Kitobni o'qish: «Обратная сторона ненависти»

ПРЕДИСЛОВИЕ

Свет и тьма застыли друг напротив друга, миг и они приняли облик, скрытый от своих созданий. Тьма – жгучая брюнетка с вьющимися волосами, цвет лица которой отображал сияние луны. В ее темных глазах, можно было увидеть сияющие звезды. Она обратилась к крупному мужчине, волосы которого сияли ярким ослепляющим светом. В его глаза горел солнечный свет, лаская своим теплом.

– Свет, предлагаю тебе новый спор, – раздался ее игривый звенящий голос.

– Признайся, моя дорогая, тебе понравилось проигрывать мне! – его раскатистый голос словно обласкал ее.

– Не льсти себе, – фыркнула тьма. – Мы оба знаем, что ты находишь покой в моих объятьях, – произнесла она томным голосом и ее ладошка прикоснулась к его лицу, принося с собой умиротворение, покой и прохладу, от чего он, прикрыв глаза, замер, впитывая в себя эти чувства. В бесконечности раздался его слегка охрипший голос, разносясь эхом.

– Светлая, душа моей подопечной с легкостью выживет в твоем царстве, не теряя душу, – уверенно произнес он, и недовольство вспыхнуло в его глазах, когда Тьма убрала руку.

– Усложним условия спора, Свет! Не просто светлая душа, а избранная, исполняющая твое пророчество, – пред Светом возникла иллюзия юной эльфийки.

– Но ведь она питает магический источник, благодаря которому повышается рождаемость у моих светлых, – нахмурил он брови.

– Я вообще думала, что тебе под силу управлять своим творением, – насмешливо произнесла Тьма.

– Если ты решила прибрать к рукам мое творение, то ты даруешь ей частицу темного дара, чтобы она смогла соприкасаться с тьмой, не рискуя жизнью.

– В таком случае у нее должна быть взаимная любовь с темным! – азартно воскликнула Тьма, звезды в ее глазах замерцали холодным светом.

– Как у нас, моя Темная?

– Мечтай, Светлый! – фыркнула она ему в ответ.

– Я принимаю спор, награда та же! – прогрохотал раскатистый голос и он попытался обнять Тьму, которая растворилась, оставив лишь отголоски своего смеха.

Глава 1

Земли эльфов магический источник.

Под широкой аркой, сплетенной из множества больших цветов, благоухающих тонким ароматом и мерцающих магическим светом, сидела с закрытыми глазами Лайтиэль. Магия пронизывала ее точеную фигурку, играя в ее светлых волосах разноцветными бликами, расходилась лучами в разные стороны, питая магические цветы. Сегодня арка благословений с особой жадностью впитывала в себя исходящую магию эльфийки, которая, повинуясь ее желанию, отдавала больше, чем обычно.

Под аркой проводили свадебные церемонии и получали силу для рождения своего потомства. К ней так же приходили все желающие вновь обрести счастье материнства. Сюда же и приносили малышей, чтобы их магический дар раскрывался.

Недалеко от арки открылся портал, из него вышел эльф с ярко золотисто-каштановыми волосами, заплетенными в сложную косу, открывая красивые тонкие черты лица. Его большие изумрудного цвета глаза с восхищением наблюдал за таинством магии. Вот девушка распахнула свои глаза, увидела эльфа и подскочила на ноги. Затем кинулась к нему с криком.

– Папа! – ее тут же заключили в крепкие объятья. – Что-то случилось? – забеспокоилась дочь. Такого еще не было, чтобы за ней приходил отец, да еще и к магическому источнику.

– Ну ничего такого не случилось, – рассмеялся он. – Если не считать, что сегодня день твоего совершеннолетия, пятьдесят лет и твоя мама беспокоится, что тебя нет дома. Сбежала с самого утра, – покачал он головой и тут же ее поцеловал в висок.

– Я не виновата, он сам меня призвал, – начала оправдываться она. – Я сегодня как-то необычно себя чувствую, – призналась она отцу.

– У тебя что-то болит? – забеспокоился эльф, с тревогой рассматривая ее.

– Да нет, просто такое ощущение, что внутри меня что-то бурлит, как будто оно ищет выход, – смущаясь, ответила она.

– Дочь, ты вступаешь в период взросления, наверное, еще волнение сказывается, – начал успокаивать он то ли ее, то ли себя.

Затем он открыл портал, ведущий в их особняк, и они скрылись в нем.

Дома их встретила красавица эльфийка, блондинка с большими ярко-синими глазами. Эту красавицу можно было принять за ее сестру, настолько юно она выглядела. Она строго посмотрела на дочь и произнесла.

– Милая, иди быстро переодевайся, скоро гости начнут съезжаться, а ты еще совершенно не собрана, – покачала она головой, затем не удержалась и с любовью погладила ее по щеке. – Ну давай беги, милая, время не ждет.

Лайтиэль вздохнула и безрадостно пошла в свою комнату, где ее уже ждали служанки. У нее совершенно не было никакого желания праздновать свой долгожданный праздник в кругу всех этих эльфов, донимавших ее и ее родителей. Они смотрели на нее, как на выгодное приобретение для своих сыновей, внуков, мечтая укрепить свой род за счет ее редких магических способностей питать Арку благословений. Они не понимали одного, что замуж она выйдет только тогда, когда ее сердце полюбит.

Вскоре благодаря стараниям служанок Лайтиэль сияла нежной красотой, одетая в легкое воздушное платье, подчеркивающее ее стройную фигурку. Золотистые локоны были уложены в замысловатую прическу, подчеркивая нежный овал лица. Фигурные брови притягивали взгляд к большим синим глазам, которые подчеркивали черные длинные пушистые ресницы, оттеняя веки. Аккуратный носик и пухлые губки придавали миловидность и нежную красоту лицу, которое капельку отличалось от типичного эльфийского. Если бы не схожие черты лица, большие яркие глаза и заостренные ушки, можно было поставить под сомнение ее родство с эльфами. Она кинула грустный взгляд в зеркало на свое отражение, на душе было неспокойно. Какое-то не ясное томление души и тревога.

