Kitobni o'qish: «Небесная крыса. Схватка»

Глава 1

Спустя шесть дней все оставалось по–прежнему. Саймон целые дни проводил в рубке управления, проверяя информацию, выловленную компьютером за последние сутки. Пока что ничего важного не попалось, если не считать передачи с Земли, где выступал начальник одного из отделов космической безопасности. Не спеша и подробно, он рассказывал о принятых мерах по поимке Саймона, то есть, главаря банды. По мнению самого Саймона меры эти были идиотскими, и он не прочь был посмотреть на того недоумка, который бы на них попался.

Продолжая слушать самоуверенную болтовню безопасника, Саймону остро захотелось запустить чем–нибудь в экран, или, вообще его выбросить. Но он с трудом сдержался и, бормоча себе поднос ругательства, заставил себя досмотреть передачу до конца. Правда, ничего интересного он так и не узнал, если не считать того, что показали его собственную фотографию, также фотографии его парней: Хью и Джефри.

Также Саймон с немалым удивлением узнал, что Хью не убит, как он считал до этого времени, а вполне благополучно роет котлованы под фундаменты на спутнике Ио. Но, несмотря на эту неожиданную новость, Саймон пришел к выводу, что толстяка смело можно зачислить в мертвецы, потому что он вряд ли сможет выбраться оттуда. А у самого Саймона хватало трезвого рассудка, чтобы не полезть на рожон в такой близости от Земли.

Посмотрев еще несколько минут и, вспомнив кое– что связанное с Хью, Саймон хотел было уже выключить экран, но в этот момент появился тот самый полицейский. Увидев его, Саймон даже немного привстал в кресле, и поспешил придвинуться к экрану.

– Послушаем, что ты скажешь, парень, – процедил он, бледнея от ненависти.

Но «парень», которого звали Дэн Прайс, ничего интересного не сказал. Он только сообщил, что поиски Стального Саймона продолжаются, а спам он в это время оправляется в систему Тау Кита. Ответить на вопрос ведущего, зачем он туда летит, полицейский отказался.

Но Саймону было достаточно и этого. Выключив экран, он медленно откинулся на спинку кресла и, задумавшись, прикрыл глаза. Кажется, он получил то, чего так хотел. Он знает теперь, как зовут этого парня и точно знает, где он будет находиться в ближайшее время. Это, конечно, было хорошо, и Саймон был доволен проделанной работой за последние дни. Но он всегда был осторожным человеком, и сейчас, как и раньше, где–то внутри у него возникло подозрение, что все это ловушка, рассчитанная на него.

Зачем, например, этот Дэн на всю галактику заявил о своем намерении отправиться в систему Тау Кита? Или он рассчитывает, что Саймон и, сломя голову, бросится вслед за ним с единственной целью отомстить? Этого Саймон не знал, и принялся размышлять логически, но это ни к чему не привело.

С одной стороны выходило, что это ловушка, в то время как с другой получалось, что нет. Результат его умозаключений зависел от желания самого Саймона и тех логических доводов, которые он приводил в пользу того или иного варианта.

В конце концов, он отбросил все сомнения в сторону, и принял решение лететь. Так же он решил вернуться этим вечером в племя Крыс, и попросить у Чингуча с десяток воинов для предстоящей операции. Но, прежде чем заняться этими делами, нужно было дождаться возвращения Джека Клыка, который, оставив Малику под его присмотр, отправился на охоту. Когда он должен вернуться, Саймон не знал, и решил выяснить это у самой Малики. Уж она–то должна знать, куда отправился ее хозяин.

Ухмыльнувшись, Саймон покинул рубку управления, и направился к каюте Малики. Так как она размещалась там же, куда Саймон поселил Малику в первый день после ее «знакомства» с Джеком Клыком, то идти, далеко не пришлось. Открыв ногой дверь, Саймон остановился на пороге и осмотрелся. Малику он увидел в углу кровати. Она сидела, поджав ноги, и читала книжку.

– Привет, Малика, – дружелюбно поздоровался он.

Девушка вздрогнула, и подняла на него испуганные глаза.

– Не бойся, – успокоил ее Саймон. – Я хочу только спросить у тебя, когда вернется Джек Клык. Ты случайно не знаешь? – Саймон замолчал, и внимательно осмотрел ее с ног до головы.

Джек Клык сдержал свое слово, и уже на второй день притащил Малике шкуры. Они, конечно, были не свежеснятыми. Одна из них была довольно потертой, и Саймон решил, что Джек Клык попросту забрал их у кого– то. Сам он говорить о том, где он их достал не хотел, и это осталось в тайне. По крайней мере, так считал сам Джек Клык. И вот теперь, Малика сидела, кутаясь в вонючие шкуры, и смотрела на Саймона так, словно он собирался ее съесть.

– Почему молчим? – с ухмылкой поинтересовался Саймон, присев на край стола.

– Я не знаю где он, – тихо проговорила Малика. – Он мне ничего не говорил, да и вообще…я ему нужна только для одного, – покраснев, она опустила голову, и Саймон увидел, как по щеке у нее скатилась слеза.

– Успокойся, крошка, все не так уж плохо, – Саймон потрепал ее по щеке, и неопределенно хмыкнул.

– Нет, – не поднимая головы, возразила Малика.

– Что нет? – не понял Саймон.

– Я так больше не могу! – воскликнула Малика и, не удержавшись, громко расплакалась. – Все это кажется кошмарным и нереальным сном, неожиданно свалившимся мне на голову. – Малика подняла заплаканное лицо, и с мольбой посмотрела на Саймона. – Вы ведь поможете мне выбраться отсюда? – дрожащим голосом спросила она. – Вы ведь не оставите меня с этим…дикарем? – Малика всхлипнула, и размазала краску с глаз по всему лицу.

Саймон смотрел на нее с циничной ухмылкой и, не переставая удивлялся возникшему у него чувству. Этим чувством была жалость. Жалость к этой девчонке со смазливой мордашкой, которая неделю назад и не помышляла ни о каких туземцах, и даже не подозревала о существовании такого себе Джека Клыка.

Вероятно, она пользовалась немалым успехом среди мужской части экипажа, и когда с ней заигрывал один из этих балбесов, то чувствовала себя королевой, окруженной своими вассалами. И вот произошел такой резкий поворот в судьбе – она сидит в вонючих шкурах и должна каждый вечер, а то и день, отдаваться грязному в ее понимании дикарю, каким был Джек Клык.

