Kitobni o'qish: «Профессионально-структурные и психологические аспекты модели управления и мониторинга качества жизни в регионе»

От авторов

Предлагаемая монография создавалась непросто, и прежде всего потому, что есть вызывающий внешний фактор, выраженный в тезисе «Сибирь – это не место для жизни и процветания (не для людей с серьезными намерениями)». Мы не согласны с этим тезисом, потому что живем здесь.

Кроме того, мы, преподаватели вуза, имеем дело с молодежью, консультируем корпорации и органы власти по вопросам управления компетенциями и разработки стратегий. Кроме того, у нас есть внутреннее волнение, поскольку мы видим, как уменьшается потенциал молодых людей, не включенных в региональные проекты, а уходящих за пределы своей малой Родины.

Ресурсный потенциал – это инвестиционно-активная группа населения, представляющая собой человеческий капитал, а не только обладающая известными финансовыми возможностями. Место, где мы живем и пытаемся обустроить его для потомков, фактически экспортирует человеческий капитал, который реализуется преимущественно в других местах.

Конечно, существуют сюжеты, не имеющие отношения к местности, а лишь к ограниченности возможностей. И здесь возникает ключевой вопрос: «Это зависит от меня или нет?»

Работая над монографией, мы осуществили попытку преодолеть разнопозиционные подходы и выйти на согласованные представления о мониторинге для принятия решений властью. Мы полагаем, что использование предлагаемой модели позволит ориентироваться на самочувствие людей, а не только на самооценку власти.

Как для исследователей ценным и важным для нас было нащупать подходы к системному взгляду и согласованным действиям не только тех, кто принимает управленческие решения, но и тех, кто представляет собой так называемые человеческие ресурсы.

В подготовке издания весомую помощь нам оказали студенты и преподаватели кафедры управления человеческими ресурсами Института экономики, управления и природопользования Сибирского федерального университета, которые при обсуждении темы задавали вопросы, заставляя нас видоизменять понятные нам термины в понятные для них. Мы также благодарим сотрудников Института психологии практик развития, которые своими «неудобными» и понимающими вопросами проблематизировали основные смысловые конструкции гипотезы и заставляли нас вновь и вновь оформлять проблемное поле и основания полаганий модели мониторинга.

Особую благодарность мы выражаем Евгении Борисовне Буха-ровой, директору Института управления, экономики и природопользования СФУ за экспертное отношение, оказанную помощь и поддержку в процессе организации и проведения исследования и подготовки монографии. И, конечно же, искренне признательны Наталье Владимировне Горловой за ее настойчивость и талант менеджера, которые помогли нам представить это исследование на достойном уровне и в запланированное время.

…Все так загипнотизированы текущими экономическими проблемами, что никто и не предпринимает никаких попыток тщательно проанализировать, в чем же структурные и философские причины этих сложностей. И сейчас как раз настал момент выяснить, наконец, существуют ли в принципе хоть какие-нибудь возможные решения, пусть даже они выходят далеко за пределы обсуждаемого ныне нового международного экономического порядка.

Аурелио Печчеи , основатель и президент Римского клуба, 1977 г.

Введение

В 1758 г. М.В. Ломоносову было поручено «смотреть» за Географическим департаментом, где он разрабатывал специальные анкеты для получения физико-географических и экономико-географических данных для составления «Атласа Российского». И именно для этих целей предусматривалась организация специальных географических экспедиций¹.

Сегодня широкоизвестная фраза Ломоносова о «российском могуществе» редко цитируется полностью, а между тем в ней заключена важная идея ученого: «…российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и в Америке». Это заключительная фраза из его письма «Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию», где он доказывает необходимость и возможность установления регулярного морского сообщения между Архангельском и портами Тихого океана (будущего Северного морского пути). М.В. Ломоносов горячо поддерживал проведение Великих северных экспедиций для изучения и последующего освоения огромных северных территорий. Он разрабатывал специальный вопросник для участников экспедиций с целью выявления и описания специфики природных условий и ресурсов, жизни и быта коренных народностей.

Сегодня настолько все привыкли к его знаменитому высказыванию, что чаще всего относятся к «прирастанию Сибирью» как к ситуации, будто все уже произошло и происходит. Действительно, Сибирь – это богатая и емкая кладовая, из которой можно черпать и черпать. Но такое потребительское отношение мы не разделяем. На наш взгляд, главное могущество – это еще и те, кто живет в Сибири и может и хочет жить.

Именно поэтому книга Ф. Хилл и К. Гэдди «Сибирское бремя»² вызвала наше особое отношение. По мнению авторов, с точки зрения гуманизма рост промышленности и численности населения на сибирских территориях был стратегической ошибкой СССР. «В Сибири хватает места для глупости и ошибок в территориальном размещении людей и промышленности, каких еще не знала история. В течение более пятидесяти лет советская власть строила города, промышленные предприятия и электростанции (зачастую и без дорог) в тех местах, где их вообще никогда не должно было быть». Таким образом в сложных природно-климатических условиях в России стало проживать больше людей, чем в других странах мира. «Перечень 100 самых холодных российских и североамериканских городов с численностью населения свыше 100 000 человек включает 85 российских, 10 канадских и 5 американских городов. Самый первый канадский город в перечне (Виннипег) занимает 22 место. Самый холодный город США (Фарго) находится на 58 месте»³. Эта точка зрения не оставила нас равнодушными, поэтому в данной монографии мы представляем концепцию, результаты и обсуждение нашего научного исследования.

Сибирь располагает огромным ресурсным потенциалом развития экономики России и играет существенную роль в ее геополитических интересах. Однако Сибирь по-прежнему малоосвоенная территория, с низкой плотностью населения, что порождает серьезные опасения относительно будущего региона. Такое беспокойство имеет множество оснований, среди которых не только геоэкономические и геополитические, но и социо- и этнокультурные и социально-психологические.

У этого региона есть не только «ресурсная» история, и не только узко-прагматические интересы определяют ее будущее.

