Kitobni o'qish: «Лёгкий путь I»

ЛЁГКИЙ ПУТЬ

Роман

Игорь Гутин

© 2026 Игорь Гутин

Все права защищены.

Никакая часть настоящего произведения не может быть воспроизведена, скопирована, опубликована, распространена, сохранена или передана в любой форме и любыми средствами без предварительного письменного разрешения правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных законодательством.

Настоящее произведение является художественным. Персонажи и события романа являются вымышленными либо художественно переработанными; возможные совпадения с реальными людьми или событиями случайны, если прямо не указано иное.

Первое издание • 2026

СОДЕРЖАНИЕ

Часть первая — Двойная жизнь • главы 1–15

Часть вторая — Первая цена • главы 16–28

Часть третья — Лёгкий путь • главы 29–42

Часть четвёртая — Построить что-то настоящее • главы 43–57

Часть пятая — Компания растёт • главы 58–74

Часть шестая — Статус и влияние • главы 75–92

Часть седьмая — На вершине света • главы 93–103

Часть восьмая — Что помнят люди • главы 104–113

Часть девятая — Последний выбор • главы 114–120

ОТ АВТОРА

Работа над этим романом началась семь лет назад.

За это время менялся текст, менялись герои, появлялись новые сюжетные линии, а некоторые страницы приходилось переписывать заново. Но главная история оставалась со мной.

«Лёгкий путь» создавался постепенно — возвращаясь к нему снова и снова на протяжении семи лет.

Теперь эта история принадлежит не только мне.

Она принадлежит читателю.

Игорь Гутин

2026

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ — ДВОЙНАЯ ЖИЗНЬ

Глава 1

В двадцать один год я понял: хорошая ложь не обязана быть большой. Достаточно, чтобы она звучала правдоподобно.

У меня разбился телефон, я задолжал приятелю двести шекелей и совершенно не хотел возвращаться на склад, где тогда подрабатывал. Я рассказал двум знакомым, что банкомат проглотил мою карту. Первый дал мне сто. Второй — двести и сказал:

— Вернёшь, когда сможешь.

Я мог вернуть. Но вместо этого починил телефон, рассчитался с приятелем и купил себе ужин.

Вечером мама спросила, откуда деньги.

— Подработал немного.

Она улыбнулась так, словно я наконец начал взрослеть.

Я почти сказал ей правду.

Почти.

Меня зовут Ури. Через год, когда я переехал к брату, мне было уже двадцать два. У меня было лицо человека, от которого не ждёшь неприятностей, и маленький талант подбирать удобные названия всему, что я не хотел называть своими именами.

Не долг — а временная нехватка.

Не ложь — а маленькая уловка.

Не жизнь без направления — а переходный период.

С работой у меня тоже всё было «временно».

На складе в промзоне я продержался три недели. В первый день начальник, Нисим, выдал мне рабочие перчатки и сказал:

— Если останешься на месяц, угощу кофе.

— А если не останусь?

— Тоже угощу. Только место выберу я.

Я рассмеялся.

Он — нет.

Мой брат Йотам был моей противоположностью. Работал, откладывал деньги, вовремя оплачивал счета. В двадцать шесть у него уже была нормальная квартира, постоянная работа и женщина, которая его любила.

Когда он предложил мне пожить у них, «пока не устроюсь», я услышал только удобную часть.

Жильё.

Тишина.

Время.

Последнее слово я пропустил.

Устроюсь.

В день переезда я впервые увидел Мию на кухне. Закрытая блузка, длинная юбка. В ней не было ничего нарочито вызывающего.

Только глаза.

Они задержались на мне на секунду дольше, чем следовало.

Я ещё не знал, что именно унесу из дома собственного брата.

Знал другое: к тому времени я уже научился получать вещи, когда человек верит в правильно рассказанную историю.

В первую пятницу у Йотама я проснулся от запаха кофе и яичницы. Брат уже одевался на работу. Мия стояла босиком у кухонной стойки, небрежно собрав волосы, и читала сообщение с работы.

— Ты и сегодня работаешь? — спросил я.

— Кто-то же должен оплачивать твой отпуск, — ответил Йотам.

Мия рассмеялась.

Потом рассказала, что осенью хочет пойти на профессиональные курсы, чтобы сменить должность. Йотам сразу спросил, сколько это стоит.