Саймон, конечно, понимал ее чувства, но помочь не торопился.

– Разве тебе с ним плохо? – спросил он с прежней ухмылкой.

– Да–да, – схватив Саймона за руку, закивала она головой. – Я хочу улететь отсюда и вернуться домой, – губы Малики вздрогнули, и Саймон понял, что она готова разреветься.

– Но, неужели тебе с ним так плохо? – словно не слыша ее ответа, повторил он свой вопрос.

Малика посмотрела на него растерянным взглядом и, не зная, к чему он клонит, кивнула головой.

– А мне казалось, что все совсем наоборот, – медленно проговорил Саймон, наблюдая за ее реакцией.

Малика от его слов вся напряглась, и Саймон без особого труда прочитал в ее взгляде немой вопрос.

– Именно так, крошка, – продолжала он. – Вчера вечером я проверял систему слежения и, можно сказать, чисто случайно увидел, как ты безо всякого стыда раздевалась перед Джеком Клыком у костра и голая ложилась на шкуры с таким видом, словно на сотни километров ты была совершенно одна, и притом находилась в своей каюте. – Саймон иронично улыбнулся, и многозначительно щелкнул языком. – Ну как? Что теперь скажешь? – вкрадчиво поинтересовался он.

Малика в ответ только охнула, и закрыла лицо руками.

– Крошка, давай только без театральных жестов! – скривился Саймон. – Лично у меня создалось впечатление, что тебе с Джеком Клыком не так уж и плохо, как ты стараемся показать.

– Это неправда! – бросив на него гневный взгляд, крикнула Малика.

– Показываешь зубки? – процедил Саймон. – Ну–ну, только не забывай, что это от меня зависит твоя дальнейшая судьба, а возможно и сама жизнь. Джек Клык здесь ни при чем. Я тебя отдал ему, так же легко могу забрать обратно, и плевать я хотел на этого головореза. – Саймон слез со стола и, сменив тон, добавил: – Когда вернется Джек Клык, отошли его ко мне в рубку управления. Не забудешь?

– Не забуду.

– Странная ты какая–то, – проговорил Саймон, выходя из ее каюты.

Поведение Малики интересовало его и удивляло одновременно. После первой вспышки Малика больше не пыталась сопротивляться, и открыто выступать против Джека Клыка, и Саймона такое поведение настораживало. Он прекрасно понимал, что она может оказаться бомбой замедленного действия, способной на самые отчаянные поступки.

И в тоже время Саймон не знал и даже не подозревал, что это было не самым главным фактором в теперешнем поведении Малики. Главным было то, что у Малики еще в подростковом возрасте появилось непреодолимое желание быть изнасилованной. Желание, мягко говоря, странное и не совсем обычное.

Тем не менее, это не означало, что Малика с тех пор только тем и занималась, что провоцировала мужчин на насилие над собой. Вовсе нет! Но несмотря на это, желание быть изнасилованной не исчезло с годами, а наоборот приобрело форму навязчивой идеи, или лучше сказать мечты.

И эта мечта смогла осуществиться только на этой планете, где она была изнасилована Джеком Клыком. Когда она очнулась и поняла, что с ней произошло, она почувствовала себя почти счастливой. В это, конечно, трудно поверить, но самой Малике именно так и казалось.

И вот теперь она оказалась перед определенной дилеммой. Воспитание и образование вынуждали ее сопротивляться желаниям Джека Клыка, в то время как подсознание требовало удовлетворить многолетнее желание быть изнасилованной. И Малика уступала более сильному желанию, чувствуя отвращение к себе и наслаждение от осознания, что Джек Клык ее насилует, как она этого хотела.

Понятно теперь, что Саймон о таких проблемах Малики даже не подозревал. Вернувшись в рубку управления, он засел за компьютер и занялся работой. Куда собирается отправиться полицейский по имени Дэн Прайс, он уже знал. Саймон хотел также выяснить, отправился ли он уже в систему Тау Кита, или по какой–то причине передумал.

Продолжая вводить в компьютер новые команды и просматривать записанную с ретранслятора информацию, Саймон даже не заметил, как солнце спряталось за горизонтом, и вокруг корабля сгустились сумерки.

Он как раз собирался включить обзорный экран, как в коридоре послышался гулкий топот, и в рубку управления ворвался Джек Клык с ножом в руке. Нож был вымазан в чью– то кровь, а сам Джек Клык вспотел и тяжело дышал.

Глава 2

– Небесная Крыса! – проревел он на всю глотку. – Нас окружили! – Джек Клык упал в кресло, и вытер окровавленный нож.

Саймон посмотрел на него, прищурив глаза и, сохраняя полное самообладание, спросил:

– Кто?

– Я не знаю их.

– Они тебя преследовали?

– Да, Небесная Крыса. Их много, и мне пришлось убегать от них, – насупившись, признался Джек Клык.

Саймон не стал сомневаться в его словах. Будь неизвестных туземцев мало, Джек Клык, наверняка, не стал бы спасаться от них таким недостойным воину, но, тем не менее, надежным способом, как бегство.

– Ладно, сейчас посмотрим, что там, – Саймон повернулся к пульту управления, и включил обзорный экран. Затем закрыл входной люк и убрал трап.

– Вот они! – выдохнул Джек Клык, ткнув пальцем в экран.

Саймон посмотрел в указанное место, и убедился, что туземец прав. В самом деле, корабль был окружен цепочкой каких– то непонятных теней с непомерно большими головами. Это могли быть, как и чудовища, так и мутанты.

Желая удостовериться в этом, Саймон переключил обзорный экран на приборы ночного виденья, и с удивлением увидел, что эти большеголовые тени никто иные, как самые обыкновенные туземцы. А то, что он сначала принял за большие головы, оказалось головным убором, очень смахивающим своими формами и размерами на корзины. Но и это было не все.

Присмотревшись внимательней, Саймон с немалым удивлением отметил, что в каждой корзине находится по одной крупной птице, которая с большой натяжкой походила на земного пеликана. Эти птицы, сидя в корзинах на головах туземцев, время от времени открывали длинные клювы, усеянные мелкими зубами, и издавали клокочущие звуки.

