Kitobni o'qish: «Однажды я умерла»

ПРОЛОГ

Однажды я умерла.

Я была опустошена. Добралась до самого дна. Но мне удалось выбраться на

поверхность. И помогла я себе сама.

Время слишком быстротечно. В детстве кажется, что вся жизнь еще впереди, что я еще ого-го, я все успею, у меня куча времени. А потом оглядываешься…. А ты уже на пенсии. А когда жила? Даже не заметила. А почему? Да потому что потратила время зря. Жила так, как будто у тебя в кармане есть еще одна жизнь. Откладывала всё до следующего понедельника, Нового года, лета и так далее по кругу. Но жизнь откладывать нельзя.

Если не остановишься сейчас, потом будет поздно.

Есть дни, которые приближают нас к смерти, а есть просто дни – те, что были

прожиты ради своего удовольствия, а значит – вне времени. Первых, как

водится, много (почти все), вторые… ну случаются порой. Дурацкая и нелепая

пропорция, да?

Сейчас лето. А буквально день назад был Новый год. А неделю назад мне было

пять. Когда я успела вырасти? Время, остановись!

К сожалению, жить умеют не многие. 95% из нас просто прозябают. Живут от

выходных до выходных. От отпуска до отпуска. Торопим время. Нет, мы его

убиваем. Никто никогда не думает о своей смерти. А ведь неизвестно, когда она

наступит. А если завтра? Что ты сделал сегодня, чтобы не сожалеть о

потерянном времени завтра на смертном одре? Чего ты достиг? Счастлив ли

ты, человек? Живешь по радости или по долгу? Что ты сделал полезного в этой

жизни? Для чего пришел на эту землю?

Я тоже никогда не задумывалась раньше об этих вопросах. В голове была куча

говна. Я просто существовала и ненавидела себя за это. Но однажды все

изменилось.

ГЛАВА 1 Порочный круг

Души наблюдают за нами сверху. Они ждут своей очереди и выбирают.

Им предстоит уже не первая земная жизнь, у них уже есть опыт, который они

приобрели в других телах. У каждой души свой уникальный путь, своя цель на

земле, свое предназначение, называйте, как хотите. Наша задача как людей -

понять, что все ответы на наши извечные вопросы уже есть внутри нас самих. И

жить в радость уже сейчас, а не потом, которое никогда не наступит и которого

вообще не существует.

Душа попадает к определенному человеку с какой-то целью, она не приходит

просто так. Она в этом теле хочет получить тот опыт, какой не сможет получить

ни в каком другом. Получив то, что нужно, душа уходит в другое тело, и так до

бесконечности. Если же душе удалось достичь высокого уровня сознания, что

случается крайне редко, она переродиться в следующей жизни во что-то еще

более крутое, либо, если таковым будет её желание, – начнет весь путь сначала.

Никто не умирает без собственного на то согласия – смерть приходит в тот

момент, когда душа человека призывает её. Видимо, наступает момент, когда

человек больше не хочет жить и душа понимает, что больше ей в этом теле

делать нечего. Смерть ребенка – тоже его собственный выбор, просто душа

решила вернуться домой.

Жизнь нам дарит Бог. Он даёт её нам абсолютно бесплатно, как подарок. И как

же мы им распоряжаемся?

Мы не понимаем и даже не замечаем, что у нас есть все для счастья. Что мы

можем ходить своими ногами, у нас есть руки и ноги, есть глаза, которые видят и

уши, которые слышат. Что нос дышит сам, что рот может принимать пищу, что

внутренние органы работают отлично, что сердце бьется, что мы совершенны и

идеальны! Мы не помним об этом, мы вечно чем-то недовольны, и в суете мирской

своей уже принимаем эти сокровища как данность. Мы не помним, что тело – чудо

из чудес. Мы не помним, что у многих людей в мире отсутствует способность

ходить. Пока все мечтают разбогатеть, люди без ног мечтают просто ходить –

сделать такую простую вещь, которая доступна большинству людей. Мы не помним,

что есть другие люди, у которых нет зрения и которые никогда не видели краски

этого мира и лиц своих родных. Мы не помним, что человек без слуха живет в мире

абсолютной тишины. Каждый день мы неосознанно и естественно делаем до

двадцати тысяч вдохов и выдохов, даже не замечая этого и не понимая какое

большое значение для нас имеет этот невидимый воздух, без которого мы не сможем

прожить и трех минут. В лучшем случае четырех. Заботясь о ненужных вещах, мы

даже не замечаем, как дышим, тогда как другие люди в это время не могут

самостоятельно дышать и за них дышит аппарат. Набивая рот едой, мы не помним,

что есть люди, которые не могут самостоятельно есть и их кормят через трубочку.

Поэтому, погружаясь в мир такой суеты сует, человек просто грязнет в этом, не

замечая мира вокруг и не живя. И поэтому именно дети умеют наслаждаться жизнью

и радоваться каждому дню, каждой минуте своей жизни, каждой мелочи, которая

взрослым кажется глупой.

Мы не умеем наслаждаться жизнью, мы умеем только накапливать ненужный

мусор в голове в виде обид, раздражительности, злости, гнева, осуждения,

хотелок. Мы разучились радоваться таким простым вещам, как ребенок

радуется, когда познает себя – своей возможностью ходить, видеть, слышать,

дышать! Именно поэтому человеку так сложно попасть в Царствие Небесное.

Стойте, не откладывайте книгу, речь вообще не про религию.

У нас в мире предостаточно всего в изобилии. Но мы не пользуемся этим, мы

хотим всегда больше и в основном то, чего у нас нет, а есть у других. Однако,

это тоже является своего рода уроком для людей и они для чего-то пришли в

мир именно такими, но порой человек с физическим недостатком умеет жить и

радоваться больше, чем человек, имеющий все! Мы очень странные.

Люди не боятся смерти, потому что не осознают её. Да, они видят как умирают

люди вокруг, но мозг человека не осознаёт, что и с ним может случиться тоже

самое. Причем, совершенно неожиданно. Но, однако ж, никто ничего не хочет

менять, чтобы оттянуть этот момент. Особенно боятся ее те, кто сильно

привязан к родным людям, к работе, к собственности. На самом деле смерти

боятся те, кто не чувствует, что живет полной жизнью. Кто не нашел себя в

мире и не реализовался, не раскрыл свой талант. И уже на смертном одре,

умирая, человек очень сожалеет, что не прожил более счастливую жизнь, что не

успел сделать то, о чем всегда мечтал, что так мало уделял внимание любимым,

обижался, осуждал, злился, чувствовал вину, долг или стыд. Человеку кажется,

что если ему дадут сейчас еще один шанс, он сможет все исправить. Однако,

это не так. Все будет по-прежнему. Потому что у человека есть такая машина,

как мозг, который занят материальным и не позволяет душам выйти к свету.

Промежуток между жизнями может длиться от нескольких дней до нескольких

лет. Все зависит от того, сколько времени потребуется тебе наверху, чтобы понять свое жизненное предназначение и добровольно вернуться на Землю. Чем более хаотичной и бессмысленной была твоя жизнь, тем больше отдыха потребуется твоей душе. Чаще всего ты как возрожденная душа возвращаешься в ту же самую среду и к тем же людям, с которыми в течение одной своей жизни тебе так и не удалось завершить отношения. Например, если в прошлой жизни ты причинил кому-то зло, в следующей ты можешь возродиться в качестве ребенка этого человека, только в этот раз он будет мучить тебя. Таков закон бумеранга.

Человек и душа – единое целое. Человек без души – не человек, а душа без

человека ничего не сможет достигнуть.

И вот там, наверху, где мы не видим, души поджидают подходящего человека,

с которым получится приобрести желанный опыт. Мы этого не знаем или не

помним, скорее всего, но там есть только что родившиеся души и уже

пожившие. Возможно, там есть кто-то главный, кто отвечает за души.

Возможно, прежде, чем направить новую душу в тело, с ними проводят беседу

о том, что им предстоит.

– Тебе нужно будет постоянно пробуждаться, развивать и совершенствовать свое

тело.

– Тебе придется учиться в школе под названием Жизнь на планете Земля.

Каждый человек и каждое событие – твой универсальный учитель. Не

существует ошибок, только твой опыт.

– Урок будет повторяться в разнообразных формах, пока не будет усвоен

полностью. Все ответы – в тебе.

И вот душа попадает в тело. Это совсем еще маленький, только родившийся

ребенок. Из многих сотен тысяч душ одна душа решила испытать на себе еще

один опыт земной жизни. Первыми, кого мы встречаем, оказавшись в этом

мире, конечно же родители. Они у всех разные, но ребенок любит своих

родителей безусловно. Душа, которая пришла в этот мир через этого ребенка

уже заранее выбрала себе таких родителей для определенных уроков.

Считается, что жить ради собственного удовольствия – плохо. Родители,

словно бы задавшись целью воспитать для себя обслуживающий персонал,

внушают маленьким человечкам, что следует посвятить свое существование

другим. В этом случае человек просто не способен радовать себя

самостоятельно, поскольку, ясное дело, поглощен чужими заботами. Общеизвестно

ведь, что заниматься чужими делами намного проще, чем собственными, поэтому

все, включённые в порочный круг озабоченности друг другом, вполне довольны и

менять тут ничего не собираются. И все же, все же…

Родители считают, что живут ради детей. Но при этом считают нас

продолжением самих себя. И стараются привить нам свои привычки и взгляды

на жизнь. Им больно от того, что мы оказываемся не такими, какими они хотят

нас видеть. А дети – это такие же люди, просто маленькие.

Приведу цитату одного известного писателя:

“В материальном мире живое существо без конца переселяется из одного тела в

другое, путешествуя по разным эпохам. Те, кто находится в гуне благости,

обретает спокойствие и радость, а те, кто погряз в невежестве, попадают

снова в те же ситуации, пока не запомнят этот урок. При этом и те, и другие

вынуждены снова и снова рождаться и умирать. Даже необычайно праведные

души, вкусив райских наслаждений, вынуждены будут вернуться на Землю.

Каждый идет своей дорогой и проходит именно тот опыт, который нужен ему. Или не проходит и рождается заново в тех же условиях, чтобы попробовать снова. Наш мир бесконечен, а человеческая душа – бессмертна. Тело – всего лишь временное пристанище. Этот мир уже создан изначально как Царствие Небесное, но не у каждого получается войти туда еще при жизни. Это очень сложный путь, так как человечество погрязло в своих надуманных проблемах и укоренившихся столетиями стереотипах.

А что бы сделали вы, зная, что сегодня ваш последний день?

ГЛАВА 2 Последний день

Вот и я этого не могла знать. Поэтому как обычно вечером шла домой с работы

привычным маршрутом. Он был до того привычен, что я могла пройти его с

закрытыми глазами. Экспериментировать я, конечно, не стала, но шла в своих

мыслях, ни о чем конкретно не думая. Хотя нет, вру. Я размышляла о людях,

которые так или иначе присутствовали в моей жизни. Я постоянно думала о

других и никогда о себе. Нет бы подумать о чем-нибудь высоком. Или о том, что

я сделала со своей жизнью, пока добровольно приносила себя в жертву, которую

никто так и не оценил ни разу по достоинству. Хотя где эта шкала с оценками

вообще непонятно. Это из серии «я для них все, а они, редиски такие, даже не

заметили моей доброты и жертвенности». Я шла домой, чувствуя всем своим

нутром как сильно не хочу туда возвращаться. Это было какое-то болото,

затягивающее меня по самую шею, что я едва могла дышать. Болото с

депрессивными мыслями о том, что я не живу, а существую. В целом непонятно

что я тут делаю, раз у меня такая никчемная жизнь. Да, иногда я успокаивала

себя тем, что у некоторых бывает и хуже, и ничего, не жалуются. Но это никак

не двигало меня с места. Я продолжала уговаривать себя, что так надо, так все

живут, что еще остается? Мне не приходило в голову сменить место жительства,

потому что я не представляла как это вообще возможно. В моем мире я сама

себе поставила рамки, в которых жила. Это был мир картонной коробки, откуда

я иногда выглядывала в окошко, чтобы посмотреть не началось ли цунами и все

ли стабильно в том большом и страшном мире. Все, что было за пределами этой

коробки казалось мне ужасно пугающим, поэтому стабильность – моё второе

имя. И ничто вокруг не могло меня переубедить сделать по-другому, если я

привыкла иначе. Эти однообразные и постоянно повторяющиеся действия

порой выводили меня из себя и жизнь казалась безнадежной. Или, скорее, это я

казалась себя безнадежной. Но что-то поменять в своей жизни мне не хватало

сил, а вероятней всего не хватало желания, ведь меня все устраивало. Я работаю,

хожу вот, ем, сплю, дома меня кормят – чего еще надо?

И не важно, что у большинства представителей моего возраста уже по двое, а

то и по трое детей и мне давно было пора оборвать пуповину, моя сильная

привязанность к людям и к месту не оставляла мне шансов что-то поменять. Большинство людей уверены, что главное в жизни, к чему надо стремиться – это построить дом, родить детей и жить счастливую старость в доме у озера, наблюдая, как внуки резвятся на лужайке, отрывая коту хвост или засунув руку собаке в пасть.

Надо заметить, что я тоже думала об этом. Нет, не о том, чтобы засунуть руку в

пасть собаке, конечно. А чтоб как в фильмах – умереть в один день. А перед

этим посетить кучу стран, родить детей и устроиться на хорошую работу с

высокой зарплатой. Эти картинки нам показывают по телевизору и мы думаем,

что и это есть то, к чему надо стремиться. Вот же она – жизнь мечты! Правда,

никто не показывает, что стоит за этой картинкой, это никому не выгодно.

Воспитание детей, хорошее образование, карьера, успех, деньги, семья. Я

только и делала, что мечтала об этом. Однако, продолжала себе спокойно

существовать в своей такой привычной коробке, где все спокойно и понятно,

параллельно сетуя на то, что мне так не везет в жизни. А о какой жизни может

идти речь, когда из всех развлечений только передачи или сериалы по

телевизору и чтение книг? Вот там-то настоящая жизнь, не то что у меня тут. В

моей коробке было темно, как и в моей душе.

Об этом я рассуждала по дороге, как обычно не обращая внимания на

прохожих и вообще ни на что вокруг. Люблю себя пожалеть, знаете ли. Кто,

если не я? Представьте, я даже порой мечтала, чтобы со мной что-то

случилось. Ну чтобы хоть что-то произошло уже в моей никчемной жизни,

кроме дороги дом – работа – дом длиною в десять лет. Возможно, тогда все

поменяется, меня будут жалеть и мне будут уделять внимание. Тогда в моей

жизни появится хоть какой-то смысл – я буду нужна людям. Самый

убийственный смысл, стоит заметить.

Порой жизнь идет совсем не так, как мы предполагали. А точнее, почти всегда,

потому что нельзя знать ничего наперед. Я вот, например, уверена, просто

убеждена на 100%, что завтра пойду на работу как обычно. Ведь завтра рабочий

день, с чего бы мне не пойти? А потом два выходных в ненавистном доме я

проведу в сериалах, уйдя в другой мир, где все понятно. Это в перерывах между

очередью на кухню и в туалет. Да-да, у меня именно так, ничего не

приукрашиваю. Потом буду ждать снова понедельника, чтобы только свалить из дома. Я постоянно чего-то ждала, а оно никогда не случалось и меня посещало горькое разочарование. Стабильной в то время была только работа, где я могла пропадать с утра до вечера, убивая время, чтобы вернуться, поесть и лечь спать, а утром начать все сначала. Какой-то круговорот работы, чтобы только не думать о том, что я никчемна. Я перестала замечать смену времен года, все равно все было одно и тоже и в одном цвете. Перестала радоваться и замечать, что вообще-то у меня есть все для счастья. Боже, за что мне все это? Интересно, кто-нибудь вообще бы заметил, если бы я умерла?

Это было последнее, о чем я успела подумать в тот момент. По крайней мере

последнее, что я помню, потому что потом что-то пошло не так. Честно говоря,

я даже не знаю как так получилось и что конкретно произошло, потому что

ничего не помню. Возможно, упал метеорит. А что, вон каждый год нас пугают

им по телевизору, может он, наконец, долетел. А может, землетрясение? Или

цунами накрыло землю. Потому что то, что я видела перед собой не было похоже на

землю в ее привычном виде с домами, улицами, машинами и людьми. Здесь ничего

этого не было. Я ощутила резкий толчок, будто кто-то подбросил меня в воздух, и

это очень напугало, поскольку произошло так неожиданно, что я чудом не

растеряла по дороге все внутренние органы. Вот только что я шла по грязному

от таявшего снега асфальту, как в следующую секунду оказалась в каком-то

странном, безлюдном и незнакомом месте. Это было похоже на телепортацию,

только мне не были известны случаи, что такое на самом деле возможно. А все,

что незнакомое равно опасное. Ну в моем мире точно. Мне захотелось сразу в свою коробку. Здесь нет людей, как будто все разом вымерли. Так, стоп. Может, это как раз я умерла? Но я такого не помню. Уж это-то я не могла не заметить. Помню, что шла, а потом… не помню. Осознание, что я умерла прошибло меня животным страхом. Не смотря на то, что я в принципе всегда хотела, как говорится, отмучиться, столкнуться на самом деле с таким было куда ужаснее, чем в моем представлении. Сводило живот от ужаса, паника нарастала в геометрической прогрессии, и я не знала что делать. Оглядеться по сторонам не было возможности, так как это было какое-то очень мрачное место, навевающее мысли о бренности бытия. Атмосфера была похожа на кладбищенскую: ужасно тихо, тоскливо и хочется поскорее покинуть это место. Впереди ничего не было видно, просто какая-то тьма, которой нет ни конца, ни края. Как будто ночью смотришь в море, а там ничего не видно, только темная бездна. Я стояла на небольшом участке суши цвета грязной земли, похожий на берег пляжа, однако шума воды слышно не было. Идти вперед было страшно, да и я бы не рискнула, потому что не видно, что там. А вот позади меня, как оказалось, была кирпичная стена грязно-серого цвета, которая тоже непонятно где заканчивалась и начиналась. В стене прямо за мной была дверь, обычная такая, ничем не примечательная деревянная дверь, правда, без ручки и замка. Непонятно, как в нее заходить. Хотя, я бы лучше вышла. Вероятно, через нее я и пришла (чуть не добавила в мир иной, но пока повременим с этим). То, что у меня отшибло память – это факт. Однако, дверь была единственным понятным мне предметом, поэтому я решила постучаться. Как бы страшно ни было, оставаться здесь еще страшнее. Надо как-то выбираться отсюда. Знать бы ещё откуда именно и куда.

Естественно, на стук никто не ответил и дверь не отворилась перед мной чудесным образом с радостным «Добро пожаловать». На всякий случай, без надежды на чудо, я постучала еще раз с тем же результатом. Тут мне пришло в голову, что это просто сон, иначе как еще все это объяснить? Не может же это происходить по правде. Ущипнув себя за руку, я не проснулась. Нет, все же не сон. Но что это тогда? Я хватала ртом воздух, так как дышать спокойно уже не могла от состояния ужаса внутри, потому что такие ситуации всегда выбивают меня из колеи, я не знаю что делать и сразу теряюсь во всех незнакомых и непонятных ситуациях. А это почти всегда, уж я везучая. Чувствуешь себя беспомощной и неспособной как-то анализировать происходящее и вообще что-либо делать. Для меня все должно быть распланировано заранее, чтобы я была готова к тому, что что-то может пойти не так, а такого в моем расписании на сегодня точно не было. Уже готовая разреветься от безысходности, как это обычно со мной бывает, я постучалась еще раз, больше для убедительности, что вообще-то пытаюсь найти выход. Может, тут есть звонок? Не найдя такового, я пнула дверь ногой и в ту же минуту она вспыхнула огнем, отчего я вскрикнула и резко отшатнулась назад, едва не упав.

–

Что ты здесь делаешь? – прогромыхало у меня за спиной.

В этой абсолютной тишине, где не было слышно и писка комара даже если бы они тут были, голос прозвучал как раскат грома. У меня уже было предынфарктное состояние, а этот голос чуть окончательно не лишил меня жизни. Хотя всё же оставалось под вопросом жива ли я вообще. Дверь продолжала полыхать, оставаясь целой. Прижав руки к ушам и одновременно пытаясь не потерять сердце, которое было уже где-то в районе левой пятки, я обернулась на звук и увидела то, что окончательно убедило меня в том, что я все-таки умерла. Ну или сошла с ума и у меня начались галлюцинации. Существо, иначе не назовешь, парило перед мной в воздухе, как в каком-то фантастическом фильме. Я, конечно, мечтала попасть в кино, но в моих фантазиях там должен был быть принц на белом коне где-нибудь в чистом поле, а не вот это вот всё. У существа было четыре ярко-лазоревых крыла, длинные блестящие ноги и человеческое лицо с двумя горящими глазами. Но это было бы ещё полбеды. С правой стороны от его головы у него болталась голова льва, а слева – голова быка. Над человеческой вверху помещалась голова орла с длинным клювом. Тело этого существа пылало также, как дверь у меня за спиной, от чего было ощущение, что включили яркую лампочку. И существо парило в воздухе, нисколько не напрягаясь. По всей видимости, это его обычное состояние. Я и так по жизни не отличалась разговорчивостью, особенно с незнакомцами, а тут и подавно у меня пропал дар речи от увиденного. К тому же животный страх вообще лишил меня каких-либо действий. Я оказалась парализована, а существо рассматривало меня как будто тоже впервые видя такое чудо.

–

Как ты здесь оказалась? – снова прогромыхал гром у меня в голове, отчего чуть не лопнули барабанные перепонки.

–

А можно не так громко, а то я почти оглохла, – всё еще закрывая уши,

прокричала я в ответ.

Существо взмахнуло крыльями и в то же мгновение дверь погасла и стало так тихо, будто я действительно оглохла. Я постучала пальцами по ушам, чтобы проверить наличие слуха, и очень обрадовалась, что все еще слышу. Вокруг существа сиял яркий свет, я бы назвала это аурой, которая обычно не видна человеческому глазу.

–

Так как ты здесь оказалась? – услышала я вполне себе обычный человеческий голос.

Вот можно же было с этого начинать, а не пугать меня до чертиков, чтобы я лишилась сознания и слуха. Существо парило в воздухе в двух метрах от меня. Хорошо, что головы животных смотрели в другие стороны, иначе бы я точно лишилась бы чувств, заговори со мной львиная голова. Однако, и от этого существа я держалась подальше, поглядывая на него с опаской и готовая в любой момент сорваться с места.

–

Хотела бы я сама это знать, – ответила я. – А здесь – это где?

–

В месте обитания самого Создателя, – ответило существо

–

На небе что ли? – у меня округлились глаза. Вот о чем, а об этом у меня точно не было даже предположений.

–

Люди называют это место небом, но небо бесконечно, как сама Вселенная, так что никогда не знаешь, где точно находишься, – философски изрекло существо. – Одно известно наверняка – людей здесь не бывает.

–

Выходит, я умерла? – кажется, у меня побежали мурашки и заколосились волоски на теле.

–

В том и дело, что нет. Ты рвалась обратно в дверь, откуда пришла, мой обычный голос тебе кажется громом и ты смогла дотронуться до Главных Врат, чего никогда не бывает, поэтому ты определённо живой человек. Но… Это странно, потому что человек без души и не человек вовсе.

Кто бы говорил. А человека с четырьмя головами можно считать человеком?

–

А кто здесь тогда бывает, если не люди? И зачем это место? – пискнула я, все еще не веря, что разговариваю с этим летающим существом.

–

Это место душ, – ответило оно. – Сюда могут попасть только души, которые готовятся к своему следующему воплощению. Поэтому непонятно каким образом здесь оказалась ты.

–

Мне тоже непонятно. А ты, получается, ангел? – решилась спросить я, чем вызвала его гнев.

–

Ангелы – низшие чины. Я Херувим, – грозно ответил он. Где-то вдали сверкнула молния и прогремел гром. Голова льва издала рык.

Я не имела ни малейшего понятия кто такие Херувимы и чем ему так насолили ангелы, а также все еще оставалось загадкой, как я очутилась здесь. А еще больше меня занимал вопрос как отсюда попасть обратно в мою коробку, которая сейчас казалась самым лучшим и спокойным местом на свете. Мой мозг все еще отказывался верить в реальность происходящего. Однако, этот крылатый сказал, что я не умерла, что уже радует. Значит, есть способ вернуть меня обратно. Оказывается, последнюю фразу я произнесла вслух.

–

Это не в моих силах, – ответил Херувим.

–

Я что же, останусь здесь навсегда, даже не умерев по-настоящему? – как по мне, так лучше жалкое существование на земле, чем пребывание в этом странном месте в подвешенном состоянии.

–

Повторяю: такого еще никогда не было, нам нужно понять, что произошло и почему, а главное – как ты оказалась здесь в живом состоянии. По всей вероятности, твоя душа где-то застряла. Когда мы это поймем, сможем разобраться и с остальным.

–

Но здесь же ничего нет, – обвела я рукой пространство вокруг

–

Здесь нет, а там, за рекой, есть, – махнул куда-то во тьму четырёхкрылый. – Мне придется тебя перенести.

По моему телу снова пробежал холодок. Так эта темная бездна река! Вот почему так тихо. Да он шутит что ли? Ведь не может этого быть на самом деле. Херувим, горящая дверь, четыре головы. Это же все только в мифах или в сказках, которые я когда-то читала. А кто еще мне встретится на пути? Сам Господь? Ангелы или демоны?

–

Господа не видим даже мы, если он этого не хочет, но мы всегда с ним, а он всегда с нами. А вот ангелов ты наверняка увидишь, – просветил меня Херувим, ответив на мой немой вопрос в голове. Отлично, он еще и мысли читает. – С демонами встречаться не советую.

–

А куда ты должен меня перенести? – спросила я дрожащим голосом с надеждой остаться на месте, чтобы всё само как-нибудь решилось. И вообще, что значит перенести?

–

Это место наш дом, поэтому не знаю, как его назвать. Планета Земля подойдет?

–

Вполне. Хотя бы мы не на другой планете.

–

Это как посмотреть, – загадочно ответил Херувим и стал двигаться в мою сторону, отчего я инстинктивно стала отходить назад, пока не уперлась в стену. Снова начал подступать приступ паники, от которого я

слегка

отвлеклась при разговоре. Всё это само по себе выглядело нереальным и жутким, так еще и это существо должно было перенести меня куда-то на себе над рекой, которая кажется бездной. Как-то не хочется выпасть по дороге. Вообще-то я очень боюсь высоты. В моем мире люди не летают.

–

Ты можешь просто закрыть глаза, наш полет не займет много времени, – снова прочитал мои мысли Херувим.

–

А ты добрый, – отметила я. – Никогда не встречала людей с четырьмя головами.

–

Это мой настоящий облик, я не человек, – обрадовал он меня. – Головы смотрят во все стороны – я охраняю эти Врата, – указал он на дверь. – Те, кто в них заходит с той стороны, обратно выйти не может. Я проводник, именно я являюсь к покинувшим тела душам и сопровождаю их до следующего воплощения. Я открываю им мудрые знания, возвращаю их на путь истинный и веду к Господу. Поэтому я пришел сюда сегодня, услышав грохот от твоего стука в дверь, чему был очень удивлен, так как души не могут дотрагиваться до двери.