Я спросил, сколько это займёт времени.

Мия посмотрела на нас обоих.

— Вы точно братья. Один думает, сколько стоит дорога. Второй — как бы её не проходить.

Она сказала это в шутку.

Йотам ничего особенного не услышал.

А я — услышал.

Глава 2

Это случилось самым обычным утром.

Йотам ушёл на работу. Мия осталась на кухне, варила себе кофе.

Я вошёл.

— Доброе утро.

Я улыбнулся так, как улыбаются люди, которым нечего скрывать.

— Доброе.

Она подняла глаза.

Я посмотрел на неё.

Она — на меня.

А потом, без всяких слов, я сделал шаг вперёд.

• • •

Я не планировал этого.

По крайней мере, именно так я долго потом говорил себе.

Я произнёс её имя. Мия обернулась, и впервые я почувствовал, каково это — прикоснуться к женщине, к которой прикасаться нельзя.

Она не убрала мою руку.

Не отступила.

Только тихо сказала:

— Ты понимаешь, что нельзя, Ури?

— Понимаю.

Но руку не убрал.

• • •

Она ответила мне.

И это было самое опасное.

Не было сцены, в которой один соблазняет, а другой сопротивляется. Мы оба прекрасно знали, что делаем.

Когда между нами исчезла последняя дистанция, я перестал думать о брате. О доме. О том, что будет потом.

Осталось только ощущение запрета, ставшего реальностью.

Я чувствовал себя живым так сильно, что это почти пугало.

Почти.

• • •

В ту ночь между нами не было ничего романтического.

Мы были жадными друг до друга.

Мия любила близость без осторожных слов и красивых обещаний. Ей нравилось, когда между желанием и действием почти не оставалось расстояния.

Однажды она сказала:

— Иногда тело ближе к правде, чем слова.

Я тогда решил, что понимаю её.

На самом деле мне просто понравилось, как это звучало.

Она попросила только об одном:

— Никто не должен узнать.

Я обещал.

Это обещание оказалось одним из самых дешёвых в моей жизни.

• • •

После той ночи остановиться стало трудно.

Утро изменилось. Кухня изменилась. Даже звук двери Йотама, закрывавшейся перед работой, приобрёл другое значение.

Я ждал момента, когда дом стихнет.

Мия постепенно переставала быть для меня человеком и превращалась в цель.

Тогда мне казалось, что это страсть.

И Мия была не единственной.

Были другие женщины.

Мне нужен был не конкретный человек.

Мне нужен был короткий момент, в котором можно забыть, кто я.

В один из вечеров Йотам попросил вынести мусор. Обычная просьба — настолько бытовая, что почти раздражала.

Когда я вернулся, они с Мией спорили на кухне, приглашать ли её родителей на субботний обед.

Не скандал. Обычная семейная перепалка людей, которые знают аргументы друг друга наизусть.

Мия заметила меня в дверях.

— Никогда не женись.

Йотам бросил в неё кухонным полотенцем.

Мы все трое засмеялись.

Несколько минут я действительно был просто младшим братом, живущим у них дома.

Наверное, поэтому воспоминание об этом вечере до сих пор неприятнее многих других.

Глава 3

После Мии я думал о ней почти постоянно.

Но не только о ней.

Я думал о том, что происходило со мной рядом с ней. О том, как она касалась меня — будто я принадлежу ей. И о странном ощущении, словно теперь уже я что-то ей должен.

Она ничего не просила.

Только молчания.

Но я-то знал.

И этого было достаточно.

По утрам я спускался на кухню и ждал её взгляда.

Иногда она смотрела.

Иногда — нет.

Так появился наш маленький язык, в котором слова были бы лишними. Стоило произнести что-то вслух — всё стало бы слишком настоящим.

• • •

Эла заметила изменения раньше, чем мне хотелось.

Она не знала о Мие. Но понимала, что мыслями я где-то ещё.

— Ты стал дальше, — сказала она однажды вечером.

— Я здесь.

— Телом — да.

— И головой тоже.

Я соврал.

Эла была слишком умной, чтобы верить мне, и слишком привязанной, чтобы сразу уйти.

— Я не хочу знать, что именно ты делаешь, — сказала она. — Я хочу понять другое. Ты вообще собираешься когда-нибудь сам мне рассказать?

Я промолчал.

• • •

Через два дня она предложила уехать куда-нибудь вдвоём.

