Kitobni o'qish: «Холодная война и защита гостайны. 1946–1953 гг.»

Серия «Военные тайны XX века»

© Куренков Г.А., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Введение

В 1945 году закончилась самая разрушительная и кровопролитная война в истории человечества. В СССР, помимо понесенных человеческих жертв, половина европейской части страны была разрушена, потеряна треть национального богатства, 25 миллионов советских людей остались без крыши над головой. При таких обстоятельствах необходимо было переводить народное хозяйство и государственные структуры уже на работу в мирных условиях, на восстановление мирной жизни. В связи с этим в стране проводятся соответствующие политические, организационные и экономические мероприятия. В сентябре 1945 года отменяется чрезвычайное положение и упраздняется чрезвычайный орган власти – Государственный Комитет Обороны. 18 марта 1946 г. V сессия Верховного Совета СССР принимает закон о преобразовании Совета Народных Комисаров СССР в Совет Министров СССР, а народных комиссариатов – в министерства. Проводится демобилизация армии и происходит постепенный перевод экономики на выпуск мирной продукции. Но, с другой стороны, внешний фактор в политике оставался определяющим. Позитивным для СССР был рост влияния СССР в Европе и мире вследствие победы в Великой Отечественной и Второй мировой войне. Негативным являлось то обстоятельство, что после победы над фашистской Германией и ее сателлитами произошел раскол в лагере союзников по антигитлеровской коалиции. Было понятно, что антигитлеровская коалиция была временным объединением для достижения определенной цели – победы в войне против Германии и ее союзников, и послевоенная международная обстановка начинает характеризоваться соперничеством двух политических систем, ростом взаимного недоверия.

Хотя послевоенное международное устройство было декларировано и определено Ялтинской и Потсдамской конференциями, оставался конфликт интересов и желание Запада ослабить или же вообще ликвидировать противоборствующую сторону: «…в Ялте обнаружился целый пласт проблем послевоенного устройства мира, по которым позиции участников либо резко отличались, либо – просто были противоположны»¹. Более того, в СССР знали о планах Запада начать новую войну. Об этом, в частности, говорило появление информации о разработке английским Генштабом плана войны против СССР с привлечением остатков немецкой армии, под названием «Немыслимое». На тот момент такому плану войны не суждено было сбыться, но это был шаг к новому противоборству. Сначала возникло объединение ведущих капиталистических стран, и в конечном итоге 4 апреля 1949 г. создается военно-политическая Организация Североатлантического договора (НАТО) с участием США, Канады и первоначально десяти западноевропейских стран. И только через 6 лет, как противовес НАТО, 14 мая 1955 года в Варшаве был подписан договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Албанией, Болгарией, Венгрией, ГДР, Польшей, Румынией, СССР и Чехословакией – образовался социалистический военно-политический союз – Организации Варшавского договора. Военно-политическое противоборство возникло и шло на фоне навязанной советскому государству так называемой холодной войны. Поэтому данный исторический период характеризуется отношениями холодной войны между Советским Союзом и ее социалистическими союзниками и капиталистическими странами Запада во главе с США. СССР никогда не хотел и не стремился к войне, и уж тем более в рассматриваемый период. В начальный период холодной войны СССР никаким образом не был заинтересован в начале новой «горячей» войны. В первую очередь, он был озадачен сохранением положения, хотя бы, де-факто. Как пишет Н.А. Нарочницкая, отсутствие намерений и тем более конкретных планов «завоевания Западной Европы» доказывает тот простой факт, что СССР, имевший на пике войны около 11,3 млн солдат, провел масштабную демобилизацию, вызванную экономической необходимостью, военными разрушениями и колоссальными людскими потерями. К 1947 г. Советский Союз имел лишь 2,8 млн человек под ружьем, хотя в силу определенных причин этот факт скрывали². А причины были и военные, и экономические. Было еще одно обстоятельство и весьма весомое. «Скажем, взрывы атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки – ясный и угрожающий сигнал Москве. Так его в Кремле и поняли. А потому начали с утроенной энергией работать над созданием атомной бомбы. Сталин лишь делал вид, что атомная бомба его не пугает. В интервью «Sunday Times» он говорил: «Атомные бомбы предназначены для устрашения слабонервных, но они не могут решать судьбы войны, так как для этого совершенно недостаточно атомных бомб»³. Отчасти И.В. Сталин был прав, что позднее и отметили США. Так, 1 апреля 1950 года в докладе начальника оперативного управления ВВС США генерал-майора С. Андерсона министру авиации С. Саймингтону указывалось, что ВВС США в случае войны не в состоянии выполнить план атомных бомбардировок СССР (Тройан) и обеспечить противовоздушную оборону США, включая Аляску. Поэтому вопрос о войне с СССР был отодвинут и ему на смену была выдвинута идея подготовки коалиционной войны с участием всех стран НАТО. Дата начала войны – 1 января 1957 года⁴.

Особую роль «в деле развертывания холодной войны» сыграла речь У. Черчилля в Фултоне. Трумэн направил Сталину приглашение выступить в Фултоне с ответной речью. Но из Москвы последовал отказ, а 14 марта 1946 г. Сталин дал интервью газете «Правда», в котором расценил речь Черчилля как «призыв к войне с СССР»⁵.

Разумеется, разведки западных стран, вошедших позднее в блок НАТО, продолжали активную работу против СССР, причем подрывная деятельность была возведена в ранг государственной политики. Особое место в арсенале разведывательных служб иностранных государств в рассматриваемый исторический период было отведено шпионажу. К деятельности разведок наших бывших союзников по антигитлеровской коалиции были привлечены и по сути воссозданы разведки проигравших войну Германии и Японии. Так, была воссоздана часть германской разведки, работавшая против СССР и получившая название «Организация Гелена», которая с 1947 г. оперативно подчинялась ЦРУ. В 1956 г. на ее базе была образована федеральная разведывательная служба ФРГ – БНД. Те же самые трансформации под попечительством США происходили и с японской разведкой. После капитуляции Японии ее аппарат секретной службы был формально распущен. В 1946 году под прикрытием Демобилизационного бюро стали воссоздаваться военная и морская разведка. Для ведения разведывательной работы против СССР была создана 3-я секция Исследовательского бюро⁶.

