Kitobni o'qish: «Поцелуй Тьмы», sahifa 5

– Ребекка, что там происходит? – о, представляю, какой неожиданный толчок головокружения он ощутил…

– Все хорошо, – прошептала я, держась за голову.

– Ты готова? – он волновался.

– Всегда.

– Хорошо, мы скоро снова увидимся, любимая, – мягко прошептал он и исчез из моей головы.

Мое сердце подскочило к горлу, а ладошки мгновенно вспотели. Уголки губ сами поползли вверх.

Влюбленная дура!

Но как он меня назвал! Любимая. Как жаль, что у меня нет времени в полной мере насладиться сладостью этого слова.

– Три, два, один, – Исти снова восстановил связь.

Теперь я вступила в игру.

Я посмотрела прямо на лампочку камеры, мысленно плавя ее изнутри. Лампочка замигала, а после и вовсе погасла.

Готово, теперь нужно дождаться, когда Алиса откроет дверь. Я вполне могла справиться с замком сама, но Антихрист попросил меня беречь силы. А силы у меня прибавлялось в геометрической прогрессии. Несколькими часами ранее я бы даже встать с кровати не смогла.

С другой стороны двери приложили карточку. Там стояла Алиса, сияющая в красноватом свете ламп, из-за чего ее волосы казались рыжими.

Она протянула мне руку, и я взяла ее.

– Постой-ка, – попросила я девушку, когда та настойчиво потянула меня наружу. – Я не могу оставить это здесь.

– Оставить что? – точно, Алиса не видит.

Я хотела забрать туман с собой. Мне хотелось узнать, что это. К тому же, он вроде как часть меня.

Я не знала, как объяснить Алисе то, что я вижу, поэтому я отправила картинку прямо в ее разум.

– Ого… – Алиса озадаченно на меня посмотрела. – У меня с собой несколько колбочек, но…

– Замечательно! То, что нужно! Давай одну сюда, нам нужно поторопиться, – мои руки немножечко затряслись от нетерпения.

– Но как ты собираешься вместить это все туда? – с недоумением поинтересовалась Алиса.

Я не ответила. Я сконцентрировалась, и призвала туман к себе, заставив его коллапсировать. Когда он сжался, он стал похож на жидкость, и светился в несколько раз сильнее.

Я протянула колбочку Алисе, она закрыла ее крышечкой и аккуратно спрятала в сумку.

– Ну что, идем? – я кивнула, а после поддалась порыву чувств, и крепко прижала подругу к себе.

Мы вдвоем разрыдались, совершенно одновременно, что только усилило эффект.

– Прости, прости меня! – Алиса уткнулась носом в мое плечо, а я с трепетом гладила ее волосы.

– Пойдем, все хорошо, я и не думала злиться на тебя. Ты сделала то, что должна была, чтобы спасти свою жизнь, но…

– Но если бы не ты, меня бы не было, – Алиса тихонько всхлипнула, тяжело задышав.

Тонкая ткань моего платья пропиталась ее слезами. Я немножко отпрянула, чтобы взять лицо девушки в ладони и вытереть ее слезы.

Боже, как же сильно она изменилась за эти месяцы! Ее взгляд стал совсем взрослым.

– Ребекка, ты так… ты так изменилась.

Забавно, она подумала о том, о чем думала и я. Так у нас бывало часто. Когда-то…

Она снова взяла меня за руку и потянула по коридору, освещенному красными лампами.

Все, что требовалось от меня – выводить камеры, встречавшиеся по пути, из строя. Возможно, смысла в этом уже не было, но мне и Алисе так было спокойнее.

Это здание было очень странным. Стены как будто сжимались. Кроме красноватого свечения было кое-что еще. Местами на потолке была вентиляция, а на полу было видно тень ее огромных лопастей, движущихся с жутким, пугающим шумом. Хоть этот шум и был тихим.

– Так, сейчас нужно пробраться к блокпосту охраны. Исти должен быть там, и я молю Бога, чтобы он справился. Иначе – мы в заднице.

Я хотела сказать, что Бог здесь ничем не поможет, потому что его не было рядом даже тогда, когда я нуждалась в нем больше всего. Конечно, я промолчала. Совершенно ни к чему было тяготить ее своими проблемами. Сейчас у нас была общая цель, и мы шли к ней.

