Kitobni o'qish: «Летние истории»

БОЛЬШОЕ ЛЕТО МАЛЕНЬКОГО ЛИСЁНКА

Июнь

МАЛЕНЬКОЕ ЧУДО-ЮДО

Такого смерча не помнил никто из старожилов Сказочного Леса. Ни Кабан, ни Лось, ни Олень, ни волки, ни медведи — никто.

Словно гигантская юла, от земли до неба, бешено крутясь, гудя и воя, смерч приближался к Лесу.

Звери попрятались в свои норы. Птицы улетели подальше от своих гнёзд, укрывшись в заброшенных пещерах или в старых развалинах крепостей и замков, которых так много было вокруг Сказочного Леса.

Даже деревья, раскачиваясь верхушками от сильного ветра, пробовали улететь прочь, но корни держали их крепко, оставляя на погибель. Со всех сторон уже слышался хруст веток и треск стволов, которые, словно сухой валежник, легко ломались под напором чего-то страшного и невидимого.

Все лесные дороги, тропы и тропинки были покрыты сломанными ветками, словно по ним вновь прошёлся бурелом.

В небе было темно и сумрачно. Белоснежные лёгкие облачка? что парили ещё утром над Лесом, превратились в тяжёлые мокрые перины, которые были не в силах сдвинуться с места. Смерч приближался. Гул и треск становились всё громче.

И вот, кувыркаясь на лету, пронеслись над землёй разные вывески и афиши, велосипеды и мопеды, черепица с крыш и «тарелки»-антенны, деревянные скамейки с городских бульваров, выдернутые с корнем деревья, столы и стулья из летних кафешек, торговые палатки и газетные киоски и даже светофоры с уличных перекрёстков, продолжая мигать зелёным светом. А среди всей этой свистопляски, со страшным визгом, мяуканьем и лаем, летели по небу стаи кошек и собак, и всё кружилось веретеном в гигантском вихре страшного смерча.

Внезапно над Сказочным Лесом появилось чудовище огромного размера — рогатое, волосатое, с копытами, хвостом и крыльями. Кувыркаясь в воздухе, чудище со громким шумом плюхнулось прямо в Лесное Озеро.

А смерч понёсся дальше, всё круша на своём пути. Гул становился тише, ветер утих. И наступила тишина, в которой было слышно, как на кусте дикой малины плачет испуганный комарик.

Жители Леса стали осторожно возвращаться из своих убежищ.

Все только и говорили о страшном смерче, и вдруг необыкновенная новость разнеслась по всему Сказочному Лесу: в центре Озера плавало огромное страшилище, упавшее с неба.

Оно было в таком же сильном потрясении, как и лесные жители — таращилось на всех да бесшумно разевало свою гигантскую пасть, размером с футбольные ворота.

Никто из жителей Леса не знал, кто оно, а спросить его самого об этом было страшно. Наконец, Дядюшка Лось отважно подошёл к краю берега и трубно провозгласил:

— Ты кто, незнакомец?..

— Чудо-Юдо!.. — жалко ответило чудище.

И рассказало, что триста лет жило на острове в море-океане, со своим младшим братом. Но сто лет тому назад того поймал сетью какой-то корабль и увёз неизвестно куда. Полететь бы старшему Чуду-Юду вслед за кораблём да помочь вызволить младшего братца, только вместо этого стало оно мстить людям, проглатывая проплывающие мимо корабли, вместе с парусами и всей командой. И с тех пор, набив до отказа своё брюхо, Чюдо-Юдо уже не могло взлететь к небу, лишившись сна и аппетита. И сидеть бы ему до скончания века на своём острове, если б не страшный смерч, поднявший чудище в небеса огромной птицей и сбросивший, к счастью, не на сушу а прямо в озеро, за что оно и благодарно судьбе…

Все подивились рассказу Чуда-Юда, а Дядюшка Лось, который был Председателем Лесного Совета, приказал Почтовым Голубям пригласить на Совет всех его участников.

Так Ворона и Старый Лис поспешили на Большую Поляну.

А Лисёнок, услышав новость про Чудо-Юдо, побежал со всех ног в Древний Замок. Вы, конечно, спросите: зачем, — обязательно расскажу, но всё по порядку.

…В это же время Лисёнок был уже у ворот Старого Замка, который находился в Дальнем Лесу. Его хозяином было страшное чудовище, очень похожее на Чудо. Юдо — такое же рогатое, волосатое, с копытами, хвостом и крыльями, умеющее летать и плавать. Однажды Лисёнок случайно узнал о нём, гуляя по Дальнему Лесу, потому и поспешил в Замок.

Подойдя к воротам, он громко постучался.

