Kitobni o'qish: «Новый я на Новый год, или Дед Мороз существует»
за несколько дней до…
*
Старенькие часы, висящие в гостиной приюта над камином, показывали девять вечера. Обычно дети уже лежали в своих кроватях и слушали заворожённо волшебные сказки воспитательницы. Но только не сегодня! Двадцать шестого декабря до поздней ночи все были заняты украшением дома: старшие раздавали приказы, а младшие их выполняли. Кто-то наряжал ёлку, лишь иногда споря, на какую ветвь лучше поместить шарик. Кто-то крепил снежинки на потолок. Кто-то развешивал мишуру на окна и мебель. А кто-то стоял один в уголочке большой комнаты и наблюдал за предновогодней суетой. Это был девятилетний мальчик на костылях, который представлял, что сейчас находится в гостях зимнего волшебника, где каждый ребёнок приюта – его эльф-помощник, хотя он пока не разобрался, есть ли они у Дедушки Мороза. Неожиданно фантазии мальчика прервал голос главной воспитательницы, Елизаветы Николаевны:
– Паша! Иди сюда! Хватить витать в облаках!
К мальчику подбежал добрый дядя Ваня, одновременно дворник и сторож, схватил его, закружил и донёс ракетой до ёлки.
– Вам поручено сделать сегодня самое важное, Павел Тимофеевич! Надеть на ёлку корону! – с этими словами он вручил ему золотую звезду и поднял к верхушке зелёной красавицы. У мальчика засияли глаза, с широкой улыбкой на лице он выполнил поручение дяди Вани.
Потом все хором закричали:
– Раз! Два! Три! Ёлочка, зажгись!
Так и произошло.
Довольные, счастливые дети и взрослые отправились спать. Кроме Паши. Конечно, Елизавета Николаевна думала, что все уже заснули, но она ошиблась. Маленький мальчик сразу сел в кровати, когда воспитательница вышла из комнаты. Он достал из-под подушки конверт, на котором было криво написано: «Дедушке Морозу» – встал, опёрся на костыли и с трудом спустился на первый этаж, в гостиную. В камине догорал огонь. Паша уселся в большое красное кресло и зашептал:
– Дедушка Мороз! Я положу письмо сюда, а потом уйду. Возьми моё письмо, пожалуйста! Я знаю, что ты меня слышишь, – мальчик поцеловал письмо и оставил его на кресле. Вдруг откуда-то дунул ветер, навеяло морозом, и огонь в камине окончательно погас…
*
Утром двадцать седьмого декабря воспитательница не отходила от окна. Она ждала свою лучшую подругу, которая должна приехать с важным поручением. Вдруг к воротам приюта подъехал большой чёрный автомобиль. Елизавета Николаевна, быстро накинув шубку и поправив причёску, выбежала на улицу и направилась в сторону ворот. Оказавшийся по близости, дядя Ваня помог воспитательнице открыть замок. Машина въехала на территорию детского дома. Когда она остановилась, из неё вышла высокая, чопорная женщина, оглядевшая всех присутствующих строгим и оценивающим взглядом, а потом, выделяя каждое слово, чётко произнесла:
– Здравствуй. Елизавета Николаевна.
– Здравствуй. Екатерина Александровна, – ответила в той же манере ей воспитательница.
Неожиданно женщины расхохотались и крепко, по-дружески, обнялись.
– Сколько лет, сколько зим? Вспомнила свою школьную подружку! – улыбнулась Елизавета Николаевна и немного прищурилась.
– Да-да, – закатила глаза женщина. – Может, ты нас уже впустишь? Не май месяц. И дела требуют быстрых решений, – в её голосе чувствовался властный характер.
– Конечно, только где мальчик?
Екатерина Александровна подошла к автомобилю, дёрнула несколько раз за ручку дверцы и стала стучать по стеклу, которое от этих действий немного приоткрылось.
– Я никуда не пойду! – послышалось из машины.
–Хочешь, чтобы я позвонила отцу?! – начала применять угрозы женщина к своему шестнадцатилетнему сыну.
– Да хоть президенту! – окно полностью закрылось, и заиграла музыка, оглушающая всё вокруг.