Мы выбрались за город. Она говорила о будущем, детях, семье. Я слушал и впервые чувствовал не скуку, а страх.

Не потому, что не хотел ничего из того, о чём она говорила.

Потому что понятия не имел, способен ли я жить так долго в одной роли.

На обратном пути Эла легла на траву и посмотрела в небо.

— Знаешь, Ури, я не боюсь тяжёлой жизни. Я боюсь прожить её с человеком, который сам не знает, чего хочет.

Я промолчал.

Возразить было нечего.

И мне это не нравилось.

• • •

Лиц у меня было несколько.

С Мией — голодное.

С Элой — почти надёжное.

Своё настоящее лицо я уже давно не разглядывал.

Оно показывалось в чужих квартирах, случайных разговорах, в женщинах, которые искали во мне что-то своё.

Керен я встретил случайно. Она была сестрой знакомого. Молодая, красивая, с глазами, которые задавали вопросы раньше, чем она успевала открыть рот.

— Что ты здесь делаешь, Ури?

— Ищу.

— Что?

Я не смог ответить.

Через час она уже лежала рядом со мной.

• • •

Только потом я узнал, кто её отец.

Не бизнесмен в дорогом костюме, как Керен иногда говорила посторонним.

Человек, с которым старались не спорить.

Нашу ночь я считал случайностью. Керен — нет.

Она не говорила о любви. Говорила о принадлежности.

— Мне нравится знать, что я чья-то, — сказала она.

Эта фраза должна была насторожить.

Меня она только зацепила.

После она спросила:

— Ты ведь не исчезнешь?

— Нет.

Я ответил слишком быстро.

Уже тогда понимал, что обещать этого не могу.

• • •

Однажды вечером Эла увидела сообщение, всплывшее на экране моего телефона. Только женское имя и начало фразы.

— Кто это?

— Знакомая.

— Ну конечно.

Тон у неё был резкий.

Я вспылил.

— Ты не можешь заранее решать, что я вру.

— А ты не можешь рассчитывать, что я буду спокойна, когда рядом с тобой всё время чувствую себя второй.

Она ушла, не дав мне закончить спор.

Через час написала:

«Я была несправедлива. Но чувство я не придумала».

Мы не помирились в тот же вечер.

И, пожалуй, именно поэтому в тот момент я поверил ей сильнее, чем если бы она сказала всё правильно.

Глава 4

Они пришли днём.

Двое мужчин, которых я знал достаточно, чтобы открыть дверь, и недостаточно, чтобы назвать друзьями.

Один остался стоять.

— Ты ходишь не туда, Ури.

— В смысле?

— В прямом смысле.

Второй посмотрел на меня почти с сочувствием.

— Ты не понимаешь, с кем связался.

— С кем?

— С дочерью человека, которому не понравится то, что ты сделал.

Сердце забилось быстрее.

— Он знает?

— Считай, что знает.

Они ушли.

Я остался в комнате с очень неприятным ощущением: несколько моих жизней, которые до сих пор существовали отдельно, начали двигаться навстречу друг другу.

• • •

Эла ждала у моей двери.

Не спросила, где я был.

Сказала сразу:

— Я больше не буду ждать, Ури.

— Чего?

— Того дня, когда ты решишь, кто ты такой.

— Опять начинаешь?

— Нет. Заканчиваю.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Тебе нужно выбрать не между мной и другой женщиной. Между тем, кто ты сейчас, и тем, кем вообще хочешь стать.

Красивый ответ у меня обычно находился быстро.

В тот раз не нашёлся.

• • •

Утром Элы рядом не было.

На тумбочке лежала записка.

«Ури,

я не могу быть человеком, который всё время ждёт.

Не потому, что у меня мало терпения.

Потому что я уже не уверена, что ты сам хочешь, чтобы тебя нашли.

Дай мне какой-нибудь знак.

Или не давай.

Только не оставляй меня в подвешенном состоянии».

Я прочитал трижды.

Потом оделся и вышел из дома.

Куда — не знал.

Просто не мог оставаться внутри.

• • •

Керен ждала меня в парке.

Короткое платье, уверенная улыбка человека, который знает чуть больше тебя.

— Я хотела тебя увидеть.

— Зачем?

— Ты мне интересен. И дело не в сексе.

Я внимательно посмотрел на неё, пытаясь понять, насколько это правда.