В комнату вошла мать, как всегда блистая красотой, она подарила дочери любящую улыбку, с нежностью смотря на нее.

– Ты такая у нас красавица! – поцеловала она ее. – Пойдем, дорогая, встречать гостей. Сам владыка решил почтить нас своим присутствием. Прошу тебя, милая, будь поприветливее со своими поклонниками.

– Ну, мама, прошу тебя, хоть ты меня пожалей. В них нет ни капли искренности.

– Кто знает, милая, может, среди этой толпы ты встретишь своего единственного, который заставит твое сердечко петь, – утешила ее мать. Искренне веря, что ее дочь встретит такую же любовь, как у них с мужем.

Праздник был в самом разгаре. В большом зале с колоннами, увитыми большими красивыми живыми цветами, скользили гости, разодетые в шикарные наряды. Стайки молоденьких эльфиек, блистая своей красотой, в ярких платьях расположились по всему залу, стреляя глазками в окружавших их парней. Между ними сновали слуги с подносами, разносили гостям вино в бокалах, в которых играли блики магических светильников. Большие овальные окна открывали вид на чудесный сад, подсвеченный магическими фонарями, разгоняющими сумерки. Ночные светящиеся мотыльки вносили сказочное очарование цветникам с необычайно красивыми цветами.

Под стенами зала резная мебель служила островками отдыха для чопорных эльфиек старшего поколения. Почтенные дамы зорко следили за молодежью, не упуская возможности обсудить их воспитание.

В конце зала стояли столы, обильно уставленные изысканным угощениями, возле которых обосновались родители молодежи. Угощаясь, они делились новостями, заодно решали свои дела. На противоположном конце зала, на возвышении восседал сам Владыка в специально приготовленном для него удобном кресле. Он окидывал гостей своим умудренным столетиями взглядом, подмечая малейшие детали. Пожалуй, только слегка выцветший цвет синих глаз и бледная кожа лица выдавали его возраст. По правую руку владыки стоял сам хозяин дома, готовый исполнить его первое требование. Вот Владыка махнул рукой, произнося одно слово на древнем языке своего народа. Хозяин дома ощутимо напрягся, услышав заклинание полога тишины. Такая секретность не к добру, неприятное предчувствие холодом сковало отцовское сердце.

– Ваисадэль, твоя дочь подобно цветку расцвела во всей красоте, – прозвучал певучий голос владыки в гнетущей тишине. – Пришло время сорвать этот цветок невинности, выдав ее замуж. Гарниэль Гадскалэйнеиэль составит ей отличную партию, магия их рода сильна, – проговорил владыка, погружаясь в свои меркантильные мысли.

Отец Лайтиэль кинул быстрый взгляд в сторону своей дочери и увидел, как этот самый Гарниэль повел ее в центр зала на танец. Он совершенно четко увидел расстроенное и раздраженное лицо дочери, которая с трудом скрывала свою неприязнь к этому эльфу. Посмотрев на Владыку, он осмелился возразить ему.

– Владыка, но в ее сердце нет любви к этому эльфу! Она будет несчастна! Да и рано ей еще, она только переступила черту совершеннолетия – на эти слова его собеседник резко повернул голову в его сторону и его выцветшие глаза буквально обдали его холодом, вся доброжелательность мигом слетела.

– О какой любви ты говоришь, Ваисадэль? Тебе ли не знать, что выгодный союз определяет пару. Твоя дочь большая ценность нашего народа. И любовь слишком большая роскошь для нее. Ее долг перед своим народом воспроизвести сильное потомство с ее особым даром. Такова участь всех избранных! Такова моя воля Владыки всех эльфов! – хлестнул он силой власти, от чего его подданный совсем сник. Как любящий отец может заставить своего ребенка связать долговечную жизнь с ненавистным эльфом. – Не стоит затягивать со свадьбой! Надеюсь от тебя услышать ближайшие сроки торжества, – сквозь душевные муки донеслось до отца девушки. – Я знаю, твоя дочь хотела после совершеннолетия отправиться в Лонгвель в Магическую Академию. Так вот я запрещаю ей покидать наши земли. Ей выпала великая честь и обязанность питать своей магией Арку благословений, – Ваисадэль молча кивнул. Он с трудом сдерживал свои эмоции, из его дочери сделали заложницу, еще и насильно замуж хотят выдать.

Дивная музыка огласила зал, приглашая гостей на следующий танец. Лайтиэль в окружении своих сверстников с вымученной улыбкой посмотрела на сразу нескольких приглашающих эльфов. Тут ее резко подхватили под локоть со словами.

– Сегодняшние танцы все обещаны мне! – раздался у нее над ухом самоуверенный голос и ее чуть ли не силой подтащили в центр зала.

Поклонники тут же отступили, не желая связываться с могущественной семейкой и заносчивым Гарниэлем. Ей ничего не оставалось, как идти на танец, краем глаза она успела заметить завистливые взгляды эльфиек, которых она не понимала совсем, как может нравиться такой напыщенный и самовлюбленный эльф. Она еле сдерживала свою неприязнь к нему. Выйдя на середину зала, он собственнически притянул ее к себе, стиснув ее за талию, и закружил в танце.

– Не слишком ли ты много себе позволяешь, Гарниэль? Кто дал тебе право распоряжаться мной? – прошипела она сквозь зубы, при этом мило улыбаясь окружающим.