Мы шли к свободе.

– Ты слышишь это? – Алиса остановилась и настороженно посмотрела по сторонам.

За ближайшим поворотом горел яркий свет, и были слышны звуки явной борьбы. Я знала, что люди не смогут причинить смертельного вреда Исти, но я все равно забеспокоилась. Сердце подскочило к горлу, и мне стало сложнее стоять на ногах.

– Может, ему нужна помощь? – Алиса переминалась с ноги на ногу.

Ее глаза, цвета сирени, смотрели неуверенно и даже испуганно.

– Просто он должен был покончить с этим минут десять назад и ждать нас, – пояснила она.

Внезапно взвыла сирена, и все помещения опустились в красный мерцающий свет.

– Твою мать! – выругалась Алиса.

Я не удивилась. Она ругалась довольно часто, и я даже успела за этим соскучиться. Хотя некоторые выражения совершенно не вязались с ее кукольной, чуть ли не ангельской внешностью.

– Алиса, что случилось? – из-за без конца гаснущего света мне закружилась голова.

– Кто-то подал сигнал тревоги! Все выходы в здании заблокированы! – она почти плакала. – Ребекка, мы потерпели поражение, и я теперь совершенно бесполезна.

– Эй, все хорошо. Во мне достаточно сил, чтобы снести это здание с лица земли. Мы выберемся отсюда, – поспешила успокоить я.

В проходе показался Антихрист, и я невольно дернулась: в красном свете он был слишком сильно похож на своего отца.

– Что там произошло? – спросила Алиса.

Я, забыв обо всем на свете, бросилась к Исти на шею. В какой-то момент я приостановилась, почувствовав боль. Но я преодолела ее, прижавшись к груди Исти всем телом. В этой боли было что-то странное. Она была тянущейся и сладкой. Она приносила удовольствие.

– Как ты? – он взял мое лицо в свои ладони.

– Все хорошо. Но что мы будем делать дальше? – теперь у нас есть предводитель, и мне сразу стало спокойнее.

– Эти ребята знают свое дело. Они действительно хорошо подготовлены, и последний, увидев, что я побеждаю, нажал сигнал тревоги. Теперь мы в полной…

– Заднице, – закончила Алиса.

Ха. Она снова та самая Алиса, да.

Хотя, нет. Никому из нас уже никогда не стать прежним. Что-то осталось, но гораздо большее изменилось.

– Что насчет пожарной лестницы? – поинтересовался Исти с легкой улыбкой.

Кажется, поведение Алисы его тоже забавляло.

– Может получиться, но запасной выход в любом случае будет перекрыт…

– Ну, с этим мы будем разбираться на месте. А твой электронный пропуск не сможет ее открыть?

– Нет. Никто не сможет выйти, пока не отключили тревогу.

– Черт возьми! А мы не можем сделать это прямо сейчас, вернувшись в блокпост? – немного раздраженно, от перенапряжения, спросила я.

– Ёшкин кот! Ну почему я такая умственно отсталая? – в смятении девушка всплеснула руками. – Я не знаю, как отключить систему безопасности, но попробовать стоит, – Алиса помассировала виски.

Да уж, мне тоже начинало давить на мозги. Этот ужасный шум и это проклятое мерцание…

Я шла, опираясь о стену, а Алиса и Исти поспешили вперед. Я даже не успела дойти, как они вернулись назад.

– Не выйдет. После включения сигнала тревоги, выключить его может только человек, который здесь главный, – Исти с сожалением посмотрел на меня.

– А это Пратт. Он главный не только на этой базе, но и на всех остальных. Здесь все очень серьезно, – Алиса посмотрела на меня. – Бек, тебе нехорошо?

– Мне… нормально. Все хорошо.

На самом деле, я бы не сказала, что все так уж замечательно. Я едва их видела, перед моими глазами все безудержно плыло.

Кажется, меня вот-вот стошнит.

– Мы идем к пожарной лестнице? – я спросила только для того, чтобы отвлечь их внимание от моего самочувствия.

– Да. Алиса, веди, – Исти немножко поклонился и пропустил Алису вперед.

– Так, времени у нас мало, минут пять от силы, нужно поторопиться, – от волнения глаза девушки загадочно сверкали, а лицо казалось совсем белым, но это только украшало ее.