Я зажмурилась, все еще надеясь, что мне это снится. Как я могла оказаться здесь, не умерев? Я так понимаю, сюда еще не ступала ни одна нога человека, да и вообще людям сюда вход закрыт. Что же произошло и где моя душа?

–

Мы так и будем стоять здесь и размышлять или все же я перенесу тебя к Престолам, которые наверняка знают, что делать? – напомнил о себе Херувим.

–

К кому? – в ужасе прошептала я.

–

К Престолам – они курируют работу человеческих судов и следят за исполнением законов как на Земле, так и после смерти.

–

Звучит страшно, как будто я провинилась и меня будут судить, – пискнула я

–

Ты человек и не подчиняешься здешним законам, так что можешь не волноваться. Мне нужно взять тебя на руки, – протянул он ко мне руки. Я посмотрела на них, затем перевела взгляд на другие головы – вблизи они выглядели еще страшнее. Я вообще по жизни трусиха, а тут такое прямо перед моим лицом. А что если лев цапнет меня по дороге? Или орел клюнет?

–

Не бойся, я их контролирую, они не могут причинить тебе вреда. Я вообще-то люблю людей и забочусь об их спокойствии, – успокоил меня Херувим. То ли эти его сказанные слова возымели действие – я вообще очень доверчива, верю всему, что мне говорят, – то ли я на самом деле уже хотела покончить с этим и проснуться дома от ночного кошмара, но я позволила ему взять себя на руки. Довольно бережно, стоит отметить. Я старалась не прикасаться к нему, все-таки еще опасаясь, но когда он взмыл в воздух, вцепилась в него мертвой хваткой. Ужас снова сковал моё дыхание. Если вы тоже боитесь высоты, то поймёте моё состояние. А если нет, то представьте любой другой свой страх и что вы испытываете в самый его пик. Уровень моего ужаса был на двадцать по десятибалльной шкале.

Крепко зажмурившись, я мысленно начала молиться, чтобы это побыстрее закончилось, и это показалось мне забавным – молиться тому, у кого я сейчас как бы в гостях. А интересно, кто-нибудь там заметил мое отсутствие? Волнуется ли куда я пропала? Я так мечтала о том, чтобы хоть кто-то когда-то также поволновался за меня, как я волнуюсь за него, что кажется, материализовала это желание. Увлекшись этими мыслями, я не заметила, как Херувим бережно опустил меня на землю, если это можно называть землей. Само собой, я даже не рискнула во время полета посмотреть вниз. Зато сейчас хорошенько огляделась и снова ущипнула себя за руку, не веря своим глазам.

ГЛАВА 3 Выбор

Каждый по-разному представляет себе этот другой мир, откуда еще никто не возвращался. При жизни никто, в принципе, особо не задумывается о том, что будет после смерти и будет ли что-либо вообще. Тут личное дело каждого – верить или не верить, я никого не агитирую. Но у всех определённо существуют свои представления по этому поводу. В основном, они складываются из услышанного, когда-то прочитанного в книгах или увиденного по телевизору. Однако, то, что нам показывают и рассказывают тоже не проверено, это только представления тех, кто об этом говорит. Ведь не было ни одного случая, кто бы вернулся и рассказал всем как там всё устроено. Возможно, что для каждого это место вообще выглядит по-разному и нет ни одного одинакового. Смерть наступает неожиданно, как правило, никто не знает определённого момента, когда она придет. Но всех интересует вопрос есть ли жизнь после смерти. Неизвестность пугает. А ничего не меняется, ты просто перестаешь существовать.

Впервые я столкнулась со смертью, когда мне было 7 лет, тогда умер мой папа. В те годы я еще не знала, что люди умирают и мне никто этого не объяснял, поэтому и тогда я не особо вникла в ситуацию. Мне даже ничего не сказала фраза мамы, что я больше никогда не увижу папу. Мой маленький мозг не воспринимал всерьез эту информацию. Что значит “никогда”? Думаю, это к лучшему. Это помогло мне жить дальше и довольно долгое время я действительно не понимала, что это такое – когда умирают люди. Поэтому смерть бабушки я тоже не заметила. После, уже лет в 12 на похоронах дедушки я впервые увидела, как человека в гробу закапывают в могилу. Однако страшно не было. Я только запомнила с того дня, что мой двоюродный брат слишком сильно плакал по этому поводу, мне же было все равно. Я не знала, что на похоронах положено плакать. Честно говоря, я воспринимала смерть только через животных. Мне было жалко мою черепашку, которая умерла, собаку, кота. Я понимала, что вот их реально не будет у меня, но на людей это не распространялось. Так сложилось, что мы часто посещали кладбища, «навещая» умерших родственников, но до меня никогда не доходило в полной мере, что этих людей больше нет. Это даже как-то странно, мне кажется. Умирали соседи, которых я знала всю жизнь и здоровалась с ними, но опять же мой мозг отказывался воспринимать информацию всерьез. Я сочувствовала, конечно, и то, подозреваю, что только потому, что так было положено, а не потому, что мне действительно было жаль бабушку девяносто двух лет. У меня эта цифра даже в голове не укладывалась. Мне просто было всё равно, я не испытывала никаких эмоций.

Однажды наша соседка, у которой была последняя стадия рака, выпрыгнула с десятого этажа. Вот это меня впечатлило. Нет, не то, что я её знала и не то, что она болела. А именно сам факт этого действия. Говорят, что самоубийством заканчивают жизнь только слабые люди, однако же, я всегда была уверена в другом: что это самые сильные люди, потому что причинить себе боль или найти в себе смелость сделать шаг из окна, зная, что сейчас все закончится, – это страшно и это очень смело. У меня были жалкие попытки порезать себе вены, но я так не смогла причинить себе боль.

Правда, самоубийством человек нарушает божий замысел, забирая жизнь, дарованную всевышним. Только он имеет право распоряжаться жизнью человека. Такая душа стремится к райским вратам, но они заперты. Тогда она пытается вернуться в тело, но и это невозможно. Душа находится в подвешенном состоянии, испытывая муки вплоть до того момента, когда человеку предстояла смерть по судьбе. Это жутко.

Смерть всегда ходила рядом со мной. Помимо умирающих родственников, соседей и животных, несколько раз меня чуть не сбила машина. Животный страх присутствует только в эти моменты, а потом мы забываем об этом и продолжаем творить дичь. А нам постоянно напоминают разными способами, что нужно задуматься и начать жить для себя. В более взрослом возрасте я чуть не утонула в бассейне. Вот глубины я действительно боюсь, но затянуло волной туда, где я уже не чувствовала дна. В такие моменты начинается настоящая паника и ты не знаешь, что делать. Кое-как, цепляясь за других людей, мне удалось выплыть. Но научило ли это меня чему-нибудь? Конечно же нет. Ну только тому, чтобы не плавать на глубине. Какой-никакой, а опыт. Потом как-то на улице поздним февральским вечером на меня напал неизвестный. Тогда тоже было страшно до жути, когда тебя душит здоровенный амбал и ты не можешь издать ни звука. Но там была история про «кошелек или жизнь». Думаю, не стоит уточнять, что я выбрала. Но это не отменяет того страха, когда ты бессилен перед обстоятельствами. Вы спросите, перестала ли я ходить по темноте в том месте? Ага, триста раз. Это ровным счетом ничему меня не научило, я точно также продолжала ходить там по вечерам. Считаю, что глупо бояться места. Бояться надо людей. Я попереживала буквально в тот вечер, а потом всё забылось. Может, это защитная реакция нашего мозга – забывать о пережитом страхе? Иначе невозможно было бы жить, боясь каждую минуту. Подобно этому забывается боль от родов и женщины идут рожать еще и еще.

И опять, скажу я вам, ничто из этого не заставило меня задуматься о смерти. А стоило бы. Нет, не готовиться к ней, конечно же, к такому нельзя быть готовым. А к тому, в чем смысл моей жизни? Для чего я живу? Зачем мы всю жизнь к чему-то стремимся, копим деньги на будущее, покупаем квартиру в ипотеки, если будущего вообще может не быть? Как показывает практика – раз – и тебя нет. А у тебя были планы покорить мир. Мы живем так, будто у нас в запасе еще как минимум одна жизнь, растрачивая её на всякого рода ненужные вещи. Вот, например, конкретно сейчас что могло произойти, что я очутилась здесь, не умерев? Мне вообще-то завтра на работу. А вдруг, пока я здесь, уже прошло восемьдесят девять лет и все, кого я знала, умерли?

–

Что здесь делает человек? – отвлек меня от размышлений о своей судьбе довольно властный голос откуда-то сверху. Точно, я же все еще в гостях у ангелов или как их там.

Только сейчас я по-настоящему увидела, что нахожусь в огромном тронном зале, но без крыши – вверху было что-то темное, похожее на небо. С другой стороны, если я находилась на небе, нечто сверху небом никак не могло быть. Может, космос? Поди их тут разбери. Дверей и окон тоже не было, вместо них были арки с четырех сторон, а само здание, которое показалось мне огромным актовым залом, было полукруглым. Зал, в отличие от того места, где я оказалась сначала, был ярким и хорошо освещённым. Но не столько зал был привлекателен, сколько то, что парило в воздухе…ээ, нечто. Я бы просто назвала их обручами, поскольку они были круглыми. Это были существа в виде огненных колес, по краю которых идут тысячи неморгающих глаз. Жуткое зрелище. У них тоже имелось по четыре крыла. В довершение этой картины они (или оно) еще и разговаривали. Мне кажется, это лучший фантастический сон, который я когда-либо видела. Становилось не по себе, когда тысячи глаз пристально смотрят на тебя.

–

Не бойся, – сказал Херувим. – Это Престолы, о которых я тебе говорил. Они зорко следят за исполнением правил и законов самого Творца здесь, в этом царстве.

–

И мы впервые видим здесь человека, – поддакнули Престолы.

Приятно познакомиться, я вас тоже впервые вижу.

–

Здесь не может находиться живой человек, – сказали грозные судьи. Ну это я и так уже слышала. Сказали бы что делать.

–

А где душа? – поступил следующий вопрос от Престолов. Это они ко мне обращаются? Я вообще не планировала сегодня похода в гости, так что где осталась моя душа одному Богу известно. Я издала смешок от такого сочетания слов, учитывая место, где мы находимся. Кстати, вполне возможно, он точно знает где она и стоит спросить у него, а не у меня.

–

Душа мне не встречалась, пришла только она, – указал на меня Херувим. Я бы не назвала это словом «пришла». Как будто я целенаправленно сегодня вышла из дома, чтобы оказаться здесь. – Я предполагаю, что душа застряла в другом измерении и нам нужно отправить ангела разыскать ее и вернуть на место.

Да у них здесь ангельская курьерская служба прям.

–

Но как тело функционирует без души? – закружились на месте Престолы. – Такого не бывает.

–

Это пока остаётся загадкой, – ответил Херувим.

–

Да, только она не может долго оставаться здесь, – Престолы выдали вспышки огня из своих колец. – Мы не знаем какие могут быть последствия.

–

Простите, вы сказали что-то про другое измерение, – влезла я. – Что это значит?

–

Ох, человек! Мы и забыли, что людям нужно всё объяснять на пальцах. Если вкратце, то во Вселенной существует несколько измерений, большинство из которых человек своим скудным мозгом воспринять просто не может. Одно из таких измерений здесь, где мы находимся – там, где пребывают души, ожидающие следующего воплощения. По всей видимости, твоя душа попала в какое-то другое измерение, нам надо понять в какое именно и вернуть её.

–

А почему нельзя спросить у Бога? – вспомнив о последствиях, упомянутых выше, пискнула я. В этом вся я – бояться того, чего еще не было.

На миг мне показалось, что началось землетрясение: задрожала земля, послышался громкий шум и треск, в воздухе просвистела молния. Это длилось всего ничего, но я уже приготовилась умирать окончательно. Всё стихло также внезапно, как и началось. Оказалось, что это всего лишь Престолы и Херувим о чем-то громко спорили в своей божественной манере. Кажется, Престолам не понравилось упоминание Господа всуе. Я втянула голову в плечи и приготовилась к каре небесной.

–

Люди – безумные существа, – услышала я их тихий голос, от которого волосы вставали дыбом. Тысячи глаз Престолов завращались со страшной скоростью. – Они представляют Господа седым дедушкой на облаке, который творит чудеса. И даже не замечают, что чудеса творят они сами, Господь даёт все инструменты для этого.

–

Вы хотите сказать, что это я сама себя сюда отправила? – спросила я

–

Очевидно же, – Престолы взмахнули крыльями вверх-вниз, что, по всей видимости, означало наш обычный кивок головой. Мне вот это было совершенно неочевидно.

Но, обдумав их высказывание, я пришла к выводу, что действительно этого хотела. Ну не конкретно оказаться здесь, конечно, в обществе летающих существ, а вообще устала от той земной жизни, которой я жила и страстно желала перемен, которых боялась. Вот и нажелала. Только ведь желания могут исполняться по-разному. Мы можем желать чего-то, но мы не можем знать как именно и когда это произойдет.

–

И очевидно, что помогать себе тебе придется самой, – подтвердили мои предположения Престолы. – Мы здесь бессильны.

Мысли вихрем проносились в моей голове вперемешку с ужасом. Я никогда не помогала себе, только другим. Это я знаю как делать, а вот себе? Мне не приходило в голову идей как я здесь могу помочь себе, если даже не знаю где я и что происходит.

–

А что я должна делать? – спросила я дрожащим голосом, кажется как всегда уже готовая пустить слезу.

–

Нельзя нарушать течение событий здесь, иначе это может плохо кончиться. Здесь есть свои божественные законы, которым подчиняются души, когда их носитель – тело человека – умирает. Но ты человек, твоя душа неизвестно где и даже она не сможет тебе помочь. Если наши законы нельзя нарушать, значит, им нужно следовать, – снова завращали глазами Престолы. – И тогда ты выведешь себя к свету.

–

В смысле – умру? – уточнила я. Надо же знать, что меня ждет.

–

Это зависит от того справишься ты или нет, – последовал ответ.

–

Справлюсь с чем?

–

С теми испытаниями, которые проходит каждая душа, оказавшись здесь, чтобы разобраться с тем, чего она не смогла понять в последнем воплощении. Только так она может двигаться дальше. Если ты сможешь совладать со своими демонами, ты вернешься обратно на Землю, но уже не будешь прежней, потому что тебе будет открыта тайная истина, которую ищет каждый человек и не может найти.

Я схватила себя руками за голову. Боже, помоги мне, – попыталась я призвать его. Ничего не вышло, конечно же, и он не появился передо мной с предложением спасти меня от всех забот и обещанием райской жизни. Всё это вообще не укладывалось у меня в голове. Какие испытания? Я с трудом дорогу-то могу найти в незнакомом месте, а тут целые испытания. И непонятно что нужно будет делать. Если решать задачи, то я точно проиграю, с математикой у меня отношения не сложились.

–

Здесь нет места земным забавам, – с иронией сказали Престолы. Это они математику забавой назвали? Посмотрела бы я на них, если бы им пришлось решить тригонометрическое уравнение. – Здесь испытания для души, а значит, это куда сложнее. Душа не решает математические задачи, она получает опыт человеческой жизни.

–

Что мне нужно будет делать? – можно уже сказать прямо, чтобы я хотя бы знала, что меня ждет. Так я смогу подготовиться.

–

К этому нельзя подготовиться, – сразу умерили мой энтузиазм Престолы. – Тебе придется взять ответственность за свою жизнь на себя и думать о себе и своих чувствах и желаниях. Что удаётся очень немногим людям.

–

Действительно, сложнее математики, – прошептала я. Думать о себе куда сложнее, чем решать задачи, тут они правы.

–

Только ты можешь спасти себя. Это здесь всё светло и понятно, – взмахнул крыльями Херувим. – А там, – указал он куда-то вдаль в темноту, – начинаются испытания.

–

Но ты сказал, что я не подчиняюсь здешним законам, потому что я человек, – обратилась я к нему, ухватившись за мысленную спасательную соломинку.

–

Это так, – ответил он. – Но видишь ли…

–

Как мы уже сказали выше, – встряли Престолы. – Если наши законы нельзя нарушать, им нужно следовать. Они распространяются на душ, а не на людей, но так как твоя душа тебя покинула и мы такого раньше не видели, то не остаётся ничего другого, как соблюсти все божественные этапы, потому что не в нашей власти вернуть тебя обратно.

–

Что это за испытания? – спросила я, уже желая умереть, чем их проходить. Как только намечаются трудности я готова сложить руки и пересидеть, спрятавшись в своей коробке, авось всё само как-нибудь наладится.

–

Это место состоит из Главного Зала, где мы сейчас находимся и Главных Врат, откуда ты пришла. Между ними река Забвения. А за рекой расположены Господства, каждое со своими испытаниями. Там души отрабатывают свои жизненные уроки. Это позволяет определить достойна ли душа нового воплощения. Избежать этого не удаётся никому, поэтому тебе тоже придется их пройти, поскольку ты находишься здесь и обратного пути нет.

–

Что там нужно будет делать в этих Господствах? – почему они ходят вокруг да около, не говоря всей правды?

–

О, этого мы не можем сказать, так как для каждой души своё испытание и они никогда не повторяются. Это как разные вселенные с миллиардами разных вариаций. У каждого Господства есть свои стражи – Филоты, или попросту говоря – духи.

–

Понятней не стало, – сказала я. Интересно, каков предел страха? Можно ли бояться еще больше? Мне есть куда стремиться или можно уже начинать истерику?

–

Не бойся, – попытался успокоить меня Херувим. – Ты будешь не одна, с тобой будет Ангел. Он будет оберегать тебя, но, правда, это не значит, что он будет спасать твою жизнь, так как это зависит только от тебя.

–

А если я умру? – вздохнула я, ощутив мимолетное желание жить как никогда прежде. Это чувство было очень незнакомым, но таким желанным.

–

Ты уже наполовину мертва, потому что твоя душа неизвестно где. Без души тело существовать не может. Умирать или нет – это твой выбор, – сказали Престолы, как отрезали. Что ж, они умеют успокаивать. – Человек умирает, только когда хочет этого, а значит, тебе надо найти желание жить.

Легко говорить, когда не нужно проходить никаких испытаний и ты находишься у себя дома, – пробурчала я себе под нос. Кто вообще это придумал? А что, если я не буду ничего проходить?

–

Выбор, конечно, за тобой, но подумай, чего ты хочешь больше: остаться здесь навсегда в подвешенном состоянии ни живой, ни мертвой или же вернуться на Землю абсолютно другим человеком, чтобы жить счастливо, пока у твоего тела не закончится срок годности.

Интересного они тут мнения о людях, как будто про колбасу сказали, ей-Богу. Кстати, о колбасе. Я тут уже довольно долгое время – по мне так целую вечность, – а чувство голода не чувствую.

–

Здесь время идет иначе, чем на Земле, – подтвердил мои предположения Херувим.

–

Что значит время идет иначе? – я всеми силами оттягивала момент, когда они выпроводят меня за дверь, точнее, за арку, и отдадут на растерзание демонам. – То есть на Земле прошло уже много лет?

–

Нет, там все как обычно и твоё отсутствие пока не замечено.

Ну вот, опять. Даже здесь всё остается неизменным – снова моего отсутствия никто не замечает. Может, я там вообще не нужна и мне лучше остаться здесь? Тогда и испытаний никаких проходить не придется. Мне было очень страшно и хотелось просто спрятаться под одеяло и ничего не делать.

–

Жалкие люди, даже не подозревают на сколько они сильны, – прокомментировали мои мысли Престолы. – Творец называет таких маловерами.

Я хотела было возразить, но не нашлась, что ответить. В это мгновение яркий свет из арки слева ослепил меня на некоторое время. На ум пришла ассоциация со светом в конце тоннеля, который, якобы, кто-то видит перед смертью, и в который раз за день собралась отдать Богу душу. Ой, у меня же и души-то нет. Когда я мысленно уже начала прощаться с земной жизнью, свет пропал также резко, как и появился, поэтому первые минуты я долго моргала, пытаясь сфокусировать зрение перед собой. Прозрев, наконец, я увидела, что к нашей разношерстной компании присоединился еще один… эээ, ну человеком его вряд ли можно было назвать, так как передвигался он тоже на крыльях. Хотя у него были ноги, руки и голова, всё как у людей. Да это же ангел! Он был одет в длинную белую сорочку до пят, босые ноги торчали из-под полы, но было очевидно, что это Ангел мужского пола. Я снова почувствовала дикий страх, так как он явно явился за мной и мы сейчас отправимся в путешествие в один конец. Кажется, я начала падать в обморок, но Ангел молниеносно подхватил меня на руки, прошептав «Не бойся». Как ни странно, это подействовало. Я снова смогла встать на ноги и страх отступил. Как это работает?

–

Ангелы всегда приходят на помощь людям, – сказал Херувим. Его голос сейчас показался таким далеким, хотя он парил в двух метрах от меня. – Вообще люди не могут видеть Ангелов и они являются им в виде неодушевленных предметов и подсказок, чтобы люди не испытывали страх, подобно твоему сейчас, увидев его настоящий облик. Этот Ангел будет сопровождать тебя в испытаниях.

–

А у него есть имя? – борясь с подступающей тошнотой, поинтересовалась я.

–

У нас нет имён, – ответил мне сам Ангел. Голос у него был мужской, очень приятный и успокаивающий. Прям обволакивающий, что хотелось просто находиться с ним рядом, чувствуя спокойствие и умиротворение.

–

Надо поторапливаться, у тебя есть три дня, чтобы душа смогла вернуться к тебе – вырвал меня из кокона спокойствия голос Престолов. И они это говорят только сейчас? – Ангел покажет тебе дорогу, а мы пока займемся поисками твоей души, – и они, даже не попрощавшись, укатили в ту арку, из которой появился яркий свет. Видимо, у них много дел в небесной канцелярии.

–

Я покажу тебе дорогу, – сказал мой приятный Ангел. – Следуй за мной и ничего не бойся.

Кажется, он имеет какое-то магическое влияние на меня. Или точнее сказать – Божественное. Потому что когда он произносит «не бойся» я прихожу в себя и страх действительно отступает.

–

Задача Ангелов заключается в возвращении людям Божьей воли и веры, – произнёс Херувим. – Следуй за ним, он укажет путь. А я прослежу, чтобы ты встретилась со своей душой.

Произнеся эти слова, Херувим яркой вспышкой унесся прочь в темноту. Видимо, у них тут так заведено – никаких прощаний и пожеланий удачи. Что ж, хоть Ангел остался со мной, а то быть одной в этом месте как-то сейчас совсем не хотелось. Не знаю, что ждет меня впереди, но я всё же надеюсь обрести свою душу, чтобы вернуться домой. Интересно, где её носит?

ГЛАВА 4 Душа

Вряд ли найдется хоть один человек, который ни разу не задавался вопросом что же происходит с душой после смерти. Так уж устроены люди – хотят знать, что с ними будет наперед. Само наличие души уже даже доказано. Человек может чувствовать свою душу – это его чувства, мысли, желания, поступки. Вопрос только в том, точно ли это истинные желания и чувства его души, а не навязанные человеку обществом.

Подозреваю, что в моем случае это был второй вариант. Ведь нас всё время учат, что думать о себе – это эгоизм, хотя сами до конца не понимают значения этого слова. Мне даже страшно представить, что испытывала на себе моя бедная душа на протяжении моего жалкого существования, потому что я никогда её не слышала, а порой даже игнорировала. Не удивительно, что она где-то застряла. Я бы тоже не захотела возвращаться к такой хозяйке.

Когда человек умирает могу предположить (так как сама этого не видела), что душа выходит из тела каким-то невидимым человеческому глазу образом. Не знаю, что там произошло со мной, что моя душа упорхнула неведомо куда. По идее я должна была умереть в этом случае, но я все еще жива, значит что-то явно пошло не так.

Так же, как и я не осознала, что случилось от неожиданности происходящего, так и моя душа получила резкий толчок, который выбил её из моего тела. Она видела, что тело еще живо, но не могла вернуться в него обратно – непреодолимая сила не давала ей этого сделать. Она только в страхе металась из стороны в сторону, не понимая что делать. В этом мы с ней прям похожи, обе паникёрши. Она только могла наблюдать за всем происходящим сверху – там, где ее никто видеть не мог. Сначала она подумала, что произошло самоубийство – ведь только в этом случае душа не может никуда пройти – ни вперед, ни назад. Она увидела тело своего носителя, но в ту же секунду, когда попробовала вернуться в него, её откинуло еще дальше вне поля видимости. Душа предприняла еще одну попытку, но уже не смогла найти тела. Таким образом она застряла в подвешенном состоянии, точно также как я где-то там наверху.

Тогда душа попробовала вернуться в дом, где жила. Души возвращаются в те места, где провели большую часть жизни. По дороге туда она вся съёжилась от нежелания возвращаться и стала похожа на старушку. Но она привыкла делать что-то вопреки своим желаниям, поэтому ей ничего не оставалось делать, как идти дальше. Точнее, лететь. Для обычных людей она была по-прежнему незаметна. Душа только могла видеть чем заняты люди и слышать, о чем они говорят. А также души носителей могли видеть друг друга сквозь их тела. Оказавшись в квартире, к состоянию старушки прибавилось желание сразу покинуть это место и душа в некоторых местах стала покрываться черными пятнами. Как ни странно, здесь всё было как прежде и никакого волнения не наблюдалось. Но душе хотелось кричать от безысходности. Она увидела серое пятно на кровати – это была знакомая ей душа в теле своего носителя. Она была очень несчастной, уставшей и замученной, унылой и жалкой. Именно такой получала опыт она получала. И именно её когда-то выбрала смотрящая на нее сейчас душа, решив прийти в этот мир через её носителя. Серая, увидев такую любимую душу, изобразила удивление и задергалась, от чего её носитель – женщина пятидесяти девяти лет – схватилась за сердце. Не став дальше наблюдать эту до боли знакомую картину и ничего при этом не чувствуя, бестелесная душа заглянула в другую комнату, где увидела еще две души, с которыми жила вместе, но виделась не так часто. Когда-то наверху они тоже договорились встретиться, чтобы пройти здесь кое-какой опыт. Одна душа была ярко-жёлтая, еще совсем ребенок, поэтому очень радостная и еще не уставшая. А вторая уже начинала чернеть, хотя её носителю не было еще и сорока. Безразлично посмотрев на них, душа направилась к выходу. Долго оставаться здесь было нельзя, так как черные пятна начинало жечь огнем, и душа решила проведать другие памятные ей места, где её носитель проводил большую часть времени.

Квартира друзей вызвала у души ощущение эйфории и она из старушки снова приобрела свой прежний молодой вид. Черные пятна тоже исчезли. Только душе становилось все труднее дышать, как будто ей на шею повесили камень. Она летела медленнее обычного, ощущая тяжкий груз внутри. В квартире было две знакомых и любимых желтые души и одна взрослая коричневого цвета. А также куча детских игрушек, собака да кот. Кстати, у кота и собаки тоже были души. Это те души, которые только начинали путь относительно своего развития. Кот сразу уставился на гостью, не мигая, и зашипел. Тогда и все три души обратили внимание на шум и сначала обрадовались, а потом запаниковали, поняв, что душа пришла одна, без носителя. Люди же никак не отреагировали, только посмеялись над действиями кота. Душа, пришедшая проведать нет ли здесь её носителя, так сильно рвалась сюда, потому что чувствовала сильную привязанность. Здесь ей было хорошо, но всё же порой она начинала задыхаться. Находясь в подвешенном состоянии, она не могла с ними разговаривать, поэтому, оставив их в смятении, покинула квартиру.