– Привыкай, отныне я имею все права на тебя! Владыка посчитал, что ты подходишь мне больше остальных, – увидев ее возмущение на лице, поспешил добавить. – Успокойся, я от тебя тоже не восторге. Если бы не твое предназначение с магическим даром, я даже не посмотрел бы в твою сторону, – прошипел он сквозь зубы с выражением отвращения на лице. – После свадьбы я потерплю тебя в своей кровати, пока не зачнешь ребенка, а после я тебя видеть там не желаю, – болезненно стиснув ее, он склонился ниже и прошипел. – И не вздумай искать утех на стороне. Запомни, что можно мне, то тебе не дозволенно! Иначе пожалеешь и я не посмотрю на Владыку, – этот гад даже не посчитал нужным скрыть свои угрозы.

От этих слов ее сердце болезненно сжалось, вот какое замужество уготовил ей Владыка. Этот мерзкий эльф еще до свадьбы унизил ее, при этом осмелился ей еще и угрожать. У эльфов, как и других рас, часто женятся по договоренности, но там вместо любви хотя бы присутствует уважение. Нет, ее семья не допустит такого! Возможно, этот гад наврал ей, что это распоряжение Владыки, она раньше не слышала, чтобы Владыка вмешивался в семейные дела. Она подняла тяжелый взгляд на Гарниэля, в нем бушевал гнев.

– Поосторожней с угрозами, у меня не просто целительский дар! Я не только растения из земли выращиваю. Я могу с легкостью закопать тебя в эту самую землю. Забудь о нашей женитьбе, иначе пожалеешь! – с каждым ее хлестким словом, словно тьма затмевала ее разум, хотелось развеять этого мерзкого самовлюбленного эльфа. Отобрать его жизнь!

Гарниэль что-то такое увидел в ее глазах, что непроизвольно отшатнулся, испытывая ужас. На его счастье музыка утихла, и он быстро ретировался, оставив ее одну, не соизволив даже провести ее на место. Она глубоко вздохнула, прикрывая глаза, с трудом успокаивая бушующий гнев. Это помогло, тьма нехотя отступила, отпуская ее душу, а следом за ней пришел страх, что это было?! Откуда это?! Тьма ее чуть не поглотила целиком, нет, только не это!

Она накинула на себя полог невидимости и скрылась в саду, идя в беседку. Не доходя до укромного места, скрытого от всех резко остановилась, услышав знакомые голоса. Ненавистный Гарниэль жаловался своему другу.

– Представляешь, она осмелилась мне угрожать! Мне могущественному эльфу! – в бешенстве метался он по беседке. – Ну ничего, она еще не знает, кому осмелилась выражать свое непочтение, гадина, – его друг красноречиво на него посмотрел. – Артефакт подчинения еще никто не отменял, семейное наследие и тогда я добьюсь ее полного унижения на глазах у всех. Ее положение будет ниже, чем у служанки, она будет ползать у меня в ногах, – распылялся он, кипя гневом.

– Она маг, думаешь, не почувствует его? – с сомнением спросил друг.

– Даже если и почувствует, у нее не будет выхода! – зловеще рассмеялся Гарниэль. – Брачный браслет и есть артефакт. Когда она поймет, будет слишком поздно и тогда она мне ответит за все! И что хуже для нее, она будет понимать все происходящее, но осушаться не сможет. Что может быть лучше, чем видеть эту гордячку, раболепствующую у своих ног.

Лайтиэль опять почувствовала, как тьма застилает ее разум и она, прилагая усилия, покинула свое укрытие. Хорошо, что благодаря учебнику светлой магии, она освоила простейшие заклинания. Эти книги ей передал в подарок знакомый ее отца из Лонгвеля. Чтобы отвлечься от своих темных мыслей, она вернулась в зал к гостям. С натянутой улыбкой и пустыми разговорами она с трудом дождалась окончания своего «праздника». Наконец-то все семейство провожало уходящих гостей. Лайтиэль заметила подавленное состояние отца, которое он скрывал за щедро раздаваемыми улыбками вежливости уходящим гостям.

Глава 2

Как только провели последних гостей вся семья, не сговариваясь, отправилась в кабинет отца. Где он с поспешностью накрыл кабинет пологом тишины.

– Папа, это правда, что Владыка приказал выдать меня замуж за Гарниэля Гадскалэйнеиэля? – воскликнула она, не удержавшись, с тревогой смотря на отца, ожидая его ответа. Мать ее тут же успокаивающе обняла.

– Да, доченька, – потеряно произнес он.

– Нет! – закричала она.

Ей стало тяжело дышать, в глазах потемнело, а затем боль огнем прошлась по всему телу. Ее тело выгнулось, и она рухнула прямо в руки отца, который успел подхватить ее и уложить на диван.

– Лайтиэль! – закричала мать и кинулась к ней, но тут же отдернула руку, почувствовав обжигающую боль темной магии, которая заклубилась вокруг дочери. Перепуганная мать посмотрела на своего мужа. – Ваисадэль, что происходит? Нужно помочь нашей девочке.

– Дорогая, мы не можем ничего сделать, нам остается только ждать, – взволнованно он смотрел на свою дочь, которая мучилась от боли. – Похоже наследственность нашей девочки настигла ее. Период взросления формирует ее вторую темную сущность. Кто бы мог знать, что это случится, ведь не было никаких предпосылок и признаков темной сущности.

Лайтиэль вскрикнула в последний раз и утихла, темное облако рассеялось, открывая лежащую девушку. Родители кинулись к ней, отец подхватил ее на руки, усаживаясь на диван. Мать села рядом, обеспокоенно рассматривая дочь, вытирая ее щеки от слез.

– Странно, но я не чувствую и не вижу темного дара, – удивленно прошептал отец. – Милая, как ты? – обратился он к дочери, как только она открыла глаза.