Её, разумеется, услышали дети из приюта и прилипли к окнам, пронаблюдав следующую картину: какая-то женщина бегала вокруг машины, дёргая за ручки, кричала, а рядом суетились сторож и воспитательница. Наконец-то дверца открылась и из машины за ухо вытащили высокого юношу с ярко-рыжими вьющимися волосами. Пока все были увлечены новым зрелищем, Паша решил не терять напрасно время. Он вышел из гостиной, поднялся на второй этаж (потратив на это десять минут) и добрался до самого его любимого места, хранилища сказок – библиотеку. У мальчика была давняя традиция: каждую зиму перед Новым годом перечитывать историю про щелкунчика и крысиного короля. Паша быстро нашёл нужный ему стеллаж, достал старую и затёртую книжку, раскрыл её, вдохнул запах, щекочущий фантазии, и крепко прижал к сердцу. Он мог стоять так часами и думать о том, что в его руках целый мир, чья-то жизнь и, значит, история. Опомнившись, мальчик выглянул из библиотеки, посмотрел по сторонам и только потом продолжил свою операцию. Когда Паша проходил мимо кабинета директора, дверь была открыта, и он услышал интересный разговор.
Чопорная женщина ходила из одного конца кабинета в другой.
– Милослав Васильевич! Вы должны войти в моё положение! – говорила она толстячку, который стучал ручкой по столу в такт цоканья каблуков.
– Не могу. Даже при всём уважение к Вам, Екатерина Александровна, – ответил мужчина.
– Можете! Я знаю! Поймите, муж в командировке, и я, хрупкая, как ваза, женщина, должна найти управу на него, – женщина махнула на сидящего в углу сына. – Три недели назад он подрался со своим одноклассником, разбив ему нос! Причина: не дал списать. Две недели назад задирал девчонку! Причина: повеселиться. Неделю назад уборщица в классе мыла полы, а он намеренно разлил всю воду из ведра! Причина: разукрасить серую жизнь. Так что Вы скажите теперь, Милослав Васильевич?! А позавчера…
Директор резко встал и произнёс:
– Берём мы Вашего мальчика на перевоспитание! Сдаюсь!
На лице Екатерины Александровны показалась победная улыбка:
– Золотой Вы человек!
Женщина пожала ему руку, потом обняла воспитательницу, одарила строгим взглядом сына и направилась к выходу. А тут-то все и заметили Пашу, подслушивавшего разговор. От испуга мальчик выронил книгу и, позабыв о ней, убежал.
*
Максим, закрыв глаза, лежал на кровати в выделенной для него комнате. Из распахнутого окна дунул ветер, и дверь приоткрылась, будто впускала невидимого гостя, который оповестил о своём присутствии звоном колокольчиков. Юноша не обращал ни на что внимания. Он сжимал в руках книгу, которую обронил маленький мальчик. Максим не знал, зачем её взял. Хотя, конечно, где-то в глубине души ответ был. Даже недолгое пребывание в приюте могло повлиять на каждого. Здесь обратная сторона жизни. Как только юноша вошёл в дом, его встретила куча детей. Детей без родителей. Детей, которые кричали «мама» чужому человеку. Детей, не видевших ничего, кроме стен приюта. А Максим? У него есть всё… или нет…
Неожиданно в комнате раздался грохот. Юноша вскочил с кровати и увидел мальчишку, распластавшегося по полу, а рядом с ним костыли.
– Ты что здесь делаешь?! – удивлённо спросил Максим, помогая встать Паше.
– Я вспомнил, что эту комнату мы не украсили. А так же нельзя! Скоро Новый год, праздник! – мальчик улыбался, на его шее висела мишура с приделанными к ней колокольчиками.
– Уходи, – сказал Максим.
Мальчик сделал вид, что не услышал приказа. Он подошёл к окну и произнёс:
– Я бы закрыл, да никак…
– И не надо закрывать окно. Уходи!
– Простудишься…
– Кыш!
Паша снял с себя мишуру, положил на подоконник и оставил Максима в гордом одиночестве.
За обедом директор решил представить жителям приюта их нового гостя. Дети сразу заёрзали на своих местах и начали переговариваться. Все помнили утреннюю сцену. Но больше других это обсуждали двое крупных мальчишек, ровесники Паши, которым понравилось поведение рыжеволосого юноши. Они почувствовали в нём самих себя. Но это на первый взгляд. Никогда не знаешь, что прячется под обёрткой конфеты, пока её не развернёшь.
–Дети! – директор достал из кармана маленький колокольчик и прозвенел им. – Прошу любить и жаловать. Максим, – продолжил он, когда все замолчали. – Наш новый товарищ будет помогать Елизавете Николаевне за вами приглядывать.
Юноша улыбнулся и сделал реверанс, тут же получив подзатыльник от Мирослава Васильевича.