Следующая остановка тоже не дала результатов, однако, это было очень радостное место, целиком наполненное желтыми душами. Долгое время душа чувствовала здесь себя на своем месте, но потом начала чахнуть, однако человеку нужно гораздо больше времени, чем душе, чтобы это осознать, поэтому он все еще ходил сюда через не хочу. Здесь душа встретила всех знакомых душ, с которыми виделась каждый день. Они тоже были крайне удивлены, что она путешествует одна, без носителя. Такого прежде никто из них не видел, кроме как в месте распределения. Но то было другое измерение.

Больше вариантов поиска носителя у души не было. Не облетать же все больницы и морги. Пристанища она не нашла и просто бесцельно летала туда-сюда, заглядывая в разные квартиры по пути, встречаясь с разными душами и наблюдая за существованием людей, увлеченных убийством своего времени. Находиться дома и наблюдать за серой, чахнущей душой не хотелось. Она было попробовала попасть в пункт распределения, но не смогла найти Главных Врат, которые при обычном порядке всегда находили её сами. Ведь это её не первое воплощение и она знала, как всё бывает в таких случаях. Ей ничего не оставалось делать, кроме как просто ждать, что, возможно, кто-нибудь будет её искать.

Наблюдая за жизнью людей, душа съёживалась от страха и испытывала жуткие мучения. Прежде она никогда не видела такого количества демонов в людях. Нет, не те демоны с рогами, которых показывают по телевизору или рисуют на картинках в книжках. В данном случае это слово употреблено по отношению к душе человека, когда он живет во вред себе и имеет очень много материальных желаний, всю жизнь только и делая, что мечтая, завидуя, ненавидя и мстя. От этого чернеет душа, становясь похожей на демона. Но это всего лишь сделал со своей душой сам человек своим отношением к жизни. Помимо души у человека есть очень мощная машина – мозг, который умело контролирует человека. И только очень немногие пользуются мозгом, чтобы думать, а не подчиняться ему. Люди погрязли в материальном мире, а их души страдают, запертые внутри тела, как в клетке. Душа видела как люди раз за разом предавали себя, следуя не своим желаниям, выбирая деньги, успех, популярность, признание, вещи. Ни разу душе не встретился человек, руководствующийся не чужими прихотями и желаниями, а любовью к себе. Люди вообще мало что знают о любви. Они называют любовью привязанность, совместное проживание, быт и ссоры, крики и рукоприкладство, компромиссы и всякие другие, придуманные людьми отговорки. Душе стало очень грустно от того, что люди не умеют любить. Но в её задачу не входило исправить всех людей на Земле, да это и невозможно сделать. Каждая душа внутри человека проходит свой уникальный путь в процессе развития. Именно поэтому каждый человек уникален.

Душа очень устала от этих бесполезных метаний, но не могла найти себе пристанища. Выше не было ничего, кроме неба, а дальше она вылетать боялась, так как могла вообще не вернуться. Да и не могла, потому что еще слишком сильны были земные привязанности. Кто-то же там должен увидеть, что она потерялась и обязательно придет за ней. Сама душа была насыщенного зеленого цвета, это означало, что она еще слишком молода и у неё было не так много воплощений. Однако, предыдущие носители имели похожий склад характера, привычек, мышления, и чтобы перейти в стадию зрелой души нужно было в теле носителя развиться дальше, чем в предыдущий раз. Сейчас это кажется проблематичным, так как носитель вообще пропал. В месте распределения душа неоднократно видела, как молодые души превращались в зрелых и даже в мудрых. Да и она сама не так давно стала молодой, перестав быть желтой. Стоит отметить, что желтой быть прекрасней всего.

Так, перелетая с места на место сквозь погрязшее в грехах человечество, в какой-то момент душа натолкнулась на кого-то и от неожиданности отлетела назад, недоумевая что произошло. Это оказался Ангел, спустившийся буквально с небес. Наконец-то мучения души закончатся и она попадет в привычное место. Ангел потащил её за собой вверх, но в том месте, где они должны были перейти в другое измерение, снова застряли, так как душа не могла пройти сквозь пространство как обычно. Ангел велел ей ждать здесь и скрылся. Ожидание снова было томительным и долгим. Вернувшись, он сообщил, что поскольку носитель находится там, где ему быть не положено, она не может попасть туда и воссоединиться с ним, пока носитель не пройдет испытания, положенные душам. Всё перевернулось наоборот. И душе придется ждать здесь неизвестно сколько времени, чтобы потом либо вернуться в тело, либо перейти к следующему воплощению. Хотя был еще один вариант. Сразу перейти к следующему воплощению, но тогда носитель умрёт. Зная человека, в котором существовала долгое время, душа не была уверена, что он справится. Но она всё же решила дать ему шанс.

ГЛАВА 5 Сверхспособности

Место, где находятся души и где мы с Ангелом пробирались к моему первому испытанию, представляло собой бесконечное пространство. Как только мы вышли из арки я увидела тысячи разноцветных пятен, от которых зарябило в глазах. Оказалось, это души. Ожидают перехода к своему воплощению, рождению или испытаниям. Я и не знала, что души разноцветные, я думала, что они прозрачные, как нам показывают по телевизору.

–

Каждая без исключения душа имеет свой цвет, – объяснил мой мысленный поток Ангел. Как удобно. Можно даже ничего не говорить, он всё прочтет сам в моих мыслях. – Её цвет зависит от возраста души.

–

А моя душа какого цвета? – спросила я

–

Зелёного, – без промедления ответил Ангел. – Она еще совсем молода, хотя побывала в нескольких воплощениях.

–

Ты знаком с ней?

–

Я знаю каждую душу.

–

Как это возможно? Их же несчетное количество.

–

Ты забываешь, что не на Земле. И что я Ангел, – мягко ответил он, паря с правой стороны от меня.

–

Точно. Эх, человеку хоть бы немного ангельских способностей, – вздохнула я.

–

Ни в коем случае. Тогда случится человеческий апокалипсис, потому что люди не умеют распоряжаться данными им инструментами.

–

Может, это потому, что их никто не научил этому?

–

Этому нельзя научить, человек и так умеет всё, просто не помнит.

–

Значит, и у меня есть сверхспособности? – обрадовалась я. Вдруг с помощью них я смогу пройти испытания.

–

Конечно, есть. Они в тебе, их только стоит найти. Это сложнее, чем кажется.

–

Можешь дать подсказку, где искать? – рискнула спросить я.

–

Вот видишь. Это так не работает. Люди всегда хотят, чтобы кто-то другой ответил на их вопрос и направил их в правильное русло. Но проблема в том, что только сам человек знает ответ на свой вопрос и что именно для него правильно.

–

Понятно, – ответила я. Хотя на самом деле мне ничего понятно не было. – Как ты думаешь, где может быть моя душа? – решила я сменить тему.

–

Скорее всего застряла в другом измерении, потому что ты еще жива. И она также не знает, как и ты, что с ней произошло. Душа без тела – такой же живой человек, только без физической оболочки. Когда душа выходит из тела, она все также видит и слышит, сохраняет те качества, что и при жизни носителя. Это потому что она еще не понимает, что произошло и продолжает всё воспринимать, как живой человек. Но в течение трех дней душа быстро свыкается с мыслью о смерти, поэтому у нас мало времени.

–

Спасибо, мне и так страшно, – буркнула я.

–

Понимаю, – кивнул Ангел. – Человеку еще не доводилось проходить эти испытания.

–

Это ты так меня поддерживаешь? – остановилась я на месте. Я не хочу никаких испытаний и не выбирала этого.

–

Может, и не выбирала, зато твоя душа выбрала за тебя, – ответил Ангел, продолжая плыть вперед, как будто не замечая, что я отстала.

–

В каком смысле она выбрала за меня? – прокричала я ему в спину. Он остановился, обернувшись ко мне.

–

Каждая душа имеет право выбирать – уходить ей или остаться. Если бы твоя душа выбрала уйти, ты бы уже умерла. Она решила дать тебе шанс вернуться. Впрочем, как и себе. Чаще всего отношения людей завязаны не на духовном притяжении, а на каких-то физических привязках. Когда тело носителя умирает, такие привязки разрушаются и души здесь не испытывают потребности в общении с теми людьми. Здесь имеют значения только глубинные желания души.

–

Кажется, я начинаю понимать, – сказала я, продолжая пробираться сквозь море разноцветных пятен.

–

Я рад, – объявил Ангел. – Значит, ты сможешь пройти испытания. Достаточно слушать себя. Это бывает сложно.

–

Все говорят про эти испытания, но не говорят что именно они из себя представляют. Я что-то читала про прохождение душой мытарств после смерти, которые связаны с грехами человека при жизни.

–

Это всё человеческие сказки, – фыркнул Ангел. – После смерти носителя душа проходит уроки. Это человеческие грехи.

–

Но разве недостаточно того, что при жизни человека, находясь внутри него, душа уже пережила эти грехи?

–

Нет, потому что в очень редких случаях человек не подвергается соблазнам своих демонов и постоянно наступает на одни и те же грабли. Так что нет – он не прошел этих уроков,

соответственно

его душа не получила развития. И чтобы родиться вновь, ей нужно пройти их здесь, чтобы попытаться вспомнить об этом, когда она воплотиться в том человеке, который сможет дальше продвинуть её в развитии.

–

А у всех душ получается пройти эти уроки? – пытаясь рассчитать свои шансы на успех, поинтересовалась я.

–

Почти у всех.

–

А что случается с теми душами, которые не смогли этого сделать?

–

Они попадают в другое измерение, чтобы начать всё сначала – воплотиться не в человеке, а в животном или растении.

–

А чем плохо быть животным или растением?

–

Человек – это высшее создание Бога. Только человек может развиваться, не уподобляясь одним лишь инстинктам. Хотя зачастую именно так люди и живут, даже не подразумевая, что способны на большее.

–

Люди в своем роде те же животные, – сказала я. – Порой даже гораздо опаснее.

–

Именно поэтому им жизнь кажется сложной, тогда как она проста до невозможности.

–

Тебе же известны эти грехи? – я все еще не оставляла надежды узнать, что меня ждет.

–

Да, но нам запрещено про них говорить. Ты всё увидишь и поймёшь сама. Всё, что нужно – не поддаваться искушению, а это самое сложное. Я наблюдал за тобой на Земле. Смею предположить, что тебе будет непросто. Потому что всё, что ты знала до этого покажется тебе сущей ерундой. Всё, во что ты верила всю жизнь, все твои мечта и желания – развеяться, как дым. Тебе будет сложно поверить в увиденное и не один раз захочется всё бросить и убежать. Но бежать тебе некуда, назад дороги нет. Нужно просто поверить. Мы пришли, – внезапно закончил он свою речь.

Я не ожидала такого резкого поворота событий, увлечённо слушая Ангела, поэтому чуть не улетела в пропасть, не подхвати он меня. Пробираясь сквозь души, я и не заметила, что дорога закончилась обрывом. Впереди ничего не было видно из-за густого тумана. Сердце совершило сальто и почти остановилось. Я могла бы умереть, даже не начав испытаний. Это в моём стиле. Ещё это его напутствие выбило меня из колеи. Переведя дух и оглядевшись, я не увидела ничего нового, кроме сотен тысяч душ. Куда мы пришли, непонятно.

–

Переход довольно необычный. Для человека, – уточнил Ангел. – Но для души не составляет сложностей.

–

Переход куда? – кажется, у меня от страха начали трястись руки.

–

В Первое Господство, – ответил Ангел и взял меня за руку, от чего по организму разлилось спокойствие и страх отступил. Его прикосновения прям лекарство от страха.

Оглядевшись еще раз и не найдя никакой двери или хотя бы люка, куда можно было бы пролезть, я перевела взгляд на обрыв и страх снова сковал все мои органы железной цепью, когда я догадалась, что нужно будет сделать. В подтверждение моей догадки красная душа на моих глазах скользнула в пропасть. Ангелу пришлось взять меня на руки, чтобы я не упала в обморок. В его руках было как в коконе – безопасно и спокойно. Хотя откуда мне знать как бывает в коконе, я же не гусеница.

–

А что там внизу? – промямлила я.

–

Не бойся, – услышала я шепот у себя над ухом. – Я здесь, чтобы помочь тебе.

С этими словами мы резко понеслись вниз. А может быть вверх. Наверняка сказать не могу, так как зажмурилась и представила себя в кровати под одеялом. Благо, самой прыгать не пришлось, иначе бы я не дожила до первого испытания, умерев от разрыва сердца. Я хотела оставаться в ангельских руках как можно дольше, окутанная этим коконом безопасности и умиротворения, когда ничего происходящее вокруг не имеет значения. Представила себя на берегу моря, где я лежу на теплом песке, слушаю шум волн и крики чаек.. Я вышла из забытья, только когда Ангел поставил меня на ноги, и огляделась. Оказалось, шум волн действительно был.

ГЛАВА 6 Переход

Опять же, наверняка каждый человек хоть раз в жизни представлял себе как выглядит рай и ад. Если они вообще существуют, потому что у нас представления об этом складываются только из книг. В нашем сознании эти понятия чисто религиозные, по этой теме всплывают в голове вполне определенного рода картинки. А что если это просто чей-то маркетинговый ход, который навязывает нам такие понятия как рай и ад, олицетворяющих добро и зло, чтобы мы, стремясь попасть в рай, меньше грешили? Ведь, например в Священном Писании не говорится ни о каких райских садах и чертовом котле в том понимании, в котором мы привыкли. Там говорится о том, что рай и ад существуют только в наших головах, причем не где-то там на небе или под землей, а еще здесь, на Земле, пока мы живем. И я склонна доверять этой теории, ведь достаточно посмотреть телевизор, который рассказывает каждый час о всех страданиях мира и можно понять, что такое ад. Для этого даже не нужно умирать. Ведь всё, что происходит на Земле создаёт сам человек. Соответственно, когда человеку хорошо – он создаёт свой личный рай. Для этого ему тоже не нужно умирать, ведь удовольствий предостаточно при жизни.

Рай, о котором говорит Иисус в Евангелие – Царство Божие. Все уверены, что в него попадают только после смерти. Не знаю, что будет там после, но это Царство уже есть здесь на Земле, пока мы еще живы. Это жизнь в радость и удовольствие в единстве с Богом, то есть с верой, и я сейчас не о религии. Для человека в наше время созданы все условия для жизни, какие только возможны, достаточно всего лишь правильно их использовать себе во благо. А человек всегда хочет больше, чем у него есть, и в погоне за этим невидимым чем-то теряет драгоценное время в этом Царстве. Ведь не зря было поведано нам через Евангелие: «ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет» (Евангелие от Матфея 13:12)

Ад же в понимании большинства – это наказание Божье. Но забывается главное – что это не Бог наказывает человека за что-то, а человек наказывает сам себя за то, что не верит и не принимает то, что ему дано. Геена огненная, в которой нам обещают гореть, – это страдания человека, которые он сам же и создает.

И все мы живем как придется и совсем не умеем думать. Нет, мы постоянно думаем какие-то мысли, которые совершенно не относятся к нам самим и познанию себя. Лично я совсем недавно стала задумываться о том, что что-то явно идет не так и пора это поменять. Правда, дальше мыслей дело не продвинулось, но я хотя бы предпринимала какие-то попытки в поисках развития своего духовного роста. Проглатывала одну за другой книги по саморазвитию, открывала женскую энергию в медитациях и чуть ли не запускала шары в небо на исполнение желаний. Ничего из этого мне не помогло, но все же заставило искать дальше и продолжать копаться в себе. Все мы хотим, чтобы нам дали какие-то инструкции о том, как повысить самооценку, как начать делать что-либо, как выйти замуж, но правда в том, что ни у кого нет таких инструкции, даже у самого Бога. И многие за это на него сердятся и проклинают, что он им не помогает, тогда как они просто не видят его помощи за своими проклятьями. Это какой-то круговорот страданий.

Собственно, к чему я все это. Да к тому, что по большей части мы додумываем в нашей голове то, чего нет на самом деле. То место, где я оказалось как раз-таки напомнило мне картинку из книг. Было так мрачно, как летом перед грозой, когда небо закрыто черными тучами и кажется, что вот-вот начнется ураган. Позади меня и правда оказалось море. Такое же темное, как всё вокруг. Волны, которые я слышала, неспешно омывали берег. Не было ни деревьев, ни домов, одни развалины каких-то древних сооружений. Голая, выжженная земля, усыпанная крупными камнями и колючками. Оно и понятно, если здесь место для душ им ни к чему дома и деревья. Им даже дороги не нужны, поэтому их тут тоже не было. Ну хотя бы Ангел со мной, парил в воздухе в паре метров от меня. Он-то, наверно, чувствует себя как дома и не раз тут бывал. В целом картина была жутковатая, как в фильме ужасов, когда вокруг никого, абсолютная тишина и по закону жанра кто-то должен обязательно откуда-нибудь неожиданно выскочить. Ума не приложу, что мне здесь делать. Я стояла, боясь даже пошевелиться и ожидая подвоха от каждого камня. Сердце стучало так сильно, что я его слышала. Виски пульсировали, на лбу выступил пот от страха. Господи, а это ведь только начало пути.

Стоя вот так на одном месте, дальше я не продвинусь явно. Но и идти было страшно, тем более непонятно куда. Я посмотрела на Ангела, ища у него подсказки, но тот не пожелал со мной разговаривать. Дар речи что ли потерял? Потом я вспомнила, что должна сама решать, что делать, а решения мне всегда даются нелегко. Сначала я долго думаю, примерно дня два, а когда уже сделаю, снова думаю, что нужно было сделать по-другому. Еще столько же дней. Это очень выматывает. Но кажется пора становиться решительней. Я зажмурилась и рискнула сделать шаг вперед. Открыла один глаз, оценила обстановку и сделала еще пару шагов. А как понять в каком человеческом грехе я нахожусь? Хоть бы табличку повесили, подумала я, продвигаясь вперед короткими шажками. Как раз в этот момент всё пришло в движение. Как будто, я наступила на камень, на которой нельзя было наступать и активировала тем самым скрытый механизм. Место, которое до этого было абсолютно пустым оказалось заполнено душами всех цветов, кроме желтых. Со стороны казалось, что они бесцельно летают туда-сюда, однако подозреваю, что они видели что-то, что недоступно человеческому глазу. Я стала протискиваться между ними, стараясь не задеть, что было абсолютно бессмысленно, так как ни я их, ни они меня не могли ощутить. Не знаю даже видели ли они меня.

Меж тем тучи все сгущались и в голову влез совсем ненужный сейчас вопрос: а бывает ли здесь дождь. Думаю, тут возможно все, что угодно. Продолжая идти вперед неизвестно куда – куда-то двигаться все равно надо – я заметила, что с каждым шагом это давалось всё труднее: душ становилось всё больше, а пробираться по камням и колючкам было крайне непросто и сбивало дыхание. Я стала терять силы и злиться, что ничего не получается. Это как бороться с ветряными мельницами. Уже даже в глазах стало рябить, а я всё ещё никуда не пришла. В конце концов силы меня покинули и я в изнеможении опустилась на землю перевести дух. Ангел всё это время летел позади меня как ни в чем ни бывало. Увидев, что я уселась на землю, он стал показывать какие-то знаки, которые мог понять только глухонемой. Может, он и правда потерял здесь способность говорить? Тогда он забыл предупредить меня об этом. Как я должна понимать эти пасы руками? Я не учила язык жестов, откуда мне было знать, что он может пригодиться, когда я буду гостить у Бога. Присев, я быстро вскочила обратно, так как колючки стали разрастаться вокруг меня с невероятной скоростью. Это были какие-то вьющиеся растения, как лианы, только вместо цветов шипы – их я и назвала колючками. По сути это просто коричневые стебли с шипами из того места, где должны появляться цветы, мало приятного быть опутанной такими. Как будто паук плетет паутину, чтобы поймать в свои сети… Так, стоп. Кажется, именно это и происходит сейчас, только наживкой являюсь я. Надеюсь, это не паук, я их до ужаса боюсь. Я почувствовала животный страх где-то в районе живота и солнечного сплетения, а может и в двух местах сразу, как это обычно бывает в моменты реальной опасности, и бросилась бежать, не разбирая дороги и уже не церемонясь с душами. Адреналин гнал меня вперед, не давая возможности даже отдышаться. Я бежала неизвестно куда, лишь бы подальше от этих колючих штук. Но сколько я ни старалась, убежать от них не удалось. Стебли просто двигались вместе со мной, что за напасть такая. Выдохшись, я остановилась перевести дух, думая о том, что будь у меня сейчас спички или зажигалка я бы могла поджечь эти штуки. Идея хорошая, но у меня нет ни того, ни другого, значит, нужно найти какой-то другой способ от них избавиться. Хм, и Ангел куда-то подевался. Видимо, он не умеет так быстро бегать, точнее летать, что вряд ли было правдой, ведь Ангелы могущественные существа. Значит, сюда ему дорога закрыта и придется как-то выбираться самой.

Я огляделась по сторонам. Прямо передо мной немного поодаль высилась каменистая гора, внутрь которой вели три тоннеля. Эти проклятые побеги с колючками устремились именно туда. Больше вокруг ничего не было, поэтому единственный выход, очевидно, там. Я поплелась к горе, размышляя на ходу, что вообще не понимаю, что происходит. Что это странное испытание? Что здесь нужно делать и где выход? Как не быть опутанной колючками? Как, в конце концов, все это прекратить и оказаться дома? Куча вопросов и ни одного ответа. Мимо меня также неспешно перетекали души и скрывались в тоннелях. Интересно, они думают о том же, о чем и я или вообще не умеют думать? Снова вопрос без ответа. А я бы поговорила с ними. И в особенности со своей душой, где ее там черти носят. Ой, тут, наверно, нельзя упоминать черта. Хотя, если ада не существует, значит, и чертей тоже. Что не факт, так как о существовании взаправду Ангелов и Херувимов я тоже не подозревала. Только чёрт – это вымышленный персонаж славянской мифологии, а вот Ангелы и Херувимы упоминаются в Библии, значит, есть подтверждение их существованию. В любом случае ничто не доказано в обоих вариантах, также как и то, что я не должна сейчас находиться здесь, и вообще это совсем не то, о чем мне нужно думать сию минуту. Это от страха я начинаю воображать всякую ненужную чепуху.

С такими мыслями я дошла до тоннелей и передо мной встала новая задача – какой из трех тоннелей нужен мне? С виду они ничем не отличались друг от друга, все одинаково тёмные и не вызывали желания вообще туда идти. Да и как идти, если там темно? Я же ничего не увижу даже под собственными ногами. И тут нет таблички или указателей, что бы давало хоть какую-то подсказку. А где же это: «направо пойдешь – коня потеряешь, налево пойдешь – себя потеряешь, прямо пойдешь – всё потеряешь?». Я как должна выбирать – наугад? Кстати говоря, души, перетекая в тоннели, даже не задумывались в какой тоннель им нужно, просто плыли сразу куда надо. Это навело на мысль, что они знают, куда им нужно. Почему же не знаю я? И здесь я поняла, что опять жду инструкцию, чтобы мне подсказали куда пойти. А это так не работает, человек должен сам делать как ему подсказывает сердце или третий глаз, называйте как хотите. Я всю жизнь живу по чьим-то инструкциям и никогда не думаю чего хочу именно я. Может, стоит попробовать хоть раз в жизни?

Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Из этого ничего не вышло, никаких знаков я не почувствовала и не узрела свыше, поэтому, положась на авось, пошла прямо к среднему тоннелю. Ну а что? Я так могу до скончания века стоять на месте, пытаясь выбрать правильный путь, а он может все равно оказаться неверным. А может, верные все три, как тут угадаешь? Я просто разозлилась на себя за невозможность определиться с выбором и пошла наугад. Там как-нибудь разберемся. Но вероятнее всего, именно средний я и выбрала, раз не раздумывая пошла в него. Это было шестое чувство, не иначе. При входе в тоннель я остановилась, вытянув шею как можно дальше, чтобы разглядеть видно ли там что-то впереди. Затея зряшная, можно только ненароком свернуть себе шею. Почему бы им не положить фонарь рядом с тоннелем, – посетовала я на неведомых кого-то, кто все это учинил. Бог? Это же я у него в гостях. Если верить, он всегда помогает. Значит, либо вера моя слаба, либо у них закончились фонари. Я склоняюсь к первому варианту.

Доверившись все же ситуации, я шагнула внутрь. Колючки устремились за мной, они вились по стенам, убегая в темноту тоннеля. Рядом проплывали души. Им-то свет не нужен. Я пошла вперед вместе с ними, с удивлением обнаружив, что все вижу. Не как белым днем, конечно, но для темноты я видела вполне прилично и могла идти без фонаря. Чудеса какие-то. Осмелев, я ускорила шаг, стремясь наконец покончить со всем этим. Я шла и шла по этому бесконечному тоннелю, размышляя о бренности бытия. Ну а о чем еще думать, место-то соответствующее. Души проплывали рядом и я поняла почему в тоннеле не темно: свет от них не давал погрузиться в полную темноту. И на том спасибо. Но помимо душ в тоннеле был кто-то еще. Меня то и дело настигали порывы ветра, которые проносились мимо, издавая странные звуки от леденящего душу смеха до оглушающего крика. Это было так жутко, что хотелось убежать отсюда без оглядки. Но я только ускорила шаг и уже почти бежала, задыхаясь от быстрой ходьбы. Да, спорта в моей жизни явно не хватает, дыхалка ни к черту. Ой, я уже второй раз упоминаю черта в этом месте, это не к добру. Вот только его здесь не хватало. Может, это он и создает ужасный смех и крики? Душ они никак не задевали, их слышала только я, значит, они адресованы мне. Неужели я ошиблась с выбором тоннеля? Словно в подтверждение моих слов я почувствовала тычок в бок и злобный смех после, а следом услышала леденящий шёпот над ухом: «Время ответить за грехи».

ГЛАВА 7 Обида и чувство вины

Страх делает с нами жуткие вещи, например, заставляет пригвоздить к месту и парализует конечности, как случилось со мной в эту минуту. Мороз по коже от этих слов, особенно если учесть, что я никого не видела рядом с собой, кто бы мог произнести эти слова. Души не обращали на меня никакого внимания, продолжая плыть вперёд, толку от них не было. Я пыталась заставить свои ноги двигаться, с третьей попытки мне это удалось, и припустилась бегом. Но и тут меня нагнал ветер и шёпот: «Ты совершила смертельный грех». В моём понимании смертельный грех – это убийство, а я точно знала, что никого не убивала. Мухи и комары не в счёт же? Кажется, я все же промахнулась с выбором тоннеля и нужно как можно скорее выбраться отсюда. Скоро я стала слышать странные звуки, напоминающие стук колес поезда, гудение и грохот. Собственно, в самих этих звуках ничего странного, но для этого места очень даже необычно. Здесь ходят поезда? Хотя чему я удивляюсь, тут возможно все. И действительно, тоннель вдруг неожиданно закончился, образовав огромное пространство типа платформы и показались рельсы. Здесь все было какое-то серое и тусклое, аж подкатывало чувство депрессии. А вот и колючки – они разрастались по всей платформе от пола до потолка, как раковая опухоль. Я задыхалась от быстрого бега и уже просто глотала ртом воздух, чтобы вернуть способность нормально дышать. Тут-то и услышала звук приближающегося поезда. Мы что, в метро? А это какая-то заброшенная платформа с призраками? Конечно, никто не захотел мне отвечать, а к платформе тем временем приблизился самый обыкновенный поезд, состоящий из одного вагона, и остановился. Внутри было светло и там сидели… Да, это люди! Господи, какое счастье! Никогда так не радовалась людям, как сейчас. Но как тут могут быть люди, если их здесь быть не может? Двери открылись и я поспешила войти внутрь – это же казалось очевидным выходом. Никто не объявил «Осторожно, двери закрываются», они просто резко захлопнулись и вагон тронулся.