— Кто там?! — раздался в ответ громоподобный голос.

— Это я, Маленький Лисёнок! — храбро ответил Лисёнок, на всякий случай, прячась за большим валуном, лежащим у ворот.

Ворота со скрипом распахнулись, и он увидел хозяина Замка.

— Зачем пришёл?.. — спросило оно.

И Лисёнок рассказал ему про незваного гостя, упавшего прямо с небес в Лесное Озеро.

Как только Лесное чудище услышало это имя — тут же сменило гнев на милость:

— Если это действительно так, я отблагодарю тебя до конца твоих дней!

И, бережно взяв двумя лапами дрожащего от страха Лисёнка, чудище полетело в Сказочный Лес.

…Заседание Лесного Совета прямо на берегу озера открыл дядюшка Лось:

— Прошу каждого участника, — сказал он, — предложить свой вариант помощи несчастному Чуду-Юду.

Первым выступил Кабан, который предложил приспособить чудище в Большую Пещеру, где можно будет прятаться от дождя, снега, жары и холода.

За ним слово взял Олень. Он посоветовал фотографироваться рядом с Чудом-Юдом, как жителям Сказочного Леса, так и всем гостям.

Выступивший следом Медведь порекомендовал «переоборудовать» чудище в склад, где можно будет хранить продукты, если наступят голодные времена. Тем более, если у чудища отсутствует аппетит.

Ёж посоветовал превратить чудище в Темницу для преступников и нарушителей порядка.

За ним слово взял Заяц — он предложил украсить Чудо-Юдо со всех сторон светлячками и устроить на нём ночную дискотеку.

А Ворона призвала соорудить на его спине детский парк, чтобы все лесные детёныши могли вместе играть и веселиться.

Последним выступил Старый Лис.

— В каждом из нас, — начал он, — сидит много ненужных вещей — вредные привычки, глупые мечты, обидные слова… Они сидят в нас так же, как в брюхе Чуда-Юда проглоченные им корабли, лодки и другие опасные для здоровья вещи. Когда мы избавляемся от своих привычек — на душе становится легче. Наверное и Чуду-Юду тоже полегчает, если он извергнет из себя всё, что проглотил за многие годы. И тогда обязательно взлетит в небо и вернётся на свой остров.

Предложение Старого Лиса понравилось всему Лесному Совету, и дядюшка Лось отправился на переговоры с чудищем.

Услышав совет зверей, Чудо-Юдо очень обрадовалось и тут разинуло пасть, из которой вылетели птицы, выбежали звери и выплыли корабли вместе с матросами, которые, правда, за эти годы очень постарели.

…Когда же брюхо Чуда-Юда опустело, оно вдруг почувствовало, что может взлететь над землёй. И только собралось это сделать, как к нему подлетело Лесное чудище, держа в когтях Маленького Лисёнка.

Старый Лис, увидев это, чуть не свалился в Озеро. Хорошо, что в тот момент чудище успело разжать когти и выпустить Лисёнка. А Чудо-Юдо, завидев Лесное чудище, радостно воскликнуло:

— Ты ли это, мой младший братец! Моё маленькое Чудо-Юдо!

И обнялись они оба, и зарыдали от счастья.

Тут только все увидели, как они похожи друг на друга.

Теперь вы понимаете, почему Лисёнок побежал со всех ног в Древний Замок. Когда-то, гуляя по Дальнему Лесу, он увидел не только замок, но и его хозяина, а услышав от Почтового Голубя, про Чудо-Юдо, сразу понял, что они родственники.

— Как же ты узнал, братец, что я здесь? — спросило Чудо-Юдо.

— Это порадовал меня тот добрый малыш! — И Лесное чудище показало на Лисёнка, стоящего уже рядом со Старым Лисом. — Он прибежал ко мне в Замок, чтобы рассказать о тебе.

— Славный детёныш! — воскликнуло Чудо-Юдо.

И вместе со своим младшим братцем стал вспоминать жизнь на их острове и, конечно же, своё «чудовищное» детство, в котором им было так хорошо, впрочем, как и всем в своём детстве — от любого лисёнка до любого чудища.

— Может быть, полетим домой?.. — спросило младшего братца Чудо-Юдо.

— Не могу, — вздохнуло Лесное чудище. — Уже давно мой дом в Древнем Замке… Лучше ты прилетай ко мне в гости. Это недалеко, в Дальнем Лесу.

И Чудо-Юдо пообещало прилетать к нему ежегодно. Наконец, они попрощались, и Чудо-Юдо взмыло в небо, как дирижабль, и тут же исчезло за горизонтом. А Лесное чудище обратился к зверям и птицам:

— Приглашаю всех в свой Замок — на Бал, в честь моего старшего брата, которого я нашёл спустя много лет, благодаря Маленькому Лисёнку… Буду ждать тебя, малыш, — сказал он ему, — как самого почётного гостя!

