Kitobni o'qish: «Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига»

Name: Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига
Author: Андрей Сульдин
ISBN: 978-5-17-171684-4

Андрей Сульдин

Shrift:

* * *

Вместо предисловия

С началом Великой Отечественной войны радиоприемники у населения были изъяты, и в каждой квартире обязательно появилась черная «тарелка» репродуктора. Это был конусный бумажный диффузор диаметром 36 см, укрепленный на металлических держателях, совмещенный с электромагнитным механизмом. Электрический сигнал, поступающий по проводам, преобразовывался в акустические колебания. В центре – механический регулятор громкости. Прибор подключался к радиорозетке, и пользователь мог слушать одну-единственную радиостанцию, которая в то время была доступна.

По проводному радио передавали не только сводки Совинформбюро, но и различные новости, транслировали концерты, лекции, передачи «Письма с фронта» и «Письма на фронт». Так что репродуктор в квартире, а также рупоры, установленные на улицах, были главными источниками получения гражданами оперативной информации.

26 июня 1941 года перед окончанием передач ленинградского радио диктор предупредил слушателей, что на случай объявления воздушной тревоги репродукторы не должны выключаться. А в свободное от передач время станет работать специальный прибор – метроном, мерные звуки которого будут показывать, что радиоточка в исправности. При объявлении воздушной тревоги он начинал тревожно частить. Так метроном стал одним из символов блокады города на Неве. Именно поэтому звуки метронома были отражены и в культуре, и в музыке («Ленинградская» симфония Шостаковича), и в поэзии:

Во тьме казалось: город пуст;
Из громких рупоров – ни слова,
Но неустанно бился пульс,
Знакомый, мерный, вечно новый.

Всеволод Азаров (1913–1990).

Захват Ленинграда был составной частью разработанного нацистской Германией плана «Барбаросса» – войны против СССР. Предусматривался полный разгром Советского Союза за 3–4 месяца. К ноябрю 1941 года предполагалось захватить всю европейскую часть нашей страны, а затем за несколько лет истребить значительную часть населения (русских, украинцев, белорусов, а также всех евреев и цыган – 30–40 млн человек). Но этим планам не суждено было сбыться. Советские люди мужественно встретили врага. Примером беззаветного служения Отчизне стал Ленинград.

В памяти народной навсегда остались незабвенные страницы долгих дней этой борьбы. Чудо, поразившее мир, предстало во всем блеске славы. Казалось непонятным, как город, который должен был слабеть с каждым днем, не только не слабел, а все больше и больше поднимался в силе и могуществе.

Город, носящий имя Ленина, основателя советского государства, был символом социализма, вот почему так мечтали гитлеровцы стереть его с лица земли. Тем более, что он являлся прямым путем к Северу. Ведь отсюда ведут дороги к Белому морю и Ледовитому океану, в Арктику. Овладение городом на Неве превратило бы Балтийское море в немецкое, лишило бы нас Балтийского флота и дало бы возможность наступать на Москву вдоль Октябрьской железной дороги, отрезав Север от остальной России. Но на защиту города вместе с ленинградцами поднялась вся страна – поднялась, чтобы дать смертельный бой врагу. Настало время яростной борьбы, которая закончилась разгромом гитлеровских полчищ.

Наши отцы и деды, матери и бабушки мужественно сражались за Родину, чтобы она была независимой, могучей и процветающей. Они достойны светлой памяти. Вот почему в книге нашли отражение не только 872 дня и ночи Блокады. Заняли свое место на страницах книги и участники войны, как удостоенные высших наград, так и простые труженики фронта и тыла.

В книге использована, помимо авторских материалов, информация только из доступных открытых источников: публикаций в газетах, журналах, мемуарах, справочниках, различных книгах. Автор, не имея возможности назвать поименно, выражает благодарность всем, кто помог ему в работе. И посвящает книгу родным и близким людям: отцу, который, только окончив Ленинградский пединститут, уже 22 июня 1941 года пошел в военкомат и сразу был призван; маме, которая сражалась в войсках МПВО; ее сестрам и брату; ее родителям (деду и бабушке), которые вместе с другими ленинградцами делили все тяготы блокады, прошли сквозь голод, холод, огонь… Эта книга посвящается всем жителям славного Ленинграда и воинам, защищавшим город. Они стояли насмерть, но не пропустили врага.

На Земле безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая
И маленький очень портфель.
Получал он зарплату маленькую…
И однажды – прекрасным утром —
постучалась к нему в окошко
небольшая, казалось, война…
Автомат ему выдали маленький.
Сапоги ему выдали маленькие.
Каску выдали маленькую
и маленькую – по размерам – шинель.

…А когда он упал – некрасиво, неправильно,
в атакующем крике вывернув рот,
то на всей земле не хватило мрамора,
чтобы вырубить парня в полный рост!
«Баллада о маленьком человеке».

Роберт Рождественский (1932–1994).

Пусть современный читатель не кривится и не считает данную книгу коммунистической пропагандой. В то время влияние партии большевиков на всю жизнь в стране было огромным, а коммунисты – члены правящей партии – на фронте имели только одну привилегию: первыми идти в атаку. И они отстояли нашу страну. Для нас.

Сохраним ли мы это достояние?

Андрей Сульдин

¹⁹⁴¹

22 июня ленинградский поэт Александр Прокофьев написал свое первое на этой войне стихотворение. Называлось оно «В поход» и заканчивалось таким четверостишием:

Мы в бой идем за жизнь и за свободу.
Страна отваги, Родина труда
Сказала Красной Армии, народу:
– Враг должен быть разгромлен навсегда!

23 июня в городе на Неве была объявлена первая воздушная тревога. Летчик 158-го истребительного авиационного полка лейтенант Андрей Чирков сбил бомбардировщик «Хейнкель-111». Вражеские бомбардировщики, участвовавшие в налете на Кронштадт, потеряли четыре машины. Батарея 194-го зенитного артполка, позиции которой находились в районе станции Дибуны, сбила фашистский бомбардировщик Ю-88. Вражеская машина была подожжена и совершила вынужденную посадку километрах в десяти от батареи. Экипаж был взят в плен. Остальные самолеты повернули обратно.

Командующий Ленинградским военным округом генерал-лейтенант М.М. Попов отдал распоряжение о начале работ по созданию дополнительного рубежа обороны на псковском направлении в районе Луги. 4 июля это решение подтверждено директивой Ставки Верховного Главнокомандования за подписью Г.К. Жукова.

С территории Финляндии против СССР действовали военно-морские и военно-воздушные силы Германии. 25 июня 1941 года утром по приказу Ставки ВВС Северного фронта совместно с авиацией Балтийского флота нанесли массированный удар по девятнадцати (по другим данным – 18) аэродромам Финляндии и Северной Норвегии. Там базировались самолеты ВВС Финляндии и германской 5-й воздушной армии. В тот же день парламент Финляндии проголосовал за войну с СССР. 29 июня 1941 года финские войска начали сухопутную операцию против СССР.

4 июля части вермахта вступили в Ленинградскую область, форсировав реку Великая и преодолев укрепления «Линии Сталина» в направлении на Остров. 9 июля был занят Псков (280 км от Ленинграда).

9 июля газета «Правда» писала:

«Доблестные авиаторы первыми пополнили чудесную когорту Героев Советского Союза, вписавших незабываемые подвиги в историю человеческого дерзания, храбрости и самоотверженности…» В этом же номере опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда» летчиков С.И. Здоровцева, М.П. Жукова и П.Т. Харитонова, которые применили таран на дальних подступах к Ленинграду.

И сколько еще себя в схватках лихих
Покажут советские люди!
Мы многих прославим,
но этих троих
Уже никогда не забудем.

Александр Твардовский (1910–1971).

10 июля было создано Главное командование Северо-Западного направления, которое возглавил маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов. После того как Красная армия понесла в войне с Финляндией потери большие, чем потери вермахта при оккупации половины Европы, Сталин 8 мая 1940 года отстранил Ворошилова с поста наркома обороны. Тем не менее на ленинградский участок был послан именно он – больше, как выяснилось, посылать было некого. К тому же в июле и августе 1941 года внимание Ставки было поглощено событиями на центральном направлении, а в сентябре – катастрофой под Киевом.

19 июля, к моменту выхода передовых немецких частей, на Лужском оборонительном рубеже уже были построены оборонительные сооружения протяженностью 175 км и общей глубиной 10–15 км. Днем и ночью работали здесь ленинградцы, в основном женщины и подростки.

У Лужского укрепленного района произошла задержка немецкого наступления. Вражеским войскам не удалось овладеть городом с ходу. Эта задержка вызвала резкое недовольство Гитлера, который совершил специальную поездку в группу армий «Север», чтобы подготовить план захвата Ленинграда не позднее сентября 1941 года. В беседах с военачальниками фюрер, помимо чисто военных доводов, привел немало политических аргументов. Он полагал, что захват Ленинграда даст не только военный выигрыш (контроль над всеми балтийскими побережьями и уничтожение Балтийского флота), но и принесет огромные политические дивиденды. Советский Союз потеряет город, который, являясь колыбелью Октябрьской революции, имеет для советского государства особый символический смысл. Кроме того, Гитлер считал очень важным не дать советскому командованию возможность вывести войска из района Ленинграда и использовать их на других участках фронта.

21 июля Ворошилов своей властью остановил идущие к Ленинграду эшелоны и приказал выгрузить главные силы 1-й танковой дивизии. Совместно с двумя мотострелковыми полками НКВД они должны были контратаковать и разгромить финнов. Решение было чудовищно по своей глупости – на весах войны Ленинград и Петрозаводск имели совершенно разный вес, и к тому же в карельских озерных лесах танки были бесполезны.

31 июля началось крупное финское наступление в направлении Ленинграда. К началу сентября финны перешли существовавшую до подписания мирного договора 1940 года старую советско-финскую границу на Карельском перешейке на глубину до 20 километров, остановились на рубеже Карельского укрепрайона. Связь Ленинграда с остальной страной через территории, оккупированные Финляндией, была восстановлена только летом 1944 года.

14–15 августа немцам удалось пробиться через заболоченную местность, обойдя Лужский УР с запада и, форсировав у Большого Сабска реку Лугу, выйти на оперативный простор перед Ленинградом.

4 сентября 1941 года в ставку Маннергейма в Миккели был направлен начальник главного штаба вооруженных сил Германии генерал Йодль. Но он получил отказ в участии финнов в наступлении на Ленинград. Вместо этого Маннергейм повел успешное наступление на севере Ладоги, перерезав Кировскую железную дорогу и Беломорско-Балтийский канал в районе Онежского озера, блокировав тем самым маршрут для поставок в Ленинград грузов.

4 сентября 1941 года город подвергается первым артиллерийским обстрелам со стороны оккупированного немецкими войсками города Тосно.

6 сентября 1941 года Гитлер останавливает наступление группы войск «Север» на Ленинград, уже достигших пригородов, и приказывает фельдмаршалу Леебу отдать все танки Гепнера и значительное число войск для того, чтобы «как можно быстрее» начать наступление на Москву. В дальнейшем немцы продолжали окружение города кольцом, удаленным от центра города не более чем на 15 км, и перешли к длительной блокаде. Так Гитлер, представивший огромные потери, которые он понесет, вступив в бои в городе, обрек его население на голодную смерть.

8 сентября

Гитлеровские войска захватили Шлиссельбург, перерезав последнее сухопутное сообщение Ленинграда с остальной страной. Связь с Большой землей оставалась только по Ладожскому озеру и по воздуху. Началась 872-дневная блокада города (в ряде источников – 871 день, в литературе и на памятниках встречается округление – 900 дней и ночей).

По официальным данным, от голода умрет 641 тыс. жителей. Лишь в 1985 году постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР на граждан, работавших в период блокады (с 8 сентября 1941-го по 18 января 1943 года) на предприятиях, в учреждениях города и награжденных медалью «За оборону Ленинграда», будут распространены льготы, установленные для лиц, состоявших в годы войны на штатных должностях по вольному найму в частях действующей армии.

Авиация противника произвела первый массированный налет на Ленинград: на город было сброшено 6327 зажигательных и 48 фугасных бомб. Бомбежка вызвала 178 пожаров.

Во время этого налета произошел один из самых таинственных и трагических случаев за всю Ленинградскую блокаду: сгорели Бадаевские продуктовые склады. Советские историки уверяли, что сгорели они в результате налета: склады деревянные, располагались кучно. Однако в этом происшествии было несколько очень странных моментов. Все пожары в ту ночь были довольно быстро потушены – кроме Бадаевского: склады горели более 5 часов. Почему продукты, уже в условиях блокады, хранились так небрежно, почему не была усилена их пожарная часть? Пожарная охрана города насчитывала уже почти 12 тыс. человек (это помимо рядовых жителей, которые каждую ночь дежурили на крышах своих домов). Зато загоревшиеся Бадаевские склады сразу же были оцеплены войсками НКВД, которые выстрелами отгоняли ленинградцев, сбежавшихся наскрести хоть немного горелой муки. Далее, советские историки уверяли: версия о том, что пожар на Бадаевских складах был одной из главных причин голода, не соответствует действительности. На складах было всего 3 тыс. тонн муки и 2,5 тыс. тонн сахара – по действовавшим тогда нормам, полуторасуточный расход муки и трехсуточный расход сахара для города (1 тыс. тонн горелой муки и 900 тонн горелого сахара потом использовали пищевые предприятия города; самой голодной зимой 1941–42 годов землю Бадаевских складов, в которую впитался жженый сахар, выкапывали и ею даже торговали на ленинградских толкучках, – землю заливали водой, процеживали, а мутную сладкую воду кипятили и пили). Однако, узнав о пожаре на Бадаевских складах, Сталин сказал Жукову: «Погибли большие запасы продовольствия». Ленинградцы были уверены, и говорили об этом открыто, что склады были подожжены: возможно, проворовавшимися работниками, возможно – войсками НКВД: немцы были у самого города, а установка была такова – ни килограмма зерна, ни литра бензина не должно достаться врагу.

Впрочем, никакого серьезного запаса в Ленинграде в принципе не существовало – город жил на привозных продуктах, питаясь «с колес». В конце июля 1941 года в наличии был примерно недельный запас продуктов. Более того, создать стратегические запасы продовольствия для города с почти трехмиллионным населением было практически невозможно, тем более в условиях августа-сентября того года.