К деятельности против своей бывшей страны также были привлечены (как шпионы, диверсанты, террористы) и бывшие граждане СССР. Они, уже как иностранные разведчики, прибывали в Советский Союз как по легальным каналам, в том числе и как репатрианты, так и тайно перебрасывались через границу. Предпочтение отдавалось предателям, пособникам оккупантов, бывшим агентам немецко-фашистской разведки. Естественно, органы государственной безопасности СССР принимали оперативные меры. К примеру, 8 сентября 1945 г. был издан совместный приказ НКГБ и Главного управления контрразведки (ГУКР) «Смерш» о совместной проверке репатриантов, а в феврале 1946 г. дано указание Наркомата госбезопасности СССР «О выявлении агентов английской и американской разведок среди репатриантов». Также принимаются и другие меры, в том числе и законодательного и административного характера.

Так, 8 июня 1947 г. постановлением Совета Министров СССР № 2009 был утвержден «Перечнень сведений, составляющих государственную тайну, разглашение которых карается по закону». А на следующий день Верховный Совет СССР принял указ «Об ответственности за разглашение государственной тайны и за утрату документов, содержащих государственную тайну». Впервые давалась подробная классификация состава преступлений, связанных с разглашением государственной тайны и разграничение этих составов как разглашение государственной тайны и утрата документов, содержащих государственную тайну:

1. Разглашение сведений, составляющих государственную тайну, лицами, которым были доверены данные, или они получили в силу служебного положения (если преступление нельзя классифицировать как измену родине или шпионаж) – заключение в исправительно-трудовой колонии 8–12 лет (для военнослужащих: 10–20 лет).

2. Разглашение государственной тайны частными лицами влекло за собой заключение от 5 до 10 лет.

3. Утрата должностными лицами материалов, документов или изданий, содержащих сведения государственной тайны – от 4 до 6 лет (при отягчающих обстоятельствах – от 6 до 10). Для военнослужащих: от 5 до 8 (от 8 до 12).

4. Заявка или передача за границу изобретения, открытий или усовершенствований, содержащих государственную тайну, сделанных в пределах СССР или за границей гражданами СССР, командированных государством – от 10 до 15 лет⁷.

Данные мероприятия были обусловлены усилением в СССР контрразведывательной работы по защите государственной тайны и ответом на действия США и его союзников. Еще раньше, в феврале 1947 г., президент США Трумэн в своем послании к конгрессу определил две задачи по отношению к СССР: минимум (доктрина сдерживания социализма) и максимум (доктрина отбрасывания социализма). 12 марта 1947 г. эта программа была провозглашена как «доктрина Трумэна». Одобренная конгрессом, она официально санкционировала одностороннее военно-политическое вмешательство США в дела других государств, что было принципиальным отходом от прежних американских традиций. Были определены и конкретные шаги к достижению этих целей. Во-первых, оказать широкомасштабную экономическую помощь странам Европы, поставив экономику в зависимость от США. С этой целью 5 июня 1947 г. был провозглашен «план Маршалла», в рамках которого было выделено 12,5 млрд долларов. Во-вторых, создать военно-политический союз этих стран во главе с США; в-третьих, разместить у границ СССР сеть военных баз США; в-четвертых, поддерживать антисоциалистические силы внутри стран советского блока. Кроме того, предусматривалась возможность использования вооруженных сил для вмешательства во внутренние дела советской сферы влияния⁸.

В послевоенное время быстрыми темпами развивались научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. В частности, 1947 год ознаменовался быстрым развитием новых направлений в военной науке и созданием новых образцов оружия и вооружения. Этому способствовали международная напряженность, накопленный во время войны боевой опыт, возросший военно-экономический потенциал и опыт в производстве оружия. К тому же к этому времени в США уже было создано и опробовано на Японии атомное оружие. Работа над созданием собственного атомного оружия велась в Великобритании. В Советском Союзе под большим секретом шло быстрое развитие атомной науки, атомной промышленности и техники, что служило основой для создания своей атомной бомбы. С 1947 г. на предприятиях атомной промышленности вводится должность заместителя директора по вопросам режима (обеспечение секретности и объектового режима).

Западные разведки интересовала любая информация о Советском Союзе, причем «…первоочередными объектами разведывательных устремлений были научно-технические, экономические и военные объекты. Иностранные разведки вели широкомасштабный сбор информации о состоянии и перспективах развития оборонных отраслей промышленности и транспорта, о дислокации и вооружении советских воинских частей и соединений. В этих целях использовались различные методы: агентура, специальные технические средства, опрос лиц, приехавших из СССР, и перебежчиков и т. д.⁹

В связи с усложнением задач в органах госбезопасности в послевоенное время произошли реформы, направленные, в том числе, и на усиление централизации органов защиты военных и государственных тайн, так как в мире работа разведок выходила на новый организационный и технологический уровень.