Лайтиэль хотела ответить, но что-то помешало ей. Ее язык коснулся острых клыков, как у вампиров. Она перепугано посмотрела на родителей, белоснежные кончики клыков выступали между пухлыми губами.

– Что со мной? В какое чудовище я превратилась? – вскрикнула она в ужасе, готовая сорваться в истерику.

– Дорогой, пришло время рассказать все нашей девочке. Никакое ты не чудовище, – утешила она свою дочь, затем посмотрела на мужа. – Расскажи ей, дорогой, – затем мать опять перевела любящий взгляд на дочь, и она тут же успокоилась, любопытство утихомирило истерику.

Ее муж посмотрел на нее и кивнул головой, соглашаясь. Они пятьдесят лет хранили эту тайну и, если бы не это событие, они и дальше бы ее оберегали от правды. Но судьба распорядилась иначе, пришло время ей покинуть их, чтобы спасти свою жизнь.

– Милая, мы с мамой на самом деле твои дедушка и бабушка, – в глазах его дочери промелькнуло удивление и неверие. – Твои родители очень тебя любят! На семейном совете мы решили ради твоей безопасности сохранить твое рождение в тайне. Твоя мать избранная и имеет два дара темной и светлой магии. Твой родной отец вампир, свои клыки ты унаследовала от него. Так что пожелай, чтобы они спрятались. Вот так, – одобрительно посмотрел он на нее, когда ее клыки втянулись. – У тебя есть еще родной старший брат, – ее отец, то есть, как оказалось на самом деле дедушка, при воспоминание о ее брате улыбнулся. – Вы двойняшки, только он принял темную сущность своих родителей, он чистокровный вампир.

– От меня отказались и отдали вам, потому что я имела светлый дар? – с горечью спросила она, чувствуя себя отверженной.

– Нет! – в один голос ответили ее приемные родители. – Они тебя очень любят, поэтому со скорбью и отдали нам. Их темный дар причинял тебе боль, ты не переносила даже их прикосновения. Подумай, милая, сама, какая бы тебя ждала жизнь, если бы ты осталась с ними. Ты бы возненавидела всех темных, росла без прикосновений нежностей и ласк, была бы постоянно изолирована, чтобы никто не смог причинить тебе боль случайным прикосновением. Когда твой родной брат получал бы все это у тебя на глазах. До того как ты подросла и начала говорить твои родители довольно часто тебя видели, – с этими словами отец показал ей иллюзию ее родителей. Детские воспоминания размытой картинкой всплыли в ее разуме. – Но мы опасались, что в своей детской непосредственности ты могла в присутствии посторонних проговориться и тогда ты бы подвергла свою жизнь опасности. Для нас всех это было тяжелым решением, но мы единогласно его приняли, – ее приемный отец сделал паузу, прежде чем продолжить. – С тех пор ты не видела своих родителей.

– Папа, но как так получилось, что у чистокровной эльфийки два источника магии?

Ее отец устремил свой взгляд в пространство комнаты, погружаясь в тяжелые воспоминания и начал рассказывать ей историю ее матери. Ее с интересом слушала жена и дочь. Эта жизненная история прозвучала, как увлекательный роман книги. После окончания рассказа ее отец произнес.

– Пришло время тебе вернуться к своим родителям, милая. Как только я услышал о планах Владыки, я хотел отправить тебя в Лонгвель к твоим дедушкам ахримагам темной и светлой магии. Но после того, как раскрылась твоя вторая темная сущность ты можешь вернуться к своим родителям, – с грустью поцеловал он ее в висок. – Ее хоть и не видно, но она есть и будет хранить тебя в безопасности. Он до сих пор не знал, что его дочь Лорель имеет сущность, доставшуюся ей от пожирателей в другом мире. Благодаря спору Темной эта сущность и проснулась в Лайтиэль.

– Но как же вы? Что сделает с вами Владыка, если я покину вас? – забеспокоилась Лайтиэль, встала с колен отца и села возле приемной матери, обнимая ее.

– А что мы? Сделаем вид, что сами не знали, что ты сбежишь, – произнес отец.

– Скажите Владыке правду, что Гарниэль угрожал мне сегодня и обещал надеть на меня артефакт подчинения, который является брачным браслетом.

– Как он посмел? – вспылил отец, ее мать с сочувствием посмотрела на нее, бедная девочка вместо любви артефакт подчинения.

Чтобы отвлечь отца от праведного гнева, она задала ему вопрос.

– Пап, когда и каким путем я покину наши земли?

– Владыка запретил тебе покидать наши земли. Хранитель наших земель не выпустит тебя, милая. Кроме того твоя магия не будет работать на границе этих земель, хранитель постарается и воины тебя с легкостью схватят и вернут назад.

– Как же я покину наши земли? – вскрикнула она, вскочила и зашагала по кабинету.

Ее разум опять затопила тьма, эмоции сменялись одни за другими. Волнение, страх и гнев повлияли на нее, уступая место ее темной сущности. Клыки выдвинулись, за спиной заклубилась тьма и приняла форму крыльев, как у высших вампиров. Всего этого она не заметила, ее скорость увеличилась. И только тогда, когда она резко развернулась к родителям и увидела промелькнувший страх в их глазах, поняла, что с ней что-то произошло, и реакция ее родителей ей очень не понравилась. Тьма влияет на ее душу, она не хочет меняться и идти на ее поводу. Провела языком по кончикам клыков и глубоко вздохнула, успокаиваясь, представляя, как ее клыки прячутся, следом за ними спрятались и ее крылья из сгустка тьмы.

– Простите, что напугала вас, – виновато опустила она глаза.

– Ну что ты, милая, мы не тебя испугались, мы переживали о том, что произошло бы, если ты раскрыла свои крылья.

