Александр Дюма

– Это началось в тысяча восемьсот пятнадцатом году. – Вот как! – сказал Монте-Кристо.  – Это старая история. – Да, ваше сиятельство, а между тем все подробности так свежи в  моей памяти, словно это случилось вчера. У меня был старший

может, некоторое вырождение, то мы могли бы прийти к выводу, что человеку

невозможно, – сказал Атос. Д’Артаньян понял их нерешительность. – Господа,

что нахожу вашу философию совершенно справедливою, а это можно сказать не про всякую философскую систему. – Мои поездки становились все более дальними и приносили мне

значит, правда, что все наши поступки оставляют на нашем прошлом след, то мрачный, то светлый! Правда, что наши шаги на жизненном пути похожи на продвижение пресмыкающегося по песку и проводят борозду! Увы, многие поливают эту борозду слезами!

подошел ко мне, он показался бы мне наглецом, желающим лишить меня части моих мечтаний. Как и накануне, я нанял лодку с двумя гребцами и провел ночь

тенистым парком, огромными деревьями, склоненными над готическими зданиями, с зеркальной поверхностью широких каналов, в которых отражаются почти восточные по стилю купола его колоколен