— Я знаю, что у тебя есть другие женщины, — сказала она. — Меня это даже не так волнует.

— А что волнует?

— То, что ты не умеешь выбирать.

— И чего ты хочешь?

— Чтобы выбрал меня.

— Почему?

Она пожала плечами.

— Не потому, что я лучше. Потому что я не боюсь того, какой ты.

Меня эти слова не оттолкнули. Наоборот.

Они прозвучали как разрешение ничего в себе не менять.

• • •

Мия тоже поняла, что есть кто-то ещё.

Не знаю, как.

Может, заметила, как я ухожу.

Может, услышала разговор.

Может, просто слишком хорошо меня знала.

Она сидела напротив меня в гостиной, сцепив руки.

Глаза блестели, но она не плакала.

— Ты думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь, Ури?

— Прости.

— Не надо.

— За что?

— За красивое слово. Ты ведь не хочешь останавливаться. Ты хочешь, чтобы тебе разрешили продолжать.

Я молчал.

— Реши, кто я для тебя. Женщина, к которой нельзя прикасаться? Или женщина, которую ты действительно выбрал?

Мне снова предложили выбор.

И снова мне хотелось оставить себе обе двери.

Глава 5

Правда в доме моего брата не могла оставаться тайной вечно.

Йотам не застал нас в постели. Не нашёл переписки. Всё оказалось гораздо хуже и проще.

За ужином он задал Мие обычный вопрос.

Она ответила слишком быстро.

Йотам посмотрел сначала на неё.

Потом на меня.

Я увидел тот самый момент, когда отдельные детали сложились у него в одну картину.

Сначала он не кричал.

— Это правда?

Мия опустила глаза.

Я открыл рот.

— Не надо.

Два слова.

Потом всё-таки начались крики.

В ту ночь я уходил из их квартиры с сумкой, которая никак не закрывалась. На лестнице из неё вывалились две рубашки. Сосед открыл дверь, посмотрел на меня и молча закрыл обратно.

Несколько месяцев Йотам не отвечал на звонки.

Они с Мией расстались.

Не только из-за меня — так потом сказала мама.

Но я прекрасно понимал: слова «не только» не делают мою часть меньше.

Время сделало то, чего не смогли разговоры.

Создало дистанцию.

Потом заболела мама. Появились врачи, поездки, бумаги, дела, в которых мы с Йотамом вынуждены были находиться рядом.

Большого примирения не было.

Однажды он просто спросил:

— Кофе будешь?

Я сказал:

— Буду.

Вот и вся церемония.

Намного позже в его жизни появилась Яэль.

В первый раз, когда я увидел Яэль, граница стала очевидной: к некоторым вещам я больше не подойду.

• • •

Через три дня пришло послание.

Не звонок.

Не сообщение.

Человек передал мне сложенный белый лист.

Почерк был мужской, тяжёлый.

«Я знаю, кто ты.

Знаю, что сделал.

Знаю, с кем.

У тебя три дня, чтобы уехать из города.

Потом уезжать будет незачем».

Я перечитал записку.

Можно было убедить себя, что это дешёвая попытка напугать.

Сердце не поверило.

• • •

Я вернулся домой.

Элы не было.

Мии не было.

Брата — тоже.

Сел в комнате один.

И впервые за долгое время не сумел подобрать удобного названия тому, что со мной происходило.

Я любил?

Убегал?

Искал?

Или просто находил людей, брал от них то, что мне было нужно, и уходил раньше, чем приходилось платить?

Я набрал Элу.

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Зачем?

Я закрыл глаза.

— Потому что я хочу попробовать стать другим.

• • •

Не знал, получится ли.

Не знал, захочет ли она меня видеть.

Но утром я всё равно встал и сделал то, чего раньше избегал.

Я решил уйти.

Не из города.

Не от людей.

От привычки всегда искать самый лёгкий выход.

Глава 6

Керен ждала меня на парковке.

— Ты говорил с моим отцом?

— Нет.

— Стоило бы.

— Думаешь?

— Ури, он не из тех, кто бросает слова просто так.

— Ты можешь помочь?

— Могу. Но сначала я должна понять одну вещь. Кто я для тебя?

Я отвёл взгляд.

— Не знаю.

— И это твой ответ?

— Другого у меня нет.

Она смотрела на меня несколько секунд, а потом неожиданно улыбнулась.