— Ну, это без меня, — сказала Старому Лису Ворона. — Мало ли что наобещает лесное стр-р-рашилище. Не верю в его добр-р-рые пор-р-рывы. Как посмотришь на его когти — душа в пятки уходит!.. И тебя не пущу, — пообещала она Лисёнку. — Пусть сначала погостят др-р-ругие. Если вер-р-рнутся целыми и невредимыми — тогда и подумаем: гостить у него или нет…

КУКУШКА ИЗ ЧАСОВ

Эта история началась ранним июньским утром, когда Старый Лис, проснувшись и открыв глаза, с удивлением увидел, что на стенных часах — половина седьмого утра. Встать же он должен был ровно в шесть и заняться хозяйственными делами, которые наметил вчера. Однако кукушка, живущая в часах, почему-то не появилась из раскрытого окошка и не прокуковала шесть раз, что делала ежедневно, кроме выходного дня.

Куковала же она каждый час, кроме ночных часов, но могла быть и будильником — для этого её нужно было завести определённым образом.

«Наверное, забыл завести», — подумал Старый Лис, вставая с постели, но тут же вспомнил, что перед сном точно завёл стенные часы ровно на шесть часов.

«А может быть не услышал, как она прокуковала?..», — решил он, хотя несмотря на почтенный возраст, имел острый слух.

«Так в чём же дело?.. — подумал Старый Лис в третий раз. — Неужели сломалась?..».

Старый Лис надел очки и снял часы со стены. Открыв часовое окошко, из которого появлялась кукушка, он с изумлением увидел, что её в часах нет.

«Куда же она делась?.. Не улетела же, в самом-то деле…».

И Старый Лис невольно перевёл взгляд на окно комнаты, одна половинка которого была приоткрыта.

Этот случай поразил всех в доме — как госпожу Лисицу, так и Маленького Лисёнка.

— Никогда не слышала, чтобы кукушки из часов умели летать…

— Может быть, поискать в Лесу… — предложил Лисёнок.

— Конечно, поищи… — согласился с ним расстроенный папа-Лис. — Только не совсем уверен, что где-нибудь её найдёшь…

…Первым делом Лисёнок направился к Лесной Кукушке, что жила на Высокой Сосне у Болота. Вообще-то эта кукушка была вовсе не барышней, а сударем — ведь как известно кукуют именно они — и звали его дядюшкой Кукушем.

Кукуш был самой главной «кукушкой» в Лесу — его часами, его календарём и даже летописцем.

— Здравствуйте, дядюшка Кукуш! — приветствовал его Лисёнок и рассказал о том, что произошло сегодня утром в их доме.

Маленький Лисёнок подумал, что тот так же удивится исчезновению «часовой кукушки», как папа-Лис и мама-Лисица, и он сам, но дядюшка Кукуш невозмутимо ответил:

— Я знаю об этом, — сказал он. — Ваша бывшая «часовая кукушка» теперь летает по Лесу, как все птицы. Потому что с сегодняшней ночи она уже не часовая игрушка, а живая птица. Такая же, как и я.

Лисёнок был страшно поражён такой новостью:

— Как такое может быть?!..

— Не надо забывать, — сказал Кукуш, — что живём мы в Сказочном Лесу, и прошлая ночь была самой волшебной за все сто лет.

— Волшебной?! — Лисёнок даже подпрыгнул на месте.

— Это она оживила Первоцвет весенний, который называют Барашком, и в эту Волшебную ночь цветы превратились в самых настоящих барашков. А цветы Валерианы лекарственной, которую прозвали Козликом, — превратились…

— В живых козликов, — сказал Лисёнок.

— Верно. А Толстянка древовидная, илиДенежное дерево, звонко зазвенела…

— Монетами! — воскликнул Лисёнок.

— А Фуксия или, цыганские серёжки, — сказал дядюшка Кукуш, — засверкала на солнце…

— Серёжками! — весело рассмеялся Лисёнок.

— Шиповник обыкновенный, или собачьи розы… что сделали этой ночью?

— Залаяли с кустов! — догадался Маленький Лисёнок.

— А грибы зеленушки превратились в настоящих…

— Птиц!.. — радостно закричал Лисёнок.

— Правильно! Вот что такое Волшебная Ночь!.. — с уважением произнёс Кукуш.

— О каком волшебстве вы говорите? — спросила, пролетавшая мимо Ворона.