Интересно, что именно в этот день Военный совет Ленинградского фронта по настоянию Ворошилова и Жданова утвердил план мероприятий по выводу из строя важнейших промышленных и оборонных объектов города, а также (с одобрения Сталина) план уничтожения кораблей Балтийского флота и судов торгового флота. Прилетевший в Ленинград 10 сентября Жуков прикажет отменить минирование кораблей. В 1950 году он вспомнит: «Как вообще можно минировать корабли? Да, возможно, они погибнут. Но если так, они должны погибнуть только в бою, стреляя. И когда потом немцы пошли в наступление на приморском участке фронта, моряки так дали по ним со своих кораблей, что они просто-напросто бежали. Еще бы! 16-дюймовые орудия! Представляете себе, какая это силища?» Сталин, кстати, узнает от Жданова об отмене Жуковым решения Военного совета, а фактически – его Верховного распоряжения, но никак не станет комментировать «самоуправство» Жукова: он не сможет не оценить смелости и дальновидности нового командующего фронтом.

9 сентября

Войска противника из района Красногвардейска (Гатчины) начали новое наступление на Ленинград – на участке от Ропши до Колпино.

Сразу же после успешной ликвидации Георгием Жуковым Ельнинского выступа Иосиф Сталин срочно вызвал Георгия Константиновича в Москву и рассказал о серьезном положении на Ленинградском фронте. Кто-то из членов Государственного комитета обороны – Жуков не назвал его фамилию – заметил с места: «Мы здесь докладывали Сталину, что командование Ленинградским фронтом едва ли сумеет выправить положение». «Сталин осуждающе посмотрел на говорившего, но продолжал молчать, устремив взор на карту. Неожиданно он спросил: „А как вы, товарищ Жуков, расцениваете обстановку на московском направлении?“». Георгий Константинович сказал, что немецкая группа армий «Центр» понесла большие потери и без пополнения немцы не начнут наступление на московском направлении. Кроме того, они ведут активные действия под Ленинградом, что тоже отвлекает большие резервы. Сталин выслушал Жукова и совершенно неожиданно для Георгия Константиновича сказал: «Вам придется лететь в Ленинград и принять от Ворошилова командование фронтом и Балтфлотом».

10 сентября

Началась Синявинская наступательная операция войск 54-й армии под командованием Маршала Советского Союза Григория Кулика и Ленинградского фронта, продолжавшаяся до 26 сентября. Целью операции был прорыв блокады Ленинграда. Однако из-за недостатка сил и вооружений 54-я армия продвинулась на синявинском направлении только на 6–10 км, а соединения Ленинградского фронта захватили в районе Московской Дубровки лишь небольшой плацдарм.

В этот день на кавалькаде из легковых машин на фронт у Красного Села, в 25 км от Ленинграда, прибыл Климент Ворошилов. Тут произошел эпизод, который потом оброс множеством легенд. Одни говорили, что когда наши войска под шквальным огнем противника начали отступать, Ворошилов с группой офицеров бросился вперед, остановил солдат, те же, увидев Ворошилова, стоявшего в полный рост, устыдились и пошли в наступление. Однако, по воспоминаниям очевидца, Ворошилов всего-навсего вышел из машины, поговорил с командиром подразделения, который, крутя ус, пообещал, что сейчас поднимет дивизию в бой. А дивизия эта – необстрелянная дивизия народного ополчения, состоявшая из пожилых или совсем молодых людей, с одной винтовкой на пятерых, под огнем противника лежала в окопах. Ворошилов мрачно заметил усатому командиру, что, видимо, только присутствие маршала подвигло его принять решение перейти в наступление. Английский журналист Александр Верт выскажет предположение, будто Ворошилов, осознавая свою вину за отступление войск в Прибалтике и под Ленинградом, приехал на фронт искать смерти на поле боя. Как бы там ни было, в личной храбрости Клименту Ефремовичу отказать было нельзя.

В этот день Георгий Жуков прибыл в Ленинград и сменил Климента Ворошилова в должности командующего войсками Ленинградского фронта. Жуков до своего следующего нового назначения, последовавшего 10 октября, принял энергичные меры по защите Ленинграда: усилил противотанковую оборону, начал строительство глубокоэшелонированной обороны на наиболее уязвимых участках, снял большую часть моряков с кораблей на сушу, а с конца сентября организовал активные боевые действия. Жуков вернется в Ленинград в 1943 году руководить прорывом блокады.

Военный совет Ленинградского фронта принял постановление о рациональном использовании электроэнергии в Ленинграде. К началу блокады было утрачено около 70 % энергетических мощностей города. Энергия шла на оборонные и промышленные предприятия Ленинграда. Уже осенью в жилые дома перестали подавать свет.

Йозеф Геббельс записал в дневнике: «Мы должны постепенно подготовить народ к ведению продолжительной войны. С распространением необоснованных иллюзий нужно покончить… Мы в дальнейшем не будем утруждать себя требованиями капитуляции Ленинграда. Он должен быть уничтожен почти научно обоснованным методом».

Под обстрелом в Ленинграде полностью разрушено пятиэтажное здание на Лермонтовском проспекте, 13. Удалось спасти 24 человека. 18 погибло. На пятом этаже этого дома среди готовых рухнуть обломков оказался годовалый ребенок. Бойцы 327-го участка МПВО Ленинского района Ханин и Гардашник с риском для жизни проникли в разбитую комнату и спасли малыша. В эту ночь на Кировский завод упало 627 зажигательных и 14 фугасных бомб. Бойцы МПВО и рабочие быстро ликвидировали последствия налета. Шестидесятилетний рабочий Г.И. Милинг не покинул своего поста на крыше даже после того, как был ранен в лицо осколком разорвавшейся поблизости фугасной бомбы. Обливаясь кровью, он погасил упавшую рядом зажигалку.

11 сентября

Достигли высшего накала бои под Ленинградом в районе Вороньей горы. В этот день стоявшая там советская артбатарея отразила 10 атак танков и пехоты. Это была так называемая батарея «А», вооруженная 9 орудиями, снятыми с крейсера «Аврора» (отсюда и название); она состояла из 200 человек – тоже, главным образом, моряков с «Авроры», а также артиллеристов Кронштадта и Ленинграда. В неравной схватке погибли расчеты 1, 2, 3 и 4 орудий, лейтенант А.А. Антонов и политрук А.А. Скулачев подорвали себя и окруживших их немцев гранатами. Раненых моряков гитлеровцы привязали колючей проволокой к стволам орудий, облили бензином и сожгли заживо. Батарея продолжит сопротивление до 14 сентября, когда, израсходовав все боеприпасы, уцелевшие моряки (около 100 человек) подорвут оставшиеся орудия и отступят к Пулково. К концу 1943 года немцы превратят Воронью гору в один из самых мощных укрепленных пунктов «Северного вала», и отсюда тяжелая артиллерия противника будет вести обстрел южной и центральной части Ленинграда.

11 сентября сигнал воздушной тревоги звучал в городе одиннадцать раз.

Пять летчиков 191-го истребительного авиаполка – Егор Новиков, Иван Грачев, Николай Кузнецов, Владимир Плавский и Василий Добровольский – атаковали сорок фашистских пикирующих бомбардировщиков Ю-87, сбив 7 из них. Когда один из «Юнкерсов» попытался ускользнуть, младший лейтенант Новиков, уже не имея боеприпасов, догнал его и ударил крылом по фонарю кабины. Вражеский самолет врезался в землю. Новиков благополучно привел свой истребитель на аэродром.

В Ленинграде произведено второе снижение норм продовольствия, выдаваемого по карточкам: рабочим и ИТР (инженерно-техническим работникам) стали отпускать по 500 граммов хлеба в день (вместо 600 на первое снижение, 2 сентября), служащим и детям до 12 лет – по 300 (служащим норму снизили на 100 г, детям норму не снизили), иждивенцам – по 250 г (вместо 300).

В городе проведен переучет всех съестных припасов, скота, птицы, зерна. Исходя из фактического расхода на обеспечение войск и населения, имелось: муки и зерна на 35 дней, крупы и макарон на 30, мяса на 33 дня, жиров на 45, сахара и кондитерских изделий на 60 дней. Почти отсутствовали картофель и овощи. Армия и Балтийский флот располагали дополнительно некоторым количеством «неприкосновенного запаса», но он был весьма незначительным. Чтобы растянуть ничтожные запасы муки, по решению Ленгорисполкома к ней подмешивалось 12 % солодовой, соевой и овсяной муки, 2,5 % размолотых жмыхов и 1,5 % отрубей.

Закрылись столовые и рестораны. Весь скот, имевшийся в колхозах и госхозах, был забит, мясо сдали на заготовительные пункты. Кормовое фуражное зерно перевезли на мельницы с тем, чтобы перемолоть и использовать в качестве добавки к ржаной муке. Администрацию лечебных заведений обязали вырезать из карточек граждан, находящихся на лечении, талоны на продукты за время их пребывания в больницах. Такой же порядок распространялся и на детей, находившихся в детских домах. Занятия в школах отменены до особого распоряжения.

12 сентября

Советские войска оставили Красное Село (Царское Село) под Ленинградом.

Указом Президиума Верховного Совета СССР из экипажа парохода «Казахстан» 7 человек «за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом и проявленные при этом доблесть и мужество» были награждены орденами Красного Знамени. 28 августа 1941 года «Казахстан» в числе других военных и торговых судов Балтийского флота провел эвакуацию гарнизона и жителей Таллина. На его борту было 3,5 тыс. человек. При первом же налете немецкой авиации взорвался боезапас; из всей команды уцелели эти семеро. Моряки под непрекращающимся обстрелом боролись с огнем. И выстояли, и привели «Казахстан» в Кронштадт.

К причалам мыса Осиновец с восточного берега Ладожского озера пришли две баржи, доставив 626 тонн зерна и 116 тонн муки. Так начала действовать блокадная «артерия» Ленинграда. Коммуникация приобрела стратегическое значение – по ней направлялись в город из глубины страны пополнение в войска, боеприпасы, топливо. Отсюда они переправлялись на баржах и небольших судах на западный берег, а затем их доставляли в Ленинград по железной дороге. Пропускная способность этого пути была невелика. Сильные осенние штормы и непрерывные бомбардировки врага значительно замедляли темп перевозок. С 12 сентября по 15 ноября, когда навигация официально закончилась, по Ладоге удалось доставить 24 097 тонн зерна, муки и крупы, более 1130 тонн мяса, молочных продуктов и других грузов. Каждый рейс по озеру был подвигом.

13 сентября

Немцы под Ленинградом начали наступление в общем направлении на Урицк и, прорвав оборону, заняли Константиново, Сосновку, Красногвардейск (Гатчину).

5-я дивизия народного ополчения, сформированная в Выборгском районе Ленинграда, спешно направлена в район Пулково. Вместе с ополченцами пришли сюда с оружием в руках секретарь Выборгского райкома партии Н.А. Смирнов, работник райкома А.С. Петров, секретари ряда партийных организаций – завода «Русский дизель», Лесотехнической академии, Политехнического института. Среди выборжцев, занявших боевой рубеж у стен Ленинграда, был полк василеостровцев, состоявший из работников ленинградских учреждений Академии наук СССР, Академии художеств, студентов и преподавателей Ленинградского университета. Едва заняв окопы, дивизия вступила в бой.

Военный совет Ленинградского фронта постановил приравнять к военным объектам системы водопровода и канализации Ленинграда.

Как только стало понятно, что город оказался в блокаде, настроение его жителей стало меняться в худшую сторону. Чтобы быть в курсе того, о чем думает население, военная цензура вскрывала все письма – некоторые, в которых горожане высказывали крамольные мысли, изымались. В августе 1941 года цензура изъяла 1,5 % писем. В декабре – уже 20 %.

14 сентября

Георгий Жуков докладывал начальнику Генштаба Борису Шапошникову, что положение под Ленинградом еще сложнее, чем «казалось Генштабу». Противник наступает, резервов у Ленинградского фронта нет: «приходится приостанавливать наступление и развитие прорыва случайными отрядами, отдельными полками и вновь формируемыми рабочими дивизиями… Мною принято в Ленинградском фронте всего 268 самолетов, из них исправных только 163». Но за эти несколько дней Жуков уже успел организовать артиллерийскую завесу – поставить на передний край все имевшиеся орудия, вплоть до снятых с кораблей Балтийского флота орудий и зениток ПВО. Утром 14 сентября был нанесен первый удар и освобождены Сосновка и Финское Койрово.

В Большом зале филармонии, переполненном зрителями, состоялся концерт, в котором приняли участие композитор Д. Шостакович, драматург Е. Шварц, артисты О. Иордан, Б. Горин-Горяинов, Б. Тенин и другие. Весь сбор от концерта – свыше 10 тыс. рублей – передан в фонд обороны.

15 сентября

Георгий Жуков связался с командующим 54-й армией Григорием Куликом, на которого возлагались большие надежды в попытках прорвать блокаду Ленинграда. Кулик сказал: «За 5–6 дней в районе Посадников Остров, станция Кириши противник из местных ресурсов, в том числе и из наших рельс, создал дзоты. Так как лесистая местность затрудняет обнаружение с наблюдательных пунктов, то вести прицельный огонь по дзотам невозможно. Поэтому приходится пехоте своими средствами брать дзоты». Жуков настаивал, чтобы Кулик не ждал наступления немцев, а сам уже завтра же (16 сентября) перешел в наступление на Мгу: «Противник мобильный, времени ему давать нельзя». Кулик ответил: «Завтра перейти в наступление не могу, так как не подтянута артиллерия… и не все части вышли на исходное положение». Но обещал выступить не позже 17 сентября. А в этот день немцы возобновили наступление и начали продвигаться вперед к южным окраинам Урицка и поселка Володарского.

Тяжелые танки KB прямо с конвейера Кировского завода отправлялись на передовые позиции.

Защитники Ленинграда делают, казалось бы, невозможное. Вынося из-под огня раненых, бывшая работница Кировского завода комсомолка Елена Иванова и сама была ранена в руку. После этого она спасла еще десять бойцов. Вторично раненная осколком снаряда, она все же пыталась вынести с поля боя тяжелораненого командира, однако из-за большой потери крови совершенно обессилела. На помощь ей пришли сами раненые. Командира вынес боец Минаков, санитарку – боец Поляков.

16 сентября

Немецкие войска захватили Павловск под Ленинградом.