Она отвернулась от нас и зашагала вперед, мы поплелись следом. Точнее, плелась я. Ноги казались мне чужими, я словно была по колено в воде.

А ведь еще десять минут назад мне казалось, что я полна сил.

– Еще чуть-чуть. А потом будешь отдыхать, – Исти положил руку на мою талию, чтобы толкать меня вперед, так что я еле успевала передвигать ноги.

Внезапно Алиса юркнула куда-то влево, и исчезла в темноте. Я испуганно посмотрела на Исти, но он только кивнул мне, и потащил меня туда же.

Там оказалась дверь, спрятанная так, чтобы ее никто не нашел. За ней нас ждала Алиса, которая, как только мы появились, начала спускаться по длинной винтовой лестнице.

Я посмотрела вниз, и моя голова закружилась, а к горлу подкатило чувство тошноты. Казалось, ступеньки бесконечны.

– Ребекка, – Исти наклонился к моему уху, и меня обдало жаром его дыхания, – тебе больно?

Его голос звучал как-то странно. Он словно что-то знал или о чем-то догадывался.

– Все в порядке, просто… я не уверена, что смогу спуститься… – мне уже начало казаться, что лестница дрожит под моими ногами, но на самом деле дрожали сами ноги. – Если бы только не выла эта проклятая сирена!

Исти остановил меня, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Ребекка, я знаю больше, чем тебе кажется. Когда я проник в твой разум…

Ах, вот оно что! Он почувствовал ту боль, готовую разорвать меня. Страшно подумать, что бы он почувствовал, если бы проник в мой разум, пока я умирала. Тогда боль была выше всякого понимания, она была слишком реальной и ужасной… мне никогда не хватит слов, чтобы ее описать.

А теперь, по сравнению с тем, что я чувствовала тогда, это – детский лепет.

– Исти, все хорошо… – поспешила успокоить я.

– Нет, не хорошо! Ребекка, ты страдаешь! – он схватил меня за плечи и встряхнул.

Я чувствовала, что начинаю злиться. Но я не должна этого делать, он просто беспокоится.

– Давай позже. У нас нет времени на это. Исти, я могу это перетерпеть, мне просто нужно немного здорового сна на мягкой постели, горячий чай и прохладный душ. И я снова буду в норме. Эта боль – цена того, что я теперь здесь, рядом с тобой, и ради этого я готова терпеть. Я готова стерпеть все это ряди тебя.

Проклятье! Почему он сейчас смотрит на меня так, будто я собираюсь умереть прямо в эту секунду? Почему в его глазах столько боли, которая въелась в радужку глаза острыми, неаккуратными осколками стекла?

– Тогда попытайся закрыть разум, если можешь, потому что… – он запнулся и только с мольбой посмотрел мне в глаза, в надежде, что я пойму.

Я некоторое время смотрела на него, не в силах оторваться, потому что его боль была такой завораживающе ужасной и прекрасной одновременно.

Надеюсь, он не слышал моих мыслей, потому что тогда он точно не даст мне покоя.

– Где вы делись, чтоб вас налево?! – негодующий голос Алисы донесся откуда-то снизу.

– Мы идем! – Исти оторвал взгляд от моего лица и начал спускаться вниз, взяв меня за руку.

Я закрыла глаза, просто переставляя ноги с одинаковым интервалом.

– Ну наконец-то! Я уже думала, что никогда отсюда не выйду!

– Прости, Алиса. Ребекка не очень хорошо себя чувствует.

– Я здесь не молодею! – глаза Алисы возмущенно сверкнулись.

В ответ я только закатила глаза. Их будто обожгло, но это того стоило.

– Вы мне еще и глаза синхронно закатывать будете?! – подруга уперла руки в бока и немножко подалась вперед.

Мы же одновременно, не сговариваясь, посмотрели друг на друга и вздохнули. Это заставило нас рассмеятся. Даже Алиса улыбнулась сменив гнев на милость.

– Ладно, я вижу, здесь дверь. Значит, дальше мы спускаться не будем? – спросил Исти.

Алиса кивнула. Внутри меня все облегченно оборвалось. Больше никакой головокружащей спирали!

– Что теперь?

– Нужно открыть дверь. Мой пропуск не работает, я уже пробовала, – сказала Алиса, предугадав мой вопрос.