— Знаешь, за это я тебя и люблю. Ты хотя бы не пытаешься изображать кого-то другого.

Керен подошла ближе. Между нами почти не осталось воздуха.

— Я хочу тебя, Ури. Но я не хочу знать, что ты в это же время с другими. Нужен срок — возьми. Только потом вернись ко мне.

• • •

Мия нашла меня дома.

Не постучала. Не спросила, можно ли войти. Просто открыла дверь и зашла.

— Я знаю про Керен.

— Что именно ты знаешь?

— Достаточно. Ты мечешься. Ищешь. Не понимаешь, с кем хочешь быть.

— И что?

— А то, что ты вообще не женщину ищешь.

— А что?

— Разрешение.

Я нахмурился.

— Какое ещё разрешение?

— Разрешение считать себя нормальным.

Она села рядом.

— Я не злюсь на тебя, Ури. И даже не разочарована. Я слишком хорошо знаю, какой ты. Просто хочу, чтобы ты понял, что делаешь со мной.

Мия положила ладонь на грудь.

— Вот сюда. Ты приходишь, касаешься — а потом исчезаешь.

Мне нечего было ей ответить.

• • •

Я решил перестать убегать.

Звучало красиво. Почти убедительно.

Я ничего никому не обещал. Даже себе.

На следующий день взял ключи, сел в машину и поехал к Эле.

Она стояла у двери в том самом платье, в котором была на нашей первой встрече.

— Пришёл вернуть меня?

— Не знаю.

Она усмехнулась.

— Хорошее начало.

— Но я знаю, что хочу попробовать.

— Что именно?

— Стать человеком, которого ты сможешь любить.

Эла посмотрела на меня долго, без улыбки.

— Вот это уже начало.

В тот вечер она больше не ответила.

Утром я увидел: моё сообщение было прочитано в 2:10.

Я написал ещё одно.

Посмотрел на экран.

Стер.

Сказать мне было что. Проблема была в другом: я не знал, как не приукрасить правду.

Глава 7

Эла не вернулась ко мне в тот вечер.

Не позвонила. Не написала. Не приехала.

Просто исчезла — так, как умела исчезать, когда ей требовалось пространство.

Я сидел в темноте на диване и снова слышал её фразу:

«Я хочу знать, способен ли ты быть одним человеком».

Не был уверен, что способен.

Но впервые захотел проверить.

Утром я поехал к ней.

Не просить прощения.

Не уговаривать.

Не доказывать, что изменился за одну ночь.

Просто приехать.

• • •

Эла открыла дверь.

Не улыбнулась.

Но и не закрыла её передо мной.

— Пришёл.

— Пришёл.

— Чего хочешь?

— Не знаю. Но знаю, что не хочу тебя потерять.

Она отступила, пропуская меня внутрь.

Мы сели друг напротив друга.

Молчали.

Раньше такое молчание я обязательно попытался бы чем-нибудь заполнить — шуткой, прикосновением, красивой фразой.

Теперь не стал.

— Мне не нужны обещания, Ури, — сказала она. — Мне нужно знать, что ты здесь.

— Я здесь.

• • •

Лирон появилась в моей жизни в то время, когда я пытался отдалиться от Мии и от всего, что случилось в доме Йотама.

О визите к Эле она не знала.

Но перемену почувствовала.

— Ты какой-то другой.

— В каком смысле?

— Спокойнее. Как будто перестал всё время что-то искать.

— Может, нашёл.

Она посмотрела на меня тем особенным взглядом, по которому невозможно понять, что человек думает.

— Надеюсь, Ури. Правда.

Она не спросила, кого я имел в виду.

Возможно, уже не хотела знать.

• • •

Керен позвонила среди дня.

— Мне нужно тебя увидеть.

— Что случилось?

— Отец хочет поговорить с тобой.

Я замолчал.

— Это не угроза, — добавила она. — Это приглашение.

Сердце сразу решило, что разницы между этими словами не так уж много.

— Когда?

— Завтра. Я заеду за тобой.

После звонка я ещё долго держал телефон в руке.

Не понимал, что меня ждёт.

Конец этой истории.

Или начало следующей.

Глава 8

Керен приехала точно в назначенное время.

Джинсы, белая рубашка, почти никакой косметики. Она явно не собиралась никого впечатлять.

— Готов?

— Нет.