Даже не очень глубокий анализ мнений по вопросам современного экономического, политического, технологического, культурного и психологического статусов Сибири (дискуссии Сибирского экспертного клуба) показывает, что вокруг судьбы и будущего этой территории и форм жизни уже населяющих ее людей встречается/сталкивается множество интересов различных профессиональных позиций и общественных групп, среди которых особое место, на наш взгляд, должно быть уделено именно населению, а не только обсуждениям по поводу его.

Иными словами, разнообразная производственная, культурная, гражданская жизнь Сибири – это реалии современности и действительная жизнь конкретных людей и их потомков, и от их отношения к условиям, качеству жизни в этом месте в значительной степени зависит перспектива дальнейшей жизни. Вместе с тем совершенно очевидно, что это – условно внутреннее – позиционирование обусловлено внешними экспертными оценками, поскольку от них в известной мере зависит инвестиционная активность и движение других форм капитала, без которых благополучие и развитие в современных условиях немыслимы.

В рецензии на книгу Ф. Хилл и К. Гэдди «Проклятие Сибири» ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН С.И. Лунев дает именно геополитическую оценку изложенной в ней позиции и отмечает геоэкономические последствия: «Эвакуировать Сибирь, чтобы потом передать ее в ведение «международного директората» по управлению «всемирным ресурсом человечества», в котором у самой России будет право совещательного голоса? Не говоря о том, что отток россиян из Сибири даст возможность Пекину относиться к этой территории как к terra nullius (пустой земле)»⁴.

Природные области Сибири, включая Западную, Восточную, Среднюю Сибирь, Прибайкалье, Забайкалье, Северо-Восточную Сибирь и горы Южной Сибири (Алтай, Саяны), занимают 73,56 % территории России. Территория Сибирского федерального округа – это 30 % территории России, на которой проживает 13,48 % населения. Самым уникальным регионом Сибири является Красноярский край.

70 % общей территории Красноярского края приходится на муниципальные образования Арктической зоны (по состоянию на 2011 г.). В целом муниципальные образования Арктической зоны отличаются очень низкой плотностью населения – 0,14 человека на 1 кв. км против 1,2 человека в целом по краю.

Стратегия развития Арктической зоны России до 2020 г. предполагает реализацию нескольких крупных инвестиционных проектов. Высокие издержки хозяйственной деятельности в Арктике определяют целесообразность развертывания здесь мегапроектов, способных максимально использовать эффекты экономии на масштабе операций. Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район, Туруханский район, городской округ г. Норильск входят в состав Северного территориального округа, который занимает второе место после Центрального по большинству основных показателей социально-экономического развития. Во многом это обусловлено наличием на его территории залежей полезных ископаемых и, как следствие, крупных промышленных объектов, в связи с чем за каждым муниципальным образованием, входящим в состав округа, закрепилась своя промышленная специализация.

В современном обществе экономическая и социальная линии развития тесно переплетены. Формирование и воспроизводство человеческого потенциала определяется условиями и качеством среды обитания, природно-климатическими условиями, характеристиками социальной сферы и экономики региона. Эффективность региональной экономики выступает главным фактором обеспечения высокого уровня жизни населения и реализации человеческого потенциала, а формирование и развитие человеческого потенциала, в свою очередь, являются необходимым и важнейшим условием экономического роста интенсивного, инновационного типа.

Проблема освоения Сибири и Арктической зоны находится в плоскости государственного управления миграционными потоками в новой экономике России. На фоне сложных природно-климатических условий и географической удаленности сибирских территорий от центра страны необходимо сформировать структуру миграционных потоков, способную обеспечить на этих территориях реализацию не только текущей хозяйственной деятельности и инвестиционных проектов, но и достойную, культурно многообразную и индивидуально привлекательную жизнь.

Существующая парадигма территориальной политики государства порождает асимметричное отношение населения к власти.

Власть инвестирует различного рода ресурсы в формирование человеческого потенциала сибирских и арктических территорий, а население, особенно высококвалифицированная молодежь, реализует этот потенциал на других территориях. Власть не может диктовать кабальные условия населению, следовательно, для обеспечения трудовыми ресурсами экономики Сибири и Арктической зоны необходимо знание мотивов поведения людей, умение разрабатывать стимулы не только к среднестатистическому «оцифрованному» индивиду, но и с учетом многообразия индивидуального восприятия людьми среды обитания и условий жизнедеятельности, которые предоставляет та или иная территория.

В 2002 г. Нобелевскую премию по экономике получили профессор психологии Дэниел Каннеман и профессор экономики и права Вернон Л. Смит за работу в области экономики поведения. Они исследовали влияние психологических факторов на принятие экономических решений. Один из лидеров экономики поведения Ричард Талер⁵, критикуя модель рациональных ожиданий, на которой базируется неоклассическая экономика, отмечает, что эта модель опирается на предположения-заблуждения классических экономистов: личность обладает неограниченным доступом к информации и средствам ее анализа для выработки оптимального решения, волей для реализации этого решения и желанием действовать, опираясь на свои эгоистические интересы. Сторонники экономики поведения заменяют эти предположения на «ограниченную рациональность, ограниченную волю и ограниченность эгоистических интересов». Исследование результатов данных предположений приводит экономистов к изучению социально-психологических факторов развития экономики и управлению поведением, социодинамикой.

В последние годы на самом высоком уровне декларируется необходимость проведения специальной миграционной политики, направленной на привлечение на территорию Сибири молодых высококвалифицированных кадров для обеспечения устойчивого развития территории, что отражено в принципах, установленных Концепцией государственной миграционной политики РФ на период до 2025 г., утвержденной Президентом РФ в 2012 г.

В течение многих лет наблюдается противоречие между декларациями о статусе Сибири и Красноярского края в социально-экономическом пространстве современной России и реальной миграционной динамикой: трудоспособное население активно покидает территорию края, несмотря на относительно высокие формальные показатели уровня жизни.

Правительство Красноярского края утвердило проведение исследования, цель которого – выявить основания для разработки такой модели качества жизни, которая могла бы представлять собой серьезные отличия от объективированных подходов к их измерению, не отвергая, а дополняя данные об условиях жизни субъективными ориентирами лидирующих в гражданском, производственном и культурном отношении групп; о реальном поведении людей, позволяя не только констатировать, но и прогнозировать социально активное поведение и в том числе миграционные процессы, а следовательно, предоставлять возможности для эффективного управления этими процессами.

