Kitobni o'qish: «Корпорация счастья. Последний несчастный человек.»

АННА КИНЕВА

Корпорация счастья

Последний несчастный человек

Фантастический рассказ

Иллюстрированное электронное издание

2026

Глава I

Последний несчастный человек

2057 год.

Город Нео-Сфера.

Мир без боли. Мир, где все улыбаются. Мир, в котором счастье больше не чувство — оно услуга.

Утро началось, как всегда, с симуляции рассвета.

Небо плавно включалось, слой за слоем — сначала сиреневый полутон, затем мягкое сияние из тысяч нанодронов, имитирующих солнечные лучи.

Город пробуждался идеально: миллионы людей синхронно открывали глаза, улыбались и произносили свою ежедневную фразу:

«Я чувствую себя счастливым».

Артём Лебедев не произнёс её.

Он лежал на краю кровати, глядя на потолок, где по расписанию медленно распускались цифровые облака.

Когда-то он был философом. Преподавал в университете, писал книги о смысле, о внутренней свободе.

Теперь он просто «единица наблюдения». Человек, который по непонятной причине не поддавался терапии счастьем.

Его считали неисправимым.

«Эмоциональная аномалия», — говорили специалисты Корпорации, когда он отказывался принимать очередную дозу радости.

Но именно поэтому его наняли — консультантом по человеческому фактору. Чтобы понять, почему некоторые люди всё ещё чувствуют боль.

Снаружи город сиял, как драгоценный кристалл.

Стеклянные фасады отражали небо, беспилотные капсулы проносились по магистралям, уличные экраны демонстрировали бесконечные улыбки.

На каждом углу — логотип Корпорации: золотое кольцо, внутри которого — человеческий зрачок, превращённый в солнечный диск.

Под ним слоган, знакомый всем:

«Счастье — ваш естественный выбор».

Толпа двигалась ровно, как по хореографии.

Улыбки, синхронные жесты, одинаковые взгляды.

Каждый из них имел внутри микрочип — JoySeed, нейроимплант, отвечающий за дозировку удовольствия.

Лебедев шёл по проспекту и чувствовал себя археологом, который случайно попал в музей живых кукол.

На площади перед Центральным куполом стояла гигантская очередь. Люди — молодые, старики, дети — ожидали своей порции счастья.

В руках — прозрачные капсулы с логотипом: 1.0 мг радости. 15 минут действия.

Из динамиков звучал мягкий женский голос:

«Корпорация счастья заботится о вашем эмоциональном благополучии. Ваше счастье — наш приоритет.»

И вдруг — сбой.

В самой середине толпы стояла женщина.

Она не улыбалась.

Глаза — серые, чуть покрасневшие, губы дрожали.

На её запястье мигал сбойный имплант — красным, как кровь.

Артём остановился.

Впервые за много лет он увидел настоящее лицо человека. Не голограмму, не фильтр.

Он не знал, кто она. Но в этот момент внутри него вспыхнуло забытое чувство — сострадание.

Система мгновенно отреагировала: над женщиной вспыхнул дрон, направив сканирующий луч.

«Эмоциональное расстройство. Уровень счастья — критически низкий. Активировать коррекцию.»

Женщина тихо закричала.

Луч коснулся её виска, и на лице снова появилась улыбка — идеальная, пустая, мёртвая.

Толпа зааплодировала.

«Счастье восстановлено!»

Артём отвернулся.

Сердце билось быстро.

Он понял: здесь больше нельзя просто наблюдать.

Позже, в здании Корпорации, он сидел в стеклянном кабинете напротив своей куратора —

Леи Моррис, нейроинженера, известной как создатель первой версии «Протокола Эйфории».

— Доктор Лебедев, — сказала она, мягко улыбаясь, — вы видели инцидент на площади?

— Да. Видел, как счастье снова победило.

— Мы спасли женщину от страдания. Разве это плохо?

— А вы уверены, что страдание — враг? — спросил он спокойно. — Может быть, это последнее, что делает нас живыми?

Лея посмотрела на него внимательно. Её улыбка дрогнула.