– Как устроен замок? Я имею в виду, из чего он сделан? – я с силой массировала виски.

– Ну, должно быть, там внутри штука, считывающая номер или штрих-код. Вставляешь карточку в прямоугольное отверстие, и дверь открывается.

– А из чего сделана сама дверь? Металл? Выглядит, как что-то тяжелое… – я внимательно рассматривала дверь, в поисках ее слабых мест.

– Должно быть. Разблокируется она только после того, как Пратт приложит свою драйжайшую руку к системе безопасности и та считает сетчатку его глаза…

Я только вполуха слушала ее. Я приложила ладонь к двери и закрыа глаза. Поверхность под моей рукой засветилась синим, и я смогла рассмотреть замок.

– Я думаю, его можно расплавить, – и я, не дожидаясь одобрения, приступила к делу.

Я видела, как металл нагрелся, накалился докрасна, а потом уже и добела, и медленная, вязкая жидкость устремилась к полу.

Я толкнула дверь вперед, и мне в лицо дунул свежий, даже холодный воздух. Он пах недавно кончившимся дождем.

Он пах свободой.

– Гребаные воробушки, мы сделали это! – Алиса выбежала наружу, вытянув руки в стороны, и кружилась, кружилась…

Я повернулась к Исти, который все еще стоял внутри. Красные огоньки отражались в его глазах, и мне хотелось смотреть в них вечно.

Только иногда на дорогом мне лице появлялось что-то дьявольское.

– Слишком легко. Это не может быть так легко. Такое чувство, что они сами нас отпускают.

– Ш-ш-ш, – я взяла его огромную ладонь и потянула его наружу. – Разгребаем проблемы по мере их появления. Как делали всегда. Мы выбрались из здания, да, но это даже не полпути. Нам нужно попасть за пределы территории этого… места. Нам нужно где-то скрыться. Там, где они даже и не подумают нас искать. Но теперь… просто набери полную грудь этого воздуха. Он холодный и чистый, он не пропах стерильностью, а там, в том лесу, будет еще лучше.

Я смотрела на темные деревья, находящиеся метров за триста от ограждения, обтянутого колючей проволокой. Он выглядел темным и таинственным, но там, над верхушками деревьев было видно последние солнечные лучи, превратившие макушки в огненно-красные маяки.

На противоположной стороне неба было сразу две радуги, и одна была такой яркой, что не могла не вселать надежды.

– О, нет… – Алиса застонала.

Я не знала причины, но в этом невнятном звуке было столько отчаяния, что я сразу поняла, что что-то не так.

Алиса молча указала рукой на запад. Оттуда, словно черные тучи, вереницей двигались военные машины.

– Что делать? – одними губами, словно рыбка на берегу, прошептала девушка.

– Исти, – я была решительно настроена. – Исти мы не станем их убивать, но мне потребуется твоя помощь.

– Что угодно, Ребекка. Мне и самому страшно подумать, что придется убить человека. С таким количеством противников не остается ничего другого…

– Мне нужно, чтобы ты поделился со мной силой. Я создам щит, и сделаю нас невидимыми. Это будет купол, как в школе, только передвижной. Я уже питала тот своими силами. В какой-то мере даже неосознанно. Он не будет большим, поэтому дайте мне свои руки.

Горячие пальцы Исти и холодные пальцы Алисы(ее руки всегда были холодными) переплелись с моими.

Поток энергии буквально затмил мой разум, и я быстро направила его в нужное русло.

– О, я понимаю, как ты это делаешь, я могу помочь, – Исти сам начал формировать купол, тем самым уплотняя и укрепляя тот, который уже создала я.

Осталось последнее – сделать купол прозрачным, невидимым для тех, кто был снаружи.

Я чувствовала его мощную защиту, его нерушимость.

Он был прочнее того, что защищал нас от посторонних глаз в школьном городке. Месте, которого больше не существовало.

– Мы сможем выйти, когда машины начнут заезжать сюда. Они точно нас не увидят?

– Я очень на это надеюсь, – я еще раз внимательно посмотрела на цепь машин.

– Может, остаться посмотреть на их лица, когда они поймут, что нас упустили? – Алиса коварно улыбнулась.

– Об этом не может идти и речи! Чем скорее мы выберемся отсюда, тем лучше.