Я села на свободное место и стала разглядывать людей, чем мы обычно занимаемся от нечего делать. Когда сошла первая волна радости, я стала замечать, что люди как будто не живые, они не двигались и не разговаривали, просто сидели, смотря прямо перед собой в одну точку. Что за черт? Опять я о нем вспомнила ни к месту. Снимают какой-то фильм и это актеры? Они больше похожи на манекенов, как в музее восковых фигур. Осмотревшись по сторонам, я заметила опять те самые колючие растения, они были и здесь, опутывая постепенно весь вагон. От этого снова стало не по себе и я решила обратиться с вопросом к женщине, сидевшей рядом со мной: на ней были черные брюки, темно-синяя куртка и черные ботинки. В руках она держала такую же черную сумку. Черные короткие волосы, местами с проседью. Весь ее наряд и облик в целом казались мне смутно знакомыми, но я никак не могла уловить почему.

–

Извините, а куда мы едем? – ничего более путного мне в голову не пришло, но и этого достаточно, чтобы проверить свою теорию. Со стороны это, конечно, выглядело безумием – я разговариваю с манекеном! В другой ситуации я бы от души посмеялась над этим, но сейчас было не до шуток. Ответа я, конечно, не дождалась и надежда на спасение улетучилась также быстро, как и появилась. В этот момент женщина медленно повернула голову в мою сторону и произнесла: – Это ты во всем виновата.

Да что ж такое. А можно весь список, пожалуйста, где я еще нагрешила? Я лихорадочно соображала, в какой период жизни ступила на скользкую дорожку, и тут обратила внимание, что все манекены повернули головы в мою сторону. Это выглядело довольно жутко. А по шевелению их губ можно было понять, что они шепчут те же слова. Я крепко зажмурилась, посчитав это отличной идеей в данном положении, вдруг я всё же сплю и сейчас проснусь. Опять не сработало. Однако, что-то все-таки изменилось. Эти манекены вдруг оживились и стали похожи на… Подождите, как это возможно? Это были уже живые люди, которых я знала и с кем когда-либо пересекалась в жизни. Сердце стучало где-то в горле, а живот скрутило от боли. Я не успела ничего понять, как женщина рядом, к которой я обращалась, сказала голосом моей матери: «Ты неблагодарная дочь».

Я вскочила, как ошпаренная, вот откуда ее одежда показалась мне знакомой. Только это все не по-настоящему, ее здесь быть не может, как и всех остальных моих знакомых. Нужно срочно выбираться отсюда. Я пошла вдоль вагона вперед и проходя мимо каждого слышала все те слова, которые уже слышала от них когда-то. Мне казалось это было в прошлой жизни. Мама, подруги, сестра, одноклассники – все те люди, с которыми просто находилась рядом в определённый момент – они казались мне нереальными и даже абсурдными в данном месте. И они снова и снова заставляли меня своими словами вспоминать все то, что, как мне казалось, я забыла или по крайней мере, не думала об этом. Просто потому, чтобы не разбираться во всем, я закрылась от этих воспоминаний.

«Ты неблагодарная дочь. Неблагодарная свинья. Не подходи ко мне, не хочу тебя знать. Ты плохо ко мне относишься. Посмотри, на кого ты похожа. Ты страшная. Ты не похожа на девочку. Ведешь себя как пацан. Ты ничего не добьёшься. У тебя ничего не получится. Я не хочу с тобой разговаривать. Ты ничего не умеешь. У тебя руки из жопы растут. Не хочу стоять с тобой рядом. Ты тупая. Я не хочу с тобой больше общаться. Ты мне неинтересна. Не звони мне. Это всё из-за тебя. Ты мне не нужна. Я больше не хочу с тобой дружить».

Все эти слова слетали с губ людей-манекенов, мимо которых я проходила. Страшные слова, которые всегда делали мне больно и от которых было обидно. Слова, гадкий смех, тычки в спину – я продиралась сквозь толпу вся в слезах. В какой-то момент я закрыла руками уши, чтобы не слышать этих ужасных слов и пыталась представить, что это всё иллюзия и здесь никого нет на самом деле. Уже не разбирая дороги и не видя куда иду из-за застилающих глаза слез, я просто села на корточки и закричала. Тут же колючие стебли стали опутывать мне ноги, не давая возможности двигаться. Я в истерике пыталась разорвать их, но только исколола себе руки. Ситуация была безвыходной, тут и умру, подумалось мне. Я больше не хочу бороться и я устала. Устала чувствовать себя виноватой и быть изгоем, слышать от близких мне людей эти обидные слова. У них нет сердца, раз они позволяют себе делать мне больно и обижать человека, который их любит.

«Да, именно так» – прошептал рядом со мной чей-то голос. – «Ты останешься здесь навечно и будешь мучиться бесконечно от своей обиды. А я тебе в этом помогу», – шипел голос. Все еще всхлипывая и без возможности пошевелиться от запутавших меня колючих стеблей, я подняла голову. Передо мной стояло – или лучше будет сказать парило в воздухе – какое-то бестелесное существо тёмно-серого цвета со злобным выражением лица – думаю, что это можно назвать лицом, по крайней мере, у него были видны черные глаза, широкий нос с горбинкой и кривящийся рот. А вот руки и ног явно не хватало. Как-то он настроен недружественно и явно не намерен мне помогать.

–

Кто ты? – спросила я охрипшим от крика голосом.

–

О, я всегда с тобой, – хихикнуло оно. – Навожу суету в твоей душе. Кстати, а где она? Ой, ты потеряла ее? Ну я не удивлен, это в твоем духе.

–

Я спросила кто ты.

–

Вопросы здесь задаю я. Хочу отвечаю, хочу нет – тебе это знакомо, не правда ли? – каждый раз этот мерзкий смех и надменный тон. – А вот ты так не можешь.

–

Отпусти меня, – жалостливо всхлипнула я.

–

Детка, ты же видишь – я тебя не держу. Ты сама себя держишь.

Его слова были полуправдой – он – кем бы он ни был – действительно меня не держал. Но я была опутана этими колючками и он сумасшедший, если думает, что я сама себе причиняю боль. Я бы с удовольствием убежала бы отсюда без оглядки, только не могу выбраться.

–

Непривычно наблюдать это состояние воочию, да? – продолжил диалог этот неведомый некто.

–

Я ничего не понимаю, – простонала я, борясь со стеблями, что только лишало меня сил.

–

Я не удивлен, ты не способна думать, – и сзади послышался громкий смех моих обидчиков.

–

Хватит издеваться, – сказала я, впрочем, не совсем уверенно.

–

Ой-ой-ой, простите великодушно, – съязвил он. – Но я здесь именно для этого.

–

Зачем?

–

Ну как тебе сказать? Может, потому что ты этого достойна? Ты моя любимица.

–

Почему я?

–

А почему нет? Ты сама так захотела.

–

Я этого не хотела! – крикнула я в слезах. – Отпусти, мне больно!

–

Ошибаешься, милая, ты сама загнала себя в эту ловушку. Ну давай же, подумай хоть немного. Или тебе опять нужны подсказки? – продолжал он хихикать. Я вспомнила этот противный смех и леденящий шепот, которые слышала, когда шла по тоннелю. Значит, это был он. А Престолы говорили про духов, которые живут в Господствах, видимо, это один из них. Только чёрт его знает, что он от меня хочет.

–

Я хочу, чтобы ты осталась здесь со мной навечно! – воскликнул дух. – Тебе же нравится мучиться, страдать и обижаться.

–

Я не… – хотела я что-то возразить, но запнулась на полуслове.

–

Как обычно, ты не можешь даже возразить, – подковырнул меня дух. Если бы у него были руки он бы уже потирал их от удовольствия, которое испытывал от самого себя. Но я его уже не слушала. Я вспомнила все слова, что слышала от людей-кукол чуть раньше и слова духа об обидчиках и моей вине, и у меня сложился пазл. Я поняла, что это за Господство. Это обида. И в комплекте с ней чувство вины. Но разве ж это грех?

–

Бинго! – прозвенело у меня над ухом, что вывело из задумчивости. – А я ставил на то, что ты никогда не додумаешься. Видимо, сегодня не мой день. Но раз уж ты меня обыграла, пойду тебе на уступку. Позволь представиться, перед тобой король всех насмешек и обвинений – Момос, – и он театрально поклонился. – Опутал тебя мой брат Нейкос – он отвечает за обиды и он не слишком разговорчив, предпочитает всякие трюки, – я посмотрела на стебли, которые держали меня мертвой хваткой и мои глаза округлились от ужаса. Так вот откуда они. Увязались за мной с самого начала пути. – Ну а у тебя за спиной наш третий брат – Ойзис, магистр страданий.

Я в страхе обернулась, готовая увидеть еще одну какую-нибудь пакость, но никого не обнаружила, кроме тех самых манекенов, которые сейчас застыли на месте без движений в причудливых позах, какими они были изначально. Он же не имеет в виду, что…

–

Вижу твой взгляд, соглашусь, это выше твоего понимания. Но я считаю, мы отличная команда, ты не находишь? – хохотнул Момос. – А ты наше новое развлечение.

С этими словами он прошел сквозь меня, отчего я чуть было не лишилась сознания. Хотя оставалось под вопросом а была ли я вообще в сознании? Или это все игры разума? Когда Момос прошел через меня, я почувствовала жгучую боль и задергалась. Одновременно с этим мрак вдруг рассеялся, перенеся меня в реальность. По крайней мере, мне так показалось, потому что моим глазам открылась улица с людьми, машины, деревья. Ах, как я скучала! Но что же произошло? Я не могла просто так вернуться назад, значит, это опять проделки духов. Очень скоро я смогла в этом убедиться, когда увидела саму себя со стороны. Та я, еще школьница, по-видимому, шла домой с рюкзаком за плечами. Я хотела сделать шаг вперед, но не смогла сдвинуться с места. Оказывается, стебли с шипами, опутавшие мои конечности, переместились вместе со мной, проклятье. Мне оставалось только наблюдать, как прошлая я перешла дорогу и скрылась в подъезде своего дома. Не пришлось гадать, что делать дальше, так как картинка тут же сменилась на другую, переместив меня в квартиру. Как будто кто-то переключил канал телевизора. Я как раз попала на ту серию, где плачу и говорю, что больше не пойду в школу. Зачем мне показывают кадры из моей жизни, я и так в курсе событий. Картинки менялись как в калейдоскопе, каждый раз останавливаясь на тех моментах, где я испытывала боль от обиды, где постоянно переживала и не могла понять, почему люди так со мной поступают, если я не делала им ничего плохого? Менялись локации, менялись люди, а я оставалась прежней – с болью от несправедливости, обидой и чувством вины, поглощенная своими страданиями.

–

Ну как тебе? – голос Момоса вернул меня в действительность в то же место. – Мне очень нравится. Особенно, те места, где ты считаешь себя никчёмной. Мы питались тобой всю твою жизнь, – злорадно добавил он.

–

Я не вижу здесь никакого греха, – слабым голосом попыталась я оправдаться. – Ведь это они так себя вели, а не я. А грех – это когда человек совершает что-то плохое. Я же ничего плохого не делала, отпусти меня.

–

О, да, бедная несчастная девочка, все ее обижают. Твои страдания такие сладкие на вкус, – облизнулся Момос, а сзади раздался одобрительный гул. Стебли еще сильнее сжали меня.

–

Мне больно, – простонала я

–

В этом и суть, иначе нас бы тут не было.

–

Отпустите меня, прошу… – у меня уже не оставалось сил бороться.

–

Люблю, когда ты умоляешь, это делает страдания еще слаще. Но видишь ли, мы не можем тебя отпустить, так как я уже говорил, тебя никто не держит. И потом, как можно расстаться с любимой игрушкой? Звучит немного двусмысленно, так что до тебя вряд ли дойдёт. Люди в этом плане вообще невежды.

Мой мозг отказывался понимать всю его околесицу, которую он нёс, к тому же я была просто неспособна думать, шипы сильно вдавливались мне в кожу, причиняя физическую боль. Я хотела только одного – чтобы эта боль закончилась. Пусть они уже убьют меня что ли. Ангел и остальные были правы – я слишком слаба для этих испытаний.

–

Кажется, кто-то решил сдаться? – услышала я снова голос как в тумане. – И я снова не удивлён, ты так предсказуема.

Он начинал меня злить. Только это не тот случай, когда разозлившись, человек может дать сдачи или ответить. В моём случае я всегда злилась на себя как раз потому, что не могла дать отпор. Поэтому моя злость была мне не помощник.

–

Что мне нужно сделать, чтобы вы меня отпустили? – я решила зайти с другой стороны. А по сути это мой привычный образ жизни – сделать что-то ради того, чтобы угодить другим. Это так противно.

–

Сколько ещё раз объяснять, что мы тебя не держим? Ты сможешь выбраться только поняв суть этого. А это примерно.. ну.. никогда, – рассмеялся довольный Момос.

–

Может, нужно простить всех обидчиков? – не теряла я надежды.

–

Это было бы слишком просто.

–

Не думаю, что прощать – это просто.

–

Это потому что ты вообще редко думаешь, – продолжал издеваться Момос.

–

Ты можешь сказать еще что-нибудь, кроме этого?

–

Конечно. Могу рассказать, как мне нравится, когда ты страдаешь. Это как есть любимое блюдо – сначала ты растягиваешь удовольствие, смакуя каждый кусочек, а потом еще долго наслаждаешься послевкусием. А я люблю есть медленно, чувствовать сладкий вкус твоих обид, выжимая из них еще более привлекательное чувство вины с привкусом соли на кончике языка, а потом поперчить страданиями и…

–

Хватит! – мой голос дрожал, потому что я не умела защищать себя и

сразу

начинала плакать. Я

уже

чувствовала солоноватый привкус слез у себя во рту.

–

Тебе не нравится? А мне напротив. Думаю, достаточно разговоров, нас ждет восхитительный ужин, – снова облизнулся дух.

Я приготовилась к худшему. Мысленно попрощалась со всеми, поблагодарила и простила одновременно, однако, не думаю, что всерьез. Связанные руки и ноги так саднило, что хотелось уже побыстрее просто умереть. За спиной снова послышались все те же голоса, Момос пролетел сквозь меня и в дополнение опять перед глазами замелькали знакомые картинки. Это просто пытка какая-то. Не в силах больше терпеть боль, я отключилась. Кажется, потеряла сознание и пробыла в забытьи неизвестно сколько времени. Потом снова вспышка яркого белого цвета и ощущение дикого парализующего ужаса. Хотя куда уж больше, я и так не могла двигаться. С трудом разлепив глаза, я увидела своего ангела. Я была так рада его видеть, что захотелось обнять, только пока я все еще была скована. Наконец-то он меня спасет, подумалось мне с облегчением. Однако, ангел не спешил этого делать, а просто висел передо мной в воздухе, разглядывая меня и неодобрительно покачивая головой.

–

Рада тебя видеть! – искренне поприветствовала я его. – Я тут немного застряла.

–

Я предупреждал тебя быть осторожнее и не поддаваться искушениям. Ты не послушала и вот итог.

–

Этот дух нес какую-то чепуху про обиды и что я сама себя завела в ловушку.

–

И он полностью прав, хотя я не поддерживаю его методов пыток, – ответил Ангел.

–

Но…

–

Я говорил, что нужно будет самостоятельно помогать себе и что это не так просто.

–

Видимо, я на это действительно не способна, – подытожила я, шмыгая носом.

–

Почему ты в этом так уверена? Ты можешь хоть раз в жизни посмотреть в себя, а не на других?

–

Я не умею этого делать.

–

Это ответ ребенка. Даже дети и те пробуют и учатся. Вспомни, как они учатся ходить. Они постоянно падают прежде, чем полностью смогут научиться. Однако, это их не останавливает и они продолжаются пытаться, падают и встают снова. Тебе пора повзрослеть, иначе не выбраться.

–

Но ты же можешь мне помочь! – воскликнула я.

–

Могу, – согласился Ангел, – но не стану этого делать. Иначе ты так и не научишься брать ответственность на себя за свои действия.

–

И как же мне быть? – уже ощущая знакомое чувство обиды спросила я.

–

Загляни внутрь себя. Смотри в самую суть, а не на события или слова.

Легко сказать. Я же не могу вскрыть себе кожу и заглянуть внутрь.

–

Не буквально, – вздохнул Ангел. – Хотя бы попытайся понять.

В это мгновение передо мной снова замелькали картинки и я попала в ту же иллюзию, где уже была сегодня. Все та же я, все те же люди, что я тут могу увидеть нового и понять? Я посмотрела на себя прошлую и вдруг заметила то, чего не увидела ранее из-за своих обид – я увидела свою душу. Она была прекрасного жёлтого цвета и радовалась жизни. Но вот шло время, менялись картинки и лица, и душа стала менять цвет: в подростковом возрасте она уже была оранжевого цвета, а в чуть более взрослом поменяла цвет на синий. Но как такое может быть, если Ангел сказал, что моя душа зеленого цвета? Они что же, меняют цвет на протяжении всей жизни человека? Надо будет уточнить этот вопрос. Я увидела в какой момент моя душа стала меняться – как только я впустила в нее свои обиды и уже не переставала страдать по этому поводу. Но одновременно с этим я увидела и другие души, в телах своих так называемых обидчиков. И то, что я увидела радостным не назовешь. Они были разного цвета, но всех объединяло одно – страдания. Страдания от отсутствия к ним любви близких людей, от нелюбви к самим себе, от боли и непонимания, от конфликтов в семье. Я увидела, как их души корчатся от боли. Эти люди находили других послабее, чтобы вымещать на них свою боль. Это не от хорошей жизни, конечно. У них не было плана специально причинять мне боль, они просто по-другому не умели, их не научили. Они страдали не меньше меня, только выражали это по-своему. Они боялись подпускать к себе любовь и в итоге делали больно всем, кто хорошо к ним относился. Это происходило неосознанно. Ну а кто-то просто привык манипулировать людьми. Это был их образ жизни и они так мыслили, но это уже не мои проблемы. Мне стало их жалко.

–

Уже лучше, – услышала я где-то в далее голос Ангела и он вновь возник передо мной.

–

Это просто невероятно! – воскликнула я. – Мне стало легче.

–

Однако, не совсем, раз ты все еще себя держишь, – указал Ангел на стебли. Я перевела взгляд на них, а затем осмотрела вагон, который был сплошь в этих стеблях от пола до потолка, и у меня промелькнуло в мыслях что-то вроде догадки, только я никак не могла ухватить ее за хвост.

–

Подумай, – снова заговорил Ангел. – Как это может быть связано с тем, что ты сейчас видела.

–

Пока у меня идей нет, – порадовала я его.

Он вздохнул. Неприятно его разочаровывать, но что поделать? Разгадывать шарады не мой конек.

–

А скажи, – вспомнила я. – Душа правда меняет свой цвет на протяжении всей жизни человека?

–

Так и есть. У кого-то она меняется несколько раз за земную жизнь, а кому-то хватает и пары раз.

–

И это делает с ней человек? Своими мыслями и образом жизни?

–

Как это ни печально, но да, – подтвердил Ангел. – Люди бывают очень жестоки к самим себе. Вспомни, как ты была жестока к себе.

Я припомнила только что увиденную картинку, так впечатлившую меня, когда моя израненная душа перестала быть желтой и радостной. В тот момент я выбрала страдать, а не радоваться жизни, тем самым разрешив людям так с собой обращаться, чтобы снова и снова получать этот наркотик страданий. У меня округлились глаза от осознания как это страшно. В ушах прозвучали слова Момоса: «Мы питались тобой всю твою жизнь». Что я сделала со своей душой? К глазам снова подступили слезы.

–

Получается, я сама выбрала страдания, – всхлипнула я.

–

Именно. Никто не выбирает за тебя, это твоя жизнь. Каждый человек хозяин своей жизни и все, что он делает – только следствие его выбора.

–

Но как же… Как же не переживать, если люди поступают со мной несправедливо?

–

А где грань, что справедливо, а что нет? – мудро изрек Ангел. – Что справедливо для тебя может быть несправедливо для другого, и наоборот. Твое чувство несправедливости и есть обида, но только у другого, на которого ты обижаешься, свой мир и своё понятие справедливости. Поэтому в этом мире нет несправедливости – все происходит согласно божьим законам.

–

Но мне неприятно, что они так со мной поступают…я ведь не бесчувственная…

–

Ты так чувствительна к поступкам других, потому что не знаешь своей значимости и не видишь божьей справедливости. У тебя она своя, которая не совпадает с божьей, поэтому ты обижаешься, хотя обида – это приобретенное чувство, изначально в человеческих детях такой штуки не заложено. И скажу по секрет

у – обижаться может только ребенок, потому что у него нет того диапазона знаний и опыта, который есть у взрослых. Если взрослый человек цельный и крепко стоит на своих ногах, ему вообще не знакома обида, потому что он понимает свои ощущения и чувства, ему не нужны объяснения. Обида же корнями уходит в твои отношения с родителями – там ты учишься этому навыку.

Почему ты восприняла за правду слова других людей о том, какая ты? Почему ты решила, что они правы? А где же твое мнение о себе? Подумай только: ты обиделась на мнение других людей о себе!

Кажется, у меня зашевелились волосы на затылке.

–

Проанализируй их слова и ты увидишь, что они не имеют ничего общего с тобой. Для чего тебе нужно ощущать эту обиду? Какая тебе от этого выгода?

Если честно, я не знала ответов. Никогда не думала об обидах с такой стороны.

–

Думай! – настаивал Ангел.

–

Нуу, – протянула я. – Мне от этого не было никакой выгоды, только страдания и переживания.

–

Это и есть выгода, – втолковывал мне Ангел как малому ребенку. – Ты же для всех старалась делать хорошее, тебе нравилось, что тебя считают таким альтруистом и ждала, что другие оценят твою жертву. Таким образом ты вызывала только жалость и получала свою порцию удовольствия от страданий, потому что так привыкла. Но ведь ты же не раз задумывалась, почему кто-то пользуется большей популярностью, кто-то меньшей, почему ты не поняла, что подобного рода люди в позиции жертвы не могут вызвать ничего, кроме жалости? С такими и общаться не хочется, а вот другие, напротив, привлекают как раз тем, что у них есть своё мнение и свой выбор. Для других твои страдания не играли никакой роли, твоя обида была нужна только тебе. Но не обижаться гораздо выгодней.

–

Это довольно жутко, – заметила я, пытаясь осмыслить услышанное. Ну почему всё так просто и сложно одновременно? Тут я нахмурилась: – А откуда ты столько знаешь о моей жизни?

Ангел только хмыкнул. Наверно, подумал, что разговаривает с умалишенной,

которая не может сложить два и два. Действительно, чему я удивляюсь, он же Ангел!

–

Не принимая, что все в этом мире справедливо, ты страдаешь и обижаешься, а следовательно – грешишь против себя. Поэтому ты и здесь, – тем временем подвел он итог, не посчитав нужным отвечать на мой вопрос.

–

Ааа, вот почему по выражению Момоса я сама себя держу, – озарило меня. – Стоит только перестать хотеть страдать и обижаться, как я смогу выбраться?

–

Да, – подтвердил Ангел. – Только не так просто отпустить страдания, от которых получала удовольствие на протяжении всей жизни. Это нужно осознать. Понять, что тебе никто ничего не должен.

–

Согласна, уравнение со звездочкой, – поддержала я, уже подумывая о том, что никогда отсюда не выберусь. Ну действительно, как отпустить страдания? Просто сказать «отпускаю» или «прощаю»? Какие еще полезные слова мне известны?

–

Слов будет недостаточно, – я и забыла, что Ангел умеет читать мысли, нужно быть осторожной.

–

А у меня есть время подумать?

–

Чем дольше ты здесь, тем меньше времени будет на следующих испытаниях, – обрадовал Ангел.

–

Чудненько, – отреагировала я, совершенно не представляя своих дальнейших действий.

–

Позволь рассказать тебе одну притчу, – снова подал голос Ангел.

Замечательно, на спасение моей жизни у нас времени нет, а на рассказывание историй хоть отбавляй. Ладно.

Одного мудреца спросили: «Говорят, ты все знаешь, а скажи-ка нам – что такое обида?» Мудрец поднес к губам фарфоровую чашечку, не торопясь допил из нее саке и ответил: «Вот, на дне чашечки осталось несколько капель саке. Есть ли у меня от этого обида? Если я больше не хочу, то мне все равно. А если мне не хватило, то я найду еще саке, налью его в ту же чашечку, и оставшиеся капли растворятся в нем. А потом я их выпью. Вот так и обида: человек сам решает, бесконечно мучить себя своей обидой, или сделать так, чтобы она растворилась с пользой».

Я не сильна в притчах, но впечатлилась:

–

Почему этому не учат в школах? Что человек сам выбирает обижаться ему или нет.

–

Потому что люди не слишком развиты в понимании себя, зато пытаются чему-то научить других. Обидеть тебя может только то, с чем ты внутренне согласна. Другой человек не может обидеться за тебя, это только твой выбор. Однажды научившись этому, ты переносишь свои претензии в отношения с людьми или своим партнером, от чего и происходит непонимание.

–

Это все здорово, только знаешь, меня постоянно терзает чувство вины, будто бы это я во всем виновата.

–

Это побочный эффект твоей обиды. Эти два чувства

идут рука об руку

, как две стороны одной монеты: не бывает только орла или только решки, они всегда вместе. Перестав обижаться, ты избавишься и от чувства вины.

–

Но я и в самом деле

думала, что действительно со мной что-то не так.

–

Ты вообще не понимала, что происходит. Ты не любишь, когда тебе отказывают в чем-то и воспринимаешь это как личное оскорбление. Соответственно обижаешься на того, кто не хочет тебе помочь. А когда тебе самой нужно отказать – сказать «нет» – ты не можешь, злишься на себя и чувствуешь вину. И таких примеров было множество, ведь другой человек всегда показывает тебе тебя. Чувство вины также не было включено в вас при рождении, вы мастерски ему научаетесь.

–

Но почему у меня тогда повторяются одни и те же ситуации с разными людьми? Именно поэтому я всегда считала себя невезучей по жизни, неудачницей,

соответственно

все слова окружающих воспринимала за правду.

–

Во-первых, – поднял палец вверх мой защитник. – Ты смотришь на ситуацию однобоко, не давая себе возможности расширить границы восприятия мира. Почему ты посчитала, что именно с тобой что-то не так, а не что у других есть на то свои причины? Ведь люди могут не общаться друг с другом по разным поводам, среди которых тебя может вообще и не быть, – я раскрыла рот от удивления. А действительно. Я же могла посчитать и по-другому, но выбрала почему-то эту линию, приняв на себя роль жертвы обстоятельств. – Во-вторых, – загнул он второй палец. – Везения или невезения, удачи и неудачи в жизни людей не существует, это нужно понимать. На твои мысленные возражения я уже отвечал выше – потому что человек сам всегда делает выбор, который приводит его к определенным последствиям, которые он, в свою очередь, сам делит на «плохие» и «хорошие», хотя это довольно относительные понятия. Это просто закон причины и следствия

, так устроена Вселенная.