Некоторые результаты этого исследования и возникшие на их основе предположения отражены в данной монографии.

Глава 1
Аспекты социально-экономического развития региона и роль человеческого потенциала

На арену мировой политики выходят не агрессивные, а прогрессивные Империи – новые культурные Миры, переплетающиеся в мире Миров. Миры-Державы, несущие разное культурное содержание развития-прогресса и удерживающие мир Миров в целостности и многообразии.

Журнал «Со-Общение» Идеология нового поколения –

идеология развития Ефим Островский

(руководитель «Группы Островского»

1.1. Особенности социально-экономического развития Красноярского края и его Арктической зоны

Арктическая зона Красноярского края традиционно включает полуостров Таймыр и прилегающие к нему территории Гыданского полуострова и плато Путорана. Административно в Арктическую зону Красноярского края входят все территории Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района, северные части Туруханского района (где расположен г. Игарка) и Эвенкийского муниципального района и городской округ город Норильск. Южную границу Арктической зоны России традиционно принято считать южной границей тундры или отметкой 66є33ґс. ш., т. е. широты, отмечающей Северный полярный круг.

Уникальность Красноярского края во многом обусловлена наличием на его территории районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, к которым, в частности, относятся следующие муниципальные образования, расположенные в Арктической зоне Российской Федерации (далее – муниципальные образования Арктической зоны):

– Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район;

– Эвенкийский муниципальный район;

– городской округ г. Норильск, который включает в себя г. Норильск, жилое образование Оганер, города-районы Талнах и Кайеркан, поселок Снежногорск, ряд крупных промышленных площадок (металлургических заводов, обогатительных фабрик, рудников) и инфраструктурных коммуникаций между ними (далее – г. Норильск);

– г. Игарка Туруханского района (с 01.01.2006 г. Игарка отнесен к категории городов районного подчинения и передан в состав Туруханского района, ранее г. Игарка относился к категории «Город краевого подчинения»).

Основные индикаторы уровня и качества жизни населения муниципальных образований Арктической зоны во многом определяются особенностями социально-экономического развития.

Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район, Туруханский район, городской округ г. Норильск входят в состав Северного территориального округа, который занимает второе место после Центрального по большинству основных показателей социально-экономического развития. Во многом это обусловлено наличием на его территории залежей полезных ископаемых и, как следствие, крупных промышленных объектов, в связи с чем за каждым муниципальным образованием, входящим в состав округа, закрепилась своя промышленная специализация.

Природно-климатические условия и распределение полезных ископаемых обусловили специфику социально-экономического развития Северного территориального округа, повлияв на течение демографических процессов, уровень жизни населения, а также на производственную специализацию экономики.

Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район – один из самых северных районов не только Красноярского края, но и России.

Это наименее изученный в геологическом отношении регион России (исследовано 2 % его недр). Несмотря на это, база сырьевых ресурсов полуострова оценивается как значительная. Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район − единственный газодобывающий район на севере Восточной Сибири.

Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район имеет все шансы стать новым локомотивом развития в случае разработки ряда перспективных рудных и газоконденсатных месторождений.

Эвенкийский муниципальный район относится к Крайнему Северу России⁶. Значительная часть территории района относится к районам распространения вечной мерзлоты. С севера на юг территория района простирается приблизительно на 1 500 км, с востока на запад – на 800–850 км.

Эвенкия характеризуется сложным, преимущественно горным рельефом и широким диапазоном геотектонических, гидрогеологических, медико-географических, климатических и гидрологических условий. Тундры занимают 1/10 территории района.

Несмотря на крайне тяжелые климатические характеристики, Эвенкия – это один из наиболее богатых ресурсами регион России: возможности энергетической отрасли, запасы нефти, газа здесь огромны, а промышленное их освоение только начинается⁷. Развитие минерально-сырьевой базы прежде всего связано с освоением нефтегазовых месторождений, которые занимают ведущие позиции в развитии Восточно-Cибирского нефтегазового комплекса.

Создание нефтегазодобывающей промышленности должно решить несколько задач: восполнение дефицита добычи нефти в Российской Федерации за счет ввода в разработку новых месторождений; организация транспортировки добываемого газа как нефтяного, так и попутного до потребителя; обеспечение потребности в газе Красноярского края и Эвенкийского муниципального района, участие района в проектах транспорта газа и нефти в страны Азиатско-Тихоокеанского региона⁸.

Город Норильск – крупный центр цветной металлургии, на территории которого ведется добыча и производство цветных металлов, драгоценных металлов. Экономика г. Норильска носит ярко выраженный крупноиндустриальный моноотраслевой характер. Базовая отрасль ориентирована на экспорт, поэтому экономика города напрямую зависит от объемов экспорта сырьевых ресурсов, конъюнктуры мировых и внутренних цен на цветные и драгоценные металлы, а также курса основных мировых валют. Этим обусловлены значительные колебания объема промышленного производства в стоимостном выражении, что в конечном итоге сказывается на экономическом состоянии города в целом.

Электроэнергией г. Норильск обеспечивает Усть-Хантайская ГЭС, одна из самых северных ГЭС в мире. Развитие профилирующего вида деятельности в г. Норильске во многом связано с реализацией ведомственных целевых программ «Развитие металлургического производства и производства готовых металлических изделий на территории Красноярского края»⁹, которые в том числе предполагают развитие сопутствующих видов деятельности на территории Норильского промышленного района. Норильск является одним из самых экологически загрязненных городов в мире, что в совокупности с крайне тяжелыми природно-климатическими условиями делает его непривлекательным для постоянного проживания населения. Вместе с тем он является вторым по численности населения городом в крае после г. Красноярска, что обусловлено притоком молодого трудоспособного населения на временную работу.

Вследствие тяжелых природно-климатических условий развитие непроизводственных видов деятельности в данном городе экономически невыгодно. Материальные издержки и затраты на амортизацию могут многократно превысить сумму предполагаемой прибыли. В этой связи единственным возможным вариантом развития альтернативных видов экономической деятельности в городе может стать развитие сферы услуг и малого предпринимательства.