В сложных послевоенных условиях Советский Союз, не завершив восстановление экономики, был вынужден принять гонку вооружений, развивать оборонное строительство и усиливать разведывательную и контрразведывательную деятельность. В начале 1950-х гг. экономический и военный потенциал Запада в целом значительно превышал советский, но в НАТО повышалась мобилизационная готовность. Кроме всего прочего против СССР велась активная психологическая война. В США был создан так называемый Совет по психологической стратегии. В его составе была создана группа «Сталин» с планом его устранения. «Для непосредственного руководства «психологической войной» 4 апреля 1951 г. президент Г. Трумэн учредил Совет по психологической стратегии (позднее он был переименован в Координационный комитет по психологическим операциям), подотчетный СНБ, в состав которого вошли заместитель государственного секретаря, заместители министра обороны и директор ЦРУ – Аллен Даллес. Решение о создании этого Совета должно было подчеркнуть для привлекаемых федеральных ведомств приоритетность и важность психологической войны как инструмента национальной политики США. И уже 10 апреля Г. Трумэну было представлен меморандум «Психологическое наступление против СССР. Цели и задачи», основной целью которого провозглашалось «расширить разрыв, существующий между советским народом и его правителями»¹⁰.

Историография холодной войны обширна и разнообразна. Отдельные исследователи холодной войны связывают ее с проблемой разногласий по послевоенному устройству. По справедливому замечанию О.А. Наумова, данный фактор «…породил в американской и западноевропейской историографии целое направление: авторы, к нему принадлежавшие, чуть ли не сразу после конференции стали в своих работах преувеличивать характер разногласий, преуменьшать значение согласованных в Ялте решений и искажать смысл достигнутых компромиссов»¹¹. Отечественные и западные историки и политологи связывают развернувшуюся борьбу разведок с начавшейся холодной войной. «Теорий возникновения холодной войны немало, – пишет П. Романов. – Остановимся на трех главных. Последователей этих теорий политологи назвали традиционалистами, ревизионистами и постревизионистами. По времени они меняли друг друга: до середины 60-х господствовали первые, на протяжении 70-х вторые, а затем третьи. Впрочем, ряды постревизионистов прирастали во многом за счет перебежчиков из второго лагеря. Естественно, речь здесь идет лишь о западных исследователях. У советских политологов была своя, жестко сформулированная позиция, менять которую было рискованно. Разобраться в этих теориях несложно. Просто они по-разному отвечали на три главных вопроса: а) кто несет ответственность за холодную войну; б) кто проявлял наибольшую активность в период зарождения холодной войны; с) какими были основные мотивы в деятельности главных участников холодной войны»¹². Естественно, холодная война была проанализирована «…и под другими углами. Некоторые исходили, скажем, из мысли, что в мировой системе конфликты вообще неизбежны и нормальным состоянием является как раз не гармония, а соперничество. Многие обращали внимание на тот вакуум, что возник в послевоенном мире после «вычитания» из него Германии и Японии. Этот вакуум должен был, с точки зрения некоторых теоретиков, непременно заполниться новой конфликтной субстанцией. А конфликт между США и СССР – странами со столь разными политическими, идеологическими и экономическими системами – идеальный заполнитель образовавшегося вакуума»¹³.

На Западе и «наши» либералы связывают холодную войну с советским строем и СССР. «Еще один упрек со стороны либерального глобализма в адрес партийно-чекистской «связки» – обвинение в тоталитаризме, столько популярное у части историков и политологов в 1990-х годах. Это обвинение было сформировано в «разгар» холодной войны и разработкой его обоснований занимались весьма талантливые представители либерализма»¹⁴. По убеждению А.Б. Таранина, с которым сложно не согласиться, история российских спецслужб «…должна придерживаться позиции примата общества. Это сложная система взаимосвязи и взаимодействия человека и государства. Как наши «правые» лихо расправляются с историей, выправляя по себе исторические пути народа и всего человечества! Как хорошо быть «умным», зная, чем закончились те или иные исторические события, и на основании этого «признать» или «не признать» чьи-то ценности и заслуги, заодно обозвав «террористами» всех революционеров от Спартака до большевиков и отвергнув «священное право каждого народа восстать и свергнуть «несправедливое правительство». Чем закончились «старания» спецслужб Российской империи по сохранению государственности – известно: 1917 годом. Это ли не причина критически отнестись к такому наследию? (При любом отношении к КГБ никто не поставил этой организации в упрек распад СССР.) Огульное отрицание советского периода делает неадекватными исторические представления и нарушает историческую преемственность»¹⁵.

Определенные моменты взаимосвязи политики, секретности, защиты государственной и военной тайны и противостояния в период холодной войны представлены в отдельных исторических исследованиях¹⁶, работах по специальным темам и операциям, истории разведки и контрразведки (спецслужб)¹⁷, правового аспекта в деятельности специальных органов¹⁸, конкретно по истории секретности и цензуры¹⁹.

В настоящей книге автор постарается ответить на вопрос, как была налажена и насколько эффективна контрразведывательная деятельность и система защиты государственной тайны в Советском Союзе в печати, радио и СМИ (открытых источниках) в начальный период холодной войны.

Объектом данного исследования является исторический феномен – защита государственной и военной тайны, который изучается во взаимосвязи с начальным периодом холодной войны, а предметом – процесс организации и функционирования системы обеспечения секретности и контроля за печатью и СМИ в СССР, т. е. за открытыми источниками с целью пресечения каналов утечки государственной тайны, а также некоторые специфические мероприятия и аспекты осуществления данной деятельности как комплекса взаимосвязанных мероприятий по защите государственной тайны. В нашей книге с точки зрения защиты государственной тайны реконструируется и на базе имеющихся доступных в настоящее время «открытых» сведений, по возможности, анализируется практика защиты государственной тайны.

Целью работы является рассмотрение направлений и методов, а также механизмов реализации защиты секретной информации в открытых источниках во взаимосвязи с решением основной задачи с международным положением, внутренней и внешней политикой страны, процесс формирования и эволюции системы защиты государственной тайны в целом по стране, а также реализация некоторых специальных направлений контрразведывательной деятельности с точки зрения защиты государственной тайны. Главной нитью проходит линия взаимосвязи внешних факторов, работы разведок по сбору информации и контрразведывательная деятельность по предотвращению сбора информации, в том числе и посредством мероприятий по сохранению государственной и военной тайны и пресечению утечки секретной информации через издания и СМИ, т. е. через открытые источники.