Многих своих товарищей недосчитались в этот день колпинцы. Особенно тяжело они переживали гибель шестнадцатилетней дружинницы Жени Стасюк. Она не только перевязывала раненых. Когда погиб командир взвода и пулеметный огонь прижал бойцов к земле, девушка бросилась вперед и повела их в атаку. Вражеская пуля пронзила ей грудь.

Военный совет Ленинградского фронта принял, наконец, постановление об учете всех пищевых ресурсов в городе и в армии. Расход продовольствия сверх тех количеств, которые полагалось выдавать по карточкам, был категорически запрещен. Выдача кому бы то ни было разовых талонов (а их выдавалось до этого несколько тысяч) была запрещена.

Между тем вплотную приступил к работе прибывший 9 сентября в Ленинград Дмитрий Павлов, нарком торговли РСФСР и уполномоченный ГКО по обеспечению продовольствием Ленинграда и Ленинградского фронта. Дмитрий Васильевич был выдающимся организатором, и предпринятые им меры спасли не одну жизнь в блокадном городе. Павлов отобрал несколько сотен ленинградцев, проинструктировал их, и те прошли по городу, заглянули в каждый подвал, склад, вагон, где могло храниться съестное, и в итоге обнаружили: 8 тыс. тонн солода на пивоваренных заводах, 5 тыс. тонн овса в интендантстве, 4 тыс. тонн хлопкового жмыха в порту. Жмых этот раньше в пищу не применяли, считалось, что содержавшееся в нем ядовитое вещество (госсипол) опасно для здоровья. Павлов заставил провести несколько опытов, которые установили, что при высокой температуре госсипол разрушается. Все это свезли на хлебозаводы и стали добавлять к имевшейся пока муке. Павлов обратил внимание на то, что на мельницах за многие годы на стенах, потолках наросла мучная пыль. Ее тоже собирали, обрабатывали и добавляли в хлеб. Трясли и выбивали каждый мешок, в котором когда-то была мука. Подняли со дна Ладоги мешки с зерном с затонувших при бомбежке барж. Все это дало 31 тыс. тонн всевозможных суррогатов, что позволило кормить население города и войска в течение 25 дней. Павлов переговорил с возглавлявшим хлебопечение в городе Николаем Смирновым, и тот придумал заменитель масла, которым смазывали формы при выпечке хлеба. Ежедневный расход масла, таким образом, удалось уменьшить на 2 тонны.

17 сентября

Достигли наивысшего напряжения бои под Ленинградом. 6 дивизий противника при поддержке крупных сил авиации предприняли новую попытку прорваться к городу с юга. Военный совет фронта отправил в части приказ: «Рубеж Лигово – Кискино – Верхнее Койрово – Пулковские высоты – районы Московской Славянки – Шушары и Колпино имеют исключительное значение для обороны Ленинграда, а поэтому ни при каких обстоятельствах не могут быть оставлены», – так писал в своих воспоминаниях Георгий Жуков. Дословно приказ Жукова звучал так: «Учитывая особо важные в обороне южной части Ленинграда рубежи, Военный совет Ленинградского фронта приказывает объявить всему командному, политическому и рядовому составу, обороняющему указанный рубеж, что за оставление без письменного приказа Военного совета фронта и армии указанного рубежа все командиры, политработники и бойцы подлежат немедленному расстрелу». К сожалению, это было почти единственное, что он мог противопоставить мощи наступающего противника. Жуков не знал жалости и неумолимо поднимал и поднимал измотанные беспрерывными боями войска в контратаку на многократно превосходившего их врага. Лишь ценой огромных жертв он сумел, в конце концов, замедлить немецкое наступление.

На Ладожском озере близ устья Волхова штормом выбросило на прибрежные камни пароход «Ульяновск», захлестнуло волнами пароходы «Козельск», «Войма», «Мичурин» и другие суда с продовольствием для Ленинграда.

В эту же ночь произошла гибель судна с большим количеством гражданских и военных людей. Курсанты военно-морских училищ Ленинграда, успевшие повоевать, через Ладожское озеро должны были отправиться в тыл для формирования особого курсантского батальона. Когда они прибыли на станцию «Ладожское озеро», то получили приказ грузиться на баржу № 725, специально предназначенную для их перевозки. Но к этому времени баржа оказалась уже на треть загружена людьми из различных учреждений и другими пассажирами. В итоге, по разным данным, на барже оказалось от 1200 до 1500 человек, которым предстояло пересечь озеро с запада на восток до порта Новая Ладога. Баржа, ведомая буксиром «Орел», вышла в рейс в ночь на 17 сентября в условиях приближающегося шторма. Постепенно ветер крепчал, волнение усиливалось. Примерно в 3 часа ночи неожиданно корпус старой баржи не выдержал нагрузок, обшивка борта треснула, на судно стала поступать вода. Попытки заткнуть течь не увенчались успехом, так как на барже не было ни крепежного материала, ни инструментов. Затем образовались другие трещины в обшивке корпуса. Вода через образовавшиеся трещины устремилась в трюм, и баржа стала тонуть. Экипаж и курсанты пытались как-то поддержать плавучесть судна – с помощью ведер и ручной помпы старались откачать воду из трюма. Но воды поступало больше, чем ее успевали откачивать. Перекатывающиеся через палубу баржи волны смывали людей в озеро. В ту ночь температура воды колебалась от 10 до 12 °C, а температура воздуха не превышала 4–9 градусов. В таких условиях даже опытному пловцу трудно было выжить в воде.

Вскоре на горизонте показалась канонерская лодка «Селемджа», но она вынуждена была в течение дня отбивать налеты вражеской авиации. Когда баржа осела настолько, что ее палуба оказалась на уровне воды, буксир «Орел» вынужден был отдать буксировочный трос и стал маневрировать вокруг баржи, неустанно передавая сигналы SOS. В это время вражеские самолеты обнаружили баржу и стали ее бомбить. Отбомбившись, самолеты врага улетели. На палубе относительно безопасным местом была рубка, в которую стали собирать женщин, детей и подростков. Но накатившая волна смыла рубку в озеро. На рассвете командир буксира «Орел» с риском для буксира и его экипажа начал спасательные работы, не ожидая подхода других кораблей-спасателей. Пока баржа держалась на плаву, было решено сначала спасать людей с воды, несмотря на десятибалльный шторм. Буксир маневрировал вокруг баржи, подбирая людей. Ударами больших волн часть палубы баржи с сотнями людей на ней была оторвана от корпуса и смыта в воду. Более пяти часов буксир подбирал тонущих, но сам уже недопустимо осел под тяжестью спасенных и не мог больше принимать на борт погибающих в воде людей. Тогда контр-адмирал, находившийся на «Орле», потребовал от командира канонерской лодки «Селемджа» также приступить к оказанию немедленной помощи. Перегруженный буксир «Орел» с 216 спасенными людьми с баржи взял курс на Новую Ладогу. Еще 24 человека были спасены канонерской лодкой.

Точное число погибших в катастрофе баржи № 725 неизвестно из-за отсутствия полного учета пассажиров. Только по спискам военно-морских училищ, Военно-морской медицинской академии и Географического управления погибло 685 человек. Кроме них жертвами стали все дети, ученики ремесленного училища, члены семей офицеров, а также вольнонаемные – работники Артиллерийского и Технического управления ВМС и другие лица. Даже если на барже было 1200 человек, удалось спасти только 240 человек. Ладожская катастрофа относится по числу жертв к одной из крупнейших в истории мореплавания.

18 сентября

Немецкие войска под Ленинградом захватили город Пушкин. 42-я армия Ленинградского фронта после 10-дневных ожесточенных боев в районе уже сданного Красногвардейска (Гатчины) отошла на рубеж Лигово – Нижнее Кайрово – Пулково. Противник вышел к Финскому заливу в районе Стрельны и отрезал измотанные соединения 8-й армии от основных сил фронта. Так образовался приморский (ораниенбаумский) плацдарм, сыгравший большую роль в обороне Ленинграда. На этот день ситуация под Ленинградом выглядела так: с севера, востока и на юге оборону города держали 23-я, 42-я и 55-я армии; на западе на побережье Финского залива части 8-й армии удерживали плацдарм от Долгово до Ораниенбаума. 54-я армия тоже была отрезана от основных сил фронта восточнее Шлиссельбурга.

Гитлер запретил принимать капитуляцию, если она будет запрошена, от Москвы и Ленинграда.

Рабочий отряд Кировского завода готов к бою. В то же время кировцы дают фронту танки. Да и свой завод они превратили в крепость. На его территории построено 1053 метра баррикад, 18 артиллерийских дзотов, 27 блиндажей, 13 минометных гнезд. В стенах зданий рабочие пробили бойницы и установили 47 пулеметов. Впрочем, завод не многим отличается от переднего края. Ежедневно на его территории разрываются десятки вражеских снарядов.

Начальник генерального штаба сухопутных войск Германии Гальдер записал в военном дневнике: «Кольцо окружения вокруг Ленинграда пока не замкнулось так плотно, как этого хотелось бы… Положение здесь будет напряженным до тех пор, пока не даст себя знать наш союзник – голод».

19 сентября

Совершен один из двух самых крупных за всю войну авиационных налетов на Ленинград (второй последовал 27 сентября): в нем участвовало 276 самолетов, в течение дня город подвергся 6 бомбежкам. Были произведены значительные разрушения; много человек погибло. В большое пятиэтажное здание эвакогоспиталя на Суворовском проспекте, в котором размещались раненые, попали три крупнокалиберные фугасные бомбы и много зажигательных бомб, в результате чего произошел обвал трех капитальных стен. Возникший пожар стал стремительно распространяться по обнаженным конструкциям и быстро охватил все этажи. Обвалилось большинство лестничных клеток. Уже через 15 минут после взрыва бомб здание превратилось в огромный костер. Многие раненые и сотрудники госпиталя были застигнуты врасплох огнем и дымом. Многие пытались спастись через окна, проломы в стенах и падали с высоты нескольких этажей. Варварский налет фашистской авиации на госпиталь явился причиной гибели 600 раненых бойцов. Погибло также много людей из медицинского и обслуживающего персонала. Одновременно с бомбежкой артиллерия противника в течение 18 часов обстреливала город.

8-я армия перешла в наступление в общем направлении на Красное Село, и, хотя оно скоро захлебнулось, немцы были вынуждены перебросить сюда части из-под самого опасного для советских войск направления Урицк – Ленинград.

20 сентября

Ставка в очередной раз отдала приказ командующему 54-й армией Григорию Кулику, действовавшему под Шлиссельбургом, перейти в решающее наступление: «В эти 2 дня, 21 и 22, надо пробить брешь во фронте противника и соединиться с ленинградцами, а потом уже будет поздно. Вы очень запоздали. Надо наверстать потерянное время. В противном случае, если вы еще будете запаздывать, немцы успеют превратить каждую деревню в крепость, и вам уже никогда не придется соединиться с ленинградцами». Однако и на сей раз Кулик ограничится местными боями.

Государственный комитет обороны (ГКО) поручил Гражданскому воздушному флоту (ГВФ) ежедневно доставлять в осажденный гитлеровцами Ленинград продовольствие, вооружение, боеприпасы. Выполнение этого задания было возложено на Московскую авиагруппу ГВФ особого назначения. Эти поставки не могли радикально изменить ситуацию в городе и на фронте – сколько груза могли перевезти несколько самолетов? Задуманы они были для другого: для снабжения продовольствием и другими необходимыми товарами ленинградского руководства.

Задолго до рассвета батальон 576-го полка 115-й стрелковой дивизии, которым командовал капитан В.П. Дубик, без артиллерийской подготовки, на рыбачьих лодках, яликах и самодельных плотах переправился через Неву. Бесшумно взобравшись по крутому обрывистому берегу, бойцы внезапным ударом выбили гитлеровцев из первой траншеи и двинулись дальше. Затем на отбитый у врага в районе Московской Дубровки клочок невского берега высадилось еще несколько подразделений той же дивизии и батальон 4-й бригады морской пехоты. Так образовался знаменитый Невский «пятачок», героями которого не раз потом восхищались даже видавшие виды ленинградцы.

21 сентября

Иосиф Сталин в ответ на доклад Георгия Жукова о том, что «немецкие войска под Ленинградом при атаках гонят перед собой женщин, детей, стариков, которые кричат: „Не стреляйте! Мы свои!“, чем ставят красноармейцев в исключительно сложное положение», продиктовал следующий приказ: «Говорят, немецкие мерзавцы, идя на Ленинград, посылают впереди своих войск стариков, старух, женщин, детей… Говорят, среди ленинградских большевиков нашлись такие люди, которые не считают возможным применить оружие к такого рода делегатам. Я считаю, что если такие люди имеются среди большевиков, то их надо уничтожать в первую очередь, ибо они опаснее немецких фашистов. Мой совет: не сентиментальничать, а бить врага и его пособников, вольных или невольных, по зубам… Бейте вовсю по немцам и по их делегатам, кто бы они ни были, косите врагов, все равно, являются ли они вольными или невольными врагами…»

В течение 3 дней (21–23 сентября) немецкая авиация (до 500 бомбардировщиков) совершила ряд массированных налетов на корабли Балтийского флота и Кронштадт. Но наша артиллерия и атаки истребителей не позволили нанести флоту существенный ущерб. В этом им неоценимую помощь оказали впервые использованные отечественные радиолокаторы РУС-2. Локаторы, установленные вблизи Ораниенбаума на предельном удалении от РЛС (180–200 км) засекли эшелоны бомбардировщиков противника. Данные были переданы на пункты управления ПВО Балтийского флота и Ленинграда. 25 самолетов противника были уничтожены, большое количество повреждено.

Вблизи Петергофа гитлеровцы окружил наш дзот, в котором находились 76-миллиметровое орудие и пулемет. До этого гарнизон дзота, возглавляемый бывшим студентом Кораблестроительного института Юрием Никитиным, двое суток отбивал яростные атаки противника. На поле боя стояли подбитые вражеские бронетранспортеры, лежали десятки трупов. Но наступил момент, когда дзот оказался в окружении и телефонная связь с ним прекратилась. Пробравшийся в штаб 264-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона связной сообщил, что гитлеровцы блокировали все ходы сообщения, ведущие в дзот, и что нет никакой возможности эвакуировать раненых. Он сообщил также, что Юрий Никитин ранен в обе ноги.