— Мы говорим о Волшебной Ночи, — сказал Лисёнок, — которая бывает раз в сто лет и которая превратила нашу часовую кукушку в живую птицу.

— Не может быть! — не поверила Ворона.

— Может, — ответил Лисёнок. — Ведь мы живём в Сказочном Лесу, — повторил он слова дядюшки Кукуша.

— Сама знаю, — сказала Ворона. — Но это ещё не повод, чтобы превр-р-ращаться в живую птицу. Почему со мной ничего подобного не пр-р-роизошло?

— Ты и так живая! — резонно заметил Лисёнок.

— А может быть, когда-то я тоже была «часовой кукушкой»… то есть, «часовой вор-р-роной»?..

— А что? — подал голос дядюшка Кукуш. — Сидела, небось, в чьих-то настенных часах и каркала каждый час.

— Очень смешно! — обиделась она на него — Не ожидала от тебя такого юмор-р-ра! — И улетела.

— Обидчивая какая! — удивился Кукуш.

А Лисёнок побежал домой рассказать об ожившей «часовой кукушке».

— Привет, Лисёнок! — раздался над ним чей-то мелодичный голос.

Он поднял голову и увидел её, знакомую, «часовую»!.. Она была почти такой, как в настенных часах, только сейчас совершенно живой.

— Это ты! — радостно воскликнул он.

— Я… — смутилась она.

— Поздравляю!

— Спасибо! Ах, как же мне повезло! — застрекотала «бывшая часовая». — Дожить до этой Волшебной Ночи! Теперь и я могу летать. Разве можно зваться птицей, которая ни разу не летала? Но теперь я настоящая кукушка! Правда, куковать уже не могу… — с сожалением произнесла она. — . Барышни-кукушки не кукуют.

— Знаю, — ответил Лисёнок.

— Жаль, конечно… Зато могу высиживать птенцов.

— Кукушки их сами не высиживают, — просветил её Лисёнок. — Они подбрасывают свои яйца в гнёзда других птиц.

— Какая глупость! — воскликнула Кукушка. — Какое безрассудство! Ведь это так замечательно — быть матерью крошечных кукушат! Ведь я не обычная кукушка, а бывшая часовая! Передо мной пример моих хозяев. Значит, и я буду делать так же.

— Тогда успеха тебе! — сказал Лисёнок и заспешил домой.

На Большой Поляне его остановила Ворона, сидевшая у своего гнезда на ветке Старого Дуба:

— Я вот что подумала по поводу «часовой вор-р-роны»… — сказала она. — Навер-р-рное в этом что-то есть… Жить в тепле, не думать о голоде и жажде, только знай себе: кукуй… то есть, кар-р-ркай каждый час!

— Скучно… — заметил Лисёнок.

— Думаешь, живым птицам весело? — спросила его Ворона, прищурив левый глаз. — Иногда бывает так тошно!.. — И тут же каркнула на весь Лес: — Кар-р-р! Кар-р-р! Кар-р-р!

— Ты что-то сказала? — спросил Лисёнок.

— Сказала, что сейчас р-р-ровно три часа дня. Так что пор-р-ра обедать!

И скрылась в своём дупле.

И Лисёнок побежал домой обедать тоже.

ВЕСЁЛЫЕ ЯГОДЫ

Это утро для Лисёнка оказалось не очень удачным.

Во-первых, ему приснился страшный сон, в котором он летал на вороньих крыльях и, зацепившись крылом за земляничную тучку, понёсся вниз, кувыркаясь на ходу. И лишь в самый последний миг успел проснуться… Во-вторых, он опоздал к завтраку, и мама с папой его ждали целых десять минут, чего прежде с ним никогда не бывало… И, в-третьих, поссорился с Вороной, которая назвала его «папенькиным сыночком», хотя Лисёнок считал себя равноправным сыном — и мамы, и папы. Словом, настроение было испорчено на весь день.

После молчаливого завтрака Лисёнок отправился прогуляться по Лесу и послушать пение соловья, который неделю тому назад поселился у Лесного Озера. Там же, вокруг озёрной глади, росли кусты земляники и жимолости, ягоды которых Лисёнок очень любил.

Ещё на подходе к Озеру, он услышал соловьиные трели и ускорил шаг. Сам певец был совершенно невидим, и как ни вертел Лисёнок головой, высматривая его на какой-нибудь ветке, увидеть соловья, как оказалось, было совершенно невозможно. А жаль! Хотелось с ним не только поздороваться, но и поговорить, узнать откуда тот прилетел, и почему поселился в их Лесу.

Дойдя до земляничной поляны, Лисёнок уже собрался, было, начать лакомиться любимыми ягодами, как вдруг увидел рядом необычный куст, на котором росли удивительные плоды — все они были разноцветными, будто цветное драже, которым кто-то, ради шутки, осыпал каждую ветку.