Это определило постановку и решение исследовательских задач и напрямую связано с реалиями времени и важностью защиты государственной тайны в современном обществе, когда объективный анализ прошлого имеет большое практическое значение. Данная работа представляет собой попытку объединить историческую и специальные направления исследования данной темы в целом.

В книге решаются задачи:

– выявить основные виды охраняемых тайн, объекты и субъекты направления деятельности и функционирование системы защиты государственной тайны в печати и СМИ в данный исторический период;

– обозначить структуры и лиц, проводивших и отвечавших за данную работу;

– определить формы, функции, задачи по защите информации в печати и СМИ;

– определить угрозы с точки зрения защиты информации (государственной тайны) и адекватность принимаемых мер;

– показать уровень и механизм деятельности по вопросам защиты секретной информации в печати и СМИ;

– реконструировать систему и внутреннее наполнение деятельности по защите государственной тайны (секретности и режима) в печати и СМИ;

– показать взаимодействие государственных структур по защите государственной тайны (секретности и режима) в печати и СМИ;

– осветить некоторые специфические мероприятия и направления деятельности.

Определение и решение задач исследования происходит посредством изучения взаимосвязи международного положения и реформы органов управления, спецслужб и уполномоченного Совета Министров СССР по защите военной и государственной тайн в печати и аппарата Главлита, направлений деятельности и их специфики при защите основных видов информации, потенциально содержащих секретные сведения. Это такие направления, как осуществление контроля за военной информацией и защита военной тайны, информации по новой военной технике, научно-исследовательским и опытно-конструкторским работам, оборонно-промышленной и экономической тайне, работа с иностранными корреспондентами и контроль за литературой и материалами отечественных СМИ для их распространения за границей с точки зрения контрразведывательной деятельности, т. е. защиты военной и государственной тайны как вида контрразведывательной деятельности по противодействию иностранным разведкам. В работе также приводится точка зрения автора на периодизацию холодной войны. Для большего осмысления значения и взаимосвязи защиты государственной тайны с контрразведывательной деятельностью и деятельностью разведок также приводится понимание данного вопроса нашими противниками: директором ЦРУ США Аленом Даллесом и заместителем директора ЦРУ Рэем Клайном. Способы и методы решения задач по защите государственной тайны и их выполнение свидетельствуют об универсальности законов защиты информации, хотя и существовали несколько разные подходы к тем или иным вопросам (например, различное отношение к прессе).

Так как тема лежит на стыке исторической науки и специальной дисциплины (защита информации), наиболее перспективным и эффективным представляется междисциплинарный подход, который сегодня активно применяется в современной исторической науке. Он позволяет осуществить переход от анализа социально-политических событий, внешней и внутренней политики к анализу структур и процессов, в том числе мотиваций специальных вопросов защиты информации во взаимосвязи с историческими процессами, т. е. исторической реконструкции событий.

Научная новизна работы, на наш взгляд, определяется спецификой ранее закрытой темы и документов. Было проведено, насколько это возможно, комплексное исследование организации и деятельности Советского государства по защите государственной тайны по направлению защиты информации. Автор работы не претендовал (и не мог претендовать в плане специфики) на то, чтобы ответить на все вопросы, касающиеся предлагаемой темы. Затронуты основные темы защищаемой информации и контразведывательной деятельности по данным вопросам. В силу этого работа дает представление о затронутой проблеме и служит очередным шагом для исследования на основе изученных и новых архивных документов.

Данная работа разбита на главы, в некоторых случаях имеются и подглавы. В конце работы дается заключение по всему описанному процессу с точки зрения «заинтересованных лиц» и автора.

Нижней границей исследования выбраны 1945–1946 гг. – окончание Великой Отечественной войны и начало холодной войны. В качетве верхней границы взят 1953 г., что связано с окончанием начального периода холодной войны и кончиной И.В. Сталина.

Источниковую базу исследования составили директивные документы (постановления, распоряжения, приказы и др.) высших партийных и государственных органов, прежде всего уполномоченного Совета Министров по защите военной и государственной тайн в печати, Главлита из Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ). Нами активно использовались: приказы, распоряжения, циркуляры, сводные указания, распоряжения уполномоченного СНК СССР по вопросам цензуры за 1946–1953 гг.; сводные материалы за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с ЦК ВКП(б), секретарями ЦК ВКП(б) за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с Советом Министром СССР и другими высшими правительственными органами, а также с главкрайобллитами по вопросам цензуры за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с органами НКГБ – МГБ и НКВД – МВД за 1946–1953 гг.

Глава 1
Международное положение и реформы органов управления, спецслужб и главлита

Принято считать, что особую страницу в истории человечества под названием холодная война открыла речь Черчилля в Фултоне в марте 1946 года. Надежда на мирное (во всех смыслах) сосуществование рухнула. А так описывает складывающуюся политическую ситуацию в послевоенный период Н.А. Нарочницкая: «Поворот Черчилля от союзнических отношений с СССР был предрешен, но он вытекал вовсе не из идеологии, а из принципиально изменившейся геополитической архитектуры Европы. Нерушимая традиция Британии – препятствовать превращению любой континентальной державы в доминирующий центр влияния»²⁰. И с этим мнением, в основной его части, на наш взгляд, нельзя не согласиться.