Группа добровольцев собиралась выступить на помощь попавшим в беду товарищам, когда неожиданно зазвонил телефон. Кому-то из гарнизона окруженной огневой точки удалось исправить повреждение на линии, и в штабе батальона услышали голос Юрия Никитина: «Через вентиляционные каналы нас забрасывают гранатами. Бьемся до конца. Сдаваться не собираемся…» Связь снова прервалась. Затем с той стороны, где находился дзот, донесся грохот. Артиллеристы и пулеметчики взорвали огневую точку. Они погибли непобежденными.

Ленинградец Георгий Князев записал в дневнике:

«92-й день. Три месяца войны… Что же происходит? Никто ничего толком из нас не знает. Враг у ворот. Где-то близко. Но где? Люди растерянно глядят друг на друга…»

Немецкий Генштаб принял директиву: «… б) Сначала мы блокируем Ленинград (герметически) и разрушим город, если возможно, артиллерией и авиацией… в) Когда террор и голод в городе сделают свое дело, откроем отдельные ворота и выпустим безоружных людей… г)…весной проникнем в город, вывезем все, что осталось живое, в глубь России или возьмем в плен, сровняем Ленинград с землей и передадим район севернее Невы Финляндии».

22 сентября

Итоги первых трех месяцев войны: немцы полностью захватили Белоруссию, Молдавию, Прибалтику, Левобережную Украину, большую часть Ленинградской области, значительную часть Карелии, блокировали Ленинград с суши.

«Директива начальника штаба военно-морских сил Германии об уничтожении г. Ленинграда 22 сентября 1941 г., г. Берлин, Секретно
Будущее города Петербурга
1. Чтобы иметь ясность о мероприятиях военно-морского флота в случае захвата или сдачи Петербурга, начальником штаба военно-морских сил был поднят вопрос перед Верховным главнокомандованием вооруженных сил о дальнейших военных мерах против этого города. Настоящим доводятся до сведения результаты.
2. Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса. Финляндия точно так же заявила о своей незаинтересованности в существовании этого города непосредственно у ее новых границ.
3. Прежние требования военно-морского флота о сохранении судостроительных, портовых и прочих сооружений, важных для военно-морского флота, известны Верховному главнокомандованию вооруженных сил, однако удовлетворение их не представляется возможным ввиду общей линии, принятой в отношении Петербурга.
4. Предполагается окружить город тесным кольцом и путем обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сровнять его с землей. Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения.
5. Главное командование военно-морских сил в ближайшее время разработает и издаст директиву о связанных с предстоящим уничтожением Петербурга изменениях в уже проводимых или подготовленных организационных мероприятиях и мероприятиях по личному составу. Если командование группы армий имеет по этому поводу какие-либо предложения, их следует как можно скорее направить в штаб военно-морских сил».

23 сентября

Немецкие войска захватили Петродворец.

Под Петергофом боец 264-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона, недавний студент Кораблестроительного института Борис Потапов был тяжело ранен осколком мины и оказался в окружении фашистов. Те, видимо, не сомневались, что возьмут раненого в плен. Но когда они подошли к Потапову, он взорвал гранату. Герой погиб, но погибли и гитлеровцы, пытавшиеся захватить его в плен.

Представитель Ставки, генерал-полковник артиллерии Николай Воронов после поездки на Ленинградский фронт докладывал Иосифу Сталину, что состояние артиллерийских войск на него произвело хорошее впечатление, артиллерия используется правильно, построены наблюдательные пункты, лучше стали следить за противником, артиллерия в полном контакте с пехотой. Закончил он донесение совершенно неожиданно: «Крайне важно пересмотреть порядок выдачи автоматического оружия и минометов пехоте. Следует эти средства вручать по особому отбору – надежным и проверенным бойцам и командирам».

В этот же день командующий Ленинградским фронтом Георгий Жуков отдал директиву военным советам армий и командирам соединений, из которой видно, что армия воевать все еще не умела и ей приходилось учиться этому на ходу. Например, «командиры частей и подразделений не предъявляют жесткой требовательности к подчиненным. Повторяются одни и те же недочеты: бойцы не окапываются, не строят укрытий, не маскируются… Приказы фронта залеживаются у второстепенных лиц и докладываются в штабах армий через сутки».

Возник пожар в Пулковской обсерватории. Пострадавшая от обстрела центральная часть обсерватории вся выгорела и обрушилась. Пламя распространилось на два боковых крыла, охватило чердачные помещения и верхние этажи. Пылавшее открытым огнем здание, расположенное вблизи от переднего края обороны, служило хорошим ориентиром для усиленного обстрела расположения наших войск. Тушение пожара осложнялось из-за недостатка воды. Попытка организовать подвоз воды автоцистернами из прудов, находившихся в соседнем селе, эффекта не дала: обстрел усилился. Пришлось использовать единственный источник воды у тылового склона горы. Тушение пожара продолжалось несколько часов.

Ленинградцы к этому дню сдали в фонд обороны денег и ценностей более чем на 587 млн рублей.

24 сентября

На Кировском заводе объявлен приказ командира рабочего отряда Э.Я. Лепиня: «Фашисты занимают пункты: часть Урицка, Старо-Паново. Наша Красная армия упорно обороняется: Лигово – Урицк – больница Фореля. Отряду рабочих Кировского завода приказано упорно оборонять Кировский завод и уничтожать фашистов перед заводской оградой».

Всем командирам подразделений (а в отряд входили две стрелковые, пулеметная и танковая роты, артиллерийский дивизион и минометный взвод) предлагалось в 14:00 произвести рекогносцировку секторов обороны и к 19:00 занять позиции.

Ольга Берггольц навестила Анну Ахматову. В дневнике запишет: «…Живет у дворника, убитого артснарядом на улице Желябова, в подвале, в темном, темном уголку прихожей… матрасишко, на краю, закутанная в платки, с ввалившимися глазами – Анна Ахматова, Муза плача, гордость русской поэзии…»

25 сентября

На это число при наступлении на Ленинград немцы потеряли 190 тыс. убитыми и ранеными, 500 орудий, 700 танков; упорно обороняющийся город сковал 300-тысячную группировку противника.

26 сентября

Стабилизировался фронт под Ленинградом, в немалой степени потому, что немцы перебросили значительную часть войск на центральное направление для наступления на Москву. Надежды на прорыв блокады в сентябре 1941 года силами 54-й армии под командованием Маршала Советского Союза Григория Кулика (он был единственным маршалом во время войны, кого поставили командовать армией) не оправдались: у советских войск было слишком мало сил и практически не было танков и авиации. Гитлер хотел взять Ленинград измором, а Сталин «забыл» о «колыбели трех революций» почти на 2,5 года. Обе стороны, не имевшие сил для широкомасштабных наступательных операций, зарылись в землю, прикрылись надолбами и минными полями. Бои осенью 1941-го и зимой 1941–42 годов тем не менее продолжались, но бои, типичные для позиционной войны: артиллерийская и минометная перестрелка, частные наступательные операции без перевеса сторон.

Где-то в эти дни в боях под Ленинградом возникло снайперское движение. Одним из зачинателей снайперского движения и инициатором создания отрядов снайперов в каждом воинском подразделении стал боец 13-й стрелковой дивизии 18-летний Феодосий Артемьевич Смолячков, с июля – боец народного ополчения Ленинграда. Погибнет в бою 15 января 1942 года под Пулково, когда на его счету будет 125 уничтоженных гитлеровцев. Еще одна поразительная вещь: в СССР в 1930-е годы было массовое увлечение стрельбой, каждый второй носил значок «Ворошиловский стрелок», но снайперов не стали готовить даже после советско-финской войны, когда финны продемонстрировали необыкновенную эффективность этого метода ведения боя. Впрочем, если снайперы могут использоваться только в позиционной войне (нужно время, чтобы занять позицию, замаскироваться, не спеша выбрать жертву), то становится понятным, что Сталин готовился только к наступательной войне.

27 сентября

Произошел второй самый сильный за всю войну налет на Ленинград (первый был 19 сентября). В нем участвовало 197 самолетов противника.

На Невском плацдарме, ширина которого всего 2 км, а глубина не превышает 600 м, продолжаются тяжелые бои. Вместе с бойцами 115-й стрелковой дивизии здесь сражаются три батальона 4-й бригады морской пехоты.

При Ленинградском обкоме ВКП(б) организован первый в стране областной штаб партизанского движения в составе секретаря обкома Михаила Никитина (начальник), П.П. Евстигнеева, П.Н. Курбаткина, М.Ф. Алексеева. Штаб создавал партизанские базы, снабжал партизан оружием, координировал действия отрядов. Михаил Никитич Никитин, бывший одним из главных организаторов обороны Ленинграда, в 1949 году будет арестован в числе других по «ленинградскому делу» и расстрелян 1 октября 1950 года.

В Астрономический институт АН СССР поступила телеграмма от направленной им в Казахстан экспедиции для наблюдения солнечного затмения: «Наблюдение прошло удачно… Получено пять фотографий солнечной короны и восемь – спектров ее лучей». Приборы, которые дали возможность получить новые ценные сведения о физической природе солнечной короны, в частности, мощный спектрограф, были созданы в Ленинграде.

29 сентября

Начальник германского военно-морского штаба отдал приказ: «Фюрер решил стереть с лица земли Санкт-Петербург. Существование этого большого города не будет представлять дальнейшего интереса после уничтожения Советской России… Предлагается подойти ближе к городу и уничтожить его как с помощью артиллерийского обстрела из орудий различного калибра, так и с помощью длительных воздушных атак… Просьбы о капитуляции будут отклонены, ибо проблема выживания населения и снабжения его продовольствием является проблемой, которая не может и не должна решаться нами. В этой войне… мы не заинтересованы в сохранении даже части населения этого большого города».

С этого дня авиация противника прекратила дневные налеты на Кронштадт. Объясняется это, видимо, тем, что немецкая авиация понесла значительные потери, а также тем, что число наших истребителей и зенитных батарей, прикрывающих морскую крепость, возросло. Но дальнобойная артиллерия противника почти ежедневно бьет по гаваням и рейдам.

30 сентября

Крейсер «Аврора» получил пробоину ниже ватерлинии, был поставлен на грунт и находился в затопленном состоянии 950 дней. До января 1944 года «Аврора» получит еще свыше 1500 пробоин, но на ней продолжит находиться боевой экипаж из 20 человек, 2 пушки (остальные были сняты в июле 1941 года и установлены у Вороньей горы) и зенитный пулемет. В июле 1944 года «Аврору» поднимут с грунта и отреставрируют.

Где-то в эти дни в лесном и болотистом районе на границе Ленинградской и Калининской областей начал образовываться партизанский край, полностью освобожденный от немцев. Здесь, в тылу врага, была восстановлена советская власть, сюда переместились из подполья многие партийные органы.

1 октября

В Ленинграде произведено третье снижение продовольственных норм по карточкам: рабочие и ИТР (инженерно-технические работники) стали получать по 400 граммов хлеба в день, служащие, иждивенцы и дети – по 200.

Ленинградская милиция начала учет имущества эвакуированных граждан, которое было передано на хранение управдомам или лицам, временно вселившимся на жилплощадь эвакуированных.

На строительстве оборонительных сооружений непосредственно в городе работало в этот день 90 тыс. ленинградцев.

3 октября

Во время вражеского воздушного налета в городе ранено 62 человека и убито 32. Только на завод «Красный выборжец» противник сбросил более 800 зажигательных бомб. Благодаря самоотверженности пожарных и рабочих завод удалось отстоять.

Ленинградская комсомольская газета «Смена»:

«Сотрудники Ботанического сада Академии наук СССР регулярно отправляют цветы в воинские части и госпитали. Из оранжерей сада выздоравливающие бойцы получают созревшие в Ленинграде плоды лимонов. Около 5 тысяч вечнозеленых кустарников из Ботанического сада украшают палаты и вестибюли ленинградских госпиталей».

5 октября

Сталин позвонил в Ленинград Жукову и приказал ему незамедлительно выехать в Москву: «Ввиду осложнения обстановки на левом крыле Резервного фронта в районе Юхнова Ставка хотела бы с вами посоветоваться». Жуков доложил, что может прилететь только 7 октября. Сталин спросил, что происходит на Ленинградском фронте. Жуков ответил, что немцы ослабили натиск, а по данным разведки противник перебрасывает мотомеханизированные и танковые части из-под Ленинграда на юг, то есть на московское направление.

При налетах на Ленинград только за 1 месяц (начиная с 5 сентября) на своих постах погибли 28 милиционеров и были ранены 37.

Началась Стрельнинско-Петергофская операция войск Ленинградского фронта и Балтийского флота. Части 8-й армии, непрерывно атакуя под артиллерийско-минометным и пулеметным огнем, к исходу дня вклинились в оборону противника южнее Ораниенбаумского шоссе, овладели нижним зданием Гранильной фабрики на ближних подступах к Нижнему парку Петергофа. Дальнейшие попытки наступления отбивались мощным огнем врага с большими потерями. Части 42-й армии достигли еще меньших результатов. Одновременно на рассвете 5 октября катерами Балтийского флота были высажены Петергофский десант и Стрельнинский десант. Несмотря на беспримерный героизм их участников, из-за их малочисленности, недостаточной вооруженности и несогласованности действий армейского и флотского командования десантники не смогли оказать поддержки наступающим сухопутным частям, были немедленно блокированы после высадки. Петергофский десант к 7 октября погиб в полном составе. Стрельнинские десантники с большими потерями пробились обратно. В последующие дни, 6–9 октября, ни одна из многочисленных атак 8-й и 42-й армий не увенчалась успехом. Противник спешно усиливал оборону, создавая новые заграждения, с 8 октября отмечен ввод в бой новых частей. Попытка танкового прорыва полосы вражеской обороны в полосе 42-й армии окончилась полной гибелью направленного в атаку танкового полка. 10 октября только что назначенный исполняющим обязанности командующего Ленинградским фронтом Федюнинский отдал приказ о прекращении операции.

…Петергофский десант, петергофский десант…
Цвет и гвардия славного флота.
Петергофский десант, петергофский десант
Сорок первого мертвого года.

Одному лишь спастись довелось:
От братишек донес с того света
Юнга-мальчик, балтийский матрос
До своих правду горькую эту,

И поведал парнишка с тоской,
Как геройски братки погибали,
Как, гранату сжимая рукой,
Вместе с немцем себя подрывали.

