Kitobni o'qish: «Передёрнет Амур затвор»

Как куклы заводные

Сегодня я - в тебе,

а ты во мне весь тоже.

И в этот странный день

нет никого дороже.

Но завтра мы опять

друг другу неродные.

Что это за напасть

(как куклы заводные)...

Ты, портрет хомо современниеса

Ты, как мороженое, сладкий, но холодный,

ты признаёшь мир осязаемый и плотный.

Ты солнце именуешь жёлтым карликом,

улыбку заменяешь онлайн смайликом.

Тебе автомобиль жены дороже,

на выходных бывает пухлой рожа.

Зато для понедельников ты выбрит:

тебя из колеи ничто не выбьет...

Ты - левополушарник с чёткой логикой,

в тебе пустых страстей - ни малой толики.

"Нормален" ты и этим очень скучен,

ведь с догмами, увы, ты неразлучен.

А больше про тебя не интересно:

закончу-ка на этом свою песню...

You

You look like ice cream

(you are sweet, but cold).

You go downstream

(it`s your miserable world).

Your sun is like a dwarf,

and your smile is hard.

You like a car more than your wife,

and alcohol is the main thing in your life.

Your face is puffy on Sunday,

but you are shaved on Monday.

You are logical, and you have a strong left brain

(you have no stupid romance).

You are very boring, because you are «normal»

(alas, you are inseparable from dogmas).

I don`t want to sing about you more,

and I`l поt continue compose this folklore.

Не верь губам ползущим

Не верь словам, не верь рукам,

Не верь губам ползущим.

(Ведь после раза сразу в спам:

Ты для него лишь случай.)

Глазам не верь, не верь ушам,

Не верь, что не такая,

Как он хотел, ведь он не знал,

Чего хотел, играя.

Не верь! Роман... Сама, как он, Игрушка заводная.

Какой красивый этот сон...

Зато реальность злая.

Любовь какая-то пунктирная

Любовь какая-то пунктирная:

Не любишь (любишь) - всё во мне.

Ну почему я волатильная?

Иль я живу лишь по луне?

И ты не лучше - переменчивый.

Мы, как два левых башмака.

Наверное, ты гуттаперчевый,

Но гибкость эта нелегка.

Не быть нам вместе: одинаковы,

Соперники, и тесно нам.

Мы поначалу очень ласковы,

Потом ругаемся вновь в хлам.

Опять не видимся, артачимся:

Нам, дескать, хорошо и так.

И с новой силою влюбляемся