Предпосылки холодной войны возникли ранее, еще во время войны горячей. «Разрабатываемые в недрах внешнеполитических ведомств США и Британии проекты послевоенной конфигурации мира существенно менялись в 1942–1944 годах, поскольку менялась оценка потенциальной сферы влияния СССР. В британских проектах, судя по документам разведки, к 1945 году уже вырастет план холодной войны вне зависимости от потенциального поведения СССР в отношении Западной Европы»²¹. С.Ю. Рыченков определяет, на наш взгляд, еще более точно: «Таким образом, обострение в советско-американских отношениях второй половины 40-х является вовсе не началом холодной войны, как многие полагают, и уже тем более не могло быть вызвано некими внезапными, неприемлемыми для США шагами Москвы. Если и считать Советский Союз виновником глобального конфликта, то вина его состоит, прежде всего, в самом факте существования и, что особенно тревожило Запад, очевидного после войны укрепления СССР как первой социалистической державы в мире. Далее он утверждает, что нет никаких, ни прямых, ни косвенных доказательств того, что советское руководство в те годы стремилось к конфликту с США. Но, тем не менее, как мы знаем, начался новый виток политической, военной и идеологической конфронтации и соперничества между СССР и западными странами»²².

После окончания Великой Отечественной и войны с милитаристской Японией стране необходимо было решать мирные задачи. В экономике это было сокращение и конверсия военных производств и переход на выпуск мирной продукции. Кроме того, необходимо было и в буквальном, и в переносном смыслах залечивать раны войны и поднимать из руин половину европейской части страны. Необходимо было концентрировать и распределять оставшиеся материальные и людские ресурсы, которых было явно недостаточно ввиду потерь во время войны, а также наладить управление страной в новых условиях. Накопленный опыт и практика работы правящей партии и государственного аппарата в экстремальных условиях обозначили и потребовали корректировки работы управления народным хозяйством. В политическом смысле, в условиях победы страны в войне, укрепился авторитет руководителя СССР, военачальников, коммунистической партии и высших органов власти как таковых. Силовые структуры после победоносной войны имели наивысший авторитет и получили наибольшую степень доверия и признания народа. Укрепляется роль И.В. Сталина в военном плане и происходит концентрация в его руках не только политической, но и всей военной составляющей государства. Так, в феврале 1946 года Народный комиссариат обороны Союза ССР был преобразован в Народный комиссариат Вооруженных сил Союза ССР и упразднен Народный комиссариат Военно-морского флота Союза ССР. Указом Президиума Верховного Совета СССР Генералиссимус Советского Союза И.В. Сталин был назначен народным комиссаром Вооруженных сил и Верховным главнокомандующим Вооруженными силами Союза ССР («Известия» № 49 от 26 февраля 1946 года). В начале 1946 года происходят и изменения в политической структуре государства, таких как ликвидация наркоматов и образование министерств, и многие другие.

К 1951 году напряженная международная обстановка и развитие военной экономики требовали организации структуры, занимающейся координацией решений только по оборонным вопросам. Назрела необходимость создания такого органа. Так, постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) и Совета Министров СССР 16 февраля 1951 года было образовано Бюро по военно-промышленным и военным вопросам. На Бюро было возложено руководство работой Министерства авиационной промышленности, Министерства вооружения, Военного министерства, Военно-морского министерства. Председателем был назначен Н.А. Булганин, членами – соответствующие министры М.В. Хруничев, Д.Ф. Устинов, А.М. Василевский, И.С. Юмашев²³. Бюро занималось рассмотрением планов военных заказов, научно-исследовательских работ по военной технике, принятием на вооружение новых образцов и снятием с вооружения устаревших и другими вопросами, связанными с обеспечением армии и флота вооружением и военно-техническим имуществом. Принципиальные вопросы по военной технике рассматривались и утверждались ЦК ВКП(б) и Советом Министров СССР. Бюро не имело специального аппарата (за исключением небольшого секретариата), функции аппарата выполняли отраслевые группы Управления делами Совмина СССР. В 1953 году отраслевые бюро при Совете Министров СССР были упразднены. В 1953–1956 годах вопросами координации деятельности оборонных отраслей промышленности занимались заместители председателя Совета Министров СССР – Николай Булганин, Вячеслав Малышев, Максим Сабуров, Михаил Хруничев. Общее наблюдение и решение принципиальных и межотраслевых вопросов оборонных отраслей промышленности и Министерства обороны осуществляло Бюро Совмина СССР²⁴.

Реформирование органов государственной безопасности СССР в послевоенный период

Наиболее серьезное влияние на деятельность МГБ СССР оказали холодная война с Западом и сложное экономическое положение СССР после окончания Второй мировой войны. К моменту завершения Второй мировой войны разведывательные и контрразведывательные функции выполняли: НКГБ СССР, ГУКР «Смерш» НКО СССР, УКР «Смерш» НКВМФ СССР и Отдел контрразведки «Смерш» НКВД СССР (контрразведывательная работа в пограничных, внутренних, конвойных, промышленных и железнодорожных войсках, а также войсках правительственной связи НКВД СССР). В мае 1945 г. на основании Инструкции МГБ по учету и розыску агентуры разведывательных, контрразведывательных, карательных и полицейских органов воевавших против СССР стран, предателей, пособников, ставленников немецко-фашистских оккупантов был создан централизованный учет всех государственных преступников, разыскивавшихся НКГБ и «Смершем». 5-е управление, наряду с другими функциями, занималось контрразведывательной работой по оборонным предприятиям, обеспечением режима секретности.

Рассматриваемый период деятельности органов госбезопасности характеризуется многочисленными кадровыми изменениями и структурными реорганизациями. В течение 1946–1953 годов правительство СССР приняло ряд постановлений, касающихся структуры МГБ. В первую очередь были упразднены аппараты, созданные исключительно для работы в условиях ведения войны (военная цензура, особые отделы в частях, подлежащих расформированию, и др.). Наркомат внутренних дел СССР был преобразован в Министерство внутренних дел (МВД) СССР, а Наркомат государственной безопасности 15 марта 1946 года – в Министерство государственной безопасности (МГБ) СССР. Министром государственной безопасности стал В.Н. Меркулов, через два месяца его сменил В.С. Абакумов. ГУКР «Смерш» НКО и УКР «Смерш» НК ВМФ вошли в состав МГБ СССР в качестве 3-го управления (военная контрразведка). Руководителем военной контрразведки был назначен Н.Н. Селивановский, ставший заместителем министра. Перед этим управлением стояли задачи обеспечения безопасности вооруженных сил и ограждение от проникновения разведок иностранных государств. В области контрразведывательной к традиционному выявлению, предупреждению и пресечению шпионско-диверсионных акций были добавлены задачи выявления изменников Родины.