Туруханский район является наиболее перспективным для социально-экономического развития Северного территориального округа и Красноярского края в целом, что обусловлено вводом в эксплуатацию Ванкорского месторождения¹⁰, крупнейшего нефтегазового месторождения. Промышленная добыча нефти на территории района ведется с 2009 г. На сегодняшний день освоение Ванкорского месторождения является одним из крупнейших проектов в Красноярском крае. Расчетный срок эксплуатации месторождения – 30 лет (примерно до 2040 г.); максимального уровеня ежегодной добычи (около 25 млн ) планируется достигнуть к 2015 г. Это месторождение находится в 130 км на северо-запад от города. На территории Туруханского района имеется около 100 разведанных месторождений полезных ископаемых. Электроэнергией Туруханский район обеспечивает Курейская ГЭС, входящая в список самых северных ГЭС, построенных в крайне тяжелых климатических условиях. Планируется также строительство Нижне-Курейской ГЭС. Сегодня развитие инфраструктуры района связывают с освоением минерально-сырьевых ресурсов.

Город Игарка – первый город, построенный на вечной мерзлоте. Город и его транспортно-промышленный комплекс создавались в первую очередь для обеспечения транспортировки Северным морским путем продукции промышленного комплекса Красноярского края.

Главной стратегической задачей является интеграция г. Игарка в процессы социально-экономического развития края как транспортно-перевалочного узла, использование его в качестве опорной базы в масштабном освоении ресурсов Туруханского района, при освоении северных месторождений нефти и газа¹¹.

Численность коренных малочисленных народов Красноярского края

Учитывая важность освоения северных территорий, государством в 1970–80-е гг. были созданы условия для привлечения трудоспособного населения в виде предоставления дополнительных гарантий и компенсаций, а именно повышенного районного коэффициента и северной надбавки к заработной плате, дополнительного оплачиваемого отпуска, бесплатного проезда к месту отдыха и обратно и др.

Однако изменение экономической ситуации в 1990-е гг. привело к оттоку населения с северных территорий (гг. Норильск, Игарка Туруханского района, Таймырский Долгано-Ненецкий и Эвенкийский муниципальные районы).

За период с 1996 по 2012 г. численность населения северных территорий края сократилась на 110,5 тыс. человек (или на 32,0 %) и на 01.01.2012 составила 234,6 тыс. человек, или 8,3 % от населения края.

Доля населения коренных малочисленных народов Севера в целом по краю составляет 0,6 % общего населения по краю, из них более 94 % проживают в четырех муниципальных образованиях Арктической зоны.

Наибольшая часть населения из числа коренных малочисленных народов Севера проживает на территории Таймырского Долгано-Ненецкого и Эвенкийского муниципальных районов. За период после последней переписи населения численность коренных жителей муниципальных образований Арктической зоны сократилась на 267 человек.

Природно-ресурсный потенциал муниципальных образований Арктической зоны

Арктическая зона края относится к территории, обладающей огромным ресурсным и индустриальным потенциалом для устойчивого социально-экономического развития. Основной объем отгруженной продукции крупных и средних организаций по виду экономической деятельности «Добыча полезных ископаемых» начиная с 2010 г. формирует Туруханский район (табл. 1.1). Это связано с вводом в середине 2009 г. в эксплуатацию Ванкорского нефтегазового месторождения.

По данным, размещенным на официальном сайте ЗАО «Ванкорнефть»¹², запасы Ванкорского месторождения оцениваются более чем в 520 млн т нефти (примерно 6 % общероссийских запасов), более 100 млрд куб. м газа (около 2 % запасов России). На сегодняшний день данное месторождение считается одним из самых крупных, перспективных и инновационно оборудованных. Благодаря вводу в эксплуатацию Ванкорского месторождения и началу промышленной добычи нефти удельный вес муниципальных образований Арктической зоны в суммарном объеме отгруженной продукции крупных и средних организаций Красноярского края по виду экономической деятельности «Добыча полезных ископаемых» увеличился с 9,8 % в 2008 г. до 77,2 % в 2010 г.¹³

На территории Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района помимо разработки месторождений полезных ископаемых ведется добыча каменного угля на шахте «Котуй», а также добыча газа на Пеляткинском и Северо-Соленинском газоконденсатных месторождениях.

На территории Эвенкийского муниципального района разведано пять месторождений нефти и газа: Юрубчено-Тохомское, Куюмбинское, Собинское, Оморинское и Пайгинское с промышленными запасами нефти и газа в 1,1 млрд т. Наиболее крупные и уникальные не только в России, но и в мире два нефтегазодобывающих района – Юрубчено-Тохомское и Ванаварское.

В этой связи планируется разведка месторождений на юге округа. Общий ресурсный потенциал юга Эвенкии – 1,5 млрд т нефти, 1,9 трлн куб. м газа и 80 млн т конденсата.

Доля отгруженной продукции крупных и средних организаций по виду экономической деятельности «Обрабатывающие производства» четырех муниципальных образований Арктической зоны в общем объеме по краю составляет более 50 % суммарного объема отгруженной продукции крупных и средних организаций Красноярского края (в 2010 г. – 56,7 %, в 2011 г. – 53,5 %, в 2012 г. – 46,5 %) (табл. 1.2).

Практически весь объем отгруженной продукции по указанному виду экономической деятельности формирует городской округ г. Норильск, градообразующее предприятие которого Заполярный филиал ОАО «ГМК «Норильский никель».

Доля металлургического производства и производства готовых металлических изделий в общем объеме отгруженной продукции крупных и средних организаций по виду экономической деятельности «Обрабатывающие производства» в 2012 г. по г. Норильску составила 99,6 % (286 081,1 млн руб.).

На сегодняшний день Норильский промышленный район полностью обеспечивает потребности России в никеле и кобальте, наполовину – в меди. По оценкам Министерства регионального развития РФ ОАО «ГМК «Норильский никель», формирует около 2 % ВВП России, а его доля в цветной металлургии страны составляет около трети.