— Хорошо.

— Что хорошего?

— Значит, ты хотя бы честный.

Мы ехали почти молча.

• • •

Дом оказался большим, тихим и слишком аккуратным.

Мужчина напротив меня был высоким, спокойным. Особенно запомнились руки — такие руки не делают лишних движений.

— Я знаю, кто ты, — сказал он.

— Я понимаю.

— Пока я тебе ничего не сделал.

Слово «пока» он не произнёс.

Но я его услышал.

— Запомни одну вещь. Ты не хочешь стать моим врагом.

— Я вообще не хочу быть ничьим врагом.

Он посмотрел на меня.

Потом чуть улыбнулся.

— Вот и хорошо. Тогда не становись.

На этом разговор закончился.

Никаких угроз.

Никаких людей за моей спиной.

Никакого кино.

От этого мне было не спокойнее.

• • •

Керен ждала снаружи.

— Ну?

— Кажется, он решил меня не убивать.

Она улыбнулась.

— Отлично. Я не люблю похороны.

Я почти рассмеялся.

Почти.

• • •

В ту ночь я не спал.

Тишина в комнате была не спокойной — ожидающей.

За последние две недели вокруг меня оказалось слишком много людей: Эла, Лирон, Керен, Йотам.

Каждый знал какую-то мою часть.

Целиком меня не знал никто.

Пришло сообщение от Керен.

«Ты в порядке?»

Я долго смотрел на экран.

Хотел ответить честно.

Проблема была в том, что я сам не знал, где она — эта честность.

«Не знаю».

Ответ пришёл почти сразу.

«Нормально. Я тоже».

Она не стала расспрашивать.

И именно это оказалось неожиданно приятным.

Не человек, который собирается меня исправить.

Человек, который просто остаётся рядом.

• • •

Я часто вспоминал одну пятницу — ещё до того, как Йотам узнал о нас.

В пятницу днём Хайфа всегда меняла ритм. Автобусы ещё ходили, но на остановках уже стояли люди с пакетами и халами, а очередь в супермаркете тянулась почти до напитков.

Йотам позвонил:

— Ты купил вино?

— Ты сказал посмотреть.

— Ури, смотреть на вино — не профессия.

Мия засмеялась на кухне.

Йотам услышал.

— Что там смешного?

— Твой брат, — сказала она.

— Это не ответ.

Он отключился.

Я спустился в магазин. Хозяин, Сами, знал меня достаточно хорошо, чтобы не давать в долг.

— Завтра отдам.

— Завтра ты всё равно останешься собой.

Пришлось заплатить.

Когда я вернулся, Мия стояла у открытого окна. С улицы тянуло запахами еды из чужих квартир.

— Иногда я скучаю по тишине, которая была у меня до замужества, — сказала она.

Я посмотрел на неё.

Мия впервые заговорила о жизни, в которой не было ни Йотама, ни меня.

Надо было спросить больше.

Я не спросил.

Глава 9

Лирон сидела с сестрой Тамар в маленьком кафе возле центральной станции.

Я не знал, что она там.

И впервые за несколько недель ей хотелось, чтобы так и оставалось.

Тамар размешивала сахар в кофе, который и без того был сладким.

— Ты всё ещё с ним?

— Я не знаю, что значит «с ним».

— Это не ответ.

— Знаю.

Тамар меня не любила. Поэтому Лирон почти никогда со мной её не обсуждала. Отношения легче защищать, когда никто не просит объяснить, почему они вообще существуют.

— Он плохо с тобой обращается?

— Нет.

— Врёт?

Лирон посмотрела в окно.

— Не всегда.

Тамар коротко рассмеялась.

— Ты сама себя слышишь?

Слышала.

И от этого было хуже, чем от любой критики.

Ей нравились во мне энергия, наглость, способность войти в комнату и сделать её менее скучной.

Но в последнее время Лирон заметила: она тратит больше времени на то, чтобы расшифровывать меня, чем на то, чтобы просто быть рядом.

Вернувшись домой, она достала из шкафа чемодан.

Не стала собираться.

Просто положила его на кровать.

Чемодан так и лежал на кровати. Комната уже выглядела иначе.

• • •

За много лет до того, как Дор стал моей правой рукой, я даже не знал, что такой человек существует.

Но люди его типа встречались мне и раньше — те, кто не позволял мне выглядеть умнее, чем я был.