Что это были за ягоды Лисёнок не знал, но от их весёлого вида он даже рассмеялся, и его мордочка сама потянулась к ближайшей ветке. Осторожно сорвав зубами ягоду синего цвета, он осторожно раскусил её. Вкус был совершенно незнакомым и не напоминал ничего из того, что Лисёнок когда-либо пробовал в своей жизни. Ягода была сладкой, с кислинкой, и очень-очень вкусной.

«Попробую теперь жёлтую», — подумал он и сорвал жёлтую ягоду, вкус которой оказался совсем другим. Это разнообразие вкуса заставило его сорвать ещё несколько ягод с куста — зелёную, малиновую, белую, красную — и все они были совершенно разными по вкусу.

Плохое настроение вмиг улетучилось. Лисёнку стало хорошо и весело, и он опять рассмеялся вслух. С каждой новой ягодой он хохотал всё громче и звонче, и вскоре пробовать удивительные ягоды уже не мог, так как заливался таким громким смехом, что даже соловей прервал своё пение. Лисёнок смеялся, «словно ненормальный», как сказала бы мама-Лисица, то есть, совершенно беспричинно, и даже упал на траву, смешно икая и дрыгая лапами от смеха.

— Чего веселимся? — спросила его, пролетавшая мимо, Ворона. У неё была одна замечательная черта: она быстро забывала все ссоры и обиды.

Лисёнок даже не мог ей ответить, только показал лапами на разноцветный ягодный куст.

— Надо же! — удивлённо всплеснула крыльями Ворона. — Это ещё что за р-р-разноцветье?

Она склевала несколько ярких ягод, вкус которых и ей очень понравился, и тут же принялась хохотать вместе с Лисёнком и тоже икая при этом.

Так они смеялись долго, пока смех не прошёл сам собой. Утомлённые, с закрытыми глазами, они оба лежали на траве, тяжело дыша. Наконец, Ворона сказала:

— Отличное средство улучшить настр-р-роение.

— Таким образом?.. — с сомнением спросил Лисёнок.

— Неважно каким, — не согласилась с ним Ворона. — В моей жизни были такие дни, когда хотелось смеяться с кем угодно и по любому поводу. Но даже улыбнуться не получалось. А так — съешь несколько «весёлых ягод» — и хохочи, сколько захочешь. Нужно будет собр-р-рать все ягоды с куста и сварить на зиму варенье. Ложечка смеха на каждый день не помешает…

— А мне кажется, — сказал Лисёнок. — что настроение должно улучшаться хорошей шуткой или какой-нибудь смешной историей, рассказанной друг другу.

— А если не шутится? — спросила Ворона. — Или никакая смешная история не вспоминается? А так — несколько ягод испр-р-равят плохое настр-р-роение. Кстати, угощу ими Дятла.

— А что с ним? — спросил Лисёнок.

— Как?! Р-р-разве ты не знаешь?!

Лисёнок пожал плечами.

— Вывихнул клюв, представляешь? Ещё бы не вывихнуть! Это ж надо — с утр-р-ра до ночи стучать по стволу! Ну, естественно, лечится у доктор-р-ра Филина. А настр-р-роение, сам понимаешь, какое. Попр-р-робую его р-р-развеселить.

— Тогда и я угощу «весёлыми ягодами» папу с мамой. — сказал Лисёнок. — Я с ними утром поссорился…

— Нашёл, с кем… — не одобрила его поступок Ворона. — Беги, весели. И я полечу лечить смехом… Днём на этом же месте.

Они набрали ягод и поспешили по своим делам.

… Днём Лисёнок с Вороной вновь встретились у Лесного Озера.

— Ну, что, исправила настроение Дятлу? — поинтересовался Лисёнок.

— Как же! Даже не улыбнулся! Только заболел животом. Теперь его вновь лечит доктор-р-р Филин. Представляешь?..

— Значит, не на всех ягоды действуют смешительно, — ответил Лисёнок и добавил: — А вот мои весело смеялись. И мы помирились…

— Я думаю, что смеётся тот, кто умеет смеяться, — сказала Ворона. — Мы с тобой умеем. А таких, как Дятел, хоть угощай весёлыми ягодами, хоть смеши весёлой шуткой — толку не будет. Но всё р-р-равно запастись ими не помешает. Мало ли в какую попадёшь ситуацию…

И они стали искать удивительный куст. Однако его нигде не было.

Обыскали все кусты вокруг Лесного Озера — но тот самый, с разноцветными ягодами, как в воду канул.