Объем отгруженной продукции крупных и средних организаций по виду экономической деятельности «Производство и распределение электроэнергии, газа и воды» четырех муниципальных образований Арктической зоны в общем объеме по краю в период 2010–2012 гг. занимал порядка 20 % (2010 г. – 19,1 %, 2011 г. – 18,4 %, 2012 г. – 17,7 %) (табл. 1.3).

Основной объем электро- и теплоэнергии в Северном территориальном округе производится тепловыми электростанциями и уникальными северными ГЭС – Курейской (Туруханский район) и Усть-Хантайской (г. Норильск).

Таблица 1.1

Отгружено товаров собственного производства, выполнено работ и услуг собственными силами в действующих ценах по виду экономической деятельности «Добыча полезных ископаемых»

Таблица 1.2

Отгружено товаров собственного производства, выполнено работ и услуг собственными силами в действующих ценах по виду экономической деятельности «Обрабатывающие производства»

Таблица 1.3

Отгружено товаров собственного производства, выполнено работ и услуг собственными силами в действующих ценах по виду экономической деятельности «Производство и распределение электроэнергии, газа и воды», млн рублей

Таблица 1.4

Продукция сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий (в фактически действовавших ценах)

Таблица 1.5

Протяженность автодорог с твердым покрытием (общего пользования местного значения, необщего пользования)

Наибольший удельный вес объема отгруженной продукции по данному виду экономической деятельности указанных муниципальных образований приходится на г. Норильск. Вместе с тем с каждым годом удельный вес округа в общекраевом объеме сокращается (в 2008 г. – 19,5 %, в 2009 г. – 18,6 %, в 2010 г. – 18,0 %), в том числе из-за сокращения выработки электроэнергии тепловыми электростанциями.

Таким образом, монофункциональной специализацией экономики муниципальных образований Арктической зоны края являются: для городского округа г. Норильск – цветная металлургия; для Туруханского района – нефтедобыча. Таймырский Долгано-Ненецкий муниципальный район не имеет ярко выраженной монофункциональности, но специализируется на добыче нефти, газа и каменного угля. Сельское хозяйство на территории муниципальных образований Арктической зоны края представлено оленеводческими, промысловыми, перерабатывающими предприятиями, крестьянско-фермерскими, общинно-родовыми, семейно-родовыми хозяйствами, артелями, общинами и другими организациями и объединениями. На долю продукции животноводства муниципальных образований приходится лишь 0,7 % от общего объема продукции животноводства в крае, поскольку к традиционным видам деятельности этих территорий относится только оленеводство и мясо-молочное животноводство (табл. 1.4).

На территории Таймырского Долгано-Ненецкого и Эвенкийского муниципальных районов и Туруханского района наиболее развито оленеводство. На долю указанных муниципальных образований приходится 99,2 % продукции животноводства муниципальных образований Арктической зоны края. Продукция растениеводства в этих районах в основном представлена сбором ягод и трав. Развитие транспортной инфраструктуры муниципальных образований во многом обусловлено природно-климатическими условиями, которые определили низкую транспортную доступность населенных пунктов.

Протяженность автодорог с твердым покрытием в 2011 г. занимала около 20 % от общекраевого показателя. Из общей площади автодорог с твердым покрытием муниципальных образований Арктической зоны в 2012 г. 35 % были расположены в г. Норильске, 28,4 % – в Туруханском районе, 26,8 % – в Эвенкийском муниципальном районе (табл. 1.5).

В зимнее время все грузо- и пассажироперевозки осуществляются только авиационным транспортом или зимниками; с началом навигационного периода основным видом транспорта становится водный. Движение автомобильного транспорта затруднено из-за отсутствия дорог, обеспечивающих высокую проходимость.

Наиболее развитой транспортной инфраструктурой отличается городской округ г. Норильск, причем сеть транспортных инженерных коммуникаций имеется только в черте города, за его границами автомобильных дорог нет. В Таймырском Долгано-Ненецком муниципальном районе автодорог практически нет, все основные грузо- и пассажиропотоки осуществляются авиационным транспортом, а добытую нефть транспортируют посредством трубопровода.

Экологическая ситуация в муниципальных образованиях Арктической зоны края

С учетом устойчивого роста добывающих и обрабатывающих производств на территории муниципальных образований, отнесенных к Арктической зоне (особенно на территории г. Норильска и Туруханского района), возникает необходимость в разработке плана мероприятий по утилизации токсичных отходов, особенно в местах компактного проживания населения, а также установления особых режимов природопользования и охраны окружающей среды. Наибольшие объемы выбросов (в 2012 г. – 1 949,6 тыс. т) среди муниципальных образований в течение всего анализируемого периода отмечены по г. Норильску, на долю которого приходится 92,6 % всех выбросов территорий, отнесенных к Арктической зоне. Основную часть загрязняющих веществ вносит градообразующее предприятие Заполярный филиал горно-металлургической компании «Норильский никель» (табл. 1.6).

По данным табл. 1.6, отмечается рост объема выбросов вредных веществ по Туруханскому району. В 2012 г. по отношению к 2010 г. объем выбросов вырос в 2,5 раза и составил 138,3 тыс. т. Высокий показатель по выбросам связан с запуском в 2009 г. на территории района сети нефтедобывающих объектов «Ванкорнефть».

Относительно стабильная ситуация с выбросами загрязняющих веществ в атмосферный воздух складывается на территории Эвенкийского и Таймырского Долгано-Ненецкого муниципальных районов. При этом на долю этих двух районов в 2012 г. приходилось лишь 0,8 % от общего объема выбросов муниципальных образований Арктической зоны края.

Далее охарактеризуем объемы затрат на охрану окружающей среды, инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов, муниципальных образований Арктической зоны края.

Таблица 1.6

Выбросы загрязняющих веществ в атмосферный воздух, отходящих от стационарных источников

Таблица 1.6

Текущие затраты на охрану окружающей среды (в фактически действовавших ценах)

Таблица 1.8

Инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов

Из всех муниципальных образований только на территории г. Норильска осуществляются ежегодные мероприятия по обеспечению экологической безопасности в части охраны окружающей среды и атмосферного воздуха от отходов производства и потребления, а также инвестирование средств в основной капитал на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов.