Как наверх по ступенькам бежал
Политрук – дядя Миша с гитарой,
Как споткнулся и навзничь упал
Окровавленный и бездыханный,

Как гвоздил старшина молодой
Немчуру пулеметным прикладом,
Как кишки волочил за собой,
Закрывая их мокрым бушлатом…

А потом, когда боезапас
Весь иссяк, моряки написали
Кровью алою: «Пойте о нас!»
На округлой фонтанной скрижали
Изувеченных, полуживых
И несдавшихся, как их пытали,
Как захваченных мучили их,
Как им звезды на лбах вырезали…

(Слова из песни Александра Харчикова)

Сообщение берлинского радио от 7 октября 1941 года: «5 октября западнее Ленинграда, в Петергофе, был высажен морской десант из Кронштадта. Это были мощные советские силы, состоящие из коммунистов, специально отобранные для борьбы с войсками фюрера. В многодневных и упорных боях с матросами наши войска понесли большие потери, но и комиссарский десант был измотан и уничтожен частично нами, частично самими матросами, так как они не сдавались в плен, предпочитая смерть…»

Петергофский десант не выполнил поставленных перед ним задач и был практически весь уничтожен. Такая же трагическая судьба постигла и Стрельнинский, и остальные три десанта, которые были высажены в этом районе в начале октября в помощь войскам, пытавшимся деблокировать Ораниенбаумский плацдарм. Несмотря на провал операции – Ораниенбаумский плацдарм был деблокирован только в 1944-м, – активность здесь значительно облегчила положение наших войск, оборонявших Ленинград. Противник вынужден был бросить дополнительные резервы на это направление, что ослабило натиск на город и позволило его защитникам окончательно укрепиться на оборонительных рубежах.

6 октября

«Инструкция полиции безопасности и СД по подготовке агентуры, предназначенной для заброски в осажденный немецкими войсками Ленинград. 6 октября 1941 г.

При внедрении агентов в Петербург необходимо соблюдать следующие требования:

1. Самая точная перепроверка агента при помощи допросов, по возможности отдавать предпочтение также и свидетельству о поведении.

2. Агент должен иметь родственников в оккупированной области, по возможности в этом же пункте, которые при необходимости могли бы служить заложниками (родители, жена, дети).

3. Кроме мужчин необходимо попытаться посылать женщин, по возможности молодых, но после самой тщательной перепроверки.

4. Агент должен хорошо знать местность.

5. Нужно, чтобы агент не имел возможности проводить наблюдения за артиллерийскими укрепленными позициями, полевыми аэродромами, штабами и т. д., находящимися на немецкой стороне.

6. Необходимо менять места перехода.

7. Необходимо устанавливать точный срок возвращения агента.

8. Срок и место перехода туда и обратно должны быть сообщены соответствующему командиру вооруженных сил.

9. Необходимо договориться о знаке, по которому агент поставит о себе в известность немецкий пост при своем возвращении.

10. Агента нужно снабдить точными практическими заданиями, которые он должен неоднократно повторить устно. Его нужно направить в определенную часть города, которую он хорошо знал еще раньше.

11. Если агента можно считать заслуживающим доверия, то его по возможности нужно снабдить адресом одного из доверенных лиц в Петербурге, у которого он может остановиться на квартире (смотря по обстоятельствам, снабдить его собственноручно написанным кратким приветом и рекомендацией от военнопленного – уроженца Петербурга – к его жене, родителям и т. д.).

12. Агент должен позаботиться о том, чтобы найти в Петербурге человека, который бы и после его возвращения собирал разведывательный материал.

13. О возвращении агента необходимо подробно оповестить штаб группы».

7 октября

Жуков прилетел из Ленинграда. Сталин поручил ему немедленно выехать на Западный и Резервный фронты: «Я не могу добиться от Западного и Резервного фронтов исчерпывающего доклада об истинном положении дел… Немцы через 3–4 дня могут подойти к Москве». И задал тот же вопрос, что и 5 октября: куда немцы бросят выведенные из-под Ленинграда танки и мотопехоту? Жуков опять сказал, что, очевидно, на московское направление. Посмотрев на карту Западного, Резервного и Брянского фронтов, Сталин сказал: «Кажется, они уже действуют на этом направлении». 10 октября Ставка объединила Западный и Резервный фронты в один – Западный и назначила Жукова его командующим.

Альфред Йодль подписал директиву Верховного главнокомандования, повторившую приказ Гитлера не принимать «капитуляции ни Ленинграда, а позднее – Москвы». Беженцев из Ленинграда, говорилось в приказе, следует отгонять огнем, если только они приблизятся к немецким позициям, но всякое бегство «отдельных лиц» на восток через небольшие бреши в блокаде должно поощряться, поскольку оно может лишь усугубить хаос в восточной России. «Недопустимо рисковать жизнью немецкого солдата для спасения русских городов от огня, точно так же, как нельзя кормить их население за счет германской родины». В приказе говорилось также, что бомбардировками с воздуха и артиллерийским обстрелом нужно сровнять Ленинград с землей.

В Центральной России в ночь на 7 октября выпал первый снег.

8 октября

Ленгорисполком и облисполком приняли решение начать заготовку дров в Парголовском и Всеволожском районах, к северу от города – в Ленинграде уже катастрофически не хватало топлива, к концу сентября все запасы нефти и угля фактически кончились. Оставалось только рубить лес, какой еще сохранился на блокированной территории. Отряды состояли из неопытных женщин и подростков. В назначенные пункты они прибыли без инструментов, без спецодежды, общежитий там не имелось, не было и транспорта. К 24 октября план заготовки дров будет выполнен на 1 %. Из одного района найдут всего 216 человек вместо 800, как было запланировано. Тогда на заготовку дров бросят 2 тыс. комсомольцев, преимущественно девушек, и тоже без спецодежды и обуви, часто в пальто и туфельках. Уже при 40-градусном морозе они построят бараки, оборудуют печи, проложат узкоколейку и доставят в Ленинград большое количество дров.

Ночью танкисты под командованием полковника А.Г. Родина атаковали гитлеровцев в районе Лигова. Тяжелые танки, сработанные ленинградцами, подавляя огнем и гусеницами фашистские орудия, минометы и пулеметы, вклинились в оборону противника. Весь следующий день танкисты вели ожесточенные бои, уничтожив 13 вражеских противотанковых орудий, 4 станковых пулемета, 4 артиллерийских наблюдательных пункта и более 400 солдат и офицеров. В масштабах фронта итоги были, разумеется, скромными. Но уже одно то, что врагу пришлось пятиться и затыкать брешь в своей обороне, имело немалое значение.

9 октября

За первый месяц работы импровизированного порта Осиновец на западном берегу Ладожского озера в блокированный Ленинград с другой стороны Ладожского озера было доставлено всего 9800 тонн продовольствия. Это составляло 8-дневную норму снабжения города.

10 октября

Гитлер, выступая в Спортпаласе, сказал: «Сегодня я могу совершенно определенно заявить, что противник разгромлен и больше никогда не поднимется!» – и пообещал уже 7 ноября вступить в Москву и провести парад на Красной площади.

В связи с назначением генерала армии Г.К. Жукова командующим Западным фронтом в командование Ленинградским фронтом временно вступил генерал-майор И.И. Федюнинский. Эти обязанности он исполнял до 26 октября, когда командующим Ленинградским фронтом был назначен генерал-лейтенант М.С. Хозин.

Ленинградский горисполком принял решение: «В целях пресечения злоупотреблений продовольственными карточками и недопущения получения продовольственных товаров по возможным фальшивым карточкам провести с 12 по 18 октября 1941 года перерегистрацию выданных карточек на октябрь месяц». Нарком торговли РСФСР и уполномоченный ГКО по обеспечению продовольствием Ленинграда и Ленинградского фронта Дмитрий Павлов в своей книге «Стойкость» напишет, что руководство города боялось, как бы немцы не забросили фальшивые карточки, что в условиях уже начавшегося голода и нехватки продовольствия могло вызвать катастрофу. Кроме того, определенное количество людей каждый месяц утрачивали право на пользование карточками: кого призывали в армию, кого зачисляли на котловое довольствие, кто умирал. «Проверка проводилась в домоуправлениях и по месту работы. Каждый должен был документально доказать свои права на получение карточек. На карточках после проверки ставили штамп „Перерегистрировано“. В магазинах без таких штампов продукты не отпускались. Провести столь кропотливую работу в короткий срок оказалось делом довольно сложным, потребовалось отвлечь от основной работы около 3 тысяч человек… Итог проведенной работы оказался выше ожиданий. Число карточек на получение хлеба уменьшилось на 88 тысяч, примерно на столько же сократилась выдача карточек и на другие продукты».

12 октября

В Центральной России продолжает идти снег. Первый снег осенью 1941 года выпал необычно рано – в ночь на 7 октября, но было еще довольно тепло – до плюс 10°, и немцы вплотную столкнулись с «генералом Грязь».

Пикирующие бомбардировщики 125-го авиационного полка, несмотря на нелетную погоду, внезапно атаковали вражеский аэродром и сожгли на нем 20 самолетов. Еще 13 самолетов уничтожили на другом аэродроме летчики 174-го штурмового полка. Две машины противника сбиты в воздухе. Сожжены ангар и склад горючего.

13 октября

На город сброшены рекордные 12 тысяч зажигательных бомб (во время массированного налета вражеской авиации 8 сентября на Ленинград упало 6327 зажигалок). Но пожаров возникло почти в пять раз меньше. Ленинградцы научились бороться с зажигалками.

Балтийские моряки отправили письмо своим боевым товарищам черноморцам: «Стиснув зубы, Краснознаменная Балтика напрягает все силы, чтобы разгромить врага. Нами потоплено 50 вражеских боевых кораблей, 156 транспортов, сбито более 300 фашистских самолетов… Балтийцы отдадут все силы обороне Ленинграда».

16 октября

2 танковые, 2 моторизованные и 4 пехотные дивизии группы армий «Север» перешли в очередное, «решающее» наступление на Ленинград, нанося главный удар в направлении Грузино, Будогощь и Тихвин.

Ольга Берггольц написала стихотворение:

…Я буду сегодня с тобой говорить,
товарищ и друг ленинградец,
о свете, который над нами горит,
о нашей последней отраде.
Товарищ, нам горькие выпали дни,
грозят небывалые беды,
но мы не забыты с тобой, не одни, —
и это уже победа.

Смотри – материнской тоскою полна,
за дымной грядою осады,
не сводит очей воспаленных страна
с защитников Ленинграда.

Так некогда, друга отправив в поход,
на подвиг тяжелый и славный,
рыдая, глядела века напролет
со стен городских Ярославна.

Молила, чтоб ветер хоть голос домчал
до друга сквозь дебри и выси…
А письма летят к Ленинграду сейчас,
как в песне, десятками тысяч.

Сквозь пламя и ветер летят и летят,
их строки размыты слезами.
На ста языках об одном говорят:
«Мы с вами, товарищи, с вами!»

А сколько посылок приходит с утра
сюда, в ленинградские части!
Как пахнут и варежки, и свитера
забытым покоем и счастьем…

И нам самолеты послала страна, —
да будем еще неустанней! —
их мерная, гулкая песня слышна,
и видно их крыльев блистанье.
Товарищ, прислушайся, встань, улыбнись
и с вызовом миру поведай:
– За город сражаемся мы не одни, —

и это уже победа.

Спасибо. Спасибо, родная страна,
за помощь любовью и силой.
Спасибо за письма, за крылья для нас,
за варежки тоже спасибо.

Спасибо тебе за тревогу твою —
она нам дороже награды.
О ней не забудут в осаде, в бою
защитники Ленинграда.

Мы знаем – нам горькие выпали дни,
грозят небывалые беды.
Но Родина с нами, и мы не одни,
и нашею будет победа.

17 октября

В Ленинград из краткосрочной командировки вернулся нарком торговли РСФСР и уполномоченный ГКО по обеспечению продовольствием Ленинграда и Ленинградского фронта Дмитрий Павлов. «Улицы казались особенно малолюдными. Трамваи и машины встречались редко, – вспоминал Павлов. – У каждого дома стояли дежурные с повязками на рукавах, шагали красноармейские патрули… С сентября привозы прекратились, колхозные рынки были пусты. Население знало, что продуктов нет и неоткуда им появиться… И все же ежедневно по утрам на рынках собиралось множество людей. Иногда тому или иному счастливцу удавалось купить по баснословной цене небольшую пачку суррогатного чая или лошадиную кость сомнительной свежести, однако и такие покупки были очень редки…»

19 октября

Бойцы 115-й стрелковой дивизии и 4-й бригады морской пехоты месяц сражаются на Невском «пятачке». В этот день со стороны Невской Дубровки начали переправу на плацдарм два полка 86-й стрелковой дивизии. Сменив на левом берегу Невы порядком измотанные части, они будут оборонять плацдарм, которому отводится немалая роль в боях за прорыв блокады.

20 октября

Началась вторая Синявинская операция войск Ленинградского фронта с целью деблокады города. Завершить ее не удалось: часть войск пришлось срочно перебросить на тихвинское направление, где немцы начали 16 октября «решающее» наступление на Ленинград.

Ленинградский хлеб с этого дня имел следующий состав: 63 % ржаной муки, 4 % – льняного жмыха, 4 % – отрубей, 8 % – овсяной муки, 4 % – соевой муки, 12 % – солодовой муки, 5 % – заплесневелой муки. Через несколько дней, когда запасы солодовой муки стали иссякать, начали применять другие заменители: обработанную целлюлозу, хлопковый жмых. Целлюлоза и заплесневелая мука придавали хлебу затхлый, горький вкус, но было уже не до вкуса. Плюс к этому, чтобы увеличить выход продукции, к муке добавляли в полтора-два раза больше воды, чем это положено, – хлеб был тяжелым и мокрым, как глина. Одновременно в городе продолжались поиски хоть чего-нибудь съедобного. В ленинградском порту обнаружили 2 тыс. тонн бараньих кишок; из них стали варить отвратительный по виду и запаху студень. Этот студень выдавали по карточкам вместо мяса.

21 октября

В газете «Смена» опубликовано обращение обкома комсомола к пионерам и школьникам Ленинграда всем чем только можно помогать своему народу в уничтожении фашистских варваров. Ребята не жалеют сил, помогая взрослым. Стремясь обезопасить дома от зажигательных бомб, мальчики и девочки засыпают чердаки песком, запасают воду для тушения пожаров, во время воздушных налетов вместе со взрослыми дежурят на крышах. У многих ребят свой боевой счет. Например, ученик третьего класса 178-й школы Коля Андреев вместе с товарищами обезвредил 43 зажигательные бомбы, девятилетний Гена Толстов – 19, его ровесник Олег Пегов – 15.