— Ничего не понимаю! — Ворона была вне себя. — Как будто чья-то злая шутка!.. Выр-р-рос, насмешил и — пр-р-ропал! А жаль!.. Иногда так не хватает всего одной «ложечки смеха».

— А давай просто жить веселей! — предложил Лисёнок.

— Да куда уж веселей нам всем живётся… — хмыкнула Ворона.

— Нет, я серьёзно, — сказал Лисёнок. — Давай каждый день просто не огорчать друг друга, не ссориться и веселиться по любому поводу, даже если не очень хорошо на сердце…

— Да ты, я вижу, р-р-растёшь философом… — улыбнулась вдруг Ворона прищурив левый глаз.

— Ну, до твоей философии мне никогда не дорасти, — ответил ей Лисёнок.

И они оба рассмеялись. И уже в хорошем настроении отправились по домам.

ЛЕСНОЙ ХОР

Слетав несколько раз на свою любимую Городскую Свалку, Ворона принесла в Лес новые нужные вещи и спрятала их в дупле Старого Дуба, которое было её гнездом.

Хотя, если честно, все вещи были старыми и совершенно бесполезными. Ну кому, например, понадобится сгоревшая лампочка или одна женская туфля со сломанным каблуком? Но у Вороны на этот счёт было другое мнение: лампочка пригодится для штопки, а туфлю можно подарить одному симпатичному Лягушонку из Лесного Болота. Чем не лодка?

Но главное, что принесла Ворона из города, были вовсе не старые вещи, а одна новость, с которой она тут же поделилась с Лисёнком:

— Представляешь? Наконец-то в нашем Лесу организуют Лесной Хор-р-р! Иметь столько певческих голосов и не иметь своего Хор-р-ра — пар-р-радокс, не меньше! Как тебе такая новость?

— Новость замечательная! — согласился Лисёнок. — А от кого ты её узнала?

— От Сор-р-роки. А та от Жур-р-равля, котор-р-рый и будет р-р-руководить нашим Хор-р-ром.

— От Журавля?! — удивился Лисёнок. — А разве он умеет петь?

— Это не важно, — ответила Ворона. — Петь будем мы. А он должен уметь р-р-размахивать в такт кр-р-рыльями. А они у него большие! Значит, пор-р-руководить у него получится!

— А если нет?

— Тогда за дело возьмусь я! — сказала Ворона.

— Ты?! — ещё больше удивился Лисёнок. — Но ведь ты никогда не руководила Хором!

Он хотел добавить, что у Вороны нет ни слуха, ни голоса, но промолчал.

— Думаешь, не получится? — спросила она. — Нужно только р-р-размахивать кр-р-рыльями в такт. А уж по поводу такта у меня всё в порядке! Такую втор-р-рую тактичную Вор-р-рону, поди найди! Кр-р-роме того, голос у меня сильней, чем у Жур-р-равля. С этим-то, надеюсь, ты согласен?

— С этим согласен… — кивнул Лисёнок.

— А р-р-раз согласен, тогда помоги вывесить объявление и начать записывать всех желающих, кто умеет петь.

И вскоре на Старом Дубе появилось «Объявление», сочинённое Вороной и Лисёнком в стихах:

«ОБЪЯВЛЕНИЕ»

 
В Лесу Волшебном с этих пор
Свой будет создан звучный Хор!
Чтоб песней зазвучали небеса —
Свои несите чудо-голоса!
 

И певчие птицы, и голосистые звери были этому очень рады.

Ворона, сидя на дубовой ветке, записывала всех желающих.

Первыми прилетели Дрозд и две Пеночки. За ними записался Молодой Волк, утверждавший, что у него отличный тенор. Затем явились сразу два «баса» — Медведь и Кабан. Прилетел Козодой, за ним Скворец. Прискакала Старая Жаба, квакающая низким голосом меццо-сопрано. Прибежала Олениха с Оленёнком. К полудню появились новые птицы — Синица, Иволга, Соловей, Дрозд.

В ожидании начала работы Лесного Хора, все голосистые звери и птицы репетировали музыкальные номера, чтобы потом спеть их руководителю Хора. То и дело в разных концах Леса были слышны разные голоса — от медвежьего рёва до стрекота Кузнечика.

Даже те, у кого не было певческого таланта, мечтали петь в Лесном Хоре, потому что ничто так не сплачивает народ, как большой коллектив.

Старый Осёл репетировал «Ослиный гимн», которым решил поразить руководителя Хора:

 
Да здравствует ослиный род,
Великий, всемогущий!
Кричи, упрямый мой народ!
За нами — век грядущий!..
 
 
Пусть пушки в нашу честь палят!
О нас поют в народе:
«Виват! Салют! Ура! Виват! —
Ослиной всей породе!..»
 

