Hajm 416 sahifa
16+
Kitob haqida
Boshqa versiyalar
Sharhlar, 894 sharhlar894
Настоящая литература, мощнейший драйв! Трёхплановое действие – Начало века Санкт-Петербург, дачный посёлок Сиверский на реке Оредежи, спокойная мирная жизнь, в которую врываются вестники нового- аэропланы, второй план СЛОН – с ужасами невыносимыми, которые выпали на долю этих умных, хороших, добрых людей и наши 90-е, чем всё закончилось. «Авиатор» Платонов, волей судьбы, «прилетевший» к нам и этого далёкого, что бы донести до нас месседж об уничтоженной России или лучше о хрупкости нормальной жизни, о том что ад всегда рядом и нас от него отделяет тончайшая перегородка. Написано прекраснейшим, классическим(!) русским языком. Мастерская фокализация – действие начинается с точки зрения «Авиатора», который постепенно перемещается из своего времени в наше, и после того, как мы как бы «соединились» с ним, вдруг, во второй части, начинает медленно удалятся от главного героя книги, как в финале «Соляриса» Тарковского. Книга рассчитана на многократное перечитывание столько нюансов, сцен, мыслей удалось автору вложить в неё.
Михаил Бор, очень согласна
Невероятная книга. Скажу сразу, что ничего подобного я до сих пор не читала. И дело не в сюжете, а самом жизнеописании. Потрясающий слог. И сложно сказать, о чем эта книга. Слишком много тем. И о любви, и о прощении. И о том, как человек может быстро превратиться в скотину. Это одна из тех книг, которую Вам обязательно захочется снова открыть. Как бутылку хорошего вина, послевкусие которого остаётся надолго.
Сюжет романа необычен и сначала заинтересовал. Первую половину книги прочитала на одном дыхании, ожидая что же будет дальше, как повернётся история. Интересные детали, описание воспоминаний, приятные герои – и Платонов, и доктор.
Со второй же половины интерес во мне стал постепенно угасать. Читать стало скучновато и хотелось поскорее закончить эту книжку.
Замечательная новая книга на любимую тему Евгения Водолазкина о неразрывности, но относительности времени.
Его легко узнаваемый стиль, акценты на внешне несущественные детали, внешне обыденные, но афористичные концовки фраз. Набоковские нотки в описании набоковских же мест. Непростые, со многими смыслами сцены. И такие же непростые герои. Обыденность по масштабу превосходящая своим значением кажущиеся нам историческими событиями. Роль каждого в жизни каждого.
Не «Лавр», совсем. Но очень сильно и точно в стиле Е.В.
Читайте и получите такое же удовольствие, как и я.
Очень хотелось бы послушать чтение, а пока обязательно перечитаю.
Книга очень понравилась, но на последних страницах сложилось впечатление, что автору надоело писать и она показалась мне какой-то не завершенной. Что все-таки стало с главным героем? Есть некая недосказанность, да и с персонажами из списка 10? что стало с хромой девушкой, например? Ведь о судьбах остальных автора рассказал? Как пережила Анастасия блокаду? Где? Как погибли остальные? Лично мне этих сведений не хватило для полноты сюжета.
В связи с отцом думал о природе исторических бедствий - революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.
Вообще же, мудрость - это прежде всего опыт. Осмысленный опыт, конечно. Если осмысления нет, то все полученные синяки бесполезны.
Исторический взгляд делает всех заложниками великих общественных событий. Я же вижу дело иначе: ровно наоборот. Великие события растут в каждой отдельной личности. В особенности - великие потрясения. Все очень просто. В каждом человеке есть дерьмо. Когда твое дерьмо входит в резонанс с дерьмом других, начинаются революции, войны, фашизм, коммунизм... И этот резонанс не связан с уровнем жизни или формой правления. То есть связан, может быть, но как-то не напрямую. Что примечательно: добро в других душах отзывается совсем не с такой скоростью.
- Я открыл, что человек превращается в скотину невероятно быстро.
" Проснешься, бывало, на даче рано утром – все спят еще. Чтобы никого не будить, выйдешь на цыпочках на веранду. Ступаешь осторожно, а половицы всё равно скрипят. Скрип этот спокоен, он не тревожит спящих. Стараешься бесшумно открыть окно, но рама идет туго, стекла позвякивают, уже жалеешь, что всё затеял. А распахнешь окно – радуешься. Занавески не колышутся, ни малейшего ветра. Удивляешься, каким густым и хвойным может быть воздух. По раме ползет паук. Положишь локти на подоконник (старая краска шелушится и прилипает к коже), смотришь наружу. Трава искрится каплями, тени на ней по-утреннему резки. Тихо, как в Раю. Мне почему-то кажется, что в Раю должно быть тихо.
В сущности, вот он, Рай. В доме спят мама, папа, бабушка. Мы любим друг друга, нам вместе хорошо и покойно. Нужно только, чтобы время перестало двигаться, чтобы не нарушило того доброго, что сложилось".
Kitob tavsifi
Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера “Лавр” и изящного historical fiction “Соловьев и Ларионов”. В России его называют “русским Умберто Эко”, в Америке – после выхода “Лавра” на английском – “русским Маркесом”. Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.
Герой нового романа “Авиатор” – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..