– М–да, – многозначительно протянул Саймон и, не удержавшись, почесал затылок. Сами туземцы особого впечатления на него не произвели, но он не понимал, зачем это они таскают на своих головах эти корзины с птицами.

– Черт! Кто это может быть? Ты как думаешь?

– Я их раньше никогда не видел, – уверенно заявил Джек Клык. Его угрюмое лицо потемнело еще больше, но, несмотря на свою явную растерянность, он был готов броситься в бой.

Саймон это понимал, но сомневался в благополучном для него исходе этой битвы.

– Остынь немного, – посоветовало он Джек Клыку, и снова перенес все свое внимание на туземцев.

Они продолжали цепью двигаться к кораблю, и длинными палочками, которые были у них в руках, время от времени тыкали в траву, а затем подносили ко рту. Глядя на это Саймон решил, что, таким образом, они собирают пищу. Правда, было не совсем ясно какую.

Иногда, то один, то другой туземец подносил палочку, с чем–то насаженным на конце, к клюву птицы, сидевшей у него на голове в корзине. Птицы обрадованно снимали клювами это нечто, и мгновенно проглатывали.

Одеты туземцы были довольно странно, даже для этой планеты. Вся их одежда состояла из толстых, грубой работы сетей, к которым были прицеплены небольшие глиняные кувшины, бывшие по всей вероятности тоже не пустыми.

Оружия у этих странных туземцев Саймон не заметил вообще, если, конечно, не считать палочек, которыми они что–то поднимали с земли и отправляли либо себе в рот, либо в клюв птицам. Неопределенно хмыкнув, Саймон вопросительно посмотрел на Джека Клыка, но тот в ответ только крякнул и шумно заворочался в кресле. Больше он, по–видимому, ничего предложить не мог.

Тем временем туземцы с корзинами на головах, приблизились на довольно близкое расстояние к кораблю, и расселись кто где: одни на траве, в то время как другие на валунах. Некоторые из них, даже сидя, продолжали что– то выискивать в траве, и насаживать свою находку на палочки.

Саймон наблюдал за их действиями безо всякой реакции, и ровным счетом ничего не понимал. Но, пожалуй, больше чем корзины с птицами, его смущало поведение самих туземцев. Они не нападали на корабль, не орали во всю глотку и, похоже, не собирались забрасывать его камнями, как поступило бы племя Крыс или Кротов. Это было, по крайней мере, странно и подозрительно. Посидев еще немного в полном безмолвии, Саймон резко повернулся к Джеку Клыку и спросил:

– Что ты думаешь об этом?

– Прикончить их, и все! – заявил тот, особо не утруждая себя лишними размышлениями.

– Понятно, – Саймон скривился, и передернул плечами. Предложение Джека Клыка ему не очень понравилось.

– Может, попробовать поговорить с ними? Ты как считаешь? – не совсем уверенно предложил он.

– Если тебе надо, ты и говори, – насупился Джек Клык. – Мне жить, еще не надоело.

Саймон оценил его ответ со всех сторон и сказал:

– А почему бы нет, Джек. Они на нас не нападают, и ведут себя вполне мирно. Да и корабль для них, что скала или дерево.

– Ага, – фыркнул Джек Клык, награждая Саймона презрительным взглядом, словно он был последним идиотом в галактике. – Тьяки– таки тоже ни на кого не нападают, а потом достают из мешка смерть, и тебе крышка. – Джек Клык замолчал, и надвинул на глаза шлем.

В ответе его имелась доля правды, и Саймону на это нечего было возразить.

– Ладно, посмотрим, – сдержанно сказал он.

– Чего же не посмотреть, – согласился Джек Клык.

Между тем туземцы, сидевшие вокруг корабля, принялись за еду. Делали они это надо сказать довольно оригинальным способом, что явилось для Саймона полной неожиданностью. Продолжая следить за ними на обзорном экране, он видел как тот или иной туземец доставали из корзины у себя на голове крупное желтоватое яйцо и, осторожно разбив скорлупу о камень, запрокидывали привычным движением голову вверх, и выпивали содержимое яиц. Занятие это продолжалось довольно долго, и вскоре все свободное место между туземцами и кораблем было усеяно битой скорлупой.

Спустя еще минут пять Саймон уже было решил, что у туземцев этих яиц целые корзины, и они собираются пить их до самого утра. Но это было не совсем так. Приблизительно через полчаса туземцы оставили свои корзины в покое, и принялись искать что–то в траве.

– Ничего не понимаю! – воскликнул Саймон в полном недоумении. – Джек, объясни мне, что они тут делают и какого черта, вообще, сюда пришли? – раздраженно добавил он.

Конечно, понять Саймона было не сложно. Ведь ему еще не доводилось видеть людей, которые бы повсюду таскали за собой живую птицеферму. Даже несмотря на то, что это имеет некоторые преимущества.

– Я выйду из корабля, и попытаюсь подкрасться к ним поближе, – неожиданно предложил Джек Клык.

– Брось, Джек, – махнул рукой Саймон. – Ты же сам только что говорил, что это может оказаться опасно…Чего доброго они насадят на палочки, как это они делают с тем, что находится в траве.

– Никто меня не насадит, – самоуверенно возразил Джек Клык. – Они объелись как луа и, наверное, скоро уснут. Так что я смогу незаметно подкрасться к ним и осмотреть их корзины.

– Дело твое, – согласился Саймон, особо не возражая. Да и зачем? Джек Клык все равно не стал бы его слушать, и поступил бы по– своему.

– Так я пойду? – прогудел он.

– Ладно…иди.

– Тогда я возьму твой нож, Небесная Крыса.

– Бери, конечно, – Саймон пошарил под пультом управления, вытащил оттуда нож Чингуча, и протянул Джеку Клыку. Тот молча взял его и, не сказав больше ни слова, вышел из рубки управления.

Саймон следил за ним по внутренней видеосвязи, и когда Джек Клык достиг нулевого уровня, он открыл входной люк и спустил трап. Спустя еще секунд десять туземец скрылся в высокой траве, подходившей с одной стороны к кораблю, и исчез из вида.

Чем он там занимался, Саймону было не ясно. Он только заметил, как неожиданно несколько туземцев забеспокоилось, и у одного из них свалилась с головы корзина. Птица, находившаяся внутри корзины, вывалилась в траву вместе с десятком яиц. В том, что это была работа Джека Клыка, Саймон не сомневался. Хотя его самого он по–прежнему не видел.