22 октября

Красная армия оставила город Большая Вишера под Ленинградом.

Закончилась оборона Моонзундских островов. После того как был оставлен Таллин, даже временное удержание островов архипелага имело большое значение, так как это отвлекало часть сил противника, наступавших на Ленинград, препятствовало действиям его военно-морских сил в Рижском и Финском заливах. 8 сентября немцы высадили первый десант на остров Вормси и через 3 дня овладели им. Советский гарнизон отошел на остров Хиума. Затем десант противника высадился на остров Муху и после упорных боев захватил его. Так один за другим были оккупированы Моонзундские острова. Последним пал (22 октября) остров Осмуссар. Гарнизон архипелага был перевезен на полуостров Ханко, а затем вместе с его гарнизоном эвакуирован в Кронштадт и Ленинград. Противник при захвате архипелага потерял свыше 26 тыс. человек, более 20 судов и кораблей, 41 самолет.

К этому числу в западных и юго-западных районах Ленинградской области действовало 84 партизанских отряда общей численностью около 3 тыс. человек.

23 октября

Красная армия оставила город Будогощь под Ленинградом.

Иосиф Сталин отослал телеграмму командованию Ленинградского фронта: «Федюнинскому, Жданову, Кузнецову. Судя по вашим медлительным действиям, можно прийти к выводу, что вы все еще не осознали критического положения, в котором находятся войска Ленфронта. Если вы в течение нескольких ближайших дней не прорвете фронта и не восстановите прочной связи с 54-й армией, которая вас связывает с тылом страны, все ваши войска будут взяты в плен. Восстановление этой связи необходимо не только для того, чтобы снабжать войска Ленфронта, но и особенно для того, чтобы дать выход войскам Ленфронта для отхода на восток для избежания плена в случае, если необходимость заставит сдать Ленинград. Имейте в виду, что Москва находится в критическом положении и она не в состоянии помочь вам новыми силами. Либо вы в эти 2–3 дня прорвете фронт и дадите возможность вашим войскам обойти на восток в случае невозможности удержать Ленинград, либо вы попадете в плен. Мы требуем от вас решительных и быстрых действий. Сосредоточьте дивизий 8 или 9 и прорвитесь на восток. Это необходимо на тот случай, если Ленинград будет удержан и на случай сдачи Ленинграда. Для нас армия важней. Требуем от вас решительных действий».

Часом позже заместитель начальника Генштаба Александр Василевский связался из Москвы по телефону с генерал-лейтенантом Михаилом Хозиным, командующим 54-й армией, которая действовала западнее Волхова и была отрезана от основных частей Ленинградского фронта: «На ваши вопросы отвечаю указаниями товарища Сталина.

54-я армия обязана приложить все усилия к тому, чтобы помочь войскам Ленфронта прорваться на восток… Прошу учесть, что в данном случае речь идет не столько о спасении Ленинграда, сколько о спасении и выводе армии Ленфронта. Все». 54-я армия так и не смогла прорваться к Ленинграду.

24 октября

Немцы продолжали наступление на Ленинград. Советские войска оставили город Малая Вишера.

Вылетев на поддержку наших войск в районе Тихвина, балтийский летчик, участник первых налетов на Берлин, Герой Советского Союза Василий Гречишников нанес точный удар по врагу. Однако, подбитый зениткой, его бомбардировщик загорелся. И тогда капитан направил свой самолет в танковую колонну противника.

25 октября

Ленинград подготовился и к возможному прорыву немцев. На этот случай разработан план уничтожения войск противника. На улицах и перекрестках возведены баррикады и противотанковые препятствия, построено 4100 дотов и дзотов, в зданиях оборудовано более 20 тыс. огневых точек.

Командиром 86-й стрелковой дивизии назначен полковник-пограничник Андрей Матвеевич Андреев (1905–1983), участвовал в боях на «Невском пятачке», был ранен. Затем командовал корпусом, брал Берлин. Генерал-полковник, Герой Советского Союза (1945).

26 октября

С военно-морской базы Ханко в Ленинград эвакуировано свыше 22 тыс. человек с вооружением, техникой и продовольствием. 160-дневная героическая оборона Ханко помешала прорыву флота противника в Финский залив, сковала часть финской армии, снизив ее активность на севере от Ленинграда.

Театр имени Ленинского комсомола показал зрителям спектакль по комедии Гольдони «Забавный случай». Главную роль исполнил Юрий Толубеев.

О концерте в филармонии поэтесса Вера Инбер записала в дневнике: «Каменский играл фортепьянный концерт Чайковского. На „бис“ – „Вальс Пратер“. Но зал концертный уже не так наряден, как прежде, не топлен. Приходится сидеть в пальто».

27 октября

На Ленинградском фронте войска 4-й армии остановили наступление противника в районе Ситомли, а войска 52-й армии – восточнее Малой Вишеры, захваченной немцами 24 октября.

Испания отправила в СССР «Голубую дивизию». Немецкое командование бросило ее в бои под Ленинградом, где она была практически полностью уничтожена Красной армией. После этого Франко уклонился от активного участия во Второй мировой войне.

28 октября

Войска противника подошли к Волхову на расстояние 3–5 км и начали артиллерийско-минометный обстрел железнодорожной станции Волховстрой.

Постановлением Совета по эвакуации Президиуму Академии наук СССР разрешили эвакуировать из Ленинграда в Казань 1100 научных сотрудников и членов их семей, наиболее ценное оборудование и имущество ряда институтов. Несмотря на невероятные тяготы блокады, многие ученые не соглашались покинуть город. Академики И.И. Мещанинов и Л.А. Орбели эвакуировались лишь после правительственного распоряжения. Потребовалось семь напоминаний, чтобы покинул город академик А.А. Байков. Академики С.А. Жебелев и А.А. Ухтомский отвергли все предложения уехать из Ленинграда. Наотрез отказался эвакуироваться и академик живописи И.Я. Билибин.

29 октября

Связисты, моряки и рабочие завода «Севкабель» с баржи, буксируемой пароходом, проложили подводный телефонный кабель по дну Ладожского озера от западного до восточного берега. До этого на дно дважды укладывался обычный телефонный кабель, но вода быстро разрушала резиновую и пластиковую изоляцию. В этот день изрядно штормила Ладога, а километр бронированного кабеля весил 8 тонн. После его укладки Ленинград получил надежную связь с Большой землей.

30 октября

На Сиверском аэродроме, где базировались немецкие самолеты, наш воздушный разведчик обнаружил 40 бомбардировщиков. Аэродром атаковали летчики 174-го штурмового полка во главе со своим командиром капитаном С.Н. Поляковым. На самолетных стоянках начались взрывы, пожары. Затем появились пикировщики 125-го бомбардировочного полка. Их привел майор В.А. Сандалов. 20 самолетов противника было разбито.

31 октября

Перед нападением на СССР германское верховное командование сформировало 9 специальных охранных дивизий для борьбы с партизанами, по 8–9 тыс. человек в каждой. В октябре все директивы по подавлению сопротивления на оккупированных территориях были сведены в специальную инструкцию, которая предписывала действовать против партизан «беспощадно и бессердечно». Вот некоторые пункты из объявления, вывешенного немцами в деревне Замостье Ленинградской области: «Передвижение по дорогам, как шоссейным, так и проселочным, лицам мужеского пола в возрасте от 17 до 50 лет воспрещается. Лица, застигнутые при передвижении по дорогам, будут задерживаться и отправляться в лагеря. Лица, у которых при этом будет обнаружено оружие, будут расстреляны как партизаны… Лица, способствующие в какой бы то ни было форме партизанам, снабжающие их припасами, укрывающие их или дающие убежище, сами будут считаться партизанами… Все лица, получившие сведения: о злоумышленных намерениях против армии и военных властей или против расположений таковых и их имущества, о злоумышлении саботажных актов или подготовке таковых, о появлении отдельных партизан или банд таковых, о парашютистах, и не сообщившие об этом ближайшей немецкой воинской части, подлежат смертной казни, а их жилища – уничтожению…»

Лензаготплодоовощторг получил от бюро обкома и горкома партии задание организовать заготовку лапок хвои для приготовления витамина С. Норма ежесуточного сбора – 30 тонн. Для сбора хвои выделены комсомольские отряды. Переработка ее возложена на пищевой комбинат, ликерно-водочный завод, Ленвинзавод, фасовочно-маринадную фабрику и другие предприятия.

40-летие встретил российский флотоводец Юрий Александрович Пантелеев (1901–1983), командующий морской обороной Ленинграда, ставший затем адмиралом, командующим Тихоокеанским флотом и начальником Военно-морской академии кораблестроения и вооружения имени Крылова.

В октябре 1941 года в Центральной России среднее количество осадков составило 51 миллиметр, обычная же средняя норма осадков в октябре равнялась 59 миллиметрам. Средняя температура в октябре 1941 года была минус 2,1° при обычной средней в октябре минус 3,2°. То есть октябрь 1941 года был даже немного теплее и суше, нежели обычно, а немецкие войска уже по уши завязли в грязи.

1 ноября

4-я армия Ленинградского фронта нанесла контрудар в направлении Будогощь и Грузино, но восстановить оборону на рубеже реки Волхов не смогла.

Синявинская наступательная операция, начавшаяся 20 октября, прекращена. Прорвать блокаду не удалось.

Из дневника ленинградки Ирины Зеленской. Во время Первой мировой она была сестрой милосердия, в советские годы заведовала библиотекой, работала статистиком, экономистом.

«Начало нового месяца, и по этому случаю я замоталась со всякими карточками, пропусками и проч. Положение с питанием в естественном порядке ухудшается с каждым днем. Каждый новый рубеж во времени – месяц, декада – приносит новое ужесточение норм, порядка отпуска продуктов, пользования столовыми. И все ожесточеннее становится борьба за каждый кусок, все более озлобляются люди. Вчера я была в тресте столовых. Там форменная осада: женщины всех мастей, слепые, старики, учрежденческие ходоки вроде меня – вся эта толпа наседает, дергает, одолевает директора. Маленький рыжий хромоножка тонет среди кричащих и плачущих женщин, беспомощно отбиваясь. Нелегко было пробиться к нему и, главное, безрезультатно. Он все обещает и подписывает, а при обращении на фабрику-кухню директор ее просто не считается с трестом, т. к. фабрика перегружена сверх меры. А люди уповают на эти пропуска как на спасение. В нашей столовой сегодня первый день нового расписания смен, и я делала отчаянные попытки удержать эту волну на грани порядка. Каждый пролезающий без очереди и удаленный мною становится моим личным врагом, и когда к этому присоединяется перебой в выдаче обедов, страсти разыгрываются».

2 ноября

Академик Владимир Вернадский записал в дневнике: «Крупные неудачи нашей власти – результат ослабления ее культуры: средний уровень коммунистов – и морально, и интеллектуально – ниже среднего уровня беспартийных… Он сильно понизился в последние годы – арестованы, сосланы, казнены лучшие люди партии, делавшие революцию, лучшие люди страны… Это оказалось очень ярко уже в первых столкновениях – в Финляндской войне, и сейчас сказывается катастрофически».

Газета «Правда» писала: «Ленинградская прокуратура привлекла граждан В.Н. Ануфриева и А.П. Бракса к ответственности за злостное уклонение от явки на занятия по всевобучу (всеобщему военному обучению). Военный трибунал приговорил Ануфриева к 8 годам и Бракса – к 10 годам лишения свободы.»

3 ноября

В Центральную Россию пришла ранняя зима. В этот день ударили морозы, пока еще небольшие – минус 7–10 градусов. 7 ноября Гудериан доложит о «случаях серьезного обморожения в частях», а 13 ноября – о том, что температура упала до минус 13 градусов и отсутствие зимней одежды «сказывается все сильнее». «Лед начинает причинять много неприятностей, – писал Гудериан, – поскольку шипы для танковых тягачей еще не поступили. Холод сделал бесполезными телескопические прицелы… Иногда в баках замерзает топливо, а смазка затвердевает. Каждый полк (из 112-й пехотной дивизии) уже потерял около 500 человек в результате обморожений. Из-за морозов пулеметы отказывают, а наши 37-миллиметровые противотанковые орудия оказались малоэффективными против танка Т-34…»

В школах Ленинграда начался учебный год для 7–10 классов. Это произошло так поздно потому, что старшеклассники рыли окопы, заготавливали дрова, собирали на полях вокруг города остатки урожая.

4 ноября

Из импровизированного порта Осиновец на западном берегу Ладожского озера вышло в порт Новая Ладога судно «Конструктор», на борту которого находились в основном эвакуируемые из Ленинграда женщины и дети. Немецкий самолет обнаружил судно; пилот не мог не видеть находившихся на палубе женщин и детей, тем не менее сбросил бомбы. Взрывной волной снесло в ледяную воду многих людей; немцы же продолжали кружить над тонущим судном и поливали плавающих людей пулеметным огнем. Погибли 204 человека, в том числе 34 моряка. Оставшихся в живых подобрала канонерская лодка «Нора».

5 ноября

Отразив контрудар войск Ленинградского фронта в районе Ситомли, немцы возобновили наступление на Тихвин.

6 ноября

В канун 24-й годовщины Великого Октября гитлеровцы подвергли город на Неве жестокой бомбардировке, сбросив более сотни бомб весом от 50 до 1000 кг. Среди них были впервые сброшены бомбы замедленного действия с часовыми механизмами и противосъемными приспособлениями.

За день на вражеских аэродромах и в воздушных боях наши летчики уничтожили 48 самолетов.

В честь праздника детям было выдано по 200 г сметаны и по 100 г картофельной муки. Взрослые получили сверх скудной продовольственной нормы по пять соленых помидоров.

7 ноября

В Москве на Красной площади состоялся исторический военный парад, на котором Иосиф Сталин с трибуны Мавзолея Ленина обратился с напутственным словом к бойцам, прямо с парада уходившим на фронт, находившийся тогда в нескольких десятках километров от Кремля. Решение о том, что парад должен состояться непременно, принял лично Сталин. Он распорядился усилить войска ПВО, а если во время парада немцы все-таки прорвутся в Москву и будет бомбежка, – убитых и раненых быстро убрать, но парад завершить.

Сталин в своей речи, в частности, сказал: «Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть, годик, – и гитлеровская Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений… Наши людские резервы неисчерпаемы… Разве можно сомневаться в том, что мы можем и должны победить немецких захватчиков? Враг не так силен, как изображают его некоторые перепуганные интеллигентики».