Жаворонок, Вьюнок, Малиновка и Сойка распевались вместе со Славкой, Щеглом, Зябликом и Зорянкой.

Казалось, впервые весь Сказочный Лес превратился в одну сплошную Музыку. Песни были слышны во всех близлежащих лесах, даже чужие звери и птицы, привлечённые нескончаемым пением и с любопытством узнавшие о Хоре, захотели и в своём Лесу создать нечто подобное.

И вот наступил счастливый день, когда в Сказочный Лес прилетел Журавль. Его встречали с радостными криками и цветами.

Увидев толпу желающих заниматься в его коллективе, Журавль был растроган, но увидев тех, кто к нему записался, был расстроен не на шутку.

— Как же вы будете танцевать, сударыня? — обратился он к Кабанихе. — А вы, мадам? — спросил он у Медведицы. — Ведь вы отдавите всем лапы!

— Лань ланью… — вполголоса прокомментировала Ворона.

— А разве мы будем одновременно петь и танцевать? — удивились дамы.

— При чём тут вокал?! — вскричал Журавль. — В Хореографическом коллективе не поют, а танцуют!..

И тут всем стало ясно, что Журавль намерен вести не хор, а танцевальный кружок, и что Сорока, которая принесла эту новость Вороне, просто ошиблась, так как слово «хореография» начиналась со слога «хор»

…— Вот что такое необр-р-разованность! — возмущённо сказала Ворона Лисёнку. — Это ж надо — перепутать два р-р-разных понятия!..

— Жаль, что у нас теперь не будет своего Лесного Хора!.. — огорчился Лисёнок.

— Как это не будет?! — воскликнула Ворона. — Сами ор-р-рганизуем! И желающих искать не надо!

— А кто будет хормейстером? — спросил Лисёнок.

— Как кто?.. — удивилась она, но тут же замолчала, глядя на Лисёнка. — Да мало ли, кто… Соловей, например-р-р! Или Жавор-р-ронок. А может быть, Щегол. Или Др-р-розд! В нашем Лесу много талантливого нар-р-ррода! Я вер-р-рно говорю?..

— Очень даже верно… — улыбнулся ей Лисёнок.

ЭФЕМЕРИДА

Однажды ранним солнечным утром, Маленький Лисёнок увидел странную крошечную бабочку. Она быстро размахивала двумя парами тончайших сетчатых крылышек, то взмывая вверх и затем, замерев в воздухе, планировала вниз, как парашют, бессчетное количество раз.

«Обыкновенные бабочки так не летают!..», — подумал Лисёнок и когда, в очередной раз, она опустилась на уровне его глаз, он с ней поздоровался:

— Доброе утро!

— Здравствуйте! — вежливо ответила странная бабочка и добавила: — Ах, как было бы хорошо, если б мой единственный день в жизни оказался добрым и солнечным!

— Почему «единственный? — не понял Лисёнок.

— Просто я живу на свете один день.

— Всего один?! — изумился Лисёнок.

— Я — бабочка-подёнка, — объяснила она.

Лисёнок знал, что не все лесные жители живут долго. Кроме всех зверей и птиц, кто жил в Сказочном Лесу. И это понятно: сказки живут вечно. В Обычном же лесу дольше всех жили жабы — до сорока лет, затем бурые медведи до тридцати, кабаны до двадцати пяти, олени — чуть больше двадцати, филины — двадцать, белки до семнадцати лет, совы и волки до пятнадцати, лисы до тринадцати, зайцы и кукушки до десяти, соловьи до девяти. Меньше всего жили в Природе ежи — всего до пяти лет, а лесные мыши — и вовсе два-три года. Зато пчела, хоть и мала, могла прожить с весны до зимы. Даже мухи — до двух с-половиной месяцев.

Но чтобы жить всего один день?!

— Что значит всего? — удивилась бабочка. — Один день — это так много! И мне ещё повезло!

— В чём?.. — спросил Маленький Лисёнок, не понимая, какое может быть в этом везенье.

— Оглянитесь! — улыбнулась бабочка-подёнка. — Мой единственный день тёплый и солнечный. Много бабочек и мотыльков появляются в дождливые и холодные дни. А для меня — только взгляните! Ярко светит солнце!.. Плывут облака! Звенит река! Поют птицы! Ах, какой же чудесный день, в котором я появилась на свет и из которого исчезну!

— Вот птиц и берегитесь! — предупредил её Лисёнок, переходя на «вы» — тех, кто не боится смерти, нужно уважать… — Особенно Ворону! Она у нас всегда хочет есть… Впрочем, — не только её. Любая птица может сократить ваш день до одного часа, до одной минуты.

