настоящая, что приворотные чары Жана были ни при чем… И что в итоге? Он бегает от вас, как от огня. И апельсины не помогли! Только зря желание загадывали… Это ж надо, по четыре апельсина слопали! Я вот один съел, все как положено, выбрал самый большой и спелый. И, кажется, мое желание начинает…

– Да замолчи ты уже! – наконец, прикрикнула на него Роза. – Психолог тут нашелся. Все, пора забыть уже эту глупую историю. Больше ни слова о Жане!

Лева послушно замолчал. Как бы невзначай он распахнул потрепанную временем серую куртку, чтобы продемонстрировать всем свою новую футболку, которую он с великим трудом обменял у парня из соседней комнаты на целый пакет говорящих конфет. Футболка была самой обычной, черного цвета, а на груди была вышита яркая красная роза. Уже пряча конфеты под кровать, сосед божился и клялся, что футболка не девчачья, а самая что ни на есть мужская.

– Классная футболка, – приподняла красивую бровь Роза.

– Да ничего особенного, – Лева сделал вид, что ему все равно, и что этот рисунок ничего не означает.

Вскоре подошли тетушка Софья и Тина. Пришла пора прощаться. Осмотрев автобус придирчивым взглядом, волшебница заглянула вовнутрь, пересчитала волшебной палочкой все ли на месте.

– Тина, может, передумаешь? – с надеждой в голосе спросила Джульетта.

– Я бы с превеликим удовольствием, – девушка по очереди обняла всех своих друзей. – Но не могу… Я хочу встретить Новый год в кругу семьи, проведать Красавчика, навестить свою избушку. Возьму с собой на экскурсию Виктора. Он ведь тоже остается, никаких родственников у него нет. Да и дядя Рудольф еще очень слаб. А еще он обещал рассказать все о моей маме и о том, как стал мне крестным отцом…

– Ты счастлива? – Элен заглянула ей в глаза.

– Да, – честно призналась девушка. – Я счастлива, что обрела семью, друзей, школу… Это самое важное в жизни человека. И как хорошо, что никто не пострадал!

– Да уж, – согласилась Роза, – но если вдруг заскучаешь или что случится, пиши мне. Тетушка Софья отправит письмо по своей секретной почте, и я его получу в тот же день.

О том, что существует секретная почта, знали все в школе, но как она работает и что из себя представляет, не знал никто.

– Я обязательно напишу, – в этот момент Тина подумала, что хорошо бы написать письмо и еще одному человеку, Сереже. А еще лучше – навестить его.

Тем временем Лева загрузил сумки в багажное отделение. Близилась минута прощания.

– А что с Харитоном? – вдруг вспомнила Элен про старика. – Куда он подевался? Мерзкое было зрелище, бр-р-р-р…

– А никуда не подевался, – ответила тетушка Софья. – Тина ему вернула прежний облик, и после этого у него напрочь память отшибло. Да еще и, судя по всему, рассудок помутился. Никого не узнает.

– Сто процентов, притворяется, гад! – не поверил Лева.

– Не притворяется, проверяли. Мы его пока в чулан посадили. Думаю, отправим его в ближайшие дни к той ведьме в Нечистый лес на перевоспитание. Пусть ей там помогает по хозяйству.

– Ну… Тина, с наступающим Новым годом тебя, – Джульетта еще раз обняла подругу.

Горячо попрощавшись, ребята сели в автобус.

– Счастливого пути! Трогай! – тетушка Софья махнула рукой, и усатый водитель с носом похожим на морковку послушно нажал на газ. – Надо же, как он на нашего снеговика похож!

Они еще долго провожали взглядом медленно отдаляющийся от школы автобус, пока его желтый силуэт не скрылся за крутым снежным поворотом.

А вечером Тину ждал теплый ужин в кругу семьи, после которого все отправились провожать в дальний путь гостей из академии волшебства.

– Маша, я жду тебя в гости, – сказал Артур и поцеловал руку своей возлюбленной.

Мария Гордеевна залилась ярким румянцем, а тетушка Софья облегченно выдохнула.

– Приеду, – шмыгнула носом та, – на летних каникулах постараюсь.

– С Новым годом! С Новым Счастьем! – подмигнул Тине Артур, направляясь к машине.

Тина помахала ему в ответ рукой. А ведь и правда – начинается новый год, а с ним и новая счастливая жизнь.

*****