Я знала, почему Исти так категоричен. Он не верил, что я смогу долго продержаться.

Вот ворота распахнулись, и машины, одна за другой, въехали на территорию базы. Они принесли с собой запах бензина и дорожную пыль (только запах, ведь шел дождь), и мой нос невольно сморщился.

– Так, последняя машина, приготовились… – я крепче сжала руки друзей.

Мы успели. Тяжелые металлические ворота сомкнулись прямо за нашими спинами.

Алиса расхохоталась.

– Они посмотрят на камеры и решат, что мы растворились!

Мне пришлось зажать ее рот рукой, которой я держала ее ладонь, потому что нас могли услышать. Но и самой мне было весело, да и в глазах Антихриста читалось что-то, похожее на облегчение.

Тогда мы думали, что свободны, и нам больше ничего не грозит.

Мы думали, что можем, наконец, быть счастливыми.

Никто и не представлял, что это только начало.

Еще один сумасшедший день

Мои силы были на исходе. Мы шли уже около трех часов вдоль трассы, и я не представляла, как долго смогу продержаться. Все выглядело удручающе одинаково. Серый, пробирающий до костей своей сыростью, туман, сосны, при взгляде на высоту которых кружилась голова. А еще под ногами тянулся мягкий влажный мох, от которого веяло холодом. Изредка кричала какая-нибудь птица, а так мы шли в абсолютной тишине, не разговаривая, каждый в своих мыслях.

Ну, это если не считать сосен. Они все время шептались иголками, стоило легкому ветерку прикоснуться к их кронам. А если порывы ветра усиливались, то сосны стонали и трещали, жалуясь на свою горькую судьбу. Вечно на одном месте, только и делали, что говорили на языке ветра.

Вскоре мы наткнулись на заправочную станцию. Мое облегчение граничило с настороженностью. А вдруг ловушка?

Тем более, мы шли чуть ли не на виду, хоть и пересекли лес, пару раз свернув. Нас легко можно было увидеть с высоты, мало ли какие у них там устройства. Можно и со спутника увидеть, что происходит на Земле.

– Оставайтесь здесь, а я раздобуду машину, хорошо? – Исти отпустил мою руку, и я почувствовала себя одиноко.

А еще я почувствовала, как сильно ноют мои пальцы из-за того, что я держала их в одном положении слишком долго.

Мы остались среди зарослей кустов позади заправочной станции. Мы молча наблюдали за тем, как его фигура постепенно отдаляется, заставляя меня волноваться больше с каждым сделанным ею шагом.

– Он что, собрался угнать машину посреди ночи? Они тут есть вообще? – удивилась Алиса.

– Ну, если он пошел туда, значит, есть. Мы теперь вне закона, так какая разница? – я опустилась на холодную землю и положила голову на колени. Алиса, посмотрев по сторонам, села рядом.

– И куда мы теперь? – спросила она.

– Мне кажется, Исти давно уже все решил, но забыл обсудить это с нами, – я удивилась ноткам раздражения в собственном голосе.

Я просто очень устала, вот и все. Да и боль снова стала нарастать, а я уставала еще больше, пытаясь это скрыть. Я не хотела быть обузой.

– Ребекка, я… у меня твои вещи.

Алиса открыла сумку и достала оттуда сначала цепочку с медальоном Эйрин, отчего мое сердце сжалось, а потом кольцо, которое подарил мне Исти.

Я тут же надела его на средний палец левой руки. Цепочку с медальоном я повесила на шею, и он вдруг показался мне слишком тяжелым.

– И… вот еще, – Алиса вынула папку с какими-то документами. – Я была в архиве днем, забрала оригинал твоего дела, уничтожила все копии, в том числе и на главном компьютере. Им теперь будет сложнее тебя выследить.

– С-спасибо, – я аккуратно взяла бумаги, будто бы они могли воспламениться.

Было темно, и я зажгла маленький огонек на указательном пальце. На первой странице были все мои имена, фамилии, дата рождения и даже предположительная дата зачатия, вычисленная по многочисленным катаклизмам. В том числе и персеид на фоне полярного сияния. 21 августа. Что ж, я и сама догадывалась, что это не прошло бесследно.