Когда Максим убирал посуду со стола, к нему подошёл директор. «Если устроишь какие-нибудь фокусы, мигом станешь помощником дворника, и время будешь проводить только на холоде. А матери плевать на то, какие именно у тебя исправительные работы», – тихо-тихо прошептал он на ухо мальчишке и ушёл. Последние слова укололи Максима в сердце. Неожиданно в юноше проснулись ярость и гнев, просящие его выплеснуть их наружу. Он оглянулся. И увидел, что двое крупных мальчишек, которые к нему подбегали знакомиться и хвастаться своими успехами в боевых искусствах, ведут куда-то мальчика на костылях. Максим точно знал, что за дела могут быть у плохих парней. Откуда? Убедился на собственном примере. Только он стал жертвой обстоятельств, а они такими родились… Когда-то (в начальной школе) юноша был центром издевательств. Потом он решил, что лучше быть негодяем, чем пострадавшим. Но память о пережитом сохранилась навсегда, поэтому Максим поспешил на помощь. Дети должны оставаться чистыми как можно дольше.
В коридоре, между лестницей и стеной, двое крупных мальчишек зажали в углу Пашу.
– Малыш верит в Дедушку Мороза и даже написал ему письмо? – сказал один из них с ядовитой усмешкой.
Второй достал из заднего кармана джинс мятую бумажку и протянул её. Паша хотел взять, но обидчик поднял письмо вверх и засмеялся:
– Давай, возьми же! Достань! Ночью по лестнице ты хорошо умеешь спускаться!
Вдруг письмо из рук наглеца кто-то выхватил. Злодеи повернулись и увидели помощника воспитательницы. Они подумали, что тот присоединится к ним, но ошиблись.
– Пошли прочь, бесстыдники! Каждый может оказаться на его месте! – закричал юноша, а про себя подумал: «Как же гадко смотрелось со стороны моё поведение…».
– Мы с тобой ещё разберёмся! – пригрозили кулаком мальчишки Паше.
– Чешите отсюда!– рявкнул Максим. И хулиганы убежали в гостиную.
– Почему они с тобой так поступают? – обратился он к мальчику. Паша посмотрел на него и, немного помолчав, ответил:
– Наверное, ты лучше знаешь. Почему ты плохо поступал с одноклассником, девочкой и уборщицей? Они что-то сделали тебе?
Максим не ожидал подобного ответа. У него в голове образовалось своё «почему». Почему ему стало стыдно только сегодня? Совесть не мог разбудить никто, а приют с этим маленьким мальчиком справился настолько быстро…
– Н-нет… – юноша закрыл лицо ладонями. Глаза стали покрываться пеленой. – Я… я просто хотел внимания…заботы.… Мама и папа думают только о работе. Друзей у меня никогда не было…. Мне пришлось создать образ крутого парня, чтобы хотя бы никто не задирал…
Вдруг Паша к нему подошёл, кинул костыли и крепко обнял Максима, повиснув на нём. Порой в жизни не хватает тех самых крепких, дружеских объятий, которые излечивают от всего на свете. Так они простояли несколько минут. Потом маленький мальчик сказал:
– А меня Паша зовут. Давай будем дружить?
– Максим. Я согласен!
Поздно вечером в детской комнате послышались шаги, приближающиеся к кровати Паши. Неожиданно кто-то стянул с мальчика тёплое одеяло. Паша протёр глаза. Перед ним стоял Максим, обмотанный гирляндой. Он приложил палец к губам, снял с себя новогодний колпак, надел на мальчика и взял его на руки. Уже через мгновение они оказались в комнате Максима. На окна были наклеены бумажные снежинки. На письменном столе красовалась младшая сестрёнка ёлки из гостиной. На стене махал снеговик, сделанный из мишуры. Юноша положил Пашу на кровать, усыпанную конфетами. Выключил свет и тоже улёгся к нему.
– У меня сюрприз. Конечно, Новый год не завтра, но…
Максим достал фонарик, включил его и направил на потолок. На нём стали образовываться разные фигуры: мышиный король, щелкунчик, девочка в пышном платье…. А выступление теней сопровождалось повествованием рассказчика….
Через несколько часов со счастливой улыбкой на лице путешествовали по царству Морфея Паша и Максим, сжимающий в руке письмо:
«Здравствуй, дорогой Дедушка Мороз! Как и всегда, желаю тебе счастья и здоровья, чтобы ты успел развести подарки всем детям Земли! В этом году я прошу тебя отправить меня в сказку! Пожалуйста! Я постараюсь быть хорошим мальчиком.