4 мая 1946 г. на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) была утверждена новая структура МГБ СССР. В обновленном виде Министерство государственной безопасности включало в себя: 1-е главное управление (разведывательная работа за границей); 2-е главное управление (контрразведывательная работа внутри СССР); 3-е главное управление (контрразведывательная работа в Вооруженных силах СССР); 4-е управление (оперативный розыск «агентуры иностранных разведок, заброшенных в СССР, и прочих вражеских элементов»); 5-е управление – оперативное (установка, наружное наблюдение); 6-е управление (шифровально-дешифровальное); Транспортное управление (контрразведывательная работа на объектах транспорта); Управления охраны (№ 1 – охрана И.В. Сталина; № 2 – охрана остальных руководителей партии и правительства); Управление коменданта Московского Кремля; Следственная часть по особо важным делам; Отдел «А» (учетно-архивный); Отдел «Б» (оперативная техника); Отдел «К» (контрразведывательная работа на объектах атомной промышленности); Отдел «О» (оперативная работа по духовенству всех конфессий); Отдел «Т» (борьба с лицами, высказывающими угрозы террористического характера в отношении партийных и государственных руководителей); Отдел «ДР» (проведение диверсий и актов индивидуального террора); Управление кадров; Инспекция при МГБ.

Важное значение имело постановление ЦК ВКП(б) от 20 августа 1946 года «О работе Министерства государственной безопасности СССР». По этому постановлению определялись главные направления деятельности вновь созданного МГБ СССР. 1. Предупреждение шпионажа. 2. Борьба с подрывной деятельностью разведывательных органов иностранных государств. Основные задачи органов госбезопасности были сформулированы в решении Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 августа 1946 г. о сдаче дел прежним министром государственной безопасности СССР В.Н. Меркуловым новому министру – В.С. Абакумову. Этот документ Политбюро стал своеобразной программой работы органов МГБ в первое послевоенное десятилетие²⁵. Это, прежде всего, предупреждение шпионажа и борьба с подрывной деятельностью разведывательных органов иностранных государств. Одной из целей реорганизации госбезопасности стало усиление централизации органов защиты военных и государственных тайн. К примеру, в 1946 году осуществление контрразведывательного обеспечения важных промышленных, народно-хозяйственных и научно-исследовательских объектов, защиты государственных тайн, а также допуска сотрудников к работе с секретными и совершенно секретными документами и изделиями в Управлении Министерства государственной безопасности СССР по городу Москве и Московской области производил 2-й отдел.

Структура центрального ведомства была построена по традиционной схеме: из управлений, ведущих основную работу, и отделов, обеспечивающих эффективную деятельность управлений. В области разведывательной на МГБ СССР возлагались задачи получения информации о политических планах руководства государств, ведущих против Советского Союза разведывательно-подрывную деятельность, устремлениях спецслужб этих стран, военно-экономическом потенциале. В области контрразведывательной к традиционному выявлению, предупреждению и пресечению шпионско-диверсионных акций были добавлены задачи выявления изменников Родины, пособников фашистских оккупационных властей в среде реэмигрантов и репатриантов. Решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 августа 1946 г. в структуру МГБ были внесены изменения. Были созданы: Отдел оперативной техники, Тюремный отдел (руководство тюрьмами МГБ как в центре, так и на местах); Особое совещание при МГБ (для вынесения судебных решений по следственным делам, ведущимся в МГБ); Управление делами; Хозяйственное управление; Финансовый отдел. Приказом МГБ СССР от 9 октября 1946 г. было упразднено существовавшее в годы войны 4-е управление (по организации террора и диверсий в тылу противника)²⁶. В конце 1946 г. произошла реорганизация аппаратов охраны руководителей страны. Управления охраны № 1 и № 2 и Управление коменданта Московского Кремля были объединены в Главное управление охраны (ГУО) МГБ СССР²⁷.

В 1947–1949 гг. проходило перераспределение сил и компетенции между МВД и МГБ. Так, совместным приказом МВД и МГБ СССР от 21 января 1947 г. была оформлена передача внутренних войск из МВД в МГБ. Было образовано Главное управление внутренних войск МГБ. Другим совместным приказом МВД – МГБ СССР от 21 января 1947 г. в МГБ СССР была передана значительная часть личного состава Управления по борьбе с бандитизмом МВД СССР и его органов на местах. На их базе в марте – апреле 1947 г. были образованы отдел «2–Н» ВГУ МГБ СССР, а также управления/отделы «2–Н» по борьбе с националистическим подпольем и его вооруженными формированиями на Украине, в Белоруссии и республиках Советской Прибалтики. В 1947 г. в соответствии с решением Политбюро ЦК ВКП(б) было создано Главное управление охраны МГБ на железнодорожном и водном транспорте, в состав которого помимо сотрудников бывшего Транспортного управления СССР вошла и транспортная милиция. Созданная новая структура отвечала за обеспечение государственной безопасности, а также за борьбу с уголовной преступностью на объектах транспорта²⁸. Направления борьбы с разведками главного противника нашли отражение в изданном 2 февраля 1947 г. приказе МГБ «Об усилении контрразведывательной работы по борьбе с агентурой американской и английской разведок». «В рассматриваемый период были скомпрометированы и отозваны из СССР военный атташе США Р. Гроу, помощник военно-морского атташе США Р. Дреер… Война показала, что политическая и военная разведки не всегда квалифицированно справлялись с оценкой и анализом всей информации, которую они получали по своим каналам. И тогда Молотов, который перед Ялтинской конференцией несколько раз председательствовал на совещаниях руководителей разведслужб, предложил объединить их в одну централизованную организацию. Сталин согласился с этим предложением – так появился на свет Комитет информации, куда вошли 1-е управление МГБ и Главное разведуправление Министерства обороны (ГРУ). Что касается Министерства госбезопасности, то решено было также сохранить специальную службу разведки и диверсий – на случай возможной войны или локальных военных конфликтов на Ближнем Востоке, в Европе, на Балканах или Дальнем Востоке. Аналогичное спецподразделение было сохранено в Министерстве обороны»²⁹.