Большинство данных о катаклизмах было с пометкой «засекречено», что неудивительно, потому что я, например, не слышала, чтобы в один день происходило столько странных событий, вроде преждевременно пожелтевших листьев в целом парке или снега в Сахаре, про который, почему-то, не сообщили в СМИ.

– Здесь есть про твоих приемных родителей. Думаю, про отца тебе будет особенно интересно узнать.

Алиса взяла документы и начала листать, но тут появился Исти.

– Вы совсем ополоумели? Этот маленький огонек ночью совсем как маяк в море! – возмущенно прошептал Исти. – Пойдем!

Он демонстративно покрутил на пальце ключи от какой-то машины.

– Ну, и чьи же ключи ты украл?

– Не украл, а вежливо попросил, заставив дать согласие посредством внушения, но это не столь важно… Представляете, я хотел купить кое-что, а продавец отдал мне это совершенно бесплатно, – озорная улыбка заиграла на губах парня.

Я тоже улыбнулась.

– И куда мы поедем?

– Домой.

Я не поняла, какую эмоциональную окраску имел его голос. Это была одновременно грусть и… что-то похожее на тоску и радость.

– Куда именно? Я тебя не понимаю, – покачала я головой.

– Мы едем в дом моего отца, потому что, как я выяснил, правительству неизвестно его местоположение, – он многозначительно посмотрел на Алису.

– Ты знала и не сказала мне об этом? – возмутилась я.

– Ну, я решила, что ты не сильно обрадуешься. Я оказалась права…

– Ну-ну. Пойдем, пока вы не привлекли чье-нибудь внимание, – Исти направился к машине.

В салоне машины было тепло и пахло новой кожей. Алиса села на заднее сидение, а я села спереди, чтобы быть поближе к Исти. Он завел двигатель, и машина, медленно выехав со стоянки, умчалась в ночь.

– У меня получилось дозвониться Дэну, – сообщил Антихрист. – Я «одолжил» телефон у одного любезного человека, но сейчас не об этом. Со всеми вампирами, кроме Эйрин, все в порядке, ну, почти. Проблемы есть у Аластара… его ранили… я так и не понял, куда, но, мне кажется, он не выживет.

– Его ранили в живот, я видела, – к горлу подкатил болезненный ком.

– И, Ребекка, я должен сказать кое-что еще, – Исти старался делать вид, что очень внимательно смотрит на дорогу.

– Если это по поводу Лиззи, то я все знаю, – я не хотела, чтобы он сказал это вслух.

Я еще не до конца свыклась с мыслью, что ее нет.

– А что насчет остальных? Сколько вообще жертв? – тут же спросила я.

– Около пятидесяти. Маргарита и Магдалена… мне жаль, Ребекка.

Он все так же смотрел перед собой, боясь увидеть боль на моем лице, которая тут же исказила его.

Громкое «Что?!» почти сорвалось с моих губ, но мое горло перехватило. Получилось подавленное и невнятное «Гм!»

Это меня задело. Я никогда бы не подумала, что буду плакать из-за смерти человека, которого знаю так мало. Но факт остается фактом. Вот она я, издавшая какой-то непонятный звук, и спрятавшая лицо в ладони.

Я думала, что после стольких смертей мое сердце огрубеет и станет невосприимчивым к боли. Как же я ошибалась.

– А Рогнеда? Что с ней? – как жить без лучика света в такие темные времена?

– Она…

– Боже, нет… – и куда исчез весь воздух?

– Нет-нет. Она в порядке. Относительно. Ганс обратил ее, как только увидел, что опасность слишком высока. Она теперь вампир и совсем не рада этому, – Антихрист посмотрел в зеркало заднего вида прямо на Алису. – Алиса, там, рядом с тобой лежит пакет. В нем вода и что-нибудь на перекус. Я забыл у вас спросить, что вы будете, поэтому взял первое, что попало под руку…

Сзади зашелестели пакеты, после чего Алиса протянула мне холодный ягодный чай в бутылке, шоколадный батончик и упаковку чипсов.

– Ох, если я сейчас затоплю все слюной, я не виновата, – упаковка открылась с хлопком, выпустив воздух.

Запах тут же ударил мне в нос, и я поняла, что чертовски голодна.

С едой и чаем было покончено очень быстро. Поняв, как сильно я устала, я немножко оперлась на окно, закрыла глаза… и даже не заметила, когда уснула.