Однажды в магазине у дома я попытался убедить продавца, что мне «не хватает всего одного шекеля», хотя в кармане лежала мелочь.

Он посмотрел на меня.

— У тебя есть.

— Что?

— В кармане. Я слышу.

Пришлось достать монеты.

— Ты в ШАБАКе работаешь?

— Нет. У меня дети.

Пожилая женщина за мной засмеялась.

— Молодой человек, если уж врёте, хотя бы не держите деньги, которые звенят.

Даже я рассмеялся.

Бывали дни, когда мир меня не наказывал.

Он просто выставлял меня идиотом.

Возможно, это было полезнее.

• • •

Эла пришла на следующий день без предупреждения.

Постучала и сразу сказала:

— Мне нужно знать.

— Что?

— Ты собираешься выбрать или так и останешься посередине?

Она сидела в гостиной и смотрела не на меня, а на свои руки.

— Я не хочу соревноваться, Ури. Ни за твоё внимание, ни за время, ни за тело.

— Ты ни с кем не соревнуешься.

Эла подняла глаза.

— Тогда перестань заставлять меня так себя чувствовать.

В её лице не было злости.

Только усталость и печаль.

— Я тебя люблю, — сказал я.

— Знаю.

Она выдержала паузу.

— Но этого недостаточно.

• • •

Лирон я встретил в парке случайно.

— Ты одна?

— Уже давно.

— Почему?

— Устала ждать.

Она смотрела на меня так, словно перед ней был человек, которого она когда-то знала, а теперь перестала узнавать.

— Я не хочу быть твоим секретом, Ури.

— Ты не секрет.

— Тогда перестань обращаться со мной как с секретом.

Она поднялась.

— Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь. Правда. Но я больше не буду частью этого поиска.

Она ушла.

Я не побежал следом.

• • •

На следующий день Лирон позвонили из компании, куда она отправила резюме месяц назад. Пригласили на собеседование в другом городе.

Тамар спросила:

— Поедешь?

— Далеко.

— От Ури?

Лирон закатила глаза.

— От всей моей нынешней жизни.

— Может, именно это тебе и нужно.

Лирон согласилась на собеседование.

Мне не сказала.

Не из мести.

Просто впервые хотела принять решение, которое не было бы реакцией на меня.

Глава 10

Керен предложила уехать из города на пару дней.

— Зачем?

— Подышать.

— Я и здесь дышу.

— Плохо получается. И потом, тебе полезно хоть ненадолго перестать быть человеком, решения которого все ждут.

Я не знал, хорошая ли это идея.

Знал только, что мне нужно двигаться.

— Куда?

— Какая разница? Я повезу.

Я взял сумку, ключи и все вопросы, которые так и не решил.

Мы уехали.

• • •

Керен вела молча.

Не задавала вопросов.

Даже радио не включила.

Через час съехала на обочину.

— Что случилось?

— Хочу кое-что сказать.

— Говори.

Она повернулась ко мне.

— Я не жду, что ты станешь другим человеком. Но и быть ещё одной женщиной в твоём списке я не собираюсь.

— Ты не ещё одна.

— Тогда докажи.

В её голосе не было ультиматума.

Скорее приглашение.

И на этот раз я не убежал.

• • •

Через два дня я вернулся в город.

Лирон уехала.

Эла ждала.

Керен была рядом.

Но выбор, который я так долго представлял выбором между женщинами, на самом деле был совсем о другом.

О том, каким человеком я собираюсь быть.

В ту ночь я написал письмо.

Не им.

Себе.

«Хватит убегать.

Пора выбирать.

Даже если за выбор придётся платить».

• • •

Лирон собирала вещи ночью.

Немного одежды. Книга. Документы. Зарядка, которая всегда умудрялась завязаться узлом.

На дне ящика она нашла маленькую карточку от меня.

Когда-то я написал на ней два слова:

«Не исчезай».

Лирон села на край кровати.

Несколько секунд держала карточку в руке.

Потом оставила на столе.

Она уезжала не для того, чтобы наказать меня.

Ей просто надоело, что мои решения определяют её настроение.

Утром хозяин квартиры спросил:

— Уверена?

— Нет.

— Тогда зачем уезжать?

— Чтобы понять, что что-то закончилось, не обязательно быть уверенной во всём остальном.

Он не понял.