И в этом случае это не неудача или невезение, а следствие его выбора в прошлом. Господь создал людей не для страданий, уж поверь. Ну а в-третьих, обида такое дело, что впустив её раз в свою жизнь, от нее сложно избавиться в дальнейшем, поэтому ты не решаешь ситуации, а притягиваешь их снова, – подытожил Ангел.

Как же всё это уместить в голове? Ведь он прав, люди не видят дальше собственного носа. Они сетуют на судьбу, на невезение, на Бога, на черта и никогда на себя. Тогда как вокруг нет никого, кто бы специально чинил им препятствия. От осознания очевидного у меня мурашки побежали по всему телу.

–

Кошмар! – возбужденно воскликнула я, забыв на время о физической боли, причиняемой шипами. – Почему бы вам всем людям не открыть эти простые истины? Тогда бы они стали гораздо счастливее.

–

Возможно, ты удивишься, но людям открыты все знания, просто они их не видят, да и не хотят видеть. Гораздо интереснее, когда в жизни есть, чем заняться: позлословить, пообсуждать других, отомстить, позавидовать, пострадать от своих же придуманных проблем. Изначально Господь дал всем одинаковые возможности, но человеку не приходит в голову заглянуть внутрь в себя.

–

Ты имеешь в виду церковь? – спросила я, вспомнив, как некоторое время назад сама сделалась немного набожной, часто ходила в церковь и молилась, повторяя всюду к месту и не к месту «Отче наш», крепко веря, что это поможет. Ангел поморщился:

–

Церкви не имеют к вере никакого отношения. Религия и вера разные вещи. Я имею в виду слово Божье – Святое Писание. Но сейчас не об этом. Тебе нужно прийти к важному решению.

–

Знать бы к какому, – проворчала я. Тут шипы напомнили о себе, вонзившись еще глубже. Я вскрикнула от боли одновременно с этим вдруг осознав суть метафоричности ситуации: физическая боль от шипов на мгновение напомнила мне о душевной боли от моих обид и страданий. Ведь это так просто: обижаясь, я думаю, что мне причиняют боль, тогда как на самом деле это я сама себе ее причиняю. Ошалев от осознания, я перевела взгляд на Ангела и заметила его улыбку, значит, я на правильном пути. Покрутив головой по сторонам и еще раз приглядевшись в стеблям, опутавшим весь вагон, я вспомнила слова Момоса о «наблюдении состояния воочию», и в то же мгновение поймала-таки ту догадку, которая пришла ко мне ранее. Стебли, связавшие меня по рукам и ногам, и заполонившие весь вагон та же метафора – это мое внутреннее состояние. Я своими обидами

, чувством вины

и страданиями связала себя по рукам и ногам, не давая дальше двигаться и жить в

свое

удовольствие, а корни этого разрастались все дальше подобно раковой опухоли. И как я раньше не догадалась? Еще раз оглядев обстановку и посмотрев на свои связанные конечности, кровоточащие и ноющие от боли, я поняла, что не хочу так страдать и испытывать боль от несуществующих обид. Я хочу освободиться. Последнюю фразу я произнесла вслух, захлебываясь в рыданиях. Странно, я даже не заметила, что плачу.

В ту же секунду я почувствовала, как мои руки и ноги стали легче. Вполне возможно, что они просто онемели и отнялись, я не удивлюсь. Но посмотрев на них, я охнула от удивления, потому что стебли медленно, словно змеи, стали распутываться. Нейкос постепенно отступал. Я подняла глаза на Ангела, но его лицо расплывалось от моих слез. Моргнув несколько раз, я постаралась сфокусировать на нем взгляд и увидела довольное улыбающееся лицо ребенка. Я стала растирать все-таки онемевшие руки и ноги, так как попытка встать оказалась неудачной. Ангел пришел мне на помощь: он дотронулся до моих израненных конечностей и в то же время все кровоподтеки и раны исчезли. Волшебство какое-то, я такое только в фильмах видела, но спасибо. Я смогла встать, однако, полностью Нейкос не ушел, продолжая опутывать место, в котором мы находились. Значит, миссия еще не завершена.

–

Умница! – не замедлил с похвалой Ангел. – У тебя получилось освободиться! – сказал он так, будто сомневался, что у меня получится. Хотя я и сама не верила.

–

Я тоже рада! Что теперь?

–

Ты все еще не поняла, что я не знаю ответа? – охладил мой пыл Ангел. – Это твои испытания и только от тебя зависят все дальнейшие действия.

Необычные ощущения, стоит заметить, но приятные. От меня никогда ничего не зависело, только я зависела ото всех. Я окинула людей-манекенов, а точнее Ойзиса, новым взглядом и снова посмотрела на Нейкоса, опутавшего вагон. Кстати говоря, он все еще куда-то несся, не сбавляя скорости. Удручающее зрелище, стоит отметить. Если так страшно выглядит мой внутренний мир, так недалеко и до настоящей болезни.

–

Ты права, – вклинился Ангел в мои мысли. – Открою тебе еще один секрет, что все человеческие болезни люди также вызывают у себя сами своими мыслями и грешением против себя. А значит, они сами способны себя вылечить. Люди вообще могущественные существа, однако, никто из них не осознает свой силы, предпочитая ныть и жаловаться на судьбу.

–

У моей бабушки и у папы был рак, – вспомнила я.

–

А теперь вспомни, как они жили. Они были счастливы и радовались жизни?

–

Не сказала бы, скорее наоборот. Бабушка была злой и вечно недовольной, постоянно ворчала

,

жаловалась, и никого не любила. А папа…папа просто пил…

–

Он пил не от хорошей жизни, а запивал свою неустроенность.

–

Откуда ты знаешь? – округлила я глаза.

–

Я же Ангел, – снисходительно ответил он. – Я знаю все души.

–

То есть все больные раком живут в обидах? А как же дети?

–

Помимо рака есть куча других болезней. Я бы назвал обиды той же болезнью равно как и страдания. Муки и боль точно такие же. Болезни даются людям не просто так, а для того, чтобы человек осознал, что живет не так и нужно что-то менять. И как наказание за его греховность против себя. Как еще ему показать? Болезнь – отражение внутренней жизни человека, его мыслей, чувств, переживаний, в которой произошло нечто такое, что требует внимания и не может быть выражено словами или осознано. А что касается детей… Не стоит забывать о том, что все в этом мире закономерно и идет так, как должно быть, ведь пути Господни неисповедимы. К тому же причина болезни не в детях, а в их родителях, которых дети, а точнее, их души, выбирают сами для прохождения каких-то уроков. Ну и плюс накопленная карма с прошлой жизни

.

Я обдумывала услышанное. Это никак не укладывалось у меня в голове и шло вразрез со всеми моими прошлыми убеждениями. Ангел так просто об этом говорил, как будто это было само собой разумеющееся, как, например, что день сменяет ночь или после понедельника вторник. Конечно, он же Ангел, а для людей все не так просто, мало кто из нас способен понять и осознать такие, в общем-то, простые вещи. Я бы тоже продолжала жить в том же болоте обид и страданий, не попади я сюда.

–

Господь повелел не держать зла на своих обидчиков,

«ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф.6:14,15)

. На что сейчас ты обижаешься? – вывел меня Ангел из раздумий.

–

Знаешь, я всегда думала, что не умею обижаться. В моем представлении обижаться – это как ребенок, например, надувать губы, или не разговаривать по несколько дней, так любила делать моя мама. И раз я так не делаю, значит, я не обижаюсь, просто испытываю неприятные чувства и вину, что

, возможно, что-то сделала не так,

расстраиваюсь. Но вот сейчас я осознала, что просто не хотела признаваться себе, что тоже обижаюсь… – грустно заключила я. Это был какой-то самообман. – А теперь… Мне обидно, что близкий мне человек не хочет со мной общаться и даже не может сказать об этом прямо, предпочитая игру в молчанку. Такое отвержение и игнор я уже испытываю не в первый раз и это гораздо больнее любой физической боли. При этом я чувствую себя дерьмом и это кажется несправедливым по отношению ко мне, ведь я никогда не делала ничего плохого и такого отношения не заслужила. Ну или хотя бы заслужила пары слов, которые бы всё объясняли. Я обижаюсь на маму, потому что она сломала меня, когда мне было 7 лет, а обратно я уже собраться не смогла и выросла несамостоятельной, ничего не умеющей неудачницей.

О

на научила меня обижаться и чувствовать вину даже тогда, когда я точно не виновата.

Я обижаюсь за то

, что она не разговаривала со мной неделями, а я,

будучи

ребенком,

должна была вымаливать

прощение

и заслуживать любовь.

Разве родители могут так поступать с собственными детьми? За то, что я, благодаря ей, выросла хорошей девочкой с кучей запретов в голове

, неумением защищаться и отказывать.

Я ненавидела себя за это всю жизнь. За то, что я искала любовь в других людях, потому что она меня отвергала. Долгое время я обижалась на людей, которых любила, потому что они меня предавали

, бросали, вытирали об меня ноги.

Ведь так нельзя поступать с людьми, которых любишь, – по моим щекам снова бежали ручейки слез. Я никогда не была на приеме у психологов, но, думаю, что Ангел идеально подошел на эту роль. От него ничего не утаишь, слова так и сыпались безостановочным потоком. На самом деле я никому никогда не признавалась в таких чувствах и сейчас была рада выговориться. – Да Боже! Я обижалась на саму жизнь, а получается на самого Бога, за то, что он не дал мне более счастливой жизни, – в конце мне уже было сложно дышать из-за своих всхлипываний и, вероятно, я задохнулась бы, не дотронься до меня Ангел своей божественной дланью. Я почувствовала тепло его руки у себя на макушке и сразу стало так спокойно и благоговейно, будто я уже достигла просветления и познала все законы мироздания.

–

Дитя, – услышала я его спокойный голос, как у священника в церкви. -

«Не здоровые имеют нужду во враче, но больные; пойдите, научитесь, что значит «милости хочу, а не жертвы»? Ибо я пришёл призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Матфей, 9:12)

. Так говорил Господь. Ты сама являешься причиной всего, что с тобой происходило. Нельзя жить в концепции

“а вдруг я кого-то обижу”, это только твоя проблема, не другого. Ты отвечаешь только за себя.

Ты сама позволяла всем так обращаться с собой. Ты выбрала роль жертвы и играла в нее всю жизнь. Но ты покаялась, а значит, заслуживаешь прощения.

Господь

дал тебе жизнь даром – такой бесценный подарок, и посмотри как ты им распоряжаешься. Тебе нужно думать о себе, а не о других. Зачем ты обижаешься на других людей? Ведь ты таким образом обижаешься совсем не на них: ты обижаешь себя

и лишаешь себя жизни.

Я снова всхлипнула, опешив от таких откровений. Никогда не задумывалась о значении этого слова, а даже они дают подсказки, стоит только немного пораскинуть мозгами.

–

Но я не хочу себя обижать…

–

Пока ты это делаешь, хочешь. Ты так себя наказываешь. Ты всегда оправдывала ожидания матери, а значит и от других ждешь того же. Обида возникает, когда действия близких тебе людей не совпадают с твоими ожиданиями: ты постоянно ждала от других такого же отношения к себе, как к ним относилась ты. Но так не бывает, каждый человек индивидуален и никто никогда не сможет чувствовать также, как ты. Тебе все всегда должны: должны дружить, любить, должны не обижать, должны помогать, должны поддерживать. И когда они этого не делают, ты разочаровываешься и находишь причины своих обид в окружающих тебя людях, что это они виноваты и сделали не так, как ты себе напредставляла. А искать нужно в себе, ведь ты сама своими же действиями, мыслями и ожиданиями причиняешь себе боль, а потом на себя же и обижаешься. Ты не дала себе то, чего ждала от других – любовь, милость Божью.

Интересно, сколько у человека слез в запасе? Может ли он плакать всегда или только определённое время? Кажется, из моих слез уже вышло бы небольшое озеро. Лицо опухло, я с трудом видела перед собой, зато прекрасно слышала и осознания обрушивались на меня со страшной силой. Одновременно с этим становилось легче. Ангел говорил такие понятные и простые вещи, что проще некуда. Почему же никто из людей никогда об этом не задумывался? Почему мы продолжаем жить, гнобя сами себя? Спросила я у той, кто сам занимался этим всю жизнь. Потому что мозгов не хватает.

–

Ты подстраивалась под желания и мнения окружающих людей, совершенно потеряв свою сущность, – продолжал Ангел. – Как только ты идешь этой дорогой, что

бы быть удобной всем, кроме себя и нравиться окружающим – ты закапываешь себя живьем и становишься рабом других людей.

Тебе нужно познакомиться с собой.

–

Да, любви к себе мне явно не хватает, – прошептала я. – У нас, например, в семье это всегда порицалось и мне говорили, что нельзя думать только о себе. Да и в принципе в обществе думать только о себе называется эгоизмом. Поэтому я всегда была гипертрофированным альтруистом во вред себе.

–

Вы все смешали в одну кучу, не понимая истинного значения слов, – взмахнул крыльями Ангел. – Эгоизм действительно плох, только он не имеет ничего общего с любовью к себе, как все люди привыкли думать. Он от слова «эго», когда человек хочет показать себя другим, используя для этого разные способы, порой не очень приятные окружающим. А любовь к себе не может вредить другим.

–

Все так просто, – произнесла я, думая каким образом все услышанное утрамбовать в своей голове. Так вот что значит заглянуть внутрь себя – просто вскрыть себе мозг без анестезии. И вроде бы все просто и понятно, однако часть тебя не может смириться, ведь ты всю жизнь думала по-другому.

–

Человек не подозревает, что все ответы есть внутри него самого, ему просто некогда об этом думать. Но это самое важное, что он может сделать в своей быстротечной жизни – понять себя. Задавать вопросы себе, а не другим, учить себя жить, получая опыт за опытом.

–

Я пыталась задаваться вопросами, например, почему ко мне так относятся люди, что я им такого сделала… – Ангел схватился за голову руками.

–

Это опять вопросы в никуда. И они снова о других людях, а не о тебе. Все вопросы к себе начинаются с «почему я», а не с «почему они». Ты просто не хотела ничего менять и в глубине душе тебе нравилось получать удовольствие от страданий, хоть ты это и не осознавала и будешь отрицать, что это не так. Ведь если бы ты перестала страдать, что бы тогда делала? Если бы ты знала, как быстро тебя забудут люди после твоей смерти, ты бы не посвятила всю свою жизнь для довольства кого-либо, кроме себя. Потому что тогда ты не успеешь пожить сама.

–

Господи, почему же я такая тупая? – закрыла я лицо руками. – Почему я так поступала с собой?

–

Ты получала опыт. Это важно понимать, чтобы не корить себя за ошибки. В вашей жизни вообще нет ошибок, только опыт. И я не

преувеличу

, если скажу, что обид не существует.

–

Потому что мы их сами придумываем?

–

Именно так. Хотя ваши психологи вполне могут со мной поспорить по этому поводу, нужно отдать им должное, они не без оснований утверждают, что обида – это детская позиция. С той лишь стороны, что дети горазды на всякие выдумки. Главное не застревать в этом состоянии.

–

Скажи, а ты раньше был человеком? – не к месту спросила я.

–

Конечно

.

–

У тебя как будто есть книга по устройству человека, – сделала я завуалированный комплимент его мудрости.

–

На то я и Ангел, чтобы знать мироустройство. Я не подвластен человеческим эмоциям и чувствам, это все низшие инстинкты.

–

Хотела бы я быть ангелом, – вздохнула я.

–

Не торопись, ты не знаешь, что будет с тобой потом.

–

Да, пора выбираться отсюда, – подскочила я, утирая слезы. – Я осознала очень важные вещи. Теперь я знаю, как устроена моя обида

и мое чувство вины.

И я не понимаю, как могла себя мучить этим. И зачем я так позволяла людям поступать со мной?

–

Вот это правильный вопрос, – похвалил Ангел.

–

Я поняла, что обида – это моя реакция на поступки других людей, никто на самом деле не собирался меня обижать. Когда ничего себе не придумываешь гораздо легче жить.

–

Все это было в прошлом, которого уже нет. Те люди поступали так, как поступали, потому что по-другому не умели и потому, что хотели поступать так, как поступали. Это просто факт, который нужно принять. Твоя мама воспитала тебя как сумела и дала все, что могла дать на тот момент. Она не могла дать тебе больше, потому что ей самой недодали. У людей всегда есть причины делать или не делать что-либо. Чувство вины от сомнений в себе, но если ты уверена, что ничего плохого не совершала, то и нет причины ощущать вину или обижать себя за то, что другие не смогли дать тебе то, что ты хотела по причине того, что у них этого нет.

–

Это гениально! – воскликнула я. – Чувствую, как в голове складывается пазл. Я больше не хочу обижать себя никогда в жизни! И не хочу предавать себя. Я больше не играю в эти игры. Не хочу страдать и ни за что не позволю людям обращаться со мной как им хочется, – на одном дыхании произнесла я впервые в жизни такой защитный спич о себе. Прям меня распирало от гордости за себя.

–

Нет-нет, гордыне здесь не место, это грех, – поспешил умерить мой пыл Ангел. Я почему-то засмеялась. Видимо, это нервное. Когда я все выпустила, стало так легко дышать. Только сейчас я обратила внимание, что вокруг нас осталось чистое пространство без стеблей и без манекенов. Я была свободна.

Сразу после этого вагон остановился и двери открылись. Я шагнула вперед и резко полетела вниз.

ГЛАВА 8 Ужас

Каждый человек обязательно в какой-то момент задумывается о смысле жизни. Возможно, не в масштабных размерах Вселенной, но хотя бы в своей собственной. И ведь находит. Однако, никто не задумывается, что этот смысл иллюзорный. Люди верят в него, иначе тогда совсем незачем будет жить. Но если снять эти розовые очки, окажется, что человек и не живет вовсе, а просто плывет по течению жизни: вроде бы что-то делает, но даже не замечает, что делает на автомате. Неспособность думать отдаляет человека от философского вопроса о смысле жизни, он попросту боится об этом размышлять и сводит своё существование к нелюбимой работе, к проблемам в семье, к отсутствию денег и прочим развлечениям. А ведь даже Ангел подтвердил могущество человека: только у него есть разум и способность думать, в отличие от животного, но человек сам обрек себя на страдания и в таком райском месте умудрился своими руками сотворить для себя ад. Тут даже черти и демоны не нужны, вся тьма уже есть внутри человека, также, как и свет. Никто не хочет думать, что может умереть в любой момент, а только и делают, что живут этим вечным «завтра», которое никогда не наступает – каждый день мы просыпаемся уже в сегодня. Кто-то когда-то придумал, что надо заботиться о будущем, учиться, создавать карьеру, зарабатывать много денег на старость, воспитывать детей, покупать квартиры. А все поддержали и решили, что так и должно быть. Что это и есть истинный смысл жизни, а для чего же еще жить? Но в погоне за всеми земными богатствами человек забывает о себе. Он попросту теряется в пучине страстей и уже не знает, кто он на самом деле. Если отбросить все социальные роли, кто ты, человек?

Мне снилось, будто я летаю. Прям парю над облаками, расправив крылья. В общем-то, я бы уже не удивилась и этому, мне казалось, что теперь я могу всё. А летала я от счастья, ведь на душе было так легко от моих недавних осознаний, аж дух захватывало. Я смогла сбросить большой балласт, мешавший мне жить счастливо, и кувыркалась в воздухе как сумасшедшая. Возможно, так наглядно выглядит выражение «на седьмом небе от счастья». Аллегорично, учитывая, что я действительно была где-то среди некоторого количества неб. Но я немного отвлеклась и больно ударилась пятой точкой обо что-то твердое. Тогда я открыла глаза и поняла, что это был не сон. Я летала на самом деле, только не сама, меня нес Ангел. А сейчас я сидела на твердой земле, не понимая, где нахожусь. Голова кружилась как после катания на карусели, пришлось придерживать её руками, хотя это мало помогало. А ещё тошнило, казалось, что меня сейчас вывернет наизнанку, если я совершу хоть одно движение. Кажется, этот полёт оказался для меня не столь удачным, как первый или второй. И вообще, предусмотрена ли какая-нибудь передышка между испытаниями или я так и буду скакать без остановки с одного на другое? Ах, да. Ангел же говорил, что у меня мало времени. По моим ощущениям уже прошло двести миллиардов лет. Ну что ж, посмотрим, что там меня ждет дальше.

Окрылённая предыдущей победой над своими обидами и страданиями, я кое-как поднялась на ноги и огляделась. Мне даже стало интересно, каким будет мой следующий грех. Я не увидела ничего особо примечательного, кроме разве что удручающей атмосферы вокруг: всё было какое-то тусклое, ни тебе солнца и облаков, ни деревьев и цветов. Только всё те же души снуют туда-сюда, придавая этому месту хоть какую-то яркость. Покрутив головой в разные стороны, я поняла, что ничего не вижу из-за тумана, это он был виновником этой серости. Я стояла посередине поля, покрытого жесткой соломой всё того же серого цвета, как будто она выгорела на солнце. Тут и там росли сорняки и полю не было видно ни конца, ни края. Снова непонятно, куда идти. Мой Ангел пасся рядом на некотором расстоянии, предпочитая отмалчиваться и делая вид, что он тут оказался совершенно случайно. Вздохнув, я поплелась вперед, сетуя на то, что опять нужно принимать решения. Надеюсь, когда-нибудь я к этому привыкну. Я шла в полном безмолвии по жухлой траве в надежде, что куда-нибудь приду. Почему-то подумалось, что я действительно умерла и теперь болтаюсь в небе в поисках ключей от рая. А все просто притворяются и не хотят говорить мне правду. Ну потому что всё это не могло происходить в реальности – разговаривающие духи, Ангелы и Херувимы, не говоря уж о Престолах, при воспоминании вращающихся глаз которых до сих пор дрожь пробирает. Осталось только увидеть Бога и будет полный набор. Однако, стоит отметить, что испытание с обидами было более, чем реальным, ведь мне удалось его пройти. Тут я споткнулась о камень, который и вывел меня из раздумий, обратив моё внимание на какое-то сооружение впереди. Из-за дымки я не видела, что это, но это уже хоть что-то, решила я, направившись туда.

Подойдя ближе, я увидела обыкновенный деревенский сарай, коих у нас на земле пруд пруди. Размером чуть больше бани, деревянные стены и крыша, ничем не примечательная дверь, правда, с засовом. На всякий случай я обошла сарай со всех сторон и убедилась, что в нем нет окон и каких-то еще дополнительных входов и выходов. Звуков изнутри тоже никаких слышно не было. Но раз он здесь стоит и я его нашла, значит, это по мою душу и я должна войти внутрь. Я посмотрела на засов и засомневалась в своём решении. Ведь не случайно же дверь закрыта снаружи, может, там закрыли что-то страшное, а я сейчас выпущу это и умру. Это в лучшем случае. А еще меня могут пытать. Я с удовольствием отдалась привычным безумным фантазиям моего мозга, забыв о здравом смысле. Еще и время можно потянуть, я же трусиха. В реальной жизни я бы ни за что не вошла ни в какой сарай или даже дворец, одиноко стоящий посреди поля. Но здесь у меня не было выбора, поэтому я встряхнула головой, отгоняя мрачные мысли. Можно же просто приоткрыть дверь и посмотреть, что там. Так я перестрахуюсь и в любой момент дам дёру. Мысленно похвалив себя за сообразительность, я оглянулась на Ангела. Его лицо выражало глубокое раздумье, как на скульптуре Мыслителя. Интересно, ему-то о чем думать? Он и так всё знает и его не тревожат никакие заботы. Оставив его размышлять о законах мироздания, я взялась за засов. Со скрежетом он поддался довольно легко, в чем я опять заподозрила подвох и нахмурилась. Но на попятную идти было уже поздно и я с осторожностью потянула ручку двери на себя.

Конечно, всё не могло быть легко и просто, поэтому я ничего не увидела. Внутри было темно, это всё, что я заметила, просунув в дверь одну лишь голову на случай опасности. На самом деле мне действительно было страшно и я едва подавляла панику. А от страха у меня всегда трясутся руки. Теперь же, с ужасом думая о том, что мне нужно будет войти в эту темноту, чтобы хотя бы поискать выключатель, они заходили ходуном, и тошнота, которая слегка отступила, пока я шла, усилилась снова. Чтоб вы понимали, темноты я не боюсь, но вот незнакомое тёмное помещение крайне пугает. Я прижалась спиной к стене, часто дыша. Может, Ангел сжалиться надо мной и поможет? Он же помог мне там, в метро, хоть не делом, но словом. Однако, он, казалось, был вовсе не здесь, всё ещё продолжая отрешенно о чем-то думать. Может, он завис? Или у него сели батарейки и он так заряжается? Я старалась думать о чем угодно, лишь бы не о темной комнате. Так, ладно, соберись. Тебе все равно придется это сделать, уговаривала я себя. Это как поход к зубному врачу: когда боишься, но лечение неизбежно. Такое сравнение мне понравилось, я вздохнула, собираясь с духом, и тут мне пришла в голову идея подложить под дверь камень, чтобы она не закрылась: так будет хоть какой-то свет, пока я не найду выключатель. Радуясь своей гениальности, я схватила камень, коих тут, слава Богу, было хоть отбавляй, и снова открыла дверь. Камень пришелся в пору, дверь держал хорошо. Мне стало легче и я шагнула внутрь.

Пошарила рукой на стене справа и слева от входа, но ничего не обнаружила. Света от двери хватало едва ли до середины и я всё равно не видела, что там впереди. Крадучись, я дошла до того места, где свет заканчивался, готовая сорваться с места в любую секунду, повертела головой по сторонам, но снова безрезультатно. Где ж этот чертов выключатель? В это же мгновение со стороны открытой двери налетел сильный порыв ветра, хотя я готова поклясться, что пока я была снаружи, не было ни дуновения. Естественно, как в любом фильме ужасов, ветер с силой захлопнул дверь. Я в панике бросилась в сторону двери, но бесполезно, она не поддавалась. Мне стало так страшно, что я готова была умереть на месте. В горле стоял ком, на лбу выступили капли пота, я начала задыхаться от панической атаки, а сердце почти не чувствовала, в кровь, как наркотик, брызнул страх и разлился по всему организму. Я начала молиться, что со мной бывает крайне редко, но на войне все средства хороши. К тому же, Ангел остался снаружи, он же не даст мне погибнуть. Мне очень хотелось в это верить, но я уже приготовилась к худшему: разрыв сердца был мне обеспечен. В полнейшей тишине я услышала резкий щелчок пальцами, отчего стала еще ближе к смерти, и в то же мгновение свет сменил тьму.