– Крылья?!

– Да, милая, и они прекрасны, – с любовью посмотрела на нее мать.

– Простите, я сама не понимаю, что со мной происходит. Я чувствую не свойственный мне гнев, мне кажется, в эти моменты я просто запросто могу убить, и от этого мне становится страшно. Я так расстроилась из-за того, что не могу покинуть наши земли, что перестала контролировать себя.

– Ты можешь покинуть наши земли, – потянул ее отец и усадил ее посередине между женой и собой. – В нашем особняке существует очень древний проход в подземелье, которое может вывести тебя из наших земель. Существует семейная легенда о том, что в этом лабиринте спрятан артефакт, дающий власть над эльфами. Но знаешь, сколько его не искали представители нашего древнего рода, его так и не смогли найти. Так что это так и осталось легендой.

– Ты тоже его искал? – посмотрела дочь с любопытством на своего отца.

– Искал, конечно, когда был такого возраста, как ты. Но не было возможности идти до конца, – улыбнулся он. – Этот подземный проход тайна нашего рода, знания о его существовании передают по наследству только первенцу. Только там небезопасно, милая, из последних поколений никто до конца не доходил. Известно только, что выход за пределами наших земель.

– Небезопасно оставаться тут, я лучше рискну своей жизнью, чем стану безвольной куклой Гарниэля, который испытывает ко мне отвращение и вызывает у меня ненависть, – вспылила она, затем увидела укоризненный взгляд матери, сразу сникла от стыда.

– Хорошо, дочь, пора идти отдыхать. Когда проснешься, будем собирать тебя в путь. Думаю, время у нас еще есть.

После этих слов Лайтиэль поцеловала родителей и пошла в свою комнату. Размышляя по дороге, что ее дедушка и бабушка все равно останутся для нее родителями. Она просто не знала, как относиться к настоящим родителям. Как они примут ее? А брат? Сможет ли он принять ее, как родную, все же он рос один у них. Для себя она решила, что если ее не примут, она уйдет в Нейтральное королевство. Возможно, в Лонгвели ее примут архимаги, а если даже нет, ее семья не бедная и она сможет купить себе там жилье.

Глава 3

На следующий день начались тщательные сборы. На этот случай ей выдали пространственную сумку. Правда много вещей она с собой не брала. Пару дорожных костюмов эльфийской работы, славящихся по всему миру. Они имели заклинания нетленности и самоочищения. Товары эльфов стоили немало золота и пользовались большим спросом, поэтому позволить их себе могли лишь богатые. Она так же взяла с собой белье, средства личной гигиены. Мама собрала ей нужные вещицы и эликсиры, папа выдал ей мешочки с золотом и с серебром, карту. Он так же сообщил ей, что в Лонгвеле в гномьем банке на ее имя лежит золото, при необходимости она может его взять. Собрать для нее провизию отец доверил старому верному слуге, который скрытно собрал для нее все необходимое, к несчастью уже был такой опыт. Больше он никому не доверял, у Владыки везде есть свои шпионы.

Лайтиэль стояла одетая в дорожный костюм темно-изумрудного цвета, на поясе которого висел кинжал. На ногах были обуты невысокие сапожки из мягкой кожи. Сверху ее прикрывал короткий плащ с глубоким капюшоном, через плечо висела сумка. Отец протянул ей меч с тонким длинным лезвием с заплечными ножнами.

– Я заказал его специально для тебя, его лезвие из лунного серебра, на нем заклинание призыва. Капни каплю своей крови на кристалл, чтобы сделать к тебе привязку, – достал он клинок из ножен, затем он с гордостью посмотрел на нее. – Твой мастер меча сказал, что ты достойна носить этот меч, твое мастерство не уступает ему. Ты заслужила звание «Мастера меча». Твои родители настояли на твоем обучении этому мастерству, и ты преуспела в этом, мы гордимся тобой, милая.

– Спасибо вам большое, – с благоговением приняла она меч из его рук. Самое дорогое оружие из лунного серебра, оно уничтожает любую нечисть, и очень опасно для темных рас.

Достав кинжал, она резанула ладонь и капнула каплю крови на большой изумруд, украшавший навершие рукояти меча. Отец помог надеть ей ножны, и она уверенным движением спрятала свой меч в них.

– К сожалению, дочь, ради безопасности я не могу связаться с твоими родителями. Я могу послать им магический вестник, только когда нахожусь за пределами наших земель. А в ближайшее время я вряд ли смогу покинуть их. Да и к тому же мы не знаем, где ты выйдешь. Там на месте по карте уже разберешься. Я не знаю, какую из твоих магий задействует твой магический вестник. В любом случае хранитель наших земель будет перехватывать любые вестники. Они не сразу успокоятся и будут искать тебя везде, чтобы вернуть тебя. Будь осторожна! Я, как только смогу покинуть пределы наших земель, сразу свяжусь с тобой и твоими родителями. Ну все, милая, прощайся с мамой, дальше я проведу тебя сам.

Мама со слезами кинулась обнимать дочь, при этом говоря.

– Милая, слушай всегда свое сердце и еще помни, не всегда темные имеют черные души. Не стоит доверять всем подряд, в мире много зла и среди светлых, – поцеловала она обнимающую ее дочь.

Ваисадэль смотрел на плачущих женщин, покачал головой и потянул дочь. Затем поцеловал плачущую жену, утешая ее, и обратился к дочери.

– Пойдем, милая! Мы расстаемся только на время, вытри слезы, – отпустив жену, он обнял за плечи дочь и повел ее к тайному входу.