На остальных территориях, отнесенных к Арктической зоне, эти мероприятия имеют несистемный характер. Текущие затраты на охрану окружающей среды (в фактически действовавших ценах) за период 2009–2011 гг. (за 2012 г. данные отсутствуют) по четырем муниципальным образованиям составили 34,5 млрд руб., из которых 99 % приходится на г. Норильск (табл. 1.7).

Наибольшая часть затрат направлена на охрану окружающей среды от отходов производства и потребления – 65,2 % (22,5 млрд руб.) всех затрат на охрану окружающей среды. На охрану атмосферного воздуха приходится 21 % (7,2 млрд руб.). На охрану и рациональное использование водных ресурсов направлено 13,8 % (4,5 млрд руб.). Менее 1 % (23,2 млн руб.) направлено на рекультивацию земель.

Инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов на территории муниципальных образований Арктической зоны края в 2010–2012 гг., составили 12,3 млрд руб., из них 89,6 % приходится на г. Норильск (10,9 млрд руб.). При этом по г. Норильску ежегодно наблюдается устойчивая тенденция роста объема инвестиций. В 2012 г. их объем по отношению к 2010 г. вырос в 2,5 раза.

В других территориях, отнесенных к Актической зоне, инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов, носят скачкообразный характер (табл. 1.8).

На долю Туруханского района и Эвенкийского муниципального района приходится 7,5 и 2,6 % общего объема инвестиций соответственно.

В Таймырском Долгано-Ненецком муниципальном районе на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов инвестиции в основной капитал израсходовали 35,7 млн руб., или 0,02 % общего объема инвестиций муниципальных образований Арктической зоны края.

Перспективы социально-экономического развития Арктических территорий Красноярского края

Экономика муниципальных образований Арктической зоны отличается промышленным типом хозяйствования с ярко выраженной монопрофильностью, где обозначены основные направления специализации – цветная металлургия и нефтедобыча.

Развитие муниципальных образований Арктической зоны опирается на их природно-ресурсный потенциал, востребованный на международном рынке. Муниципальные образования Арктической зоны имеют свою специфику, которая во многом определяет характер территориального развития:

– наличие богатейших запасов минерального сырья;

– слабо развитая транспортная инфраструктура, обусловленная естественными экономическими и природными ограничениями ее развития до масштабов, характерных для экономически развитых регионов страны;

– очень низкая плотность населения¹⁴.

Ввиду специализации экономики и невозможности ее полной диверсификации основными направлениями развития муниципальных образований Арктической зоны могут стать следующие:

– развитие Норильского промышленного района (в том числе развитие г. Норильска как опорного центра освоения Арктики; развитие добывающих и обрабатывающих производств);

– развитие транспортной инфраструктуры (в частности, малой авиации, которая является основным видом транспорта в зимний период);

– развитие промышленной добычи нефти на базе Ванкорского месторождения и природного газа на базе месторождений Таймырского района (в частности, строительство трубопроводных магистралей, жилой и инженерной инфраструктуры);

– разработка рудных месторождений в Таймырском районе;

– развитие въездного туризма (музей вечной мерзлоты, северное сияние, комплекс озер).

Несмотря на асимметрию экономического развития северных территорий, именно данные муниципальные районы определяют длительное стабильное развитие экономики края, обеспечивая более 50 % поступлений в краевой бюджет.

1.2. Человеческий потенциал и его роль в социально-экономическом развитии

Чтобы добиться реального успеха, России, подобно многим другим индустриально развитым странам, необходимо научиться использовать глобальные потоки таланта. Российские города должны приобрести прочный статус городов мирового класса, чтобы привлекать квалифицированных профессионалов из-за рубежа и удерживать местные таланты от соблазна найти себе более подходящий креативный климат.

Ричард Флорида, профессор школы общественной политики Университета Джорджа Мэйсона

(Вашингтон)

О структуре человеческого потенциала и его роли в экономике написано много научных трудов, в частности, данный вопрос подробно рассматривается в монографии «Оценка факторов и ограничений стратегического развития человеческого потенциала и предпринимательской среды ресурсных регионов»¹⁵. Избегая повторов, попытаемся развить эту тему в логике междисциплинарного исследования качества жизни ресурсных регионов.

Одним из ключевых индикаторов социально-экономического развития территории и определения потребности в трудовых ресурсах выступает индекс производительности труда. Индекс изменения производительности труда, рассчитанный на базе валового выпуска, отражает изменение потребности в труде на единицу физического объема валового выпуска.

Повышение производительности труда зависит от уровня развития трудосберегающих технологий, организации производства и труда, условий труда, компетентности персонала. В части организации труда следует говорить о важности управленческих компетенций в экономике. В последнее десятилетие индекс производительности труда в России имеет тенденцию к понижению (табл. 1.9).

Тенденция понижения производительности труда в добывающих отраслях базируется на высоком уровне их монополизации, снижении технологической производительности и «обеднении» сырья. Особенно следует отметить такой фактор низкой производительности, как разбалансированность уровня развития социальной сферы и производства. Гармонично развитая социальная сфера оказывает сильное мотивирующее воздействие на поведение человека, которое может привести к хорошему выполнению работы, проявлению работником заинтересованности в успехе организации, в стремлении к рационализаторской деятельности и изысканию резервов повышения качества выполнения работы.

Что касается территорий Арктической зоны, то поддержание социальной сферы требует больших затрат, а должный уровень может быть достигнут за счет развития государственно-частного партнерства.

Не является секретом также и то обстоятельство, что в отношениях крупных социальных «субъектов» возникает серьезное напряжение, связанное с противоречиями целевой ориентации. Так, субъект «город – муниципалитет» реализует ориентир на социокультурные потребности населения, тогда как для субъекта «комбинат» (ГМК «Норникель») выступает лишь средством для реализации других известных целевых ориентиров.