Тусклая лампочка на потолке освещала помещение и доверия не внушала. Я усиленно моргала, чтобы ничего не пропустить, пытаясь сфокусировать взгляд. Когда мне это, наконец, удалось, я никого не обнаружила рядом, зато помещение произвело на меня впечатление. Снаружи сарай казался совсем обычным, не больше бани, а внутри оказалось просторное помещение с уходящим вглубь коридором. Я такое только в «Гарри Поттере» видела. Кто-то применил к сараю заклятие расширения? Хотя что я несу, это же всего лишь сказка. Правда, моя реальность тоже не сильно смахивала на настоящую. Это было совершенно пустое помещение с серым бетонным полом, местами с треснувшей плиткой и ободранными стенами, как будто здесь хотели сделать ремонт и бросили это занятие на середине. Отколотые куски стен валялись рядом, а выход в коридор обрамляла арка, тоже осыпавшаяся в разных местах. Однако, что странно, появление света не спасло меня от страха, он до сих пор пробирал до костей, аж коленки начали трястись. Не помню, чтобы мне когда-нибудь было настолько страшно. Мимо меня снова пронесся порыв ветра, что само по себе было подозрительным, так как окон тут не было, а дверь захлопнулась, и сквознякам взяться неоткуда. Тут я вспомнила, что такие же порывы были в тоннеле, когда я пробиралась к платформе. Всё понятно, духи. Опять эти мерзкие злобные существа намерены меня мучать. Страх сковывал мои конечности, но я же не могла стоять вечность на одном месте, нужно было выбираться отсюда. И лампочка начала мигать, еще не хватало остаться в полной темноте с этими тварями. А выход был только один – вперед в темный коридор.

Каждый шаг давался с трудом, потому что ноги почему-то меня не слушались и я прилагала огромные усилия, чтобы продолжать идти. Может, у меня инсульт? А что, вполне могло быть от такого чувства страха. Радовало хотя бы то, что коридор только казался темным, а по ходу моего движения включались лампочки. Кто, интересно, провел здесь систему сенсорного света? Стены были такие же обшарпанные, с облупившейся краской и трещинами. Я шла и шла и пока ничего страшного не происходило, отчего я даже слегка расслабилась. Однако, не могло быть всё так просто. В какой-то момент я дошла до развилки, разделяющей коридор направо и налево. Замечательно, этого мне как раз не хватало. Опять ни одной подсказки какой путь верный, а значит, снова нужно действовать наугад. Сердце бешено прыгало в груди и я слышала его стук в этой полной тишине. Так, раз я все равно не знаю, в какую сторону идти, будем слушать сердце. Оно у нас находится с левой стороны, значит, пойду налево. Моя логика была абсолютно лишена какого-либо смысла, но другого решения всё равно не было, а проблема с выбором остается. Свернув налево, я прошла всего несколько шагов, как снова оказалась перед такой же развилкой. Решив всегда поворачивать налево, я пошла в том же направлении. Кажется, это какой-то лабиринт. Час от часу не легче, отсюда можно никогда не выбраться. Тут я почувствовала толчок в спину и моя паника возросла до размеров Вселенной. Пребывая в диком ужасе, я обернулась, но никого не обнаружила. И ничего тоже, а то тут всякое может быть. Тогда я ускорила шаг, но вскоре снова почувствовала тоже самое и даже споткнулась. В голове мелькнула мысль «бежать!», я даже не стала оборачиваться и припустилась бегом, достаточно неплохо попетляв по лабиринту. Теперь я точно заблудилась и по-моему, вообще бегаю кругами, здесь всё выглядит одинаковым. Когда я набрела на что-то новенькое, а именно комнату с кучей какого-то старого, драного тряпья и разбросанного мусора, из этой кучи передо мной резко возникло нечто, издающее истошный вопль. От неожиданности я упала, больно ударившись локтем, а нечто расхохоталось. Состояние животного страха усилилось в его присутствии в миллиарды раз, и дышать стало тяжелее. Всё-таки я склоняюсь к версии с инсультом. Всё, что обычно показывают в фильмах ужасов, происходило со мной в реальности, какой бы она ни была. Подняться я уже не смогла, меня как будто что-то тяжелое придавило сверху, хотя ничего не было видно. Но давило так сильно, что я еле дышала. Может, какой-нибудь невидимый дух-сумо сидит на мне верхом? Меня снова обездвижили, прекрасно. При всём при этом чувство ужаса не проходило, мне бы сейчас не помешала помощь моего Ангела, и куда он снова запропастился?

–

Какие люди к нам нынче пожаловали, – услышала я противный голос. В панике я вертела головой в разные стороны, благо только ей могла шевелить, но никого не видела. – А ведь людей у нас не бывает, – продолжал голос. – Хотя ты мне очень хорошо знакома.

–

Кто ты? – хриплым от сдавленного дыхания голосом прошептала я.

–

Я твой друг, – последовал ответ, эхом отдаваясь от стен. Перед глазами началось какое-то мельтешение, я зажмурилась, а когда открыла их, снова увидела только неясные пляшущие тени: они отражалась в тусклом свете помещения на стенах и потолке, постоянно меняя форму и размер. Не знаю, сколько ужаса может выдержать человеческое сердце прежде, чем разорваться, мне казалось, что конец мой близок, потому что уже было физически больно от испытываемого страха. В этот момент я догадалась в какое Господство греха я попала. Ведь страх сопровождал меня с самого начала, как только я вошла внутрь сарая. Конечно, я и так трусиха и всего боюсь, но здесь страх, а точнее, ужас просто превысил все границы возможного. Определенно, это он. Только мне опять непонятно, почему страх – это грех.

–

Ты мне всегда нравилась – услышала я и сначала подумала, что это снова Момос. Я бешено вращала глазами, чтобы его увидеть. – С тобой я и мои братья всегда сыты и довольны, – и он навис надо мной: серебристый светящийся дым, медленно обретающий примерные очертания человека. Я увидела его блестящие красные глаза и потеряла сознание. А, может, у меня, наконец, остановилось сердце, не знаю.

Это как с пытками: до определенного момента человек может терпеть боль, а потом мозг отключает сознание. Ужас оказался сильнее меня.

ГЛАВА 9 Неверие

Меня всегда занимал вопрос, где пребывает человек, когда его сознание уходит? Или куда оно уходит? Почему оно вообще теряется? Вот потерять ключи это мне понятно как, а как потерять сознание? Может ли оно существовать вне нашего тела? Пока ясно только обратное – без сознания человек существовать не может. Философские вопросы без ответа. Хотя с медицинской точки зрения там всё ясно, однако, не даёт ответа на мой вопрос. Или вот еще: когда человек находится в коме – в каких мирах он бродит и где прячется его сознание? Или куда уходит наше сознание по ночам? Уверена, великие умы всему находят объяснение. Когда мой папа был в коме, он просто лежал с закрытыми глазами, как будто спал, но мы с ним разговаривали и в какой-то момент у него пошла слеза: возможно, он всё слышал, но сказать не мог. Мне же бывать без сознания еще не приходилось. Не знаю, где я его потеряла, как нашла и сколько прошло времени, пока я очнулась, но открыв глаза, я еще долго не могла сообразить, где нахожусь и почему не могу встать. Это как, знаете, прилег вздремнуть днем, а потом просыпаешься и не понимаешь какой сейчас год. Ощущение ужаса не прошло. Я вспомнила красные глаза и задергалась, пытаясь сбросить с себя невидимый груз.

–

Помогите, – прохрипела я.

–

А ты забавная, – опять прозвучал тот же голос, внушавший ужас. – Я бы с радостью помог, но по поводу радости – это не ко мне, – и он зловеще захохотал. Этот гад летал где-то вокруг меня.

–

Отпусти меня, – попросила я, не надеясь на положительный ответ.

–

Не могу, дорогуша. Ты мне нравишься. И потом, кто же отпускает свою еду, – снова смех. Тут он появился в поле моего зрения, заставляя сердце биться быстрее обычного. – Рад, что ты заглянула к нам на огонёк, – облизнулся он.

–

Кто ты?

–

Я Фрайк, король Ужаса и Паники, – пропел он. Ясно, вот почему так страшно. – Поболтаем?

–

Мне не очень удобно болтать, когда на меня давят, – я почти сохранила чувство юмора.

–

О, да брось, ты же всегда справлялась с этим.

Кажется, я снова наступила на те же грабли. Хотя, это для меня в порядке вещей, я ничему не учусь на своих ошибках.

–

И кто на тебя давит? Я никого не вижу, – издевался дух, крутя головой в разные стороны.

–

Я знаю, что это твои проделки.

–

Знаешь, это как-то даже невежливо с твоей стороны так себя вести в гостях.

–

А я в гости не просилась, – парировала я. – Я здесь не по своей воле.

–

И это твоя первая ошибка, – радостно произнес Фрайк. – Ничто не происходит против воли человека.

Тут он меня подловил, конечно. Ответить было нечего.

–

Я же сказал, что я твой друг, и всячески работаю над сохранением наших отношений, также, как и ты: ты же без меня жить не можешь, признайся. И без моих братьев, устроивших это представление.

–

Каких еще братьев?

–

Да ты с ними знакома. Один их них, кстати, не даёт тебе встать, хотя по сути, виноват в этом вовсе не он… – расфилософствовался Фрайк. – А второй тоже здесь, он нигде и повсюду одновременно. Между вами очень нежная дружба.

Снова послышался мерзкий смех, разнесшийся по всей комнате, налетели порывы ветра, закружив в вихре мусор, а лампочка на потолке начала неистово мигать и издавать треск. Страх накатывал волнами, отчего жутко тошнило.

–

Фобос и Деймос – правители Страха, – радостно провозгласил Фрайк, как будто объявлял выход короля и королевы. Кажется, у меня онемели конечности. Господи, дай мне сил не умереть от страха, начала я молиться. Мою молитву прервал взрыв хохота и я увидела уже троих духов: справа от Фрайка парил сероватый Деймос, а слева красноватый Фобос. Спросите, как я их отличила? Ну, до этого момента я знала эти названия только как спутники Марса. Эти двое вращались вокруг Фрайка, как вокруг Марса.

–

А ты думала, почему на Марсе нет жизни? Потому что там побывали мы, – хохотнул Фобос и Деймос его поддержал: – И все умерли от страха, – новый взрыв хохота.

–

Рада за вас, ребята, но причем тут я?

–

Как причем, мы же одно целое! Вспомни, как тебе живется с нами, мы – твои постоянные спутники, а ты – наша планета.

Кажется, я начала соображать. Страхи запудрили мне мозги, но их метафору я уловила: то есть, они – Страхи – вращаются вокруг меня. Фрайк сказал, что держит меня один из них, значит, я придавлена к земле своими страхами. Я аж почувствовал прилив энергии от своей догадливости, правда, ощущение страха не прошло и я понятия не имела, как себе помочь.

–

Твоя проницательность нам не на руку, мы не хотим тебя терять, – заявил Фрайк.

–

А я не хочу больше бояться, – сказала я, трясясь от страха.

–

Интересно будет на это посмотреть, – хохотнул Деймос.

–

Да брось, мы тебе нужны и без нас ты протянешь ноги, – Фрайк как будто меня уговаривал. – Вспомни, как нам весело вместе. Мы целый день играем с тобой, ты придумываешь всё новые игры.

–

Да, особенно мне нравится игра в ничтожество и бесполезность, – мечтательно закрыл глаза Фобос.

–

А еще эта, когда ты боишься быть одна или когда боишься высказать то, что тебе не нравится, – облизнулся Деймос. – Я испытываю настоящее наслаждение, когда пробую на вкус твои переживания, они необычайно сладки.

–

А этот пьянящий аромат от страха быть осмеянной? – поддержал Фрайк. – И это головокружительное ощущение ужаса от людей мужского пола, – закатил он свои красные глаза. – Поиграем?

–

Хватит! – только и сказала я, впрочем, не слишком уверенно.

–

Вспомни, ни один твой день не обходится без нашей дружбы – это самое прекрасное, что случалось у тебя в жизни.

–

Я не считаю прекрасным пугать людей.

–

Да кто их пугает? – снова захохотал Фобос. – Эти людишки пугают себя сами, потому что они настолько жалкие, что больше ничего не умеют. Вот ты, например. Да ты ж ходячий страх и ни на что больше не способна.

Это начинало меня злить. Опять эти насмешки и указание на мою несовершенность. Если уж на то пошло, то совершенных людей не бывает. Благодаря тому, что я хорошенько поработала над обидами, меня уже не задевали их слова, а только злил тот факт, что какие-то духи могут себе такое позволить.

–

Знаете что! – возмутилась я, правда, нижняя губа подрагивала, потому что я не привыкла защищать себя. – Вы сами жалкие, потому что кроме страха ничего не умеете делать. Такой себе повод для гордости.

Кажется, мне тоже удалось их разозлить. Духи закружились надо мной, оглушительно смеясь. Я даже не могла закрыть уши руками, они тоже не двигались. Нужно было срочно как-то спасать положение. В прошлый раз я смогла избавиться от шипов Нейкоса только после того, как освободилась внутри, когда поняла, что не хочу так страдать от боли. Видимо, в этот раз одного желания недостаточно. Думаем дальше. Мои страхи придавливают меня к земле и не дают двигаться, значит, и по жизни у меня такая же история, когда именно из-за страхов я не могла двигаться дальше, оставаясь на одном месте и не развиваясь. Причем, эти страхи всегда меня тормозили по любому поводу, хватит пальцев одной руки посчитать чего я не боюсь. Это ужасно. Если обиды наносят такой вред и причиняют такую боль, то страхи ничем не отличаются и приносят те же страдания, которые выбрала я сама. Иногда этому способствовали чужие слова о том, что меня ждет неудача или будут такие-то последствия, и я даже не пробовала этого сделать, ведь мне сказали туда не ходить. А ведь это их видение, не моё. Я просто всю жизнь была ведомой и не проверяла ничего на своем опыте, доверившись чужому. А иногда наоборот, я что-то делала и если выходило как-то не очень, в следующий раз уже знала, что так делать не нужно, однако, одна неудача или ошибка не говорят о том, что так будет всегда.

Пока я рассуждала сама с собой, духи почувствовали, что их добыча ускользает, и пошли в атаку. Каждый по очереди норовил ударить побольнее. Ударить здесь в переносном смысле, ведь они не могли причинить мне боль физически, так как у них нет тел. Но душевная боль гораздо тяжелее физической. Хоть моя душенька и отсутствовала на данный момент, я все равно все чувствовала очень живо. Они жалили меня, подобно змеям: невидима плита сверху утяжелилась, придавливая меня к земле, Фобос хотел удержать меня всеми силами. Фрайк нагонял ужаса и паники в своей манере, что мне пришлось испытать все спектры страха, извиваясь как уж на сковородке – в груди появилось ощущение скованности и комка сильного напряжения, чувство паники, что сейчас должно случиться что-то страшное вызвало учащенный стук сердца, который я чувствовала где-то в горле, а дыхания не хватало. Деймос же залез мне в голову, фигурально выражаясь, теребя моё миндалевидное тело, отвечающее у человека за эмоции страха. Попросту говоря, он вызывал в моей памяти все ситуации, когда я испытывала страх, а это почти всегда, и в моей голове крутился калейдоскоп картинок из моих страхов. Причем, это были не просто картинки, а я как будто переживала их заново, ощущая те же эмоции повторно. Получалось, что в этот момент я испытывала реальный страх вдобавок к мысленному, это была просто пытка, которую я хотела прекратить. Сделать это я могла только сама, иначе погибну тут в расцвете лет. Но как с ними бороться? Их трое, а я одна, и они полностью владеют моим телом и моим сознанием. Так, и почему опять кто-то владеет мной? Я что, вещь? Я принадлежу себе, значит, управлять своим телом и своим сознанием могу только я. Я сама себе хозяйка и только я буду решать, что мне делать. Я выбираю не страдать и не бояться. Я больше не хочу жить в страхе! Последняя фраза вылилась в крик отчаянья попытки что-либо предпринять. Я издала звериный рёв и на удивление это сработало: в один миг мне стало легче дышать, давление сверху спало и чувства страха и ужаса отступили. Одновременно с этим послышался страшный грохот и я увидела, как впереди обрушилась стена, окутав слоем пыли всё помещение. Я, совершенно обессилев после схватки с демонами, продолжала валяться на полу, кашляя и приходя в себя, наслаждалась свободой, которую ощутила. Было так прекрасно не испытывать боль, тяжесть и страх. Не думаю, что на этом всё закончилось и духи наверняка где-то поблизости готовят очередную пакость, но мне уже было гораздо легче. Я с трудом поднялась наполовину, чтобы оглядеться: в воздухе кружилась и оседала пыль от обрушения стены, позади меня куда-то делся проход, откуда я пришла, а впереди был завал из огромных камней, которые загораживали выход. Отлично, избавилась от одной проблемы, как сразу появилась другая. Кажется, я тут буду погребена заживо. В изнеможении я опустилась обратно, не представляя, что делать дальше, я уже исчерпала весь запас помощи себе на сегодня. Тут я вспомнила об Ангеле, сейчас бы мне он очень пригодился.

И словно в ответ на мои молитвы яркий белый свет возвестил о его приходе, я прикрыла глаза руками, чтобы не ослепнуть. В груди забрезжила надежда, что я всё-таки еще поживу. Кстати, маленький спойлер. Если вы подумали, что Ангел теперь будет со мной неотлучно, то вы сильно ошибаетесь. Просто читайте дальше.

–

Пришел как только смог, – поприветствовал он меня. – После того, как ты смогла ослабить защиту духов. Ты молодец, справилась самостоятельно.

–

Сама в шоке, – охрипшим голосом произнесла я.

–

Тут ничего удивительного, я же говорил, что ты всё можешь, – заметил Ангел.

–

Я начинаю в это верить.

–

Вера – залог всего, – изрек мудрец. – Однако, одной веры будет мало, пока ты не избавишься окончательно от цепей на твоей шее.

Я округлила глаза, снова почувствовав приближение страха, и потрогала себя за шею. Там не было никакой цепи. Ангел вздохнул:

–

Я говорю метафорами.

–

Когда-нибудь я научусь их понимать, – с облегчением выдохнула я, растирая затекшие руки и ноги. Я до сих пор сидела, ожидая, когда ко мне вернуться силы, чтобы встать.

–

Зато ты научилась думать самостоятельно и помогать себе.

–

Ну, еще учусь на самом деле, это не так просто.

–

Это просто, когда так живешь постоянно. Нужно делать над собой усилие, чтобы думать по-другому, а не как обычно, чтобы поступать не по-старому, а по-новому. Если так пойдет дальше, то стоит верить, что ты справишься со всеми испытаниями и выберешься отсюда.

–

Я уже вымоталась на втором, а сколько их ещё впереди?

–

Не могу знать, – взмахнул крыльями Ангел и дотронулся до моей головы, как тогда, исцеляя меня от ран, нанесенных шипами. Сейчас у меня ран не было, но у меня ушли все силы на борьбу, я ослабла и не могла никак встать, а Ангел своим прикосновением поставил меня на ноги в буквальном смысле этого слова. Я смогла подняться, повертела руками в разные стороны и несколько раз присела, разминаясь.

–

Отлично, я как новенькая! Спасибо!

–

Теперь тебе нужно разобраться со своими страхами. Ты уже поняла главное – что страхи придавливают тебя, не давая двигаться вперед. Однако, одолев силу демонов, ты приняла решение перестать бояться. Это отличный скачок вперед, но одного решения будет мало. Как ты можешь видеть, отсюда нет выхода, поэтому тебе нужно подумать, как его найти.

–

Опять эти головоломки, – проворчала я, оглядываясь. Со всех сторон были сплошные стены, я постучала по ним для верности, но потайного прохода не обнаружила, если только где-нибудь не спрятан рычаг. Затем я подошла к обвалившейся стене. Гора камней, как мне показалось, как раз загораживала выход, но это были большие булыжники, нужно много сил, чтобы их сдвинуть, а у меня все силы ушли на борьбу с демонами. Я попробовала передвинуть один камень, но ничего не вышло. Однако, это определенно был выход,

там

за обвалом виднелся проход. Похоже, что мне придется как-то его разобрать.

–

А почему страх – это грех? – спросила я, пока думала над создавшимся положением. – Мне всегда казалось, что это естественное состояние человека.

–

Страх – это недоверие Богу, – кратко ответил Ангел, что я аж застыла на месте. – Это наказание за то, что ты не веришь в Бога, в его любовь и заботу о тебе.

–

Ого, – только и смогла произнести я.

–

К тому же все страхи человека просто надуманы. Это следствие негативного опыта прошлого

и иногда страхи становятся настолько огромными, что парализуют человека. И задача не избавиться от страхов, потому что они будут всегда, это неизбежно, а сделать эти страхи меньше, чем они есть.

–

Я вот боюсь высоты и глубины.

–

А это, как ты выразилась, естественные страхи. Потому что они являются инстинктом самосохранения человека, без них он бы не ценил жизнь и не знал бы, что она может оборваться в любой момент. Но с другой стороны, и эти страхи тоже в какой-то степени невера ни в себя, ни в Господа. Вспомни, как Иисус ходил по воде и когда апостол Пётр захотел также, сказал ему:

«Иди». Пётр пошел по воде, поверив, что он так может, но при первом же сильном ветре испугался, начал тонуть и кричать «Господи, спаси меня». А Иисус сказал: «Зачем ты усомнился, маловерный?». (Матфей, 14:31)

–

Так может каждый человек? – с придыханием спросила я.

–

Поверить? Конечно. Я же говорю, всё зависит от человека и его веры.

«Истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» (Матфей, 17:20)

–

Вот это да! Я бы хотела иметь такую сильную веру, – почесала я в затылке, глядя на гору камней. Как бы мне так поверить, чтобы они сами исчезли?

–

Где есть корысть и выгода – нет места вере, – ответил Ангел на мой мысленный вопрос. Час от часу не легче. – Обуздай свои страхи. Ты же поняла, что это только продукт твоих мыслей. Ты сильнее страха.

Я сильнее страха, повторила я мысленно. Хорошо звучит, мне нравится. Только я не понимаю его намеков. Как продукт моих мыслей связан с выходом отсюда, если мне нужно разобрать этот завал? Я переводила взгляд с одного камня на другой, ожидая озарения. Попробую еще раз. Я ухватилась за ближайший булыжник и потянула его на себя. Он слегка поддался, но снова замер. Так я далеко не продвинусь.

–

Вспомни, чего ты боишься, – эхом раздался голос Ангела. – Точнее, вспомни, какие страхи ты себе напридумывала.

Я постаралась сосредоточиться на своих ощущениях. Ну со страхами высоты и глубины мы разобрались, я просто не лазаю по крышам, не катаюсь на каруселях и плаваю возле берега. А вот остальные так просто и не вспомнишь сразу.

–

Страх насекомых подойдет? – спросила я у Ангела. Он как-то недоумённо на меня посмотрел, будто не понимая что еще эти странные люди придумают себе для развлечения, коснулся моего лба своей божьей дланью и я оказалась в своем парализующем страхе, потому что вокруг меня появились, по-моему, все насекомые мира. Боясь даже дышать, я наблюдала широко открытыми глазами, как вокруг ползают жуки и тараканы разных размеров, пчёлы, осы, божьи коровки и богомолы. Тут даже были червяки и пауки, хотя они и не имеют отношения к насекомым. Ещё почему-то лягушки. Каждый издавал свои разные звуки и в этой какофонии я снова пыталась не умереть, крепко зажмурившись. Я просто до ужаса боюсь этих всех мелких тварей. Когда я их вижу, у меня перехватывает дыхание и появляется дикий ужас в районе грудной клетки. Причем, я осознаю, что они во много раз меньше меня и это им нужно меня бояться, однако, это не утешает. К тому же, некоторым насекомым вообще все равно, кто перед ними, они могут доставить немало хлопот. Например, богомол. Он так смотрит, будто всё понимает и готовится напасть. А огромные тараканы и червяки? Это же вообще мерзость. Они вызывают отвращение. Хотя в детстве я с удовольствием развлекалась с червяками в руках, трогала лягушек и гусениц, ловила тараканов руками и мне было всё нипочём. Почему-то потом пришел страх. Даже самый маленький паук вызывает у меня выброс адреналина и мозг сигнализирует спасаться. Ладно бы все они были такие же приятные, как бабочки и божьи коровки. Хотя последняя является хищником, но, согласитесь, такой милый хищник не вызывает тревоги. Сейчас я оказалась просто в гуще своего страха и состояние ужаса вернулось ко мне с новой силой. Я стала скакать с одной ноги на другую, потому что они ползали уже по моим кроссовкам, и честно говоря, еле сдерживала крик. Зачем Ангел так жестоко пошутил надо мной? Или это часть испытания, пройдя которое, я перестану бояться насекомых? Тогда у него ничего не выйдет, это же невозможно, они такие противные!

–

Присмотрись к ним, – услышала я его голос откуда-то издалека, но его самого не видела. – У них своя жизнь и у каждой букашки своё предназначение, им нет до тебя никакого дела.

Я глубоко вздохнула и заставила себя оглядеться еще раз. Действительно, никто не собирался на меня нападать, все были заняты своими делами, ползая и передвигаясь в разных направлениях. Однако, это не уменьшило моего отвращения.

–

Это

тоже Божьи твари, как и люди, – снова произнес голос Ангела. Интересное сравнение. – Ты же людей не боишься? – Это как посмотреть. – Ты же не пугаешься каждого человека, который проходит мимо, – уточнил он. – Эти существа гораздо менее опаснее людей, их не стоит так бояться. Ты можешь испытывать к ним отвращение, как и к некоторым людям, но они не хотят причинить тебе вреда, как ты можешь заметить, они довольно безобидны и меньше тебя в десятки раз. Их тоже создал Господь.

Я почувствовала прикосновение руки Ангела и, открыв глаза, оказалась в том же помещении перед грудой камней. Облегчённо выдохнув, я подумала, что так гораздо лучше.

–

Этот страх приобретенный, – сказал Ангел. – Как и все другие. Хочешь открою секрет?

–

Конечно!

–

Вспомни, что говорила твоя

мама

про высоту?

–

Ну, – напряглась я, вспоминая. – Она её жутко боялась, говорила, что это очень страшно, не каталась с нами на колесе обозрения, например. И вообще говорила про аттракционы, что это всё страсть Господня. Вряд ли это означало что-то хорошее. Даже поначалу боялась смотреть из окна десятого этажа нашего дома. А я в детстве не боялась высоты, мы прыгали с качелей, с крыш гаражей, с деревьев, с лестниц, да отовсюду. Мама, правда, об этом не знала.

–

Все дети изначально чисты, как белый лист, пока их не научат боятся или обижаться.

–

Ты хочешь сказать, что я переняла этот страх от мамы? – ужаснулась я.

–

Именно так. Ты переняла её страх и научилась бояться высоты, тогда как изначально в тебе этого не было. Мать охарактеризовала свой страх высоты, а ты приняла это на веру, что так и есть на самом деле.

–

Жутко, – высказалась я. – Думаю, так и есть. До семи лет я была абсолютно свободным и бесстрашным ребенком, а потом мама взялась за моё воспитание.

–

Это главная ошибка родителей – навязывание детям своих страхов. Нужно дать им получить свой опыт. Теперь вспомни, что она говорила про страх глубины?

–

Хм, здесь та же самая история. Я всегда любила воду и никогда её не боялась. Но мама как-то рассказала мне историю, как её пытались учить плавать, выбросив на середине реки, и она пошла ко дну. С тех пор она стала бояться воды, никогда не купалась и рассказывала, как это ужасно

и как сильно она ненавидит плавать.

–

Итог? – спросил Ангел учительским тоном. – Ты снова переняла её страх глубины, тогда как тебя не выбрасывали на середине реки.