Они с отцом прошли по коридору, идя в сторону подвала, где хранились припасы. Спустившись по каменным ступеням, прошли сквозь один из многочисленных залов, уставленными полками с всевозможными припасами, и вышли в другой зал гораздо меньшего размера. Где в специальных подставках хранились бутылки с вином. Одну из полок потянул отец, она с легкостью поддалась. За ней оказалась ничем не приметная стена. Нажав в определенном месте, он сказал ей, чтобы она посмотрела на это место магическим зрением. Перед ее взором высветилось несколько светящихся рисунков. Приказав ей запомнить комбинацию, это пригодится на выходе. После он начал нажимать на рисунки в различном порядке. За стеной послышался щелчок, и она отъехала в сторону. Лайтиэль с любопытством заглянула вовнутрь, вопреки ее ожиданиям там оказалось достаточно светло, только свет отдавал зеленым сиянием.

– Давай, милая, прощаться, – вздыхая, привлек он ее внимание.

Любопытство отступило, уступая место грусти.

– Так, только никаких слез! – наигранно строго проговорил отец, обнимая ее. – Ну надеюсь, милая, ты там не заблудишься, путь постоянно лежит прямо. Как доберешься до родителей, передай им нашу любовь. Надеюсь, мы скоро увидимся, – поцеловал он ее в макушку и подтолкнул ее к входу, ему было тяжело прощаться.

Как только она прошла, за ее спиной закрылась стена, отгораживая ее от прошлой жизни. От ее счастливого детства и любви самых близких ей существ.

Ваисадэль постоял еще какое-то время, устремив свой взгляд на закрытую стену. Он очень переживал, как любой родитель, отпуская своего ребенка в жестокий мир. Еще он очень волновался, как она пройдет лабиринт подземелья. Когда он проходил его, там ничего сложного не было, но ведь он его и не до конца прошел, только до половины. Легенда гласит, что у каждого свой путь, само подземелье определяет: для кого становиться лабиринтом, а для кого обычным проходом.

Очнувшись от своих мыслей, он поспешил к жене, она сейчас очень нуждалась в его утешении. Свою жену он нашел в спальне, подхватив ее на руки, уложил на кровать и прилег рядом.

– Наша девочка больше никогда не сможет вернуться к нам? – посмотрела она заплаканными глазами.

– Нет, любовь моя, это опасно. Если Владыка прознает о ее темной сущности, он приложит все усилия, чтобы уничтожить ее. Он не позволит запятнать светлую расу и чистоту крови древних, – горестно вздыхая, поцеловал он ее в лоб. В ответ на его печаль она подняла голову и заглянула в его глаза, рука погладила его по щеке.

– Любимый, подари мне малыша! – с любовью попросила она.

– Ты хочешь малыша?! – заблестели его глаза.

– Конечно, наша девочка стала взрослой и вернулась к родителям, а мы опять остались с тобой одни, почему бы нам не родить себе малыша, теперь мы не будем обделять вниманием Лайтиэль, – потянулась она к нему за поцелуем. – Тем более благодаря нашей дочери это теперь возможно.

– Я буду очень стараться, любовь моя, может боги подарят нам сына? – с этими словами он накрыл ее губы поцелуем, и его руки со знанием дела принялись быстро раздевать жену. То, что нужно вначале сходить к Арке благословений, никто не подумал.

В момент их соития светлое сияние окутало облаком парочку, которая этого даже не заметила. Свет услышал желание эльфа, который осознал одно, свет и тьма неразделимы. Он подарил им желаемого сына.

Спустя три дня Владыка вызвал к себе Ваисадэля, он был очень недоволен, Лайтиэль нигде не появлялась, в том числе и возле источника.

Ваисадэль со скорбным выражением лица предстал перед Владыкой. И как только после всех оказанных почестей Владыке ему позволили говорить, он убитым голосом произнес:

– Я потерял свою дочь Владыка, она сбежала.

Владыка еще больше побледнел, прикрыл глаза, стиснул свой посох, связываясь с хранителем земель. Затем резко открыл глаза, в которых бушевал холод, он ледяным голосом произнес.

– Как такое возможно?! Хранитель ее не видел, он бы не выпустил ее, – в гневе он стукнул посохом о каменные плиты пола, затем вперил свой взгляд в эльфа, которому стало не по себе. – Ты плохо воспитал свою дочь, раз она выказала непочтение и ослушалась воли своего Владыки и отца! – поддался он вперед. Из его посоха поползли зеленные побеги к ногам эльфа, готовые оплести и спеленать того по рукам и ногам.

Увидев поползновение побегов в свою сторону, Ваисадэль еще больше расправил плечи и твердо посмотрел в глаза Владыки.

– Свою дочь я воспитал достаточно хорошо! – повысил он голос. – Но после того как Гарниэль угрожал ей и обещал надеть на нее артефакт подчинения, который является брачным браслетом, я бы сам не позволил ей выйти за него замуж. Неудивительно, что бедная девочка испугалась и сбежала из дому, – Ваисадэль устремил жесткий взгляд в глаза Владыки. – Я потеря свою дочь и требую наказать виновного! Артефакт подчинения, используемый против своего народа, это преступление! И по законам карается жестко. И я требую справедливого суда и наказания! Моя дочь – достояние нашего древнего народа, избранная, как он вообще осмелился угрожать ей! Или непочтение к своему Владыке сойдет ему с рук? – распылялся еще больше эльф-отец.

Не такого Владыка ожидал, Ваисадэль был прав во всем. Только он имел право подчинять себе и, тем более, только он имел право влиять на избранную, но никак не этот самовлюбленный мальчишка эльф, нарушивший все его планы. Он сделал большое одолжение его отцу, за определенные заслуги согласился отдать ее в жены его сыну-идиоту и чем все это закончилось. У этого идиота хватило ума угрожать ей, еще и подставить весь свой род под удар. Ясное дело, что этот род из поколения в поколение нарушал закон, надевая артефакты подчинения. За заслуги рода Владыка закрывал на это глаза, но не сейчас, когда тайное стало явным. Ваисадэль не успокоится, требуя наказания.