Из ответов респондентов, работающих на северных территориях Красноярского края: «Раньше был мотив героизма, который подкреплялся идеей бескорыстного служения Родине. Сейчас не очень. Комбинат – это собственность двух человек, вот они пусть и геройствуют за себя».

«…Когда случилась авария на городских коммуникацях, все как один вышли устранять последствия, без вопросов. Мобилизационные возможности на Севере большие, если помощь нужна. Без этого здесь не выжить…»

Производительность труда является одним из ключевых критериев экономического потенциала страны и региона. Россия лидирует по приросту производительности труда на постсоветском пространстве, но за счет того, что в период с 1989 по 1998 г. в РФ производительность труда существенно снизилась.

Таблица 1.9

Индекс производительности труда по России и основным отраслям экономики РФ (по разделам ОКВЭД) в 2003–2012 гг.¹⁶

По данным Всемирного банка, за последнее десятилетие россиянам удалось существенно повысить конкурентоспособность экономики страны. В 2010 г. производительность труда в российской экономике составила 43 % от уровня развитых стран, входящих в Организацию экономического развития и сотрудничества (ОЭСР) и 75 % от уровня стран, недавно вошедших в ОЭСР (рис. 1.1).

Рис. 1.1. Производительность труда в крупнейших компаниях России в сравнении с лидерами из стран Восточной Европы или БРИК в год¹⁷

Красноярский край является одним из лидеров роста производительности труда в Сибирском федеральном округе (табл. 1.10). Тем не менее прирост производительности труда в ближайшие пять лет на 7,5 % представляет определенную проблему. В том числе и в силу дефицита компетентности управленцев в сфере организации труда. Долгие годы прирост обеспечивался преимущественно эффектом «низкой базы».

Экономика муниципальных образований Красноярского края как региона Сибири и Арктической зоны отличается промышленным типом хозяйствования с ярко выраженной монопрофильностью. В качестве стратегических направлений развития экономики края можно выделить следующие:

• Наращивание на базе крупных инвестиционных проектов потенциала экспортно ориентированных ресурсных отраслей на основе современных технологий, обеспечивающих рост эффективности использования факторов производства, в первую очередь живого труда;

экологическую безопасность территории. Опыт эффективного развития экономики на базе ресурсных отраслей имеют ряд стран (Канада, Австралия, Норвегия), при этом их развитие стало реальной основой экономического и социального процветания территории, где они локализованы.

• Развитие и инвестиционная поддержка секторов по производству товаров и услуг, «не торгуемых» на мировых рынках.

• Развитие и инвестиционная поддержка предприятий в рамках внутрирегиональной межотраслевой кооперации, в частности при реализации крупных инвестиционных проектов.

• Привлечение инвестиций в виды экономической деятельности, которые будут в следующие десятилетия фундаментом диверсификации экономики, связанной с дальнейшим развитием, созданием или возрождением производств продукции более высокого передела (лес, прокат цветных металлов, нефтепереработка, газонефтехимия).

Таблица 1.10

Индекс производительности труда по России и СФО в 2008–2012 гг. ¹⁸

Перспективы развития у ресурсных регионов хорошие, но главные препятствия на пути реализации этих возможностей – количество и качество трудовых ресурсов, а также уровень развития социальной сферы поселений, поскольку вахтовый метод в большинстве случаев порождает негативные эффекты промышленного освоения территории. На сегодняшний день трудообеспечение крупных инвестиционных проектов в крае является серьезной проблемой: дефицит трудовых ресурсов не только структурный, но и абсолютный. В такой ситуации для обеспечения роста экономики за счет инвестиций необходим как минимум рост производительности труда в среднем не менее 5 % в год, а с учетом неравномерности инвестирования рост производительности труда должен составить не менее 7,5 % в год до 2020 г. (рис. 1.2).

Рис. 1.2. Требуемый рост производительности труда (нулевой вариант прогноза социально-экономического развития Красноярского края)¹⁹, 2011–2021 гг.

Экономический рост в Красноярском крае во всех сценариях достигается за счет высоких темпов роста ресурсных отраслей и снижения доли обрабатывающих производств. В контексте будущего развития можно констатировать, что за 10-летний период не удастся совершить маневр по масштабному развитию обрабатывающих производств, но инвестиционные вложения в модернизацию экономики края и развитие машиностроения, газохимии, металлообработки по зволят изменить структуру производства в сторону увеличения обрабатывающих производств в последующие периоды.²⁰

Восполнение дефицита трудовых ресурсов в экономике Красноярского края, в особенности на его арктических территориях, будет происходить преимущественно за счет усиления мобильности населения РФ. Поэтому для развития принципов миграционной политики, понимания направления и интенсивности инвестиций в различные сферы, связанные с формированием человеческого потенциала, важно понимание особенностей и мотивов миграционного поведения, что выходит за рамки традиционной экономической науки.

В свою очередь, мотивы миграционного поведения выступают как внутренняя детерминация, базирующаяся на субъективном восприятии того, что принято называть качеством жизни, в то время как мониторинговые исследования в этой области преимущественно учитывают объективные показатели в областях доступных социальных благ, фиксируемых как инфраструктурные характеристики.

Тип экономики Сибири и Арктической зоны обусловливает следующие особенности качества жизни населения:

• Экологическая загрязненность территории поселения в совокупности с крайне тяжелыми природно-климатическими условиями и, как следствие, непривлекательность части территории Сибири и Арктической зоны для постоянного проживания населения. На большей части территорий, отнесенных к Арктической зоне, инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов, носят скачкообразный характер. Среда обитания не удовлетворяет требованиям к среде постоянного проживания населения, в том числе и по причине специфики промышленного освоения севера Красноярского края и Республики Саха (Якутия), которое происходило часто с применением вахтового метода. На территории Красноярского края и Якутии нет крупных городов, кроме г. Норильска. Малые города и поселки городского типа сегодня уже не способны обеспечить современный стандарт качества городской жизни (степень развития телекоммуникационных, рыночных и бытовых услуг; транспортная доступность других культурных и экономических центров страны и мира; высокий уровень дифференциации предложения рабочих мест; доступ к высшему образованию и т.п.).

• Низкая транспортная доступность населенных пунктов.