Туземцы между тем загалдели и, размахивая своими палочками, подбежали к своему товарищу, растерявшему все свое добро, и обступили его плотным кольцом. Саймон мог лицезреть только их спины, обтянутые грубой сетью и головы птиц, которые с любопытством заглядывали внутрь образовавшегося круга.

Сгорая от понятного любопытства и нетерпения, Саймон хотел, уже было пугнуть их из лазерной батареи, но в этот момент в коридоре послышался какой–то шум, и до него донесся звук чего– то упавшего. Резко повернувшись вместе с креслом, он увидел Джека Клыка, как раз входившего в рубку управления.

– Джек! – вздрогнув от неожиданной картины, воскликнул Саймон. Да, в тот момент на воинственного туземца стоило посмотреть. С довольной ухмылкой на лице, он остановился посередине рубки управления и показал Саймону свою добычу. В правой руке он держал отрезанную голову туземца, с которой, медленно стекая, капала на пластик пола кровь. В левой руке, под мышкой, Джек Клык держал корзину, в которой находилась птица со сломанной шеей, свисавшей словно плеть. Джек Клык еще раз ухмыльнулся и выплюнул окровавленный нож, который все это время держал в зубах.

– Смотри, Небесная Крыса! – гордо прогудел он, сложив свою добычу на пол. – Я прикончил одного, и решил принести тебе то, что было у него на голове, – раздувшись словно павлин, Джек Клык прошелся возле своей добычи, кичась собственной ловкостью и храбростью. – Я и не знал, что с ними так легко можно справиться. Они сидят словно совы, и если бы не эти их птицы, то я один смог бы перерезать целую сотню! – Джек Клык еще шире заулыбался, и с восхищением посмотрел на свою добычу. Видно, он и сам еще не налюбовался ею.

– М–да, – промямлил Саймон, с отвращением глядя на образовавшуюся лужу крови на белом пластике пола. – И как тебе только это удалось? – спросил он через секунду, присев возле корзины на некотором расстоянии.

– Сам не знаю, – удивленно ответил Джек Клык. – Смотрю, сидят… Я подкрался сзади к одному и одним махом отхватил голову. А те, другие сидят, хоть бы что. Только потом сбежались, но я уже был далеко, – Джек Клык, словно сам не веря тому что говорит, нагнулся, и потрогал отрезанную голову. Она перевернулась, и на Саймона посмотрел мёртвый глаз.

– Убери все это, – резко сказал он.

– Это моя добыча, Небесная Крыса, – заупрямился Джек Клык.

– Тогда оставь ее где–нибудь снаружи, – нетерпеливым тоном посоветовал Саймон.

Джек Клык уставился в потолок и некоторое время молчал, видно соображая, куда бы спрятать свою добычу. Затем, что– то неразборчиво промычав, схватил в одну руку голову, в другую корзину с птицей и покинул рубку управления. Отсутствовал он, надо сказать недолго, и уже минут через десять снова был рядом с Саймоном. Растерев сапогом лужу крови, он без лишних слов сел в кресло и устало вытянул ноги.

– Где моя Бешеная Дырка? – поинтересовался он после некоторого молчания.

– Малика, что ли? – уточнил Саймон.

– Да.

– Там где всегда.

– Мг–г, – промычал удовлетворенно Джек Клык и вытащил из– за пазухи кусок вяленого мяса. Где он его взял, осталось тайной.

– Что ты собираешься делать? – спросил он с набитым ртом.

Прежде чем ему ответить, Саймон бросил взгляд на обзорный экран, где по–прежнему виднелись фигуры Корзинщиков, как он про себя прозвал туземцев, и опустился в соседнее кресло.

– Пока не знаю, – не совсем уверенно проговорил он.

– Это плохо, – сурово заметил Джек Клык.

– Я знаю, – скривившись, согласился Саймон. – Подождем до утра, а там посмотрим.

– Чингуч приказал бы их всех перерезать, – словно, между прочим, заметил Джек Клык.

– И это я тоже знаю. Но я, Джек не Чингуч.

– Это верно, – со вздохом согласился Джек Клык. – Ты хоть и Небесная Крыса, но ты не Чингуч.

– Не Чингуч, но этих недоумков я могу уничтожить, – процедил Саймон, награждая Джека Клыка презрительной улыбкой. Он не стал добавлять, что может расправиться не только с туземцами, окружившими корабль, но и с ним самим, а заодно и с Чингучем. Этого говорить Саймон не стал.

– Подождем до утра, Джек. Если они сами отсюда не уберутся, то мы заставим их это сделать. – Саймон протянул руку и выключил обзорный экран. – А теперь, Джек, давай спать. Завтра нам предстоит возвращаться в твое племя. – Саймон похлопал туземца по плечу, и взгляд его остановился на размазанной луже крови. – Ты и сегодня собираешься спать у костра? – на всякий случай спросил он.

Джек Клык удивленно вскинул на него глаза и оскалился.

– Шутишь, Небесная Крыса?

– Может, и шучу, – медленно проговорил Саймон, и добавил более резким тоном: – Пошли отсюда, – оставлять туземца одного в рубке управления он не собирался. Еще нажмет на какую– нибудь кнопку…

В коридоре Саймон остановился напротив каюты Малики, и указал на нее Джека Клыку.

– Бешеная Дырка здесь? – догадался туземец.

– Верно, Джек, – утвердительно ответил Саймон. – Если хочешь, можешь переночевать у нее в каюте. Правда, – он сделал небольшую паузу, – Там всего одна кровать.

– Ну, это не беда, – махнул рукой Джек Клык. – Бешеная Дырка будет спать на полу, – он решительно толкнул дверь и…отскочил. Дверь была закрыта.

– Не торопись, Джек, – Саймон отодвинул туземца в сторону и открыл замок. – Вот теперь действуй.

Что–то, проворчав себе под нос, Джек Клык все–таки толкнул дверь ногой и вошел внутрь. Саймон хмыкнул и направился к себе. Его совсем не интересовало, каким именно способом Джек Клык заставит Малику спать на полу. Но предположить каким именно он, безусловно, мог.