Таким образом, 30 мая 1947 г. был образован Комитет информации (КИ), в который было передано 1-е главное управление МГБ. В состав КИ вошли разведывательные службы МГБ СССР и Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба Министерства вооруженных сил СССР, а также некоторые структуры ЦК ВКП(б), МИД, Минвнешторга. Данный комитет возглавил В.М. Молотов, бывший в тот период заместителем председателя Совета Министров СССР и одновременно министром иностранных дел. Предполагалось, что подобное объединение усилий разведывательных служб и дипломатов позволит улучшить получение необходимой информации за рубежом. Но образование Комитета информации при СМ СССР в целом не принесло ожидаемых результатов. Уже в январе 1948 г. правительство приняло решение о выделении из Комитета информации военной разведки. Она была возвращена в Министерство вооруженных сил СССР. В 1948 г. в состав МГБ были возвращены Управление советников в странах народной демократии и службы «ЭМ» (эмиграции) и «СК» (советские колонии за границей). На их основе 17 октября 1949 г. приказом МГБ СССР было создано 1-е управление МГБ, на которое возлагались задачи по управлению внешней контрразведкой: контрразведывательное обеспечение советских колоний; выявление и пресечение подрывной деятельности контрразведывательных органов капиталистических стран и эмигрантских центров, направленной против СССР. В феврале 1949 г. КИ был передан в МИД (руководители сначала А.Я. Вышинский (как глава МИД), затем зам. министра МИД – В.А. Зорин). В апреле 1948 г. из МВД в МГБ были переданы войска по охране особо важных объектов промышленности и железных дорог. В 1949 г. из МВД в МГБ было передано государственное хранилище ценностей (ГОХРАН)³⁰.

Усилению борьбы со шпионажем служили также разработка и утверждение Советом Министров СССР первоначально «Перечня сведений, составляющих государственную тайну, разглашение которых карается по закону» (8 июня 1947 г.), а затем и «Инструкции по обеспечению сохранения государственной тайны в учреждениях и на предприятиях СССР» (1 марта 1948 г.). Запрещенные сведения относились к военной и мобилизационной, экономической, научной и технической сферам государственного управления и производства. Основной объем работы по обеспечению государственной тайны и безопасности (предотвращение и выявление шпионажа, хищения или утраты документов и изделий, содержащих государственную тайну, предотвращение диверсий, аварий и катастроф, пожаров и т. п.) в НИИ и на предприятиях приходился на районные и городские отделы УМГБ³¹.

В сентябре 1949 г. службы наружного наблюдения и установки были выделены из 5-го управления и переданы в образованное самостоятельное 7-е управление МГБ СССР (наружное наблюдение). Одновременно был упразднен Отдел «О», а его функции переданы в 5-е управление, основной задачей которого стала борьба с враждебными и антисоветскими элементами, работа против клерикалов и розыск авторов и распространителей антисоветских листовок и анонимных документов, т. е. выполнение функций секретно-политического управления. В октябре 1949 г. в структуру МГБ СССР введены Главное управление пограничных войск и Главное управление милиции со всеми органами на местах. Положительным было то, что произошла централизация функций в сфере обеспечения государственной безопасности, происходило совершенствование контрразведывательных работ, предупреждение шпионажа, а отрицательным было то, что на органы безопасности возлагалось выполнение несвойственных функций по охране общественного порядка и борьбе с общеуголовными преступлениями.

Усиление противостояния и война в Корее, которая в любой момент могла перерасти в мировую войну, требовали ужесточения мер и непосредственную готовность к оперативным боевым действиям. Так, осенью 1950 года был расформирован отдел «ДР» МГБ, отвечавший за проведение диверсий за границей, и на его базе на основании постановлений Политбюро ЦК ВКП(б) от 9 сентября 1950 года были созданы Бюро № 1 (проведение диверсий за границей), начальником был назначен П.А. Судоплатов и Бюро № 2 (проведение ликвидаций врагов внутри СССР), начальником был назначен В.А. Дроздов. На том же заседании Политбюро ЦК ВКП(б) была утверждена специальная инструкция МГБ СССР, согласно которой в отношении «вражеских элементов» допускалось принимать меры по «пресечению» их деятельности «особыми способами по специальному разрешению». Оба бюро действовали на правах управлений и подчинялись непосредственно министру.

В январе 1951 года Комитет информации как орган внешней разведки перестал существовать. 2 ноября 1951 года в связи с передачей разведывательных функций из Комитета информации при МИД СССР в Министерство государственной безопасности СССР приказом МГБ № 00796 в МГБ было вновь образовано 1-е главное управление (ПГУ). Возглавил его С.Р. Савченко, который как начальник ПГУ был назначен заместителем министра госбезопасности. С 1949 по 1953 г. ПГУ поочередно возглавляли С.Р. Савченко и В.С. Рясной. В состав МГБ СССР была включена и внешняя разведка.