Владыка прикрыл глаза, и побеги, повинуясь его желанию, быстро втянулись в посох обратно.

– Ваисадэль, ты прав! И я разделяю твой праведный гнев. И после всего этого конечно и речи быть не может, что он женится на ней, – примирительным тоном успокоил его Владыка. – Но доказательств, что он надел бы на нее артефакт подчинения нет. Но я разберусь с этим, – поспешил он успокоить разгневанного отца и поменять тему разговора. – Обещаю, как только мы вернем твою дочь, я предоставлю тебе список достойных претендентов, и ты сам выберешь мужа для своей дочери, – увидев удовлетворение в глазах Ваисадэля, он вкрадчивым голосом спросил. – У тебя есть предположение, где искать твою дочь? – Владыка уставился на кристалл навершие своего посоха, ожидая ответа.

– Владыка, я даже понятия не имею, в каком месте она будет, – уверенно ответил отец. Кристалл никак не среагировал, значит, он говорил правду, но от этого Владыке легче не стало. – Возможно, я бы мог отправиться на ее поиски?

– Нет! – поспешно ответил Владыка, предполагая, что отец может помешать ее жесткому захвату и принудительному возвращению. Вряд ли она захочет сама добровольно вернуться да и предупредить ее он может. – Ты должен оставаться возле жены, утешать ее. К тому же возможно Лайтиэль и не покидала наши земли, а испугавшись просто спряталась. Она каким-то образом смогла укрыться от хранителя, все же она магический источник, – от мыслительного процесса брови Владыки сошлись на переносице. То, что ее нет на территории их земель, он знал точно. Но как ей удалось сбежать? После этого ее тем более нужно вернуть и узнать секрет ее исчезновения. Этот секрет могут использовать их враги. – Вот что, ступай домой и утешь свою жену, – приказал Владыка после раздумий.

Ваисадэль поклонился, развернулся и пошел на выход, победная улыбка коснулась его губ.

Глава 4

Лайтиэль с восхищением посмотрела на стены подземелья. Они сплошь были увиты цветами, испускающими зеленоватое свечение. Здесь явно без магии не обошлось. Поправив на плече сумку, она посмотрела через плечо на закрытую стену, все еще ощущая присутствие своего отца. Печально вздохнув, она бодро зашагала вперед.

Казалось, она шагает тут вечность, стены настолько примелькались, что большие цветы размытыми пятнами стояли перед глазами. От усталости ей почудился раздражающий шепот, расходящийся по тоннелю: «Вернись! Вернись!»

Этот шепот сводил ее с ума, пока она не остановилась и громко не произнесла вслух.

– Я не вернусь! Назад пути нет! – после этого шепот стих, Лайтиэль облегченно вздохнула и пошла дальше.

Она решила пройти еще немного и отдохнуть. Но идти пришлось недолго, она резко остановилась возле развилки. По левую и правую сторону от нее зияли два прохода. Это что же получается, она прошла дальше, чем ее отец. Он говорил, что путь проходит все время прямо. И в какую же ей сторону теперь идти?

Стоять больше не было сил, и она плюхнулась на пол прямо напротив двух тоннелей. Размышляя куда ей идти, достала из сумки еду и флягу с водой. Отрезала кусочек мяса и хлеба, есть хотелось жутко, но решила экономить. Неизвестно, сколько она еще будет тут блуждать. Когда она съела больше половины своего порции, пришло искушение отрезать себе еще кусочек, но она решительно затолкала это желание куда подальше, запивая водой. Справа от нее послышался шорох, из тоннеля выбежал небольшой зверек с забавной мордочкой с длинными усами, которые смешно зашевелились, как только он учуял запах еды. Встав на задние лапки, его пушистое тельце вытянулось по стойке смирно, уши встали в стойку, его длинный язычок высунулся наружу, облизываясь. От этой картины ей кусок в горло не полез. Она посмотрела на свой оставшийся кусок мяса с хлебом, затем перевела взгляд на этого попрошайку и, вздыхая, протянула ему оставшийся кусок. Тот проворно подскочил к ней, ловко выхватил еду из ее рук и умчался обратно.

– А где мое спасибо? – прокричала она ему вдогонку, сокрушаясь неблагодарности, махнула рукой достала одеяло и начала устраиваться на ночь.

Уставшая Лайтиэль мгновенно уснула, проваливаясь в сон. Тьма мягко окутала ее, давая покой и отдых утомленному телу, навевая сон. Она видела своих родителей. Со счастливыми улыбками они обнимали ее.

Из сна ее выдернуло верещание зверя, в котором слышалось отчаяние. Вскочив на ноги, она осмотрелась по сторонам, затем быстро всунула свое одеяло в сумку. Выхватила свой меч и, не задумываясь, понеслась в темный тоннель, откуда доносилось отчаянное верещание. На ходу успела отметить, что отлично видит в темноте. По-видимому, ей от вампиров достались не только клыки, крылья, но и зрение. Этот тоннель разительно отличался от предыдущего. Здесь не было растительности на стенах, в этом месте было страшно и жутко. Но она даже не обращала на это внимание, она неслась на помощь, совершенно не думая, что ее ждет впереди. Вот ее взгляд выхватил из темноты жуткую картину. Огромная скрапенда в длинном твердом панцире со множеством лап. Передние ее лапы имели клешни, несмотря на длинное туловище, голова была небольшой, но из пасти постоянно показывались и тут же прятались щупальца – мерзкое отвратительное зрелище. Панцирное туловище заканчивалось длинным хвостом, на конце которого было огромное ядовитое жало. И эта тварь зажала в угол зверя похожего на того, что она кормила. Только этот был немного крупнее, он ловко прыгал между клешнями и громко верещал. Было видно, что еще немного и эта тварь его сцапает. Скрапенда, услышав ее бег, с шипением резко развернулась в ее сторону и кинулась на нее.