Глава 3

Утром следующего дня Саймон с неприятным ощущением обнаружил, что Корзинщики по–прежнему сидят вокруг корабля и, по–видимому, еще долгое время не собираются уходить. В чем заключалась причина такого непонятного поведения, он не знал, а придумывать всевозможные версии, объясняющие это, у него не было настроения.

Ведь глядя на то, с каким вниманием некоторые туземцы разглядывают корабль, можно было без особого труда представить себе, что они по какой– то только им известной причине, решили превратить корабль и место вокруг него в своеобразное святилище. Мысль, конечно, была идиотской, но вполне могла оказаться правдой. Саймону в своей жизни приходилось встречаться с еще и не такими причудами дикарей.

Тем не менее, он не собирался сидеть и ждать, когда туземцам надоест таращиться на корабль, и они сами соизволят покинуть это место. Поэтому он некоторое время продолжал еще пристально смотреть на обзорный экран, а потом принял решение, на котором вчера вечером настаивал Джек Клык. А именно – уничтожить Корзинщиков вместе с их птицами и корзинами.

Конечно, бойня, которую он собирался устроить, будет жестокой и бессмысленной, но с другой стороны Саймон отчетливо понимал, что, если этой сотней дикарей так понравилось сидеть и созерцать корабль, то не исключено, что в скором времени здесь появится еще несколько сотен туземцев, и тогда корабль превратится в объект паломничества Корзинщиков. Это при условии, что именно это они намереваются сделать.

Истинных намерений туземцев Саймон не знал, но по большому счету ему было на это наплевать, как и на то, что с лица этой планеты, может исчезнуть целое племя. Но отбить у дикарей охоту торчать под кораблем, Саймон был намерен твердо.

– Джек! – резко позвал он туземца, стоявшего у него за спиной.

– Здесь я, – Джек Клык подошел ближе, и бросил на экран хищный взгляд.

– Надо пугнуть их слегка, для начала, – проговорил Саймон, кивнув на Корзинщиков.

– А дальше? – прогудел Джек Клык.

– Посмотрим, – сдержанно ответил Саймон.

Ответ его не очень понравился туземцу и тот, засопев, распрямил плечи.

– Ладно, парень, – скривившись, махнул рукой Саймон. – Если тебе так хочется, можешь прикончить их сколько сможешь. Теперь доволен?

Джек Клык оскалился и взмахнул рукой, в которой был зажат нож Чингуча.

– Вот и отлично, – Саймон дал знак, и они покинули рубку управления.

Естественно, Саймон не собирался выходить из корабля без защиты. То, что Корзинщики до сих пор не проявляли агрессивности по отношению к ним, еще ни о чем не говорило. Ко всем племенам без исключения Саймон относился с разумной подозрительностью, и в достаточной мере был наслышан об их хитрости коварстве. Поэтому он вместе с Джеком Клыком направился прямиком в грузовой отсек корабля, и остановился возле одного из флайгравов. Джек Клык с видом знатока постучал по корпусу аппарата и с самодовольным выражением сказал:

– Мы полетим на этой штуке. Верно?

– Ты на редкость сообразительный, Джек, – сыронизировал Саймон, открывая защитный колпак, и занимая место за пультом.

Джек Клык в таких тонких для его ума намеках не разбирался, и обижаться не стал. Вместо этого, он обошел вокруг флайграва, и только потом сел рядом с Саймоном.

– Можно лететь, Небесная Крыса, – с несколько напускной бодростью, сказал он.

– Не торопись, – невнимательно ответил Саймон. Он как раз открыл продолговатый контейнер с оружием и после некоторой возни с креплением, вытащил тяжелый, крупнокалиберный пулемет. Затем прикрепил его к подвижной турели, и вставил ленту с патронами.

Саймон не хотел рисковать, используя лазерную батарею. Чисто случайно он мог зацепить лучом корабль или, например, Джек Клык мог нечаянным толчком сбить прицел, что, в конечном итоге, было одно и то же.

Увидев пулемет, Джек Клык издал приглушенный возглас восторга, и осторожно прикоснулся к прохладному металлу.

– Я вижу это совсем другое, чем та трубка, из которой ты стрелял раньше, – проговорил он, стараясь не выдать своего чрезмерного восторга и зависти одновременно.

– Верно, Джек, – безразлично ответил Саймон. – Эта вещичка может наделать много шума, после чего, я думаю, эти большеголовые будут убегать так, словно за ними черти гонятся.

Джек Клык не понял, кто такие «черти», но общий смысл сказанного он уяснил.

– О–о! – благоговейно выдавил он из себя, и терпеливо принялся ждать, когда же это случится.

Привычным движением Саймон вывел флайграв из грузового отсека корабля, и поднял его на высоту несколько десятков метров. После чего отдал команду зависнуть и посмотрел вниз.

Удивительно, но Корзинщики на появление у них над головами флайграва никак не прореагировали, чего нельзя было сказать об их птицах. С неожиданной агрессивностью, они как по команде взлетели в небо, и принялись яростно атаковать флайграв.

Конечно, вреда они не могли причинить своими когтями и клювами, усеянными довольно крупными зубами. Но впечатление от этих раскрытых клювов и маленьких злобных глазок было настолько сильным, что Саймон первые секунды сидел, словно под гипнозом и, не двигаясь, смотрел на этих бестий.

Потом уже он, словно очнувшись, зло выругался и, припав к пулемету, дал длинную очередь по всему радиусу вокруг корабля. Пули с воем и гулом прошили стаю взбесившихся птиц, и добрая дюжина из них была разорвана в клочья. Часть из них упала прямо на колпак флайграва и заляпала его кровью перемешанной с перьями, мясом и разноцветным содержанием разорванных кишок. От этой образовавшейся мерзости, Саймона едва не вывернуло.

Джек Клык все это время, хищно скалился, издавал боевые кличи и, забыв о том, что он надежно защищен прочным материалом колпака, размахивал ножом, пытаясь вспороть брюхо то одной, то другой птице. Но из этого у него, конечно же, ничего не получилось.

Теперь он не был так сильно напуган, как в тот момент, когда впервые услышал выстрелы пулемета. Тогда он подпрыгнул на сидении и, не взирая на круживших вокруг флайграва птиц, готов был выпрыгнуть из него. К счастью, защитный колпак помешал ему сделать это, а то от него, возможно, не осталось бы даже костей.