–

Ну хотя бы я могу плавать возле берега и не бояться воды, – обрадовалась я.

–

Это чудесно, – отреагировал Ангел. – Но не нужно так впечатляться и быть зависимой от чужих мнений и восприятий. Это сильно портит тебе качество жизни. Нужно опираться только на собственный впечатления.

–

Я никогда не задумывалась об этом…

–

Потому что люди невежды, – от кого-то я уже слышала это выражение. – Теперь проследи за своим страхом насекомых, ты всё поймешь сама.

–

Тут и думать нечего: я же не боялась их никогда, пока мама не показала своё отношение к ним, а я его переняла. Но почему так происходит?

–

Детям неоткуда брать опыт, кроме как от родителей, которые являются для них божествами

. Только не надо думать, что

они

виноват

ы

в твоих страхах. Он

и

просто рассказыва

ют

о своих чувствах и эмоциях

, им даже не нужно

заставля

ть

тебя чувствовать тоже самое:

ребенок всё впитывает как губка, потому что считает это единственно правильным.

–

Грустно, – вздохнула я, сознавая весь масштаб того, что сотворила с собой. – Перенять это так просто, а избавиться не так легко.

–

Нужно просто понять, что это не твои страхи, – сказал Ангел, как будто бы это было также просто, как сходить за хлебом. – Ты научишься со временем, – успокоил меня он. – Если будешь помнить об этом и делать над собой усилие думать и поступать по-другому.

–

Буду стараться, – пообещала я.

–

Этому важно научиться, потому что страхи тормозят твоё развитие. Страх – это колесница, в которой человек движется к смерти.

У меня побежали мурашки от этих слов. Надо же, как точно сказано.

–

Два крепких ярма связывают волю человека – страх и неверие, – продолжал Ангел. – Это слова

Иисуса

. Он говорил:

«цепи, которые приковывают тела людей к земле, выкованы в воображаемой кузнице, сделаны из воздуха и спаяны иллюзорным огнем»

(Евангелие эпохи Водолея, часть XI, жизнь и деяния Иисуса в Египте, 52:8)

–

Мощно, – только и смогла произнести я. Как человеку возможно такое осознать без Божьей помощи? Ведь почти все так живут, смертельно боясь нового и не воплощая в жизнь свои идеи, парализованные выдуманными страхами. Тогда как ключ от этих цепей есть у каждого.

–

Ты права, – грустно заметил Ангел. – Божьи дети этого не осознают, и, к сожалению, впустую тратят свою жизнь. Но у нас нет задачи спасти всех, человек только сам может помочь себе и спасти.

«Много званных, но мало избранных»

(Евангелие от Луки 1

4:24).

Тебе выпал шанс себя спасти. Осталось разобраться с другими твоими страхами.

ГЛАВА 10 Страх

А я уже и забыла для чего мы тут собрались. Однако, я ведь так и не придумала, как открыть проход.

–

Попробуем еще раз, – вклинился мой друг. – Вспомни, какие страхи ты себе напридумывала.

Мне, как назло, ничего в голову не приходило. Опять что ли вспоминать мамины советы, которые я восприняла как истину? Это удивительно, на самом деле. Вот, например, она никогда не говорила, что боится темноты, по итогу и я к ней отношусь спокойно. Конечно, это не значит, что со всеми так происходит, у некоторых страх возникает после какой-то стрессовой ситуации или пережитого опыта. У всех всё индивидуально. Я вот в детстве не боялась собак, дружила со всеми бездомными псинами на улице и с радостной улыбкой лезла обниматься ко всем незнакомым животным. Пока в десятилетнем возрасте меня не укусил соседский коккер. Было не больно, однако, травма осталась и с тех пор я стала бояться собак. Правда, это зависит от ситуации, по большей части, если проанализировать, пугают только агрессивные животные. Что еще? Тут-то все мои страхи и полезли наружу, посыпались как горошины, которые только успевай ловить. Аж в боку закололо, как от быстрого бега, хотя я стояла на месте. Они закружились вокруг меня, словно воплотившись в реальность. Снова подступили беспокойство и тревога, я схватилась за голову, пытаясь унять головокружение. Такое состояние обычно бывает в режиме реального времени, когда я пугаюсь и пячусь назад в свой домик, и я не знала как с этим бороться.

–

Бороться не нужно, – прозвучал где-то рядом голос Ангела. – Нужно понять.

Ну вот, опять. Легко сказать, а сделать трудно.

–

Нет ничего невозможного, – снова Ангел. – Границы и трудности только в твоей голове.

В этот момент я поняла, что опять жду инструкций и помощи извне, не попытавшись помочь себе самой. Я не знала, как это делается и ждала подсказок. Говорят, что от навязчивых мыслей помогает физическая работа. Что ж, попробуем. И я с особым рвением ухватилась за камень. К моему удивлению, он сдвинулся с места, правда, этого было недостаточно, его нужно было убрать полностью, чтобы подступиться к следующему. Я предприняла еще одну попытку поднять камень, ощутив в этот момент новый прилив страха. Это была как вспышка в мозгу, вернувшая меня на несколько лет назад. Я отпустила камень и застыла на месте, вспоминая. Я увидела себя ребенком восьми или девяти лет, испытывающим неимоверное чувство страха и тревоги за маму, которая не приходила домой с работы в назначенное время. У меня начиналась истерика, я задыхалась от слез, представляя в голове картины одну страшнее другой, с ужасом думая, что мама больше не вернется и с ней что-то случилось. Я начинала обзванивать всех знакомых, чтобы узнать не появлялась ли она у них. Если никто её не видел, я выходила искать её на улице. В конце концов, мама всегда возвращалась, заставая меня в слезах и соплях, и оказывалось, что она просто по дороге заходила в магазин или встретила знакомую и остановилась с ней поболтать, поэтому и задержалась. Я же за это время испытывала все муки ужаса и огромный страх потери. Так, однажды, она оставила меня стоять на рынке с полными пакетами продуктов, чтобы сходить докупить то, что забыла. И ушла. Я постояла спокойно от силы минут пять, на большее меня не хватило, и начала громко рыдать, подумав, что она меня бросила. Ужасно неприятные ощущения, скажу я вам. Я дико боялась потерять её. Иногда, когда мама спала, я даже проверяла дышит ли она. Возможно, так у всех детей в детстве, я не знаю, но моя старшая сестра, например, ни разу не волновалась, что мама задерживается. Так вот, ухватившись за камень, этот страх потери как будто снова придавил меня к земле и я даже опустилась на колени. Он воплотился во мне с новой силой и я вспомнила, что он был со мной на протяжении всей жизни, когда с мамы переходил, как эстафетная палочка, на других близких мне людей – я всю жизнь боялась потерять того, кого любила. Но так получалось, что все эти люди так или иначе со временем всё равно уходили из моей жизни. Я считала в этом виноватой себя, поэтому страх потери только усиливался. Факт того, что они уходили, безусловно, причинял мне боль, однако, вот же я – целая и невредимая. На меня и мою жизнь это никак не повлияло, я не умерла. На счет последнего не совсем уверена в данный момент, но всё же жизнь продолжилась как-то и без них. Так чего, спрашивается, я боялась? Зачем я перенесла этот детский страх во взрослую жизнь, докрутив и дополнив его в своей голове всякими выдуманными фактами? В детстве понятное дело, я боялась потерять маму, потому что для детей мать – божество, и без нее я не представляла своей жизни, с учетом того факта, что не так давно я потеряла папу, хоть и не ощущала никакой потери. Но во взрослом возрасте человек вполне самостоятельный и может спокойно прожить и без других людей. Пораженная этим откровением, я с легкостью сдвинула камень, как пушинку.

–

У тебя прекрасно получается! – оценил Ангел. – Если так пойдет дальше, то скоро ты выберешься отсюда.

–

Я боюсь потерять людей, – озвучила я.

–

Поправка: ты

решила

, что боишься потерять людей. Это очень мешает дальнейшему продвижению по жизни, если так цепляться за людей. Притом, что они-то жили своей жизнью, а ты стояла на месте, пока смотрела на них, как на Богов. Все люди Боги, конечно, в своем мире, но для себя, а не для других. Человек создан очень приспособленным, он может приноровиться к любым условиям жизни и на самом деле для этого ему никто не нужен. Самое главное в жизни – это не потерять себя. Другие люди всего лишь преходящи, одни уходят, другие приходят, это твои уроки, но ты всегда остаёшься.

–

Кажется, себя-то я как раз и потеряла, – промямлила я.

–

Это совсем неудивительно, ведь ты же была занята мыслями как не потерять других, совсем не думая о себе. Но открою тебе тайну, которая вовсе таковой не является: ты живешь только для себя и для того, чтобы быть счастливой и свободной не нужны другие люди. Ты пришла в мир одна и уйдешь ты одна, сколько бы людей вокруг тебя не было.

Эти слова так меня поразили, что я разревелась. Очевидная правда жизни дала мне удар под дых, окончательно выбив из колеи.

–

И скажу тебе больше, – продолжал Ангел, как будто не замечая моего морального состояния, – человек вполне может выжить один, если у него достаточно веры в себя. Твоё счастье не должно зависеть от других людей. То, что у вас на земле заведено кого-то себе заводить, как собачку, еще не означает сделаться счастливым. Все эти ваши «нужно иметь друзей», «нужно иметь жену/мужа» всего лишь общие правила, навязанные системой, они не имеют ничего общего со свободой или счастьем, а только препятствуют им. И потом, как можно потерять человека? Он же не ключи.

Я в остервенении схватилась за другой камень.

– Я боюсь остаться одна! – крикнула я, сдвигая его.

–

В одиночестве нет ничего ужасного, – спокойно заметил Ангел. – Это не то одиночество, о котором все начитались в книжках и насмотрелись в фильмах, чего только люди не придумают! – возмутился он. – Одиночество даёт возможность познать себя, не отвлекаясь на других, ведь в познании себя и заключается тот смысл, который был заложен

Творцом

в людях изначально, пока они не погрязли в своих желаниях плоти. Ведь всё, что ты знаешь о себе – это же не ты и твоё мнение, а лишь мнение других о тебе, о котором мы уже говорили. А ведь никто другой не может знать тебя лучше тебя самой. Когда ты одна, ты сохраняешь кучу божественной энергии, не тратишь её попусту и спокойно проходишь свои уроки. Уединение – лучшая услада для души. Тебе же наверняка знакомо выражение о том, что даже в компании человек может чувствовать себя одиноким? – Я кивнула, продолжая глотать слёзы. – Потому что одиночество – это дар, доступный не каждому, и это не отсутствие людей вокруг, а возможность не перемалывать пустые разговоры, не несущие для тебя никакой пользы. Не зря же многие мудрецы и философы по большей части жили одни, да еще где-нибудь вдали от людей, изредка выходя с ними на связь. Поэтому они и мудрецы, позволившие себе роскошь одиночества, им было хорошо наедине с собой и своими помыслами. И это абсолютно не значило, что их никто не любил, а даже наоборот, – их боготворили. Когда в твоей душе спокойствие и любовь, когда ты понимаешь как устроен мир, наедине с собой ты никогда не одинока – у тебя есть ты. Только почему-то ты никогда не обращала на себя внимание, тебе было себя недостаточно.

Как объять необъятное? Все эти слова не осмыслить и за всю жизнь.

–

Этого и не нужно, – мягко ответил Ангел. – Достаточно всего лишь поразмыслить и посмотреть на своё одиночество и страх с другой стороны. И постепенно всё само уляжется в голове.

–

Это просто поразительно, – всё, что я смогла ответить. – Никогда не рассматривала одиночество с такой стороны, всегда считала себя самой несчастной в этом плане, потому что постоянно была одна и меня все бросали. И очень страдала от того, что я одна, считая это самой ужасной участью на свете. Ведь действительно, отовсюду нам твердят, что быть одиноким – плохо, что обязательно кто-то должен быть. И я правда думала, что от этого зависит моё счастье. Ведь опять же – везде эти счастливые парочки с их разговорами о том, как он или она сделали друг друга счастливым. Я так хотела замуж, так мечтала о принце на белом коне, чтобы и я тоже почувствовала себя счастливой.

–

Сказки и фантазии безумных невежд, – фыркнул Ангел. – Выйти замуж не равно стать счастливой. По своему незнанию люди придумали это и внушают своим детям сызмальства. Если внутри ты несчастна, то не может быть счастья и внешнего.

–

У меня перед глазами есть наглядные примеры, – сразу вспомнила я. – Как мама вышла замуж и не стала от этого счастливей, а потом и вовсе поставила на себе крест и я видела, какой одинокой и несчастной она была. Это тоже на меня повлияло. А потом и сестра вышла замуж, но особого счастья я у нее не видела. Разве может быть счастье с пьющим мужем и вечными ссорами?

–

Конечно, нет. Не такие браки имел в виду Господь, создавая мужчину и женщину. Поэтому стоит просто уяснить, что одиночество – это не наказание Божье – а мне известно, что ты так и думала. Это не означает, что ты плохая, что ты тоже крутила в голове. Если ты в ком-то нуждаешься и тебе одиноко – вот это уже плохой знак, тогда

желательно

бы понять чего тебе не хвата

ет и зачем ты хочешь закрыть этот дефицит другим человеком.

Одиночество же, когда тебе достаточно

себя, когда ты внутри цельная и все, что тебе нужно есть у тебя внутри, где так интересно, что не хочется выходить наружу – целительное одиночество. Оно

означает, что ты сама по себе. Сама несешь ответственность за свою жизнь, сама принимаешь решения. Этого-то ты и боялась больше всего.

–

Да уж, – согласно кивнула я головой. – С принятием решений и ответственностью у меня тоже проблемы. Я всячески этого избегаю и боюсь, – схватилась я за следующий камень.

–

А ведь это единственное, что нужно сделать – взять ответственность за свою жизнь. Это не значит переехать в другой город или жить одной, пойти на работу, самостоятельно платить за себя и оплачивать все эти ваши счета. Ответственность за себя – это понимать, что всему происходящему в твоей жизни причина ты, а не другие люди. А значит, и ответственность за твои действия и мысли только на тебе. Ты создаешь сама все события и людей в своей жизни. С принятием решений сразу станет легче, когда ты поймешь, что никто за тебя ничего не должен решать, а всё зависит только от тебя. И если результаты твоих решений тебе не понравится, это не будет означать, что они были неправильные, это всего лишь значит, что ты получила опыт и в следующий раз уже поступишь по-другому.

–

Ага, а тут поджидает мой другой страх, – они как-то все разом открылись мне, что я будто со стороны их видела: стоят рядком и ждут своей очереди. – Я боялась брать на себя ответственность и принимать решения, потому что боялась наказания. Ну, знаешь, когда ребенок поступает как-то не так по мнению родителей, они его наказывают и доказывают, что только их мнение было правильным – «Я же тебе говорила» – твердят они. Ты поступила плохо, будешь стоять в углу. И ты начинаешь верить, что всё делаешь неправильно. Теперь и во взрослой жизни я всё еще боюсь сделать что-то неправильно, потому что как будто подсознательно жду наказания. В угол уже не поставят, конечно, но будет что-то другое.

–

Это ошибки родителей по их глупости и незнанию! – воскликнул Ангел. – Но родители такие же обычные люди. Прошлое уже никак не исправить, но сейчас-то ты должна понимать, что мнение родителей – это не истина. Что у тебя может быть своё виденье происходящего, которое не совпадает с их, и это нормально. В этом мире нет ничего «правильного» и «неправильного», люди сами придают значение всему происходящему и дают оценку. Бог доверил человеческим людям рождать жизнь, доверил младенцев, которые с рождения находятся в Царствие Божьем и имеют в несколько раз больше того, что превосходит все накопленные знания и сокровища взрослых. Но люди – Боже! Прости их, они не ведают, что творят. Они ломают маленькое божество, потому что сами бояться. Бояться показаться слабыми перед детьми, незнающими, унизиться. И ведь оправдывают это благими побуждениями. Так как же ты, дитя, такое же дитя Бога, как и все остальные, можешь верить не в Создателя, а в пустые погремушки людей, временно исполняющих роль родителей? – гневно посмотрел на меня он, что захотелось провалиться сквозь землю от стыда, поэтому я занялась следующим камнем, отодвигая его в сторону. Ну хотя бы с четырьмя камнями мне удалось разобраться.

–

Я поняла, – отозвалась я, немного подумав в тишине. – Нельзя позволять себе зависеть от чужого мнения, чьё бы оно ни было, нужно полагаться только на себя. Сколько людей – столько и мнений, есть у нас такая пословица.

–

Совершенно верно, – кивнул Ангел.

–

И ведь опять же получается, что я сама в это верила и мне даже ни разу не пришло в голову усомниться в авторитетном мнении мамы. Да и вообще всех остальных тоже, я просто следовала за ними, как овечка на привязи, по своему желанию. Каждый человек был для меня авторитетом, я прислушивалась к их мнению, постоянно ждала разрешения жить или сделать что-то, возвышала на пьедестал, принижая себя, но по сути, за что я их уважала? Почему я считала их лучше себя, если они не делали ничего такого уж сверх того, что делают другие или я сама? Только я ведь могу быть себе авторитетом, если это моя жизнь. И мне было так страшно проявить себя. Я боялась своей бесполезности, ненужности и ничтожества, – рука сама потянулась у следующему камню.

–

Кто тебе сказал, что ты такая?

–

Да как обычно… – повесила я голову. – Всё моё окружение, включая маму и сестру, постоянно говорили мне, что из меня ничего путного не получится, что я ничего не умею, что у меня руки из жопы растут, что я безрукая и бестолочь. Никто не дал мне понять и почувствовать, что любит меня такой, какая я есть, что я достойна любви и уважения, что я нужна. Все только оценивали, а я старалась угодить, чтобы получить хорошую оценку. Когда родители или другие люди говорят человеку, что он никто и ничего из себя не представляет, это накладывает отпечаток на всю дальнейшую жизнь.

–

Да, но только если ты принимаешь их слова за истину.

–

Я не знала, что могу выбирать, я действительно им верила. Когда я однажды в детстве спросила у мамы красивая ли я, она ответила: «Как кобыла сивая». Для девочки с формирующейся самооценкой это звучит ужасно и не сулит ничего хорошего. Как можно после этого верить в себя, если родная мать такого мнения обо мне?

–

Ох, дитя, как же сильно ты поломана, – погладил Ангел меня по голове, отчего я опять разревелась. Почему он не может просто своей божественной силой починить мою голову?

–

В этом я бессилен, веру в человека никто не может вселить, даже сам Господь, – тихо ответил он. – Если бы только человек знал, какой мощью обладает, он бы совершил много великих дел. Ты каждый раз совершала одну и ту же ошибку – верила всем, кроме себя.

–

Я просто хотела, чтобы меня любили, больше я ничего не просила. И искала этой любви у всех вокруг. Я боялась быть ненужной и

отвергнутой, что и происходило постоянно, потому что у меня сформировался ошибочный паттерн отвержение = любовь.

–

Потому что ты

искала

любовь

вовне, тогда как она всегда была и есть внутри тебя. Но тебе этого никто не объяснил. Твой внутренний голос всегда был с тобой, просто он был настолько тихим, что ты его никогда не слышала и его заглушили чужие, навязывая тебе свои мнения о себе и вешая на тебя ярлыки, с которыми ты срослась. Сейчас тебе не нужны эти ярлыки из прошлого, они не твои, зачем ты тащишь их с собой? Твой страх использовали все вокруг, кроме тебя самой. Пока ты растешь, люди, окружающие тебя, это глупое сборище, потерявшее своего Пастыря, закладывали в тебя множество разных страхов, которые и заставляли тебя поступать определенным образом. Нельзя так подчиняться всем подряд, они необразованны в этом вопросе, как можно полагаться на истинность их мнения?

–

Я думала, что им со стороны виднее, – всхлипнула я. – Я сама была глупа и необразованна.

–

Посмотри объективно на себя и ответь себе действительно ли ты считаешь себя такой, какой тебя называли? Ты что, ничего не умеешь делать? Чем ты отличаешься от других людей? Или чем другие люди выше тебя или лучше? Я уже говорил, все люди изначально были наделены одинаковыми возможностями, нет никого выше и ниже, лучше и хуже. Люди сами из-за своей гордыни и эго возвышают себя над другими

,

“

ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится

”

(Матф.23:12).

Ты сама должна верить в себя настолько, чтобы быть нужной себе и чтобы ничьи мнения не могли никак повлиять на тебя. Ты не можешь жить, вечно оглядываясь на других.

–

О, это ты верно подметил. Ведь еще мой большой страх – а что подумают люди?

–

И как это помогло тебе в жизни?

–

Никак, только мешает.

–

Тогда мне непонятно зачем с этим жить, – недоуменно посмотрел на меня Ангел. Честно говоря

, я

и сама не понимала.

–

Так привыкла, наверно, – почесала я в затылке.

–

Хорошая отговорка, но подмечено верно. Знаешь, людям вообще свойственно много думать, им для этого мозг и дан. Они всегда что-то думают и по большей части не то, о чем следовало бы. И так же, как ты думаешь о том, что они подумают о тебе, они, в свою очередь, беспокоятся о том, что подумаешь о них ты. Но всем друг на друга плевать, они забывают о тебе через минуту, так как каждый озабочен только собой. И если тебя постоянно заботит мнение других о тебе, то, во-первых, ты находишься у них в рабстве, ты не свободна. А во-вторых, тебя беспокоит как они тебя воспринимают, хотя это вообще не твое дело. Они могут воспринимать тебя как угодно, это их мнение, ты с ним ничего поделать не можешь, даже если это тебе не нравится. Главное – как ты сама себя воспринимаешь. И вот тут-то и зарыта собака – если ты себя воспринимаешь чужими глазами, у тебя нет шансов спастись. Когда ты с любовью относишься к себе и принимаешь себя полностью без оглядки на чужое мнение, – тогда тебе становится все равно, что и кто о тебе подумает. Это к вопросу о нужности самой себе. Пока что получается, что другие люди тебе нужнее, раз тебя так волнует их мнение о тебе. Да, и посмотри заодно мнение какого именно человека тебе важно – чем он таким знаменит, что его мнение так важно для тебя? Что он сделал полезного в своей жизни, на что ты хочешь ориентироваться? Что из себя представляет, какие у него ценности, добрый ли человек.

–

Меня твои слова трогают до глубины души, – уже утирала я слезы и сразу же пошутила: – Если б она у меня была, конечно. Я очень хочу, чтобы эти слова остались со мной навсегда и я в полной мере смогла их осознать и применить в жизни.

–

Дитя мое, – возложил он мне свою небесную руку на голову. – Я знаком с твоей душой, она прекрасна! Думаю, у тебя все получится, если ты поставишь себя на первое место в своей жизни.

ГЛАВА 11 Причина всего

–

По твоим словам выходит, что я еще не совсем потерянный человек, – улыбнулась я.

–

Потому что свою жизнь живешь только ты, а не кто-то другой. Этот другой может влиять на свою жизнь, но твою это никак не должно задевать. Тебе необходимо научиться доверять себе и различать свои мнения от чужих. Это совсем не сложно, если слушать свой голос и поступать по своему желанию, а не соответствовать чужим.

–

О, это мой следующий страх, – мне становилось любопытно разбираться в себе, убирая камни один за одним. Как тяжкий груз с души

, если бы она у меня была.

– Я боюсь не оправдать ожидания. В основном, мамины, конечно, поэтому выросла хорошей девочкой без вредных привычек, чтобы только

ее

не расстраивать. Ну а потом пошло-поехало. Мне нельзя было ничем огорчать тех, с кем я дружила, потому что как мы выяснили, я боялась их потерять и остаться одна, а еще и потому, что они знали меня хорошим человеком, всегда готовым помочь, как я могла им отказать?

–

Ожидания вообще не несут ничего полезного людям, они вызывают глубочайшие страдания, однако, вы всю жизнь только ими и живете. Чего вы ожидаете? Вы не умеете просто любить, не ожидая ничего взамен. Исправить никого нельзя. А уж чужие ожидания не имеют конкретно к тебе никакого отношения. Я никак не могу взять в толк, как человек может ожидать чего-то от совершенно другого человека? Это же два разных мира, две Вселенные. Название «мать» не даёт права обладать человеком и чего-то требовать от него. Стремясь соответствовать ожиданиям другого, ты пропускаешь свою жизнь и не делаешь так, как тебе хочется. Ты ничего никому не должна.

–

Я согласна с тобой. У нас просто такое общество сформировалось, что все друг от друга чего-то ждут и требуют, боясь быть отвергнутыми и униженными, – расфилософствовалась я. – Это, кстати, мой следующий страх.

–

Ужасно, люди ужасно испортились, – посетовал Ангел. – Зачем бояться быть отвергнутым кем-то, если ты сама по себе?

–

Нууу… Это сейчас всё кажется так просто, а когда ты ребенок или подросток, коллектив имеет для

тебя

огромное значение, и быть непринятым или осмеянным смерти подобно, – передернуло меня от воспоминаний. – Я боялась… Да чего уж, я боюсь быть отвергнутой, боюсь, что меня не примут или будут смеяться и унижать. Просто так уже было и это больно. И это повторяется снова и снова. Меня отвергла родная мать.

–

Тут опять вопрос восприятия. Ты так решила

, ты, будучи ребенком, восприняла это как отвержение.

А мать просто не умела по-другому и с ее точки зрения она никого не отвергала, а просто пыталась воспитывать как она это видела. Но когда человек не любит себя, ничего о себе не знает, но пытается научить другого, не получится не сломать его. А дальше

ты жила по выученной схеме отвержение = любовь, поэтому всё повторялось по кругу.

В масштабе Вселенной все человечество сломано.

–

Это очень грустно. Но что сделано, то сделано. Я не могу вернуться в прошлое, чтобы воспринять все иначе.

–

Тебе и не надо. Никогда не живи прошлым. Ты вроде бы уже не ребенок, – напомнил Ангел. – Ты вполне созрела для понимания и осознания того, что не нужно цепляться ни за мнения других, ни за кого бы то ни было. То, что было раньше – этого уже нет. И кстати, то, чего ты боишься – то и притягиваешь. Если ты думаешь, что недостойна любви и что к тебе плохо относятся, так и будет в твоем мире. Потому что очень важно любить себя – это залог здорового существования. Всё, что случалось

с тобой – это результат твоего собственного к себе отношения. Тебя отвергали, потому что ты отвергала саму себя. А к

огда ты любишь и выбираешь себя, у тебя даже в мыслях не возникает, что к тебе могут плохо относиться, у тебя уже другой образ мышления

, ты опираешься только на себя.

Проанализируй свой опыт и ты увидишь связь.