* * *

На улице все еще было темно, когда я проснулась, но Исти сказал, что прошло часов пятнадцать и это снова вечер. Вокруг была лесистая местность, и мы стояли на месте.

– Ты не мог меня разбудить? – возмутилась я.

– Зачем? Не сказать, чтобы ты так уж сладко спала, но я решил дать тебе возможность выспаться. Алиса тоже спит. Она попросила отвезти ее домой, но я сначала уточню ее адрес и подберу Дэна с компанией.

– А ты сам не хочешь спать? – поинтересовалась я.

– Нет, я поспал пару часов, что мы тут стоим. Вампиры скоро будут здесь, Дэн звонил мне минут десять назад.

– А почему Алиса хочет вернуться в пустой дом в разрушенном городе?

– Она и не будет туда возвращаться. Она хочет вернуться к своим родным родителям. Я знаю, где это, отец как-то говорил мне… Но я не уверен, придется покопаться в архиве, – Исти вздохнул.

– Ты по нему скучаешь… – констатировала я, тоже вздохнув.

– Я… – он отвернулся к окну. – Понимаешь, он мой отец. Это схоже с тем, что ребенок все равно любит отца алкоголика… пример не лучший, но все же. С ним связаны одни из лучших воспоминаний в моей жизни. Он был самым лучшим отцом, пока не умерла мама…

– Пока он ее не убил, – поправила я.

– Нет, она умерла своей смертью, он потерял контроль, совсем ненадолго, но она состарилась. Она умерла от глубокой старости.

В голосе чувствовалась боль. Зря я вообще затронула эту тему. Я совсем не подумала, что Исти теперь круглая сирота.

– Прости, – я дотронулась до его руки, и он улыбнулся.

– Да ничего. Все хорошо, – он посмотрел вперед. – О, смотри, кто идет.

Казалось, улыбка Дэна светилась в темноте. За ним, держась за руки, шли Ганс и Рогнеда. Аластара с ними не было. Сердце мое упало, вдруг сделавшись очень тяжелым.

Я немедленно открыла дверцу машины и ринулась вперед, мгновенно оказавшись в объятиях Дэна.

– Боже, ты и вправду жива… – он сжал меня так крепко, что я не могла дышать. – Ты так похудела…

– Дэнни, я тоже рада тебя видеть, но ты мне так ребра сломаешь… – Дэн отпустил меня и улыбнулся, рассматривая мое лицо.

Потом он вдруг наклонился и легонько чмокнул меня в губы. Я замерла и удивленно посмотрела на него, но его уже не было рядом: он обнимал Исти, со всей силы хлопая того по плечу.

На моих губах была приятная, сладкая прохлада, и я не сразу пришла в себя.

Позже я кое-как оторвала взгляд от счастливой улыбки Антихриста, и повернулась к Гансу и Рогнеде. Ганс тоже обнял меня, только он, как всегда, был более сдержан. Ро лишь грустно улыбнулась.

– Бекки, я бы с такой радостью обняла тебя, ты сама знаешь, но ты так сладко пахнешь, что я даже боюсь дышать и…

– Глупости! – и я сама обняла девушку.

Ее кожа теперь была такой холодной и нежной… думаю, я быстро привыкну.

Теперь осталось поставить точку еще кое в чем.

– Аластар?… – я вопросительно посмотрела на Ганса.

– Он мертв, – на лице вампира вдруг отразился целый водоворот эмоций. – Когда мы вытащили пулю, яд от серебра уже успел пробраться к сердцу.

Но печаль было видно лучше всего.

– Ребекка, ты же знаешь про… про… – невозможно, но новообращенная вампирша вдруг начала задыхаться.

Ганс тут же обнял ее.

– Да, Рогнеда, я знаю. Может быть, мой вопрос будет немного нетактичен, но… что сталось с остальными?

– Все в порядке, ты имеешь право спрашивать, – ответил Ганс. – Большая часть выжила, и все отправились на родину, туда, где они жили с рождения. Они сейчас в местах, которые считают домом. Люди Люцифера тоже разбежались. Благо, до нас правительству не было никакого дела.

– Они сказали, что если ты позовешь, все готовы служить тебе, даже те, кто на твоей стороне не был, – добавила Рогнеда.