– Небесная Крыса! – проревел он, продолжая размахивать ножом. – Если эта штука не выдержит, – он ткнул пальцем в защитный колпак, – они, клянусь, разорвут нас на части!

– Выдержит, Джек, – процедил Саймон с дьявольской ухмылкой и снова припал к пулемету.

Последующие минут пятнадцать в воздухе продолжалась настоящая бойня. Птицы десятками падали на флайграв и вскоре колпак полностью был залит кровью, по которой скользили куски мяса. Из–за этой крови Саймону ничего не было видно, и пришлось включиться радарную систему. Это намного облегчило дело.

Он словно сросся с пулемётом и все стрелял, стрелял. Горячие гильзы со звоном разлетались по всему салону, и вскоре некуда было ступить, без риска поскользнуться на одной из них. Но на это маленькое неудобство Саймон не обращал внимания.

От вида льющейся крови и грохота выстрелов он пришел в азарт такой высокой степени и кураж, что готов был уничтожать этих тварей целый день. Джек Клык на этот счет был единого с ним мнения.

Неизвестно сколько времени продолжалась эта бойня. Саймон попросту потерял счет времени. Но когда были сбиты последние птицы, он и Джек Клык были полностью оглушены столько времени не прекращавшейся стрельбой. Хуже всего, конечно, было туземцу. Джек Клык не привык к стрельбе и теперь, обхватив голову руками, он мычал и на всю глотку орал, спрашивая, почему он ничего не слышит, и в ушах стоит звон?

– Заткнись! – рявкнул Саймон, облизав пересохшие губы.

Джек Клык заткнулся, но мотать головой не перестал. Но неожиданно он отпустил голову и, словно застыв, посмотрел вниз, туда, где находились Корзинщики.

– Что там? – с непонятным беспокойством спросил Саймон, включая систему кругового обзора.

– Не пойму чего–то я, – словно очнувшись, проворчал Джек Клык и снова замолчал.

Такое необычное поведение воинственного туземца насторожило Саймона, и он постарался внимательней присмотреться к тому, чем занимаются Корзинщики. С первого взгляда могло показаться, что повода для опасений нет. Потеря птиц, которых они носили на своих головах, внешне, казалось, не произвела на них никакого впечатления.

Правда, Корзинщики несколько оживились и перестали, словно египетские мумии, неподвижно сидеть на траве. Большинство из них поднялись на ноги, и принялись искать что–то в своих глиняных кувшинах, висевших у одних на поясе, а у других на уровне груди. Что именно они там искали Саймон не смог разглядеть, и решил немного опустить флайграв. Это, как вскоре выяснилось, было ошибкой, едва не закончившейся трагедией для него и для Джека Клыка.

На высоте чуть больше десяти метров он с удивлением увидел, как Корзинщики, словно по команде, вставили в свои трубки какие–то блестящие шарики, и подняли их вверх по направлению к флайграву. Что это означает, Саймон понял только несколько секунд спустя.

Неожиданно он с удивлением отметил, что его правой ноге стало тепло, потом жарко, а спустя еще одно мгновение ее обожгло словно огнем. Вскрикнув, он резко поднял ногу, и почти с изумлением увидел появившийся красный круг на полу флайграва диаметром сантиметров десять. В центре круг становился все светлее, и вскоре превратился в раскаленное добела пятно. Секунды четыре Саймон, словно зачарованный тупо смотрел на это пятно, и только на шестой секунде его пронзила страшная мысль:

«Термическое оружие!»

Именно это оружие представляли собой шарики, которыми Корзинщики обстреливали флайграв из своих трубок. Где они их раздобыли, значения в тот момент не имело. Как только до Саймона дошло, что это, он глухо выругался и врубил внешний генератор поля.

– Фу–у, – резко выдохнул он, стирая с лица выступившие капельки пота. Еще немного и эти чертовы Корзинщики, сожгли бы их с Джеком Клыком вместе с флайгравом, и даже глазом бы не моргнули.

– Что это? – спросил Джек Клык, указывая на темнеющий уже металл.

– Неважно, Джек, – глухо ответил Саймон и флайграв резко стал набирать высоту. Достигнув километровой отметки, Саймон прекратил подъем и, скрежетнув зубами, положил руку на кнопку управления лазерной батареей. После того, как туземцы, сами того не зная, прожгли корпус флайграва, он не намерен был с ними больше цацкаться.

И когда аппарат был уже над головой дикарей, Саймон с лицом, превратившимся в каменную маску, резко надавил на пуск и всадил заряд лазера прямо в толпу Корзинщиков, которые ни о чем, не подозревая, продолжали обстреливать его бесполезными уже шариками.

Мощная лазерная вспышка превратила их самих и место где они находились в раскаленную плазму, которая по плотности огня не уступала, наверное, ядерному взрыву. Естественно, что не прошло и сотой доли секунды, как от туземцев не осталось ничего, кроме выжженной на глубину в несколько метров почвы.

Но Саймон, словно демон, вышедший из кошмарного сна, не удовлетворился простым уничтожением туземцев, и продолжал наносить удары один за другим. Остановился он только после того, как почва вокруг корабля превратилась в раскаленную, жидкую лаву, как если бы в этом месте произошло извержение вулкана. В таком аду никто не мог уцелеть.

Удовлетворив, наконец, свою жажду мести и разрушения, Саймон убрал руку с кнопки лазерной батареи и отвел флайграв в сторону от продолжавшей кипеть и бурлить почвы. Машинально растирая онемевшую от напряжения руку, он только сейчас вспомнил о присутствии Джека Клыка, который за все это время не произнес ни слова.

Он сидел с отвисшей челюстью и обалдело таращился вниз. Такого ему еще не доводилось видеть в своей заполненной битвами жизни и, спроси его Саймон в этот момент, кто сильнее он или Чингуч, то Джек Клык безоговорочно признал бы, что только он и никто другой. Но самому Саймону на это было наплевать, и ни о чем таком он не стал спрашивать.

Глава 4

Набором команды на пульте управления Саймон открыл входной люк корабля, и спустил трап. Затем он посадил флайграв рядом с кораблем, и велел Джеку Клыку сходить за Маликой. Он решил вернуться в племя Чингуча прямо сейчас, а о том, чтобы оставить ее одну на корабле не могло быть и речи. Сделай он так, то уже на следующий день от нагрянувших на эту планету полицейских некуда будет ступить.