С любовью, Паша »
*
Следующие три дня Паша и Максим были почти не разлей вода. Они катались на санках, лепили снежную бабу и снеговика, играли в солдатики и тайно смотрели новогодние мультфильмы в кабинете директора, отлучавшегося куда-то по делам. Конечно, об этом быстро узнали и юношу наказали. И сейчас, поздно вечером, он вынужден в одиночку убирать сугробы. Мороз, не щадя, сильно щипал щёки. Ноги отказывались исполнять команды. «Ну, ничего… Терпи! Заслужил!» – корил сам себя Максим, а потом у него, словно по волшебству, возникла мысль: как прекрасно ощущать этот кошмарный холод, чувствовать, что ты живёшь и приносишь пользу. Он посмотрел на приют, из окон которого виднелось мигание ёлочной гирлянды. Максим вдохнул мороз, вдохнул предновогоднее волшебство. Как же всё вокруг выглядит чудесно! На небе сияет тысяча звёзд, готовая каждая исполнить мечту. Начинавшаяся метель готова была унести любого на бал снежинок. Вечерняя тишина придавала большей загадочности и таинственности.
Неожиданно за спиной юноши раздался чей-то кашель.
– Бросай лопату, Максим, и иди за мной, – приказал голос. Это был дядя Ваня. Юноша не стал сопротивляться и пошёл.
Сторож привёл Максима в свою маленькую, тёплую коморку. На столе стояли две большие кружки с чаем и баночка мёда.
– Присаживайся, друг мой, – сказал он с улыбкой на лице.
Сначала они молчали, лишь отхлёбывали чай и смотрели друг на друга. Дядя Ваня заговорил первым:
– А ты хороший парнишка, Максим. Вижу, вы с Пашей хорошо сдружились.
– Да…
– Когда уезжаешь?
Юноша опешил. За несколько дней, на удивление, приют стал ему домом, но он тут только в гостях.
– Утром первого января, – ответил мальчик.
– Я переживаю за Пашу. Ты первый настоящий его друг. Ты уж не забывай, навещай… – дядя Ваня встал из-за стола и подошёл к старенькому деревянному шкафчику, откуда достал стопку писем. – Все Паши, – мужчина улыбнулся, а в глазах пронеслись озорные искорки.
Максим заметил, что в последней фразе сторож слукавил. Самым первым письмом в стопке было его. Зелёный конвертик, склеенный криво, наклейка с изображением машинки и подпись в виде солнышка, которую он везде ставил в детстве. Но как такое возможно?
– Тебе пора, Максим, время позднее, – сказал дядя Ваня, убрав письма в шкафчик.
– Спа..спасибо за угощения! – растерянно пробормотал юноша и ушёл.
Всю ночь Максим думал о том, зачем же дядя Ваня показал ему письма, и точно ли среди них было его?
*
Новый год
За большим, длинным столом сидело множество детей, и все бурно что-то обсуждали. Елизавета Николаевна, директор и дядя Ваня хохотали. В доме царило веселье. Пахло мандаринами и конфетами. Неожиданно воспитательница встала и громко сказала:
– Тихо! Начинается отбой курантов!
Все тоже встали и начали кричать:
– Раз!
–Два!
–Три!
…
–Семь!
…
–Десять!
…
–Двенадцать!
– Ура!
Неожиданно раздался едва уловимый стук в дверь. Максим его услышал. Он тихо к ней подошёл и прислонил ухо. Вдруг снова раздался стук. Юноша открыл дверь. На пороге лежал большой пакет шоколадных конфет и два письма. Максим их поднял, посмотрел по сторонам. Никого. Одно из писем было новеньким, а второе, с наклейкой, уже потрёпано. Юноша дрожащими руками развернул и прочитал старенькое послание:
«Здравствуй, уважаемый Дед Мороз! Меня зовут Максим, мне десять лет. Подари мне, пожалуйста, друга! Всем нужны подарки за деньги, а на моё желание не потратишь даже копейки! Заранее спасибо! Счастья и с Новым годом!».
Потом он быстро раскрыл первое:
«Здравствуй, дорогой Дедушка Мороз! Как и всегда, желаю тебе счастья и здоровья, чтобы ты успел развести подарки всем детям Земли! В этом году я хочу настоящего друга! Он очень мне нужен!
С любовью, Паша»
–Что у тебя? – потянул Паша за низ толстовки высокого рыжеволосого юноши.
Максим посмотрел на маленького мальчика. Наконец-то! Наконец-то у него есть друг! Настоящий друг!
– Привет, я Максим! – сказал юноша.
Паша рассмеялся:
– Я знаю!
– Нет, теперь я новый Максим! Максим, который всех любит и о всех заботится! – он схватил счастливого Пашу на руки и закружил.
А тем временем дядя Ваня куда-то пропал из гостиной, а за окном пролетели сани с зимним волшебником…