В этот день Гитлер обещал провести парад победы в захваченной Москве. Некоторые немецкие генералы уже выписали из дома парадное обмундирование. Другие в письмах радостно сообщали домой, что они вот-вот окажутся в теплых московских квартирах, и обещали родственникам пропуск, чтобы прогуляться по улицам варварской Москвы.

В Ленинграде в этот день парад решили не проводить: город постоянно обстреливался, скопление людей могло привести к большим жертвам. К тому же не было никакой возможности снять с фронта хоть какую-нибудь часть, да и сами ленинградцы были уже настолько ослаблены голодом, что не выдержали бы 2–3-часовое пребывание на морозе.

8 ноября

Немецкие войска овладели городом Тихвин, перерезав, таким образом, единственную железную дорогу, по которой шли к Ладожскому озеру грузы для Ленинграда. В этот день они достигли пункта наибольшего продвижения в глубь советской территории на Ленинградском фронте, дойдя до Заволховья, в 8 км северо-восточнее Тихвина.

Произошло первое сокращение продовольственных норм для войск Ленинградского фронта: для войск первой линии норма хлеба уменьшилась с 800 до 600 г в день, для тыловых частей – с 600 до 400.

Бомба, разрушившая дом № 52 по улице Плеханова, ранила 65 человек и 11 убила. 58 пострадавших было в доме № 30 по Коломенской улице, тоже разрушенном до основания.

9 ноября

Адольф Гитлер в своей речи в день очередной годовщины мюнхенского пивного путча хвалился успехами немецкой армии на Восточном фронте. Топтание под Ленинградом он объяснял так: «Под Ленинградом мы ровно столько времени наступали, сколько нужно было, чтобы окружить город. Теперь мы там в обороне, а противник вынужден делать попытки вырваться, но он в Ленинграде умрет с голоду. Если бы была сила, которая угрожала снять нашу осаду, то я приказал бы взять город штурмом. Но город крепко окружен, и он, и его обитатели – все окажутся в наших руках». Гитлер говорил, что падение Москвы – дело считанных часов: немецкие офицеры видят в полевые бинокли Кремль; нет такой силы, которая могла бы остановить славную немецкую армию; поносил Сталина, партию большевиков, с издевкой говорил о боевых способностях русских.

10 ноября

Началась Тихвинская наступательная операция войск 54-й армии Ленинградского фронта. До 30 ноября советские войска продвинутся на 100 км и нанесут тяжелые потери 10 немецким дивизиям группы армий «Север». Будет сорван план полного окружения Ленинграда, силы противника будут скованы, что не позволит перебросить часть их под Москву.

Из руин одного дома, разбитого взрывом, донесся детский плач. На большой высоте, зацепившись за обломок двери, висела детская кроватка. В ней находился чудом уцелевший ребенок. Рискуя сорваться вниз или попасть под обвал, сандружинница Наташа Носова стала подниматься к ребенку по исковерканной лестнице. Четырехлетняя Галя Рыбакова была спасена.

12 ноября

52-я армия Ленинградского фронта нанесла контрудар по войскам противника, занявшим Малую Вишеру. Немецкие войска были отброшены за реку Большая Вишера, однако развить наступление 52-я армия не смогла: силы были малы, а главное – не было боеприпасов. Как напишут авторы 6-томной «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945» (1961), «пехоте нередко приходилось атаковать опорные пункты врага, огневая система которых не была полностью подавлена артиллерией».

35-летие встретил композитор Евгений Эммануилович Жарковский (1906–1985), окончил Ленинградскую консерваторию, участник войны, офицер ВМФ. Написал несколько сотен массовых популярных песен.

13 ноября

Иосиф Сталин передал указание руководству Ленинградского фронта: «Из опыта знаю, что немцы, когда они переходят на оборону, как, например, у вас перед Ленинградом, они обычно устраиваются под домами и избушками населенных пунктов в подвальных помещениях, которые они обычно углубляют… Поэтому мой совет – при продвижении вперед не задаваться целью взять тот или иной населенный пункт вроде 1-го городка Синявино и т. д., а поставить себе задачу разрушить до основания населенные пункты и сжечь их, похоронив под ними укрывающиеся немецкие штабы и части. Откиньте всякую сентиментальность и разрушайте дотла все населенные пункты на вашем пути. Это лучшее средство пробить дорогу на восток».

На фронте погиб танкист, Герой Советского Союза старший лейтенант Михаил Евгеньевич Пятикоп (1908–1941). Он отличился 11 ноября 1941 года, когда во главе группы танков вклинился в оборону противника и занял важный рубеж в Тихвинском районе Ленинградской области (4-я отдельная танковая армия). Лично подавил несколько пулеметных точек врага.

В Ленинграде в 4-й раз с начала войны снижены продовольственные нормы снабжения по карточкам: по карточке рабочего стали отпускать 300 г хлеба в день, по карточкам остальных категорий – 150. Полагавшиеся по карточкам мясо и жиры не выдавались вообще или же вместо них продавались совершенно неравноценные заменители (студень из бараньих кишок и т. п.), поэтому калорийное содержание суточного пайка было крайне низким.

13 ноября

Утром у деревни Морозово политрук Николай Трофимович Гатальский поднял в контратаку свое подразделение, отбив очередное наступление немцев… Когда бой утих, на снегу, в окружении черневших трупов фашистов, бойцы нашли погибшего политрука. Похоронен на Октябрьском военном кладбище в Волхове. Накануне он написал письмо родным:

«г. Волхов
Здравствуй, моя дорогая жена Станислава, дочь Валенька и мама!
Простите, что я плохо пишу: пишу на коленях, на клочке бумаги. Спешу сообщить, что я жив, скоро вступаем в бой.
Может быть, это письмо будет и последним, мои дорогие. Дорогая жена, смотри дочь и досмотри мою мать. Если от меня больше весточки не получишь, то знай, что я отдал свою жизнь честно за вас и за свою любимую Родину.
Будьте счастливы – ваш муж и отец».

14 ноября

В разрушенном до основания пятиэтажном доме (набережная Фонтанки, 113) чудом уцелела одна стена. Она накренилась и угрожала обвалом. Но из-под обломков был слышен голос ребенка. Чтобы спасти малыша, бойцы Гусев, Гордин, Привалов и Козлов, рискуя жизнью, ценой нечеловеческих усилий сделали восьмиметровый лаз. Потом им пришлось углубиться на два метра вниз. Когда задыхавшегося мальчика спасли, он сказал, что ниже находятся его мать и сестренка. Их тоже удалось спасти.

В Финском заливе на мине подорвалась советская подводная лодка Л-2. Погиб почти весь экипаж, в том числе и лейтенант, штурман Алексей Алексеевич Лебедев (1912–1941), выпускник Ленинградского военно-морского училища. Он любил поэзию силы, действия, стремительности и дерзания, его стихи отмечены энергией выражения и обостренным чувством матросского долга.

Мы попрощаемся в Кронштадте
У зыбких сходен, а потом
Рванется к рейду серый катер,
Раскалывая рябь винтом,

И если пенные объятья
Назад не пустят ни на час
И ты в конверте за печатью
Получишь весточку о нас —

Не плачь, мы жили жизнью смелой,
Умели храбро умирать, —
Ты на штабной бумаге белой
Об этом можешь прочитать.

15 ноября

Прекратилась навигация на Ладоге. С первых дней ноября в Ленинграде и области наступили холода. Зима установилась ранняя, снежная и морозная. Полузамерзшее Ладожское озеро стало непригодным для судоходства, но лед еще не был настолько крепок, чтобы пустить по нему транспорт. С 12 сентября по конец навигации в блокадный город было доставлено 24 тыс. тонн зерна, муки и крупы, 1130 тонн мясных и молочных продуктов, значительное количество боеприпасов, горючего. Доставленные 25 с небольшим тысяч тонн продовольствия растянули на 20 дней. Подходило к концу топливо в городе; перестал ходить городской транспорт, рабочим и служащим приходилось идти до места работы пешком несколько километров по глубокому снегу. Вечером они едва добирались до дома. Рабочий завода имени Кулакова Л.М. Белоусов вспоминал: «Сбрасываю одежду, ложусь, вытянув тяжелые ноги. Несмотря на холод, сон налетает мгновенно, но беспрестанно прерывается. Утром едва-едва поднимаюсь. Ночь не укрепила силы. На работу прихожу усталый и сразу к токарному станку. Нужна сила, а где ее взять? Питание становится все хуже и хуже». К голоду прибавился и холод. Жилые дома подтапливались чуть-чуть – так, чтобы не лопнули трубы. Самым ходовым товаром стали буржуйки: на них готовили (бытовой газ в квартирах уже был отключен), подсушивали мокрый, как глина, блокадный хлеб, сушили одежду. У многих еще были дрова, но некоторые уже начали отправлять в буржуйки книги, мебель, паркет. Буржуйка мгновенно раскалялась докрасна, но так же быстро и остывала. Спали все под одеялами в пальто, шубах. Впереди была суровая и страшная зима.

16 ноября

Из дневника 16-летней ленинградки Елены Мухиной:

«150 грамм хлеба нам явно не хватает… самочувствие неважное. Все время внутри что-то сосет… Когда после войны опять наступит равновесие и можно будет все купить, я куплю кило черного хлеба, кило пряников, пол-литра хлопкового масла. Раскрошу хлеб и пряники, оболью обильно маслом и хорошенько все это разотру и перемешаю, потом возьму столовую ложку и буду наслаждаться, наемся до отвала…»

20 ноября

В Ленинграде в пятый раз были снижены нормы выдачи продовольствия по карточкам: по карточке рабочего стали отпускать 150 г хлеба в день, по карточкам служащего и иждивенца – 125. Были снижены продовольственные нормы и для войск, защищавших Ленинград: боец первой линии стал получать 500 г хлеба в день, боец тыловых частей – 300.

Ленинград вступал в суровую и трагическую зиму 1941–1942 годов. Про этот период жизни Ленинграда Анна Ахматова написала:

Птицы смерти в зените стоят.
Кто идет выручать Ленинград?

Не шумите вокруг – он дышит,
Он живой еще, он все слышит:
Как на влажном балтийском дне
Сыновья его стонут во сне,

Как из недр его вопли: «Хлеба!» —
До седьмого доходят неба…

Но безжалостна эта твердь.
И глядит из всех окон – смерть.

И стоит везде на часах
И уйти не пускает страх.

Начался розыгрыш первенства Ленинграда по шахматам. Впервые после длительного перерыва возобновились оперные спектакли. В Госнардоме дан «Евгений Онегин».

В городе резко возросло количество краж, убийств с целью завладения продуктовыми карточками. Начались налеты на хлебные фургоны и булочные. В пищу шло все. Первыми были съедены домашние животные. Люди отдирали обои, на обратной стороне которых сохранились остатки клейстера. Чтобы заполнить пустые желудки, заглушить ни с чем не сравнимые страдания от голода, жители прибегали к различным способам изыскания пищи: ловили грачей, яростно охотились за уцелевшей кошкой или собакой, из домашних аптечек выбирали все, что можно употребить в пищу: касторку, вазелин, глицерин; из столярного клея варили суп, студень.

Строки из писем, изъятых военной цензурой:

«…Наш любимый Ленинград превратился в свалку грязи и покойников. Трамваи давно не ходят, света нет, топлива нет, вода замерзла, уборные не работают. Самое главное – мучает голод».

«…Мы превратились в стаю голодных зверей. Идешь по улице, встречаешь людей, которые шатаются, как пьяные, падают и умирают. Мы уже привыкли к таким картинам и не обращаем внимания, потому что сегодня они умерли, а завтра я».

«…Ленинград стал моргом, улицы стали проспектами мертвых. В каждом доме в подвале склад мертвецов. По улицам вереницы покойников».

Деньги были, но ничего не стоили. Ничто не имело цены: ни драгоценности, ни картины, ни антиквариат. Только хлеб и водка – хлеб чуть дороже. В булочные, где выдавались по карточкам дневные нормы, стояли огромные очереди. Иногда между голодными людьми происходили драки – если хватало сил. Кто-то умудрялся вырвать у полумертвой старушки хлебный талон, кто-то мародерствовал по квартирам. Но большинство ленинградцев честно работали и умирали на улицах и рабочих местах, давая выжить другим.

25-летие встретил русский поэт Михаил Александрович Дудин (1916–1994), участник советско-финляндской и Отечественной войн, ставший затем Героем Социалистического Труда.

22 ноября

Начала функционировать ледовая трасса – «Дорога жизни» – на Ладожском озере. Лед был хрупок; двухтонные грузовики везли по 2–3 мешка, тем не менее несколько машин затонуло. Позже к грузовикам стали прикреплять сани, что позволило уменьшить давление на лед и увеличить количество груза. Помогли и морозы – если 25 ноября в город завезли 70 тонн продовольствия, то через месяц уже 800 тонн. За это время затонуло 40 грузовиков. Ледовая дорога действовала до 24 апреля 1942 года. Всего по ней в Ленинград было доставлено 360 тыс. тонн грузов, из которых почти 80 % составляло продовольствие. Из осажденного города по Ладоге были эвакуированы в тыл сотни тысяч человек и промышленное оборудование.

Перерезать «Дорогу жизни» немцы стремились постоянно. В первые недели работы трассы немецкие летчики безнаказанно расстреливали с бреющего полета автомашины и бомбами разбивали лед на трассе. Для прикрытия «Дороги» жизни командование Ленинградского фронта установило прямо на льду Ладоги зенитные орудия и пулеметы, а также привлекло истребительную авиацию.

«Дорога жизни» была под особым контролем, но и на ней не обходилось без преступлений. Водители ухитрялись сворачивать с пути, расшивали мешки с продуктами, отсыпали по несколько килограммов и вновь зашивали. На пунктах приема хищения не обнаруживали – мешки принимали не по весу, а по количеству. Но если факт кражи доказывался, то водитель немедленно представал перед военным трибуналом, который обычно выносил смертный приговор.

26 ноября

После встречных боев, проходивших с переменным успехом, инициатива действий под жизненно необходимым Ленинграду Тихвином перешла к советским войскам. 54-я армия пошла на освобождение города.