Лирон улыбнулась.

На станции она купила отвратительный кофе и неоправданно дорогой круассан.

Поезд опаздывал.

Оказалось, когда уходишь от человека, жизнь не включает драматическую музыку.

Она объявляет по громкой связи о задержке на двенадцать минут.

Когда поезд пришёл, Лирон села в вагон.

Телефон так и остался в сумке.

Глава 11

Я проснулся с непривычным ощущением.

Не счастье.

Не раскаяние.

Тишина.

За много месяцев это было первое настоящее решение, а не очередная новая эмоция.

Эла была у себя.

Лирон уехала.

Керен возвращалась в город.

А я сидел у окна с кофе и несколько минут не думал о том, каким человеком должен казаться.

• • •

Я позвонил Лирон.

Телефон был недоступен.

Позвонил снова.

Выключен.

Через несколько часов узнал, что она уехала из города.

Без сообщения.

Без прощания.

Просто уехала.

Меня будто ударили в живот.

Не потому, что я вдруг понял, как сильно её люблю.

А потому, что понял другое: я не дал ей ни одной серьёзной причины остаться.

Не знал, что именно чувствую к ней.

Но знал, что она заслуживала большего.

• • •

Керен вернулась через три дня.

Внешне та же.

Но что-то внутри неё стало другим.

— Хорошо вернуться, — сказала она.

— Хорошо, когда есть к кому.

Она улыбнулась, но сдержанно.

— Ты это серьёзно?

— Сейчас я стараюсь серьёзно относиться ко всему, что говорю.

Керен помолчала.

— Я всё равно не уверена, что могу доверять тебе до конца.

— Возможно, и не надо.

Она рассмеялась — впервые без горечи.

— Ты либо очень умный, либо полный идиот.

— Думаю, одно другому не мешает.

Мы не знали, что из этого получится.

Но пока хотели узнать.

• • •

К тому времени тайна моей связи с Мией уже перестала быть тайной.

Йотам и Мия расстались.

Мы с братом долго почти не разговаривали.

Прошло немало времени, прежде чем мы снова научились произносить обычные фразы так, чтобы каждая не возвращала нас в тот дом и к той измене.

Потом в жизни Йотама появилась Яэль.

Он простил меня, но разговаривал со мной осторожнее, чем раньше.

• • •

Однажды Йотам приехал ко мне.

Сел напротив и долго рассматривал.

— Ты выглядишь иначе.

— Я и чувствую себя иначе.

— Лучше?

— Не знаю. Но честнее.

Он кивнул.

Не спросил ни про Лирон, ни про Керен.

Только сказал:

— Я люблю тебя, брат. Но если решил что-то выбрать — будь в этом до конца.

Я промолчал.

С Йотамом так бывало: он говорил одну фразу, а разбираться с ней потом приходилось мне.

Глава 12

Эла написала:

«Хочу тебя увидеть.

Не для разговора о прошлом.

Хочу понять, что есть сейчас».

Я ответил:

«Да».

• • •

Мы встретились в знакомом саду.

На ней было белое платье.

На секунду возникло глупое ощущение, будто время действительно может остановиться.

— Пришёл.

— Я всегда прихожу, когда ты зовёшь.

— Даже когда тебе это не нужно?

— Особенно тогда.

Мы разговаривали.

Потом замолчали.

На этот раз тишина не требовала спасения.

— Я не жду, что ты меня исправишь, — сказала Эла. — И сама тебя исправлять не собираюсь. Я просто хочу, чтобы ты знал: попробовать можно.

— Я хочу.

• • •

Мы просидели допоздна.

Город стих.

Эла не пыталась меня соблазнить. Не держала. Не требовала.

Когда я собрался уходить, она сказала:

— Знаешь, Ури, мне не нужны твои обещания. Мне нужен выбор.

Я посмотрел на неё.

В её глазах было спокойствие, которого во мне никогда не хватало.

Я ничего не сказал.

Взял её за руку и проводил домой.

У подъезда Эла остановилась.

— Ури, это не означает, что мы снова вместе.

Я ждал другого результата и злился, хотя не имел на это права.

— Я думал, мы решили попробовать.

— Попробовать — да. Сделать вид, что ничего не было, — нет.

— И что ты от меня хочешь?

— Чтобы завтра ты был тем же человеком, которым пытаешься быть сейчас. И послезавтра тоже.