К первой половине 1951 года деятельность органов госбезопасности перестала удовлетворять руководство страны. Была произведена проверка, и на ее основании в 11 июля 1951 года вышло постановление ЦК ВКП(б) «О неблагополучном положении в МГБ». Был снят с должности и арестован министр госбезопасности В.С. Абакумов. 9 августа 1951 года постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) министром госбезопасности был назначен С.Д. Игнатьев³², а постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 26 августа 1951 года «О заместителях министра государственной безопасности СССР» назначались два первых заместителя министра – С.И. Огольцов и С.А. Гоглидзе. Заместителями министра назначены Е.П. Питовранов, Н.П. Стаханов, П.Н. Мироненко, И.Т. Савченко, П.П. Кондаков, С.В. Евстафеев, по кадрам утвердили А.А. Епишева. От работы заместителями министра государственной безопасности были освобождены и направлены в распоряжение ЦК ВКП(б) А.С. Блинов, Н.А. Королев, А.Н. Аполлонов, Н.Н. Селивановский, В.Е. Макаров³³. В январе 1952 г. была утверждена Инструкция по оперативному учету в органах МГБ. Тогда же, в 1952 году, руководство СССР приняло решение о реорганизации внешней разведки. В апреле 1952 года был снят с должности начальник Главного управления охраны МГБ СССР генерал-лейтенант Н.С. Власик. Руководство охраной высших лиц партии и правительства было поручено министру госбезопасности С.Д. Игнатьеву (по совместительству). В мае Главное управление охраны МГБ СССР было преобразовано в Управление охраны МГБ СССР.

Существенные коррективы были внесены в организацию подготовки чекистских кадров. 15 июля 1952 года по постановлению СМ СССР была организована Высшая школа МГБ (с трехгодичным сроком обучения). Ленинградская школа МГБ была реорганизована в Институт иностранных языков МГБ.

30 декабря 1952 г. решением Бюро Президиума ЦК КПСС обозначается структура МГБ: 1-е (внешняя разведка) и 2-е (контрразведка) Главные управления, Бюро № 1, отдел «Д» (активные мероприятия), а также ряд подразделений 4-го (розыскного), 5-го (секретно-политического) и 7-го (оперативного) управлений центрального аппарата МГБ, были объединены в Главное разведывательное управление (ГРУ) МГБ СССР. В декабре 1952 г. был сформирован 13-й антисионистский отдел 2-го управления ГРУ МГБ. 5 марта 1953 г. МГБ СССР и МВД СССР были объединены в общее Министерство внутренних дел СССР, главой которого был назначен Л.П. Берия. Организационная структура органов госбезопасности в рамках нового ведомства не претерпевала существенных изменений³⁴.

Таким образом, можно констатировать, что на протяжении первого периода холодной войны в органах госбезопасности и других силовых структурах СССР происходили постоянные кадровые изменения и структурные реорганизации. На наш взгляд, это было связано как с международным положением, так и с политическими событиями внутри страны. Холодная война рождала всё новые вызовы, мир буквально балансировал на грани новой большой войны и относительного мира. Война разведок и контрразведок разрасталась. В противодействии иностранным разведкам требовалось всё больше значительных и дополнительных усилий. В данный период, как и прежде, осуществлялась постоянная оперативная деятельность, а с появлением новых видов угроз и направлений от руководства страны и органов госбезопасности требовался поиск новых подходов. Не всегда получались желаемые результаты, как, к примеру, с Комитетом информации. Но высшие органы политической и государственной власти в лице ЦК ВКП(б) – КПСС, СНК – Совета Министров СССР уделяли всё увеличивающееся внимание к деятельности силовых структур в данный период. Принимались новые решения и постановления, происходили перемены и продолжался поиск новых решений. Данные обстоятельства сказывались на всех направлениях деятельности.

В послевоенный период в мире произошел очередной научно-технический скачок, получили развитие наукоемкие отрасли промышленности и другие виды деятельности. Между тем разведывательная работа также приобретает новый импульс и выходит на новый, научный уровень. Данные тенденции понимают и принимают наши противники. Так, заместитель директора ЦРУ США Рей Клайн отмечал: «С учетом международной и стратегической ситуации нашего времени, США, чтобы выжить и преуспеть, должны обладать способностью оберегать свои секреты и раскрывать секреты других стран. Этому должно способствовать специфическое американское сообщество разведчиков и ученых, которое объединяет ЦРУ»³⁵. Они действуют в этом направлении именно в 1950-е годы: «…организовал из остальных аналитиков, работавших в УР, Управление исследований и документов (УИД). Они занимались глубинным исследованием (на базе географических характеристик) различных регионов, особенно развитием экономики Советского Союза и Китая. Аналитики УИД, кроме того, выполняли экономические исследования для НОРДа, причем значение этой функции все более возрастало по мере роста стоимости производства оружия, когда оценка производственных мощностей советской экономики стала критически важной для долговременной оценки советской военной мощи. Другим участником этого исследовательско-аналитического процесса было Управление научной разведки – специализированная группа аналитиков, дававшая ЦРУ возможность быть в курсе технологических новинок в таких важнейших областях, как атомная энергетика и (с середины 50-х годов) ракетная техника»³⁶. Также он отмечал и политическую составляющую сбора информации: «Какова совокупная ядерная мощь Советского Союза, каким в ближайшие годы будет состав китайского руководства и тип его мышления, как будет развиваться арабо-израильский конфликт, каков будет уровень стабильности Югославии после смерти Тито? Вот тип проблем, которые высокопоставленные работники разведки и системы безопасности должны четко себе представлять. И надо, чтобы подготовленные для них оценки опирались на достоверные факты и искусный анализ»³⁷.

С такой серьезной постановкой работы у противника и столкнулись советские спецслужбы и другие органы, проводившие контрразведывательные мероприятия. Это, конечно, учитывалось и сказывалось и по линии защиты военной и государственной тайны, постоянная системная работа которых продолжалась и давала положительные результаты, о чем будет сказано в предлагаемой книге.