• Недостаточное обеспечение базовыми социальными услугами: образование, здравоохранение, культура коренных малочисленных народов Севера вследствие их образа жизни (многие представители КМНС до сих пор сохранили кочевой образ жизни). В результате для КМНС характерно наличие низкого уровня образования (или отсутствие образованности), высокая младенческая смертность, низкая продолжительность жизни, небольшой набор потребляемых продуктов питания и товаров повседневного пользования.

• Высокая дифференциация накопленного уровня благосостояния, что, в свою очередь, является сдерживающим фактором мобильности населения.

• Низкое качество предоставляемых на территории Арктической зоны социальных услуг, вследствие чего происходит качественное ухудшение кадрового состава отраслей социальной сферы. С переходом на новые экономические отношения в 1990-х гг. политика принуждения уступила место рыночным регуляторам миграции. За период с 1996 по 2012 г. численность населения северных территорий России сократилась на 110,5 тыс. человек.

• Общий прирост населения Красноярского края в большей степени зависит от миграционного движения населения по сравнению с Сибирским федеральным округом в целом. Анализ воспроизводственных характеристик населения позволяет сделать вывод о том, что расширенное воспроизводство населения характерно для Республик Тыва и Алтай. На последних позициях находятся Красноярский край и Новосибирская область из-за низких значений показателя у городского населения, Кемеровская и Томская области – из-за низких значений по всем типам поселений.

В разрезе субъектов Сибирского федерального округа структура смертности по причинам смерти в Новосибирской области наиболее близка к общероссийским показателям. Существенные структурные различия присущи, в основном, национально-территориальным образованиям. Национально-территориальные образования прежде всего отличаются высокой смертностью от внешних причин, среди которых преобладают самоубийства мужчин.

Для реализации целей и стратегий развития территория края должна обладать адекватной движущей силой. Стратегическое управление в целях обеспечения развития социально-экономической системы концентрируется на человеческом потенциале. Именно человеческий потенциал выступает основным фактором и ограничением развития территорий. Это обстоятельство обусловило актуальность исследования проблем, связанных с развитием человеческого потенциала ресурсных территорий.

Инвестиции в культуру, образование, здравоохранение, развитие физической культуры и спорта, развитие предпринимательской среды представляют собой лишь возможные выгоды в будущем, а к сфере возможного относится понятие «потенциал». Человеческий капитал – лишь форма проявления человеческого потенциала в системе рыночных отношений.

Реализация стратегической установки социально-экономического развития территории зависит в первую очередь от мотивов, ценностных ориентаций, норм поведения, т.е. деятельностного потенциала населения. Именно он является первопричиной формирования компетенций населения территории и определяет особенности делового и гражданского поведения.

Одним из самых важных вопросов в формировании стратегий регионального развития относительно формирования человеческого капитала выступает не только обеспечение возможностей капитализации, но и выгоды инвестирования человеком приобретенного капитала (например, компетенций) на территории его формирования в противовес его своеобразному вывозу на другие территории. Сложившийся стереотип о том, что главная цель общества и развитие самого государства определяются экономическим ростом, а свобода и социальная поддержка населения – это лишь следствие экономического роста страны, т.е. своеобразный бонус, получаемый от эффективности экономики, все чаще критикуется сторонниками концепции человеческого развития. Идейным лидером данного направления выступает Амартии Сен, доказывающий в своей работе «Об этике и экономике»²¹, что, наоборот, экономический рост является следствием человеческого развития и свободы.

Теоретики Римского клуба еще в 1970 г. пришли к выводу, что успех или крах социально-экономического развития главным образом определяется уровнем и структурой человеческого потенциала.

Роль институциональных ограничений состоит в формировании условий капитализации человеческого потенциала как фактора его реализации (по критерию результативности).

Говоря метафорически, человеческий потенциал общества соответствует составу команды, т.е. исход командной игры зависит от количества и квалификации игроков, от того, хорошо ли они знают правила игры и достаточно ли сыграны, чтобы победить, от того, как распределены роли в команде. Соответственно, для выживания и устойчивого развития региона важны такие показатели, как численность населения, сбалансированность поколений, уровень образования, здоровья, а также социокультурные особенности населения, влияющие на его жизнеспособность (рис. 1.3).

Рис. 1.3. Структура потенциала развития региона²²

Традиционные подходы к развитию человеческого капитала региона, а также к росту качества жизни, нашедшие отражение в разработанных стратегиях социально-экономического развития федеральных округов субъектов Федерации и муниципальных образований, не дают положительного эффекта трудообеспечения инвестиционных проектов на территории Сибири и в Арктической зоне в силу ряда причин.

Во-первых, они не учитывают влияние мотивационных и психолого-поведенческих аспектов сдвигов социума, которые в настоящее время формируются под влиянием глобальных процессов и информационной доступности.

Во-вторых, действующая парадигма управления территориальным развитием страны, механизмы взаимодействия государства, бизнеса и населения территорий, включая коренные народы Севера, не обеспечивают равных выгод для населения от освоения природных ресурсов и фактически закрепляют колониально-ресурсный тип развития регионов, который ведет к социальной деградации и падению качества жизни населения.

Кроме того, последние годы характеризуются следующими тенденциями в оценке качества жизни населения:

• во-первых, в органах власти устанавливаются (а в чем-то и меняются) представления и ориентиры относительно развития качества жизни населения;

• во-вторых, осознается необходимость проведения специальной миграционной политики, направленной на привлечение на территорию Сибири молодых высококвалифицированных кадров для обеспечения устойчивого развития территории;

• в-третьих, происходят изменения в критериях оценки деятельности региональной власти согласно Указу Президента Российской Федерации № 1199 – к объективным индикаторам добавляется субъективная оценка удовлетворенности жителей услугами здравоохранения и образования.

Таким образом, стандартные подходы к исследованию качества жизни, основанные преимущественно на объективных индикаторах, требуют доработки путем включения в них социологических и психологических, характеризующих отношение населения к существующему формату среды обитания и мотивацию решения о переселении, что позволит получить более полную информацию для разработки стратегии развития человеческого потенциала региона.