Ангел коснулся моего лба и передо мной снова возник кадр из детства. В нем я маленькая девочка пяти лет, счастливый ребенок, радующийся мелочам и познающий мир с невероятным любопытством. Я увидела свою радостную душу, увидела совершенное создание, которое ничего не боится, которое любит себя. Все дети изначально рождаются с любовью к себе. Это дитя всем довольно, у него нет мыслей о других, о том, как оно выглядит в чужих глазах, оно сосредоточено на познании себя и мира. Эта невероятная сила любви к себе чувствовалась даже на расстоянии. Этот ребенок был свободным. Я с улыбкой смотрела на себя, ощущая на щеках тропинки слез. Как же я растеряла такое сокровище? Я моргнула и картинка сменилась. Я уже чуть старше, познаю все прелести материнского воспитания. Я увидела, как пошла на поводу у мамы, как стала бояться быть отвергнутой ей, как мне стало важно быть принятой в коллективе сверстников и что они обо мне думают. Окружающие не скрывали своего негативного ко мне отношения, потому что я разрешила им так вести себя со мной и потому что я выбирала их, а не себя. И я увидела, как моя душа поникла. Я увидела, что поверила им и выбрала их мнение правильным, а не своё. Я увидела, что сдалась и опустила руки. Я впустила в себя страдания и придумала себе миллион страхов, оправдывающих меня, чтобы ничего не делать. Я стала считать себя ужасным человеком, считать, что недостойна любви, что я некрасивая и жалкая, что я полное ничтожество. Проследив дальше за своими передвижениями, я увидела, что несла это с собой всю жизнь и переносила во все человеческие отношения. И как результат – у меня было то, чего я боялась и в чем себя убедила. Мне никогда не приходило в голову поменять свой образ мыслей. Как жить после того, как узнала, что всю жизнь была не собой, а той, кем хотели видеть меня окружающие? Что все мои мнения на самом деле не мои? Кажется, я опять чуть не захлебнулась в рыданиях, хорошо, что Ангел подоспел вовремя и вернул меня в реальность, в которой я крепко вцепилась в камень.

–

У меня нет слов, – только и смогла выдохнуть я, отодвигая камень в сторону.

–

Они и не нужны, – ласково произнес Ангел. – Главное – понять и осознать, что ты творила с собой. И у тебя неплохо получается, смотри, ты разобрала завал наполовину.

Всхлипнув, я обратила внимание на камни: действительно, несколько уже были отодвинуты в сторону. Но оставались еще самые большие.

–

Боже, – взмолилась я, как будто это он, а не Ангел, парил передо мной. – Почему я так поступала с собой? Почему я так себя не любила?

–

Ты просто запуталась, – послышался голос, однако, это, конечно же, был не сам Господь. – И забыла. Но теперь ты вспомнила.

–

А я не забуду снова?

–

Если ты начнешь мыслить по-другому, то уже никогда не забудешь кто ты есть.

–

Хорошо, – улыбаясь, всё ещё всхлипывала я. – Поняла, что всю жизнь живу в своих придуманных страхах. Как будто я режиссер отстойного фильма ужасов.

–

Главное слово здесь – режиссер, поэтому ты решаешь, каким будет твой фильм.

–

Да уж, съёмки затянулись. Из-за того, что я так себя принижала, я всю жизнь боюсь говорить и высказывать своё мнение, – следующий камень поддался довольно легко. – Один психолог сказал мне, что это мой способ защиты от мира и я переняла его от мамы. Просто она очень любила играть со мной в молчанку и, как он объяснил, именно это ребенок воспринимает как отвержение, когда самый родной в мире человек не хочет с тобой разговаривать и игнорирует. Такие ситуации стали часто повторяться в моей жизни с другими людьми. Я больше так не хочу. Представляешь, я молчала всю жизнь.

–

Ну само по себе молчание не так страшно, а иногда даже полезно. Однако, иметь своё мнение

необходимо

, чтобы опираться на него и не бояться его говорить, потому что всегда найдется тот, кто будет не согласен и всегда будут люди со своими, отличными от твоего, мнениями. Это не говорит о том, что твоё мнение неправильное, оно просто твоё, ты так думаешь, ты так выбираешь думать.

–

Мне говорили, что меня не спрашивают и всячески показывали, что моё мнение никого не интересует, ну я и затолкала его глубоко на дальную полку. Решила, что буду молчать, чтобы ни с кем не конфликтовать и, как следствие, не остаться одной. Получается, я жила не своей головой, а чужим опытом.

–

Теперь ты знаешь, что не следует никого слушать, – подытожил Ангел.

–

Теперь знаю, – еще один камень никак не хотел сдвигаться с места. – Мне так было важно быть кому-то нужной. Поэтому я очень боюсь потерять человека, которого люблю. Я боюсь

быть покинутой и брошенной

.

–

Потому что ты не нашла опоры в себе и искала ее в других, поэтому ты от них так зависима, это ненормально. ты думаешь, что умрешь, если тебя бросят, но по факту это не так, от этого еще никто не умирал.

–

Хорошо, но всё равно очень больно сталкиваться с предательством.

–

А если я тебе скажу, что предательства не существует?

–

Как это? – застыла я на месте, чуть не придавив себе камнем ногу. – Всем известно это понятие.

–

«Понятия» – это названия, которые придумали люди.

–

Хорошо, но ведь я не раз сталкивалась с предательством сама. Это когда человек, обычно какой-то близкий тебе, с которым вы знакомы довольно давно, доверяете секреты друг другу, открываете душу и вместе проводите время, а потом бац! Ты ему надоела по какой-то причине и он просто выбрасывает все эти отношения в мусорную корзину, как старую тряпку. Эта игрушка ему надоедает и он заводит себе новую. У меня это было неоднократно. А иногда такое случается и с родственниками. Когда муж бросает или мать оставляет ребенка. Да это сплошь и рядом. Как это по-твоему называется?

–

Свобода выбора.

–

Что? – я аж чуть не задохнулась от возмущения, услышав такое.

–

Тебе сложно в это поверить, потому что у тебя такая свобода отсутствует. По крайней мере, сейчас. Ты никогда не выбирала ничего сама, поэтому не знаешь, что так можно.

–

Но…– я хотела много чего добавить и одновременно не могла говорить от услышанного.

–

Если ты хочешь перестать бояться, тебе придется это осознать, – продолжал Ангел. – А еще лучше – научиться так жить.

–

Выбрасывать людей, доверивших мне свою душу, на помойку?

–

Ты придаёшь этому слишком большое значение. И я скажу больше – это просто твоя реакция на выбор другого человека. А как реагировать выбираешь именно ты. Это как с обидой: человек сам выбирает обижаться ему или нет.

–

Ты хочешь сказать, что оправдываешь, когда мать бросает своего ребенка и называешь это свободой выбора? – я не верила своим ушам.

–

Я не оправдываю и не оцениваю, это свойственно только людям. Я лишь рассказываю как оно есть на самом деле. В человеческом понимании это ужасный поступок, но люди видят только с одной стороны. Они не видят картины в целом.

–

То есть, получается, я всю жизнь выбирала чувствовать себя брошенной, преданной, обманутой и одинокой?

–

Именно. Представь, что ты выбрала так не реагировать, – снова коснулся он моего лба. Я опять увидела себя в разные периоды своей жизни, только это как будто была не я. То есть, это я, конечно, но какая-то другая. Мне показалось, что здесь я даже счастлива. Никогда не чувствовала такого при жизни. Я увидела себя со стороны, когда та другая я выбрала совершенное иное направление мыслей. Она явно не страдала от того, что её кто-то бросил и даже более того – она так не считала, а просто делала свои выводы и жила дальше своей жизнью, попутно встречая и расставаясь с разными людьми с легким сердцем. Она никого не держала и ни

за кого не цеплялась

. Так можно было? Крепко зажмурившись, желая осознать масштаб результатов своих ж мыслей, я почувствовала жалость от того, что, знай я это тогда, поступила бы совсем иначе и никогда бы не испытывала боли.

–

Видишь, твоя жизнь – это результат твоего выбора и твоих мыслей, а не другие хотели сделать тебе больно нарочно, – услышала я голос Ангела. Оказывается, пока я сожалела об упущенных возможностях, вернулась обратно в лабиринт. Завал сам себя не разберет. – Человека нельзя бросить, он же не камень. И его нельзя потерять, как ключи. Просто случается так, что людям больше не по пути, и это нормально.

–

Господи, – простонала я.

–

Он тут не причем, – совершенно серьезно сказал Ангел. – Свобода выбора есть у каждого дитя Бога, только не все ей пользуются. Те, кто оставлял тебя, они не предавали, а всего лишь выбирали идти дальше разными с тобой путями. Они не делали это нарочно и не желали тебе боли, они просто выбирали себя и то, что им было нужно на тот момент. К тому же, нужно помнить, что все постоянно меняется и не стоит на месте: одно сменяется другим, одни люди приходят, другие уходят.

–

Я сама причиняла себе боль своими страданиями и мыслями об этом, – прошептала я, силясь поверить в эту простую логику вещей. – Я считала, что друг так поступать не должен, ведь я искренне отношусь к нему с любовью.

–

Ты вешала на людей ярлыки и ожидания, знала, чего они должны и чего нет. Это не дружба, это низшие желания твоего эго, требующее любви от других

, потому что ты недополучила ее от родителей, а, как следствие, – не дала себе сама.

–

Но я действительно любила этих людей! – мой мозг пытался сопротивляться и искал оправдания. – А когда любишь человека, разве не нормально испытывать боль, когда теряешь его? Ведь когда умирает любимый человек это также больно! Для меня неприемлемо так поступать с людьми.

–

Я бы поспорил с тем, что в

вашем

понимании «любовь», но об этом позже. Что нормально для тебя, а что нет определяешь только ты. Мне сложно представить горе или страдания людей, так как я не испытываю ничего, кроме любви, и не подвластен этим низменным чувствам, но я наблюдал за людьми и могу предположить, что ты можешь – как это у вас называется? – погрустить и даже почувствовать боль в какой-то момент, но ты не должна делать это образом своей жизни. Твоя жизнь продолжается и без присутствия в ней кого-то, пока есть ты.

–

Хорошо. Тогда спрошу тебя, что ты почувствуешь, если от тебя отвернется Бог?

Вопрос ему не понравился и он, кажется, рассердился, хотя я не уверена, что он это умеет: – Бог никогда не отвернется от меня, – в его глазах сверкнула молния.

–

О, я поняла! – озарило меня в этот момент. – Я выбрала думать о поступках других, как о предательстве, потому что сама на такое не способна. Не способна делать собственные выборы и выбирать себя, я всегда выбирала что-то, следуя чужим инструкциям, словам или чужому опыту. А знаешь всё почему?

Э

то произрастало из моих предыдущих страхов остаться одной, быть отвергнутой, нелюбимой и потерять дорогого человека.

–

Как может быть столько страхов в одном человеке? – удивился Ангел.

–

Это ещё не все, – усмехнулась я, оглядывая камни.

–

Не такими вас создавал Господь, – сокрушался он.

–

Может быть тогда ему стоило бы помочь нам с ними бороться?

–

Ты не ведаешь, что говоришь, – возмутился Ангел. – Господь всегда рядом со своими детьми, всегда им помогает и никогда не оставляет. Просто люди не видят этого и не слышат, а точнее не хотят ни видеть, ни слышать. Да и помочь они тоже всегда могут себе сами, если бы хотели этого

, у вас есть для этого все инструменты.

Ты не захотела помочь себе, предпочитая существовать, а не жить. Невозможно быть счастливым, находясь в зависимости от другого. У тебя своя жизнь, у другого – своя. В какой-то момент времени ваши пути пересекаются, но нужно понимать, что так будет не всегда. Задача каждого – любить себя и заниматься собой, а не потакать слабостям другого. Даже дитя зависит от матери только в самом юном возрасте, когда он просто физически еще не способен себя прокормить и позаботиться о себе.

–

Да, вернемся к этому вопросу – а если

мать бросает ребенка?

–

Ужасное преступление против природы, – согласился Ангел. – Господь доверил человеку новую жизнь, а он отказывается от такого дара, выбирая для себя что-то другое. Каким бы плохим на твой взгляд он н

и

был, но это тот же выбор. А человеческим детям свойственно выбирать не то, что нужно.

Как вместить в себя все осознания? Это же уму непостижимо. Последняя фраза Ангела просто выбила у меня пол из-под ног. Мой мир перевернулся в этот момент, потому что я вдруг поняла какое маленькое значение мы имеем в чужих жизнях. И что действительно нужно уделять внимание себе, а других людей воспринимать как инструмент в свой жизни получить новый опыт и познать себя. И как перед лицом смерти всё становится таким неважным. Потому что умираешь ты, а не другой. У меня было ощущение, будто камень, который я сейчас сдвинула, я сдвинула со своей души, где бы она ни находилась.

–

Меня радуют выводы, к которым ты приходишь, – сообщил мой Ангел.

–

Это немного сложно для моего понимания, но я стараюсь. Знаешь, чего еще я боюсь? Меня пугает всё новое. Я привыкла делать всё так, как привыкла и сделать что-то по-новому для меня сложно, так как я не знаю последствий. Поэтому я жутко боюсь перемен в моей привычной жизни.

–

Хм, – только и сказал Ангел, что бы это ни значило. – Мне сложно понять человека. Но я тоже стараюсь, – ух ты, еще и шутить умеет. – Для меня изначально непонятно, как Божьи дети могут вообще бояться чего-либо, если есть любовь и выбор не бояться? Вам не хватает веры.

Людей

пугает неизвестность, потому что там непонятно что

.

Если ты доверишься Богу, ничего страшного с тобой быть не может. И потом, тебя пугает отнюдь не новое и неизвестное. Ты боишься потерять уже известное тебе

, потому что тогда всё будет по-другому и неизвестно как.

Вот это поворот! Я так срослась со своими привычными устоями, что боюсь с ними расставаться. Но ведь я желаю этого всей душой! Я очень хочу поменять свою жизнь.

–

Ты хочешь хотеть, а это разные вещи. Удивительно, но вы даже

опасаетесь того, что у вас всё получится, потому что это ведет к изменениям, которые опять же неизвестны.

–

Да уж, я вся состою из страхов, – прохрипела я, сдвигая тяжелый камень. Что ж, я почти у цели, просвет уже стал шире, я могла бы пролезть, но что-то мне подсказывает, что не разобравшись со всеми камнями, мне отсюда не выбраться.

–

Ты опять слушала других, которые понарассказывали тебе всяких небылиц. Но это был их опыт, почему ты думаешь, что у тебя будет также?

–

Это ты точно подметил. Я постоянно, как страус, прячу голову в песок при любых переменах и так и прожила всю жизнь, делая одно и тоже, даже не пытаясь сделать по-другому. Я не знала другой жизни и, кажется, что-то упустила.

–

Никогда не поздно начать жить по-другому, не так, как раньше. Теперь ты знаешь как.

–

Да. Но в свою защиту хочу сказать, что это опять, по большей части, страхи, навеянные обществом, родителями, кругом общения…

–

И где здесь твоя защита? Ты снова слушала других, а не себя.

–

Это да, но я хотела сказать, что у нас в генах заложен, например, страх нищеты, страх будущего, страх потери работы, да даже страх завтрашнего дня. Потому что людей всегда беспокоил вопрос, что они будут делать, если потеряют работу? Как им прокормить семью? Как им жить тогда?

–

Ты говоришь абсолютные глупости, – нахмурился Ангел. – Ни в каких генах у вас ничего не заложено. Господь такого не допустил бы. Он же не создавал вас с целью выживания. Напротив, он дал вам все инструменты, которыми люди почему-то не пользуются. Но если они их только заметят в себе, у них никогда не возникнет всех этих страхов, которые ты перечислила. Нищета, как и богатство, – это состояние ума, а он доступен каждому, научись человек хоть немного думать и видеть свои возможности. У вас закончились работы? Или вы потеряли руки и разучились ходить? Не стоит забывать и про индивидуальные способности каждого к чему-то, что нужно людям. А ваши страхи будущего до крайности смешны. Вы что, знаете, когда придет ваш конец? А если завтра? Какой тогда смысл боятся этого невидимого завтрашнего дня? Его нет. А как можно бояться того, чего нет? Хотя, вы и это научились делать. Как вы вообще выжили, я удивляюсь. Вы даже боитесь жить.

Меня как будто окатили холодной водой. Мурашки забегали по всему телу и я даже оглянулась посмотреть, не вернулись ли это духи страхов. Но нет, это от осознаний, как говорится, волосы встают дыбом. Как же он прав! Прав во всем! И почему мы такие тупые!? Ведь у нас есть только сегодня, а вчера и завтра не существует нигде, кроме нашей головы. Почему эти основы жизни не преподают в школах? Возможно, многие люди жили бы по-другому. Я не хочу жить прошлым, где я тупо следовала чужим указаниям, не хочу жить в будущем, гадая на кофейной гуще и боясь жить дальше, я хочу жить здесь и сейчас.

Отлично, камень убран, осталось три. Самое интересное, что страхи сами появлялись в моей голове, как будто я просто читала книгу вслух:

–

Страх остаться без денег, – произнесла я.

–

Я только что сказал: нищета – это состояние ума

, точно также как и богатство.

Если ты будешь использовать свой ум по назначению, ты никогда не останешься без ничего.

–

Но в том и дело, что мне кажется, что я ничего не умею делать… Только работать на кого-то, как делает большинство.

–

Ты сама ставишь себе эти ограничивающие убеждения. Откуда ты знаешь, что ничего не умеешь? Ты что, уже всё перепробовала? Если ты так и будешь считать себя неумехой, то ничего не поменяется. Ты не знаешь и половины своих способностей.

–

Знаешь, когда ты так говоришь, я тебе верю, – улыбнулась я.

–

Я рад, что мои слова пришлись тебе по нраву, но верить ты должна в себя, а не в меня.

–

Это не так просто, если всю жизнь делала обратное.

–

Конечно, по щелчку пальцев это не получится. Но с чего-то надо начинать.

–

Страх старости, – неожиданно вырвалось у меня.

–

Мне кажется, тебе еще рано об этом думать, а ты уже его на себя приклеила, – заметил Ангел. – Ты даже не знаешь, доживешь ли ты.

–

Тебе хорошо говорить, ты не стареешь, – подколола его я.

–

А что плохого в старости?

–

Немощность и сожаления о том, что не сделала.

–

Так делай сейчас, чтобы не сожалеть! – воскликнул Ангел. – Кто тебе не даёт? – Тут мне нечего было возразить. – Вся проблема в том, что никто не живет как хочет, поэтому и страшится старости, тогда как это всего лишь еще один этап человеческой жизни, как и все остальные. Очевидно же, что вы живете жалкой, совершенно безрадостной жизнью и вам вечно чего-то не хватает, хотя у вас всего навалом. Вы все стараетесь угодить всем и каждому, вы манипулируете, лжёте, осуждаете, завидуете, обижаетесь и наживаете себе болезни, которые вас так пугают. Ну так вы сами это притягиваете. Не проще ли жить по-другому, в соседстве с Богом, чем поливать грязью дверь его дома?

Его слова так тронули меня, что если бы моя душа была на месте, я бы сказала – до глубины души. Но пока остаётся только доверять своим чувствам. Они нахлынули на меня как ураган, закружив в своём вихре. Я так чётко увидела нас, жалких людей, вечно куда-то спешащих и вечно чего-то пытающихся достичь, как белки в колесе. На меня вдруг разом обрушилась вся бессмысленность человеческого существования. Она придавила меня к полу, что снова стало тяжело дышать. Увидев моё состояние, Ангел положил мне руку на голову, как делал всегда, желая успокоить, и ко мне вернулось состояние умиротворения. Я перестала задыхаться и все силы отдала на попытку сдвинуть следующий огромный валун. И у меня получилось. Что ж, оставался еще один.

–

Дитя, не переживай, – ласково нарушил молчание Ангел. – Смысл жизни в самой жизни. Чтобы жить и радоваться, но никак не страдать и не бояться. Не достижение целей и зарабатывание денег сделает человека счастливым. А только любовь и познание себя.

Я вздохнула. От чего-то даже заболело сердце. Думаю, познав здесь эти истины, я уже не смогу жить по-прежнему.

–

И это хорошо, – подтвердил Ангел.

–

Остался один мой страх. Но я не определилась с его названием. Это страх смерти или страх жить?

–

Конечно, страх жить. Смерть не страшна сама по себе, просто для те

ла

всё заканчивается. И по сути люди, когда говорят, что боятся смерти, на самом деле такого не испытывают. Они испытывают сожаления, что всё заканчивается, а они так и не успели пожить. Ты боишься жить. По-настоящему жить. А нужно сделать так, чтобы ты боялась умереть, потому что тебе очень здорово жить. Но это можешь сделать только ты.

–

Я думаю, что неспособна на это.

–

Ты забыла, что ты могущественное создание и можешь всё, если действительно очень этого захочешь. Сейчас этот страх больше тебя – твоя задача сделать его меньше. Ты сумела понять себя через состояние обиды и чувство вины, осознала,

насколько

ничтожны твои страхи. Посмотри внутрь себя.

Закрыв глаза, я сосредоточилась на своих ощущениях. Я очень хочу поверить в силу Бога, что она всегда со мной, поверить в себя и жить без страхов. Вы только представьте, какая это замечательная жизнь – без страхов! Без них можно жить, осознав, что это мы сами создаём их и сами выбираем бояться. Я смогла понять, что все их придумала сама, никто мне их не навязал. А раз они в моей голове, я могу их контролировать и пользоваться ими себе во благо, а не во вред. Нужно просто научиться отлавливать их появление в голове и понимать откуда ноги растут. Это осознанная жизнь, а не просто существование, когда я себя-то не помнила. Боже, я так нагрешила. Прости меня, что я была так невежественна. Прости, что я изменяла себе и предавала себя во имя других. В моём мире предательство неприемлемо? Но ведь я сама предавала себя всю жизнь. Предательство по отношению к себе самое ужасное. Я никогда не верила в себя, только в других, не замечая своей могущественной силы. Вот почему у меня в жизни столько страхов. Потому что я не верю. Страх занимает в моей жизни так много места, что сковывает мои внутренности и мозг, не давая возможности поверить, что Бог всегда со мной рядом и любит каждого своего ребенка. Я больше не хочу так жить! Я хочу верить в себя, хочу верить в любовь! Я не хочу больше бояться! Мне больше не страшно остаться одной. Я больше не хочу слушать других и жить их опытом, их представлениями и мнениями. Не хочу и не должна соответствовать чьим-то ожиданиям, даже своим. К тому же главное, что я есть у себя. Я не боюсь брать на себя ответственность. Я хочу жить, как та пятилетняя девочка, которой была когда-то. Я сильнее страхов и я очень хочу жить! Именно жить, той жизнью, которой у меня никогда не было, которой я себя лишила, ублажая других, боясь и завися. Я будто сейчас разделилась пополам и видела двух себя одновременно, как близнецов: вот я из моей прошлой жизни, до того, как я попала сюда – безжизненное жалкое существо, поникшее, безрадостное, с огромным чувством вины, неуверенное в себе, с кучей страхов и обид, вечно страдающее, разочарованное в себе, зависимое, сжирающее само себя изнутри самобичеванием. И вот я другая – полная жизненной энергии, радостная, вечно довольная собой и своей жизнью, независимая, уверенная, сильная, без обид и страхов, постоянно развивающаяся, думающая, любимая собой и верящая в себя и любовь Бога. Какую сторону выбрали бы вы? Ключевое слово «выбрали». Потому что именно мы выбираем какими нам быть. Ясно, что, увидев себя прошлую со стороны, я ни за какие деньги не соглашусь больше такой быть и влачить жалкое существование до самой смерти. Я хочу радоваться, я устала страдать. И я выбираю себя.

Моя мысленная молитва, видимо, была услышана, потому что прошлая я растворилась в воздухе, а я настоящая приобрела новые нейронные связи в мозге. С новой силой я с легкостью сдвинула в сторону последний камень, преграждающий мне выход, и радостно устремилась вперед к виднеющейся впереди двери, даже забыв поблагодарить Ангела. Напоследок я только оглянулась на груду камней, которые мне удалось разобрать, и удивилась как носила с собой этот тяжелый груз всю свою жизнь? Ведь без него идти гораздо легче. Почему-то с каждым моим шагом комната расплывалась и тряслась, как при землетрясении. Сзади послышался грохот – лабиринт начал рушиться. Надеюсь, это хороший знак, что я справилась со своими иллюзиями и мне надо поскорее выбираться отсюда.

Наконец, я достигла двери, распахнула её и меня сбил с ног огромный поток воды.

ГЛАВА 12 Душа

Моя без вести пропавшая душа бултыхалась где-то между небом и землёй в мучительном ожидании того, когда я, наконец, вернусь к ней после всех пройденных испытаний. Или не вернусь, что тоже вполне может быть. Учитывая, что я – это я, полагаться на меня в этом случае для неё было делом довольно зряшным. Я сама не была в себе уверена. Однако, душа – это не человек, она в полной мере понимает всё глубже нас, она уже знает всё, что нужно знать, потому что у неё есть вера. Она понимает, что любое событие не происходит случайно – нет никаких случайностей во Вселенной, есть только единый механизм, который работает как часы, а мы все – его части. Выпадение любой из них влечёт за собой изменения.

Душа томилась в ожидании, удовлетворяясь тем, что летала из одного пространства в другое, то замирая в восхищении от увиденного, то пребывая в недоумении и тоске от происходящего с людьми. Наблюдая общую картину мира, которая недоступна человеческому глазу с его-то жалким умишком, душа то скукоживалась от страха и боли, то испытала страдания от одиночества и грусти, хотя она не может переживать никаких людских эмоций и ощущений. Просто у нее была сильная связь со своим владельцем и все эти чувства отражались на ней. Еще мешала зависимость от недавних связей с теми людьми, с которыми она контактировала, будучи в теле, то и дело возвращая её в те места, где она бывала, и к тем людям, как только они о ней думали, тем самым доставляя ей неудобства: всякий раз приходилось снова возвращаться обратно, дабы не пропустить нашу с ней долгожданную встречу. Душа находилась в подвешенном состоянии – она не могла перейти в другое измерение, где бы купалась в Божественной любви, и не могла вселиться в кого-то другого, желая скоротать время ожидания. Как-то не заведено это между душами – прыгать с одного на другого. В таком раздрае оставалось только наблюдать за праздностью жизни этих жалких, по сравнению с масштабом Вселенной, существ, без конца суетящихся как муравьишки, хотя сравнение людей с этими трудолюбивыми насекомыми для муравьёв довольно оскорбительно, ведь даже эти букашки работают день и ночь во благо всего муравейника, нежели люди, создающие хаос по всему миру и демонстрирующие жестокость по отношению к себе подобным. Было удивительно наблюдать как люди явно отмерили себе несколько жизней и стараются их все разом себе обеспечить, иначе как объяснить их ненасытность и жадность? Душа никак не могла взять в толк, почему эти люди так самоуверенно глупы.

Душе были неведомы все эти людские пороки и она даже порадовалась, что её владелец сейчас такой приятный человек, потому что ей довелось быть с разными людьми и через них испытывать разные спектры эмоций и переживаний, она знала о чём говорит. Точнее, думает. И впервые за все её путешествия этот носитель продвинулся так далеко в своем развитии. Есть более осознанные люди, есть менее, кто-то спит в течение всей жизни, а кто-то бодрствует или просыпается постепенно. Душе было видно всех, и так как обычно души не задерживаются среди людей после смерти носителя, она впервые наблюдала воочию всё, что происходило в мире. Она не знала такого мира, у неё был свой, где царит только бесконечная любовь ко всему и вся. Она пришла для воплощения своей конкретной цели, чтобы с помощью физического тела познать себя на опыте, познать весь спектр человеческих эмоций, чувств и ощущений. Никогда не знаешь что именно задумала каждая конкретная душа перед большим походом на Землю, но она всегда ведёт человека к всеобъемлющей любви, к познанию себя как части Божественного целого. Очень немногие слышат свою душу, поэтому, естественно, малая часть людей вообще куда-то приходит.