– Серьезно? Вау…

– Да, я кое-что взял. Это принадлежит тебе, – Ганс достал мою корону из внутреннего кармана пиджака.

Я вздохнула и покачала головой.

– Нет, как я могу быть королевой после того, что случилось? Я не смогла защитить их, – я сморщилась.

– Это не твоя вина. И те, кто остался в живых, это понимают. Возьми.

Ганс протянул мне диадему, и я взяла ее. Она была такой холодной… на ней были капельки крови. Только вот чьей?

Конечно, моей. Она ведь красная.

– Ребекка! Поехали! – крикнул Исти, садясь на мое место.

– Эй, что за дела? – обиженно спросила я.

– Дэн поведет, я буду спать.

– Может, будет лучше, если спереди сяду я с Ро? – вежливо спросил Ганс. – Она упорно отказывается пить кровь, и было бы опасно сажать ее рядом с человеком. Я ведь прав? Там человек?

– Да, это Алиса, – ответила я. – Рогнеда, тебе нужно поесть… попить… я без понятия как это у вас там называется. Прислушайся к голосу разума. Я могу дать тебе кровь, мне не жалко.

– Я сомневаюсь, что это хорошая идея, – ответил Ганс. – Твоя кровь совершенно другая, она может пристраститься к ней, на первый раз ей нужна кровь какой-нибудь зверушки, до тех пор, пока она научится есть, не убивая, или пока мы не найдем пункт сдачи крови.

– Я могу попросить Алису…

– Не нужно! Я все равно не стану! – в голосе Ронеды слышались истерические нотки.

– Ладно, – Исти взял меня за руку, и я немножко дернулась от неожиданности. – Садитесь спереди, а мы сядем сзади.

Я оказалась немного зажата между Исти и Алисой, которая все еще мирно спала. Вот она удивится!

Я положила голову на плечо Антихриста и позволила себе снова уснуть.

* * *

Когда я проснулась, уже было серое сырое утро, и в машине я была совершенно одна. Впереди была автострада, тянущаяся куда-то в бесконечность.

Где все? Я еще раз посмотрела вокруг, но никого не было. Где-то вдалеке что-то загремело, несколько ярких вспышек разрыхлило тучи, и все затихло.

Я не то, что забеспокоилась, я испугалась.

И тут из неоткуда появился Исти. Он стоял прямо напротив лобового стекла и самодовольно улыбался. Он специально меня здесь оставил? А если бы я проснулась раньше?

Когда он сел за руль, я тихонько перебралась на переднее сиденье.

– Где ты был?

– Испугалась, да? – его улыбка стала еще шире. – Мы проверяли, смогут ли все пройти через барьер. Он, видишь ли, устроен немного иначе. Так, чтобы и люди могли проходить сквозь него, потому что большая часть армии и слуг моего отца – именно люди.

– Но где остальные?

– Ждут там. Ты спала, и я не стал тебя будить. Но проверить стоило, чтобы мы все просто не застряли во времени и пространстве, понимаешь? Теперь я припаркую машину, и мы посмотрим, как обстоят дела в замке.

– В какой мы хоть стране? – вздохнула я.

– Мы в Австрии. Недалеко от Вены.

– Ого! А когда у них там бальный сезон? – встрепенулась я.

– Уже прошел, и вряд ли будет. Сейчас идет третья мировая война, и Австрия тоже втянута, хотя это еще более-менее нейтральная территория. Пару раз в неделю здесь летают самолеты и скидывают бомбы. Как всегда страдает мирное население.

– Мы можем что-нибудь сделать?

– Не знаю. Что можем мы против кучки идиотов, водородных бомб и черт знает еще какого запрещенного оружия? Не уверен, что вообще будет, что спасать после того, как война закончится. Нам нужно попасть домой, и тогда я смогу более точно узнать, как обстоит дело.

– Я всегда этого боялась, – призналась я. – с теперешними технологиями они могут легко уничтожить все это. Постой, ты же говорил, что замок все время меняет местоположение. Как ты узнал, куда именно нужно ехать?

– Я соврал. Я просто не мог выдать местоположение собственного отца. Человека, который меня вырастил. Вы бы все равно не успели напасть раньше.

Я хотела возразить, но сдержалась. Я видела, что ему больно.