— Знаю, — спокойно ответила бабочка. — У нас есть родственники, которые живут всего несколько часов! Представляете? А я целый день!

— Что час, что день — это так мало! — огорчился Лисёнок. — Ничему не успеешь научиться, мало что увидишь, даже подружиться некогда будет!

— Если хотите, можем подружиться хоть сейчас — предложила бабочка.

— Давайте! — обрадовался он. — Я покажу вам свои любимые места в Лесу, познакомлю с моими друзьями!

— Знакомьте! — согласилась бабочка. — Куда лететь?

— За мной!

И они отправились гулять по Лесу — Маленький Лисёнок шёл впереди, а бабочка летела за ним. Внезапно он остановился и крикнул, что есть силы:

— Эге-гей!.. Эхо!.. Ты здесь?!..

— Здесь… — ответило Старое Эхо. — Где же мне ещё быть?..

— Я хочу тебя познакомить, — сказал ему Лисёнок, — с моим новым другом — крошечной бабочкой-подёнкой, которая живёт всего один день…

— Здравствуй, подёнка!.. — обратилось к ней Старое Эхо.

Бабочка закружилась во все стороны:

— Здравствуйте, Эхо! Только я вас не вижу!

— Ха-ха-ха!.. — весело рассмеялось оно. — Ведь я невидимо, как растаявшее облачко!..

— Жаль! — ответила бабочка. — Трудно дружить с другом-невидимкой…

— Наверное, нелегко… — чуть обиделось Старое Эхо. — Но не труднее, чем с бабочками, которые живут всего один день… Прощай!..

И Лисёнок с бабочкой отправились дальше.

На Дальнем Болоте они встретили Аиста.

— Доброе утро, Аист! Познакомься с моим новым другом!

— Здравствуйте, сударыня! — приветствовал бабочку Аист. — Впервые вижу такой изящный взмах крыльев! Надеюсь, именно вы научите, наконец, нашего Лисёнка летать.

— Эта бабочка живёт всего один день… — тихо заметил ему Лисёнок.

— Как жаль! — искренне произнёс Аист. — Хотя стремление летать зависит, в первую очередь, от того, кто хочет этому научиться…

— Кстати, познакомьтесь! — сказал Лисёнок бабочке, представляя Аиста: — Курьер Новорожденных Малюток! Это он приносит всех младенцев их папам и мамам. — И тут же поинтересовался: — К кому на этот раз спешишь со своей корзинкой?

— К белкам! — ответил «Курьер». — Семеро крошечных бельчат познакомятся сегодня со своими родителями.

Аист длинным клювом подхватил постромки от корзины, неслышно взмахнул большими мягкими крыльями и, взлетев над Лесом, понёс рыжих младенцев в беличье гнездо, где их там уже давно ждали.

А Маленький Лисёнок повёл за собой бабочку дальше.

Они вышли на Большую Поляну.

Старый Дуб дремал, тихо позвякивая желудями на ветру.

Лисёнок поднял голову и тихо крикнул, чтобы его не разбудить:

— Эге-гей, ты дома?..

— Дома! — отозвалась Ворона из своего дупла.

— Выгляни на минутку!

— Ни на секунду.

— Почему?

— Ничего не вижу…

— А что с тобой? — испугался Лисёнок.

— Навер-р-рное, соринка попала в глаз. Уж я и мор-р-ргала, и пр-р-ромывала их в р-р-ручье — ничего не помогает. Ой, как жжёт! Ай, как колется!..

И тут к Лисёнку пришла хорошая мысль.

— Вы бы смогли помочь Вороне? — спросил он у бабочки.

— Как?

— Смахнуть соринку из глаза своими крыльями.

— Легче лёгкого!

— Тогда я предупрежу её… А то мало ли что… — И Лисёнок негромко крикнул Вороне: — Послушай! Сейчас мой новый друг поможет тебе. Только, чур, его не съедать!

— Да ты пр-р-росто делаешь из меня какого-то монстр-р-ра! — раздался из дупла её басовитый возмущённый голос. — Хор-р-рошенькое дело! Съедать друзей! Или ты никак не можешь позабыть, как я когда-то превр-р-ратилась в Кар-р-ркадила?

— Извини, если обидел. Но этот друг… вернее… подружка — крошечная бабочка. Поэтому, и попросил тебя, на всякий случай…

— Бабочка?! — удивилась Ворона. — И чем она мне поможет?

— Сама увидишь.

— Ну, пусть летит… — с сомнением произнесла Ворона.

И та влетела в воронье дупло.

Спустя минуту из дупла показалась Ворона, с выпученными от радости глазами: