Kitobni o'qish: «Маг 10»
Глава
Название: Маг 10
Автор(-ы): Иннокентий Белов
Глава 1
Пробуждение оказалось непростым, но без особо неприятных последствий.
Комок подступил к горлу, и я, боясь захлебнуться, с трудом приподнялся, опираясь на локоть левой руки. Откинулся, как смог, подальше от места, где оказалось мое тело в момент пробуждения.
Тошнило меня недолго, можно сказать, я просто срыгнул и сплюнул небольшой комок рвоты. И все, следующих позывов не пришло, что очень меня порадовало, насколько я могу радоваться в таком состоянии.
Выпрямился и попробовал сесть, но в голове зашумело. Только и смог, что не удариться сильно головой, откидываясь обратно в лежачее положение.
В голове не нашлось ни одной мысли, только туман, белая пелена и больше ничего.
От поверхности, на которой лежит мое тело, идет очень приятное тепло, вскоре веки сомкнулись, я уснул.
Приходил в себя по итогу — двое суток, теперь я смог с этим определиться довольно точно с того момента, как догадался посмотреть на свою руку.
Время заметил не по смене светлых и темных времен суток, а по часам на руке на кожаном витом ремешке, которые пережили перемещение и даже оказали поддержку определенному заводу пружины.
Старые добрые «Командирские» не подкачали, теперь исправно светящимися стрелками показывают мне, что время идет, а я все лежу на теплой поверхности.
Удачная идея — купить механические часы и завести их на полную прямо перед перелетом, зато теперь я знаю, что можно что-то такое с собой прихватить, еще оно останется в рабочем состоянии, в отличии от электронных гаджетов.
Почему я не взял с собой фонарик на механическом приводе — ума не приложу, ведь видел же в тех же магазинах для туристов и собирался обязательно купить пару штук, но позабыл почему-то. Они бы реально помогли шагать по темноте без факелов и камней-светильников, вещей не очень понятных во многих мирах.
Сначала я запомнил число пятнадцать и время — час тридцать, умудрился запомнить эти числа, сразу смог опознать и часы, и цифры, которые они показывают.
К тому времени, как я поднял голову и скинул ноги вниз, стрелки показывают уже двенадцать часов шестнадцатого числа. Это значит, почти целый день я провел в полусознательном состоянии, немного уже осознавая себя, как личность, не считая времени, когда только формировался на Столе и потом приходил в себя.
Я вдоволь нагляделся наверх, узнавая понемногу знакомое перекрестье колонн, обостренным слухом слыша, как булькает струя воды в источнике. Давшем мне столько радостных, да что там, счастливых моментов утоления неистовой жажды, ведь такое случается почти каждый раз, когда я слезаю с теплой поверхности.
Придется мне прогуляться вниз за хворостом, чтобы приготовить себе еды, принесенной в этот мир, вскипятить воду и заварить цейлонский чай со слоном.
Пока, насколько я помню и сейчас уже могу разглядеть, несколько поленьев все же не дождались меня с обратным визитом. Пропали бесследно, как в принципе и должно все случиться. Не то, чтобы не дождались меня, просто сейчас их еще не может оказаться здесь никак.
Отлично, прогуляюсь вниз, тогда сегодня у меня будет горячая пища, тот самый кулеш с тушенкой, которой осталось еще три солидные банки. С тушенкой каша получается гораздо вкуснее и наваристей, чем только с сушеным мясом, в котором нет такого аппетитного жирка и усилителя вкуса.
Хотя я что-то туплю, усилители вкуса и большое количество консервантов — так можно говорить про тушенку из моего времени. Местами неплохую по вкусу, но точно не по качеству, а мои банки попали сюда из потребкооперации Советского Союза, со стопроцентным мясом, оставшимся от времен развитого социализма.
Правда, уже и в мое время, путешествуя по Белоруссии две тысячи одиннадцатого года, когда в батькином царстве-государстве начался перманентно не проходящий кризис, а местный зайчик скакнул с трех тысяч до шести за доллар, я еще находил реально советскую гостовскую тушенку с девяносто восьми процентным наполнением говядиной, не отличающейся по цене от остальной.
Она, конечно, довольно быстро исчезла с прилавков магазинов, но я успел купить пару коробок именно такой тушенки. Еще долго потом показывал знакомым и друзьям в Питере, что данное чудо и правда бывает на свете.
— О, интересные воспоминания, да еще такие яркие!
Я уже думал, что забыл про те времена, когда по два раза в месяц катался в сторону Вицебской вобласци, как было написано на приграничном указателе, чтобы просто порадоваться жизни с крепким тогда еще рублем. В прекрасно советский мир драников и мачанки за необыкновенно смешные деньги. В шикарном «Трактире» в Витебске солидная порция драников, насколько я даже помню сейчас, стоила пятнадцать рублей, а мясоколбасная мачанка — целых пятьдесят пять.
«Да, золотые были времена, есть теперь, что вспомнить, сидя на теплом Столе в Храме перемещения во времени и пространстве для уже опытных межпланетных путешественников», — признаю я.
Почувствовать себя настоящим интуристом в пусть немного совковом сервисе. Главное правило тех времен гласило так: в Беларуси лучше заказывать только местные блюда, которые оказывались на удивление неплохими. И напрочь забыть, например, про тот же салат «Цезарь» и прочие иноземные деликатесы, которые не получались совсем.
Я даже остановился посередине Храма, ушедший в воспоминания семилетней давности, на самом деле теперь уже девятилетней давности. Хотя опять как-то я туплю, я же технически вернулся почти на два года назад, значит — снова семилетней давности.
— А чего и не порадоваться отлично работающей памяти на фоне сплошных опасений за ее потерю, — так я сам объясняю себе свое необычайно возбужденное состояние.
Потом достал оба недавно купленных чайника из оранжевого рюкзака, наполнил водой, один полностью, второй — до половины и поставил на край Стола, пусть пока греются. Я точно знаю, что пока не испытываю жажды, но, только попробовав воду первым глотком, сразу захочу напиться на всю жизнь вперед. Поэтому я даю возможность воде нагреться до комфортной температуры, чтобы потом не ломило зубы, которые я пока так и не попробовал вылечить самостоятельно.
И в СССР как-то до зубного кабинета не добрался, хотя там все такое пока не очень медом намазанный процесс.
Конечно, я уже пытался лечить себя, но мана почему-то не уходит в камни, приложенные к моему телу, у меня не получается вылечить тот же ноющий зуб. В Кутаиси восьмидесятых я не рискнул заняться теми же зубами даже у самых лучших местных мастеров, собираясь сделать все в комфортных условиях своего времени.
Теперь-то точно попробую подлечиться, используя лечебные артефакты, лежащие в моем рюкзаке вместе с Палантирами в деревянном ящике.
— Кстати, Палантиры требуют моего внимания. Пора начать их заряжать, — напомнил я себе и занялся тем, что снова пытался вытащить деревянный квадратный ящик из узкого рюкзака, опять упираясь ногой в его края и выдергивая ящик рывками.
Когда наконец все получилось, я открыл ящик, проверил все красивые, пока еще полностью матовые шары. Да, все на полном и абсолютном нуле, как должны оказаться в таком случае, нет еще в них никакого красивого и заманчивого свечения.
Здорово все-таки уже очнуться опытным и деловым путешественником во времени и пространстве, точно знающим, что предстоит сделать и в какой очередности. Без всяких дилемм и сомнений, уверенным в себе до конца.
«Это вам не первый перелет и чувство непонимания с паникой, захлестывающие тебя до корней волос», — с большим удовлетворением занимаюсь я привычными делами.
Оставляю один Источник на Столе, добавляю к нему камни-светильники и все остальные артефакты. Стаскиваю солидного веса мешок с золотом и огромными алмазами со стола и отношу его в сторону Двери, где и оставляю пока стоять.
Наконец-то я знаю, что точно потрачу здесь все золото до последнего грольша и больше не стану таскать подобное богатейство между мирами. Как самый скаредный и жадный гном, такой себе Рыжий придурок.
Ни к чему оно мне в будущей жизни, а здесь очень даже пригодится, тем более сумма там весьма солидная. Еще я точно знаю, где здесь лежит невообразимое множество денег и всяких ювелирных украшений.
— Ну, до них я так сразу не дойду. Хотя отчего бы и не сходить, не прогуляться по знакомым местам, да еще в хорошей и просто отличной компании.
Я ведь прямо мечтаю о таком путешествии и теперь не откажусь. Наоборот, организую поход и компанию друзей, нагружу их великим делом, которое прославит нас в грядущих веках всего Черноземья.
Теперь я могу многое изменить в жизни своих друзей и приятелей, не дам двум бывшим Охотникам пропасть со шлюхами из Гардии, реально опуститься на самый низ жизни в Асторе. Придется постараться, пристроить и Кроса, и Драгера к хорошим женщинам. Именно к хорошим и с достоинством, раз они сами оказались по гражданской жизни такими уж дуралеями и каблуками, что им просто необходимо, чтобы кто-то рулил ими постоянно. Ни к чему подобное вообще оставлять по-старому. Особенно, когда управляют данным процессом женщины — откровенно глупые стервозные шлюндры, привезенные пусть даже из самого лучшего притона Гардии.
Именно подобная мысль оказалась одной из тех нитей, которые сплелись в крепкие веревки и вытянули меня обратно в Черноземье, чтобы заново уладить свои дела, избежать случившихся ошибок и построить новое будущее.
Да еще остальной имеющийся выбор оказался так себе, попасть на Вуоксу никак не получается. Я уже подозреваю, что капсула на берегу реки сама работает, как ниппель, пропускает только в одну сторону при наличии энергии.
«Возродиться в ней, похоже, не получится никак, остается только прыгнуть в наше время в горах Грузии и тайком пробираться в Южную Осетию под российскую юрисдикцию», — так определенно кажется мне.
Кстати, что очень удобно с данным размещением Храма, там идти совсем недалеко. Дороги заблокированы для проезда, но пешком вполне возможно пробраться, если только не попадешься в руки грузинской полиции или военных. Чего с моими способностями довольно легко избежать. Вряд ли они там взводами и ротами ходят, скорее обычный пограничный наряд или полицейский экипаж могу встретить, а с ними я спокойно разберусь, как только поближе подойдут.
Придется только рассказывать, если встретить южноосетинских военных или миротворцев, что потерял сознание на Вуоксе, а очнулся в каком-то подвале на территории Грузии, связанный по рукам и ногам. Смог освободиться и убежать. Пока больше ничего в голову не приходит из умного.
«Звучит довольно глупо, так что лучше и с ними мне не встречаться», — усмехаюсь я.
Оставался еще выбор между возвращением в Черноземье и перелетом в новый мир. Поэтому я выбрал, конечно, такой вариант, где мне все хорошо знакомо, а я могу много чего исправить. Здесь у меня уже были настоящие друзья, которых я смогу снова сделать таковыми без всяких проблем.
Тем более по времени очень хорошо подошло возвращение, если я правильно понял смысл этих самых единиц времени в капсуле. В общем-то — самый такой удачный вариант получился, чтобы вернуться в Черноземье, прямо идеальный такой.
— Посмотрим. Что у меня получится и что мне удастся сделать со своими знаниями и новой силой? — говорю я вслух.
Пока я вышел на площадку перед Храмом, дошел до края, откуда долго смотрю вниз и по сторонам, пока не замерз. Воздух днем еще не прогревается, похоже, зима здесь не закончилась, серединой весны точно не пахнет.
«Ну, так оно и должно оказаться по моим расчетам, я появился в Храме на месяц раньше или немного больше», — давно уже прикинул я по времени.
Так, теперь подумаю о залежах камней на площадке, кстати, очень удобном месте, чтобы спрятать что-то ненужное, не отходя далеко от Храма.
Здесь у меня лежат магические атрибуты: копье, меч, кольчуга и шлем, вещи красивые и сильные, вот только по своему дизайну они очень намекают на прежних своих хозяев. Которые теперь совсем не в милости у жителей Черноземья, и такое вполне справедливо. Пусть сами Маги почти наверняка не виноваты оказались в том, что на здешнюю часть континента обрушилась Беда и все выжившие потеряли свои семьи, детей и родителей, родственников, часто — всех до единого.
Может все не совсем так, скорее всего, совсем не так, только разубеждать никого я не стану. Не мое такое дело однозначно, ведь выжившие и оставшиеся Маги мечтают снова о власти над своими бывшими землями.
— Хотя по сути своей они крохоборы несчастные! — подобное я уже хорошо знаю.
Не стану я ничего забирать пока, тем более не так долго мне осталось ждать до того момента, как придется вернуться в Храм по очень важному делу, которое никак нельзя пропустить теперь.
Только спрячу в одном из чайников все свои документы, ключи, карты с телефоном. И современные российские, на имя Олега Протасова, и те самые, теперь серьезно разыскиваемые в СССР, уже на имя Автанадзе Виктора Степановича, уроженца города Брянска.
— Да, советский паспорт в моем времени лучше не светить и сразу же уничтожить после следующего перехода.
Может еще остаться серьезный интерес к настолько замечательному человеку, лечащему любые болезни и хвори, часто официально неизлечимые, простым наложением рук. Попахивает такая способность божественной силой, иначе ее никак и не назовешь.
— Интересно, сколько секретных докладов написано по поводу тех событий? Сколько раз допросили Сашу и торговую мафию в Кутаиси? Наверняка, всю душу вынули и высушили, разбили на мельчайшие осколки и снова просеяли.
Золото оставлю большей частью здесь, ведь мне еще только предстоит легализоваться в Асторе по той самой легенде. За полной правдоподобностью которой я уходил на полгода за перевалы, которая в прошлый раз мне так и не понадобилась серьезно.
Как пришлось мне с большой печально признать, пройдя с немалыми муками перевалы туда и обратно. Приведя оттуда сестру Гинса, что оказалось единственным светлым пятном в долгом кровавом и утомительном путешествии.
«Хотя смерть барона и баронета — тоже довольно светлое пятно во всей этой истории. Да еще убийство тех же фантастических мудаков баронов Фонвиз все же радовало очень, хотя теперь все они — снова в царстве живых. Только мне уже совсем не до них», — напоминаю себе.
— Зато теперь моя старая легенда о происхождении именно из Коляндии очень даже в тему пойдет. С одеждой у меня, правда, не сказать, чтобы очень все хорошо сейчас получилось. Гильдейское лучше не носить, чтобы избежать вопросов. Объяснить ее появление, именно, как беженцу из-за перевалов, я правдоподобно не смогу. Через месяц — точно объясню, а вот прямо сейчас — еще нет, — признаю я.
Впрочем, можно сослаться на такую же, совсем похожую одежду в армии Коляндии. Еще лучше в одном из графств Терума, где местный феодал решил обеспечить свою разведку такой же одеждой по своему непонятному капризу.
Только боюсь, гильдейские при встрече мгновенно поймут, что вещи на мне именно из Сторожки, так что лучше не рисковать совсем. Ибо будут заданы вопросы, на которые нельзя правдиво ответить и не ответить тоже нельзя, совсем патовая тогда окажется ситуация.
Придется все-таки идти в своем камуфляже, который я выдам за одежду стражников Терума, а именно королевства Коляндии, жителем которого по месту рождения я являюсь по своей легенде.
То есть по моей легенде до самой Беды я жил в Черноземье, где-нибудь между шестой и седьмой улицами, около Речных ворот. Оказался здесь после бегства из Сатума из-за жестоких и жесточайших порядков, существующих там. И как раз во время Беды, но за пару дней до ее начала проходил перевалы в Сиреневых горах, решив навестить родителей. Именно поэтому долго не мог вернуться обратно. Пока не похоронил отца и мать, затем отчетливо понял, что хочу все-таки жить в славном городе Асторе, справедливом ко всем людям, преуспевающим своими трудами и старанием. А не в подобных местах, где гордятся только правом рождения и относятся со злобным презрением к людям труда.
Где простые люди чувствуют себя свободными и очень счастливыми. Где никакие бароны и графы не владеют их свободой и жизнью. И вообще нигде подобных товарищей не имеется рядом на обозримом пространстве.
Рубашка вполне подойдет наша советская, такая светлая х/б заграничного покроя. Плащ у меня остался в Храме до сих пор из старой жизни, достаточно богатый и яркий. Прихватил еще тогда из имущества прекрасных баронесс, он долго мне послужил верой и правдой.
— И теперь послужит верно.
Обувь — те же потрепанные сандалии, купленные мне Софико, из обычной кожи. Они вполне сойдут за местное, только забугорное изделие повышенного качества и невероятного дизайна.
Всякие номера размера и штамп производителя на самой стельке уже напрочь стерлись, только на подошве с трудом можно разобрать цифру «43», но такое ничего страшного. И так должны там быть непонятные знаки, еще их срезать отдельно можно, что я исполняю первым делом.
Есть длинный кинжал, мне его вполне хватит, чтобы добраться до трактира Сохатого. Купить какую-то одежду уже там, переночевать пару раз и двинуться к посту Гвардии около моста. Там я смогу договориться, что сам объявлюсь на Речных воротах, как вернувшийся только что из-за перевалов местный в прошлом житель.
Данная история вполне объяснит мой уже совсем небольшой акцент, зато проверить знание языка Коляндии — Терума здесь никто не сможет. Тот же сатумский язык корли я знаю немного, как положено простому жителю далекого королевства.
Проверить меня через одиннадцать местных лет насчет того, жил ли я в Асторе тогда или все же нет, не сможет никто. Уже не помнят или просто померли все знакомые во время Беды, сейчас она поможет мне прикинуться совсем местным когда-то жителем.
Так, план уже прикинут, теперь пора пообедать и пройти проверку на стене, то есть поставить вариться кулеш и заняться своими шкалами Силы, Энергии и Маны.
Спустился на первую площадку, наломал и нарубил там весь сухостой, чтобы хватило на пару дней готовки и осталось на следующий раз немного. Пока закипает вода с крупой в чайнике, нагревшуюся воду из которого я выдул одним глотком, я успел подумать, что слишком тороплюсь с тем, если думаю зарядить все Палантиры.
— Ладно, я спрячу их в том тайнике, который устроил около памятной для меня сосны-ели.
Ни в Храме, ни около стоянки Охотников никаких магически одаренных людей не должно появиться еще долго, так что я ничем особо ни рискую. Теперь сообщество Магов Севера ничего не узнает от меня про сам Храм и дорогу к нему. Ни к чему вообще им подобные знания — одно только баловство получается.
«Хотя потом придется слишком долго добираться до тайника, нет, все же лучше о другом месте подумать. Сюда-обратно почти полтора дня ноги бить, ни к чему подобные концы мне делать. Так уж серьезно осложнять свою жизнь, постоянно шастать мимо Сторожки, где можно все-таки на бдительных Охотников нарваться», — задумываюсь я.
«А в новой жизни я с Гильдией так подружиться уже не смогу, вернее, даже не собираюсь! Не пройду учебу у Тонса на стоянке, не поучаствую в битве на Опушке, в общем, совсем своим точно среди Охотников не стану!» — хорошо понятно мне.
Да ведь теперь в свете моего знания о будущем никакие одаренные магически люди не узнают о местоположении Храма. Еще через какое-то время должны будут прощаться с жизнью, если я правильно понимаю свои планы и настроение.
Компьютер на стене все же показал, что значение Энергии у меня можно поправить, поспав на Столе.
Силу и Ману он признал соответствующими сегодняшним уровням, поэтому я дождался, когда кулеш сварится, щедро заправил его тушенкой и наелся до отвала. Аппетит мгновенно обозначился после первой ложки кулеша, полного чайника мне едва хватило, чтобы успокоить желудок перед отдыхом на магическом Столе.
После недолгого сна, продолжительность которого я засек на своих «Командирских», они показали, что прошло всего полтора часа по времени. Я вернулся к Стене и вскоре стал счастливым обладателем подтвержденной седьмой ступени по развитию энергетической составляющей, изображенной в виде светящегося круга на стене.
Подрос немного, но только в энергетике, что вообще-то неудивительно.
До седьмого магического уровня мне еще расти и расти, а по физической силе я, пожалуй, дошел до максимума в своем теле, но менять его на другое не собираюсь. Пока точно.
Палантиры не стал заряжать, кроме одного, который возьму с собой. Еще подумал, что не стоит идти на проверку в Астор с данными предметами и вещами. Мало ли кто сможет учуять силу в Палантире или артефактах. Да еще при возможном обыске и досмотре обязательно вопросы возникнут.
— Поэтому оставлю я все такие необыкновенные вещи в тайнике около трактира. Поберегусь, пока не пройду первичный допрос на посту около реки и в самой Страже, не смогу определиться с работой и проживанием. Чтобы потом вернуться и спокойно забрать спрятанное, уже тогда занести в город, но тоже осторожно, — решаю я.
Вечером опять вышел на площадку, сдвинул маной заряженного Палантира осыпь с тайника и начал его разрывать. Потом так и присел на заднюю точку, ничего не обнаружив, даже тех плоских камней, которыми когда-то прикрыл тайник.
Почему-то я убежденно считал, что магическое оружие и гильдейские вещи ждут меня здесь, не понимая самых очевидных вещей. Ведь я закопал их здесь в том своем прошлом, и они должны, по идее, дожидаться меня под камнями.
— Только я же в более раннее время вернулся, поэтому все, что пришло со мной, оно почему-то осталось при мне. А все то, что было спрятано перед уходом из Черноземья, его здесь просто еще нет.
Да, почесал репу, посмеялся над своими расчетами и махнул рукой.
Оставил там три Источника, все документы, прочие следы моего и советского времени, сложил в чайник и закрыл крышкой. Потом добавив еще фузею и кольчужные перчатки, которыми так и не смог воспользоваться ни разу. Протаскал все время зря на своем горбу, ладно хоть не потерял невероятные в местных реалиях защиту и пушку.
«Хотя, опять ведь туплю! Те же Источники и фузея теперь снова должны меня ждать в Башнях около Роковой горы! Должны в принципе!» — доходит до меня опять не сразу правильно понимание.
«Ну, туплю после перелета пока однозначно, нужно дать себе освоиться и сознанию привыкнуть к новому телу!» — решаю я.
Ночью спал, видел сны, хорошие и много чего обещающие в будущей жизни, поэтому проснулся довольным и быстро собрался. Часть одежды оставил на столе, как оставшийся мешочек с крупой, сунул в рюкзак один Палантир с зарядом на сорок пять процентов и лечащие артефакты, которые для наружных ранений и лечения внутренних повреждений.
Еще убедился в том, что самому себя вылечить у меня пока не получается. Поэтому придется все-таки воспользоваться кем-то из Магов, когда повстречаю таких на своем жизненном пути. Вчера старался пару часов помочь своим зубам и все без толку, даже вспотел от усилий, только все равно ничего не получилось.
— Не выходит пустить свою же ману на себя любимого, такая вот серьезная незадача.