– Черт! – выругался он, сплевывая на выгоревшую почву.

Джек Клык несколько секунд тупо смотрел на него, потом наконец–то закрыл рот, и словно чумной поплелся к кораблю. Несколько раз он оглядывался назад и, что–то бормоча себе под нос, не переставал качать головой. Видно работа лазера произвела на него неизгладимо больше впечатление, чем простая стрельба из пулемета.

– Смотри не споткнись! – с иронией в голосе крикнул ему вслед Саймон.

Джек Клык на это что–то промычал, и быстро стал карабкаться по трапу на борт корабля.

Проследив за ним взглядом, Саймон улыбнулся и подумал, что будь у него больше амбиций, то он запросто смог бы завоевать и подчинить себе всю эту планету, со всеми племенами, бродившими по ее необъятным просторам. Но будучи по своей природе авантюристом, Саймон отбросил эту довольно таки соблазнительную мысль.

Джек Клык появился вместе с Маликой из корабля минут через пятнадцать. Он грубо тащил ее за собой, совершенно не обращая внимания на то, что она часто спотыкается и едва не падает. Сама Малика выглядела неважно: давно нечёсаные и немытые волосы свисали вдоль щек, покрасневшие глаза и потрескавшиеся губы тоже не добавляли привлекательности.

Глядя на нее, Саймон пришел к выводу, что, поживи она еще месяц среди Крыс, то мало чем будет отличаться, например, от Данхи. Особенно, это касалось внешнего вида и чистоплотности. К тому же она все еще оставалась подавленной.

– Как дела, Малика? – спросил Саймон, протягивая ей руку.

– Издеваетесь? – тихо ответила девушка, садясь рядом с ним. Видно Джек Клык успел объяснить по дороге, куда они отправляются.

– Да я и не собирался этого делать, – обижено сказал Саймон. – По крайней мере, в этот момент, – он ухмыльнулся и знаком велел Джеку Клыку занять место на заднем сидении.

Но туземец вместо этого бесшумно нырнул в зеленую гущу кустов, уцелевших каким– то образом от пожара.

– Ты куда? – удивленно крикнул ему вслед Саймон.

Джек Клык ему не ответил и вскоре появился из кустов с отрезанной головой туземца, корзиной с яйцами и птицей со сломанной шеей. Судя по решительному выражению его лица, можно было с уверенностью предположить, что все это он намерен был взять с собой. Так он и поступил. Бросив отрезанную голову в корзину, он зажал ее под мышкой и заторопился к флайграву.

– Эй, Джек! – крикнул Саймон, даже привстав немного. – Куда это ты тащишь эту дрянь? Ты что, спятил?

– Это добыча, – прогудел Джек Клык, закинув одну ногу на борт флайграва.

– Чего? Даже не лезь сюда с этим, – решительно предупредил его Саймон.

– Почему это? – сразу набычился Джек Клык.

– Воняет, – объяснил Саймон. – Да и вообще, вид оскалившейся головы мертвеца, меня почему– то не очень успокаивает. – Так что, – Саймон сделал решительный жест. – Выбрасывай– ка свою добычу и садись.

Джеку Клыку такое предложение не понравилось и он, не желая расставаться со своей добычей, еще крепче прижал корзину.

– Это моя добыча, – оскалившись, прорычал он, и его свободная рука потянулась к ножу. – Если ты не хочешь брать меня с собой, то я пойду пешком, – добавил он. – Может, по дороге мне повезет, и я еще кого– нибудь убью.

– Возможно, – согласился Саймон. При других обстоятельствах он бы плюнул на туземца, и позволил бы ему добираться до племени своим ходом. Но сейчас это в его планы не входило. Джек Клык мог, особ не торопясь, добираться обратно не то что день или два, а целую неделю. Мало ли что ему может прийти в голову по дороге.

– Ладно, – скрежетнув зубами, сдался Саймон. – Садись, но только заверни эту корзину во что–нибудь, и быстрей!

– Угу, – обрадованно прогудел Джек Клык и завертел головой в поисках чего– нибудь похожего на упаковочный материал. Но, не увидев ничего, кроме обгорелых веток и травы, взгляд его остановился на Малике.

– Снимай шкуру! – приказал он.

– Как это? – Малика испуганно посмотрела на него и попыталась найти помощь у Саймона. Но, наткнувшись на его колючий и безжалостный взгляд, ей стало ясно, что надеяться на него бесполезно.

– Ты что, оглохла? – Джек Клык, не утруждая себя лишними просьбами, потянул за шкуру и снял ее с Малики.

Вскрикнув, она залилась краской и попыталась прикрыть руками обнажившуюся грудь. Джек Клык тем временем накинул отнятую шкуру на корзину и убедился, что ее не хватает.

– Снимай еще, – не глядя на Малику, приказал он таким тоном, что у нее волосы зашевелились на голове.

– Я не буду, – заупрямилась она, вцепившись руками в последнюю шкуру, прикрывавшую ее тело.

– Чего? – Джек Клык ударил ее кулаком в лицо и, сорвав шкуру, завернул в нее корзину. Теперь все было в порядке, и он остался доволен.

– Ну как, Джек? – спросил Саймон, повернув к нему голову.

– Сделал, как ты сказал, – прогудел в ответ туземец.

– Ну и отлично, – Саймон щелкнул пальцами и взглянул на Малику, которая от стыда даже не знала, какое место на своем теле ей лучше всего прикрыть руками.

– А ты, крошка говорила, что я издеваюсь над тобой, – закрывая защитный колпак, ухмыльнулся Саймон.

Малика ничего не ответила и стала смотреть куда– то в сторону. Тем временем Саймон запустил двигатель и хотел, уже было, поднять флайграв в воздух. Но рука его неожиданно замерла на полпути к пульту, и он снова повернулся к Малике.

– Да, крошка, чуть не забыл, – мягко начал он. – Ты как предпочитаешь лететь, со связанными руками или нет? – Саймон замолчал и стал ждать ответа.

Малика несколько секунд молчала, не зная, что сказать, а потом, взмахнув ресницами, уставилась на него недоуменным взглядом.

– Как это? – ничего не понимая, спросила она.

– Обыкновенно. Понимаешь, крошка мне тут пришла в голову одна интересная мысль. – Саймон провел рукой по ее волосам, потом сжал в кулак волосы на затылке, и резко поднял ее голову вверх.