– О, Светлый, помоги мне! – закричала Лайтиэль, ловко уклоняясь и отбиваясь от этой твари мечом.

В этот момент за ее спиной распахнулись крылья из струящийся дымки, ускоряя ее движения. Вжик и огромная клешня отлетела в сторону, тварь издала страшный звук, и ее огромное жало чуть не пригвоздило ее, ударив со всей силы возле нее. Уклонившись от удара смертоносного жала, она рубанула его мечом. Ярко-зеленая жидкость брызнула фонтаном во все стороны, попадая на пол, с шипением разъедая его. Лайтиэль с трудом отскочила в сторону, укрываясь щитом, одновременно с этим она вогнала клинок прямо в ее голову. Резко вытянув меч, увидела, как лезвие тут же очистилось. Тварь в предсмертных судорогах засучила своими многочисленными лапами по полу. Лайтиэль утерла дрожащей рукой лоб и поискала глазами своего подзащитного, которого и след простыл.

– Ни тебе благодарностей за спасение, ни тебе спасибо, – проворчала она, пряча свой клинок в ножны, следом тут же спрятались крылья.

Оглянувшись по сторонам, она пошла дальше, углубляясь в темноту. Она четко видела в темноте, но от этого легче не становилось, было страшно и неуютно. Но вот впереди стало светлее, и она прибавила шаг, а вскоре и совсем сорвалась на бег. Влетела в пещеру и замерла на пороге, ее стены, как в начале пути, были оплетены светящими цветами, от чего на душе стало теплее. Посередине пещеры находился природный бассейн с прозрачной водой. Уставшая эльфийка, не раздумывая, кинулась к воде. Перегнувшись через бортик начала с жадностью пить воду. Затем достала флягу и начала набирать драгоценную жидкость и только тогда заметила на дне бассейна лежащие золотые монеты и драгоценные камни, еще какие-то украшения. Все это сокровище блестело и переливалось, маня к себе. Вот казалось, протяни руку и возьми это богатство. Лайтиэль не спеша спрятала свою флягу, она намного ценнее всех этих сокровищ. Сняла ножны, плащ, жакет, закатала рукав рубашки и всунула руку в бассейн, но странное дело, сокровища оказались намного глубже и чтобы достать их, нужно было нырять. Хотя сам бассейн казался неглубоким. Хмыкнув, она струсила с руки капли воды и спустила рукав на место, оделась, подхватила свой рюкзак и пошла на выход из пещеры. Ей бы поскорее выбраться из этого лабиринта, а не в ловушку с сокровищами лезть. Тем более в нем не было острой необходимости, золота и серебра у нее было достаточно.

Только она вышла из пещеры, как почувствовала сильнейший магический зов. Не в силах сопротивляться этому манящему и желанному притяжению она пошла по его следу. Она даже не заметила, как перешла на бег, не замечая ничего вокруг, она неслась со всех ног. Все, что она чувствовала, это умопомрачительный аромат магии и желание прикоснуться к чему-то особенному, которое звало и манило ее к себе.

Лайтиэль вбежала в очередную пещеру и остановилась, ища глазами желаемое. Взгляд отметил не очень широкий, но достаточно глубокий водоем. Зов усилился, и ее взгляд скользнул дальше и натолкнулся на огромную нишу пещеры. В ней на каменном постаменте стояло оно, то, что притягивало ее. Разглядеть этот артефакт не удалось, так как каменная плита пещеры опускалась вниз, еще немного и она отрежет ее от вожделенного. Она готова была уже сорваться на очередной бег, чтобы с разбегу перепрыгнуть водоем перед самой нишей и перекатиться под опускающей плитой. Сквозь зов до ее слуха дошло уже знакомое верещание. Она устремила свой взгляд на этот звук, чувствуя, как клыки и крылья готовы были вырваться наружу. Но увидев картину, успокоилась. Посередине водоема на небольшом камне в панике метался туда-сюда уже знакомый зверек. Вода постепенно захлестывала камень, еще немного и зверь утонет. Перед ней предстал выбор, либо спасти зверя или же добраться до желаемого артефакта.

Лайтиэль, возмущаясь по поводу глупых зверей, кинулась к водоему, на краю спрыгнула в воду. Воды оказалось по грудь, она дотянулась до тонущего камня, подхватила зверька и, держа его на расстоянии от себя, чтобы он ее не исцарапал, пошла к противоположному краю. На свое счастье она обнаружила каменные выступы и взобралась по ним, как по ступеням. Выбравшись из воды, краем глаза отметила, как вода стремительно стекает, и ее вещи становятся сухими. Заклинание, наложенное на вещи, избавлялось от влаги. Она с поспешностью перевела взгляд на нишу, каменная плита уже практически опустилась, осталась небольшая щель. Расстроенно она пнула мелкий камешек ногой в том направлении. Камень, угодивший в щель, с шумом разлетелся на мелкие осколки, как от взрыва. Лайтиэль и звереныш посмотрели друг на друга.

– Это что же получается, если бы я не спасла тебя, то сама бы там погибла, – удивленно воскликнула она, звереныш что-то возмущенно проверещал, проворно выбрался из ее рук и, спрыгнув на землю, умчался, вильнув напоследок хвостом. – Ну вот, как всегда, спасаешь вас, а тебе никакой благодарности, – возмутилась она, поправляя свою одежду. – Артефакт для меня потерян, – рассуждала она вслух. – Ну и куда мне теперь идти? – спросила она пустоту, отвернувшись от ниши и оглядываясь по сторонам, в надежде найти другой проход.