Газета «Правда» опубликовала сообщение Совинформбюро о военных потерях. Утверждалось, что за 5 месяцев войны германские войска потеряли 6 миллионов убитыми, ранеными и пленными, а Красная армия – 490 тыс. убитыми, 1112 тыс. ранеными и 500 тыс. пропавшими без вести (всего 2122 тыс. человек). В плен, судя по сообщению, не попал ни один красноармеец. По утверждению Совинформбюро, немцы также на Восточном фронте потеряли более 15 тыс. танков, около 13 тыс. самолетов, до 19 тыс. орудий; наши же потери составили 7900 танков, 6400 самолетов, 12 900 орудий. Совинформбюро попутно изобличало германские «фальшивые и смехотворные данные» о советских потерях: «Вот эти нелепые данные. За период с 22 июня по 20 ноября немецкие войска якобы взяли в плен 3 725 600 пленных, разбили 389 большевистских дивизий. Советские войска потеряли якобы 8 миллионов солдат, 22 тысячи танков, 27 тысяч орудий, 15 454 самолета, большое количество военных и торговых кораблей». И та и другая сторона завысила потери противника и занизила свои потери. Но данные немцев были ближе к истинному положению вещей.

Фугасная бомба разрушила здание общежития студентов ЛГУ. Убито 52 человека, 36 получили тяжелые ранения.

29 ноября

Советские войска отбросили противника в районе города Волхов к югу от железной дороги Волхов – Тихвин.

Солдаты первой линии Ленинградского фронта начали получать в сутки 300 г хлеба и 100 г сухарей, солдаты второй линии – 150 г хлеба и 75 г сухарей.

35-летие встретил будущий классик советского документального кинематографа, режиссер, оператор, сценарист и педагог Роман Лазаревич Кармен (Корман, 1906–1978), в годы Великой Отечественной руководивший группой фронтовых кинооператоров, а после войны возглавлявший команду операторов, фиксировавших на пленку Нюрнбергский процесс. В 1975 году выпустил главную работу своей жизни – 20-серийный фильм «Великая Отечественная», который триумфально прошел по телеканалам США и Европы под названием «Неизвестная война». Народный артист СССР, Герой Социалистического Труда.

30 ноября

С 4 сентября по 30 ноября немцы с захваченного ими плацдарма в районе Стрельны, Урицка, Пушкина и Дудегофа подвергли Ленинград 272 обстрелам из батарей тяжелой и сверхтяжелой артиллерии. На многих домах города были вывешены таблички: «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». Блокадники называли обстрелы «Пронеси, господи». В одну из ноябрьских ночей с Аничкова моста сняли скульптурные группы П.К. Клодта и зарыли их в саду Аничкова дворца. На пьедестале одной из конных групп, где сохранились сколы от осколков снарядов и бомб, была после войны установлена мемориальная доска. В ноябре, когда из-за отсутствия электроэнергии не работали газодобывающие установки, резко сократилось количество аэростатных постов ПВО. И хотя о тросы аэростатов разбилось крайне незначительное число немецких самолетов, баллоны мешали немцам пикировать, затрудняли им прицельное бомбометание, оказывали психологическое воздействие как на немецких летчиков, так и на ленинградцев.

Ленинградцы стали умирать от голода уже после четвертого (13 ноября) снижения продовольственных норм. Всего в ноябре 1941 года в блокадном городе от голода умерли 11 тыс. человек. Первыми гибли мужчины преклонных лет. Они, в отличие от женщин того же возраста, оказались менее стойкими к голоду. Однако вскоре голод уравнял всех. В декабре смерть косила людей независимо от пола и возраста.

В советской прессе, разумеется, не сообщалось об истинном положении дел в Ленинграде, не писали даже о том, что город-то – окружен. За разговоры о ленинградском голоде давали срок как за распространение панических слухов. Официально о факте блокады сообщили только в январе 1944 года, когда она была прорвана. «Правда» 26 ноября 1941 года безмятежно писала: «Число трудовых подвигов ленинградцев трудно пересчитать… На N-ском заводе более 100 человек стало за последнее время работать на нескольких станках и совмещать профессии. На другом предприятии ученик ремесленного училища Андреев за месяц работы обогнал старших товарищей, стал давать по три нормы. Молодой коммунист станочник Соколов выполнил недавно свою норму на 3,5 тысячи %…»

Пришли и другие бедствия. В конце ноября ударили морозы. Ртуть в термометре приблизилась к отметке минус 40 градусов. Замерзли водопроводные и канализационные трубы, жители остались без воды – теперь ее можно было брать только из Невы. Вскоре подошло к концу топливо. Перестали работать электростанции, в домах погас свет, внутренние стены квартир покрылись изморозью. Ленинградцы начали устанавливать в комнатах железные печки-времянки. В них сжигали столы, стулья, платяные и книжные шкафы, диваны, паркетные плитки пола, а затем и книги. Но подобного топлива хватило ненадолго. К декабрю 1941 года город оказался в ледяном плену. Улицы и площади занесло снегом, закрывшим первые этажи домов.

1 декабря

С 23 ноября по 1 декабря (за 9 дней) в блокадный Ленинград по «Дороге жизни» удалось завезти всего 800 тонн муки – меньше 2-дневного расхода. При этом затонуло 40 грузовиков. 1 декабря хлеба в городе осталось на 6 дней. Сокращать далее нормы было невозможно – люди умирали от голода. Ленинградцы понимали, что продовольствия в городе мало, но об истинном положении вещей знали всего 7 человек из руководства города и фронта.

Эпидемий в городе нет, но смертность колоссальная. Стали рядовыми случаи открытого грабежа продовольственных карточек и хлеба. В булочных люди хватают хлеб с весов, с прилавка и даже не бегут, а просто на месте его пожирают. На улице рискованно нести хлеб открыто в руках.

Враг силой не мог нас осилить,
Нас голодом хочет он взять,
Отнять Ленинград у России,
В полон ленинградцев забрать.
Такого вовеки не будет
На невском святом берегу,
Рабочие русские люди
Умрут, не сдадутся врагу.

Николай Тихонов

45-летие встретил великий русский полководец Георгий (Егор) Константинович Жуков (1896–1974), ставший Маршалом Советского Союза, четырежды Героем Советского Союза. Он был разным и далеко неоднозначным человеком. Мог перед строем расстрелять нескольких трусов и паникеров, а мог перед тем же строем наградить храбреца, сняв с мундира свой орден. Перед большим внезапным наступлением, когда не было времени на разминирование и нельзя было привлекать внимание вылазками саперов, Жуков приказывал пускать по минным полям пехоту: солдаты, подрываясь, своими телами указывали, где есть проход. Затем уже шли танки. Но авторитет был колоссальный: если на фронт прибывал Жуков, все оживлялись: предстоит наступление, и наступление победоносное. Жуков – единственный из военачальников, который осмеливался возражать Сталину и отстаивать свою точку зрения. Сталин снял его за это 30 июля 1941-го с поста начальника Генштаба, но после того, как Жуков провел первую удачную в Великой Отечественной войне и стратегически важную операцию по ликвидации Ельнинского выступа (в сентябре), стал бросать его на спасение самых уязвимых участков фронта. В то же время Жуков вывез из поверженной им Германии несколько вагонов трофеев (194 предмета мебели, 323 шкурки ценных мехов, 44 ковра и гобелена, 20 уникальных охотничьих ружей, 4000 метров тканей, 713 предметов столового серебра, 820 предметов столовой и чайной посуды, 60 музейных картин и т. д. и т. п.), что стало поводом для Сталина, сняв его с постов, услать за Урал. Жуков мог в записке Жданову написать, что вещи куплены им для оформления Домов офицеров, а остальное подарено друзьями. Он мог в период массовых репрессий горячо «поддерживать линию партии» и подсказывать имена «недобитых врагов», а мог и вступиться за невинно арестованного. Но ничто не способно умалить роль его личности в советской истории.

2 декабря

Советские войска оставили базу Ханко. 9 конвоев сумели эвакуировать в Ленинград и Кронштадт более 23 тыс. человек, вооружение, продовольствие.

Эта сложнейшая операция проведена четко и организованно. Но не обошлось без жертв. Больше всего их было на турбоэлектроходе «И. Сталин», подорвавшемся на трех минах. Из 5589 человек, находившихся на судне, спасти удалось только 1740.

3 декабря

Войска 54-й армии Ленинградского фронта перешли в наступление в районе Войбокало, что западнее города Волхов, и потеснили противника в южном направлении.

5 декабря

Ольга Берггольц написала стихотворение «Разговор с соседкой»:

…Дарья Власьевна, еще немного,
день придет – над нашей головой
пролетит последняя тревога
и последний прозвучит отбой.

И такой далекой, давней-давней
нам с тобой покажется война
в миг, когда толкнем рукою ставни,
сдернем шторы черные с окна…

Будем свежий хлеб ломать руками,
темно-золотистый и ржаной.
Медленными, крупными глотками
будем пить румяное вино…

Дарья Власьевна, твоею силой
будет вся земля обновлена.
Этой силе имя есть – Россия.
Стой же и мужайся, как она!

6 декабря

Хорошие новости, как дополнительная пайка хлеба, вселяют надежду. В этот день в контрнаступление под Москвой (рубеж западнее Свердлова – Дмитров – Красная Поляна – река Нара) перешли войска Западного фронта – всего 100 дивизий. Фронт контрнаступления составлял уже 900 км – от Калинина на севере и до Ельца на юге.

Многим ленинградцам разрешили на свой страх и риск выбираться из города по льду Ладожского озера. Но до 22 января такая эвакуация шла неорганизованно: тысячи людей тащились через озеро пешком, и многие из них умерли, не дойдя до его южного берега.

Финляндия объявила недействительным договор с СССР 1940 года. 30 ноября 1939 года СССР напал на Финляндию. Через 3 месяца, путем больших потерь, сопротивление Финляндии было сломлено, и был подписан мирный договор, по которому к СССР отходил весь Карельский перешеек с Выборгом и Выборгским заливом с островами, западное и северное побережье Ладожского озера и еще некоторые территории. Финляндия выступила на стороне Гитлера в надежде вернуть утраченные земли. В ожидании решительной и молниеносной победы над СССР в финскую армию было мобилизовано практически все мужское население, способное носить оружие, и через полгода это начало тяжело отражаться на экономике страны. Поняв, что война принимает затяжной характер, финское командование уволило из армии значительное число людей и основной задачей войск стало считать удерживание фронта северо-западнее Ленинграда – то есть отобранной по договору финской территории. Денонсировав договор 1940 года, Финляндия официально заявила свои права на эти земли и фактически выбыла из Второй мировой войны: немногочисленные финские войска только держали оборону по старой границе, а с начала 1943 года финское правительство начало вести переговоры с СССР о заключении сепаратного мира. Перемирие было подписано 10 сентября 1944 года.

Исполком Ленинградского Совета депутатов трудящихся принял постановление о снабжении населения кипятком. Топлива не хватает, и людям порой не на чем даже вскипятить чай. Вот почему во всех районах города предложено оборудовать кипятильники.

7 декабря

Соединения 4-й армии Ленинградского фронта, наконец, прорвали оборону противника западнее Тихвина.

Советские войска оставили остров Гогланд.

8 декабря

В блокированном Ленинграде из-за нехватки электроэнергии полностью прекратилось трамвайное и троллейбусное движение.

Зафиксированы первые случаи каннибализма. По данным УНКВД по Ленинградской области, за употребление человеческого мяса были арестованы в декабре 1941 года 43 человека, в январе 1942-го – 366, феврале – 612, марте – 399, апреле – 300, мае – 326, июне – 56. Затем цифры пошли на убыль. С июля по декабрь 1942-го взяты с поличным всего 30 людоедов. Людоедов военные трибуналы приговаривали к расстрелу с конфискацией имущества. Приговоры были окончательными, обжалованию не подлежали и немедленно приводились в исполнение.

9 декабря

Наши войска штурмом овладели Тихвином и оттеснили немцев за реку Волхов. Это означало спасение населения города и войск. Уже на следующий день уполномоченный ГКО по снабжению продовольствием Ленинграда и Ленинградского фронта Д.В. Павлов приехал в Тихвин, чтобы определить, как скоро можно будет начать завозить продовольствие. Вокзал и железнодорожные пути оказались не разрушенными, но пришлось срочно восстанавливать взорванные мосты на перегоне Тихвин-Волхов.

В Ленинград с фронта свозили раненых. Не хватало крови для переливания: то есть желающих было много, но с переходом на голодную норму давать кровь без ущерба для здоровья доноры уже не могли. Сначала донорам давали карточки по группе рабочих. С 9 декабря для них стали дополнительно выделять 200 г хлеба, 30 г жиров, 40 г мяса, 25 г сахара, 30 г кондитерских изделий, 30 г крупы и пол-яйца на день.

10 декабря

Защищая «Дорогу жизни», летчик-истребитель Семен Горгуль сбил одного врага, но и сам был тяжело ранен. Приземлившийся на лед Ладоги «ястребок» гитлеровские летчики с бреющего полета стали расстреливать и подожгли. Тело погибшего героя нашли потом на льду рядом со сгоревшим самолетом. Раненный в обе ноги, он истек кровью. Рядом с ним лежал открытый блокнот с неоконченной предсмертной запиской, написанной кровью: «Прощайте, ленинградцы. Победа за нами…»

12 декабря

2850 человек, мобилизованных на заготовку топлива 10 декабря, оказалось мало. Дополнительно мобилизовано на лесозаготовки и торфоразработки 1400 человек.

14 декабря

С 22 июня по 14 декабря заводы Ленинграда изготовили 318 самолетов, 713 танков, 480 бронемашин, 6 бронепоездов, 52 бронеплощадки, свыше 3 тыс. артиллерийских орудий, 10 тыс. минометов, свыше 3 млн. снарядов и мин, было достроено 84 корабля разных классов и переоборудовано 186 кораблей.

17 декабря

Из дневника 17-летней ленинградки Лены Мухиной:

«Хлеба мало: рабочие получают 250 гр., служащие и иждивенцы по 125 грамм. 125 грамм, маленький кусочек, это очень мало… Учиться в школе очень трудно. Школа не отапливается, в некоторых классах замерзли чернила, хорошо еще, что школьникам дают без карточек по горячей тарелке супа».

Героем Советского Союза стал выдающийся советский летчик Александр Петрович Силантьев (1918–1996), участник войны, совершивший к декабрю 1941 года 203 боевых вылета. В 35 воздушных боях сбил 8 вражеских самолетов. На ЛаГГ-3 воевал на Ленинградском фронте. После войны, окончив две военные академии, служил заместителем главкома ВВС.