– Какая мысль? – поморщившись, спросила она.

– Очень интересная, – повторил Саймон, глядя прямо ей в глаза. – Мне подумалось, а вдруг ты в душе сторонница или камикадзе, и во время полета попытаешься взорвать нас всех. А? Как ты сама думаешь? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Я…я не знаю, – запинаясь, проговорила Малика, не зная, серьезно он говорит или шутит. – Но думаю, я не камикадзе, – помедлив, добавила она.

– Ну–ну, – Саймон многозначительно хмыкнул и поднял флайграв в воздух. Сориентировавшись по карте, имевшейся в памяти бортового компьютера, он развернул аппарат по курсу, и направил его к подземелью Крыс.

Полет к Мрачным Руинам занял у них не больше часа. За все это время Малика не произнесла ни слова, и только печально вздыхала. На свою наготу внимания она больше не обращала и занималась тем, что не без интереса разглядывала местность, проносившуюся под флайгравом. Когда же они пролетали над лесом, она неожиданно показала куда– то пальцем.

– Внизу флайграв, – сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь. Но так как Джеку Клыку на ее слова по всей вероятности было наплевать, то получалось, что она сказала это Саймону.

– Знаю, – безразлично ответил он. – Это мой.

– Ваш? – удивилась она.

– А что тебя так удивляет?

– Так…ничего, – Малика как–то вся поникла и Саймон, видя ее полную беззащитность, неожиданно для самого себя почувствовал к ней укол жалости. Несколько секунд он молча разглядывал ее, а потом сказал то, чему сам еще долгое время удивлялся.

– Знаешь, Малика, пожалуй, я помогу тебе выбраться с этой планеты.

Слова его лишили Малику дара речи, и она смогла только довольно странно посмотреть на него, и поспешно закивать головой, словно опасаясь, что он передумает.

– Вот и отлично, крошка, – удовлетворенно проговорил Саймон. – Ты как я вижу слабая, и вряд ли долго протянешь среди дикарей, – он говорил правду, и Малика горячо с этим согласилась.

Но сомнения все– таки взяли верх.

– Боюсь, что вы меня обманете, – вздрогнувши голосом, сказала она. Похоже, что Малика уже смирилась со своим положением и даже не надеялась на возможность покинуть планету.

– Ну, почему же, – с иронией возразил Саймон. – Через несколько дней я все равно собираюсь покинуть эту дыру и отправиться в глубокий космос. Так что я запросто смогу взять вас с собой, и высадить на какой–нибудь более–менее обжитой колонистами планете. Как видишь, ничего сложного в этом нет, Малика, – закончил Саймон.

Малика, конечно же, не верила ни единому слову и считала, что он попросту издевается над ней. Она даже собиралась сказать ему об этом, но во время остановилась, и сказала совсем другое.

– А вы не боитесь, что я сообщу в полицию после того, как вы меня отпустите?

– О–о! – деланно разочаровано воскликнул Саймон. – Я как раз этого и ждал, – весело добавил он. – Скажите, Малика. – Саймон на секунду замолчал и прошелся взглядом по ее обнаженному телу. – Разве я так сильно похож на идиота? – он скорчил гримасу, и Малика едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Не знаю,…нет, наверное, – хлопнув ресницами, смутилась она.

– Вот именно, крошка, – довольно сказал Саймон. – Я высажу тебя в таком месте, что пока ты доберешься до ближайшего полицейского, то я буду очень далеко, а у тебя пропадет всякое желание что–либо говорить, – Саймон весело рассмеялся и похлопал Малику по бедрам. – Ты намного глупей, чем я думал.

Малика в ответ закусила губу и отвернулась. Тем временем флайграв преодолел большую часть расстояния, которое отделяло их от Мрачных Руин, и вскоре Джек Клык радостно заорал, что видит Чакоча возле башни, прикрывающей люк подземного хода.

Саймон посмотрел и себе в ту сторону, куда он, не переставая тыкал пальцем, но никакого Чакоча он, конечно, там не увидел. Башню он, правда, заметил. Спустя еще минут десять Саймон отвел флайграв в сторону от территории Крыс, так чтобы как можно меньше туземцев могло его увидеть, и посадил аппарат на прежнее место в развалинах одного из домов.

– Мы на месте, – сообщил он, открывая защитный колпак, и набирая на пульте команду компьютеру.

– А где мы? – спросила Малика, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Сейчас это все называется Мрачными Руинами, а раньше, наверное, был какой– нибудь город, – пояснил Саймон, вылезая из флайграва.

– А сейчас? – ляпнула Малика. Вопрос был глупым, но поняла она это с некоторым опозданием.

– То, что видите, – безразлично ответил Саймон. В этот момент его больше интересовало, нет ли поблизости каких– нибудь воинственно настроенных дикарей.

– Понимаю, – Малика, покраснев, поднялась с сидения и осторожно ступила босыми ногами на битый кирпич, смешанный с бетонной крошкой, покрытой в некоторых местах травой.

Ей было неловко стоять перед Саймоном голой, но решиться попросить его отнять шкуры у Джека Клыка, она не рискнула. Она нервно переминалась с ноги на ногу, вздрагивала от каждого шороха, и от стыда готова была, пожалуй, провалиться сквозь землю. Но бетон – это не земля, и ей не повезло.

– Пошли, – даже не взглянув в ее сторону, приказал Саймон и дал знак Джек Клыку.

Туземец без лишних слов зажал под мышкой свою корзину и, подтолкнув Малику, двинулся вперед. Через некоторое время они покинули Мрачные Руины и смогли увеличить скорость. Даже Малика, которая шла босиком, закусила губу и старалась поменьше обращать внимания на сучки и колючки, которые изредка, но все–таки вонзались ей в подошвы.

Ни Саймон, ни Джек Клык даже не собирались хоть как– то ей помочь. И когда она в очередной раз вскрикнула и запрыгала на одной ноге, Саймон только презрительно рассмеялся, а Джек Клык толкнул ее в спину так, что она едва не растянулась на земле.

– Терпи, крошка, – с ухмылкой посоветовал Саймон. – Это тебе не в парке прогуливаться, раскачивая задницей.

Малика на это, конечно, ничего не ответила, и думала только о том, как бы ей не поскользнуться и не упасть. Тогда Джек Клык ее точно прикончит.